Всего новостей: 2400602, выбрано 32354 за 0.134 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479117 Максим Шевченко

ВЫБОР

Грудинин провёл пресс-конференцию для зарубежных СМИ, ответив на 30 вопросов

Выбор - разрешение неопределённости в деятельности человека в условиях множественности альтернатив путём принятия на себя ответственности за реализацию одной из имеющихся возможностей.

И. Т. Касавин. Энциклопедия эпистемологии и философии науки.

26 января кандидат в президенты РФ Павел Грудинин в совхозе имени Ленина встретился с иностранными журналистами, представляющими ведущие европейские, азиатские и американские издания и информагентства. Корреспондентов и камеры прислали Телевидение мирового агентства новостей Рейтер, японские телекомпании NHK и «Фудзи», Радио и телевидение Швейцарии, BBC, «Ассошиэйтед пресс», «Вашингтон пост», «Франс-пресс», «Der Spiegel», CBSNews — всего 26 СМИ.

В ходе общения с журналистами Павел Грудинин рассказал анекдот: «Леонид Брежнев приезжает в Грузию, где его после пленума ведут на рынок. Там стоит одинокий продавец арбузов, перед ним лежит один арбуз. Брежнев спрашивает: «Торгуете?» «Да, выбирайте», — отвечает грузин. «Из чего же выбирать, если здесь только один арбуз», — удивляется Брежнев. «Но мы же вас выбираем», — ответил торговец». Кандидат от КПРФ и ПДС НПСР добавил, что на выборах «должна быть альтернатива, так как в споре рождается истина». Грудинин подчеркнул, что готов «сотрудничать со всеми политическими силами, чтобы только Россия развивалась в правильном направлении».

Нынешнее положение дел в стране Грудинин охарактеризовал так: «Вакханалия крупного капитала. Фигурант из списка богатейших людей мира Forbes вместо развития отечественной медицины инвестирует в американское здравоохранение миллиарды долларов. Другие покупают зарубежные футбольные и баскетбольные клубы, вкладывают средства в самые роскошные яхты и дворцы, вывозят наличные в чемоданах во Францию и скупают там элитную недвижимость. В 2001 году насчитывалось 7 долларовых миллиардеров. За 18 лет эта цифра увеличилась почти в 14 раз, к 2016 году их стало уже 96. В то же время доходы населения падают четвертый год подряд Богатеет лишь крошечная прослойка – всего каких-то 0,1%, сконцентрировавшая в своих руках основные богатства страны. Таким образом, увеличивается пропасть между бедными и богатыми, растет социальное расслоение. Столь вопиющее социальное неравенство абсолютно нетерпимо». Среди неотложных мер, по Грудинину — введение прогрессивного подоходного налога и национализация стратегических отраслей, которые ныне не работают на население страны, а делают богаче лишь крупные олигархические структуры.

Экспертные оценки

Максим Шевченко

Так как пресс-конференция была для иностранных журналистов, мы, наверное, вправе были ожидать, что кандидат, которого некоторые силы пытаются представить чуть ли не маргинальным, малоинтересным, не имеющим шансов на победу, не соберёт большого количества ведущих мировых информационных агентств. Однако этого не случилось. Представители основных мировых СМИ на этой встрече присутствовали. И, в отличие от других пресс-конференций, которые проходили для отечественных журналистов, здесь не было попытки превратить пресс-конференцию в показательный процесс по поводу «утаённых миллиардов». Вопросы показались содержательными и, соответственно, мы смогли услышать развёрнутые и, опять-таки, содержательные ответы кандидата в президенты РФ Павла Грудинина.

Началось сразу со знакового вопроса японского журналиста: «Как вы оцениваете работу Владимира Владимировича Путина за 18 лет и что вы хотите реализовать в России?» Несколько позже к этому вопросу вернулось уже издание «Der Spiegel», так что Грудинин дважды высказывался на эти темы. И смысл его ответов заключался в том, что нужно уходить от завышенной оценки роли личности в истории. Мы видим то, что происходит в России: мы видим 22 миллиона официальных нищих, мы видим пиршества олигархата, мы видим неприличный плоский подоходный налог, мы видим, как сказал Грудинин, «не победу над коррупцией, а победу коррупции». Но не нужно думать, что всё это заслуга или вина одного человека, в данном случае — Путина. Точно также и то, что предлагает Грудинин в качестве альтернативы, не является мнением только одного Грудинина.

Кандидат в президенты много раз повторил слова «команда» и «идея», подчёркивая, что он предлагает другую идею и другую команду. Говоря о команде Путина, о «коллективном Путине», он назвал фамилии — Кудрин, Греф, Абрамович, Дворкович с его суждением о том, что в России нет олигархов, а есть социально-ответственные бизнесмены. Соответственно, говоря о своей команде, Грудинин тоже называл имена. Верна ли такая позиция? 18-го марта встретятся идеи и команды — или встретятся персоны, Путин и Грудинин?

Грудинин свою команду, как и подобает патриоту, гражданину и социально-ответственному человеку левых взглядов, представляет именно как команду. То есть Грудинин не говорит — это «мои придворные» или это «мои сподвижники». У него этого «яканья» нет вообще. Он говорит — «мы». Народно-патриотические силы, КПРФ, Левый фронт — мы. Мы — совокупность граждан России, которые любят свою страну, по-разному относятся к политическим вопросам. Кто-то коммунист, кто-то правый (антикоммунист, к сожалению) — но мы все любим свою страну, мы сейчас должны освободиться от колониальной зависимости нашей страны, от Запада, от полного наследия 1991 года. А потом, как говорится, между собой разберёмся: кто из нас более отчетливо предлагает сценарий развития — левые или правые?

А путинская команда — это никакая не команда. Это люди, которые прячутся за Путина, это люди, которые делают свои дела за спиной у Путина. Путин — это ширма. Ширма для достаточно большой группы элит, которые или реально участвовали в грабеже и насилии 90-х годов, либо подхватывают по наследству огрызки страны, приватизируя их себе. Они пытаются залезть в тень, они говорят — Путин. Володин говорит: «Путин — это Россия». Но мы так не говорим. Мы говорим: «Никто не даст нам избавленья: ни царь, ни бог и не герой, добьемся мы освобожденья своею собственной рукой». Сама концепция, что кто-то — это Россия, не выдерживает никакой критики. Конечно же, мы боремся не с командой Путина (а я — часть команды Грудинина). Мы боремся с самой концепцией сокрытия тёмных дел (или серых дел, да хотя бы и светлых дел) за некой политтехнологической ширмой под названием «Владимир Владимирович Путин». Мне так кажется, что Павел Николаевич именно это имел в виду.

Что касается идей. У наших оппонентов есть плакат: «Сильная Россия — сильный президент». Извините, но и дворник дядя Ваня может быть «сильным президентом». На деле сильный президент — это человек, который способен анализировать и на основе анализа принимает решения. Нам же навязывают образ Путина как божественного избранника, без которого мы все пропадём. Эти циничные люди сами прекрасно понимают, что это далеко не так. Что незаменимых у нас нет. Конечно, Владимир Владимирович Путин является политиком незаурядным и во многих вещах выдающимся, имеющим огромный опыт диалогов с мировыми лидерами, опыт решения геополитических и стратегических вопросов. Но, в целом, в современной системе у нас незаменимых нет. Даже товарищ Сталин не считал себя незаменимым, между прочим. Даже Иосиф Виссарионович говорил, что он не выше партии. Это было не лицемерие, он на самом деле так относился к этому вопросу. А нам чуть ли не нового царя навязывают. Я считаю, что это принципиальный вопрос.

Команда противников Грудинина от власти выступает с анти-демократическими, почти неомонархическими, почти тираническими лозунгами, которые, может быть, им кажутся красивыми, но мы-то их слышим политическим слухом, а не слухом религиозных или каких-то ещё подданных, которые вообще не различают уже, что им говорят и что навязывают. «Путин — это Россия», «Сильная Россия — сильный президент» — имеется в виду уникальный Путин. Это не имеет отношения к политической программе — программы как таковой у них нет. Фактически они могут сказать: «Наша программа — это то, что скажет Путин». Ну, да, они так к этому и относятся.

Но мы-то не говорим, что наша программа — это то, что скажет Грудинин. Мы говорим, что наша программа рождается в дискуссии КПРФ, НПСР, Левого фронта, других сил, которые поддерживают Павла Николаевича. Сегодня союз патриотических организаций — это самое демократическое сообщество России. У нас широкий разброс мнений. У нас идёт ожесточённая внутренняя дискуссия, полемика о путях России. У Левого фронта и НПСР разные позиции, разные взгляды. Но у нас есть общий взгляд на современную ситуацию — так дальше жить нельзя. То, во что превратили Путина технологи, которые на него работают, и то, во что превращается Россия — для людей, которым хоть в какой-то степени дорог советский опыт XX века, когда народ стал хозяином страны, эти концепции немыслимы.

Я считаю, что все монархисты, все любители тирании, бюрократического силового государства — все должны голосовать за Владимира Владимировича Путина, у меня тут нет сомнений. Все, кто любит Конституцию Российской Федерации (не эту конституцию расстрелянного Парламента, а идею конституции как общественного договора), народовластие, справедливость, социализм — все должны отдать свои голоса Павлу Николаевичу Грудинину.

Таким образом, у нас получается следующий конфликт. Потенциальная тирания (пусть либеральная тирания) — против социального, конституционного, демократического, исторического проекта под названием Россия. Советская Россия — мне нравится такое определение. Это принципиальный выбор.

Я представляю левое крыло в грудининском блоке и, безусловно, являюсь сторонником социалистического выбора. Мы опираемся на анализ. Ленин совершенно чётко говорил: без развитого серьёзного капитализма социализма быть не может; социализм — не утопия, которая возникает в головах людей, а экономический и социальный уклад, который приходит по мере развития хозяйства; нельзя развить хозяйство демагогическими выступлениями и приказами комиссаров. Утопия военного коммунизма в 1921 году была партией осознана и отвергнута после открытых демократических дискуссий. И случился переход к новой экономической политике, в отношении которой сам Ленин, между прочим, в разное время занимал разные позиции. Сначала Ленин был решительно против, он говорил о том, что это будет возрождение капитализма, что нас не поймут наши товарищи по партии, что нас не поймут красноармейцы, которые проливали кровь за победу, потому что это будет отступление от идеалов революции. Это Ленин говорил, между прочим, во время дискуссии с рабочей оппозицией. Но когда прошло какое-то время и Владимир Ильич, который был, подчеркну, один из самых выдающихся диалектиков в политической истории человечества, свою позицию уточнил и скорректировал. Он сказал, что мы не можем обеспечить развитие народного хозяйства (в частности, промышленности в городах и нормального товарообмена) без введения элементов капиталистического рынка. Это неизбежно приведёт к расслоению общества на селе, к появлению буржуазии, возможно, к появлению кулака. И Ленин был абсолютно прав в этом. Но задача партии — не отказываясь от цели построения социализма, понимать ход процессов с точки зрения их исторической и политической целесообразности, а не демагогически или лозунгово. Понимать, что сейчас мы должны накормить страну, что сейчас мы должны восстановить хозяйство — хотя бы товарное производство.

Следующим этапом была индустриализация и восстановление большой промышленности. Я сейчас не обсуждаю, прав или неправ был Сталин, активизировав коллективизацию теми темпами, которыми он её проводил. На этот исторический период есть разные точки зрения. Но, безусловно, сегодня без союза левых и национального капитала, который испытывает страшное давление со стороны государственного бюрократического капитализма — мы не можем двигаться дальше. Национальный капитал должен быть освобождён. Почему, в чём его отличие? На это отличие не так давно обратил наше внимание историк Александр Владимирович Пыжиков в своей работе «Грани русского раскола». В России при сильном государстве, капиталистическом, даже империалистическом, оформляются два классически конфликтующих между собой типа капитала. Первый — государственно-бюрократическо-аристократический капитал, который живёт за счёт заимствований с Запада. Всегда так было. До революции занимали у Англии и Франции, сегодня — у Великобритании, США, международных космополитических финансовых центров. Причём Россия берёт дешёвые заимствования. Потом эти деньги дорого продаёт внутреннему потребителю — бизнесу и населению. Дальше за счёт контроля тарифов и разного рода квот бюрократия обратно выкачивает эти деньги, занижает закупочные цены и завышает цена на энергоносители (такая вилка), то есть по-прежнему не давая развиваться внутреннему рынку. Потом эти деньги выводятся за границу.

Антитезой этому является национальный капитал, который развивается не за счёт государственного кредита (который для него невыгоден, кабален и которому он не верит), а за счёт выделения средств из доли прибыли. Этот конфликт привёл и к первой русской революции 1905 года, и к революции 1917 года. И государство никакими реформами этот конфликт преодолеть не может. Для этого ему надо изменить собственную природу, отказаться от того, чтобы Российская империя была всего-навсего лакейским образование по отношению к западным хозяевам, каким она и является. Любая форма империи здесь является просто-напросто производной от империалистического господства над Евразией. И хозяева будут сидеть не в Петербурге или в Москве (любых имперских образований, построенных на этой демагогии и на таком типе заимствования), а в Лондоне, в Вашингтоне, Париже или Тель-Авиве.

Только народное государство, не являющееся империей (неверно называть Советский Союз империей) — республика, союз республик, братство народов, — является антитезой подобному типу государства.

Поэтому я считаю, что союз национального капитала в лице Грудинина и левых сил — это союз судьбоносный для истории России, который уже один раз привёл к освобождению нас от иностранного господства. Это была, конечно же, революция 1917 года — февраль, который органично закончился октябрём.

Я объясняю свою позицию как левого политика. Считаю, что разъяснения здесь крайне важны. Иногда всех патриотов смешивают в одну кучу: дескать, все одинаковые. Это не так. Мы имеем дело с союзом, достаточно многими (по крайней мере мной) политически осознаваемым как союз левых демократических партий — и народно-патриотических правых. В наш блок входят партии, которые мало отличимы, на мой взгляд, от «Чёрной сотни». Но я смиряюсь с этим. Потому что понимаю, что сегодня устранение колониального режима любой ценой (политической, естественно) — это судьбоносная задача для России.

Считаю, что союз национального капитала, интересы которого ясно формулирует и представляет Грудинин, и политических движений, которые апеллируют к советскому опыту антизападного народовластия — этот союз является единственно возможным. Я его ждал, этого союза. Он случился.Считаю: надо идти дальше. КПРФ должна создавать организации типа «Деловой России», работать с предпринимателями, создавать бизнес-ассоциацию. Надо создавать в России нормальный капитализм — народный капитализм, национальный капитализм, — защищать национальный бизнес, который работает из доли прибыли. Надо создавать внутренний кредит, создавать внутреннюю банковскую систему, которая не является зависящей от колониального Центробанка или его хозяев, сидящих во Всемирном валютном фонде или во Всемирном банке, а является связаннлй с народом. Такая банковская система пускает в оборот личные, частные накопления, которые мы у себя дома храним, а они могут приносить доход народу. Построив такую систему, мы можем потом говорить о социализме. Я абсолютно придерживаюсь ленинской позиции в этом вопросе.

Очень важно, что об этом более кратко (просто у него не было времени — на пресс-конференции было очень много вопросов) говорил и Грудинин. И он тоже вспоминал НЭП, вспоминал Ленина, и примерно в таком контексте мы услышали ответ на интересующий нас вопрос об идеологии.

То есть, суммируя ответы на вопрос об идеях, можно сказать, что встретились две идеологии. Одна видит будущее России как колониального государства, встроенного в систему мирового глобального империализма, а другая — Грудинина, Александра Андреевича Проханова, меня и многих десятков миллионов — видит Россию самостоятельным государством, устроенным по советскому образцу. Можно сказать, что слово «советский» здесь ключевое. Но только с точки зрения Советов как формы народовластия, а не с точки зрения партийных секретарей, которые подмяли под себя Советы и потом указывали народу, что надо думать и как голосовать. Опять по этому пути мы не пойдём — по крайней мере, я точно не пойду. Этот путь был гибельный, он привёл к созданию партийной бюрократии, переродившейся и предавшей народ и Советы. Мы сделали вывод из этого. Я прекрасно понимаю, почему товарищ Сталин расстреливал партократов. Потому что он прекрасно понимал их природу и понимал, что чекистский ствол мог бы того же Ельцина удержать от того, что он сотворил в 80-е — 90-е годы. Но Сталина больше нет, поэтому мы не будем ориентироваться на несбыточное. Мы будем говорить так: Советы должны быть восстановлены как демократические институты. За прообраз надо брать, конечно, Верховный Совет 1993 года, который, наверное, был самым демократическим народным парламентом в истории. И именно за это он был расстрелян.

Не надо бояться опыта Ленина, Сталина, которые не стеснялись обсуждать такие важные, актуальные политические вопросы и давать по ним развёрнутые статьи.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479117 Максим Шевченко


Россия. Весь мир. УФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479115

Восхитительная тайна Арктики

"круглый стол" - «Югра в контексте российской геополитики»

Блог Изборского клуба. Олег Розанов, Валерий Коровин, Михаил Кильдяшов, Николай Стариков, Михаил Делягин, Владислав Шурыгин, Александр Проханов

Александр ПРОХАНОВ, писатель, председатель Изборского клуба.

Дорогие друзья, мы рады, что на Югорской земле создано отделение клуба, во главе которого — полюбившийся нам своим отношением к делу Андрей Михайлович Осадчук, и вы включаетесь в нашу общую работу. Государство Российское после 1991 года проделало огромный путь — от своего полного несуществования, когда мы потеряли его и целых десять лет пребывали на руинах, а потом мучительно, эмпирически, безо всякого концептуального плана мы начали создавать государство. И создали его! Создали среди войн, террористических актов, политических заговоров, среди нарастающего расслоения, напастей внешних и внутренних. И наше государство достигло такого уровня, что способно запустить два грандиозных проекта, на которые может решиться только субъектное государство, будучи в состоянии планировать и видеть перспективу.

Первый из этих проектов условно может называться "Южное кольцо", "Южная подкова". После 1991 года, когда мы потеряли Украину и свои позиции на Ближнем Востоке, весь наш южный фланг оказался голым. И вот мы восстанавливаем этот оборонный рубеж — через возвращение Крыма, сохранение Севастополя, через усиление Черноморского флота, и выхода через Босфор-Дарданеллы в Средиземное море, через создание в Сирии двух военных баз… Это огромная проектная работа — военная, дипломатическая, коммуникационная.

Ещё один проект — Арктический. Сегодня, после долгой остановки, после того, как была разрушена Советская арктическая цивилизация, государство Российское создаёт новый вариант Русской арктической цивилизации. Этот проект включает в себя добычу углеводородов, создание Северного пути, оборонную составляющую — мы восстановили по всей кромке океана свои станции и выстроили военные подразделения.

Но проектная концепция могла бы включать в себя и то, что я называю "гуманитарной составляющей", потому что Арктика будет не только снабжать Россию углеводородами, обеспечивать военную безопасность и создавать новые уникальные арктические трассы по океану, но Арктика будет поставлять России новый и одновременно старый, прежний тип людей. Это тип русского человека, который был потерян в конце советского периода, в чудовищную перестройку, в 90-е годы: пассионарного, внутренне целостного, гармоничного и возвышенного человека, способного на освоение великих метафизических русских пространств. Этого человека, который был потерян после развала Советского Союза и рассечения русского народа на фрагменты, Арктика своей экспансией должна восстановить. К тому же восстановить представление русского человека о своей земле, своих пространствах, направить его энергию на создание общества нового типа.

Арктика во все времена манила русского человека своей восхитительной тайной. Арктика — это место, где русский человек полагал существование рая, это пространство, куда шли наши первооткрыватели за золотом и пушниной, но они и шли на мистический свет Полярной звезды. Арктика — это область великой русской мечты, великой русской тайны, куда стремилась русская душа. И арктическому проекту необходима эта идеологическая, духовная составляющая.

Изборяне Югры могли бы внести в создание этой компоненты большой вклад, потому что это ваша земля. Стремление к новой общности, к созданию идеального государства, где нет насилия, воровства, гнёта, неравенства, а есть обожание друг друга, благоговение перед Родиной и перед природой, стремление к Северному полюсу, где ещё очень много тайн, куда проливаются силы, питающие нашу землю — это идеология русской мечты. В ней отразилось чаяние наших древних праотцов, православных святителей, наших великих литературных провидцев, таких как Достоевский и Толстой, большевиков, что хотели построить Царство Божие на Земле. А также наши с вами чаяния, потому что наша цель — не стяжание земного достатка, а стяжание того, что наши предки назвали Царствием Небесным. И идеология Арктики могла бы стать воплощением идеологии русской мечты.

В какой бы регион Руси вы ни попали: на Смоленщину, Псковщину, Курильские острова, — Русская земля вся намолена, везде есть места, где подвизались молитвенники, чудотворцы, всё освящено их молитвенными чувствами. А Арктика — не намолена. Арктика должна быть намолена! Не только в церковном, богословском смысле слова, она должна быть одухотворена, наполнена русским обожанием, нашим молитвенным ощущением своей миссии, своего великого предназначения на земле. Конечно, тут есть наши подводные лодки, и там — молельные комнаты, и они являются нашими подводными храмами. В этом смысле Арктика намолена. Но отсюда должна идти и волна духовного света, чтобы каждый кристалл льда, каждая полынья прошедшего ледокола, каждая тонна добытого сырья были одухотворены.

Мы очень надеемся, что наши новые собратья — изборяне Югры — включатся в эту работу, потому что одно дело — умозрительные представления, а другое — ваши чаяния, ведь ваши стопы идут по этой земле. Они идут до Ямала, затем до Ледовитого океана, туда, где кончается Россия. А мы говорим: "Там, где кончается Россия, начинается Царство Небесное". Давайте посвятим свои усилия одухотворению восхитительной русской Арктики.

Илья ВЕРХОВСКИЙ, руководитель научно-образовательного центра "Югра-социум" Югорского государственного университета, политолог:

Югра — удивительный край с уникальной историей. Это региональная цивилизация, которая наряду с близлежащими Ямальской (Арктической) и Уральской (Горнозаводской) региональными цивилизациями в целом составляет Россию, как радугу регионов. Эта "цветущая сложность", это соцветие и делает нашу страну той самой потаённой империей, которая независимо от времени вливается во всё новые и новые формы (Киевское княжество, Московское, Российская империя или Красная империя). Югра принимала участие во всех важных событиях российской истории. Это первый плацдарм высадки наших казаков — сухопутной колонизации Сибири. Это последнее место всплеска советского энтузиазма: у нас вы можете увидеть фотографии, на которых люди со счастливыми улыбками умывались нефтью в сорокаградусный мороз.

В современности Югру воспринимают с точки зрения энергетического комплекса — энергетического сердца. Но Югра — это ещё и очень тонкое духовное сердце России, некий нерв российской истории. Я и мои коллеги — политологи, философы, эксперты, люди, которые занимаются вполне конкретной политикой, — мы все очень заинтересованы в этом тонком философском измерении. Югра является тайным нервом, тайным сердцем всего российского пространства.

Центр "Югра-социум" создавался два года назад как центр регионоведения Югры, причём регионоведения философского. Мы объездили всю Югру, и пришло понимание, что отдельные районы и города обладают собственным, абсолютно неповторимым образом мира, своим мировидением. Я назвал этот проект "Менталитет и муниципалитет". Причём город Сургут очень отличается от города Нижневартовска, который немногим меньше, но там характер и отношение людей друг к другу, к власти фундаментально разные.

Почему — региональная цивилизация? Я отталкивался от теории локальных цивилизаций. Современное либеральное представление о том, что мировое развитие идёт, отталкиваясь от идеи прогресса, неминуемо порождает западно-центристский культурный расизм: если есть прогресс, значит, есть страны предельно передовые, а есть отсталые. Противовесом является обобщённая теория локальных цивилизаций. Вся планета Земля есть точно такая же радуга различных цивилизаций и мифов, уникальных и дополняющих друг друга. Одна из них — это Российская православная цивилизация. Россия — это радуга регионов, и мы внутри неё можем выделить отдельные цивилизационные зоны, одной из которых является Югра.

Какие чёткие моменты специфики этого региона можно отметить? По данным моих исследований, Югра — это регион-медиатор, который снимает очень многие фундаментальные противоречия. Географически он находится между севером и югом. С одной стороны — это почти Арктика, с другой стороны, Арктика — это Ямал. А у нас в южных районах растут яблони и водятся ежи, то есть это и север, и юг. Противоречие между западом и востоком: с одной стороны, мы видим уже в Сургуте или Ханты-Мансийске здания из стекла и бетона, но с другой стороны, население в городе имеет патриархальное (в самом позитивном русском смысле) сознание. Например, я прекрасно помню, что когда хозяева уходили из дома, ключ клали под коврик. Мы могли войти в любую квартиру, отношения были общинные. На сегодня в больших городах это разрушено, но в Югре эта традиция сохранилась.

Ещё региональная цивилизация снимает противоречия между коренными народами и народами "пришлыми". У нас есть целый поток волн колонизации. Даже сами обские угры в своё время пришли из Южно-Уральских степей и принесли оттуда культ бога Митры и белого коня. Соответственно, мы, здесь родившиеся, живём в пространстве обско-угорских смыслов и в пространстве языка, даже не понимая его. На карте Югры видим два русских муниципальных названия — это Березовский и Октябрьский районы; два советских названия — Пионерский и Советский. Все остальные названия — нерусского происхождения, мы живём в пространстве обско-угорской топонимики. И это естественно для всех нас, родившихся здесь.

Югра — это территория интенсивной сакрализации пространства. Здесь тип сакральности очень архаический. На месте городка князя Самара, где произошла битва с казаками, стояло святилище, и на протяжении трёхсот лет ханты со всей окрестности приходили сюда и приносили бескровные жертвы. Само название Ханты-Мансийск происходит от имени младшего сына верховного бога, который объезжает землю. Я глубоко убеждён, что сакральность этих холмов обусловила впоследствии появление Ханты-Мансийска как столицы Югры. И почти про каждый район мы можем сказать то же самое.

Автохтонная сакральность, потом Крещение Руси и святыни православные, затем нерелигиозная сакральность великого трудового подвига — освоение тюменской нефти, которая тоже наложилась сюда — это всё делает Югру очень своеобразным намоленным местом. Именно это воспето в советских песнях о том, что приехал в Югру "на год, а остался навсегда". Это тяготение к северу и есть потаённое, мистическое, тайное притяжение нашей земли.

Валерий КОРОВИН, директор Центра геополитических экспертиз.

Я постараюсь развить несколько тезисов о том, что Югра является основой евразийского Хартленда, который, в свою очередь, представляет собой самый стабильный геополитический плацдарм, ось истории, определяющую ход мировых исторических событий. Здесь очень важно помыслить о том, как сохранить стабильность этого хартленда, как не вывести его из состояния равновесия, к чему прилагают усилия наши саксонские "партнёры". В этом смысле важно обратить внимание на этносоциологическую стабильность, константность нашего севера в истории нашей более чем тысячелетней государственности. Важно подчёркивать эту вековую преемственность нашей государственности, прошедшей от времён Киевского периода, Московского, Петербургского, Советского — и нынешней, возрождаемой из пепла Российской, вновь имперской, государственности. Именно имперская государственность является неизменной сутью русской государственности как таковой. А основополагающим принципом имперскости является то самое стратегическое единство, многообразие форм культурных, этнических, религиозных, которые наблюдаются сегодня на Русском Севере. Сочетание полиэтничности, интенсивность сакрализации и есть суть нашей имперской константной геополитической русской государственности. Почему мы так легко сочетаем полиэтничность, сакральность, общинность, традиционность этносов, которые населяют наши пространства по сей день? Почему именно русские, как большой народ, создали и сохранили эту государственность, отстояв её суверенитет, пронеся через века? Потому что это гармонично, комплементарно сочетаемые, естественные для имперского образования вещи, и только в рамках государства-империи это многообразие форм может сочетаться и сохраняться. Западные формы государственности (государство модерна, государство-нация) преодолевают более архаичные, как они считают, формы социального устройства. И что мы наблюдаем на Западе? Этносы слились в народы, народы создали европейские империи, империи распались на национальные государства, которые превратились в гражданское общество — плавильный человеческий котел, создавший человеческую биомассу. А следующий этап — создание общества бесполых существ, лишившихся последней коллективной идентичности — половой. Но это тоже не предел — клоны, мутанты и киборги дышат в затылок нынешнему западному человечеству. И этот путь последовательной трансформации предлагают нам и пеняют, что мы недостаточно быстро развиваемся в социальном смысле, недостаточно быстро трансформируем своё общество. Но, глядя на монстров современного запада, которые уже преодолели даже такую категорию, как индивидуум, мы можем только отшатнуться от этих чудовищных десакрализованных форм социального человеческого существования и бытия нынешнего Запада. Поэтому мы обращаем свой взор на то, что продолжает сохранять нас людьми. А нынешние традиционные этносы Русского Севера, сохранившие сакральность и пронёсшие её в веках, как ничто другое восстанавливают в нас человеческое и традиционное, свою бытийную онтологическую основу.

Югра демонстрирует уникальную имперскую сочетаемость изначальных архаичных форм бытия, позволяющих оставаться людьми, и технологического развития.

Михаил МАРТЫНОВ, доктор политических наук, профессор Сургутского государственного университета.

В мире не так много народов, которые совершили деяния исторического характера, оказывали влияние не только на свои страны, но и на другие. Это португальцы и испанцы, совершившие великие географические открытия; англичане, открывшие своей промышленной революцией путь в индустриальное общество; французы, подарившие своей революцией принципиально новые идеи мироустройства; жители североамериканских колоний, которые впервые воплотили эти идеи в жизнь.

Русскому народу в первой половине ХХ века удалось невозможное: сначала совершить революцию, которая разрушила прежний миропорядок, а затем сыграть решающую роль в победе над фашизмом. Думаю, через какое-то время к аналогичным деяниям всемирно-исторического характера, равным по масштабу первым двум, будет отнесено и освоение Севера. Такому труду нет аналогов в истории: производственная деятельность человека в тяжелейших, сложнейших условиях. И апофеозом этого труда стало бы освоение Арктики.

И каким бы мощным не было Российское государство, и оно без поддержки народа этого бы сделать не смогло. Это было нашим общим осознаваемым делом. Народ всегда понимал смысл того, что совершает: и когда совершал революцию, а потом индустриализацию, и когда боролся с фашизмом, и когда осваивал Север. И когда мы говорим о необходимости освоения Севера, нужно объяснить: для чего, какой в этом смысл? Если просто для того, чтобы увеличить экспорт и производство углеводородов и другого сырья, — это не станет мотивом духовного подъёма народа. Совсем другое дело, если мы объясним, что это предпринимается, чтобы развивать собственное производство, в которое новые природные богатства будут вовлечены.

Аллегорически можно Россию сегодня сравнить с человеком, который привольно раскинулся на просторах Евразии, ноги которого упираются в Чукотку и Сахалин, а руки распростёрты вдоль Уральского хребта, и только голова высунута в форточку Европы — на Европу эта голова смотрит, Европой дышит и называет всё остальное своё тело тоже частью Европы.

Но мы живём в мире, где быть частью чего-либо уже невыгодно и опасно, потому что это мир, в котором глобализация заканчивается, распадается ткань социального мироустройства. Выживать в этом мире будет тот, кто в разумных пределах сумеет закрыться от других, кто создаст своё производство, сумеет защитить свою промышленность и экономику, а не будет, высунувшись в форточку, стремиться стать частью чего-либо. Если мы говорим о таком будущем России, то встаёт вопрос: а какие регионы будут той площадкой, с которой новый российский мир будет стартовать?

Югра в этом плане обладает рядом преимуществ. Во-первых, являясь частью Сибири, она ближе расположена к этой кладовой природных богатств. В то же время, по сравнению с остальными регионами Сибири, она обладает несравненно большим потенциалом: сохранённый кадровый потенциал, развитая инфраструктура, мощная энергетическая вооружённость. Эти качества делают Югру несущей конструкцией будущего экономического возрождения. Сегодня географическая ось истории заколебалась, и нужно её восстановить, вернуть то устройство, которое давало миру твёрдость и определённость. Задача Изборского клуба — рождать те смыслы, которые должны вдохновить народ. Нужно, чтобы эти смыслы были понятны народу. Нужно встречаться с людьми, разговаривать, объяснять. Тогда, возможно, вокруг этой оси истории закрутятся новые перемены.

Михаил ДЕЛЯГИН, экономист.

Югра может дать образец новой русской цивилизации. И заслуга вашего руководства в том, что оно добилось, чтобы здесь возникла не одна, а несколько крупных корпораций. Их конкуренция удерживалась в относительно цивилизованных рамках, и их баланс обеспечивал развитие.

Здесь есть рабочие места. Работающая, старающаяся думать, организовывать и менять свою жизнь молодёжь. Есть различие местных культур, что даёт огромную энергетику. К тому же — многонациональность. При этом энергетику разных народов, культур здесь удаётся объединить и направить в нужное русло. Кроме этого, ХМАО — это территория, где люди постоянно работают с современными технологиями. А впереди нас ожидает эпоха новых технологий, закрывающих технологий — сверхпроизводительных и при этом достаточно простых. Это будет новая и довольно болезненная эпоха, но здесь есть инженерно-прикладная грамотность, и при эффективном региональном управлении это позволяет войти в новое будущее и использовать его, стать в этом флагманом для всей России и, может быть, даже для всего мира. У Югры есть великолепные стартовые возможности в создании нового человечества.

Но новые технологии создают чудовищные искушения, они позволяют трансформировать человека. А когда человек становится чем-то другим, он начинает по-другому потреблять, он открывает новые рынки для бизнеса, новые возможности зарабатывания прибыли. Для того, чтобы получать новую прибыль, нужно трансформировать человека. Мы с Западом оба оказались на этой развилке и, не осознавая, что делаем выбор, сделали диаметрально противоположный. Они, выросшие в рамках капитализма, не задумываясь, сказали, что раз они живут ради прибыли, то нужно трансформировать человека. Мы точно так же "на автопилоте" сказали, что деньги — это замечательно, но это всего лишь подтверждение нашей справедливости и человечности, и "расчеловечение" ради этого мы делать не будем.

Прививка от расчеловечения — это традиция. Мы живём в потрясающее время, когда традиция становится революцией. Здесь, в Югре, живёт много традиций: дохристианские, христианские, советские — и я думаю, что эта революционность проявится очень ярко.

Владимир ШАМАХОВ, директор Северо-Западного института управления РАНХиГС, д.э.н., действительный государственный советник РФ I класса.

У нас в Петербурге совсем недавно создано отделение Изборского клуба. Петербургское отделение сосредоточило свою работу главным образом на арк­тической тематике. Потому что в Петербурге исконно базировались научные, промышленные, военные, технологические организации и предприятия, ведомственные институты, которые работали на Арктику; у нас строятся военные корабли и атомные ледоколы.

Но сегодня: как на уровне государственном, так и на общенародном, — не видно объединения усилий для реализации глобальной задачи планетарного масштаба — освоения Арктики. Поэтому мы выступили с инициативой, которая была поддержана полномочным представителем президента РФ в Северо-Западном федеральном округе и Администрацией президента, о создании в Санкт-Петербурге Центра научно-технологических компетенций по освоению Арктической зоны РФ. Это добровольное общественное объединение. В него вошли более сорока организаций: университеты, институты, научно-промышленные комплексы. И наше отделение Изборского клуба является ядром этого центра. Это не управленческая структура, а некий мозговой центр, в котором мы пытаемся разрешить наболевшие проблемы. И очень заинтересованы, чтобы такой центр, как Югра, подключился к работам наших учёных и промышленников.

Михаил КИЛЬДЯШОВ, председатель Оренбургского отделения Изборского клуба.

Природа для нас — мистическая субстанция. Природа способна породить мечты в нашем народе. На мой взгляд, в сегодняшнем мироздании, в нашей картине мира соединяются две мечты: мечта о тепле (условно "крымская мечта") и мечта о холоде, мечта об Арктике. Но мечта о холоде — это не мазохистская мечта нашего народа. Холод — это всегда движение, это действие, путь, горизонт, это северное сияние. Мечту о холоде мы слышим в курских песнях Свиридова, видим в картине Шишкина "На севере диком", читаем в "Капитанской дочке" Пушкина, когда Гринёв едет в Белогорскую крепость через буран и стужу. Пушкину важно было показать через холод, что он едет, как на край света, что империя наша уже тогда была необъятной. Это понимание мечты о холоде рождает сегодня очень интересные представления, преломления. В фольклоре манси есть легенда о Северном ветре, который разбушевался и стал губить людей. Народ стал замерзать от холода. И в народе нашёлся пассионарий, который вызвал Северный ветер на бой и в бою буквально сломал ему челюсть. Северный ветер перестал дуть, воцарилось тепло, жара, и народ стал гибнуть от жары. Со временем у северного ветра заросла челюсть, но дуть с прежней силой он уже не мог. Но климат самый подходящий, югорский — установился. Так и нам, я думаю, в будущем предстоит на сопряжении этих двух мечтаний открыть какие-то основополагающие смыслы наших ближайших десятилетий.

Владислав ШУРЫГИН, военный эксперт.

Я хотел бы обратить внимание на роль общественных организаций Югры в укреплении национальной безопасности в Арктической зоне России. Начать нужно с того, является ли сегодняшнее понятие "угрозы" актуальным, потому что, казалось бы, Север находится очень далеко от геополитических противников. Можно сказать, что Югра — это средиземное понятие по отношению к нашей огромной стране. На сегодняшний момент признано, что все будущие цивилизации находятся на Севере. Здесь сосредоточено громадное количество природных ископаемых, без которых невозможно нормальное развитие цивилизации, здесь идёт добыча нефти и газа, которые являются основой наших бюджетов. Но здесь и громадные неисследованные территории, а прежде всего — арктический шельф. И здесь — пересечение интересов. На сегодня из восьми арктических стран, как минимум, пять принадлежат к блоку НАТО. И почти со всеми этими странами у нас существуют нерешённые вопросы по признанию северных арктических территорий.

Сегодняшний путь, по которому идёт Россия, вполне цивилизованный: мы не стремимся к конфликту, нами поданы в Международный суд заявки по всем спорным территориям. Но специфика этого суда в том, что рассмотрение таких дел начинается только тогда, когда и вторая сторона подаёт встречный иск. Не все страны (например, Норвегия, Канада) подали встречный иск. Поэтому военная угроза является на сегодняшний момент отложенной. Но это не значит, что мы можем ни о чём не беспокоиться, и прежде всего потому, что за последние 25 лет громадный оборонный щит, который создавался советской властью практически 70 лет, был демонтирован и, фактически, к началу 2000-х разрушен. Была ликвидирована единая система ПВО, утрачено единое радиолокационное поле над страной, когда на каждые 300-400 км сажалось по отдельной радиолокационной роте. И вот эта громадная арктическая цивилизация в 1991-м была признана неактуальной и демонтирована. Сегодня громадными усилиями и ценой очень больших денежных затрат мы восстанавливаем эту цивилизацию. Это процесс очень небыстрый, и тот исторический задел, который нам дан для мирного разрешения, мы должны максимально использовать, чтобы хорошо подготовиться к любому повороту событий.

Если перейти уже непосредственно к северному региону и говорить о вариантах ведения боевых действий, которые здесь могут быть, то на первое место выходят действия небольших подразделений. Война на севере исключает понятие глобальной войны, когда танковые или другие армии начинают сталкиваться на каких-то пространствах. Север — это война компактных подразделений за те немногие точки жизни, которые есть здесь. Создание и подготовка таких подразделений является сегодня для нашей армии задачей приоритетной, и на это тратятся большие силы и ресурсы. Но здесь возникает очень серьёзный вопрос — выживаемости на этих территориях. Научить этому можно только следующими способами: 1) Забросить людей и пусть учатся. Но это не вариант. 2) Попробовать брать всё лучшее, что есть у коренного населения Севера. 3) Обобщить опыт арктических экспедиций.

Второй вариант — при том, что он предпочтительней и интересней, не удовлетворяет Министерство обороны. Потому что жизнь людей на Крайнем Севере имеет свою очень жёстко привязанную специфику. Несмотря на то, что они кочевые, они очень часто привязаны к конкретным точкам. Эксперименты с использованием собачьих или оленьих упряжек показали, что это не годится: олени устают на пятый день пути, собаки более выносливы, но скрытое передвижение с ними невозможно, их лай разносится на значительную территорию. И мы должны решать эти задачи силами и средствами, которые нам предоставляет ХХІ век.

Здесь на первое место выходит опыт арктических экспедиций. И у Югры есть уникальный опыт: на протяжении десяти лет здесь работает арктическая экспедиция — "Северный десант". И этот опыт, на мой взгляд, нужно максимально использовать.

Николай СТАРИКОВ, писатель.

Мне хотелось бы сказать о потенциальных планах наших геополитических "партнёров" в отношении Сибири и Урала как части Российской Федерации. Югра рассматривается в контексте российской геополитики, которая является частью контекста мировой геополитики.

Есть силы, заинтересованные в том, чтобы Россия не развивалась, а была в подчинённом состоянии. Если мы посмотрим на карту, то увидим, что наше огромное государство является как бы мостом, который соединяет Азию и Европу, а конкретнее — Китай как фабрику, производящую товары, и Европу, которая эти товары потребляет. И есть США, которые заинтересованы в контроле и над Россией, и над Китаем, и над Европой.

Мы видим постоянное желание ввести в отношении нас санкции, как-то дистанцироваться, объявить нас государством-изгоем… Деятельность Запада в отношении России будет всегда многоплановой, но она будет постоянно направлена на ослабление России. Исходя из этого, посмотрим, что может быть в отношении Сибири и Урала?

Здесь прозвучал термин, который несёт положительный настрой в одном случае, но может быть использован для деструктивных вещей: это "цивилизация Югры", "цивилизации Сибири и Урала". Очень красивые термины, и я полностью согласен, что Россия — это цветущая общность народов, и "цивилизация" — это термин, который может тут употребляться. Но наши противники будут использовать этот термин совершенно для другого. Мы видим, как его уже сейчас исподволь используют средства массовой информации для создания новой общности: "я сибиряк". Сто лет назад точно такие же силы создали общество "я — украинец". Это примерно то же самое, потому что "Украина" — всего лишь географический термин части Российской империи, великого русского народа. Поэтому, когда мы видим такие же процессы, которые уже дали печальные результаты для откола части народа и столкновения его с целым, мы понимаем, что эта политика будет осуществляться в отношении Сибири и Урала.

Нам внимательно нужно приглядеться к нашей Конституции: там всего один раз используется слово "государство". В том контексте, что Россия состоит из государств. Но откроем Конституцию субъектов РФ. Татарстан: "Главой государства и высшим должностным лицом республики Татарстан является президент". Абсолютно готовый концепт для отделения: есть государство, есть президент. Осталось только запустить этот деструктивный процесс. Дагестан: "Республика Дагестан есть единое демократическое правовое государство в составе Российской Федерации". Да, какое-то время на эти слова никто не обращает внимания, но в нужный момент это будет поднято, как знамя, вплоть до отделения.

Сегодня этого не происходит, потому что авторитет президента В.В. Путина высок. Но эти бомбы, которые заложены в Конституцию 1993 года, продолжат там лежать. И наша задача — сделать так, чтобы они не взорвались никогда. С моей точки зрения, в России должен быть один президент, а слово "государство" должно относиться только к Российской Федерации, всё остальное — это субъекты Федерации.

И совершенно очевидно, что если отделить от России Урал и Сибирь, то наше государство вряд ли переживёт такую ампутацию. Идеология, которую пытаются вбросить на фоне разговоров о формировании некой новой идентичности: "я сибиряк" или "я житель Урала" и "у нас есть природные богатства, которые эти "москали" забирают", — очень напоминает идеологию, под которой когда-то откололась от России Украина. Я убеждён, что будут попытки навязывания разговоров "хватит кормить Москву" и апелляция к тому, что нужно все богатства оставить там, где они производятся, что это приведёт к расцвету края. То же самое говорили всем пятнадцати советским республикам — методичка наших геополитических "друзей" не меняется. Мы это должны понимать и с этим пониманием выстраивать нашу государственную политику.

Олег РОЗАНОВ, первый заместитель председателя Изборского клуба.

Тайна русского человека ещё не раскрыта. Мы трудимся, любим, служим в армии, молимся и мечтаем, сами не осознавая своего масштаба и предназначения. Мы сами для себя не сформулировали образ нашей русской мечты, масштаб и величие которой не дают нам опуститься до статуса "нормальной европейской страны". Наши мечты, наши сны и желания так же загадочны, как бескрайние просторы Русского Севера.

Загадка, видимо, в том, что усердно трудиться мы можем только тогда, когда для всех очевидна общая — предельно ясная и в то же время почти недостижимая — цель. Русский народ не разменивается на стяжание комфорта, прибавление сотой доли ВВП или благоустройство улиц. Всё это фатально недостаточно для широты русского человека.

Наша русская мечта не вписывается в шаблонную схему западного бытосутроительства, индивидуального комфорта и материального процветания. Разве для поиска уютной и комфортной жизни мы растопили полярные льды теплом советских городов, подняли всю мощь ядерного флота, украсили северные границы цепью прекрасных монастырей?

Разгадка мучительного вопроса о русской мечте таится где-то в Сибири и на севере, в Югре или на Чукотке, куда приезжают люди-герои, люди-первопроходцы, молитвенники и первооткрыватели. Следуя за нашей русской мечтой, мы обращаемся взором к снегам нашего Севера, к внутренней геополитике и геостратегии. Ключевые изменения должны начаться и начнутся именно здесь. Все социальные, экономические и географические предпосылки для этого есть.

Александр ПРОХАНОВ.

Я благодарю всех за высказанные интересные суждения. Арктическая тема граничит с русской загадкой, с русской тайной, объединяющей огромный массив пространств и народов. Мне кажется, трудно выразимая категория, которая называется "русская мечта", формируется на протяжении всей русской истории. Сегодня это русское чаяние, русская молитва и русская загадка смогла соединить все наши пространства, все народы.

Каждый клочок нашей земли неповторим и уникален, и югорская мечта, которая соединяет в себе огромное количество тем, ценностей, представлений, могла бы стать предметом осмысления югорского отделения нашего клуба. Это и поэтическая, и технологическая, и военная, и экзистенциальная, и религиозно-историческая тема. Мы убедились, что в Югре есть пытливые мыслители, дерзновенные мечтатели, и эта задача вам, дорогие собратья, под силу.

Россия. Весь мир. УФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479115


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479114 Александр Проханов

Красный конь и чёрная каракатица

Российское государство — лишь питательная среда для доморощенных олигархов?

Александр Проханов

Аркадий Дворкович в Давосе заявил, что в России больше нет олигархов, а есть социально ответственные предприниматели. Аркадий Дворкович — не каракатица, он — чернильное облако, которое выбрасывает из себя каракатица, желая спастись и скрыться.

Российские олигархи испытывают на себе двойное давление. На их миллиарды давит Америка, угрожает отобрать эти миллиарды, вышвырнуть с западных рынков и тем самым натравливает олигархов на Путина — виновника всех их бед и несчастий. На олигархов давит российский народ всей своей ненавистью, нищетой, всем своим сталинизмом, всей своей исторической неприязнью к ростовщикам и мироедам, евангельской истиной о том, что легче верблюду пролезть сквозь угольное ушко, чем богачу войти в Царствие Небесное. Всей проповедью русской классической литературы Толстого, Достоевского, Горького, где неправедно нажитое богатство есть тягчайший неотмолимый грех.

Российские олигархи лебезят перед Западом, тщетно уклоняясь от санкций, сплетая тайные заговоры против президента России и российской государственности. Олигархи стремятся предстать перед русским народом благодетелями, национально мыслящими предпринимателями, меценатами, социально ответственными гражданами. Этому и служат циничные заявления Дворковича о социально ответственных предпринимателях. Абрамович — социально ответственный предприниматель? Чубайс — социально ответственный предприниматель? Воры-банкиры, подобные Пугачёву, который в России крестился на каждом углу, тайно загребая русские богатства и переправляя их за границу, они тоже — социально ответственные предприниматели? Вся хищная ненасытная стая, лязгающая клыками, высунувшая мокрые языки, та, что гонится по пятам за Россией, как волки гонятся за затравленным оленем — всё это социально ответственные предприниматели?

Российские олигархи, построившие на окраинах Лондона "город будущего", знают, во что превратились русские городки и селения — эти скопища гнилых трущобных домов. Появление и взрастание в недрах государства российского страшной каракатицы непомерных размеров является загадкой и ужасающей данностью. Загадка в том, когда и на каком этапе, быть может, на этапе своего зачатия, новое государство российское было инфицировано этой страшной болезнью. Взрастая, укрепляясь, проходя этап за этапом своего становления, сегодня государство российское взращивает в своей глубине собственную смерть — поселившееся в его чреве ракообразное существо. Это существо по мере взрастания и усиления государства само взрастает и усиливается, питаясь его соками. И возникает мучительное подозрение: не создано ли само государство российское как питательная среда для этого солитёра? Быть может, мы строим и укрепляем свою армию, воздушно-космические силы и подводный флот для того, чтобы сберечь страну как пищу, в недрах которой развивается этот скользкий червяк, и сильная страна не позволит чужим мировым червям посягнуть на кормовую базу этого доморощенного чудовища? И не являются ли наши победы на внешнеполитической арене такие, как военная операция в Сирии, восхитительное возвращение Крыма, не более, чем отпором, который даёт олигархическое российское ракообразное своим мировым конкурентам?

А при чём здесь русский народ? При чём здесь русское мессианство? При чём мистика русской истории, русское чудо и русская мечта? Быть может, всё это — гуманитарное и религиозное прикрытие страшной земной реальности? И Россия есть питательная среда для этой чудовищной опухоли, которая в конечном счёте и есть государство российское?

Эти страшные вопросы заставляют посмотреть на все предшествующие сто лет русской истории. Когда великая романовская империя скопила в себе несметные богатства: алмазные короны, государственные и царские золотые слитки, волшебную культуру и изысканную философию, — всё это после 1917 года в одночасье было украдено и переведено на Запад. И нищая, голая, обобранная Россия, напоминавшая линялую икону с содранным золотым окладом, вновь должна была в период сталинских пятилеток, раскулачивания и репрессий накапливать своё национальное богатство. Русский народ, поднятый на дыбу, хрипя и кашляя кровью, возводил великие заводы, строил великую армию, создавал университеты и научные школы, воспитывал уникальных учёных и художников, мобилизовал народ на создание неслыханных ценностей — материальных, духовных, космических. В 1991 году все эти ценности второй раз за ХХ век были моментально вывезены за рубеж. Было украдено и растворилось так называемое "золото партии". Исчезли валютные запасы страны. Были вывезены уникальные инженерные технологии, целые научные школы, представленные замечательными химиками, физиками и биологами. И страна опять оказалась голой, а русский народ — обобранным и несчастным.

И теперь в третий раз строится государство российское. Но в недрах его готовится ограбление России. Вновь несметные русские богатства вывозятся за рубеж. Русские деньги, направляемые Набиуллиной в американские банки, служат другой цивилизации. Вновь везут за границу наше зерно и алмазы, оставляя в России чёрные пустые карьеры и неудобицы. Уплывающие в зарубежные банки и оффшорные зоны российские триллионы завтра в одночасье будут экспроприированы Западом, и Россию в очередной раз оставят нагой и босой.

Эти страшные вопросы русской истории необходимо ставить сейчас, в период президентских выборов. Президент Путин, чьими усилиями было создано и продолжает созидаться новое государство российское, не может не чувствовать этой нарастающей драмы. Государственник №1 не может не понимать, что все его личные и всенародные деяния, будь то Крымский мост или дивные русские монастыри, — все они заминированы. В них вживлены заряды уже в момент строительства: будь то опора Крымского моста или колокольня Ново-Иерусалимского монастыря.

Пройдя сквозь чистилище выборной компании, поблагодарив за участие в выборах Грудинина и Собчак, Жириновского и Титова, возложив четвёртый раз длань на конституцию Российской Федерации, президент Путин займётся исправлением этой жуткой кривизны, возникшей в недрах русского времени. Найдёт рецепт, благодаря которому можно будет извлечь из опор Крымского моста и колокольни Ново-Иерусалимского монастыря губительные заряды, не разрушив при этом сооружения.

Дворкович — это пылинка, которую подхватит ветер Давоса и унесёт в пустоту. Россия предвечная — не миф, не фантазия. Она грозно взирает на нас из небес своими сияющими куполами. Обращается к нам, ныне живущим, словами преподобного Сергия в канун Куликовской битвы. Словами царя Петра к полкам перед началом Полтавского сражения. Словами Иосифа Сталина, сказанными им во время священного парада 1941 года.

Схватка за русскую историю длится. Купание красного коня продолжается. Божественный наездник, оседлавший этого огненного коня, вонзает остриё своего копья в чёрный зев каракатицы.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479114 Александр Проханов


Россия. Сербия > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479108 Эмир Кустурица

Эмир Кустурица: «Ведущая идея в мире искусства – это идея авангарда»

знаменитый режиссёр о кино-образовании, политкорректности как самоцензуре и противостоянии "натиску на восток"

Радойка Тмушич-Степанов

Международный фестиваль кино и музыки "Кустендорф" уже одиннадцать лет проходит в построенной Кустурицей этнодеревне Дрвенград, что в Сербии. В последний день фестиваля Эмир Кустурица дал интервью корреспонденту «Завтра».

«ЗАВТРА». Господин Кустурица, прежде всего хочу поблагодарить вас за то, что в своём плотном графике нашли время для интервью. Одиннадцатый "Кустендорф" начался показом картины "Закованная фильмой" (1918) режиссёра Никандра Туркина (Алатрова) по сценарию Владимира Маяковского и танцевально-акробатическим выступлением под музыку Вальса № 2 Дмитрия Шостаковича. Лиля Брик спустилась с экрана на сцену, и магия продолжилась.

Вы отметили: то, что публика видела на экране и сцене, показывает, как вымысел, который не реализован, превращается в реальность с помощью вымысла. Перформансом вы вернули на сцену музу русского авангарда Лилю Брик и призвали стать музой нынешнего Кустендорфа.

Ваше творчество стало достоянием нашего народа, оно вошло в традицию, но вы показываете, что без авангарда художнику нельзя жить и работать. Это «дорожный знак» молодым авторам?

Эмир КУСТУРИЦА. Это самая мощная идея. Хороший фестиваль должен основываться на мощном событии. Он опирается на фильм, исходящий из мира авангарда, а идея авангарда, как ведущая идея в мире искусства, - течение, которое прокладывает новый путь. Эта идея наилучшим образом открыла фестиваль и открыла дверь для молодых авторов, которые показали, что умеют грустить и улыбаться, и, между прочим, могут оставить сильное впечатление.

«ЗАВТРА». В школах изучаются литература, музыка, живопись. Искусство кино - давно уже не подросток. Как вы думаете, было бы целесообразно показывать в школах фильмы с целью воспитания и образования?

Эмир КУСТУРИЦА. Есть фильмы, которые просто необходимо смотреть, и я думаю, что существуют школы, где есть фильмы, которые включены в процесс образования.

«ЗАВТРА». Я имею в виду системное решение.

Эмир КУСТУРИЦА. Системное решение в маленькой стране может быть очень сложно реализовать, потому что страна борется с выживанием школ, и ей не до таких вопросов. Однако сегодня есть оцифровка, которая даёт каждому человеку возможность видеть всё, что ему нужно.

Вопрос образования – это ответственность людей, которые стоят у власти. Но учитывают ли они, вообще знают ли то, что Сергей Эйзенштейн был одним из сильнейших выразителей русской революции, а Довженко был её самым поэтическим выражением?.. А кроме того, хотят ли они передать всё это молодым людям – вот вопрос. Но идея, несомненно, хорошая, учитывая то, что молодые люди смогут легко ознакомиться с шедеврами кино через цифровой мир.

«ЗАВТРА». Как вы относитесь к цензуре и разного рода запретительным законам в этой сфере? Есть ли запретное в искусстве, каковы рамки, за которые не стоит выходить?

Эмир КУСТУРИЦА. Я не думаю, что такой закон нужен. На Западе уже есть то, что когда-то было при коммунистическом строе – самоцензура. Они ввели самоцензуру через идею политкорректности. Как дисциплинированные люди, получившие протестантское и католическое образование, этику, они принимают это очень легко.

В любом случае, будет хорошо, если мы не примем идею политической корректности, которая введёт в наше общество неписанный закон, самоцензуру.

«ЗАВТРА». Разного рода санкции в отношении России, которые, безусловно, относятся и к искусству, можно назвать своего рода цензурой?

Эмир КУСТУРИЦА. Это вечный инструмент, с помощью которого Запад расправляется с Востоком, вечная тема Запада, выраженная в доктрине «Дранг нах Остен» - натиска на Восток.

Этот «восточный вопрос» был сформулирован ещё во времена Наполеона, и он действует по-прежнему, его суть не меняется. Но сегодня Запад орудует открыто, борьба идёт не на дипломатическом поле, а ведётся через средства массовой информации.

И поскольку все обвинения, которые приводят к санкциям, трудно опровержимы - санкции действуют и являются выражением мировых разделений. И вопрос здесь стоит уже не о противостоянии наций, но об отделении Евразии от евроатлантических стран.

«ЗАВТРА». Вы были в Крыму, на фестивале в Севастополе. У вас сложилось впечатление, что народ в Крыму чувствует себя оккупированным?

Эмир КУСТУРИЦА. Во-первых, Крым окончательно стал русской территорией после трёхлетней войны в середине ХIХ века, когда Россия сражалась с Англией и Францией.

Задумка Хрущёва, что Крым – это Украина, была опровергнута самой жизнью. Народ в Крыму счастлив сейчас не только потому, что Крым - больше не Украина, он по сути является частью России, и именно так себя ощущает.

«ЗАВТРА». Так как вы ездили в Крым, стоит ли ваше имя в списке украинского сайта «Миротворец»?

Эмир КУСТУРИЦА. Ну, это меня не интересует.

«ЗАВТРА». Очевидно, что фактически происходит пересмотр результатов Второй мировой войны, прибалтийские государства, Украина возвеличивают нацизм...

Эмир КУСТУРИЦА. Идёт пересмотр результатов не только Второй мировой войны, но уже и итогов Первой мировой. До недавнего времени в силе была концепция Фрица Фишера - признание того, что Германия виновна в развязывании Первой мировой войны. А затем неожиданно появилась книга «Лунатики», которая говорит о необходимости ревизионистского подхода к истории.

Я считаю, что преступлениям, совершённым во время Югославских войн, придали большее значение. Эти преступления преувеличены, показаны страшнее, чем они были в действительности. И сделано это было именно для того, чтобы геноцид, который был осуществлён во время Второй мировой войны главным образом над сербами, цыганами и евреями, фактически был забыт, чтобы новые преступления затушевали, закрыли собой старые.

Но я думаю, что вес исторических событий, их значимость, истинная роль никогда не будут одолены нынешним подходом средств массовой информации. Все эти пересмотры не пройдут, не смогут пройти, потому что те, кто действительно выиграл Первую и Вторую мировые войны, знают правду. И если им придётся защищать эту правду, они снова защитят её.

«ЗАВТРА». Вы встречались с Владимиром Путиным, у вас была возможность разговаривать с ним. Какое отношение у вас к нему?

Эмир КУСТУРИЦА. Однажды я сказал: если бы я был англичанином – я был бы против него, если бы я был американцем – я подрался бы с ним, если бы я был русским человеком – я проголосовал бы за него. Но теперь у меня есть новая идея: если бы я был англичанином, но честным – то уважал бы Путина как великого государственного деятеля; если бы я был американцем – я понял бы, что примирение с Россией является единственным источником, который ведёт к благополучию планеты; а если бы я был русским гражданином – я, конечно, проголосовал бы за Владимира Путина, не задумываясь!

Россия. Сербия > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479108 Эмир Кустурица


Россия > Авиапром, автопром. Армия, полиция > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479101 Владислав Шурыгин

Созвездие Ильюшина

к юбилею знаменитого конструкторского бюро

Владислав Шурыгин

13 января 2018 года авиационному комплексу имени Сергея Ильюшина исполнилось восемьдесят лет. По человеческим меркам — целая человеческая жизнь. Жизнь, отданная небу…

Удачи нам мало. Нам нужна победа!

…Говорят, что инициатива присваивать конструкторским бюро имена их главных конструкторов принадлежит Иосифу Сталину. В середине тридцатых, когда Советский Союз переживал авиационный бум, вождь, посещая одно из конструкторских бюро, неожиданно предложил: "А почему наши граждане летают на самолётах, чьи названия им мало что говорят? Давайте называть самолёты по имени их конструкторов. Это и почётно, и ответственно".

КБ замкнутого цикла проектирования и производства лёгких самолётов имени Менжинского — так изначально назывался ильюшинский авиационный комплекс — было создано в 1933 году приказом заместителя Народного комиссара тяжёлой промышленности СССР и начальника Главного управления авиационной промышленности Петра Баранова на базе завода № 39 им. В. Р. Менжинского. Начальником ЦКБ и заместителем директора завода был назначен молодой амбициозный конструктор Сергей Ильюшин. Так появилось КБ Ильюшина.

За всю историю КБ было разработано более ста типов летательных аппаратов, а в небо поднялось свыше шестидесяти тысяч самолётов с маркой "Ил" на борту. Среди них легендарный "летающий танк" — штурмовик Ил-2, который наводил ужас на гитлеровцев и прошёл войну с первого её дня до последнего. В логове врага уничтожали фашистов дальние бомбардировщики Ил-4. После окончания войны в КБ был создан первый советский реактивный фронтовой бомбардировщик Ил-28 — самый массовый фронтовой бомбардировщик в истории отечественной авиации, больше шести тысяч машин!

Огромен вклад "ильюшинцев" в создание военно-транспортной авиации. Самый массовый отечественный тяжёлый "грузовик" Ил-76, выпушенный в количестве более чем тысячи кораблей, до сего дня остаётся в строю и ещё не одно десятилетие будет бороздить небо.

Машины Ильюшина всегда отличала феноменальная надёжность и живучесть. Так, за всю многолетнюю эксплуатацию ста шести единиц самого большого советского широкофюзеляжного самолёта Ил-86 произошло лишь две катастрофы этих машин. Обе не по вине технического состояния самолёта, и в них не погиб ни один пассажир. Этот рекорд до сих пор не побит ни одним самолётом в мире.

А киноплёнка, на которой в ходе испытательного полёта четырёхмоторный пассажирский Ил-18 летит, поочерёдно отключая один двигатель за другим, и в итоге продолжает полёт на одном двигателе, стала авиационной легендой.

Но не одной историей живо КБ. Сегодня в его подразделениях продолжается разработка новых самолётов. На заводах, входящих в единый с КБ авиационный комплекс, сегодня продолжают собираться самолёты различных типов, ремонтируются и модернизируются уже находящиеся в строю. Готовятся к серийному производству новые Илы.

Мы в кабинете первого заместителя генерального директора ПАО "Авиационный комплекс им. С. Ильюшина" Павла Черенкова:

— Как смогло КБ "Ильюшина" пережить лихие 90-е? И как можно назвать сегодняшнее его состояние? Портфель заказов полон, финансирование новых проектов идёт полным ходом. Это удачное стечение обстоятельств или просто ситуация в стране и мире так сложилась?

— Знаете, слово "удача" при всех его, безусловно, положительных значениях, имеет оттенок смысла, который нас сегодня уж никак не устраивает. — Черенков откидывается на спинку кресла — Удача всегда зависит от случая. Она всегда эфемерна. Поэтому мы работаем не на удачу. Удачи нам мало. Нам нужна победа! А для этого необходим огромный каждодневный труд всего коллектива и правильно выстроенные приоритеты.

Сегодня в нашем авиационном комплексе идёт полномасштабная реформа. Её цель — вывести комплекс на качественно новый уровень. Уровень "индустрии 4.0" — четвёртой промышленной революции, реальности XXI века.

Для этого мы с 2006 года проводим цифровизацию — преобразование работы КБ и других входящих в дивизион предприятий с переводом их в единое информационное пространство. Для этого нам пришлось проводить оцифровку наших основных изделий — самолётов. Мы полностью оцифровали Ил-76МД-90А. Как цифровой с первого дня создавался перспективный средний транспортный самолёт Ил-276. Сейчас идёт оцифровка восстанавливаемого в производстве Ил-96-300. Это громадная работа. Представьте себе объёмы данных, когда цифровизация только одного самолёта — это терабайтные объёмы.

Что это даёт? Совершенно уникальные возможности проектирования в самых современных 3D программах, экономию времени, денег, ресурсов. Мы всё ближе подходим к качественно-новому уровню проектирования, когда созданная цифровая модель самолёта, уже испытанная с помощью специальных программ на всех уровнях — от аэродинамики, центровки, балансировки до прочностных испытаний, — передаётся сразу на завод, где собирается уже вчистую, без многомесячной, а иногда и многолетней подгонки и "допиливания" на специальных испытательных образцах.

Это будущее авиации.

Ильюшинцы

…КБ Ильюшина ломает все представления об авиационном конструкторском бюро, сложившиеся за предыдущие десятилетия.

Вместо закрытого академического научного центра, куда допуск открыт только самым посвящённым и проверенным, "ильюшинцы", наоборот, ведут политику максимальной открытости. Дважды в год здесь проводятся "недели без турникетов", во время которых школьники девятых-одиннадцатых классов школ, "профилированных" на главные инженерные институты и университеты Москвы — МАИ, МИРЭА, "Бауманку", — посещают конструкторское бюро и знакомятся с его работой. Студентам этих вузов здесь вообще рады всегда. Курирует эту программу специальный отдел по работе с учебными заведениями, которым руководит Андрей Поздняков. В условиях сегодняшней жёсткой конкурентной борьбы за квалифицированных специалистов, когда количество технических вузов, сократившееся в 90-е до мизера, просто не способно удовлетворять потребности начавшей работать в полную силу промышленности, это даёт свои плоды. Большинство тех, кто сегодня трудится в лабораториях и бюро, начинали свою работу ещё студентами третьих-четвёртых курсов. Писали здесь дипломы по теме работы и после их получения уже окончательно выбирали КБ как место работы. Сегодня средний возраст "ильюшинцев" — тридцать пять лет.

Инженер-конструктор Александр Камалин — как раз из таких, "выращенных" КБ для себя, специалистов. Александру двадцать семь. Родом из Саранска. В 2007 году он поступил в МАИ на факультет двигателестроения. На третьем курсе пришёл в КБ с ознакомительной экскурсией и увлёкся. Пришёл снова. Уже с прицелом на работу. Студента сразу взяли, что называется, в оборот. Предложили работу на полставки, чтобы не прерывать учёбу. Первое время он проверял чертежи — работа на усидчивость, внимание. Свежие, "не замыленные" глаза легче находят ошибки — и сразу становятся видны способности человека, его характер. После нескольких месяцев "проверки" на чертежах Александру предложили место техника-конструктора в бригаде, занимавшейся крылом нового "Ила"…

К диплому Камалин был уже убеждённым "ильюшинцем".

— Что меня больше всего убедило прийти сюда? — Камалин задумчиво потёр щеку. — Если честно — то люди! На редкость высокая концентрация умных, адекватных и увлечённых людей. Это подкупило. Выбор тогда был между несколькими "конторами". Можно было устроиться в "Икар" — инженерный центр "Аэрбаса", в аналогичный "боинговский" центр. Там зарплата была выше, но при этом, с точки зрения перспектив роста, — тупик. "Винтик" в огромной корпорации. А на "Ильюшине" сразу дали творческую работу, коллектив сложился отличный. В КБ вообще о людях традиционно заботятся. Есть целая программа поддержки молодёжи. Мне, например, КБ, можно сказать, жильё подарило. Выдало беспроцентный кредит на покупку квартиры и взяло на себя выплату процентов банку. При таком отношении хочется ходить на работу. И это же здорово — видеть летающие самолёты, в каждом из которых есть частица твоего труда. Гордость берёт, поверьте…

Завтра начинается сегодня

Генеральный директор "Ильюшина", вице-президент ОАК по транспортной авиации Алексей Рогозин поставил себе амбициозную задачу: не просто выстроить эффективную работу в отдельно взятом КБ, но создать в рамках Объединённой авиационной корпорации единый дивизион транспортной авиации, связав в одну систему разработчиков — КБ Ильюшина и производителей — авиационные заводы, на которых собираются транспортники. Существовавшие до этого естественные границы между конструкторами-разработчиками и производственниками утяжеляли и удлиняли путь новых самолётов от этапа проектирования до выкатки и первого испытательного полёта. Причина в том, что, мягко говоря, интересы у всех были разные: у конструкторов — разработать и создать проект нового самолёта или модернизации уже летающих, а у заводчан — строить уже проверенные серийные машины. При такой системе "разделения интересов" путь новинки от конструкторских мониторов до первого полёта занимал иногда целое десятилетие. В XXI веке это просто недопустимо. Сегодня передовые мировые авиагиганты представляют собой максимально интегрированные научно-производственные кластеры, где разработка и создание новых самолётов неотделимы от их производства. Это единая информационно-айтишная среда, единое финансирование, единые стандарты, где всё работает, как часы. Достаточно сказать, что любой производитель, поставляющий тому же "Аэрбасу" самые обычные винты или ткань для кресел салонов, должен чётко укладываться в три тысячи требований и стандартов "Аэрбаса". Только так сегодня можно создать современный конкурентоспособный научно-производственный кластер. У нас же до сих пор существует серьёзная проблема межведомственного взаимодействия, где оборудование, материалы для ОАК поставляет корпорация Ростех, у которой есть свои приоритеты, иногда совершенно не совпадающие с требованиями авиапроизводителей…

Перед премьерой

В ближайшее время будет представлена новинка ильюшинцев — средний военно-транспортный самолет Ил-276. Сегодня в России нет современного среднего транспортника. Эту нишу занимают машины КБ Антонова: Ан-12, Ан-72, Ан-32 — самолёты, выпускавшиеся ещё в советское время. Ан-12 в небе уже больше шестидесяти лет. По расчётам специалистов, их массовый вывод из эксплуатации начнётся после 2020 года. Это больше 160 самолётов. Ил-276 должен прийти им на смену. Это будет качественно новая машина! Начнём с того, что это полностью "цифровой" самолёт, который от первого и до последнего момента создавался по самым современным 3D программам проектирования. Фактически его создавали уже не просто конструкторы, а конструкторы-дизайнеры, которые буквально строили его в 3D пространстве. Такие методы позволяют ускорить путь самолёта от проекта до первого полёта и существенно экономят деньги. Если конструктивные ошибки выявляются и исправляются ещё на первом этапе виртуального строительства — то это одна сумма, если переделываются на готовом изделии — то это деньги на порядок больше, а если уже на этапе массового производства — затраты могу превзойти всё, что было потрачено на конструирование.

Новый Ил-276 имеет уникальную конструкцию, с расположенным сверху кабины крылом, что позволяет использовать все её пространство. Самолёт будет способен взлетать и садиться на обычные грунтовые аэродромы.

Такой самолёт нужен армии и не только армии. Авиакомпании давно нуждаются в современном грузо-пассажирском самолёте, способном работать в экстремальных условиях крайнего севера и засушливом зное степей. При этом разбег и расход топлива у нового транспортника будут значительно меньше существующих, а при установке на него перспективного двигателя он станет одним из самых экономичных самолётов своего класса во всём мире.

Россия > Авиапром, автопром. Армия, полиция > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479101 Владислав Шурыгин


Россия. Весь мир > Агропром > oilworld.ru, 30 января 2018 > № 2494239 Михаил Мальцев

Михаил Мальцев: Экспорт масложировой продукции может вырасти в 2,5 раза.

Масложировая отрасль является одной из самых успешных отраслей российского АПК. По итогам 11 месяцев 2017 года, в сравнении с аналогичным периодом 2016 года, производство растительного масла выросло на 10,1%, об этом сообщила пресс-служба Минсельхоза РФ. Milknews поговорил с исполнительным директором Масложирового союза России Михаилом Мальцевым об успехах сектора.

Milknews: Масложировая отрасль на протяжении двух последних лет демонстрирует рост по 10% ежегодно, сегодня такую информацию опубликовал Минсельхоз. Как вы оцениваете успехи отрасли?

Михаил Мальцев: Если рассматривать долгосрочные перспективы развития отрасли, то можно дать уверенно оптимистический прогноз. Так как, масложировая отрасль – единственный представитель АПК, который имеет безграничный потенциал роста на внешних рынках. По предварительным прогнозам, в ближайшие годы объем поставок масложировой продукции на внешние рынки может вырасти в 2,5 раза. В общем контексте вектора экспортоориентированности российской экономики данный тренд обретает особую значимость.

Если говорить о внутреннем рынке, то здесь также имеется задел для роста. Во-первых, за счет последовательного увеличения объемов потребления продуктов масложирового сектора, во-вторых, активного развития смежных масложировой отрасли секторов АПК (например, промышленное производство мяса и кондитерских изделий).

Milknews: Какие прогнозы вы можете сделать на новый сезон?

Михаил Мальцев: Говоря о тенденциях сезона 2017-18, есть ожидания, что прошлогодние рекорды по валовому сбору масличных и их экспорту удастся повторить благодаря высокому урожаю сои и рапса. Для подсолнечника год оказался непростым - из-за погодных условий многим регионам пришлось «уходить в зиму».

Зато благоприятными природные условия оказались для рапса. По последним данным, объем валового сбора вырос на 47% относительно показателя предыдущих 12 месяцев. Причем таких результатов удалось добиться не за счет расширения посевных площадей, а за счет высокой урожайности.

По сое также есть положительные ожидания: под эту масличную выделяется все больше посевных площадей, интерес фермеров к культуре растет с каждым сезоном. По итогам 2017 года, производство сои выросло на 9% по сравнению с прошлым годом и достигло до 3,6 млн тонн. Кроме того, по уровню маржинальности соя находится на равных позициях с подсолнечником.

Однако ждать повторения рекордов 2016/17 можно будет только при условии понимания, какой объем масличных уйдет на экспорт, а сколько останется внутри страны и перейдет на следующие переделы.

Milknews: В связи с довольно хорошими темпами роста отрасли, появляются ли новые желающие инвестировать в сектор?

Михаил Мальцев: С учетом избыточных мощностей в секторе маслодобывания и отрицательной рентабельности перерабатывающих площадок игрокам рынка придется проделывать определенные шаги в сторону консолидации или интеграции, то есть либо объединяться, либо искать способы развивать новые ниши. Стартапы, базирующиеся исключительно на переработке масличных, прекратят свое существование.

Однозначный шанс на успех будут иметь проекты сектора глубокой переработки, именно это на направление сегодня делают ставку все крупные представители отрасли.

Например, технологи ГК «ЭФКО» сегодня работают над «пилотом» по производству ферментированного шрота с дополнительной питательной ценностью. Ферментированный шрот имеет повышенную привлекательность для животных и высокую общую перевариваемость и усвояемость, обеспечивает более интенсивный рост, улучшает качество мяса и снижает затраты на сельскохозяйственное производство. Применение ферментированного шрота с повышенным содержанием белка и улучшенным аминокислотным составом позволит также снизить зависимость кормопроизводителей от импорта мясной и рыбной муки, а также синтетических аминокислот, которые в настоящее время играют ключевую роль в балансировании рационов кормления животных по аминокислотному составу. Твердофазная ферментация шротов – это возможность получить совершенно новый продукт с уникальными свойствами. Отмечу, что эти технологии активно развиваются в мире, и при успешной реализации имеют перспективы стать прорывом в сфере кормовых продуктов и изменить мировой рынок кормовых ингредиентов. Так, по прогнозам экономистов, эффект в случае полной замены на рынке ЕАЭС обычного шрота на ферментированный составит около 1 миллиарда долларов США в год.

В конце прошлого года Сорочинский МЭЗ, входит в ГК «НМЖК», запустил линию по производству подсолнечного лецитина. В России это достаточно редкое производство, в первую очередь, из-за сложности технологического процесса. Лецитины — жироподобные вещества, получаемые из растительных масел. Он широко используется в пищевой промышленности как натуральный эмульгатор, а также при производстве шоколада, кондитерских, хлебобулочных и макаронных изделий. Также лецитин применяется в косметической промышленности, а также в медицине, являясь действующим веществом препаратов, способствующих предупреждению заболеваний печени.

Россия. Весь мир > Агропром > oilworld.ru, 30 января 2018 > № 2494239 Михаил Мальцев


Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 30 января 2018 > № 2486807 Анатолий Чубайс

Анатолий Чубайс: Выборы — вещь важная, но есть кое-что поважнее.

Автор: Екатерина Дербилова

Анатолий Чубайс сетует на низкие цены на энергию в России, рассказывает о приоритетах РОСНАНО и объясняет, зачем нужно отдать управляющую компанию в частные руки.

Мы разговариваем с Анатолием Чубайсом в гостинице Waldhotel Davos, когда-то это был санаторий для больных туберкулезом, именно его описал Томас Манн в романе «Волшебная гора». Давос — далеко внизу, в этом месте с шикарным видом совсем не чувствуется суеты форума.

В этом году (23–26 января) Давосский форум — 48-й по счету. Для меня он первый, для моего собеседника — 27-й. Два года назад основатель Всемирного экономического форума Клаус Шваб вручил ему знак почетного члена Давосского клуба. Жаль, что у Чубайса не оказалось его при себе, но говорит, что значок «очень красивый».

В отличие от многих моих знакомых здесь, Чубайс ходит на сессии (в программе их, кстати, больше 400), а не только общается в кулуарах, так что после интервью вместе побежим на стратегическую дискуссию о России. А вообще в этот раз он не интересуется ни геополитикой, ни даже мировой экономикой. Все внимание он направил на энергетику; в частности — на зеленую энергетику. Вложения РОСНАНО в проекты возобновляемой энергии приближаются к 42 млрд руб. Но с классическими для РОСНАНО инвесторами Чубайс на полях форума не встречается: считает, что сейчас это дело безнадежное.

– Я в Давосе первый раз и не могу сравнивать этот форум с предыдущими. Как изменилось отношение и интерес к России? Говорят, в этом году он поубавился. Есть ли такое ощущение у вас?

— Я, можно сказать, ветеран Давосского форума. Я здесь в 27-й раз.

На ваш вопрос постараюсь ответить коротко. Экономика, конечно, связана с политикой, они не могут отдельно существовать. Сегодняшние взаимоотношения России и Запада самые плохие за 27 лет, это объективный факт. Кто-то его оценивает как большой успех, кто-то — как провал, кто-то — как вынужденную цену, которую мы должны заплатить. Но, как ни оценивай, это, конечно же, сказывается на уровне интереса инвесторов.

С другой стороны, сейчас мы имеем результат, который называется «фундаментальное макроэкономическое оздоровление в России». Я именно так оцениваю ситуацию в макроэкономике: 2,5%-я инфляция — это колоссальный успех. Его подкрепляет и бюджетная политика, которую тоже можно оценить как консервативную и высокопрофессиональную.

Как известно, инвесторы делятся на две группы: инвесторы с плохой памятью и инвесторы с полным отсутствием памяти. Эти ребята очень прагматичные — и даже циничные. И я полагаю, что некоторые инвесторы, в том числе портфельные, в принципе воспримут это позитивно. Если говорить о прямых инвестициях (тут мы уже из совсем ямы вылезаем), какой-то рост был в прошлом году, будет ли в этом году — я не знаю. Все-таки прямые инвесторы более консервативные, чем спекулятивные. Поэтому такой расклад, многослойный, но не очень оптимистичный.

– То есть если какой-то компании определенный проект интересен — там все хорошо?

— Да-да. Вот пример вам, пожалуйста, — компания Fortum, один из лидеров европейского рынка энергетики. Правда, мы сами привели ее в Россию в ходе реформы энергетики. Сейчас она вкладывает 15 млрд руб. в крупномасштабный проект по строительству ветроэнергетики вместе с РОСНАНО. Есть и другие примеры.

– Здесь с инвесторами встречаетесь?

— С классическими инвесторами, LP [limited partners], — нет, это безнадежно.

– Почему?

— Потому что РОСНАНО входит в семейство private equity фондов, у которых классические инвесторы: это негосударственные пенсионные фонды, фонды фондов, эндаументы. Ни один из этих западных институтов сейчас в Россию инвестировать не будет.

– Тогда что вы делаете тут и чего ждете от форума? Может, какие-то сессии послушать? Если да, то что именно?

— У меня две группы задач. Я в этом году не интересуюсь геополитикой, я даже не интересуюсь мировой экономикой. Потому что и там и там все понятно, в том числе с американской и европейской. Эти тренды я понимаю. Я здесь интересуюсь энергетикой. Большой энергетикой и возобновляемой энергетикой. Это сфера, в которой, мне кажется, в мире происходят крайне интересные процессы и в которой как раз Россия оказалась не изолированной от мира. Мне очень важно понимать, что происходит в мировой энергетике и как это на нас отразится, поскольку мы [РОСНАНО] в России в эту отрасль очень вовлечены. На форуме я много что понял, много что увидел. Давайте я вам про это как раз и расскажу?

– Давайте. Чубайс и энергетика — это всегда интересно.

— Есть определенные большие тренды в отрасли. Например, отчетливо просматривается новый тренд под названием, как ни странно, «электрификация». Объем электропотребления в мире растет быстрее, чем потребление первичных энергоресурсов. Иными словами, при достаточно высоких и устойчивых темпах развития мировой энергетики в целом ее электроэнергетический сегмент будет развиваться с опережением. Это очень важный тренд. Новая динамика в мировой электроэнергетике обусловлена целым набором новых технологических кластеров, начиная с автомобильного электротранспорта и заканчивая системой хранения электроэнергии. Второй момент — это завершение дискуссии о возобновляемой энергетике: «за» или «против». Она закончилась, все.

– Уже «за». Это понятно.

— Да. Когда Германия объявляет программу возобновляемой энергетики, это ожидаемо, а когда Китай на съезде принимает программу… китайский язык я не воспроизведу, но смысл такой: вернем Китаю голубое небо.

– Они замещают уголь газом. Это государственная программа.

— Не только газом, там такие объемы по возобновляемой энергии, что… Я записал цифры, но боюсь их повторить. Цифры абсолютно феерические, просто запредельные. Я проверю потом, но план ввода возобновляемой энергетики в Китае на ближайшие годы больше, чем вся установленная мощность энергосистемы в России (позднее Чубайс уточнил: по данным Системного оператора ЕЭС России — 240 ГВт на 1 января 2018 г. Установленная мощность возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в Китае на конец 2017 г. достигла 650 ГВт, на нее приходится 36,6% установленной мощности страны. — «Ведомости»). Это абсолютно немыслимая для энергетики вещь. Это Китай, но когда туда же, в программу возобновляемой энергетики, включаются Замбия, Эфиопия, Ливан и — я уже не помню — кто-то из латиноамериканцев, это, в общем, означает, что дискуссия завершена.

Что для нас важно? Две вещи. Первое: Россия успела вскочить на подножку поезда, и наша национальная программа развития возобновляемой энергетики смотрится абсолютно адекватно на мировом уровне. Мало того, мы уже являемся производителями оборудования, в том числе солнечных панелей, которые вполне конкурентоспособны на мировом уровне. Это зона, в которой мы можем говорить на равных или почти на равных, мы можем что-то предложить, нас слушают и т. д.

Но здесь у нас есть фундаментальная проблема, и особенно она видна извне. В России цена газа по сравнению с Европой ниже в 2,5 раза, цена электроэнергии для промышленных потребителей — ниже в 2 раза с небольшим, цена электроэнергии для населения — ниже в 4 раза. Вот три факта пока без оценок.

Теперь дальше: должна ли российская энергия быть по цене равна европейской? Нет, не должна, она должна быть дешевле, это наше естественное стратегическое преимущество. А должна ли она быть настолько дешевле? Конечно же, нет, это фундаментальная ошибка. Наша искусственно заниженная цена на энергоносители убивает нашу электротехническую промышленность и энергомашиностроение, подрывает стимул к энергоэффективности, тормозит развитие обрабатывающего сектора российской экономики. А это вещи фундаментальные. И это вещи, которые я не слышу во внутренних дискуссиях в России. Или я что-то пропустил?

В чем причины? Да, конечно, реформа энергетики и созданный в ходе ее конкурентный оптовый рынок сдержали рост цен на электроэнергию. Но не в меньшей степени это произошло от девальвации рубля. И сложившийся в итоге уровень цен сегодня точно нельзя считать правильным. Мы сами, своими руками, пережали и подрываем рынок собственного машиностроения. Это серьезная, большая ошибка. Во всех дискуссиях по энергетике ее нужно иметь в виду и учитывать.

– Действительно, с такими ценами на энергоносители нет никаких стимулов развиваться.

— Абсолютно. Хотите один пример приведу, очень важный. У нас большая часть тепловой электроэнергетики — газовая. Годовое потребление газа в электроэнергетике России — под 200 млрд кубов. Базовая технология в газовой энергетике — паросиловой цикл, КПД паросилового цикла — 36–38%. Мы в начале 2000-х построили первую в России станцию с новой технологией — парогазовой: Северо-Западную ТЭЦ. У парогазовой КПД — 55–60%. 38 и 60 — это колоссальная разница. Совершенно ясно, что российскую газовую энергетику полностью и целиком нужно переводить на парогазовый цикл.

Парадокс состоит в том, что с заниженными ценами на газ и электроэнергию, переходя на современный парогазовый цикл, создавая спрос на оборудование и т. д., ты не получаешь нормальную экономику — экономика не сходится, потому что ты сэкономишь в полтора раза потребление газа, который ничего не стоит. Это означает, что российская электроэнергетика будет продолжать бессмысленно сжигать ежегодно 50–60 млрд куб. м газа, а это объем потребления небольшой европейской страны. Это абсолютный диспаритет цен в энергетике. Как у нас аграрии 20 лет бились против диспаритета — сейчас энергетикам нужно то же самое. Эту картинку надо менять.

– А я уверена, что вы уже придумали, как менять.

— Нет, конечно. Это же не вопрос РОСНАНО и даже не вопрос Минэнерго. При этом надо понимать, что все потребители — и промышленные, и все остальные — всегда будут говорить, что цена очень высокая.

– А про население вообще нечего говорить…

— Естественно. Нам не надо догонять Европу по ценам, я к этому не призываю. Но мы точку оптимума стратегическую потеряли. И это большая ошибка; диспропорция, которую всерьез надо начинать исправлять. И это работа для Минэнерго, для Минэкономики, для Минпрома, для правительства в целом и даже для президента Российской Федерации.

– Вы их всех уже пугали таким заявлением?

— Я сейчас первый раз это высказал на ваших глазах.

– Прекрасно, перед выборами — прямо самое то.

— Знаете, выборы, конечно, вещь важная, но есть кое-что поважнее. Именно в силу того, что я никак не участвовал и не собираюсь участвовать в политических процессах, важно, чтобы это было сказано.

– Но до выборов вряд ли какие-то решения будут. Это вообще же длинная история.

— Да ничего и не надо решать до выборов, это на годы.

– Ну считайте дали новый повод забрасывать вас листовками — или что там в вас бросали последний раз?

— (Смеется.) Да, теперь у некоторых кандидатов будет еще один повод, они это любят. Жириновский тут сказал, что принял решение про три указа, которые он подпишет после избрания. Кажется, второй указ об увольнении Чубайса. Или об аресте, точно не помню. Вторым указом — арестовать Чубайса.

– 29 января США обещают обнародовать список бизнесменов и общественных деятелей, сотрудничество с которыми грозит санкциями. Вы лично их не боитесь?

— Новые санкции — это тема больших спекуляций и нулевого знания, я не готов их комментировать. Предпринимать специально ничего не собираюсь, тем более что никаких активов в США у меня нет и никогда не было.

Инвестиции и заводы

– Давайте про РОСНАНО. Подвели уже итоги прошлого года?

— Год был неплохой. Но еще не все итоги есть.

– Может быть, предварительными поделитесь?

— Да, предварительными готов поделиться. Начнем с того, чтобы похвалить себя немножко.

Что для нас важно. Три вещи. Первое: мы развиваем фондовый подход — создание private equity и венчурных фондов. Это суть нашей бизнес-модели, и сейчас уже можно говорить о том, что получилось. Вот несколько цифр. Мы на 1 января 2017 г. привлекли внешних инвестиций в фонды почти 20 млрд руб., на 31 декабря — 49,4 млрд, т. е. за год мы выросли почти на 30 млрд руб. Я считаю, что на фоне санкций и понятно какого инвестклимата это важный результат.

Это commitment я вам называю, обязательства, а теперь дам цифры — что мы израсходовали из вновь созданных фондов. Фонды обычно тяжело раскручиваются — год-два, пока у него пойдет реальный поток с инвестициями. В 2016-м — это первый год, когда мы из новых фондов начали инвестировать, — мы проинвестировали в технологические проекты чуть больше 1,5 млрд руб., в 2017-м — еще 6 млрд руб. А в 2018-м собираемся вложить еще 19 млрд руб. То есть мы последовательно наращиваем инвестиции в наноиндустрию, причем теперь уже с помощью нового фондового инструмента, а это означает, что вместе с нами теперь инвестируют наши партнеры.

– А план по привлечению какой?

— У нас в плане на этот год привлечение еще 20 млрд руб.

Вторая цель для нас традиционно важная — может, она не очень «фондовская» — это вводы [новых производств]. Мы построили на 31 декабря 95 новых заводов. Это накопленный итог за 10 лет, а за один прошлый год запущено 15 предприятий. Совокупный объем инвестиций РОСНАНО в наноиндустрию за все 10 лет составил 200 млрд руб.

Третье — эффективность, что становится все более важным для нас приоритетом. Мы же все-таки инвесторы и отвечаем не только за то, что построили, а за соотношение затрат и результатов. У нас есть очень важный для нас показатель — это соотношение…

– Справедливой стоимости актива с доходами?

— Соотношение объема инвестиций в проекты и поступления от них, включая доходы от выходов. Если взять все 35 проектов, из которых мы вышли, то на 31 декабря 2017 г. суммарный доход от этих проектов — выход плюс доходы за время владения — превысил объем инвестиций в эти проекты. Это деньги, которые уже фактически получены на счета РОСНАНО. Портфельный принцип впервые дал важный положительный результат, мы выходим по этому параметру в плюс.

– Вы, выводя эту цифру, дисконтируете или это просто деньги на счетах?

— Эта цифра считается без инфляции, без всего, без дисконта по времени. Плюс или минус.

– Намного выше?

— Нет, немного — около 20 млн руб. Но все равно плюс.

Вместе с тем я думаю, что прибылью по итогам прошлого года мы не сможем похвастаться. Мы еще не получили, естественно, результатов по МСФО. Тем не менее, хотя у нас в 2014-м, 2015-м, 2016-м, 2017-м предусматривались плановые убытки (конкретно в 2017 г. — 4 млрд руб.), в 2014, 2015 и 2016 гг. мы получали чистую прибыль по МСФО. Вот, собственно, основные результаты — не суперблестящие, но вполне позитивные.

Добавлю последнее: я считаю крайне важным, что нам удалось большими долгими усилиями не только в РОСНАНО, а еще в РАО «ЕЭС» при активной поддержке правительства России, губернаторов Ульяновской и Ростовской областей построить и запустить проект возобновляемой энергетики. Он для РОСНАНО сейчас стал ключевым. Мы сегодня игрок номер один в солнце, мы игрок номер один в ветре по объему выигранных ДПМ [договоров о предоставлении мощности], но это существенно не только для РОСНАНО, это касается всей страны, и это очень важный результат.

Зеленая энергетика

– Сколько сейчас на возобновляемую энергетику приходится в общем портфеле РОСНАНО?

— Давайте я вам сейчас как раз и посчитаю. Общий объем наших инвестиций — 200 млрд руб., инвестиции со стороны РОСНАНО в ветер мы не раз называли — 15 млрд, инвестиции в солнце [производитель солнечных модулей «Хевел»] — думаю, что на уровне 19 млрд. Получается, что совокупный объем ВИЭ в портфеле превысил 15%. А с учетом переработки твердых коммунальных отходов — более 20%. Это серьезная доля для нас, и, скажу прямо, мы ее собираемся наращивать. Вот, например, весной пойдем на следующий отбор проектов ВИЭ точно.

– Какой отбор?

— По солнцу и ветру, претендентов на ДПМ ВИЭ.

– А с мусором что делать будете?

— Думаю, будем делать ровно то, что собирались. Мы вместе с «Ростехом» создали Первый экологический фонд (наших инвестиций — 8 млрд руб., сторонних — 13 млрд руб.), который заточен на технологическую часть переработки твердых коммунальных отходов.

Нас, честно говоря, не очень интересуют полигоны, потому что там нет ни нанотехнологий, ни вообще хайтека. Нас интересует waste to energy [мусор в электроэнергию], заводы по переработке отходов в энергию — там есть не просто хайтековская, а нанотехнологическая часть. Значительная часть оборудования там — разные способы фильтрации жидких сред, газовых сред. Здесь, в Швейцарии, в Цюрихе, в черте города, стоит такой завод, и это нормально. Мы хотим такую же технологию — кстати, в Швейцарии ее и предполагаем брать.

– Уже есть какие-то переговоры со швейцарцами?

— Есть.

– А подробнее?

— Пока не скажу.

– А вам «Ростех» вообще нужен в этой во всей истории?

— Мы в этом фонде младшие партнеры. Старший партнер — «Ростех», который в этом проекте абсолютно необходим.

– И у вас нормальные отношения по нему с «Ростехом»?

— Да.

– «Ростех» — он довольно инертный, иногда проекты с его участием долго развиваются…

— Всякое бывает. Но я совершенно определенно могу сказать, что в этот проект мы бы без «Ростеха» не пошли.

РОСНАНО на выход

– Соотношение справедливой стоимости активов вместе с выходом и общей стоимости проинвестированных денег — какое оно сейчас? Я знаю, что вы за этим показателем очень следите.

— Да, это правда. Мы его считали на 31 декабря в 2015 и 2016 гг. В 2015-м было 97% — вложения перевешивали, а на следующий год мы впервые перешли 100%. В 2016 г. справедливая стоимость портфеля с поступлениями от выходов превысила инвестиции на 1,7 млрд руб. По 2017-му узнаем, когда будет МСФО.

– То есть по плану все, как обещали.

— Посмотрим на 2017-й… Но если не по всему портфелю, а по выходам, то этот коэффициент показывает, что мы проходим точки, когда результат от инвестиций осторожненько превышает затраты.

– По поводу следующих выходов. Вот у вас есть успешный проект «Хевел». И вы говорили, что когда-нибудь выйдете из него. Не ближайшие ли это планы?

— Вы знаете нашу бизнес-модель, она основана на принципе private equity и венчурных фондов: есть вход, а есть выход. Мы не «Ростех», не «Газпром» и не ОАК, у которых есть активы, и они их постоянно развивают. Мы отобрали проект, проинвестировали, построили завод, вывели на окупаемость и вышли. У нас не должно быть таких бизнесов, в которых мы сидим всегда. Поэтому вопрос не в том, «да» или «нет», а вопрос — «когда».

«Хевел», когда мы начинали, был рискованным проектом, даже, скажем прямо, был нашей с [Виктором] Вексельбергом авантюрой, раза два он был на грани полной катастрофы. Тогда не существовало системы господдержки ВИЭ. В безвоздушном пространстве все делали. И первый такой завод в России — колоссальная технологическая задача. На сегодняшний день «Хевел» очевидно привлекательный актив с гарантированной перспективой спроса на российском рынке и очень хорошей — на мировом. Сразу после ввода завода мы располагали мощностью 95 МВт. Сейчас у нас 160 МВт — действующие производства, а планируем довести до 250 МВт, и я уверен, что это не последнее расширение. Это по количеству модулей. По качеству панели «Хевел» основаны на технологии, разработанной в построенном «Хевел» R&D-центре в Физтехе [им. Иоффе в Санкт-Петербурге]. Там сделали физтеховцы — молодцы — замечательную панель, которая сегодня входит в топ-3 в мире по КПД: 22,7% достигнуто. Не в лаборатории — на конвейере. Это где угодно не стыдно показать.

– Хочет уже покупать кто-нибудь?

— Да, «Хевел» сейчас реально переговоры про экспорт ведет. Только нам не одну панель нужно продать, а найти серьезный заказ. В 2018 г. главная задача, которая стоит перед «Хевелом», — прорыв на зарубежные рынки.

– Хотя бы страны скажите какие.

— Латинская Америка — наиболее реалистичный рынок для нас… Итак, что это означает. Это означает, что как по количеству продукции, так и по качеству завод вышел на очевидно солидный уровень. Если мы уйдем завтра из проекта, он не развалится, он никуда уже не денется, но вопрос — [когда выходить исходя из] максимальной финансовой привлекательности. В принципе, мы изучаем предложения уже сейчас. И будем принимать решения в зависимости от того, какие условия нам на наш пакет дадут.

– Разве у вас нет с «Реновой» акционерного соглашения?

— Да, у нас есть акционерное соглашение с «Реновой» по «Хевелу». Оно предусматривает определенные права и обязанности для каждой стороны, если у кого-то из нас возникнет желание выйти из проекта.

– А ТМК вам не в этом ли году продать надо?

— Нет. По ТМК ситуация такая. У нас совсем небольшая доля — около 5%. Считаю, что там очень профессиональная команда. Я вижу результаты, поквартальные и годовые. Вижу, как компания идет вперед, модернизируется, развивается, наращивает объемы. У них хорошие результаты, поэтому у нас нет намерений немедленно выйти. Но когда-нибудь мы точно выйдем — так же как из любого другого проекта.

– Я правильно понимаю, что покупка таких миноритарных пакетов — это было своего рода квазикредитование?

— Если вы входите не через облигации и не через кредит, а в капитал (а мы вошли в капитал) и при этом у вас есть опцион или система опционов, то в некотором смысле это конструкция, максимально близкая к кредиту. Но все-таки мы же не кредит давали, а капитал покупали. Поэтому по классике назвать это кредитованием неправильно.

– А относительно сроков выхода когда решите?

— Сроки выхода у нас в этом году не стоят. Будем выбирать оптимальную для себя дату. Но нам нравится, как развивается этот проект, он позитивный, долгосрочный.

– О каких-то крупных выходах можете заявить, что они уже в этом году состоятся?

— Поймите правильно: выход — это деликатная история. И мы не должны рассказывать все наши секретные планы, потому что у нас задача — выйти наилучшим образом, максимизировать доходность. Выйдя из 35 проектов, мы уже понимаем, что это такое отдельное искусство, иногда очень непростое.

– Очень хорошие были новости по поводу сотрудничества с такими маститыми компаниями, как Lamborghini, Apple. Есть еще такие громкие проекты?

— Как правило, бренды такого уровня запрещают называть себя при продажах. Замечу, что Apple — это вы сказали, я ничего об этом не сказал. Я бы с удовольствием высыпал вам еще десяток имен такого масштаба, и это было бы чистой правдой, но они запрещают упоминать свои имена, это условие сотрудничества. По факту сегодня из топ-100 технологических компаний мира мы сотрудничаем с 75 в разных стадиях, включая прямые продажи нашей продукции.

– Вы же можете, наверное, сказать, какие из ваших проектов…

— …то же самое. Прямое нарушение. Это я по ним ударю. Сказать-то мне легко.

– Но хотя бы в какой сфере продвинулись больше всего, у кого в партнерах и контрагентах крупные мировые компании…

— OCSiAl. Это одностенные углеродные нанотрубки. Этот наномодификатор кардинально улучшает механические свойства, электро- и теплопроводность материалов.

Частная лучше государственной

– Вы обсуждали с чиновниками вопрос создания частной управляющей компании. Есть ли подвижки?

— Нет. Все в той же точке.

– Но это в той же точке уже сколько лет!

— Два года.

– Они обещали как-то побыстрее.

— Картина вот какая. Мы же тоже сами не сразу поняли, кто мы такие. Мы начинали как госкорпорация, потом преобразовались в акционерное общество. К 2014 г. мы все про себя поняли и приняли новую стратегию. Выяснилось, что мы в индустрии private equity / венчурных фондов. Этот бизнес в мире активно развивается, а в России, к сожалению, сильно недоразвит, что, на мой взгляд, серьезная недоработка моих коллег из ЦБ и правительства. Соответственно, в этом секторе есть свои лучшие бизнес-практики, есть свои стандарты, традиции, этика своя. Многое из этого мы принимаем и перенимаем. В том числе недавно приняли этический кодекс private equity бизнеса, который отличается от корпоративного этического кодекса, принятого ФКЦБ. (Кодекс корпоративного поведения разработан ФКЦБ и рекомендован к применению в марте 2002 г. — «Ведомости».)

– У вас жестче?

— Они вообще разные. Этические требования для акционерного общества, для менеджмента акционерного общества отличаются от этических требований private equity фондов, потому что здесь виды деятельности, которых не существует в обычном корпоративном бизнесе. Многие из требований этого вида индустрии мы к себе применяем, но есть два принципиальных требования, которые мы полностью нарушаем. И то и другое создает для нас очень большие проблемы. Требование номер один…

– …заемные деньги.

— Совершенно верно. Венчурный бизнес не живет на заемных деньгах, а мы на них живем частично. И это приводит к тому, что мы в год выплачиваем российским коммерческим банкам совокупный объем процентных платежей от 10 млрд до 16 млрд руб. Накопленным итогом по 2016 г. РОСНАНО заработало и выплатило российской банковской системе на обслуживание долга, на проценты и купонные выплаты 64 млрд руб. Это колоссальные деньги для нас, да и для самой банковской системы, я думаю, заметная сумма. Так что между делом мы еще развиваем наши уважаемые коммерческие банки, но мы это вынуждены делать в силу того, что так структурирован наш пассив.

Вторая принципиальная вещь. Не существует современных private equity и венчурных фондов с государственными управляющими компаниями. Управляющая компания должна быть отдельно от активов, мы ее уже выделили, это нам прозрачность резко повысило и т. д. Но [отсутствует] следующий шаг. И [его необходимость] это не вопрос желания или нежелания Чубайса все приватизировать и т. д. Это вопрос эффективности управления государственными деньгами и, соответственно, развития наноиндустрии в России.

Все очень просто на уровне здравого смысла. Нам нужно привлечь инвесторов. Инвесторы работают с нами — лично со мной и моими коллегами. Мы, как вы знаете, привлекаем не миллионы, а миллиарды. И не на полгодика и не на годик, а минимум на 8–10 лет. И здесь главный вопрос: «Ребята, а вы кто? Вас назначили, а вот тут выборы будут — вас оставят или нет?» Это подрывает всю картинку, доверие. Не потому что я хороший или я плохой. Вот если есть моя управляющая компания и я в нее деньги вложил, то я кровно заинтересован, независимо от того, где я работаю, чтобы этот бизнес рос. Конечно же, то обстоятельство, что нет продажи УК, радикально подрывает наши возможности привлечения инвестиций в российскую наноиндустрию.

– Но ее хотя бы сначала акционировать надо?

— Не надо. Она ООО. Маленькая компания с годовым доходом около 3 млрд руб.

– По сути, платили бы их как зарплату менеджерам компании?

— Считай так.

Какие фонды — правильные

– По поводу фондов вы сказали, что их уже не так просто создавать. Как с этим дела обстоят и в каком соотношении участие привлеченных инвесторов и ваше?

— Я уже начал говорить, что мы впервые в новой стратегии 2014 г. заложили создание фондов. Я вам показал цифру — рост объема привлечения в фонды, рост инвестиций из фондов в проекты. Еще один тренд внутри нашей фондовской активности — это увеличение партнерского плеча.

Мы создавали первые наши фонды в пропорции 50:50. Что, конечно, для фондового бизнеса не здорово. Нормальный бизнес в этой сфере привлекает в основном внешние деньги. И поэтому в стратегии заложена идея последовательного уменьшения доли АО «РОСНАНО» в фондах и увеличение доли привлеченных средств. Но поскольку первые полтора-два года реализации стратегии доказали, что мы их можем создавать, теперь задача — работать на качество, т. е. увеличивать плечо. В этом смысле мы уже перешли от конструкции 50:50 к более продвинутой конструкции. Я вам уже сказал, что если в Фонде развития ветроэнергетики c Fortum вклады в соотношении 50:50, то в фонде с «Ростехом» это уже 40:60 — чуть-чуть лучше. Мы, естественно, хотим улучшать эту пропорцию и дальше. У нас задача-минимум — привлечь к 2023 г. от партнеров 160 млрд руб. в совместные фонды. Чтобы это сделать, мы обязаны улучшить пропорцию.

– Как обстоят дела с созданием фондов с иностранцами?

— Я сначала вот что скажу: вообще говоря, надо понимать, что в этой сфере фондостроительства вы заходите в пять проектов, а получается один из пяти. Это нормальная воронка создания фондов.

Ситуация с арабами и с Ираном следующая. С Ираном мы достигли предварительной договоренности, но процесс затянулся, и это нам не нравится, мы не можем бесконечно висеть в неопределенной стадии. Я думаю, либо в ближайшее время мы его завершим, либо просто откажемся от этой идеи. Арабы крайне заинтересовались нашими проектами по возобновляемой энергетике. В том числе я на днях был в Дубае на форуме по возобновляемой энергетике, и мы начинаем переговоры об их привлечении в российские проекты в этой сфере.

– И последний вопрос, не очень приятный. Об энергетиках, ваших бывших коллегах, на которых заведены уголовные дела. Скажите, как вы относитесь к такому методу, зачем это все надо?

— Я вряд ли могу комментировать содержание обвинения [в отношении Евгения Ольховика и Бориса Вайнзихера], это не очень корректно. Но что я могу твердо сказать — это то, что в российской энергетике есть какой-то набор людей, известных всей отрасли. Естественно, у каждого из них своя репутация с какими-то достоинствами и недостатками. Так вот, Вайнзихера я знаю прекрасно. Я отношу Бориса к числу честнейших людей — не говоря о его профессионализме, о человеческих качествах — честнейших людей в этой сфере вообще. И думаю, если вы 10 человек — энергетиков спросите про Борю, вам все скажут абсолютно одно и то же: это уникальный случай с точки зрения репутации.

– Вы же какие-то показания…

— Я не могу давать показания в деле Вайнзихера, потому что содержание предъявленного обвинения никакого отношения не имеет к РОСНАНО и к РАО «ЕЭС».

– Но вы какие-то письма писали?

— Да, писал. Поручительства [о пересмотре меры пресечения].

Россия. Швейцария. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 30 января 2018 > № 2486807 Анатолий Чубайс


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2484004 Арег Галстян

Ближний круг. Какими будут последствия «кремлевского доклада»

Арег Галстян

американист

Рекомендации к внесению в санкционный список получили Юрий Ковальчук, Геннадий Тимченко, а также Аркадий и Борис Ротенберги. Именно этих бизнесменов власти США считают доверенными людьми Путина

Министерство финансов США предоставило Конгрессу специальный доклад со списком высокопоставленных российских политиков и бизнесменов, в отношении которых могут быть разработаны и приняты различного рода санкции и ограничения. В преамбуле отмечается, что перечисленные лица были отобраны исходя из близости к правящему режиму и их нетто стоимости. Выборка была осуществлена на основе объективных критериев, касающихся должности конкретного политического деятеля или нетто стоимости в 1 миллиард долларов и выше для олигархов.

Документ, над созданием которого активно работали ведущие эксперты из мозговых центров The Atlantic Council и RAND Corporation, разделен на несколько частей. Первый раздел посвящен политическим деятелям и поделен на три отдельных списка: «администрация президента», «кабинет министров» и «другие высокопоставленные лица».

В первом списке 43 фамилии крупных чиновников-тяжеловесов, среди которых Антон Вайно — руководитель администрации президента, его первые заместители – Алексей Громов и Сергей Кириенко, а также пресс-секретарь Дмитрий Песков. Рядом с фамилиями Вайно, Кириенко и Пескова отсутствуют «звездочки», которыми отмечены политики, на которых уже наложены санкции, поэтому «особо рекомендуемые» для потенциального попадания в санкционный список. В президентской администрации таких чиновников всего 8: Алексей Громов, Владислав Сурков, Владимир Козин, Андрей Фурсенко, Игорь Щеголев, Сергей Глазьев, Олег Белавенцев и Сергей Меняйло.

Все члены кабинета министров (31 человек) попали под удар, включая самого премьера Дмитрия Медведева, главу МИД Сергея Лаврова и министра обороны Сергея Шойгу. На «особом счету» находятся заместители председателя правительства Дмитрий Козак и Дмитрий Рогозин. Среди «иных высокопоставленных лиц» стоит отметить спикера Совета Федерации Валентину Матвиенко, директора Службы внешней разведки Сергея Нарышкина, спикера Государственной Думы Вячеслава Володина и секретаря Совета безопасности Николая Патрушева. Таким образом, официальный Вашингтон посылает совершенно четкий и ясный сигнал российской политической элите — под прицелом санкционной политики находятся все и каждый, вне зависимости от их положения, статуса и занимаемой должности.

В третий список американцы внесли российских бизнесменов и олигархов, которые, по мнению Вашингтона, тесно связаны с политической элитой Кремля. Таковыми теперь Соединенные Штаты считают Леонида Михельсона F 1 — самого богатого человека в России с состоянием в $14,4 млрд, Александра Мамута F 40, Владимира Потанина F 8, Юрия Мильнера F 31, Андрея Мордашова F 2, Михаила Прохорова F 13, Алишера Усманова F 5, Виктора Вексельберга F 10 и т.д. Статус «особо рекомендуемых» получили Юрий Ковальчук F 93 — председатель совета директоров банка «Россия», Геннадий Тимченко F 4 — владелец инвестиционной группы «Volga Group», а также Аркадий F 39 и Борис F 94 Ротенберги, поскольку они входят в уже существующие санкционные списки.

Стоит отметить, что вышеперечисленные бизнесмены рассматриваются Белым домом и Конгрессом как наиболее приближенные и доверенные люди президента Владимира Путина.

Последствия доклада

Важно подчеркнуть, что данный доклад был подготовлен в соответствии с требованием раздела 241 ранее принятого закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (H.R. 3364). Напомним, что этот акт был принят значительным двухпартийным большинством в Палате представителей и Сенате. Закон закрепил ранее принятые санкции, а также предусматривает возможность форсированного принятия новых ограничений в отношении России, Ирана и Северной Кореи. Также были установлены новые процедуры рассмотрения Конгрессом приостановления или отмены санкций в отношении Москвы. Помимо кодификации существующих санкций, закон нацелен на новые ограничения по российским оборонным, разведывательным, финансовым и энергетическим секторам, а также предписывает возможности ужесточения ограничений в ответ на «попытки России подорвать кибербезопасность и дестабилизировать Украину и Сирию».

В свою очередь, раздел 241 требовал доклада о российских «полугосударственных организациях», включая оценку их роли в экономике страны и анализ потенциальных последствий принятия дополнительных долговых ограничений. Конгресс потребовал от Минфина произвести оценку возможных последствий для американской и российской экономик после введения дополнительных санкций против олигархов, высокопоставленных политических деятелей и предприятий. По мнению администрации Белого дома, «полугосударственными организациями» считаются те, в которых доля государственного владения составляет как минимум 25 %, а прибыль 2016 года составляла около 2 миллиардов долларов и более. Все подобные организации представлены в классифицированной части доклада.

Таким образом, нынешний доклад — это не список санкций, а включение лиц и предприятий не означает незамедлительного наложения ограничений. Авторы доклада подчеркивают, что нахождение в данном списке не означает, что существуют какие-либо ограничения или запреты для контактов с отмеченными лицами со стороны Соединенных Штатов. При этом важно учитывать, что Сенат может в любое время разработать новый санкционный пакет, основываясь на представленном докладе. Более того, согласно второй главе H.R. 3364 , любые санкции в отношении России являются строго обязательными, а любые приостановления, отмена или существенные изменения становятся предметом рассмотрения в Конгрессе.

Теоретически президент может прекратить действие ограничений после предоставления аргументированного уведомления в соответствующий комитет Сената. Ряд потенциальных санкций хоть и являются обязательными, но применяются только в той степени, в которой определит президент. Иными словами, у Трампа есть определенные полномочия в этом вопросе. Введение санкций по отношению к конкретному лицу из опубликованного списка также может быть блокировано, если президент предоставит обоснованное прошение законодательному органу. Однако Конгресс может помешать этим действиям Дональда Трампа, приняв соответствующее двухпартийное решение большинством голосов (преодоление карманного и абсолютного вето).

В разделе 216 определяется порядок своевременного рассмотрения совместного решения о неодобрении, а также защищается возможность партии меньшинства (сегодня – Демократическая партия) вносить подобные резолюции и законопроекты на рассмотрение в обеих палатах Конгресса, без уведомления администрации Белого дома и лично президента. В целом, остается констатировать важный факт — санкционная политика в отношении России по-прежнему остается прерогативой американских законодателей, установивших для президента минимальные возможности вмешательства в процесс разработки и принятия любого рода ограничений.

В целом нынешний доклад является неким звоночком для российских политических и бизнес элит о необходимости пересмотра своих взглядов и приоритетов. Кроме того, Америка стремится продемонстрировать Москве масштабы своих санкционных возможностей, которые могут нанести непоправимый вред российскому государству. И другой, на мой взгляд, важный посыл — национальные интересы США превыше всего, поэтому все попытки российских бизнес – лоббистов в Вашингтоне спасти своих клиентов обречены на провал.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2484004 Арег Галстян


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483965 Иван Любимов

Изоляция экономики. Товары нужно производить для всего мира

Иван Любимов

Старший научный сотрудник Института Гайдара

Попытки создавать товары только для внутреннего потребления не приведут экономику к успеху

Российская экономика нуждается в диверсификации и усложнении экспорта, на что время от времени указывается в публичных выступлениях. В этой связи, выбор правильной политики усложнения экспорта крайне важен для достижения целей диверсификации. Исторические примеры Аргентины и Южной Кореи во второй половине 20-го века могут быть интересными в качестве образцов, соответственно, экономического провала и расцвета, связанных с выбором политик экономического усложнения.

Южная Корея за счет экспорта более сложных товаров смогла переместиться из группы бедных стран в группу стран-членов ОЭСР, в клуб богатых экономик. Аргентина, хотя и начинавшая ХХ-е столетие среди стран-лидеров по уровню подушевого ВВП, не сумела сделать свой экспорт сложнее и в конечном итоге, оказавшись среди стран с похожим уровнем экономической сложности, превратилась в страну со средним уровнем дохода. В чем заключались различия в политике увеличения уровня экономической сложности в этих двух странах?

Южная Корея — один из немногочисленных примеров фундаментального экономического развития второй половины XX-го века, заключающихся в успешном накоплении ноу-хау и усложнении экономики. Эта экономика, в 1950-х годах состоявшая из простых секторов, таких как сельское хозяйство, рыболовство, добыча ископаемых, постепенно создала сложные индустрии. Стоит подчеркнуть именно постепенный характер усложнения экономики Кореи.

Последняя, в частности, сначала научилась производить и экспортировать текстиль, одежду, фанеру, освоила сборку автомобилей и электроники. Таким образом корейская экономика получила навыки в организации простых производств, использующих труд вчерашних крестьян. Создав для этих секторов инфраструктуру, рабочий класс и когорту управленцев, научившись продавать простые товары на международном рынке, страна стала переходить к освоению более сложных секторов.

Металлургия, химическая промышленность и нефтепереработка — более сложные индустрии, чем текстиль или сборка автомобилей — сформировались в Корее в качестве секторов «верхнего уровня», в которых создаются начальные звенья в цепочках добавленной стоимости. Металлы, химия и топливо из этих отраслей затем начали снабжать отрасли «нижнего уровня», производящие более технологичные звенья в цепочках добавленной стоимости как внутри Кореи, так и за ее пределами, т.е. отправлялись на экспорт. За этими отраслями последовало создание индустрии судостроения, которая сначала выпускала относительно небольшие и простые корабли, в частности для рыбной ловли, позже освоив выпуск и сложных крупных судов, таких как танкеры или контейнеровозы.

Начав со сборки автомобилей, Южная Корея постепенно развила эту отрасль и начала производить и экспортировать собственные марки авто. Похожие ступени Корея прошла и в электронике и бытовой технике, сначала только собирая отдельные блоки, а затем перейдя к выпуску и экспорту телевизоров, видеомагнитофонов, СВЧ-печей.

Успех экономического развития Южной Кореи был связан со множеством дополняющих друг друга причин, включая господдержку и промежуточное импортозамещение, но отметить в качестве главных из них стоит ориентацию выпуска на экспорт (внутренний рынок был слишком мал, чтобы производство достигло значительных масштабов и смогло зарабатывать крупные доходы), а также постепенное усложнение экономики, отражающее накопление в ней ноу-хау, инженерного корпуса, квалифицированных рабочих, инфраструктуры, капитала.

Совсем другая политика индустриального развития проводилась в Аргентине. На протяжении XX-го века эта латиноамериканская экономика из группы богатых стран переместилась в группу средних экономик. Однако этот результат нельзя назвать неожиданным. В благополучные десятилетия экспорт Аргентины в основном состоял из различных злаковых культур, говядины и других простых товаров. Такая простая экспортная корзина не может обеспечить высокий уровень благосостояния для достаточно большого населения, размер которого в этой стране увеличился с 8 млн человек в начале XX-го века до 30 млн в 1985 году.

С таким числом жителей оставаться богатым, торгуя говядиной, можно лишь в модельном мире, где выполняется ряд сильных предположений. В первой половине XX-го века аргентинская экономика была богатой, но не была развитой и сложной. В то время, как другие богатые экономики изготавливали и экспортировали такие сложные товары, как океанские суда, локомотивы и автомобили, прокладывали телефонную связь, строили электростанции и метро, Аргентина экспортировала сельскохозяйственные товары. В результате она и оказалась среди подобных себе экономик не только по уровню сложности, но и по подушевому ВВП.

Президент Перон возглавил простую экономику и мог бы положить начало ее усложнению. Но индустриальная политика Аргентины содержала ряд ошибок, которые не позволили ей повторить южнокорейский успех. Например, Аргентина, имевшая ноу-хау в экспорте говядины, принялась за масштабную диверсификацию, в частности, начав выпускать в рамках совместных с американскими и французскими производителями предприятий, автомобили для внутреннего рынка.

Аргентинцы стремились поскорее взять на себя более сложные этапы производства, такие как дизайн и производство сложных блоков и агрегатов, но для этого у страны не было ни достаточной инфраструктуры, ни развитой системы поставок деталей и ресурсов, ни инженерного корпуса, ни многого другого. Вместо этого, ей стоило добавлять более сложные операции по мере накопления соответствующего ноу-хау и создания необходимых производственных ингредиентов, как это делала Южная Корея. Кроме того, производство автомобилей было сравнительно небольшим, что делало выпуск машин дорогим. Поэтому автомобили или оборудование, за производство которого также взялась Аргентина, получались не только технически несовершенными, но и довольно дорогими.

Чрезмерная диверсификация, игнорирующая необходимость постепенного усложнения — лишь одна из причин провальной индустриализации в Аргентине. Другая причина — в ориентации новых секторов на внутренний рынок. Ориентация на внутренние потребности ограничивала аргентинскую промышленность спросом платежеспособной части собственного населения. В таких условиях аргентинская промышленность и не могла стать такой же богатой, как корейская, даже если бы хотела этого. Одно дело продавать товары по всему миру и зарабатывать доходы на всех континентах, другое дело — быть ограниченной спросом со стороны нескольких миллионов, а то и сотен или десятков тысяч человек.

Таким образом, индустриальная политика в Аргентине создала ограничения как со стороны предложения индустриальных товаров (что нашло отражение в низком качестве и функциональности), так и со стороны спроса (ограниченного внутренним рынком). Конечно, провал в политике усложнения экономики также связан и с другими ошибками, намеренными или нет, однако мы не будем здесь на них останавливаться.

Уроки из историй развития Южной Кореи и Аргентины в прошлом столетии могут оказаться полезными и для современной российской экономики. О том, что имопртозамещение может быть переходной, но не конечной целью диверсификации, говорилось в последние годы достаточно много. В отличие от того, что диверсификация должна соответствовать постепенному усложнению экономики и прежде всего фокусироваться на тех производствах, для которых необходимые производственные ингредиенты уже созданы. В этом контексте неудача с разработкой российского планшета с гибким дисплеем выглядит вполне объяснимой. Если эти, а также многие другие рецепты индустриальной политики, будут проигнорированы, Россия имеет все шансы повторить историю Аргентины с точки зрения неудач политики усложнения экономики.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483965 Иван Любимов


Россия > Образование, наука > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483955 Владимир Узун

Школа для инвестора. Как привлечь частные средства в сферу образования

Владимир Узун

президент группы компаний «Просвещение»

Образование – это «черная дыра», которая, впрочем, может стать инвестиционно привлекательной сферой. Для этого нужно устранить барьеры, которые мешают инвесторам контролировать доходность своих вложений

Вот уже четверть века мы сокрушаемся по поводу недофинансирования российского образования, которое сейчас, по оценкам экспертов, получает лишь 30% от необходимого.

Школы, где дети учатся в три смены и сидят за ветхими партами — это неприемлемо для страны, которая претендует на статус инновационной державы. Впрочем, бюджетных денег на образование не хватает ни в одной стране мира, поэтому без привлечения средств частных инвесторов злободневные задачи развития страны не решить.

Частные инвестиции в сферу образования, согласно отчету Росстата, снижаются на протяжении последних трех лет. В 2014 году в нее было вложено 242 млрд рублей, а в 2016 году — только 210 млрд рублей, которые составляют всего лишь 1,4% от общего объема частных инвестиций.

Очевидно, что для коммерческого сектора эта отрасль занимает одно из последних мест по привлекательности. Это вполне объяснимо — норм и правил инвестирования в эту сферу не существует, гарантий возврата средств нет, контроль за расходованием денег довольно слабый. При этом в России сейчас есть все возможности для создания эффективной системы привлечения частных средств для нужд образовательных учреждений. С помощью этих денег мы можем решить самые насущные проблемы нашей образовательной системы.

Инвестиции в развитие

В 2016 году официально вступили в силу «Цели устойчивого развития» (ЦУР), которые были приняты на Генеральной ассамблее ООН как план действий для всего человечества на ближайшие 15 лет. Создатели этой программы определили 17 целей, к достижению которых необходимо стремиться. На четвертое место эксперты ООН поставили вопрос получения «всеохватного и справедливого качественного образования».

Победить безграмотность и обеспечить всем людям доступ к качественному образованию невозможно только усилиями отдельных государств — необходимо глобальное объединение ресурсов наций и крупнейших компаний. И в ООН придумали способ, как это сделать, разработав механизм стимулирования инвестиций в ЦУР.

Сегодня любая крупная компания, которая хочет стать глобальной и выйти на международные рынки, должна учитывать в своей работе ЦУР и делать свой вклад в их достижение. Теперь инвестиции в цели устойчивого развития — это своего рода входной билет в клуб глобальных игроков. Такова политика всех государств, одобривших программу ООН.

В России все больше крупных компаний («Роснефть», «Газпром», «Лукойл», «Росатом» и т.д.) запускают инвестиционные проекты, которые направлены на достижение ЦУР. Это вопрос не только репутации, но и эффективности бизнеса. При получении крупных контрактов, оценке надежности партнера, проведении IPO теперь учитывается, следует ли компания ЦУР.

Однако пока сохраняются некоторые сложности в сфере инвестиций в образование.

Полоса препятствий

Основные проблемы, как это часто бывает, сосредоточены в законодательной сфере. Дело в том, что отдельные положения закона «Об образовании» не согласуются с другими нормативными актами — например, с законом о государственно-частном партнерстве (ГЧП). Закон о ГЧП просто невозможно применить в системе образования.

В результате возникает парадоксальная ситуация: в крупных городах существует проблема нехватки школ. В Самарской области есть школы, в которых одновременно учатся 14 первых классов в три смены. В одном из районов Улан-Уде, где живет 200 000 человек, нет ни одного образовательного учреждения. Власти пытаются, конечно, решить эти вопросы. Но построить одну школу стоит в среднем 1 млрд рублей. А их нужны сотни.

Здесь бы и мог помочь крупный бизнес — компании международного уровня могут выделить в качестве инвестиций деньги на строительство школ при условии их постепенного возврата на протяжении 10-15 лет. Это можно делать за счет внесения средств в уставной капитал школы. Но, увы, как мы уже было сказано, это не предусмотрено законом о государственно-частном партнерстве.

Устранения только этого барьера, впрочем, недостаточно для увеличения инвестиционной привлекательности сферы образования. Каждый бизнесмен хочет быть уверенным в возврате своих вложений. При существующем порядке финансирования учебных учреждений гарантировать это довольно сложно.

Дело в том, что сейчас в образовании действует институт подушевого финансирования. Сам по себе этот механизм разумный и эффективный: чем выше качество образовательных услуг, тем больше детей в школе, и тем больше ее финансирование. Однако в таком виде система работает только в Москве. В регионах же она действует только на бумаге.

А все потому, что на уровне муниципалитетов происходит «самостийное» перераспределение средств, утвержденных финансовым нормативом. В результате механизм в изначальном виде просто не работает. А значит, бизнесмены, которые хотели бы вложить средства в финансирование образовательных учреждений, не смогут оценить эффективность своих инвестиций.

Простые решения

Выход здесь простой: оставить лишь ограниченное число возможностей для увеличения финансирования на одного человека. Например, если ребенок имеет ограничения по здоровью или особенности психофизического развития, конечно, может применяться поправочный коэффициент. В других случаях за каждым учеником должен быть закреплен определенный бюджет.

Эти коэффициенты должны определяться на региональном уровне. И муниципалитеты должны быть лишены возможности нарушать принципы «подушевого» финансирования. Тогда чиновники и педагоги будут заинтересованы в повышении качества образования.

Кроме этого, необходимо внедрить эффективные механизмы распределения денег и контроля за выделяемыми средствами. Здесь опять же не обойтись без тонкой настройки законодательства.

Ключевая проблема в этой сфере возникает от несогласованности двух законов — «Об образовании» и «О местном самоуправлении». Сейчас в России работает более 40 000 школ, учредителями большинства из них являются муниципалитеты. Создается ситуация двоевластия: устанавливает стандарты и определяет учебные программы Минобрнауки, региональное министерство образования выделяет деньги, а муниципалитеты, как учредители школ, перераспределяют их по своему усмотрению.

Получается, что региональное министерство образования, отдавая деньги, не контролирует, как они расходуются, поэтому чиновники на местах могут принимать подчас странные решения.

Например, в одной из дагестанских школ муниципалитет выделил средства на образовательное оборудование — как оказалось, к таковому были причислены алюминиевые ступеньки для лестницы в бассейне. Думаю, что это самый безобидный пример вольного расходования средств. Для решения этой проблемы необходимо снова наделить региональные департаменты образования правом распределения и контроля средств, сделав их учредителями школ.

Все эти меры направлены на то, чтобы изменить сам подход к привлечению и расходованию средств в системе образования. Они позволят перейти от традиционной модели расходования денег к инвестиционной. По нашим подсчетам, таким образом можно привлечь дополнительно от крупного и среднего бизнеса до 200 млрд рублей инвестиций в строительство, оснащение, переоснащение школ, центров дополнительного школьного среднего и профессионального образования, центров подготовки и переподготовки кадров для этих структур.

Россия > Образование, наука > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483955 Владимир Узун


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 30 января 2018 > № 2483514 Игорь Юргенс

Появление «кремлевского списка» США — пока «первая желтая карточка» российским миллиардерам; для страны это может обернуться потерями, а может послужить и стимулом к модернизации собственной экономики. Так считает председатель правления Института современного развития Игорь Юргенс.

— Игорь Юрьевич, что будет означать обнародование в США пресловутого «кремлевского списка» для поименованных в нем лиц?

— Для лиц, упомянутых там, это просто предупреждение. Пока — без последующих действий. Первая «желтая карточка». Дальнейшие действия администрации США в их отношении будут зависеть от «реакции и контрреакции», от управления рисками со стороны этих людей и их корпораций. Им говорят: «Мы знаем, что ваша близость к Кремлю может оказать на Кремль какое-то воздействие. И если вы не дистанцируетесь от военно-промышленного комплекса, от спецслужб, от донбасской ситуации, то мы оставляем за собой возможность предпринимать различного рода действия».

Набор этих действий будет обсуждаться в закрытом режиме, но в общем он известен. Санкции, замораживание капиталов, невъезд в США, а также давление на западноевропейских партнеров с тем, чтобы и у них то же самое происходило.

— А что это может значить для нашей страны в целом?

— Если это возымеет действие на данных лиц, то для страны, с точки зрения экономических последствий, может быть по-разному. Центр стратегических разработок считает, что Россия может потерять около 2% ВВП, есть другие расчеты.

Все будет зависеть от того, насколько далеко обе стороны могут зайти в их торгово-финансовой войне. В аналогичной войне США с Ираном, как вы помните, последствия были довольно тяжелые. И Иран в результате пошел на некоторые уступки объединенному Западу, к которому, кстати, мы тогда и присоединились.

— Параллель с Ираном здесь возможна? Нам угрожает его участь?

— Напрямую сравнивать нас и Иран было бы категорически неправильно.

Мы, конечно, значительно большая экономика. У нас намного больше оружия, наш геополитический вес намного больше, у нас есть стратегические союзники типа Китая и Индии. Поэтому наш вес другой. Договариваться с нами, наверное, придется. Но предсказывать здесь события вдолгую — рановато.

Против Ирана были приняты более жесткие меры. Включая закрытие системы Swift, то есть всех банковских переводов. У нас до этого не дошло — однако посмотрим, как будут развиваться события.

— Простым российским гражданам стоит ли опасаться ухудшения жизни? Роста цен?

— Это будет зависеть от того, на какую номенклатуру товаров вы ориентируетесь. iPhone может стоить дороже. Впрочем, западные компании не станут повышать цены на те продукты, которые пользуются здесь спросом и которые они могут у нас продавать.

Уже подорожало то, что связано с технологиями и т. д. Речь идет о технологиях, которые сказываются на инфраструктурном строительстве — оно дорожает. А потом, через два шага повышаются цены на авиа- и железнодорожные билеты, на провоз товаров по автодорогам — дороги тоже нуждаются в технологиях, которых нет, и т. д.

США за Путина

Так что, это не завтра. Просто от того, что будут введены какие-то санкции, и какие-то лица под них попадут, подорожания не произойдет. Но через шаг — обязательно.

Если переходить на другие технологии второго-третьего «полива», которые нам могут предоставлять китайцы, то сразу это не скажется. Если грамотно развивать собственное сельское хозяйство, это тоже будет «снижать накал» на рынке. Но в целом — такие вещи сказываются. Мы не такая огромная экономика, чтобы все производить самим.

— А какие контрмеры может наша страна принять в ответ?

— Они известны, декларировались как либералами, так и консерваторами. Реформы, которые диверсифицируют и усилят нашу экономику, поиск новых рынков и сфер приложения в Китае, Индии, на развивающихся рынках.

Некоторые ответные меры с нашей стороны возможны и в отношении ряда западных корпораций, которые здесь работают. Но это как с импортозамещением и сельскохозяйственными контрсанкциями — политически звучит, а экономически не очень.

— В общем-то, это неплохо звучит. Могут ли такие действия Америки и Запада действительно подтолкнуть российскую власть к модернизации экономики?

— Такая декларация уже была сделана президентом еще года два назад, когда первая волна санкций пошла. Он сказал, что наш единственный правильный ответ на санкции — это прекратить кошмарить наш собственный бизнес, дать ему развиваться. Пока не очень реализовалось. Но мысль в совершенно правильном направлении. Реформа собственная нам нужна даже для того, чтобы расширить торговлю с Индией и Китаем. А то и того не будет.

Беседовал Леонид Смирнов

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 30 января 2018 > № 2483514 Игорь Юргенс


США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > newizv.ru, 30 января 2018 > № 2482660 Нассим Талеб

Нассим Талеб: криптовалюты дают нам страховку от мрачных прогнозов Оруэлла

Экономист и философ, автор знаменитой книги «Черный лебедь» считает, что биткоин – это валюта без государства

Давайте проследим логику развития вещей с самого начала. Или, вернее, с самого конца: с нашего времени. Пока я пишу эти строки, мы выступаем свидетелями глобального восстания против определенного класса экспертов в таких областях, которые нам слишком сложно понять — например, макроэкономическая реальность, — и в которых эти эксперты не только плохо разбираются, но и не осознают этого. То, что предыдущие боссы Федеральной резервной системы, Гринспен и Бернанке, мало понимали в эмпирической реальности, мы обнаружили слишком поздно: большую чушь можно нести дольше, чем маленькую. Вот почему мы должны быть осторожны с выбором тех, кто наделен возможностью принимать крупные централизованные решения.

Хуже всего то, что все центральные банки работали по одной и той же модели, в них формировалась жесткая монокультура.

В сложных областях опыт не концентрируется: в естественной реальности все работает по принципу децентрализации, как убедительно продемонстрировал Хайек. Но Хайек использовал понятие рассеянного знания. Что ж, нам, похоже, даже не нужна эта вещь, называемая знанием, чтобы все хорошо работало. Нам также не нужна индивидуальная рациональность. Все, что нам нужно — это структура.

Это не означает, что все участники должны обязательно совместно принимать демократические решения. Один мотивированный участник может сдвинуть дело с мертвой точки (я называю это асимметрией правила меньшинства). Но этим игроком может быть каждый.

Каким-то образом при росте масштаба возникает чудесный эффект: рациональные рынки не требуют рациональности от отдельно взятого трейдера. На самом деле рынки хорошо работают при нулевом интеллекте — правильно организованная толпа с нулевым интеллектом работает лучше, чем самые интеллектуальные люди, которыми управляют в советском стиле.

Вот почему биткойн — отличная идея. Он удовлетворяет потребности сложной системы не потому, что это криптовалюта, а именно потому, что у него нет владельца, нет инстанции, которая может вершить его судьбу. Он принадлежит толпе, своим пользователям. Ему уже несколько лет, и этого достаточно, чтобы признать его право на существование.

Чтобы конкурировать с биткойном, другие криптовалюты должны обладать тем качеством, о котором говорил Хайек.

Биткойн — это валюта без государства. Кто-то может спросить: разве у нас нет золота, серебра и других металлов, другого класса валют, не привязанных к государству? Не совсем. Когда вы торгуете золотом, оно может находиться в Гонконге, и, получив его в собственность, вы, возможно, должны будете перевезти его в Нью-Джерси. Банки контролируют доверительных управляющих, а правительства контролируют банки (или, скорее, банкиры и чиновники тесно связаны, если говорить мягко). Так что в транзакциях биткойн обладает огромным преимуществом по сравнению с золотом: его получение не требует специального управляющего. Ни одно правительство не может контролировать, какой код у вас в голове.

В конце концов биткойн справится с возникающими сбоями. Он может потерпеть неудачу, но его будет легко изобрести заново, поскольку теперь мы знаем, как он устроен. В его нынешнем состоянии биткойн, возможно, не слишком удобен в использовании, ведь им нельзя оплатить безкофеиновый эспрессо макиато в вашей местной кофейне. Возможно, сейчас биткойн слишком волатилен, чтобы быть полноценной валютой. Но это первая органическая валюта.

И само его существование — это страховой полис, который напомнит правительствам, что у них больше нет монополии на последний объект, который могло контролировать государство, а именно — на валюту. Это дает нам, толпе, страховку от будущего по сценарию Оруэлла.

США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > newizv.ru, 30 января 2018 > № 2482660 Нассим Талеб


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2482652 Александр Баунов

Ненужных зачеркнуть. Зачем американские бюрократы сплачивают российскую элиту

Александр Баунов

Судя по списку, американское руководство перестало разделять российскую элиту на конструктивную и безнадежную части. Однако список свидетельствует и об усталости профессионального сообщества США от неопределенных требований наказать Россию с неясной конечной целью. Хотите наказывать русских за все, вот вам все русские, выбирайте кого хотите

Наказывать Россию санкциями можно двумя путями. Один – вызвать раскол внутри элиты, отделяя нейтральных агнцев от пропутинских козлищ. Изолировать вторых и работать с первыми, более или менее прямолинейно используя угрозу перевода из одной категории в другую как стимул к сотрудничеству. Попробовать сделать так, чтобы симпатии всегда осторожного капитала, политическая и интеллектуальная поддержка начали перетекать в зону комфорта, то есть к агнцам, усиливая их политический вес, и они – если всех за это не перебьют – одержат верх, и российская политика изменится.

Однако американская исполнительная власть пошла другим путем и записала в пропутинские козлища всех российских предпринимателей и политиков, какие были видны на радарах на момент составления списка. Авторы списка будут намекать, что проделана огромная аналитическая работа, но из самой России список выглядит лишенным ясных критериев отбора.

Это напоминает то, как на год раньше американское общественное мнение, пресса и политическая машина перешли от точечного наказания к коллективному – чтобы отделять тех русских, кто выбирает свободу, от тех, кто мешает ее выбирать. Невозможность получить визу для простого жителя Сибири и Дальнего Востока слабо связана с наказанием путинского окружения, которое собрано в Москве, на худой конец – в Питере, зато бьет по открытой миру части российского среднего класса.

Раньше русская аспирантка, живущая в Лондоне с английским паспортом и задающая после лекции вопросы американскому чиновнику, была положительным примером глобального русского, теперь она – опасный контакт, за который политик должен вовремя отчитаться, а иначе ему будет плохо, как случилось с Майклом Флинном. Раньше так не делали, а теперь пожалуйста.

Если источником коллективной угрозы и предметом коллективного наказания де-факто признано все население России (который год продлевающее полномочия Путина), то почему бы этот подход не распространить на российскую элиту. Вот и распространили. Прекратили делать ставку на неоднородность России, где ничего издалека не разобрать, работаем по площадям. Разрядка не самоцель, иногда нужна вражда ради мира на земле. Поведенческая модель, хорошо известная в России.

Разумеется, опубликован лонг-лист, а из него потом будут делать шорт. Это и есть, по мнению составителей, действенный инструмент влияния: не хотите перейти из длинной части кандидатов в короткую, сотрудничайте или держитесь от Путина подальше. Некоторые так и поступят. Для других – причем именно для тех из списка, кто и так, насколько возможно, подальше (или поближе, но считает, что с благими целями), – само попадание в длинный список слишком большая обида, чтобы впредь доверять обидчику.

Если раньше можно было ожидать, что за нормализацию отношений с Западом естественным образом выступает большая часть российской элиты, теперь она оказывается в общей неволе с той ее частью, которая против нормализации. Теперь обе половины – в чем-то естественные союзники. Даже там, где союз выглядит противоестественно.

Например, когда в списке кандидатов на санкции вместе и Сечин, и глава АФК «Система» Евтушенков – жертва Сечина и через него чуть ли не путинского режима, предмет сочувствия российских интеллектуалов. В одном и том же перечне кандидатов и глава патриотического банка ВТБ Костин, и прогрессивный глобальный менеджер Греф, только что не без риска публично выступивший на Гайдаровском форуме за деэскалацию отношений с Западом, и глава крупнейшего частного банка Петр Авен – финансист из допутинских девяностых, признанных на Западе временем свободы, совсем уж рискованно отказавшийся финансировать российский оборонный заказ и выпустивший ностальгическую книжку о Борисе Березовском. Среди кандидатов есть председатель Совета по правам человека Михаил Федотов, но нет одиозного Константина Малофеева (он, конечно, в прежних списках, но его отсутствие, когда рядом есть Сечин, все равно выглядит поразительно.

Те, кого в списках нет, могут не радоваться, о них просто забыли или руки не дошли – всех-то все равно не включишь. Надежда на то, что те, кто не попал в список (там нет, например, Кудрина или Чубайса), останутся на стороне санкций против собственных друзей и единомышленников, тоже не вполне обоснованна. Новый список не увеличивает, а уменьшает влияние творцов стратегий перехода к менее воинственной России.

Вместо размывания поддержки Путина список может стать причиной консолидации российской элиты, которую наказывают не за то, что она путинская, а за то, что она российская.

Список не столько отделяет друг от друга конструктивную и агрессивную часть элиты, сколько элиту от народа. В этом смысле он не столько антипутинский сколько антиэлитарный – похожий на митинг КПРФ в девяностые или предельно упрощенную версию митингов Навального против жуликов и воров. Однако тот момент, когда народ ополчится на всю элиту и заменит ее новой, он не приближает: население по-прежнему слишком хорошо живет для революции, а главным источником антиэлитарных чисток видит не Госдеп, а Путина. Только при самом радужном стечении обстоятельств вся элита соберется против Путина, чтобы избавиться от источника проблем: для этого в ней слишком много противоречий.

Список получился впечатляющий и нелицеприятный, но с бюрократической и дипломатической точки зрения менее профессиональный, чем все, что делалось в Америке на российском направлении до сих пор. Впрочем, он точно так же риторичен и не слишком профессионален, как сам закон, по требованию которого он представлен.

Бунт профессионалов

Если раньше американские санкции напоминали удары высокоточным оружием, теперь они все больше похожи на ковровую бомбардировку. Но ведь Америка слишком развитая и технически оснащенная страна, чтобы заниматься ковровыми бомбардировками.

Американский избиратель выбрал Трампа, но наказать американского избирателя за это нельзя: он обидится и еще раз проголосует не так. Но и оставить удар по американской демократии без ответа тоже невозможно. Давайте накажем тех, кто радовался неправильному выбору американского избирателя и проблемам у американской демократии. Не будем бить своих, чтобы боялись чужие, будем бить чужих, чтобы своим стало стыдно за негаданного союзника.

Это отдаленно напоминает логику ответа администрации Буша на теракты 11 сентября. Америка не может оставить безнаказанным удар, но конспиративные квартиры террористов во Франкфурте и убежища главарей в компаундах Лахора – сложная и не слишком впечатляющая цель для ответа, как и глинобитные поселки Афганистана. Как говорил тогда Рамсфелд Кларку: «В Афганистане нет хороших целей, они есть в Ираке». Давайте ударим по противнику Америки, который наверняка рад этому теракту и мог бы даже ему способствовать при иных обстоятельствах.

Это решение по Ираку было источником противоречий в американской профессиональной среде – среди дипломатов, экспертов, политиков и военных. И среди американских союзников.

Примерно то же самое, хоть и с меньшим драматизмом (так и не одиннадцатое же, слава богу, сентября) происходит в среде американских профессионалов по российскому вопросу. С одной стороны, есть консолидация и двухпартийный консенсус – Россия ведет себя слишком вызывающе, нарушает сложившийся мировой порядок, заставляет американцев терять лицо, а Путин токсичен и надоел. Никто в американской политике не решится публично заступиться не то что за Россию, а за каких-то русских из любого списка – слишком велики издержки. И вообще жалко, что в свое время не добили, – так, может, теперь.

С другой стороны, профессиональное сообщество – дипломаты, эксперты, кремленологи, разведчики, технократы, бизнесмены начинают испытывать неудобство от того, что вместо решения конкретных задач им подносят большую Россию, потому что там есть хорошие цели, а в Пенсильвании в «ржавом поясе» их нет. Все эти люди не очень понимают, чего от них хотят на российском направлении.

Какова конечная цель предпринимаемых действий? Убрать Россию с карты? Путина из Кремля? Устроить третью русскую революцию? Вывести только из Донбасса или еще из Крыма? Вернуть к сотрудничеству или изолировать? В конечном счете включить в Европу или отделить от Европы навсегда? Какие из этих задач реалистичны, а какие нет? Каков оптимальный путь? Есть усталость от упоминания России в любом контексте и в ответе на любой вопрос, так что, если ты не видишь, где на твоем направлении бороться с Россией, ты не очень хороший профессионал. Но не все хотят превращаться в профессиональных борцов с Россией.

Из общения с бюрократами и экспертами в Вашингтоне иногда складывается впечатление, что требования нового закона о противниках Америки им самим не до конца понятны, а язык закона кажется не юридическим, а политическим и несколько риторическим. Некоторые об этом говорят достаточно прямо.Что такое senior political figures? Это начиная с какой должности? А учитывать надо только должность или неформальное влияние тоже, и как замерять второе? И как быть с теми, кто потенциально работает на смягчение позиции России? Что такое closeness to the Russian regime – это сколько метров? И где кончается Russian и начинается regime?

Что такое oligarhs, олигархи? С какого состояния начинать считать? Только тех, кто сделал состояние при Путине, или те, кто при Ельцине, тоже? Государственные или частные, но тоже сблизившиеся? А за 18 лет Путина у власти сблизившихся и нет не всегда отличишь. Считаются все, или только те, кто с политическим влиянием? И учитывать ли вектор влияния; что, если он разнонаправленный? Что такое окологосударственные структуры – parastatal entities? МГУ, где на геофаке учат, что Крым – Россия, а на филологическом – крамоле? Малый академический театр, когда ставит пьесу Мединского, подойдет? А если он же пьесу со свободолюбивыми намеками? И главное – какова у всего этого конечная цель: провернуть Трампа назад в кандидаты?

У первых санкций Обамы была понятная задача: наказать тех, кто участвовал в аннексии Крыма; у вторых – остановить войну в Донбассе и по возможности вернуть его Украине; у последних, принятых перед уходом из Белого дома, хоть эти уже выглядели менее просчитанно и более эмоционально, – наказать российские спецслужбы за соучастие в хакерских операциях. Во всех трех случаях президент США заботился о единстве западного мира: наказывать Россию надо так, чтобы европейские и азиатские союзники чувствовали себя не жертвами схватки гигантов, а одной из ее сторон – притом правой. Теперь, когда любой контакт с почти что любым заметным русским персонажем может быть криминализован без предупреждения, эта задача становится трудновыполнимой.

Как минимум часть профессионального сообщества несколько озадачена тем, что американская политическая верхушка втягивает их в риторическую борьбу за счет их профессионализма, без понятной цели и гарантированного результата.

Мало американским технократам дилетанта Трампа, так еще Конгресс с партиями, косвенно наказывая Трампа, ставит им задачу принести то, не знаю что, наказать того, не знаю кого, и вообще сделать так, чтобы самому дальнему фермеру в Оклахоме и самому начинающему стажеру в CNN было понятно: российскую угрозу без ответа не оставили.

Поручили нам наказать Россию за все сразу, чтоб впредь ничего не было повадно, – вот вам список, который максимально широко представляет Россию, каждому в нем что-нибудь да повадно, сами зачеркивайте ненужное.

Россию есть где сдерживать, и есть чего опасаться с ее стороны. Она разрушила запрет на переcмотр границ в свою пользу, которого развитые страны строго придерживаются после Второй мировой войны. Она с непонятной целью экспериментирует со свободами собственных граждан, со строительством антизападной идеологии (малоубедительной) и созданием неформальных антизападных союзов.

Но неясно, какой ответ на это дает нынешнее санкционное поведение лидера свободного мира. Скорее лидер выглядит не очень уверенным в себе и не слишком разбирающимся в своем противнике.

Как в целом новое поведение Соединенных Штатов выдает возросшее чувство неуверенности от всего, что превосходит определенные размеры в экономике, военной силе или информационном влиянии, так, в частности, на российском направлении любой не оппозиционный русский, возвышающийся над толпой размером капитала или политического влияния, оказывается в списке опасных русских, к огорчению знатоков размывая определение опасности.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2482652 Александр Баунов


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2482651 Андрей Мовчан

Список Полонского. Почему «кремлевский» доклад ЦРУ оказался таким поверхностным

Андрей Мовчан

Скорее всего, перед нами весьма не тонкий способ дать конгрессменам понять: отстаньте от нас с вашими глупостями, мы делаем важную работу, на ваши запросы такого рода у нас нет времени, не ждите от нас сотрудничества по теме. Гора Лэнгли родила мышь совершенно сознательно, а это не могло произойти без внятного сигнала от всех задействованных ветвей власти. Доклад, видимо, останется формальностью, а санкционный процесс будет идти каким-то своим чередом

В ночь на 30 января (по Москве) в Конгресс США был представлен доклад, заранее получивший кодовое название «кремлевский». Доклад был составлен по поручению Конгресса, выданному шесть месяцев назад, и должен был содержать сведения о лицах, близких к президенту России Путину и осуществляющих в России и за ее пределами масштабные экономические операции.

Задание Конгресса (полный текст можно прочитать здесь, SEC. 241) довольно подробно описывало, что должно содержаться в этом докладе, включая список высокопоставленных российских политиков и олигархов и членов их семей, степень их близости к режиму, размеры состояний, их зарубежные экономические связи, а также список квазигосударственных организаций с описанием их роли в российской экономике, структуры собственности, зарубежных связей и т.д. Помимо этого, требовалось описать, насколько эти люди и организации активны в экономике США, какими могут быть последствия от санкций, касающихся российских финансовых и долговых инструментов, а также возможный эффект от введения вторичных санкций против попавших в списки лиц и организаций.

Шесть месяцев тяжелой работы не пропали зря. В кремлевском докладе упомянуты 210 частных лиц и 19 квазигосударственных корпораций. Правда, едва начав читать доклад, понимаешь, что что-то в работе ответственных министерств и ведомств США в этот раз пошло не так.

Первое, что бросается в глаза, – ничтожный объем открытой части доклада: всего девять страниц, из которых семь – списки по одной фамилии в строке. На двух страницах текста треть занимает повторение «задания», а остальные две трети – короткое объяснение сути доклада, а именно:

1. Исполнители поняли задание очень узко – они лишь приготовили списки лиц, не занимаясь вопросами их активности, взаимосвязей с властью в России, происхождения капитала, неформальной роли в российской иерархии.

2. Для формирования списков использовались открытые публичные источники, то есть никакой «разведывательной» или даже аналитической работы не проводилось принципиально.

3. Для попадания в список использовались формальные критерии – работа на высшем уровне в федеральных органах власти или квазигосударственной организации (под «квазигосударственными» разработчики понимают организации с более чем 25% государственной собственности и оборотом от $2 млрд) или подозрение во владении состоянием свыше $1 млрд, по версии «публичного источника информации».

В открытой части доклада проигнорированы те запросы, которые были перечислены в Секции 241 в пунктах с 1.В по 1.D, 2, 3, 4, 5. То есть 95% всех запросов согласно Секции 241 части 3 «Акта о противодействии дестабилизирующим действиям Ирана от 2017 года» (куда санкции против России были включены за компанию).

Дважды в докладе делается ссылка на закрытую часть: первый раз, когда говорится, что «закрытая часть может включать ссылки на лиц, не упомянутых в открытой части, и наоборот»; второй – когда говорится, что история квазигосударственных организаций и ответы на прочие запросы про них, согласно пунктам 2–5, приведены в закрытой части отчета. Ну что ж, закрытая часть отчета нам недоступна, но о ее потенциальном качестве и полноте все же можно сделать кое-какие выводы – по открытой части.

Авторы доклада сами указывают нам на низкий уровень подготовки материалов и малозначимость отчета. Один из самых длинных абзацев открытой части доклада состоит из шести предложений, в которых выражена всего одна мысль: включение лица в данный доклад ничего не означает, не может быть основанием ни для каких действий или бездействия, не служит указанием на необходимость или наоборот – запрет на какие-либо действия или бездействия и не имеет никакого отношения к процессам введения санкций.

На деле все еще хуже, чем пишут авторы доклада. Начать можно с того, что «заслуживающими доверия источниками информации» оказался номер русской версии журнала Forbes за апрель 2017 года со списком двухсот богатейших людей России, сайт администрации президента РФ и сайт правительства Российской Федерации – следов любых других источников в докладе обнаружить не удается.

Правда, в тексте есть фраза: «На 2016 год квазигосударственные компании создают 70% российского ВВП». Если предположить, что ЦРУ путает вклад в ВВП государства в целом и вклад в ВВП госкомпаний (разницу составляет примерно 40%-ный вклад бюджетов всех уровней, но в конце концов ЦРУ – не бизнес-школа Чикагского университета, чтобы понимать такие тонкости), то тогда это цитата из выступления Кирилла Андросова в начале 2016 года на Гайдаровском форуме, про ситуацию 2015-го, а не 2016 года, причем Кирилл Андросов говорил о «приблизительной оценке».

Только предельная ограниченность источников позволяет объяснить тот факт, что в списке отсутствует руководство ЦБ РФ или руководители регионов РФ, кроме Москвы и Петербурга, глава «Роснано», Россельхозбанка, или ОСК, или, например, Алексей Кудрин. Конечно, про то, что в России есть регионы и ЦБ, американцы, у которых вместо этого штаты и ФРС, вполне могли и не знать; в конце концов, ЦРУ – это не кафедра исследований славянских стран Гарвардского университета.

Да и список, почерпнутый из журнала Forbes, не лучше. В сборной из 96 олигархов есть нынешние короли российского бизнеса и опальные эмигранты; комсомольцы, разбогатевшие на приватизации, и знаменитые ученые, построившие свое состояние на научных открытиях и изобретениях; родственники первых лиц государства и те, кто никогда дел с государством не имел; олигархи ельцинского призыва, о которых ничего не слышно в России уже многие годы, и новые русские из путинского и медведевского кланов. Батурина соседствует с Илиевым, Алекперов – с Гапонцевым.

Принцип построения списка прост: берем данные Forbes за 2016 год (апрельский номер 2017 года) и отбираем из него всех, кто, по мнению Forbes, владеет состоянием более $1 млрд.

Этот принцип известен как «принцип Полонского» – был в России когда-то такой олигарх от недвижимости, который сперва строил очень много домов, потом брал очень много кредитов, потом сбежал от кредиторов в Юго-Восточную Азию, потом сидел в тюрьмах Таиланда и России, а потом, потеряв свое состояние, просто растворился на просторах Российской Федерации. Этот олигарх известен крылатой фразой, сказанной в сильном подпитии: «У кого нет миллиарда, могут идти в жопу!»

Удивительно, но похоже, авторы доклада знали про Полонского и сочли, что в России дела делаются именно таким образом – иначе как объяснить странный критерий, оставивший в списке не сколько-нибудь, а 96 (3х32, 6х16?) олигархов? Особенно должно быть обидно номерам с 97-го по 100-й (в их числе люди действительно великие, стоящие упоминания в любом списке замечательных личностей России, – такие как Павел Дуров или Рубен Варданян).

Насколько Forbes – reliable source, – отличный вопрос, но не самый важный. Важнее, что список банально устарел. Потеряли свои бизнесы и банк братья Ананьевы – они уехали из России и уж никак не могут считаться «связанными с Путиным»; сильно потеряли в цене Хачатуров и Минц; Шамалова, кажется, больше не следует считать родственником Путина и олигархом; пара госкомпаний поменяла руководство, – но все это произошло после 20 апреля 2017 года – Forbes не успел об этом написать, а значит, ЦРУ не могло об этом знать.

Можно, конечно, предположить, что доклад, который даже у школьника старших классов получился бы более точным и содержательным и потребовал бы не больше одного вечера на подготовку, – всего лишь ширма, за которой скрывается закрытая часть, а уже в ней собраны результаты настоящего расследования, проведенного ЦРУ в лучших традициях, изображенных в стольких голливудских фильмах. Но верится в это с трудом: и потому, что авторы сами предостерегают читателей от использования выводов доклада, и потому, что даже вступление, отписка, документ-ширма не должны содержать грубых фактических ошибок, забытых кусков и анахронизмов – это дурной стиль, недопустимый даже в обществах существенно менее эффективных.

Скорее всего, перед нами весьма не тонкий способ дать конгрессменам понять: отстаньте от нас с вашими глупостями, мы делаем важную работу, на ваши запросы такого рода у нас нет времени, не ждите от нас сотрудничества по теме. Если так, то гора Лэнгли родила мышь совершенно сознательно, а это не могло бы произойти без внятного сигнала от всех задействованных ветвей власти, – сигнала о том, что хотя шоу должно продолжаться, но широких публичных акций не будет, всё, надо спускать на тормозах.

Косвенным свидетельством тому служат и многочисленные твиты высокопоставленных чиновников США, появившиеся после публикации доклада, с общим лейтмотивом: процесс сдерживания России идет по своей программе, мы не нуждаемся в докладе для того, чтобы что-то менять, всё в порядке, тема неактуальна.

Как мы и предполагали в свое время, доклад, видимо, останется формальностью, и санкционный процесс будет идти каким-то своим чередом. Собственно, рынки думают именно так: рубль и российские акции после публикации доклада растут, а банк одного из попавших в список олигархов даже объявил о размещении международных долговых обязательств.

Конечно, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что в свете постоянного ужесточения норм комплаенс в развитом мире у лиц, попавших в доклад, будут проблемы с теми или иными контрагентами, которые предпочтут перестраховаться и сократить свое взаимодействие со «страшными русскими олигархами». Мир сегодня довольно нерационален. Но «русские олигархи» привыкли к неопределенности – что там западные контрагенты, тут в России тебя в любой момент могут с позиции министра или владельца ключевой нефтяной компании, губернатора или генерала низвергнуть до положения заключенного, без всякого доклада и списка; так что для них доклад не является источником повышенной опасности.

Ну а мы будем теперь ждать нового шоу – ЦРУ опаздывает с докладом об эффекте расширения санкций на суверенный долг России. И третьим актом, через полгода, выйдет доклад о незаконной финансовой активности Российской Федерации, на который ЦРУ было дано целых 12 месяцев. Выйдет он в августе, а значит, используемый в нем список Forbes будет на целый год новее.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2482651 Андрей Мовчан


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481669 Алексей Изотов

Первоочередной задачей было и остается создание дипмиссиям разных стран комфортных условий для работы и жизни в России

Алексей Изотов, Начальник ГлавУпДК при МИД России

«Международная жизнь»: У ГлавУпДК богатая, насыщенная история. Расскажите, пожалуйста, с чего все начиналось? Какой эволюционный путь пришлось пройти за эти неполные 100 лет? Как удалось пережить распад Советского Союза и все потрясения «лихих» 1990-х?

Алексей Изотов, начальник ГлавУпДК при МИД России: В 2017 году Главному производственно-коммерческому управлению по обслуживанию дипломатического корпуса при Министерстве иностранных дел Российской Федерации (ГлавУпДК при МИД России) исполнилось 96 лет.

История организации неразрывно связана с историей страны. ГлавУпДК прошло большой путь - от созданного в 1921 году Бюро по обслуживанию иностранцев до современного предприятия, предоставляющего целый комплекс услуг.

Сложнейшие задачи пришлось решать Бюробину в годы Великой Отечественной войны. Его сотрудники участвовали в эвакуации дипломатических представительств из Москвы в Куйбышев, обеспечивали сохранность зданий посольств. Велась колоссальная работа по размещению дипломатических представителей в тылу.

Первоочередной задачей было и остается создание дипмиссиям разных стран комфортных условий для работы и жизни в России. Это касается обеспечения служебными и жилыми помещениями, а также предоставления целого комплекса разнообразных услуг: медицинских, кадровых, транспортных, организации отдыха и спортивных мероприятий.

Первыми в Москве мы начали предлагать в аренду недвижимость в многофункциональных комплексах со всей необходимой инфраструктурой и гарантией абсолютной безопасности. Здесь можно снять и жилье, и офисные помещения. Первым был построен «Парк Плейс Москоу» на Ленинском проспекте, затем еще три комплекса в престижных районах Москвы.

Даже в сложных для страны 1990-х годах предприятие развивалось, выполняя свою основную миссию. Сегодня услугами ГлавУпДК пользуются не только аккредитованные в России дипломаты, но и сотни представителей международного делового и корреспондентского сообщества более чем из 180 стран мира, а также российские юридические лица и граждане.

В ведении ГлавУпДК - более миллиона квадратных метров офисных и жилых помещений, свыше 150 московских особняков, большинство из которых являются объектами культурного наследия.

С уверенностью могу сказать, что ГлавУпДК - старейший и наиболее опытный игрок на рынке московской недвижимости, оказывающий услуги цивилизованной аренды. Вся недвижимость - государственная, она находится в федеральной собственности. Отсюда - понятное ценообразование и прозрачные договоры. Сегодня на площадях ГлавУпДК размещаются сотрудники более 2 тыс. иностранных и российских компаний.

«Международная жизнь»: Ваша компания занимает особую нишу на российском рынке услуг, работая на различных направлениях с дипломатическим корпусом. В чем специфика вашей деятельности? Что делает вашу работу уникальной?

А.Изотов: Комплекс услуг ГлавУпДК охватывает практически все стороны пребывания в России иностранного сообщества: высококвалифицированное медицинское обслуживание (филиал «Мединцентр»), организацию деловых и развлекательных мероприятий (Культурный центр), бухгалтерские и кадровые услуги (филиал фирмы «Инпредкадры»), комплекс автотранспортных услуг (филиал «Спецавтоцентр»). Филиалами ГлавУпДК также являются популярные среди дипломатического сообщества и москвичей комплексы отдыха «Москоу Кантри Клаб» и «Завидово».

ГлавУпДК старается знакомить представителей иностранного сообщества с Россией, ее историей и культурой. На базе Культурного центра и наших отелей проводятся различные выставки, встречи с деятелями культуры.

Мы стремимся дать дипломатам возможность общаться не только в стенах кабинетов, а, например, на спортивных площадках. Ежегодно уже на протяжении 20 лет проводим дипломатические игры по летним и зимним видам спорта. Такая традиция пользуется большой популярностью среди представителей дипмиссий. Азарт и накал спортивной борьбы там высочайший.

С давних пор девиз ГлавУпДК - «Гостеприимство - наша профессия». Именно благодаря преемственности традиций и сохранению высокого стандарта качества, организация уже почти век пользуется уважением клиентов и партнеров.

«Международная жизнь»: Отдельного упоминания заслуживают комплексы отдыха ГлавУпДК «Москоу Кантри Клаб» и «Завидово». Пожалуйста, расскажите о них.

А.Изотов: «Москоу Кантри Клаб» расположен всего в 15 км от Москвы в западном направлении. Комфортабельный комплекс отдыха предлагает размещение в пятизвездочном отеле и коттеджах, арендуемых преимущественно на длительный период. К услугам гостей - курортная зона с пляжем, территорией для прогулок, полем для мини-гольфа, зоопарком. Там расположен современный спорт-комплекс с крытым бассейном, тренажерными залами, теннисными кортами, площадками для бадминтона, солярием и саунами.

В «Москоу Кантри Клаб» работает старейший в России гольф-клуб с первым в стране 18-луночным профессиональным полем, которое строилось по эксклюзивному проекту американской династии архитекторов гольф-полей Трент Джонс.

Сегодня это привилегированный деловой и спортивный центр международного масштаба. Там проходят международные турниры по гольфу, встречи и конференции представителей мирового и российского бизнес-сообщества. Курорт пользуется популярностью среди профессионалов и любителей гольфа. В 2017 году «Москоу Кантри Клаб» был признан лучшим российским гольф-отелем по версии «World Golf Awards».

В гольф-клубе состоит 480 постоянных членов. Такого количества активных игроков нет ни в одном другом российском гольф-клубе.

Любителям уединенного отдыха придется по душе курорт «Завидово» - «дальние дачи», расположенный в 100 км от Москвы, в месте слияния вод великой Волги и Шоши. На территории, превышающей 56 гектаров, царит уникальная атмосфера приватности и умиротворения - лесные рощи и поляны, бескрайние водные просторы... Возможно размещение в гостиничном комплексе, уютных коттеджах и таунхаусах.

В «Завидово» также есть все необходимое для полноценного отдыха: спортивный комплекс, площадки для волейбола, баскетбола и футбола, теннисные корты, спа с тропическим бассейном, стрелковый центр, рыбалка, охота, прокат снегоходов, квадроциклов и гольфкаров. Работает Центр водного спорта со всей необходимой инфраструктурой для хранения водного транспорта.

«Международная жизнь»: Есть ли где-нибудь в мире аналогичные по масштабу и роду деятельности структуры?

А.Изотов: Такие организации есть, но, как правило, в странах, которые либо входили в состав СССР, либо строили свою экономику по советскому образцу.

Мы поддерживаем с коллегами рабочие связи, обмениваемся опытом. Например, в прошлом году представители республик Беларусь, Вьетнам, Киргизия, Монголия, Таджикистан, Узбекистан приезжали к нам на конференцию, посвященную актуальным вопросам обслуживания дипломатических представительств. Совсем недавно нас посетили коллеги из ГУП «Таджикдипсервис», которые детально изучили наш опыт и поделились своими наработками.

На днях наша делегация вернулась из Вьетнама, где прошли консультации с коллегами из Управления по обслуживанию дипломатического корпуса Министерства иностранных дел Социалистической Республики Вьетнам. Это крупная организация с 50-летним опытом работы. В ее ведении 115 исторических зданий, расположенных в наиболее престижных районах Ханоя, и 440 апартаментов в дипломатическом квартале Van Phuc. Так же, как и мы, вьетнамские коллеги участвуют в развитии инфраструктуры для дипломатического корпуса. В частности, реализуются два проекта по строительству офисного здания в Ханое и уже четвертого жилого дипломатического квартала. УпДК МИД СРВ также осуществляет кадровое обслуживание диппредставительств.

В настоящее время мы прорабатываем вопрос подписания Меморандума о сотрудничестве с вьетнамской стороной. Ранее аналогичные документы были подписаны с ГП «Кыргыздипсервис» и ГУП «Таджикдипсервис». Такие договоренности способствуют обмену опытом и в конечном счете повышению качества услуг, оказываемых дипломатическому корпусу.

Замечу, в странах, где нет организаций, аналогичных ГлавУпДК, на плечи иностранных дипломатов ложатся все заботы по аренде и ремонту зданий диппредставительств, целому спектру бытовых проблем. Мы же все эти вопросы снимаем. Неоднократно приходилось слышать от аккредитованных в России иностранных послов, что для дипломатических представительств и иностранных компаний очень удобно получать весь комплекс услуг от одного исполнителя.

«Международная жизнь»: С учетом особой взыскательности клиентов у вас, несомненно, высокие требования к сотрудникам. Как осуществляется отбор на вакантные должности и кто может претендовать на внушающий уважение статус работника ГлавУпДК при МИД России?

А.Изотов: Сотрудники, работающие непосредственно с клиентами, обязательно владеют иностранными языками, навыками организационно-протокольной работы.

Все кандидаты, рассматриваемые на вакантные должности, проходят тестирование, тщательную проверку службой безопасности и ряд собеседований по разным аспектам деятельности, а не только у непосредственного руководителя.

Традиционно отдельные наши направления - отдых, спорт, аренда недвижимости, медицина - ценятся клиентами за особый подход к обеспечению безопасности и гарантий абсолютной приватности.

Все сотрудники ГлавУпДК разделяют такой подход и неукоснительно следуют требованиям Кодекса служебной этики.

«Международная жизнь»: Вы отметили, что в ведении ГлавУпДК более 150 московских особняков. Расскажите, пожалуйста, про эти объекты. Как удается сохранять их уникальный исторический облик?

А.Изотов: Большинство особняков, находящихся в ведении ГлавУпДК, - объекты культурного наследия. Во многих из них размещаются посольства иностранных государств.

ГлавУпДК не только обеспечивает иностранным дипломатам соответствующие их статусу условия пребывания в России, но и сохраняет в надлежащем состоянии бесценные памятники истории и культуры, ведет весь комплекс реставрационных работ.

Так, в этом году наши специалисты завершили реставрацию фасадов, кровли, ограды и въездных ворот резиденции посла Испании в Спасопесковском переулке. Ведем уникальные работы в особняках известного архитектора Льва Николаевича Кекушева.

В здании посольства Новой Зеландии, на Поварской улице, производим первый за всю историю строения масштабный капитальный ремонт с элементами реконструкции и реставрации.

В ходе реставрации другого особняка Л.Кекушева, на Остоженке, 21, состоялось знаковое событие для любителей московской архитектуры. На крышу здания, на высоту 15 метров, была установлена четырехметровая скульптура медного льва - главного символа творчества Л.Кекушева, утерянная в начале ХХ века.

Архитекторы и строители ГлавУпДК и специализированных организаций кропотливо восстанавливают первозданный облик объектов культурного наследия. Работа ведется по архивным историческим фотографиям. Проекты реализуются в соответствии с требованиями Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» и проходят согласование с Департаментом культурного наследия Москвы.

Содержание и эксплуатация исторических зданий осуществляются в строгом соответствии с требованиями российского законодательства под контролем государственных органов по охране памятников.

Добавлю, что по итогам конкурса правительства Москвы на лучший проект в области сохранения и популяризации объектов культурного наследия «Московская реставрация» ГлавУпДК неоднократно становилось лауреатом за лучшую организацию реставрационных работ.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481669 Алексей Изотов


Россия. Ботсвана > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481667 Виктор Сибилев

О новых аспектах и тенденциях развития российско-ботсванских отношений

Виктор Сибилев, Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Республике Ботсвана

2017 год характеризовался дальнейшим поступательным развитием двусторонних связей между Россией и Ботсваной «по многим азимутам»: укреплением договорно-правовой базы взаимного сотрудничества, привлечением к нему, наряду с представителями различных министерств и ведомств, новых участников, включая учащихся средних школ, студентов, молодых предпринимателей, журналистов и артистов, по линии молодежных, образовательных и культурных обменов.

Сначала Советский Союз, а затем его правопреемник Россия поддерживали и поддерживают с Ботсваной дружественные отношения с 30 сентября 1966 года - момента обретения последней независимости от Великобритании. Тогда в телеграмме Председателя Президиума Верховного Совета СССР Н.В.Подгорного были переданы поздравления первому Президенту Республики Ботсвана Серетсе Кхаме и ее народу с обретением независимости и выражена готовность установить дипломатические отношения между двумя странами1.

Свой отсчет, однако, они ведут с 6 марта 1970 года в результате обмена нотами между аккредитованными в Лондоне советским послом М.Н.Смирновским и высоким комиссаром (послом) Ботсваны Г.Чиепе, здравствующей поныне и недавно отметившей свое 95-летие.

Ботсвана, прежнее название Бечуаналенд, находившийся в 1885-1966 годах под британским протекторатом - одной из форм колониальной зависимости, при которой протектируемое государство сохраняет лишь некоторую самостоятельность во внутренних делах, а его внешние сношения, оборону и т. д. осуществляет государство-метрополия, до сих пор несет на себе родимые пятна английского прошлого2. Это отражается в ее государственных атрибутах: английском языке, являющемся наряду с национальным - сетсвана государственным языком страны, деятельности местного парламента - Национальной ассамблеи Ботсваны, построенной по принципу Вестминстерской парламентской системы, доминирующей здесь христианской религии, внедренной на Юге и Юго-Востоке английскими миссионерами в XIX веке, в том числе особо почитаемым в Ботсване английским исследователем Давидом Ливингстоном, внешнеполитической ориентацией на Лондон и Британское Содружество. Кстати, консульские интересы Ботсваны, не имеющей до сих пор своего посольства в России, в отличие от других южноафриканских соседей Ботсваны - ЮАР, Намибии, Зимбабве и Замбии, представляет в нашей стране также Великобритания.

На этом укоренившемся традиционном «англосаксонском» фоне нельзя, однако, не отметить значительные самобытные успехи, достигнутые Ботсваной на сравнительно коротком историческом этапе ее независимого развития. К ним относятся такие вехи, как создание Ботсванского университета, Банка Ботсваны, национальной денежной единицы - пулы (вместо южноафриканского ранда) и превращение Ботсваны, одного из самых слаборазвитых государств мира в конце 60-х годов прошлого века с ВВП около 70 долларов на душу населения, в одну из наиболее экономически развитых африканских стран. По оценке международных финансовых институтов, уровень ВВП в Республике за 50 лет увеличился в 100 раз и достиг свыше 7 тыс. долларов на человека при ежегодном примерном экономическим росте в 5% за последние десять лет3.

Так высоко подняться в рейтинге не только среди африканских государств, но и в мировом масштабе Ботсване удалось, по оценкам ведущих международных организаций, например фонда «Ибрагим», не только благодаря развитию с 1967 года алмазно-бриллиантового комплекса, составляющего основу экономики страны: 30% ВВП, 75% валютных поступлений, свыше 50% доходов, но и надлежащему и умелому государственному управлению4.

В данном контексте примечательно, что в настоящее время на Россию и Ботсвану приходится свыше 50% мировой добычи необработанных алмазов, а их крупнейший российский производитель АК «Алроса» в рамках СП с британской фирмой «Botswana Diamonds» с 2013 года ведет геологоразведочные и исследовательские работы в алмазоносных районах Орапа, Гопе и пустыне Калахари на основе 20 лицензий, предоставленных правительством Ботсваны до 2020 года5.

Сохранившиеся традиции в Ботсване с прошлых времен, ее приоритетная устремленность на развитие внешнеэкономических связей с западными партнерами, равно как и другие объективные факторы, включая отдаленность страны и в целом региона Юга Африки от России, отсутствие посольства в Москве, безусловно, влияют на объем и потенциал российско-ботсванских отношений. Вместе с тем в последние годы, как упомянуто выше, они расширяются и наполняются новым содержанием и формами, отличаются устойчивым политическим диалогом на высшем и высоком уровне. При этом речь идет не только об обмене поздравлениями глав государств по случаю национальных праздников, но и реагировании на другие, в том числе чувствительные события.

Так, например, Президент Ботсваны Я.Кхама выразил свои искренние соболезнования, «потрясение и печаль» Президенту Российской Федерации В.В.Путину в связи с трагическим крушением над Черным морем российского военного самолета, направлявшегося в Латакию, Сирия, с военнослужащими, журналистами и участниками знаменитого военного ансамбля имени А.Александрова, а также трагической гибелью посла России А.Г.Карлова, «чья жизнь была безжалостно отнята убийцей в Анкаре».

В ответном послании на поздравление председателя Высшего совета партии «Единая Россия» Б.В.Грызлова по случаю отмечавшегося 26 августа 2017 года 55-летия правящей Демократической партии Ботсваны (ДПБ) Я.Кхама в качестве ее лидера высказался «за установление диалога между двумя партиями для изучения новых перспектив и взаимовыгодного сотрудничества».

Успешно развиваются российско-ботсванские межпарламентские связи, активизированные после участия спикера Национальной ассамблеи Ботсваны Г.Кокорве в Евразийском женском форуме в Санкт-Петербурге в сентябре 2015 года и установления ее личного активно функционирующего диалога с председателем Совета Федерации В.И.Матвиенко. Представительная делегация Нац-ассамблеи во главе с вице-спикером К.Молатлеги и в составе лидера парламентской оппозиции Д.Боко, других членов парламента 14-18 октября 2017 года приняла участие в 137-й ассамблее Межпарламентского союза в Санкт-Петербурге. К.Молатлеги встретился «на полях» ассамблеи с заместителем председателя Совета Федерации И.М.Умахановым. 29-летняя парламентарий К.Кеневендо по окончании Петербургского форума посетила Сочи и в рамках программы XIX Всемирного фестиваля молодежи и студентов выступила в интерактивной парламентской дискуссии на тему «Молодежный парламентаризм как инструмент сближения».

С 2002 года успешно и на постоянной основе действует механизм российско-ботсванских межмидовских консультаций. 26 мая 2017 года в Москве состоялся их очередной раунд между заместителем министра иностранных дел России, спецпредставителем Президента Российской Федерации по Ближнему Востоку и странам Африки М.Л.Богдановым и заместителем министра иностранных дел и международного сотрудничества Ботсваны Т.Рамодимоси для сверки взаимных позиций по двусторонней африканской и глобальной повестке.

Ботсванский министр иностранных дел П.Венсон-Моитои, выступая на приеме по случаю Дня России 12 июня 2017 года в Габороне, дала положительную оценку проведенным консультациям в Москве в плане их дальнейшего содействия взаимопониманию и укреплению дружественных отношений и сотрудничества между двумя странами. Кроме этого, она оценила ключевую роль России как постоянного члена Совета Безопасности ООН в усилиях по утверждению глобального мира, стабильности и безопасности, мирному разрешению международных конфликтов и, в частности, поиску вместе со своими партнерами долгосрочного решения текущего конфликта в Сирии, в том числе в рамках участия России в Женевских дискуссиях под эгидой ООН.

П.Венсон-Моитои выразила удовлетворение развитием отношений и плодотворного сотрудничества с Россией, «особенно в таких важнейших секторах, как здравоохранение, образование, добывающая промышленность, оборона и безопасность»6.

В двух последних сферах взаимодействия следует в первую очередь отметить подготовку и переподготовку кадров для правоохранительных органов Ботсваны по программам высшего образования и на краткосрочных курсах в вузах МВД России, ежегодное участие руководства полицейской службы Ботсваны в Международной встрече высоких представителей, курирующих вопросы безопасности, организуемой Советом безопасности России.

Совершенствуется правовая основа военно-технического (ВТС) и военного сотрудничества двух стран. В развитие двустороннего Соглашения по ВТС от 2013 года 21-22 ноября 2017 года в Габороне состоялось учредительное заседание Межправительственной рабочей группы по вопросам ВТС. Завершается подготовительная работа партнеров по заключению совместного Соглашения о сотрудничестве в области обороны7.

Вместе с тем 2017 год в развитии российско-ботсванских отношений, несмотря на их многовекторность, запомнится прежде всего расширением молодежных, образовательных, культурных и спортивных обменов, а в качестве апофеоза - участием молодых ботсванцев в XIX Всемирном фестивале молодежи и студентов, проходившем в Сочи. Среди наиболее значимых событий в этой важной гуманитарной сфере выделим отъезд в сентябре на учебу в российских вузах 55 ботсванских студентов, из них 20 - по стипендиям Правительства России и 35 - на основе самофинансирования; участие в период празднования Дня Москвы восьми ботсванских школьников в сопровождении первого заместителя министра среднего образования Ботсваны М.Музилы и трех учителей во II Международной олимпиаде мегаполисов по точным дисциплинам и участие М.Музилы в Международной образовательной конференции в Москве по приглашению правительства Москвы; визит в августе в Ботсвану президента Международной шахматной федерации (FIDE) К.Н.Илюмжинова, его встречи с руководством Ботсванской шахматной федерации и министром среднего образования Ботсваны Ю.Доу для популяризации и включения занятий по шахматам в школьную программу, а также успешное участие команды ботсванских школьников, подготовленных российским гроссмейстером Н.В.Чадаевым, во всеафриканском шахматном чемпионате среди школьников в Зимбабве.

В очередной раз, как в прошлом году, в ходе гастролей в ЮАР и Ботсвану в марте 2017 года восторженные прием местной публики и отзывы СМИ получила балетная труппа московского театра «Корона русского балета», которая также провела мастер-классы и привлекла учащихся балетной школы в Габороне к участию в представленных одноактных балетах8.

И все же наибольший резонанс, судя по публикациям в прессе и откликам участников XIX Всемирного фестиваля - молодежной делегации Ботсваны, состоящей из 12 человек во главе с заместителем министра молодежи, спорта и культуры, членом правительства и парламента Ботсваны К.Мзвинилой, вызвало именно это событие.

Встретившись с нами по возвращении из России, Кефентсе Мзвинила, побывавший в ней впервые, рассказал в присутствии членов делегации о своем открытии нашей страны, где он также участвовал в предваряющей фестиваль международной встрече руководителей молодежных ведомств, прошедшей по инициативе Росмолодежи в Москве. Особое впечатление на него произвели сама Москва, Кремль, Красная площадь, Могила Неизвестного солдата, традиционный фестивальный пеший марш молодежи и студентов, обмен мнениями и лучшими практиками на молодежной конференции, а также незабываемая атмосфера фестиваля, радость встречи и общения со сверстниками со всего мира и особенно с Президентом России В.В.Путиным.

Как представляется, в недалеком будущем именно образованной и социально-активной молодежи России и Ботсваны в процессе углубления связей и контактов, заложенных в том числе в год проведения Всемирного фестиваля в Сочи, предстоит преодолевать все еще сохраняющиеся стереотипы в мышлении африканцев о России и россиян об Африке, укреплять и наращивать материальную ткань взаимного познания и сотрудничества.

1Документы Архива внешней политики Российской Федерации.

2Советский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1984. С. 1068.

3Brook Michael C. Botswana 50 Years of Growth. Gaborone, 2016.

4Sunday Standard. November 25, 2017.

5The Telegraph. September 26, 2016. Mmegi. Gov’t issues six new diamond prospecting licences. April 26, 2017.

6Речь П.Венсон-Моитои, министра иностранных дел и международного сотрудничества Ботсваны по случаю Дня России. 12 июня 2017 г. Отель «Авани», Габороне.

7Распоряжение Правительства Российской Федерации от 22 ноября 2017 г. №2596-р, Москва.

8Botswana Guardian. March 17, 2017; Mmegi. March 21, 2017. The Telegraph. March 22, 2017.

Россия. Ботсвана > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481667 Виктор Сибилев


Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481666 Александр Крамаренко

О чем говорит визит в Москву министра иностранных дел Великобритании Б.Джонсона

Александр Крамаренко, Чрезвычайный и Полномочный Посол

22 декабря 2017 года состоялся рабочий визит в Россию министра иностранных дел Великобритании Б.Джонсона, который провел переговоры с С.В.Лавровым по широкому кругу вопросов двусторонней повестки дня и актуальным международным темам. По итогам состоявшихся обсуждений оба министра на совместной пресс-конференции говорили о необходимости восстановления взаимного доверия, о том, что нынешнее состояние отношений между Москвой и Лондоном никак нельзя назвать удовлетворительным. Отсюда взаимное стремление к более эффективному взаимодействию на международной арене, тем более что к этому обязывает статус России и Великобритании как постоянных членов Совета Безопасности ООН, а также к восстановлению нормы в сфере двусторонних отношений. Визит Б.Джонсона был первым визитом британского министра иностранных дел в Россию за последние пять лет. В чем причина отсутствия нормальных отношений между Россией и Великобританией в последние годы и на что позволяют надеяться итоги состоявшихся в Москве переговоров?

Как известно, российско-британские отношения лихорадит уже не первое десятилетие. Во многом это является функцией общего ухудшения отношений между Россией и США, а также Западом в целом. Негативную роль сыграло то, что новолейбористское правительство Т.Блэра в 2003 году поддержало агрессию США против Ирака, в то время как Россия наряду с Францией и ФРГ выступила против этой силовой акции, не санкционированной СБ ООН. Не-удивительно, что после состоявшегося в июне 2003 года государственного визита Президента В.В.Путина в Великобританию (он планировался заблаговременно) наши отношения стали развиваться по нисходящей. Осенью того же года британская сторона приняла решение о предоставлении статуса беженца Б.Березовскому и Ахмеду Закаеву. Последнее трудно было расценить иначе, как стремление оказаться в гуще российской внутренней политики хотя бы одной ногой через козни беглого российского олигарха и его окружение, включая А.Литвиненко.

Впоследствии стало известно, что А.Литвиненко работал на обе британские спецслужбы (МИ5 и МИ6) и со своих позиций телохранителя Б.Березовского чуть ли не готовил аналитические записки о внутриполитических раскладах в российских верхах. Это вскрылось позднее, после театральной - под камеры - смерти А.Литвиненко, якобы отравленного его друзьями и также бывшими сотрудниками российских спецслужб А.Луговым и Д.Ковтуном, которым, несмотря на этот их сомнительный в глазах британских властей статус, исправно выдавались визы для въезда в Великобританию.

Трудно переоценить негативное влияние всего этого «дела» для дальнейшего хода российско-британских отношений. Так, были ограничены контакты по официальной линии, введены ограничительные меры визового характера в отношении российских официальных лиц. Нет смысла пересказывать всю эту историю, которую при консервативном правительстве Д.Кэмерона (пришло к власти в 2010 г.) британская сторона решила закрыть через коронерское расследование. Примечательно уже то, что так и не был выдан медицинский сертификат с указанием причин смерти А.Литвиненко.

Коронерское расследование пришлось на короткий период восстановления нормальных контактов между Лондоном и Москвой как в двустороннем плане, так и в рамках «восьмерки». Президент Путин посетил летние Олимпийские игры, проходившие в 2012 году в Великобритании. В следующем году проездом на саммит «восьмерки», который проходил в Северной Ирландии, российский лидер провел рабочую встречу в Лондоне с премьер-министром Д.Кэмероном. В этой связи было принято решение Лондона учредить специальный памятный знак «Арктическую звезду» для британских ветеранов Арктических конвоев, ставших одной из наиболее ярких страниц союзнических отношений между Великобританией и Советским Союзом в годы Второй мировой войны. Одновременно было дано согласие на награждение британских ветеранов российской медалью Ушакова. С помощью британского Минобороны был составлен список из порядка 3300 оставшихся в живых британских ветеранов, причем как служивших в ВМС, так и ходивших в составе конвоев на судах торгового флота.

На этой основе в марте 2014 года (когда отношения вновь начали ухудшаться) был принят Указ Президента России о соответствующих награждениях. В последующие два с половиной года российское посольство в Лондоне проводило комплекс мероприятий по вручению медалей Ушакова британским ветеранам: церемонии проходили в посольстве, в муниципалитетах городов по всей территории Великобритании, а также с выездом российских дипломатов на дом к ветеранам, их посещением в домах для престарелых. Кампания по награждению британских ветеранов медалью Ушакова показала, что давние традиции дружественных отношений между народами наших стран, взаимного уважения и памяти о ярких страницах общей истории продолжают оставаться постоянной величиной в общем комплексе наших двусторонних связей.

Это контрастировало с новым негативным разворотом в развитии отношений по официальной линии. Д.Кэмерон не скрывал, что был разочарован тем, что не смог добиться от Президента В.В.Путина поддержки западной позиции по сирийскому урегулированию на саммите «восьмерки» в Лох-Эрне. Осенью 2013 года на эти разногласия наложились противоречия, связанные с развитием ситуации на Украине вокруг судьбы Соглашения об ассоциации с Евросоюзом, к которому, вопреки ранее дававшимся заверениям Брюсселя, было «пристегнуто» Соглашение о глубокой и всеобъемлющей зоне свободной торговли, которое уже напрямую затрагивало торгово-экономические интересы России в отношениях с Киевом.

В очередной раз ухудшение наших двусторонних отношений стало функцией положения дел в отношениях между Западом и Россией. Динамика «двойного» расширения НАТО/ЕС дошла до постсоветского пространства, включая Украину, которая рассматривалась в Брюсселе в качестве зоны «совместного соседства». Последнее вроде как предполагало совместные действия, дабы это пространство не оставалось серой зоной, способствовало «сшиванию» общеевропейского пространства, преодолению оставшихся в наследство от холодной войны разделительных линий на континенте.

Странным, но, надо полагать, предсказуемым образом новый кризис в отношениях Запада с Россией сказался на развитии ситуации вокруг «дела А.Литвиненко». Несмотря на первоначальный отказ тогдашнего министра внутренних дел (им была Т.Мэй) преобразовать коронерское расследование в «публичное расследование», данное решение было пересмотрено и санкционировано проведение «публичного расследования». Оно предполагает заслушивание в рамках закрытых заседаний материалов британских спецслужб, не подлежащих разглашению. Неудивительно, что российская сторона, ранее представленная в коронерском расследовании (в лице СК России) в качестве «заинтересованной стороны», отказалась принимать участие в новом формате расследования, вовсе не гарантировавшем прояснение действительных обстоятельств смерти А.Литвиненко.

Кстати, перевод расследования в новый формат последовал на волне истерии на Западе в связи с трагедией малайзийского авиа-лайнера в небе над Донбассом в июле 2014 года. Впоследствии «публичное расследование» было доведено до соответствующего доклада с правительственным заявлением на этот счет (с ним выступила в Парламенте министр внутренних дел Т.Мэй). Доклад изобиловал отнюдь не юридическими формулировками, такими как «возможно», «вероятно», «вполне вероятно», с инвективами по адресу Российского государства, якобы причастного к смерти А.Литвиненко. Таким образом, «дело А.Литвиненко» было «закрыто» британской стороной за российский счет под шумок украинского кризиса. При этом была продемонстрирована абсолютная неготовность Лондона к прояснению того, что стояло за этой явной антироссийской провокацией.

В истории наших отношений по части такого рода провокаций, к сожалению, также имеется определенная традиция: достаточно вспомнить знаменитое «письмо Зиновьева», которое помогло консерваторам выиграть парламентские выборы 1924 года и серьезно осложнить отношения с СССР. Впоследствии было установлено - и сотрудники архивной службы Форин офиса уже после окончания холодной войны (в бытность министром иностранных дел Р.Кука) в контактах с коллегами из Историко-документального департамента МИД России это признали, - что «письмо» было фальшивкой, состряпанной в среде российской эмиграции в Восточной Европе. По данным, приводимым британскими СМИ, до сих пор не рассекреченными остаются миллионы файлов Форин офиса за период с середины XIX века, то есть охватывающие период Крымской войны и заключения Парижского мира. До сих пор также не опубликованы и материалы о гибели в авиакатастрофе недалеко от Гибралтара главы польского правительства в изгнании генерала Сикорского в

1943 году, и это несмотря на нынешние союзнические отношения между Лондоном и Варшавой.

Будем надеяться, что применительно к «делу А.Литвиненко» нам не придется ждать столь долго установления правды. Как бы то ни было, это «дело» продолжало отравлять атмосферу двусторонних отношений и нагнетать негативный информационный фон в отношении России. Примечательно, что смерть Б.Березовского в марте 2013 года при подозрительных обстоятельствах (накануне стало известно, что он просится обратно в Россию) не спровоцировала традиционных обвинений по адресу Москвы. Несмотря на возражения одной из дочерей покойного, коронерское расследование вынесло «открытый вердикт», то есть причины смерти не установлены и на этом дело считается закрытым.

Вот почему российская сторона, и об этом говорил С.В.Лавров на пресс-конференции с Б.Джонсоном, продолжает настаивать на предоставлении Лондоном доказательств обвинений по адресу российской власти. Обвинения выдвигались публично - публичными должны быть и доказательства. Только тогда Москва будет считать для себя закрытым дело об обстоятельствах гибели своего гражданина на британской территории. В противном случае ситуация будет рассматриваться как попытка британских спецслужб либо скрыть свою некомпетентность, либо замести под ковер свидетельства своего провального проекта по присутствию во внутриполитической жизни России.

Смена правительства летом 2016 года вследствие негативного для кабинета Д.Кэмерона исхода еврореферендума дала основания надеяться на начало постепенной нормализации двусторонних отношений. Тем более к тому времени во многом прояснилась ситуация как на Украине (Киев взял курс на срыв выполнения Минских договоренностей, согласованных в нормандском формате в феврале 2015 г.), так и в Сирии (вследствие начала в сентябре 2015 г. операции ВКС России в поддержку правительственных сил в их борьбе с террористическими группировками «Исламское государство» и «Джебхат ан-Нусра»).

Однако этим ожиданиям не суждено было оправдаться, поскольку на первый план для консервативного кабинета Т.Мэй вышли переговоры о выходе из Евросоюза, которые после утряски исторически беспрецедентной ситуации в британских верхах начались в марте 2017 года с уведомления, поданного Лондоном в соответствии со ст. 50 Лиссабонского договора. Был запущен отсчет предусмотренного договором двухгодичного срока для завершения таких переговоров. Нет нужды говорить о том, что Брюссель, как и многие другие страны - члены Евросоюза, не заинтересован в «легком разводе», который создавал бы опасный прецедент для других.

В этой связи Лондон выдвинул лозунг о том, что «Великобритания, выходя из Евросоюза, не уходит из Европы». Причем акцент делался на сохраняющемся участии Великобритании в НАТО и потенциальных проектах и инициативах в области обороны и безопасности самого Евросоюза. Именно с этим приходится связывать откровенно враждебную, на грани фола, антироссийскую риторику Лондона последних полутора лет, и в особенности после июня

2017 года, когда ситуация для консерваторов еще более осложнилась в результате проведения по инициативе премьер-министра Т.Мэй досрочных парламентских выборов. Вместо укрепления позиций правительства они лишили консерваторов большинства в Парламенте, вследствие чего правительство вынуждено было вступить в неформальный альянс с ведущей политической силой протестантской общины Ольстера - Демократической юнионистской партией. Словом, тут тем более было не до отношений с Россией.

Одним из качественно новых факторов в британской правительственной политике в результате смены главы кабинета в июне 2016 года стал приход в Форин офис одного из наиболее популярных британских политиков и бывшего мэра Большого Лондона Бориса Джонсона. Не сразу, но в результате ряда дипломатических контактов были согласованы сроки рабочего визита нового министра иностранных дел в Россию. Сначала он планировался на март, но затем, вследствие переноса сроков встречи министра иностранных дел стран - членов НАТО с участием госсекретаря США Р.Тиллерсона, был перенесен на 10 апреля 2017 года. Тут уже начал сказываться фактор прихода к власти в США администрации Д.Трампа - абсолютно новой для всей западной политики величины. Неудивительно, что с британской стороны в этих по-своему чрезвычайных обстоятельствах были возможны различные варианты.

Так, собственно, и случилось, когда Б.Джонсон буквально за сутки «отменил» свой рабочий визит в Москву в одностороннем порядке. Британская сторона, как выяснилось, сделала ставку на инициативную роль в кругу западных стран по части введения против России новых санкций - теперь уже в связи с разногласиями по Сирии. Речь шла также, что не менее важно, о своего рода «спайке» ведущих европейских столиц с новой администрацией США на антироссийской основе.

До сих пор неизвестно, что Б.Джонсон предложил Р.Тиллерсону и своим европейским партнерам на встрече в Лукке (Италия), проходившей в «семерочном» формате. Результатом стало то, что Р.Тиллерсон все-таки поехал после этой встречи в Москву, но без какого бы то ни было коллективного мандата по части ультиматума России по сирийскому вопросу. Как выяснилось для британской стороны, европейцы отнюдь не были заинтересованы в обострении отношений с Россией по сирийскому сюжету. Скорее наоборот, они были и остаются заинтересованными в скорейшем урегулировании в Сирии на реалистичной основе.

Впоследствии британской стороной был поставлен вопрос о «восстановлении» визита Б.Джонсона в Москву. В ходе встречи с Б.Джонсоном «на полях» сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке в сентябре 2017 года С.В.Лавров подтвердил, что его приглашение остается в силе, и такой визит в итоге последовавших дипломатических контактов был назначен на 22 декабря.

Все перипетии наших отношений с Великобританией последнего времени подвели Лондон к выводу о том, что не в его интересах оставаться в ущербном по отношению к России положении в сравнении с другими ведущими западными столицами, включая Вашингтон, которые, несмотря ни на что, продолжают поддерживать с Москвой контакты на высоком политическом уровне. Так, в опубликованной в канун визита в консервативной «Дейли телеграф» статье, озаглавленной «Россия является угрозой, но было бы ошибочным относиться к ней как к вечному врагу», бывший министр иностранных дел У.Хейг (с которым, кстати, у С.В.Лаврова сложились неплохие отношения в 2010-2013 гг.) призвал Б.Джонсона, в том числе как автора одной из биографий У.Черчилля, руководствоваться уроками истории и географии, а не идеологии.

У.Хейг писал, что именно эти факторы способствовали тому, что Великобритания и Россия были «естественными союзниками на протяжении трех столетий, если не считать Крымской войны». По мнению автора, все проблемы последних 25 лет в отношениях между Западом и Россией («обширное недоразумение») восходят к тому, что произошло после окончания холодной войны в 1990-х годах. Для Запада речь шла о «конце истории» и презумпции того, что все другие страны, включая Россию, «станут похожими на нас» и что «любая европейская страна может стремиться вступить в Евросоюз и НАТО вплоть до границ самой России». С этим трудно не согласиться, как и с главным выводом У.Хейга о том, что интересам Великобритании отвечает стратегия «медленного, дюйм за дюймом установления взаимного доверия и сотрудничества с Россией по таким вопросам, как КНДР, Иран, Ближний Восток и борьба с терроризмом». При этом надо отказаться от завышенных ожиданий, которые «всегда оборачиваются разочарованиями». В этом и состояла главная рекомендация У.Хейга Б.Джонсону.

Смысл визита Б.Джонсона в Москву не был бы вполне понятен без признания важности фактора сохраняющихся серьезных торгово-экономических связей между нашими странами. В 2009-2013 годах товарооборот увеличился вдвое, но в последующие годы такими же темпами снижался. Позитивная тенденция наблюдалась в 2017 году, когда за первые девять месяцев товарооборот увеличился примерно на четверть по сравнению с соответствующим периодом 2016 года. Но главное состоит в том, что британский бизнес, а это порядка 600 компаний, продолжает работать в России в таких сферах, как энергетика, финансы, медицина, образование, инновации, высокие технологии. Крупнейшие британские компании регулярно участвуют в Петербургском международном экономическом форуме. Так, на его «полях» в июне 2017 года «Роснефть» и «Би-Пи» подписали соглашение о развитии стратегического партнерства в газовой области, а «Газпром» и «Шелл» - о реализации проекта Балтийский СПГ, ряда других перспективных проектов в России.

В начале ноября ведущая российская индустриальная группа «Эн+Груп» (владеет значительной частью акций Объединенной компании «РУСАЛ») осуществила первичное размещение своих акций на Лондонской фондовой бирже (ЛФБ) на общую сумму порядка 1,5 млрд. долларов. Это первый случай нового «листинга» российской компании на ЛФБ с 2014 года. Продолжалась работа совместной Российско-британской торговой палаты, а также двусторонней Рабочей группы по вопросам создания Международного финансового центра в Москве с участием ряда коммерческих банков, рейтинговых агентств, а также финансовых и юридических компаний России и Великобритании. Неудивительно, что в ходе переговоров Б.Джонсона в Москве ставился вопрос о необходимости урегулирования целого комплекса проблем, связанных с последствиями выхода Великобритании из ЕС для наших торгово-экономических связей.

В принципе, надо заметить, что британские власти, за очень редким исключением, никогда не давили на собственный бизнес сверх санкционных мер Евросоюза в отношении России. Это соответствует общей традиции британского истеблишмента, убежденного в том, что «бизнес превыше всего». Поэтому не только в деловой среде Великобритании, но и значительно шире политизация торгово-экономических связей, будь то в виде санкций или иной форме, воспринимается как заведомо рискованная аберрация, наносящая ущерб конкурентоспособности страны.

Обеими сторонами признавалось важнейшее значение для наших стран поддержания широких культурно-гуманитарных связей. Об этом говорит уже то, что 2014 год - своего рода переломный в плане негативного разворота в наших отношениях - был объявлен перекрестным Годом культуры. В его рамках обеими сторонами проводились комплексы соответствующих мероприятий, значение которых ничуть не снижалось вследствие отсутствия на них официальных британских представителей. Затем проводились Год языка и литературы и Год науки и образования, а 2019 год был объявлен министрами Годом музыки.

В целом отметим, что обе стороны демонстрировали возобновление цивильной и даже дружественной атмосферы во взаимных отношениях, стремление восстанавливать взаимное доверие. Б.Джонсон заявлял о своем русофильстве, апеллируя к своим российским корням. Кстати, по возвращении из Москвы он был замечен в отделе русскоязычной литературы во флагманском магазине книжной сети «Waterstone» на Пикадилли. Понятно, что на пресс-конференции Б.Джонсон должен был высказываться в русле общезападного нарратива по отношению к России, иногда даже ценой дезавуирования собственных высказываний, сделанных в Лондоне.

К примеру, выступая в ноябре перед группой парламентариев, объединенных в Парламентскую группу по России, он четко заявил, что не видел свидетельств вмешательства России в проведение референдума по выходу из ЕС и парламентских выборов 2017 года (для пущей убедительности произнес русское «нет»). На пресс-конференции в Москве этот эпизод уже подавался как отсутствие свидетельств «успешного вмешательства России» и в том и в другом случае. Как представляется, такого рода жесты имеют свое не менее важное значение для общей атмосферы наших отношений. Тем более что британский истеблишмент, несмотря на понятные колебания и опасения окончательно утерять к себе доверие электората, все-таки вступил на путь проведения расследования по части «российского вмешательства». Налицо общая линия Запада: скандал с иностранным влиянием - уже применительно к Китаю - последовал даже в Австралии. Эта защитная реакция западных элит не должна обескураживать.

Наряду с этим важно сознавать, что Запад находится на пороге прихода во власть качественно новой генерации политиков (возраст не имеет значения), которые в состоянии говорить на одном языке с протестным электоратом и на этой основе смогут восстановить управляемость ситуаций в собственных странах. Для Америки - это Д.Трамп. Уже ясно, в каком направлении будет развиваться данный сюжет в Австрии и Чехии. Главная неопределенность сохраняется в Германии, сентябрьские выборы в которой привели к созданию кризисной и, похоже, тупиковой политической ситуации, чреватой проведением новых выборов.

Применительно к Великобритании первым в ряду таких политиков значится Б.Джонсон, который не связан требованиями политкорректности, незашоренно и широко смотрит на вещи - совершенно в духе традиций русской культуры, правдоискательства и называния вещей своими именами. Поэтому итоги визита Б.Джонсона в Москву надо рассматривать в том числе и под углом развития внутриполитической ситуации в самой Великобритании. К тому же неожиданно для англичан в начале декабря удалось добиться принципиальных договоренностей по первой фазе переговоров с Брюсселем, что позволило перейти к их следующему этапу - обсуждению параметров будущих торгово-экономических отношений между Лондоном и ЕС. Это также снимает определенное напряжение в британской политике на российском направлении.

В целом если брать предысторию и контекст нынешнего этапа в наших отношениях с Лондоном, то можно без особых натяжек заключить, что в них созрели все условия для перехода к постепенной нормализации, разумеется, с учетом общего контекста западной политики и императивов международного позиционирования Великобритании в качественно новой для себя ситуации. По сути, речь идет о том, что понимается под лозунгом «Глобальной Британии», а именно переход к многовекторной сетевой дипломатии, сильно напоминающей российскую внешнюю политику, и фритредерству образца XIX века как альтернативе глобализационному перебору, обернувшемуся негативными последствиями для самого Запада. Поэтому вопрос не в том, что ниже опускаться нашим отношениям уже некуда, а в том, что они будут продолжать зависеть от действия разнонаправленных факторов, но с балансом, постепенно складывающимся в пользу национальных интересов Великобритании в их современном и перспективном прочтении.

Великобритания. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481666 Александр Крамаренко


Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481665 Александр Илышев-Введенский, Михаил Швыдкой

Россия - Япония: исторические перекрестки. К открытию Года России в Японии и Года Японии в России

Александр Илышев-Введенский, Начальник отдела Японии Третьего департамента Азии МИД России

Михаил Швыдкой, Специальный представитель Президента Российской Федерации по международному культурному сотрудничеству

Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету.
Исса Кабаяси

Россия и Япония, несмотря на то что их географическое положение формировалось по-разному, соответственно как континентального и морского государства, являются близкими соседями. Их разделяет в самом узком месте всего несколько километров водного пространства, а объединяет широкая сеть связей и сотрудничества.

2018 год - в соответствии с российско-японской договоренностью на высшем уровне, достигнутой в сентябре 2017 года во Владивостоке, - объявлен Годом России в Японии и Годом Японии в России.

Это поистине знаковое событие, которое свидетельствует о растущем уровне доверия между двумя странами. Оно проводится впервые в истории двусторонних отношений. В отличие от ежегодных культурных фестивалей в обеих странах нынешний проект охватывает все сферы российско-японского взаимодействия - политику, экономику, науку и технику, культуру, общественные связи.

Предваряя данное масштабное мероприятие, стоит вспомнить этапы истории развития отношений между Россией и Японией, насчитывающей без малого четыре столетия. Еще в середине XVI века представители народов двух стран имели опосредованные контакты друг с другом, в том числе в ходе крупных европейских экспедиций по освоению новых земель в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Впервые упоминание о Японии в российских официальных документах встречается в 1675 году. Это была инструкция переводчику Посольского приказа Н.Г.Спафарию, направлявшемуся с миссией в Китай.

Первые попытки установить прямые связи на межгосударственном уровне были предприняты в конце XVII века, когда в Россию попал потерпевший кораблекрушение японский торговец Дэмбэй, имевший аудиенцию у Петра I в селе Преображенское под Москвой. Русский царь буквально загорелся идеей направить экспедицию в Японию и предпринял для этого реальные шаги. В частности, по его указанию была открыта школа по изучению японского языка. И хотя в период правления Петра I этот замысел осуществить так и не удалось, была создана основа для подготовки успешных миссий В.И.Беринга и М.П.Шпанберга в 1730-1740-х годах.

В указе императрицы Анны Иоанновны 1732 года из Сената Коллегии иностранных дел об отправлении русского мореплавателя В.И.Беринга во вторую камчатскую экспедицию было сказано о необходимости установления добрососедских отношений с Японией.

Радушно приняли в Санкт-Петербурге и двух спасенных на Камчатке японцев - Гондзу и Содзу, основавших в 1736 году первую в России школу японского языка.

19 июня 1739 года состоялось знакомство россиян и японцев уже на японской территории. Именно в тот день отряд штурмана Казимерова с одномачтового пакет-бота «Святой Гавриил» под командованием лейтенанта В.Вальтона из экспедиции М.Шпанберга высадился на берег в районе близ деревни Амацу в провинции Ава (ныне - префектура Тиба, окрестности Токио). На этом месте в настоящее время установлена памятная стела.

Императрица Екатерина II в 1792 году отправила в Японию миссию для осуществления этих целей. С ней был возвращен на родину еще один японец, потерпевший кораблекрушение, - Дайкокуя Кодаю, история о котором легла в основу знаменитого произведения японского писателя Ясуси Иноуэ и одноименного советского фильма «Сны о России». Как свидетельствуют хроники российско-японских контактов, «императрица Екатерина Великая в знак благоприятственный в 1791 году возвращала в отечество тех японцев, кои несчастным случаем претерпели кораблекрушение, судьбою брошены были на берега [русского] царства, и тогда посланные российские подданные, будучи дружелюбно приняты, получили от японского правительства лист, коим позволено было одному судну приходить в Нангасакскую гавань невозбранно»1

В данном случае речь шла о грамоте японских властей 1793 года, выданной главе русской миссии мореплавателю А.Лаксману, о разрешении захода русскому судну в японский порт Нагасаки. Она гласила: «Позволяя одному великороссийского Государства судну иметь вход в гавань Нангасакскую, изъяснив уже, что, исключая оной, в прочие места иностранным судам приставать возбранно, и повторяя о нетерпимой Христианской вере в Государстве нашем; то с тем, чтобы по прибытии к нам, оной образам служения не было: а во всем, есть ли какое условие будет, чтобы поступать не в противность нашего закона по врученному от нас предписанию. По прибытии в указанный порт, при соблюдении данных условий, после соответствующего рассмотрения, будет также разрешен сход на берег. С чем для следования и грамоту сию препоручаем Адаму Лаксману»2

Это уже было большим достижением, поскольку военно-феодальное правительство Японии (Токугавский сёгунат) проводило тогда политику самоизоляции. Контакты японцев с иностранными государствами были запрещены. Исключение было сделано только для голландцев, которых весьма ценил японский сёгун, поскольку они, предоставив военное снаряжение, помогли ему выиграть ключевое сражение с другими японскими кланами в битве при Сэкигахара, что обеспечило ему единоличную власть. Грамота, полученная А.Лаксманом, стала, по существу, отправной точкой для начала отношений между Россией и Японией как двух соседних государств. Благодаря столь вескому основанию началась подготовка экспедиции в Японию русского посланника, камергера Н.П.Резанова.

Миссия готовилась уже в период правления Александра I. В 1802 году в соответствии с его манифестом было создано Министерство иностранных дел, которое возглавил граф А.Р.Воронцов. Он сформировал в министерстве «четыре экспедиции» (департамента), сделав первой из них - азиатскую. Одновременно другой известный государственный деятель, министр коммерции, ставший позже министром иностранных дел, граф Н.П.Румянцев разрабатывал планы установления торговых отношений с Японией. В записке императору Александру I «О торге с Японией» от 20 февраля 1803 года он писал: «Долгом себе поставляю всеподданнейше представить Вашему императорскому высочеству письмо о торговле с Япониею, которую… можно бы кажется основать прочным образом и поставить в позднем потомстве памятником монаршего о благе империи попечении»3.

С русским посланником Александр I передал японскому императору специальное послание, где упоминал о грамоте, полученной А.Лаксманом, рассчитывая наладить на этой основе торговые связи. Но в тот момент две страны, видимо по объективным обстоятельствам, к полноценным контактам были еще не готовы.

Хотя миссия Н.П.Резанова не принесла ожидаемых российской стороной результатов, она дала импульс взаимному изучению и сближению двух стран. На основе ее результатов, в том числе научно-географических (тогда были составлены подробные навигационные карты японских берегов), велась подготовка экспедиции вице-адмирала, генерал-адъютанта Е.В.Путятина, которая состоялась через полвека, в 1853-1855 годах. Она стала важной вехой в истории российско-японских отношений. В августе 1853 года русские корабли встали у входа в порт Нагасаки.

Первая часть этой героической эпопеи, включая прибытие миссии Е.В.Путятина в Японию, красочно описана в романе «Фрегат «Паллада» И.А.Гончарова - первого сотрудника Министерства иностранных дел, посетившего Страну восходящего солнца. Писатель поэтично называл ее «запертым ларцом с потерянным ключом»4. Тем не менее русским дипломатам удалось найти ключи к переговорам с японской стороной, и 7 февраля 1855 года были установлены межгосударственные отношения между Россией и Японией. В этот день был подписан первый русско-японский договор о мире и дружбе (Симодский трактат), ставший итогом выдающейся дипломатической миссии вице-адмирала Е.В.Путятина. Японские власти тогда добровольно (в отличие от аналогичного японо-американского договора, навязанного Японии силовым путем) прекратили изоляцию от внешнего мира и установили официальные контакты с соседним государством. Симодский трактат открыл путь к развитию торговли, консульских, культурных и гуманитарных связей между двумя странами.

Подписанию договора предшествовали драматические события. Фрегат «Диана», на котором прибыла русская миссия, затонул в бухте Симода (расположена недалеко от Токио) из-за цунами, вызванного сильным землетрясением в декабре 1854 года. Почти всей команде корабля удалось спастись. При этом русские моряки проявили мужество и оказали большую помощь в спасении японских рыбаков и простых жителей Симоды, пострадавших от стихийного бедствия. Почти полгода все члены русской миссии (более 500 человек) во главе с Е.В.Путятиным жили на японской территории (что ранее категорически запрещалось японскими властями из-за изоляции страны), вели переговоры с японской стороной, а также сумели совместно с японскими мастерами из подручных средств построить шхуну, получившую название «Хэда» (по месту соседней бухты, где строился корабль). На ней возвратились в Россию сам Е.В.Путятин и часть команды5

Спустя совсем непродолжительное время были установлены и дипломатические контакты, которые в этом году отметят 160-летний юбилей.

24 октября 1858 года (по ст. стилю) миссия первого российского консульства во главе с коллежским советником И.А.Гошкевичем на судне «Джигит» Российско-американской компании прибыла в японский город Хакодатэ. Город предстал в своей подлинной красе. Узкая полоса пологого берега примыкала к живописной горе Хакодатэ высотой более 300 метров, на которой уже начали раскрашиваться в красно-желтые цвета японские клены.

Российская миссия временно разместилась в местных буддийских храмах. Вскоре русский консул в соответствии с инструкцией своего Министерства иностранных дел приступил к переговорам с японскими властями о выделении участка для миссии на одной из городских улиц, расположенных по склонам горы. И уже в апреле 1860 года сотрудники российского консульства переехали в новые здания. Как писал очевидец, «мы стоим на якоре в Хакодате, но видим только один дом европейской архитектуры, командующий всем городом, поставленный выше всех, красивее и удобнее всех, это дом нашего консула». Неудивительно, что здания российского консульства и церковь в Хакодатэ послужили для японцев «образцами европейского зодчества»6.

Стоит вспомнить и замечательную историю святителя Николая Японского (в миру - Ивана Дмитриевича Касаткина), благодаря стараниям которого в Токио в 1891 году был воздвигнут православный собор Воскресения Христова, относящийся к числу главных достопримечательностей японской столицы. В 2018 году исполнится и еще один юбилей - 150-летие крещения первых японцев отцом Николаем в Токио7.

Два события в истории связей между нашими странами стоят особняком. Первое - из истории культурных контактов. В 1875 году в Японии с большим успехом прошли гастроли выдающейся русской оперной певицы Д.М.Леоновой. Ее концерты всюду проходили при переполненных залах, масса народа стояла и слушала певицу под окнами. Сам император Мэйдзи аплодировал нашей оперной диве, а затем пригласил ее на прием в императорский дворец.

После прощального концерта Леонова отправила на свою дачу в Ораниенбаум вещи, приобретенные в ходе поездки. Но случилось так, что багаж благополучно прибыл, а вслед за ним в Петербург пришла весть о гибели певицы. Корабль, где она забронировала каюту, отплыл от японского берега, попал в сильнейший океанский шторм и затонул вместе со всеми пассажирами. Но Леонову… спасла Япония. Купив билет, артистка поехала в гостиницу за вещами в коляске с рикшей. На одном из спусков коляска не удержалась, врезалась в стену, и в результате певица попала в больницу, а не на корабль.

Другой случай произошел уже в 1891 году, во время посещения Японии молодым цесаревичем Николаем (будущим императором Николаем II). В небольшом городке Оцу японский полицейский нанес наследнику российского престола два неожиданных удара саблей. Лишь счастливое стечение обстоятельств, в том числе хладнокровие, проявленное ехавшим позади Николая его двоюродным братом, греческим принцем Георгом, который вместе с рикшами сумел обезвредить полицейского, позволило избежать трагических последствий.

Тогда это событие вызвало бурю эмоций и волнений как в России, так и Японии. Александр III, узнав об этом, приказал немедленно прекратить кругосветное путешествие сына. Японский полицейский был схвачен, допрошен и назван «очевидным фанатиком»8. Ни его показания, ни сохранившиеся вещественные доказательства - окровавленные сабля и платок, который японский принц Арисугава отдал раненому Николаю, - так и не смогли тогда ясно объяснить, почему полицейский, который должен был защищать русского цесаревича, напал на него.

Однако существовала одна любопытная версия. Накануне прибытия цесаревича Николая в японских газетах был опубликован очень правдоподобный рисунок с изображением цесаревича, который сходит с корабля в сопровождении Такамори Сайго, легендарного героя японской «революции Мэйдзи» 1868 года.

Японское общество было взбудоражено. Сайго, который был кумиром для многих японцев, после этой революции ушел в оппозицию к власти и поднял против своих бывших союзников мятеж, названный 
«юго-западной войной», во время которого был убит. Однако в народе еще долго жила легенда, что он выжил, перебрался на один из отдаленных островов и даже… прибыл на русском военном корабле во Владивосток, где занялся обучением русской армии.

Японцы еще больше поверили, что Такамори Сайго жив, когда русская эскадра подошла не к Токио или Киото, а к южной префектуре Кагосима, где раньше располагался штаб мятежников Сайго. Но на этом череда странных совпадений не заканчивается.

По пути в Киото цесаревич решил в городке Оцу посетить один из храмов, рядом с которым находился обелиск в память о погибших на той самой «юго-западной войне». У этого обелиска дежурил Цуда Сандзо, который и напал на Николая. На допросе японец заявил, что его возмутило, что, подойдя к памятнику, «иностранцы не нашли нужным хотя бы склонить головы». Сам Цуда участвовал в той же самой войне, был ранен и даже получил награду.

Сопровождавший цесаревича князь Э.Ухтомский позже вспоминал, что его удивило официальное решение до прибытия в Токио и Киото зайти в Кагосиму к местному князю, чьи владения «долго служили рассадником нелюбви ко всему иноземному». Ухтомский не исключал и «косвенной связи между этим фактом и покушением на жизнь цесаревича».

Как бы то ни было, в конечном итоге император Мэйдзи решил лично выразить сочувствие наследнику российского престола и - что было беспрецедентно для японского императорского протокола - поднялся на борт иностранного военного корабля. Именно там и состоялась единственная в истории встреча высших августейших особ двух стран.

В летописи российско-японских отношений в XX веке есть и такая примечательная страница, как спасение японских детей от эпидемии полиомиелита благодаря передаче СССР Японии вакцины от этой болезни в 1960-х годах9

После завершения Второй мировой войны отношения между нашими странами развивались весьма непросто. Как известно, до сих пор между Россией и Японией не заключен мирный договор. Несмотря на это, расширялись экономические, научные и культурные связи. Первые гастроли Большого театра состоялись в Токио еще в 1957 году - знаменитое «Лебединое озеро» с Галиной Улановой покорило японских зрителей. С тех пор советская, а затем и российская культура в разных своих проявлениях - от ее классических до популярных родов и видов - постоянно присутствует в Японии, а японская культура - традиционный театр, Но и Кабуки, классическая и современная литература, кинематограф - обрели многочисленных почитателей в СССР, а затем и в России. За минувшие четверть века (с 1992 г., когда Япония официально признала Российскую Федерацию государством - продолжателем СССР) значительно увеличился товарооборот между нашими странами - достаточно взглянуть на автопарк российских граждан, чтобы убедиться в справедливости этого суждения.

В настоящее время отношения между Россией и Японией подходят к важному рубежу, открывающему возможности для выхода на качественно новый уровень - подлинного партнерства. В апреле 2013 года на высшем уровне было принято Совместное заявление о развитии партнерства между двумя странами, в котором определены принципиальные направления для реализации этой задачи. Несмотря на ряд неблагоприятных факторов, создавших определенные препятствия для движения двух стран к этой цели (в частности, связанные с санкционными решениями стран «семерки», включая Японию), в последнее время российско-японские отношения стремительно набирают обороты.

Поступательно и динамично развиваются связи в самых различных областях. Мощный импульс этому процессу придали итоги официального визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Японию в декабре 2016 года. Был, в частности, подписан внушительный пакет из 80 межправительственных и межведомственных документов, а также коммерческих соглашений.

Активизировался политический диалог. В прошлом году состоялось четыре встречи на высшем уровне - в апреле в Москве, в июле в Гамбурге, во Владивостоке в сентябре и в Дананге в ноябре. Возобновлена работа механизма глав внешнеполитических и оборонных ведомств, а также ряда других важных форматов по ключевым вопросам международной и двусторонней повестки дня. Регулярно встречаются министры иностранных дел двух стран. Переговоры министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова с министром иностранных дел Японии Т.Коно прошли в ноябре 2017 года в Москве.

Поддерживаются контакты на уровне руководства Советов безопасности. Консультации секретаря Совета безопасности Российской Федерации Н.П.Патрушева с генеральным секретарем Совета национальной безопасности Японии С.Яти состоялись в декабре прошлого года в Москве. «Разморозились» связи по военной линии. В конце 2017 года состоялись визиты в Японию начальника Генерального штаба Вооруженных сил России и главнокомандующего сухопутными войсками.

В торгово-инвестиционной сфере идет активная работа по реализации предложенного С.Абэ плана сотрудничества по восьми направлениям и проектов из российского приоритетного инвестиционного списка. Предприняты конкретные шаги по укреплению договорно-правовой базы двусторонних отношений - подписана Конвенция об устранении двойного налогообложения.

Япония входит в группу крупнейших внешнеторговых партнеров России. В России осуществляют деятельность около 270 компаний с участием японского капитала, интересы которых распространяются от промышленного производства до интернет-торговли и ресторанного бизнеса.

Направляющую роль в развитии двустороннего экономического сотрудничества играет деятельность учрежденной в 1994 году Российско-японской межправительственной комиссии по торгово-экономическим вопросам (МПК). Председателем российской части является первый заместитель председателя Правительства Российской Федерации И.И.Шувалов. Совсем недавно в Москве прошло очередное заседание Межправкомиссии (сопредседатель с японской стороны - министр иностранных дел Т.Коно).

Развиваются контакты по линии деловых кругов, прежде всего в рамках Российско-японского и Японо-российского комитетов по экономическому сотрудничеству (РЯКЭС-ЯРКЭС) (созданы соответственно при Российском союзе промышленников и предпринимателей и Федерации экономических организаций Японии).

Стратегической сферой двустороннего сотрудничества, его «мотором», по-прежнему остается топливно-энергетический комплекс. Реализуются нефтегазовые проекты «Сахалин-1» и «Сахалин-2», где доля японских компаний составляет 30 и 22,5% соответственно. Уже заключенные с крупнейшими электроэнергетическими и газовыми компаниями Японии контракты в рамках проекта «Сахалин-2» предусматривают общий ежегодный объем поставок СПГ в 6,5 млн. тонн (около 8% потребностей японского рынка в этом виде энергоносителей).

Российская компания «Роснефть» совместно с Консорциумом «Сахалин-1», акционером которого является японская компания «Содэко», разрабатывает проект строительства завода «Дальневосточный СПГ» (проектная мощность - 5 млн. тонн в год, планируемое начало коммерческих поставок - 2019 г.). Одним из основных целевых рынков сбыта продукции будет японский. В 2013 году ОАО «НК «Роснефть» подписало соглашение о сотрудничестве с японской компанией «Импекс» по созданию совместного предприятия с целью освоения лицензионных участков «Магадан-2» и «Магадан-3» российского шельфа Охотского моря с извлекаемыми запасами 1,540 млрд. нефтяного эквивалента. Японские компании выражают заинтересованность в подключении к новым инфраструктурным проектам «Роснефти» на российском Дальнем Востоке.

С 2012 года ПАО «Газпром» и Агентство природных ресурсов и энергетики Японии работают над аналогичным проектом строительства завода по сжижению природного газа в районе Владивостока.

ПАО «РусГидро», ПАО «Интер РАО» совместно с другими российскими компаниями предложили японским партнерам проект строительства энергомоста Россия - Япония, реализация которого предполагается в рамках существующих планов по развитию энергосистемы Сахалинской области.

Активно обсуждаются на различных уровнях и масштабные перспективные проекты, предполагающие связать Сахалин и Хоккайдо трубопроводом и железнодорожным сообщением.

Россия и Япония успешно сотрудничают в области мирного атома, космоса, улучшения городской среды и во многих других практических сферах. При этом хотелось бы надеяться, что перекрестный год поможет еще более интенсифицировать усилия по укреплению договорно-правовой базы сотрудничества.

На территории Российской Федерации действуют заводы по выпуску автомобилей японских концернов «Тойота», «Ниссан», «Мицубиси Моторс», «Исудзу», «Мазда», сборочное предприятие «Комацу» по производству экскаваторов и погрузчиков. В 2014 году состоялось официальное открытие завода по производству строительной техники компании «Хитати» в Твери.

Осуществляется взаимодействие японской компании «Джэпэн пост» и ФГУП «Почта России» в сфере автоматизации почтовой службы в России. С начала 2014 года японская компания «Тосиба» осуществляла поставки автоматического сортировочного оборудования для Московского автоматизированного сортировочного центра.

Продолжают активно развиваться экономические связи между регионами России и Японии. Одним из основных инструментов продвижения кооперации являются регулярные презентации для японской стороны инвестиционного потенциала субъектов Российской Федерации.

В рамках диалога по проблеме мирного договора продолжается работа по вопросам налаживания совместной хозяйственной деятельности (СХД) на южных Курильских островах. 26-30 октября была организована поездка второй японской бизнес-миссии. Обсуждались практические аспекты подготовки проектов в утвержденных лидерами пяти областях - по марикультуре, ветроэнергетике, тепличным хозяйствам, утилизации мусора, организации пакетных туров. Следующий этап - проведение заседаний двух рабочих групп: по коммерческим аспектам СХД и запуску режима местного приграничного передвижения между Сахалинской областью и префектурой Хоккайдо.

Заметно укрепилась кооперация Москвы и Токио на международной арене, в том числе в Совете Безопасности ООН, где Япония являлась непостоянным членом в 2016-2017 годах. Успешно реализуется совместный проект УНП ООН, России и Японии по подготовке афганских наркополицейских на базе института повышения квалификации МВД в городе Домодедове. При поддержке УНП ООН активизировалась работа по проекту создания кинологического центра для Антинаркотической полиции МВД Афганистана.

В прошедшем году в Японии реализованы два крупных культурных проекта: «Русские сезоны» и 12-й Фестиваль российской культуры в Японии. Их роль и значение выходят за пределы чисто культурных мероприятий. Это связано с тем, что в Японии понятие «культура» рассматривается более широко, фактически как сфера повседневной жизнедеятельности человека, его взаимодействия с природой, как своего рода система ценностей, взглядов и представлений, созданная на основе изучения человеком окружающего мира. Известный японовед Н.И.Конрад называл культуру основой японской цивилизации10. Культура в Японии исторически связана с духовной (нематериальной) деятельностью человека, например японские праздники изначально представляли собой обряды поклонения божествам, а сейчас они воплощают многообразие традиций в таких видах искусства, как театр, живопись, музыка и боевые единоборства (карате, дзюдо, сумо и т. д.). При этом высок интерес японцев к культуре других народов. Именно через ее понимание прокладывается путь к развитию связей и контактов в других областях. Неслучайно логотип перекрестного Года России и Японии символизирует стремление народов обеих стран больше узнать друг о друге, в том числе путем выявления уже имеющихся точек соприкосновения, а девиз звучит так: «Есть Япония/Россия, которую Вы не знаете».

Именно поэтому организация столь масштабного проекта призвана придать мощный позитивный импульс двусторонним отношениям за счет реализации крупных мероприятий, прежде всего в политике, экономике, науке и технике, способствовать укреплению атмосферы доверия между народами двух государств.

Церемония открытия перекрестного Года России и Японии намечена на 26 мая 2018 года и пройдет в Большом театре в Москве. В ней примут участие Президент Российской Федерации и премьер-министр Японии. Каждая из стран готовит обширную программу мероприятий. Среди них немало и совместных, в частности запланированы проведение российско-японского форума по линии «Российской газеты» и газеты «Майнити симбун» в апреле этого года в Москве, в котором примут участие влиятельные политические, экономические и общественные деятели с обеих сторон. Небольшое, но весьма символичное событие состоится в июле и в курортном городке Хэда префектуры Сидзуока - колыбели российско-японских связей. В Хэду приедут парламентарии двух стран, которые откроют выставку в местном музее, посвященную истории российско-японских отношений, а также проведут «круглый стол» по линии Консультативного совета по содействию российско-японскому межпарламентскому и межрегиональному сотрудничеству Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (председатель - К.И.Косачев) и «Дискуссионного клуба» Палаты советников Парламента Японии (председатель - Х.Сэко) о путях развития российско-японских отношений в будущем.

Краеведческий музей Хэды - единственный уникальный музей Японии, почти полностью посвященный России. Разумеется, его экспонаты рассказывают о выдающейся странице российско-японской истории - экспедиции Е.В.Путятина. Но самого Симодского трактата там нет. В Японии оригинал был уничтожен во время пожара в государственном архиве в период американских бомбардировок в марте 1945 года. Специально для июльской выставки будет выставлена реплика договора на японском языке, хранящегося в Архиве внешней политики Российской империи. Кроме того, будет представлен ряд других документов из истории отношений между двумя странами.

По информации организаторов выставки, в МИД Японии запрошены для экспонирования также материалы о миссии Е.В.Путятина (вырезки из журнала «Морской сборник» и др.) из личного архива Президента России, подаренные В.В.Путиным премьер-министру Японии С.Абэ в ходе официального обеда в Кремле 29 апреля 2013 года.

В рамках перекрестного Года предусмотрены также такие важные мероприятия по укреплению доверия между двумя странами, как дружественные заходы военных кораблей, конференции и симпозиумы деловых кругов, выпуск телепрограмм и кинофильмов, выступление крупнейших театральных коллективов, выставки ведущих музейных коллекций, гастрономические фестивали и многое другое.

Не хотелось бы выделять какую-то конкретную область, которую охватит предстоящий проект, но тем не менее важно отметить особую роль музыкальной культуры в контактах народов двух стран. В силу исторических и языковых традиций и россияне, и японцы очень музыкальны и считаются весьма высокими ценителями музыки. Достаточно вспомнить, что первые русские песни, которые пришли в Японию благодаря офицерам и морякам из экспедиции Е.В.Путятина, полюбились японцам и дали толчок для развития собственной музыкальной культуры. Как известно, судя по сохранившимся свидетельствам, Д.Леоновой в 1875 году пытался подпевать даже сам легендарный японский император Мэйдзи. Естественно, что в культурной программе перекрестного Года предусмотрено немало концертов выдающихся российских и японских исполнителей, искусство которых, как говорится, не требует перевода.

Это само по себе прекрасно, но важно и другое. Стремление петь «в унисон» охватывает сейчас не только музыкантов двух стран, но и политиков, экономистов, другими словами, практиков, тех, кто реально создает «ткань» российско-японского сотрудничества. Недаром Президент Российской Федерации В.В.Путин в июле прошлого года в Гамбурге, отвечая на вопрос премьер-министра Японии С.Абэ, стоит ли им продолжать встречу или пойти на запланированный немецким председательством концерт Л.Бетховена, с юмором сказал: «Мы сами прекрасные исполнители. И в балете разбираемся, и спеть можем вместе», с чем С.Абэ с воодушевлением согласился. Это еще раз свидетельствует о том, что в российско-японских отношениях становится все больше гармонии, которая, как известно, является основой для любого развития.

 1Российско-японские контакты // Илышев А. Японская государственная служба. М., 2009. С. 166.

 2Там же. С.167.

 3Там же.

 4Там же. С. 63.

 5Россия - Япония: Исторический путь к доверию. М.: издательство «Япония сегодня», 2008. C. 4-92.

 6Первые российские здания в Японии // http://ricolor.org/rz/iaponia/jr/ist/dip/1/

 7В слове и камне. М.: издательство «Япония сегодня», 2017. C. 102-107.

 8Ёсимура Акира. Никорай-сонан (на япон. яз.). Токио, 1993. С. 196.

 9Более подробно см. на сайте компании «Искра» www.iskra.co.jp/ru/tabid/134/Default.aspx.

10Конрад Н.И. Очерк истории и культуры средневековой Японии. М., 1960. С. 16.

Россия. Япония > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481665 Александр Илышев-Введенский, Михаил Швыдкой


Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481664 Алексей Бирюков

Новая реальность формирующегося многополярного миропорядка: научно-технологическое сотрудничество России и Китая

Алексей Бирюков, Ведущий эксперт Центра международной информационной безопасности и научно-технологической политики МГИМО МИД России

Автор выражает признательность студентам первого курса магистратуры «Россия и Китай: экономические и политические тренды в Евразии» (староста группы А.Капустин) факультета международных экономических отношений МГИМО, которым он преподавал курс «Международные научно-технологические отношения БРИКС» и которые являются соавторами статьи // www.rus.china19@yandex.ru

В октябре прошедшего года в Китае и России произошли знаковые, хотя и не сопоставимые по масштабу события - XIX съезд КПК и заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай». Объединяет эти события обращение руководства стран к научно-технологическому прогрессу как мощнейшему фактору национального развития и международной политики этих великих держав.

Конечно, акцент В.В.Путина и Си Цзиньпина на нынешнем витке НТП является продолжением последовательной политики, которая проводится не первый год. Однако то, что он был сделан в Москве и Пекине практически одновременно в условиях перехода к многополярному миру, впечатляет.

Напомним, что, выступая на съезде, лидер Китая подчеркнул, что Китай ставит задачу превратиться в глобального лидера в области инноваций в течение 15 лет до 2035 года, а к середине 
XXI века быть первым с точки зрения комплексной мощи и международного влияния1

Обращает на себя внимание, что китайцы формулируют цели лидерства и мощи в контексте последовательного движения к ним. А это движение предполагает быстрый рост и инклюзивное развитие, включая повышение функциональности структуры экономики и активизацию финансовых, образовательных и технологических драйверов. В Пекине понимают важность совершенствования рыночных механизмов в сочетании с государственной поддержкой динамично развивающегося бизнеса, независимо от его размера, создания регуляторов макроуровня, основанных на здравом смысле. Только таким образом Си Цзиньпин с товарищами  мыслят укрепление инновационного потенциала страны и повышение уровня конкурентоспособности ее экономики.

В Китае высоко ставят приоритет развития реальной экономики, постоянно повышая ее качество и эффективность. Это означает, что страна должна ускоренными темпами развивать передовую обрабатывающую промышленность, опираться на интеграцию Интернета, Больших данных, искусственного интеллекта с реальным производством, стимулируя освоение новых сфер и факторов развития, где ведущая роль отдается производственным инновациям на основе «зеленых» и низко- углеродных технологий. Одновременно создаются условия для роста «экономики совместного потребления», вносится вклад в укрепление международных технологических цепочек и подготовку адекватных кадров, востребованных в эпоху глобальной информационной революции. При этом китайцы, демонстрируя выдающиеся результаты в цифровой экономике, поддерживают традиционную экономику полного цикла, ориентированную на производство «простых вещей», повышая стандарты выпускаемой продукции, добиваясь конкурентоспособности собственных товаров на глобальном рынке.

В отчетном докладе целый раздел был посвящен тому, как превратить Китай в страну, в которой господствуют инновации. В этой связи основной акцент делается на важности передовых рубежей науки и технологий, «прорывных фундаментальных исследованиях, достижениях прикладной науки направляющего характера и оригинальных инновациях». При этом акцентируется внимание на таких областях, которые развивают инженерную мысль, усиливают позиции в космическом пространстве и на информационно-кибернетическом поле, в энергетике и на транспорте, содействуют строительству «цифрового Китая» и общества знаний.

В рамках инновационного развития китайцы ставят задачи повышения качества управления научно-техническим прогрессом и коммерциализации научных и технологических достижений, синергии экономики, науки и высшей школы, культивирования инновационной культуры, охраны интеллектуальной собственности, воспитания ученых и преподавателей мирового уровня, а также подготовки молодых специалистов и команд, имеющих опыт успешной реализации инновационных проектов.

Наконец, съезд подчеркнул роль образования в деле возрождения величия Китая. Ведь без подготовленных грамотных кадров невозможно реализовать опору на НТП. Образование рассматривается китайцами в качестве фундаментального фактора инклюзивного развития. Данным общественным благом могли бы воспользоваться все граждане государства, стремящиеся получить образование, которое, в свою очередь, является мощнейшим социальным лифтом, позволяющим найти и укрепить адекватное место каждого в построении общества, основанного на знаниях и инновациях.

Все перечисленное обусловливает новую эпоху в развитии социализма с китайской спецификой и создает условия претворения в жизнь китайской мечты.

Идеи опоры на науку, образование и технологии развиваются в современном Китае не первое десятилетие, однако на этом пути имеются своеобразные вехи. Пожалуй, базовым событием явилось проходившее в Пекине в 1996 году Всекитайское совещание по вопросам развития науки и техники, которое китайские эксперты по значимости приравнивают к провозглашению Китайской Народной Республики. На этом совещании в контексте стратегии развития на основе реформы и открытости был утвержден новый курс. Он предлагал «рассматривать образование в качестве основы всего дела, ставить науку, технику и образование во главу угла экономического и социального развития, а также перевести экономическое строительство на рельсы опоры на научно-технический прогресс и повышение комплексного качества людей»2.

Через десять лет, в 2006 году, состоялась Всекитайская конференция по науке и технологиям, которая подвела итоги реализации упомянутых стратегии и курса и внесла в них коррективы, которые предполагали снижение зависимости от иностранных технологий, повышение затрат на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, а также увеличение вклада наукоемких производств в экономическое развитие3.  В этой связи на XVII съезде КПК в 2007 году были поставлены задачи обеспечения уровня «средней зажиточности» и перехода к эндогенному инновационному развитию4.  Это означало повышение качества открытости, с одной стороны, чтобы получать максимальную пользу из-за границы с учетом национальных интересов. Но, с другой стороны, был сделан вывод, что в процессы глобализации необходимо включаться на основе собственных идей и разработок, выращивать национальных лидеров на приоритетных направлениях, менять сложившийся потребительский стиль взаимоотношений с зарубежными университетами, научными центрами и транснациональными корпорациями.

В последующие пять лет решения этого съезда подкреплялись адекватным законодательством, соответствующей институциональной средой и благоприятным инвестиционным климатом. В Китае занялись созданием национальной инновационной системы (НИС). В 2006 году была принята концепция НИС, утвержденная Государственным советом. Однако после этого продолжалось постоянное совершенствование инновационной системы с привлечением ОЭСР, которая к тому времени разработала универсальную модель и по просьбе китайских властей адаптировала ее к реалиям Китая, строившего социализм с китайской спецификой5.  

Рис. 1

Национальная инновационная система (НИС)

Анализ этого рисунка позволяет утверждать, что в соответствии с моделью ОЭСР в ее центре располагается бизнес, ориентированный на получение прибыли с помощью инноваций. Он погружен в среду, формируемую развитой наукой, целостной системой образования и грамотной политикой государства, стимулирующей инновационный процесс6Совершенствуя структуру национальной инновационной системы, Китай уделил повышенное внимание социальной ответственности бизнеса, а также росту количества и повышению качества инженерно-технического персонала, ученых и преподавателей. Причем это происходит в контексте улучшения управления в области исследований и инноваций, повышения культуры участников инновационного процесса, обеспечения независимой оценки результатов инновационного развития. Основная модель национального инновационного процесса КНР заключается в том, чтобы шаг за шагом перейти от стадии имитации к стадии, основанной на национальных нововведениях7.

В 2012 году состоялся XVIII съезд КПК, на котором c отчетным докладом выступал Ху Цзиньтао. Съезд акцентировал внимание на важности наращивания новых движущих сил развития, индустриализации нового типа, стимулировании научно-технических инноваций в качестве стратегической опоры. При углублении реформы ставка делалась на совершенствование деятельности НИС, стимулирование тесной смычки науки и техники с экономикой, а также усиление эндогенных элементов в сочетании глобального и локального в технологическом 
прогрессе8

На XVIII съезде КПК возглавила команда во главе с Си Цзиньпином, которая не только продолжила начинания Ху Цзиньтао и его коллег, но и внесла вклад в осмысление и осуществление развития современного Китая на научной основе.  

Анализ пятилетия между XVIII и XIX съездами указывает на ряд достижений КНР с точки зрения инклюзивного развития на базе НТП. В первую очередь обращает на себя внимание акцент на контексте, в котором происходит стремительное движение страны по пути научно-технического прогресса. Это предполагает опору власти на серьезные разработки модели национального развития, над которыми постоянно работает общественная наука. В этой связи опора на инновации становится важным звеном в цепи, без которого просто невозможно реализовать потенциал, основанный на знаниях и инновациях. Учет национальной специфики китайцы успешно сочетают с инклюзивной конвергенцией, которая сплачивает сильные стороны рыночной и плановой экономики на базе государственно-частного партнерства.

В Китае сформировали национальную систему трансфера технологий, в которую вошли научно-исследовательские институты, университеты, частные компании и государственные учреждения, занимающиеся таким трансфером. В контексте этой системы функционировали механизмы предоставления информации, обмена правами собственности, предоставления льготных кредитов и других способов поддержки инновационного бизнеса на первоначальном этапе, включая специальное страхование. В конечном итоге в Китае начал функционировать Национальный фонд трансфера технологий и коммерциализации размером больше 17 млрд. юаней, который стимулировал патентование, охрану интеллектуальной собственности и поддерживал развитие инновационного бизнеса9

Посмотрим на структуру финансирования позиции «научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы» (НИОКР) в Китае и России.

Рис. 2

Источники финансирования НИОКР в Китае и России10

Как видно на рисунке, в Китае и России источники финансирования разнятся. Если в Китае господствует «тянущая модель», когда основным потребителем и движущей силой НИОКР выступает бизнес, являющийся основным источником инновационного развития, то в России львиная доля финансирования НИОКР приходится на государство, что является однозначным признаком «толкающей модели». Это означает, что китайцы восприняли подтвердившую собственную эффективность модель, усовершенствовав ее. Эксперты отмечают, что КНР активно покупает зарубежные активы и инвестирует научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы на поздней стадии, становясь совладельцем интеллектуальной собственности. Такая тактика позволяет занять лидирующие позиции на инновационном рынке, постепенно вытесняя конкурентов.

Вместе с тем Китай в последние годы очень энергично разрушает интеллектуально-правовую асимметрию, которая сложилась в современном мире между авангардными развитыми и догоняющими развивающимися странами. Согласно данным Всемирной организации интеллектуальной собственности, Китай обогнал США по числу заявок на приобретение патента еще 
в 2012 году (473 489 - в США против 561 408 - в Китае), причем в доле США значительно выше доля заявок на приобретение патента из-за рубежа (Германия, Россия, Великобритания). По торговым маркам это произошло еще в 2009 году (640 433 - у США против 798 678 - у Китая).

Что касается промышленных образцов, то КНР обошла США по этому направлению еще в 90-х годах прошлого столетия. Вместе с тем США по-прежнему удерживают пальму первенства по общему числу заявок на патенты и торговые марки. А по промышленным образцам отрыв у Китая почти пятикратный: 5032 655 - против 1081 898 (465,2% от уровня США)11 . Это происходит на фоне прежнего «топтания на месте» других догоняющих стран в аспекте патентования оригинальных идей, овеществленных в инновациях.

Рис. 3

Таблица заявок на патенты десяти ведущих стран 
по состоянию на 2015 год12

Думается, что полезно в этой связи подчеркнуть не только комплексный характер подхода к делу, культивируемый в Китае, но и последовательность его шагов. Приоритет отдается индустриализации, переносу на национальную почву промышленных активов из-за рубежа и глобальному технологическому трансферу, чему способствовало создание в стране около 500 международных инновационных парков, площадок для проведения совместных исследований и центров трансфера технологий. Затем усилия сосредоточиваются на инновационных аспектах эндогенного развития, включая налаживание национальных систем коммерциализации инноваций и трансфера технологий. По мере роста финансовой мощи акцентируется приобретение зарубежных промышленных и технологических активов, а также интеллектуальной собственности. Одновременно адекватное внимание уделяется модернизации финансовой и образовательной системы, гуманитарным аспектам развития и ее духовным основам13.

Мерная поступь в указанных областях в конечном итоге ведет Китай от «мировой фабрики» к «глобальной лаборатории», которая лежит в основе строительства «модернизированной экономической системы инновационного типа».

Из достижений Китая последних пяти лет, как представляется, следовало бы отметить серьезные научные и инновационные результаты, которые охватывают следующие области:

- искусственный интеллект,

- наноиндустрия,

- геном человека,

- квантовая связь,

- робототехника,

- новая энергетика,

- скоростной транспорт,

- исследование и использование космоса,

- дистанционные услуги.

Когда осознаешь смысл этих достижений, все отчетливее понимаешь, что нация, которая этого добилась, едина в стремлении реализовать «китайскую мечту», что политическая элита и бизнес консолидированы и нацелены на развитие Китая, а вопрос патриотической ориентации является сам собой разумеющимся, что общество пронизывает пассионарность и над страной витает «дух Гагарина». 

Выступая на заседании Валдайского форума 19 октября, Президент Путин подчеркнул, что «научно-технологический фактор приобретает универсальное политическое значение»14. Это заявление также находится в контексте последовательной политики России, нацеленной на усиление научно-технологической мощи страны и построение национального информационного общества.

На этом пути также присутствуют знаковые события, которые, однако, концентрируются в основном на периоде второго десятилетия текущего века. Ведь в «лихие 90-е годы» прошлого века Россия испытала тяготы спада и деградации, масштабы которых сопоставимы с годами Смутного времени.

Что касается первого десятилетия текущего века, то оно отмечено стремлением общества и государства идентифицировать национальные интересы, сформулировать цели движения вперед за пределами сырьевой и интеллектуальной зависимости, построить национальную инновационную систему.

В первые пять лет благоприятная конъюнктура на рынке углеводородов содействовала росту ВВП и федерального бюджета, а также доходов граждан. В этой связи укреплялась линия на сырьевое развитие, что практически не способствовало культивированию традиционно сильных сторон СССР, ориентированного в значительной степени на научно-технический прогресс, что обусловило прорывы в области промышленности, науки и образования.  

Однако во второй пятилетке ситуация стала меняться. Рост доходов создавал условия для того, чтобы обратить самое серьезное влияние на перспективу инновационного прорыва. Идеи, связанные с опорой на НТП, все в большей степени «овладевали массами».

Особый энтузиазм вызвал «план Путина», который он представил 8 февраля 2008 года на расширенном заседании Госсовета «О стратегии развития России до 2020 года». В этом плане было со всей очевидностью заявлено, что сырьевая модель ведет к отставанию и зависимости. «Единственной реальной альтернативой… является стратегия инновационного развития страны, опирающаяся… на реализацию человеческого капитала». В этой связи акцент был сделан на «развитии человека», что квалифицировалось в качестве «абсолютного национального приоритета»15

Через короткое время еще до избрания на пост президента Д.А.Медведев провозгласил концепцию четырех «И», которая предполагала расширение инвестиций в человеческий капитал, реализацию программы инфраструктуры России, формирование основ национальной инновационной системы и развитие институтов, связанных с привлекательностью России для жизни и творческой деятельности16.  «Концепция Медведева» была воспринята как логическое продолжение «плана Путина». Однако реализация курса требовала конкретных административных и рыночных механизмов и комплексного отношения к делу, чтобы организовать инновационный рывок и наладить стабильное экономическое развитие на базе знаний, технологий и инноваций.  

С 2008 по 2012 год в России реализовывался первый этап инновационной стратегии, связанный с накоплением потенциала для организации прорыва на основе конкурентных преимуществ и институциональных перемен, включая создание институтов развития, а также формированием научно-технологических предпосылок для перехода к следующему этапу. В 2011 году утверждены приоритетные направления развития науки, технологий и техники и перечень критических технологий РФ.

Новые общественные надежды на строительство современной модернизированной России придало вторичное избрание Президентом России В.В.Путина. Движение в направлении инновационных перспектив приобрело новый мощный импульс, вступив во второй этап реализации «плана Путина», положившего начало инновационной стратегии. В 2012 году активизировалась работа Совета при президенте по модернизации экономики и инновационному развитию России, а также Совета при президенте по науке и образованию. В 2013 году создана Межведомственная комиссия по технологическому прогнозированию.

Инновационная стратегия была конкретизирована с учетом экономического, социального, политического, технологического и культурного контекста, вокруг которого развернулась широкая общественная дискуссия. Ее итогом стала целая череда концепций и законодательных актов, в которых была рассмотрена с разных сторон проблематика опоры на научно-технический прогресс и глобальную информационную революцию.

Одновременно в стране реализовывались проекты, которые вытекают из полного понимания сути вопроса и его перспектив. Речь, в частности, идет о создании нового поколения атомных ледоколов и безопасных атомных электростанций на быстрых нейтронах, в которых северная евразийская держава особенно нуждается. В Дубне строится российский коллайдер NICА, международный проект физики высоких энергий, который относится к достоянию человечества. На вооружение принимаются новые поколения оружия, необходимого для защиты суверенитета и богатств России. Вместе с тем большие вызовы диктуют нам необходимость комплексного осмысления, тщательной подготовки и реализации стремительного инновационного прорыва.    

В рамках статьи можно было бы обратить внимание на два официальных документа, в которых в виде закона сформулировано понимание целей, механизмов и инструментов их достижения. Речь идет о Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации от 19 сентября 2017 года и Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2030 годы от 9 мая 2017 года.

Принятие этих документов является своеобразной вехой на пути инновационного развития.

В принятой национальной программе научно-технологического развития представлены стоящие перед государством большие вызовы как совокупность проблем, угроз и возможностей, приоритетные направления научно-технологического прогресса, а также независимость и конкурентоспособность этого процесса17.

Стратегия являет собой своеобразный план, который включает формирование современной системы управления в области науки, технологий и инноваций, культивирование эффективной коммуникации науки и бизнеса с целью повышения восприимчивости последнего к инновациям. В целом стратегия предполагает умную реорганизацию системы научных организаций, чтобы по аналогии с Китаем вносить перемены в эту систему в течение примерно восьми лет в зависимости от решения новых важных конкретных задач.

Важно знать инфраструктуру исследований, чтобы составить максимально полный ландшафт российской науки для принятия оптимальных решений с точки зрения ее потенциала.

Стратегия принималась на фоне реформы науки, которая развивалась достаточно сложно и предполагала мониторинг результативности способами экономического анализа. Однако реформирование, при котором присутствует административное вмешательство в труд ученого и слабо учитывается мнение исследователей, вызывает турбулентность в научных кругах. И только после избрания нового президента РАН в 2017 году открылась перспектива наращивания интеллектуальной мощи, как это было во времена СССР. Вместе с тем в России все в большей степени утверждается симбиоз «наука - технологии - инновации» (НТИ), который называется «наукой в действии».  

В этой связи еще один документ, на который необходимо обратить внимание, связан с построением национального информационного общества18.  

Стратегия развития информационного общества в России и план ее реализации нужны как условие формирования в стране общества, в котором «преобладающее значение для развития гражданина, экономики и государства имеют получение, сохранение, производство и распространение достоверной информации с учетом стратегических национальных приоритетов».

После проведения Всемирного саммита по глобальному информационному обществу построение национального проекта в этой сфере стало абсолютно необходимым для поддержания глобальной конкурентоспособности и комплексной мощи государства в современном турбулентном мире. И принятие взвешенного и охватывающего, по существу, все аспекты общественного развития документа, в котором предложены развернутые рекомендации построения национального информационного общества, представляет собой абсолютно своевременный шаг вперед, обеспечивающий национальную безопасность, формирование цифровой экономики и повышение эффективности государственной деятельности.

Упомянутый план намечает пути укрепления международных позиций России в современном мире эпохи глобальной информационной революции и научно-технологических трансформаций.

Таким образом, в данном аспекте Россия и Китай движутся в одном направлении. Общность замыслов развития при неодинаковых моделях, а также унисон действий даже в условиях неполного совпадения национальных интересов укрепляют основы стратегического партнерства, добрососедской солидарности и взаимодействия с Китаем. А возрастающее давление на Россию путем введения все новых санкций со стороны США и ЕС создает дополнительные предпосылки для диверсификации российско-китайских отношений.

Двусторонние отношения демонстрируют поступательное развитие по самым разным направлениям, оказывая воздействие не только на Россию и Китай, но также на всю систему международных отношений. В то же время перед двумя странами по-прежнему стоит задача «конвертировать» высокий уровень политической координации в устойчивую и стабильную работу для достижения конкретных результатов19.

Большие перспективы в этом смысле открываются на пространстве промышленного, энергетического, транспортного, военно-технического, технологического, научного и образовательного сотрудничества. Нельзя также упускать из вида взаимодействие на информационно-кибернетическом пространстве, включая обеспечение международной информационной безопасности, а также при освоении космического пространства. Все это указывает на направления воздействия научно-технического прогресса на международные отношения, формируя данным образом такой их подраздел, как международные научно-технологические отношения20

Анализ российско-китайских двусторонних отношений указывает на то, что перечисленные компоненты присутствуют в формате сотрудничества и партнерства, однако неравномерно, а порой и фрагментарно. Целостного и нарастающего взаимодействия промышленного, транспортно-энергетического, технологического, военно-технического, научно-образовательного, кибернетического и космического потенциалов пока нет. Отчасти это было связано со спецификой международной политики Китая, реализующего «китайскую мечту», а также с «особенностями развития России» в период преодоления рекомендаций Вашингтонского консенсуса и выхода на путь национального возрождения. Кроме того, складывающаяся ситуация в этой области в значительной степени связана также со слабостью инфраструктуры сотрудничества, преимущественной опорой на коммерческую выгоду, недостаточной степенью взаимного доверия и недооценкой важности обеспечения взаимной безопасности в результате реализации конкретных проектов.

Посмотрим на указанные проблемы и области экономического сотрудничества.

Его особенности обусловлены сосредоточением на традиционных отраслях так называемой «старой экономики» - металлургии, тяжелом машиностроении, энергетике и финансовой инфраструктуре. При этом основными участниками этих отношений выступают крупные государственные компании. Китайский капитал вносит вклад в создание современного промышленного и судостроительного кластера на Дальнем Востоке России, который позволит нефтегазовой отрасли выполнять практически весь спектр работ по разведке и добыче углеводородов на шельфе. В частности, китайцы участвуют в строительстве одной из самых современных верфей Приморского края. Создание транспортно-передаточного блока, широкофюзеляжного магистрального самолета, тяжелого вертолета – все это примеры взаимодействия в области технологического сотрудничества. Однако таких примеров пока немного.

Одна из причин такой ситуации заключается в недостаточной развитости инфраструктуры, которая возникает и расцветает в условиях глобального технологического трансфера, являющегося сферой доминирования авангардных развитых стран. В этой связи России и Китаю предстоит совместными усилиями решать задачу создания инфраструктуры промышленно-технологического взаимодействия.

Еще одна причина связана с высоким уровнем конкуренции на мировом рынке промышленной продукции и технологий. А это влияет на прибыльность проектов, которая, безусловно, является важнейшей предпосылкой их реализации. В этой связи, когда превалирует понимание того, что недостаточная коммерческая составляющая является препятствием на пути реализации проекта, он, как правило, не может реализоваться. Однако в целом ряде случаев, касающихся научно-образовательной области, коммерциализация не может быть доминирующим критерием, в связи с чем в таких проектах обычно важную роль играет принцип государственно-частного партнерства, когда государство сознательно преодолевает риски отсроченной прибыльности. 

Пожалуй, самые заметные продвижения имеют место в области высшего образования, где соображения коммерциализации играют незначительную роль. В настоящее время 200 российских вузов и 600 китайских вузов уже установили партнерские отношения по стратегически важным для двух государств направлениям, заключив между собой 900 прямых договоров21. Созданы профильные ассоциации российских и китайских вузов по отраслям, наиболее известной из которых является Ассоциация технических университетов России и Китая. В Хабаровске открылся российско-китайский студенческий бизнес-инкубатор.

В условиях научно-технологического сотрудничества целесообразно опираться на комплекс факторов, когда, предположим, соображения национальной безопасности приобретают особую ценность или перспектива выстраивания долгосрочных отношений, укрепляющих доверие между странами, становится доминирующей целью. Вопросы доверия являются чрезвычайно важными, когда речь идет о технологическом и военно-техническом сотрудничестве. Именно в этих сферах наблюдается «крайний национализм технологического порядка» - стремление к сосредоточению всех важных разработок и производств на территории собственной страны. Импорт товаров в этом случае рассматривается как угроза безопасности и национальная проблема, которую надо решить как можно быстрее22

Россия и Китай параллельно создают дорогостоящие и уникальные технологии в качестве ответа на технологические вызовы США, пытаясь догнать технологического лидера. Между тем США в значительной степени опираются на потенциал своих союзников и партнеров, что стало возможным в силу развитой и хорошо разработанной правовой и технологической базы для производственной кооперации в промышленной области.

По мере развития военно-технического сотрудничества возникает необходимость прочной правовой основы в этой сфере, которая создаст условия для более глубокой военно-промышленной интеграции и перехода к реализации совместных перспективных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в области военного и двойного назначения (искусственный интеллект, лазерное оружие, робототехника, гиперзвук и т. д.). Причем на этой улице с двусторонним движением Россия так же, как и Китай, должна получать бонусы от подобного взаимодействия, тем более что КНР имеет серьезные достижения в области искусственного интеллекта, связи, судостроения и робототехники. Процесс интеграции запущен, но пока сдерживается недостатком доверия и отсутствием понимания долгосрочных перспектив сотрудничества23.

К этой же теме относятся и вопросы недостаточной защиты интеллектуальной собственности, которые, к сожалению, остаются нерешенными и, следовательно, препятствуют интеграционным процессам. В этот же ряд можно включить взаимодействие в области международной информационной безопасности, об обеспечении которой стороны подписали межправительственное соглашение еще в 2015 году. Задача заключается в том, чтобы перейти от договоренностей на высоком уровне к совместной деятельности, координации планов, исследований и действий. Тем более что соглашение предполагает проведение совместных исследований, нацеленных на совершенствование обеспечения информационной безопасности, и подготовку соответствующих специалистов. Актуальной темой в этой связи является разработка комплекса мер по защите объектов критической инфраструктуры и технологий, повышение надежности информационно-коммуникационных сетей.

Перспективным направлением сотрудничества может стать совместное продвижение строительства «цифрового Шелкового пути», с проектом которого выступила китайская сторона24. А с учетом интереса Китая и России к цифровой экономике на этом поле возникают возможности для взаимодействия обоих государств, их юридических и физических лиц. 

Россия и Китай выступают единым фронтом в вопросах сохранения космического пространства мирным и выступают против планов США, связанных с милитаризацией околоземного космоса. А с 2014 года был учрежден Комитет проектов по важному стратегическому сотрудничеству в области спутниковой навигации. В последующие годы достигнут прогресс в области навигации в опоре на национальные системы ГЛОНАСС и «Полярную звезду» (北斗, Бэйдоу), а также дистанционного зондирования Земли с помощью спутниковых флотов обоих государств. Подготовлены совместные проекты, часть которых уже реализуется. В нынешнем году проходит согласование на национальном уровне проекта межправительственного соглашения о сотрудничестве в области глобальных навигационных спутниковых систем в мирных целях, который даст новый импульс взаимодействию России и Китая в космическом пространстве. В частности, уже сейчас рассматриваются варианты строительства ракетных двигателей и средств выведения спутников на околоземную орбиту25.

В завершение нельзя не сказать о том, что Россия и Китай продуктивно взаимодействуют на пространстве научно-технического прогресса в рамках межгосударственного объединения нового поколения БРИКС и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которая реализует мегапроекты в контексте Большой Евразии. Конечно, впереди колоссальный объем работы в области наполнения новым содержанием международных научно-технологических отношений, однако движение в этом направлении уже началось, завоевывая все больше сторонников, как на указанных международных площадках, так и за их пределами26.   

С учетом глобальных рисков, вызовов и угроз, стоящих перед Россией и Китаем, БРИКС и ШОС в эпоху глобальной информационной революции, понимания руководством обеих держав значимости НТП для поступательного развития «выравнивание игрового поля» в технологической области представляется императивом, вокруг которого можно выстраивать продвинутые двусторонние научно-технологические отношения. Более того, в условиях становления многополярного миропорядка возрастет значение международных научно-технологических отношений. А это означает укрепление партнерского взаимодействия в таких областях, как трансфер технологий и подготовка специалистов, сотрудничество в использовании глобального облачного технологического ресурса, создание и накопление специализированной базы данных инновационных технологий под эгидой ООН, организация совместной борьбы с кибернетическим терроризмом и транснациональной преступностью.  

 1Си Цзиньпин. Отчетный доклад XIX съезду КПК.

 2Бирюков А.В. К вопросу о развитии КНР на основе науки, образования и инноваций // Сборник «Стратегия инновационного развития российской экономики». М.: Книжный дом ЛИБРОКОМ, 2008. С. 172.

 3Чжао Ган. Инновационная политика Китая: параметры и национальный опыт // Сборник  «Инновационное развитие и политика России». М.: МГИМО-Университет, 2009.  С. 94.

 4Иванова Н.И. Инновационная динамика мировой экономики // Сборник «Инновационное развитие: международное развитие и стратегия России. М.: МГИМО-Университет, 2009. С. 21.

 5http://www.OECD.org (раздел публикации и исследования).

 6National Innovation Systems. Paris: OECD, 1999.

 7Голиченко О.Г. Основные факторы развития национальной инновационной системы: уроки для России. М.: Наука, 2011. С. 551-600.

 8Ху Цзиньтао. Отчетный доклад XVIII съезду КПК.

 9Statistical Communiqué of the People's Republic of China on the 2016 National Economic and Social Development // URL: http://www.stats.gov.cn/english/pressrelease/201702/t20170228_1467503.html

10National Science Board // National Science Foundation Science and Engineering Indicators 2016 (NSB-2016-1). 4/45-46 р.

11WIPO  Statistical Country Profiles // URL: USA: http://www.wipo.int/ipstats/en/statistics/country_profile/profile.jsp?code=US; China: http://www.wipo.int/ipstats/en/statistics/country_profile/profile.jsp?code=CN.

12WIPO World Intellectual Property Indicators 2016 Economics & Statistics Series. Р. 21.

13Бирюков А.В. Опыт Китая: уроки для России в XXI веке // Экономические стратегии. 2013. №5. С. 6.

14Выступление В.В.Путина на Валдайском форуме 19 октября 2017 г. // Официальный сайт Президента России.

15Выступление В.В.Путина на расширенном заседании Государственного совета Российской Федерации 8 февраля 2008 г. // Официальный сайт Президента России.

16Выступление первого заместителя председателя Правительства России Д.А.Медведева на V Красноярском экономическом форуме // Официальный сайт Правительства Российской Федерации.

17Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации. 19 сентября 2017 г.

18Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017-2930 гг. 9 мая 2017 г.

19Российско-китайский диалог: модель 2017. Доклад №33/2017. М.: НП РСМД, 2017. С. 90.

20Бирюков А.В. Современные международные научно-технологические отношения. М.: РосНОУ, 2014.

21См. сайт Министерства образования и науки Российской Федерации.  

22Российско-китайский диалог... С. 28.

23Там же. С. 91.

24Там же. С. 93.

25Информационно-аналитический центр координатно-временного и навигационного обеспечения: Прикладной потребительский центр ГЛОНАСС ИАЦ КВНО. Российско-китайское сотрудничество по применению глобальных навигационных спутниковых система ГЛОНАСС и Бэйдоу в мирных целях // URL: https://www.glonass-iac.ru/content/news/?ELEMENT_ID=1646

26Biryukov Alexei. Impact of Science and Technology on International Relations in the Digital Era // Contemporary International Relations. 2015. №6 (Китайский политологический журнал); Бирюков А.В. БРИКС: от технологической асимметрии к выравниванию и прорыву в контексте многополярного мира // Международная жизнь. 2016. №9. 

Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481664 Алексей Бирюков


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481663 Валерий Лукин

К вопросу о национальной антарктической стратегии

Валерий Лукин, Начальник отдела Логистического центра Российской антарктической экспедиции, ФГБУ «Арктический и антарктический НИИ» Росгидромета

Современная мировая политика чрезвычайно насыщена новыми вызовами и угрозами международной безопасности. Отечественные и зарубежные средства массовой информации ежедневно сообщают о новых обстоятельствах напряженности российско-американских межгосударственных отношений, резкой конфронтации со взаимными угрозами применения ядерного оружия между КНДР, с одной стороны, и США, Южной Кореей и Японией - с другой, о серьезных обострениях межгосударственных отношений между отдельными странами - членами Европейского союза и самой стабильности этого межгосударственного союза, об успехах военных операций правительственных вооруженных сил Сирии при поддержке российских Воздушно-космических сил в антитеррористических операциях против ИГИЛ и его союзников, о новом политическим кризисе на Украине.

Несмотря на типично региональный характер этих процессов, у многих специалистов и читателей складывается впечатление, что эти очаги нарушения стабильности международных отношений получили глобальный характер. В то же время политический мир далеко не ограничен вышеназванными районами. В Латинской Америке, Африке, Центральной и Юго-Восточной Азии, Арктике и Антарктике также происходят активные политические процессы, которые, как правило, находятся вне сферы интереса наших политологов и журналистов. Российская Федерация, возродившая утраченный в 1990-х годах статус великой державы, обязана находиться в круге большинства событий, происходящих на нашей планете.

Несмотря на свою серьезную географическую удаленность, Антарктика продолжает оставаться в сфере российских государственных интересов. В мае-июне 2017 года в столице КНР Пекине проходило 40-е Консультативное совещание по Договору об Антарктике (КСДА) - главный международный политический форум по регулированию межгосударственных отношений в Южной полярной области. В день открытия КСДА его организаторы провели открытую встречу высокого уровня на тему «Наша Антарктика: охрана и использование», в ходе которой были заслушаны взгляды представителей ведущих антарктических держав о текущем состоянии и перспективах развития Системы Договора об Антарктике. Своими взглядами на эту проблему поделились представители правительственных кругов России, КНР, Польши, США и Аргентины, а также научных сообществ КНР, Австралии, Великобритании, Чили.

На текущий год участниками Договора об Антарктике являются 53 государства, представляющие все континенты земного шара, более 67% населения планеты и наиболее экономически и научно-технически развитые государства. Большинство из них разрабатывают собственные национальные стратегии своей деятельности в Антарктике. Их сравнение позволяет определить тенденции развития всей Системы Договора об Антарктике на ближайшую перспективу и выявить новые вызовы и угрозы этой системе.

Антарктическое сообщество

Традиционно под понятием «стратегия» рассматривается модель долгосрочных крупномасштабных действий для достижения поставленной цели. Для государств, реализующих конкретную региональную антарктическую политику, разработка стратегии своей деятельности является важной и актуальной задачей. Развитие системы международных отношений в конкретных регионах планеты естественным образом влияет на необходимость пересмотра национальной антарктической стратегии в зависимости от изменения общих тенденций деятельности антарктического сообщества.

Этот вид сообщества как самостоятельное межправительственное объединение государств, заинтересованных в изучении и освоении шестого континента и омывающих его морей, образовалось в середине 50-х годов ХХ века при подготовке программы Международного геофизического года (МГГ). Первая попытка создания такого сообщества была предпринята США еще в 1948 году, когда Государственный департамент этой страны предложил созвать Международную антарктическую конференцию с целью разработки правового режима управления Южным полярным регионом планеты. В качестве участников конференции приглашались правительственные делегации Австралии, Аргентины, Великобритании, Новой Зеландии, Норвегии, Франции и Чили, которые в первой половине ХХ века уже заявили в одностороннем порядке свои территориальные права в Антарктике.

Организаторы конференции предлагали использовать в качестве правовой модели управления Антарктикой принцип кондоминиума, который уже успешно зарекомендовал себя при управлении поверженной столицей Третьего рейха - Берлином. Из-за отказа правительств Аргентины, Чили и Норвегии принять участие в этой конференции она не состоялась, так как эти государства явно опасались попасть в политико-правовую зависимость от США при осуществлении своей дальнейшей деятельности на шестом континенте и в омывающих его морях.

Успешное выполнение грандиозного международного научного проекта МГГ в 1957-1958 годах позволило в 1958 году создать Научный комитет по изучению Антарктики (СКАР), разработать и подписать 1 декабря 1959 года Договор об Антарктике, ставший основополагающим актом международного права в этом регионе. Создателями этого договора стали правительства Австралии, Аргентины, Бельгии, Великобритании, Новой Зеландии, Норвегии, СССР, США, Франции, Чили, ЮАС и Японии, которые направили в Антарктику свои национальные научные экспедиции для выполнения работ по программе МГГ. Договор об Антарктике провозгласил этот регион областью мира, международного сотрудничества и науки.

Начиная с 1961 года участники данного договора на регулярной основе стали проводить консультативные совещания по Договору об Антарктике, в ходе которых принимались рекомендации (до 1995 г.), меры, резолюции и решения (начиная с 1996 г.). Вышеназванные итоговые документы КСДА после прохождения процесса ратификации в государствах - участниках договора становились официальным дополнением к основному тексту Договора об Антарктике. Таким образом, этот договор стал динамично развивающимся региональным актом международного права, достаточно оперативно отвечающим на новые вызовы и угрозы международному антарктическому сообществу.

Этапы развития антарктического сообщества

Более чем 60-летняя история деятельности антарктического сообщества имела три основных этапа.

Первый из них, завершившийся в конце 1960-х годов, стал научно-романтическим периодом, когда исследователи разных стран открыли большинство географических объектов Антарктиды и акватории Южного океана, важнейшие крупномасштабные процессы и явления в ионо-, магнитосфере, атмосфере, гидросфере, криосфере, литосфере и биосфере Южного полярного региона. С 1959 по 1967 год к 12 создателям Договора об Антарктике присоединились только три государства (Польша в 1961 г., Дания в 1965 г., Нидерланды в 1967 г.). В этот период в Антарктике была создана сеть национальных круглогодично действующих научных станций и сезонных полевых баз, ежегодно в Антарктику направлялись экспедиционные суда, свои полеты совершали самолеты и вертолеты национальных антарктических программ, в ее центральные районы совершались санно-гусеничные походы.

Второй период деятельности международного сообщества в Антарктике проходил с конца 1960-х по 1990 год. Он был связан с масштабным энергетическим кризисом в большинстве стран мира и введением исключительных экономических зон на шельфах многих прибрежных государств Европы, Северной и Южной Америки, Африки, традиционно являющихся районами промышленного рыболовства многих стран. В связи с этим большинство государств, зависящих от этих факторов, обратили внимание на необходимость ресурсного использования Антарктики.

В первую очередь это касалось начала рыболовного промысла в антарктических водах, который стал существенным дополнением к китобойной активности некоторых государств. Кроме того, антарктическое сообщество проявило значительный интерес к организации геологоразведочных работ по перспективам разработок минеральных и углеводородных ресурсов Антарктики. Новые виды антарктической деятельности потребовали существенного расширения гидрографических, гидрометеорологических, геодезических, картографических, океанологических, биологических и геолого-геофизических исследований в регионе, создания новых антарктических станций и полевых баз на побережье и широкого внедрения авиационных средств доставки персонала и грузов, а также дистанционных авиационных и спутниковых геофизических исследований региона.

В Антарктиде создавались грунтовые и снежно-ледовые взлетно-посадочные полосы для организации меж- и внутриконтинентальных полетов самолетов разных классов, в том числе и тяжелых транспортных на колесных шасси. Кроме экспедиционных судов, в Антарктику направлялись специализированные научно-исследовательские и научно-промысловые суда для выполнения широкого комплекса исследований Южного океана. Эта активность сопровождалась соответствующей разработкой ее правового регулирования. В 1972 году была принята Конвенция о сохранении тюленей Антарктики, в 1980 году - Конвенция о сохранении морских живых ресурсов Антарктики, а в 1988 году была закончена многолетняя разработка и открыта для подписания Конвенция о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики. Последняя не вступила в силу из-за отказа правительств Австралии и Франции ратифицировать ее.

Эта деятельность привела к созданию новых органов управления Системой Договора об Антарктике: в 1982 году Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики со штаб-квартирой в городе Хобарте (Австралия) и в 1989 году - Совета управляющих национальных антарктических программ. Свои текущие вопросы эти органы управления стали обсуждать на ежегодных сессиях.

Следует отметить, что в период с 1983 по 1990 год вопросы деятельности в Антарктике активно обсуждались на ежегодных Генеральных Ассамблеях ООН по инициативе «Группы 77», созданной неприсоединившимися государствами во главе с Малайзией.

Главной темой обсуждений, которые поднимали представители этой группы, стал вопрос необходимости использования минеральных и углеводородных ресурсов Антарктики в качестве «общего наследия человечества». В этой связи неприсоединившиеся страны выражали свою глубокую озабоченность в отношении разработки Конвенции о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики, которая проводилась сторонами Договора об Антарктике с 1982 года. Невступление в силу этой конвенции стало естественным завершением данного проблемного вопроса на полях ООН. Кроме того, «Группа 77» постоянно поднимала вопрос о необходимости исключения ЮАР - страны апартеида - из участников Системы Договора об Антарктике.

Ресурсное освоение этого региона возбудило естественный интерес многих стран к нему, что выразилось в значительном увеличении участников Договора об Антарктике. В период с 1971 по 1990 год участниками этого акта международного права стали: Бразилия, Папуа-Новая Гвинея (1975 г.), Болгария (1978 г.), Эквадор (1987 г.), Германия (1979 г.), Уругвай (1980 г.), Италия, Перу (1981 г.), Испания (1982 г.), Китай, Индия (1983 г.), в 1984 г. - Куба, Финляндия и Венгрия, Швеция (1987 г.), Республика Корея (1986 г.), Австрия, Эквадор, Греция, КНДР (1987 г.), Канада (1988 г.), Колумбия (1989 г.), Швейцария (1984 г.). Из них статус консультативных сторон договора, дающий право принимать решения на КСДА или накладывать вето на них, получили 14 государств: Польша (1977 г.), Германия (1981 г.), Бразилия (1983 г.), Индия (1983 г.), КНР (1985 г.), Уругвай (1985 г.), Италия (1987 г.), Испания (1988 г.), Швеция (1988 г.), Перу (1989 г.), Республика Корея (1989 г.), Финляндия (1989 г.), Нидерланды (1990 г.), Эквадор (1990 г.). Данный статус, согласно статье IX (п. 2) Договора об Антарктике 1959 года, могло получить только то государство, которое проявляет заинтересованность в проведении существенной научно-исследовательской деятельности путем создания в этом регионе научной станции или направления регулярных научных экспедиций.

Конвенция о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики имела хорошо разработанный природоохранный блок, в котором на выполнение геологоразведочных и горнодобывающих работ накладывались серьезные ограничения, связанные с сохранением окружающей среды. С середины 1980-х годов во многих странах мирового сообщества широкое распространение приобрели общественные природоохранные организации, такие как Гринпис, Всемирный фонд дикой природы, Международный союз охраны природы и природных ресурсов и т. д., некоторые из национальных отделений которых получили статус политических партий, активно влияющих на внешнюю и внутреннюю политику и экономику многих стран - участниц Договора об Антарктике. Ввиду этого начиная с 1989 года участники договора приступили к разработке Протокола по охране окружающей среды, который был принят 4 октября 1991 года в Мадриде (Испания). Протокол объявил Антарктику мировым природным заповедником, предназначенным для науки, а его статья

7 запретила любую деятельность в отношении минеральных ресурсов в этом регионе, кроме научной. Этот факт стал поворотным моментом изменения основного вектора развития антарктической деятельности. С 1991 года по настоящее время она направлена на вопросы сохранения окружающей среды региона и влияния на нее глобальных климатических изменений.

Этот период стал третьим в более чем 60-летней истории развития деятельности антарктического сообщества. За эти годы к Договору об Антарктике присоединились Гватемала (1991 г.), Украина (1992 г.), Чехия, Словакия (1993 г.), Турция (2006 г.), Венесуэла (1999 г.), Эстония (2001 г.), Белоруссия (2006 г.), Монако (2008 г.), Португалия (2010 г.), Малайзия (2011 г.), Пакистан (2012 г.), Казахстан, Монголия (2015 г.). Из них Болгария (1998 г.), Украина (2004 г.) и Республика Чехия (2013 г.) получили статус консультативных сторон договора.

В Системе управления Договора об Антарктике появились две новые организации: Комитет по охране окружающей среды (КООС) - в 1998 году (после вступления в силу Мадридского протокола) и Секретариат Договора об Антарктике - в 2004 году. КООС проводит свои заседания только в структуре КСДА, а Секретариат Договора об Антарктике со штаб-квартирой в Буэнос-Айресе (Аргентина) организует деятельность договора в период между очередными КСДА без права принятия каких-либо решений от имени договора и занимается организационно-подготовительными мероприятиями очередных КСДА.

Понимая всю актуальность и безусловную важность современного направления деятельности антарктического сообщества, Российская Федерация в ходе встречи высокого уровня «Наша Антарктика: охрана и использование» на полях 40-го Консультативного совещания по Договору об Антарктике обратила внимание на то, что, несмотря на несомненную важность вопросов сохранения окружающей среды Антарктики и влияния на нее глобальных климатических изменений, следует не упускать из виду подготовку ответов на существующие вызовы и угрозы надежно зарекомендовавшей себя Системы Договора об Антарктике.

К таким вызовам относятся некоторые разногласия правовых актов Системы Договора об Антарктике с аналогичными документами глобального уровня. К ним относятся Конвенция ООН по морскому праву 1982 года, Конвенция ООН по биологическому разнообразию 1992 года, Рамочная конвенция ООН об изменении климата 1992 года. Существующие положения Конвенции ООН по морскому праву международного права дали возможность активизировать позицию государств, заявивших в первой половине ХХ века свои территориальные претензии в Антарктике (Австралия, Аргентина, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, Франция, Чили).

Многими из них были подготовлены и даже представлены в Комиссию ООН по границам континентального шельфа свои национальные заявки на владение континентальным шельфом Антарктики, так как Договор об Антарктике прямо не рассматривал вопросы юрисдикции дна прибрежных антарктических морей. Эти заявки были отклонены в связи с тем, что Договор об Антарктике «заморозил» территориальные права государств в Южном полярном регионе, что не давало им право расширять свой государственный суверенитет в Антарктике. Активная позиция стран - антарктических территориалистов продолжала развиваться через механизм образования морских охраняемых районов в Антарктике, создание которых предусматривалось в Конвенции ООН о биологическом разнообразии 1992 года.

Кроме того, важным аргументом нестабильности Системы Договора об Антарктике стали существенные различия национальных правовых процедур по регулированию деятельности своих граждан и юридических лиц в Южном полярном регионе. По этой причине особую тревогу вызывают развитие антарктического туризма и вопросы биоразведки (практическое использование генетических ресурсов живых организмов), так как различные консультативные стороны Договора об Антарктике оказываются в неравных правовых условиях осуществления подобного вида деятельности. Вероятно, что выход США из Парижского климатического соглашения 2015 года также может оказать существенное влияние на дальнейшее развитие основных направлений третьего этапа деятельности антарктического сообщества.

Антарктическая стратегия России

Вполне естественно, что участники Системы Договора об Антарктике развивают свои собственные национальные стратегии деятельности в этом регионе в соответствии с правовыми нормами вышеназванного договора и собственными государственными интересами. 24 апреля 2008 года Правительство Российской Федерации на своем заседании заслушало доклад руководителя Росгидромета А.И.Бедрицкого «Об обеспечении интересов Российской Федерации в высокоширотных и полярных регионах». Пунктом 7 протокольного решения этого заседания Росгидромету, МИД России, Минэкономразвития России, МПР России, Госкомрыболовству России совместно с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и Российской академией наук поручалось разработать проекты стратегии обеспечения российского присутствия в Антарктике на период до 2025 года и плана мероприятий по ее реализации. Этот документ под названием «Стратегия развития деятельности Российской Федерации в Антарктике до 2020 г. и на более отдаленную перспективу» был утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 октября 2010 года №1926-р. При разработке Антарктической стратегии учитывался комплексный подход в обеспечении региональных государственных интересов, которые заключаются в:

- обеспечении национальной безопасности;

- развитии экономического процветания за счет использования ресурсов региона;

- укреплении международного престижа.

Вопросы обеспечения национальной

безопасности Российской Федерации

Всестороннее содействие сохранению и прогрессивному развитию Системы Договора об Антарктике с целью сохранения Антарктики в качестве зоны мира, стабильности и сотрудничества, для предотвращения возможного возникновения очагов международной напряженности

В последние годы некоторые политические лидеры зарубежных стран делали заявления о необходимости изменения Системы Договора об Антарктике. Свою позицию они основывали на том, что Договор 1959 года был продуктом холодной войны и уже выполнил свое историческое назначение. Они предлагали разработать на смену Договору об Антарктике новый международный биполярный правовой акт, распространяющийся как на Арктику, так и на Антарктику. Подобный подход не может устраивать Российскую Федерацию, которая рассматривает Арктику и Антарктику как абсолютно независимые друг от друга регионы, с весьма характерными различиями в географических, биологических, демографических, экономических, военно-стратегических и политико-правовых условиях. В этой связи Россия предпринимает энергичные усилия к сохранению и необходимому развитию существующей уже почти 60 лет Системы Договора об Антарктике.

Реализация этого подхода обеспечивается последующими указами Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 года «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации» №605 и от 30 ноября 2016 г. «Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации» №640, в которых предусмотрены отдельные пункты в отношении Антарктики. В Морской доктрине РФ, утвержденной Президентом РФ 26 июля 2015 года, отдельно выделено антарктическое направление морской деятельности нашего государства. Свою позицию в отношении тезиса по сохранению и развитию Договора об Антарктике Россия последовательно излагает в рабочих и информационных документах, представляемых на ежегодных консультативных совещаниях по Договору об Антарктике.

Оценка роли и места Антарктики в изучении

глобального изменения климата

Климатические изменения на нашей планете обусловлены космофизическими (энергия Солнца, состояние озоносферы, космическое излучение), естественными природными (вулканизм) и антропогенными процессами. В Антарктике, где отсутствуют промышленная, сельскохозяйственная, высокоразвитая транспортная деятельность и крупные мегаполисы, фактор человеческого влияния на климат сведен к минимуму. Поэтому проведение регулярного мониторинга окружающей среды этого региона дает возможность без особых искажений получить данные об изменении климатических характеристик под влиянием естественных факторов, которые не находятся под воздействием и управлением человека.

Для Российской Федерации, значительная часть территории которой находится в зоне вечной мерзлоты, оценка влияния естественных факторов на климатическую изменчивость актуальна и чрезвычайно важна, так как процессы потепления климата могут оказать существенное негативное влияние на экономику тех российских регионов, которые расположены в зоне влияния вечной мерзлоты, и тем самым составить прямую угрозу государственной безопасности России. По этой причине роль постоянного климатического мониторинга в Антарктике, а также реконструкция палеоклиматических изменений на планете по данным ледяных кернов и донных отложений решают не только общенаучные проблемы, но и серьезно способствуют укреплению национальной безопасности за счет проведения фундаментальных оценок возможных климатических изменений на планете в целом.

Обеспечение наземного сегмента космической

деятельности Российской Федерации

В 1960-1980-х годах глобальный мониторинг параметров орбит космических аппаратов за пределами территории СССР осуществлялся с помощью специализированных морских научных судов, действовавших в акваториях Атлантического, Индийского и Тихого океанов, а также на военных базах нашей страны, расположенных на Кубе, во Вьетнаме, в Анголе, Мозамбике. В 1990-х годах эта деятельность была полностью ликвидирована из-за естественного старения морского космического флота и прекращения деятельности наземных баз на зарубежных территориях. Одновременно в нашей стране была разработана и введена в эксплуатацию спутниковая навигационная система ГЛОНАСС, которая значительно повышала точность определения географических координат различных подвижных объектов как на территории России, так и за ее пределами.

Существование американской спутниковой системы глобального позиционирования GPS и ее использование российскими потребителями ставило нашу страну в полную зависимость от зарубежного владельца данной системы и, кроме того, не отвечало необходимой точности определения географических координат за счет разных геоидов, заложенных в использовании данной системы. Для России, имеющей огромную протяженность своей территории с запада на восток (от Калининградской области до Чукотки), геоид WGS-84, используемый в системе GPS, не отвечает правильности математического описания российской территории. Аналогичные вопросы к использованию системы GPS возникли у высокоразвитых государств Европейского союза и КНР, где уже приступили к созданию собственных спутниковых навигационных систем «Галилео» и «КОМПАС» соответственно.

Многолетние попытки Роскосмоса договориться с правительствами государств Южного полушария об установке на их территориях станций мониторинга параметров орбит российской спутниковой навигационной системы ГЛОНАСС не давали результатов. При этом США в 1990-х годах установили свои аналогичные станции системы GPS на российской территории, отказав России в установке наших аналогичных объектов на их территории. Вследствие чего решение задачи повышения точности определения географических координат с помощью системы ГЛОНАСС не могло быть выполнено нашей страной без использования Антарктического региона.

С целью развития сети глобального мониторинга параметров орбит системы ГЛОНАСС важнейшим местом ее развертывания в Южном полушарии становится местоположение российских антарктических станций. Для повышения эффективности функционирования системы ГЛОНАСС, проводимых навигационных задач воздушного, морского и наземного транспорта, научных исследований установлены станции сбора данных измерений и дифференциальной коррекции и мониторинга параметров орбит спутниковой группировки системы ГЛОНАСС на антарктических станциях «Беллинсгаузен», «Новолазаревская» и «Прогресс». В дальнейшем планируется расширение таких мониторинговых комплексов до шести. Они будут располагаться на других российских антарктических станциях, в том числе и на полевой базе «Русская», расположенной в тихоокеанском секторе Антарктики. Начиная с 2020 года эту базу планируется перевести в разряд круглогодично действующих станций.

В ближайшие годы предполагается установка станций мониторинга параметров орбит системы ГЛОНАСС нового поколения, а также развертывание комплекса широкого спектра приема данных дистанционного зондирования Земли с искусственных спутников в Антарктиде.

Экономические интересы

Российской Федерации в Антарктике

Для современной России вопросы использования ресурсного потенциала Антарктики сосредоточены на следующих направлениях деятельности.

Оценка водных биологических ресурсов Антарктики на основе исследований по прогнозированию состояния их запасов для обеспечения экономически эффективного рыбного промысла

Этот вид деятельности направлен на восстановление и дальнейшее развитие позиций российского рыбопромыслового флота в области действия Конвенции о сохранении морских живых ресурсов Антарктики 1980 года, утраченных в 1990-х годах. СССР был одним из первых государств, начавших этот вид деятельности в антарктических водах в конце 1960-х годов, и в короткое время стал одним из ведущих государств в рыболовном антарктическом промысле. Развитие и совершенствование рыбопромысловой деятельности в этом регионе неразрывно связано с необходимостью восстановления и расширения прикладных биологических, океанологических и технологических исследований в этом регионе. Именно широкомасштабные научные исследования 1970-1980-х годов, выполненные специалистами Минрыбхоза СССР, дали возможность эффективной добычи плавниковых рыб и криля отечественным рыбопромысловым флотом. Предпринимаемые в последние годы международным сообществом меры по сохранению морских биологических ресурсов Антарктики предусматривают и их рациональное использование.

В связи с этим Российская Федерация занимает взвешенную всестороннюю позицию в вопросах создания морских охраняемых районов Антарктики. Конструктивный диалог, предпринятый российскими специалистами с членами Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики, позволил в ноябре 2016 года завершить многолетние переговоры и принять морской охраняемый район в море Росса. В Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики продолжается обсуждение вопроса о создании еще одного крупного морского охраняемого района в Восточной Антарктике, который предлагается Австралией, Францией и Европейским союзом. В этом направлении авторы проекта пока еще не предлагают альтернативных решений, позволяющих найти компромисс в этой спорной ситуации.

Предпринятые представителями России в структуре Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики шаги позволили не только сохранить активное присутствие отечественного рыбопромыслового флота в регионе, но и продолжить специализированные научные исследования, направленные на рациональное использование морских биологических ресурсов Антарктики.

Научные геолого-геофизические исследования минеральных

углеводородных ресурсов континентальных районов

Антарктиды и антарктических морей

Россия является одним из признанных лидеров мирового сообщества по добыче природных полезных ископаемых. Эта деятельность составляет важнейшую часть российской экономики. С целью возможных перспектив дальнейшего развития мировых рынков минерального и углеводородного сырья в различных регионах планеты, в том числе и в Антарктике, Россия нуждается в прогнозных экономических оценках этого вида деятельности. Эта работа может быть обеспечена с помощью продолжения отечественных геолого-геофизических исследований Антарктики при строгом соблюдении всех положений Мадридского протокола 1991 года во избежание нарушений его статьи 7. С этой целью никаких работ геологоразведочного характера Россия в Антарктике не проводит. Основными направлениями геолого-геофизических исследований являются изучение фундаментальных закономерностей геологического строения, глубинной структуры и истории формирования земной коры Антарктиды, ее континентальной окраины и прилегающих глубоководных акваторий Южного океана.

При этом традиционные геологические методы изучения открытых выходов горных пород и геофизические методы исследований подледникового рельефа, осадочного чехла континента и дна океана могут быть дополнены наиболее эффективными методами глубинного стратиграфического бурения на шельфовых ледниках или припайных льдах антарктических морей, по примеру международного проекта «ANTDRILL» в море Росса, уже много лет возглавляемого США. Это научное направление геолого-геофизических работ в то же время позволяет получить оценки перспектив местонахождения и объемов минерального и углеводородного сырья данного региона, что отвечает поставленной государственной задаче антарктической стратегии России.

Укрепление международного

престижа России в Антарктике

Эта задача решается с помощью проведения эффективных мероприятий, укрепляющих позиции нашего государства не только в региональном антарктическом, но и во всем мировом сообществе. С позиции авторов «Стратегии развития деятельности РФ в Антарктике до 2020 года и на более отдаленную перспективу» подобными крупными мероприятиями являются:

Выполнение комплексных научных исследований, имеющих

значительный вклад в мировую науку

С начала своей регулярной деятельности в Антарктике по программе МГГ наша страна уверенно завоевала ведущие позиции в международном научном антарктическом сообществе, став вместе с национальной антарктической программой США признанным авторитетом в этой деятельности. Открытия и достижения советских ученых в области географического, геофизического, гляциологического, метеорологического, геологического, океанологического и биологического изучения Антарктики были высоко оценены нашими зарубежными коллегами в 60-80-х годах прошлого века. Серьезные политико-экономические изменения жизни СССР, начавшиеся в конце 1980-х годов, привели не только к сокращению объема научных исследований, но и к результатам. Многие отечественные ученые переехали на работу в другие страны, общее финансирование российских научных исследований сократилось не только на шестом континенте, но и во всей стране.

В этот период особую значимость получили те направления исследований, которые могли бы быть реальным флагманом возвращения нашей страны в лидеры мировой науки. Такими направлениями стали гляциологические и палеоклиматические исследования структуры ледника центральной части Восточной Антарктиды. В 1990 году на станции «Восток» было начато бурение пятой по счету глубокой ледяной скважины с целью реконструкции палеоклиматических изменений по данным полученного ледяного керна. В процессе бурения учитывался накопленный 20-летний опыт бурения ледников наших специалистов в этом регионе Антарктики.

В результате к 1997 году глубина этой скважины на станции «Восток» достигла 3623 метров, что позволило выявить четыре полных климатических изменения - от эпохи глобального потепления до очередного ледникового периода продолжительностью 100 тыс. лет каждый. Это открытие отечественных специалистов широко цитировалось во всех важнейших монографиях, посвященных вопросам изменения климата на Земле, издаваемых во всех ведущих странах мира. В то же время в 1994 году российские специалисты сообщили факт открытия крупнейшего подледникового водоема, расположенного под российской станцией «Восток», с площадью водного зеркала, равного Ладожскому озеру или озеру Онтарио. Подобные достижения российских специалистов - к большой неожиданности для многих западных стран - вновь вернули наше государство в число лидеров международной антарктической науки.

Последовавшие за этим открытия молекул ДНК бактерий-термофилов, обнаруженных в нижних горизонтах ледяного керна, традиционно обитающих в горячих, сильно минерализованных водных источниках на суше и в океане, стали еще одним прорывом в этой области знаний. Наконец, к 2008 году были подробно изучены и картированы параметры подледникового озера Восток (конфигурация и протяженность его береговой черты, толщины ледника, водной толщи и слоя донных отложений в озере), а 5 февраля 2012 года на глубине 3769 метров было осуществлено экологически чистое проникновение в водный слой этого озера.

Наряду с этими достижениями российские специалисты выполнили ряд принципиально важных исследований по изучению изменчивости современного климата Антарктики, физического, химического и микробиологического строения слоя вечной мерзлоты на этом континенте, микробного и океанического биоразнообразия Антарктики.

Важной вехой в развитии прикладных российских работ в Антарктике стало введение в эксплуатацию с 2010 года трех станций дифференциальной коррекции параметров орбит спутниковой группировки отечественной навигационной системы ГЛОНАСС на российских станциях «Беллинсгаузен», «Новолазаревская» и «Прогресс». Вместе с тем достижения отечественной науки или принижаются, или продолжают оставаться незамеченными нашими западными коллегами.

При оценке уровня научных исследований следует учитывать не традиционный подход цифровых библиографических показателей (количество публикаций и индекс их цитирования, широко используемый в западном сообществе), а реальные научные достижения и открытия, которые в значительной степени повышают значимость государств в мире. При любых обстоятельствах передовые позиции по числу публикаций и индексу цитирования научных работ будут занимать англоязычные ученые. В связи с этим их коллеги из Китая, Южной Кореи, Японии, России, Латинской Америки не смогут достойно соперничать со своими англоязычными коллегами по данным показателям.

Хорошо известны примеры отказа ведущих мировых научных журналов типа «Nature» и «Science» в публикациях оригинальных достижений российских исследователей по различным субъективным причинам. Появление в списке авторов российских публикаций имени американского или британского ученого коренным образом меняет решение данного вопроса, а публикация о российских открытиях меняет свой статус на международный. Однако это не означает, что именно в западных странах в последние годы были сделаны наиболее известные научные открытия в Антарктике, равные вышеприведенным российским достижениям.

Комплексный научный подход, не расставляющий очевидных приоритетов между различными направлениями наук о Земле и наук о жизни в Антарктике, осуществляемый Россией в этом регионе, позволил не только сохранить престиж отечественных исследований, но и постепенно наращивать его. В связи с этим Российская Федерация продолжает уделять повышенное внимание данному направлению деятельности в Антарктике.

Природоохранная деятельность

Другим не менее важным направлением антарктической деятельности является охрана окружающей среды этого региона.

Выполнение требований Протокола по охране окружающей среды к Договору об Антарктике обеспечивается в Российской Федерации Федеральным законом о ратификации вышеназванного протокола от 24 мая 1997 г. №79-ФЗ, в связи с чем этот факт международного права стал составной частью российского законодательства. Принятие в 2005 году Приложения 6 «Материальная ответственность в случае наступления чрезвычайных экологических ситуаций» к этому протоколу потребовало разработки и принятия 5 июня 2012 года Федерального закона «О регулировании деятельности российских граждан и российских юридических лиц в Антарктике» №50-ФЗ и Постановления Правительства Российской Федерации «О разрешениях на осуществление деятельности в Антарктике» от 27 июня 2013 г. №544. На основании этих документов любая деятельность российских граждан и российских юридических лиц в Антарктике может осуществляться исключительно в рамках специальных разрешений, выдаваемых Росгидрометом по согласованию с Росприроднадзором, Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации и Министерством иностранных дел Российской Федерации.

Данные нормативно-правовые акты обеспечивают всестороннее выполнение требований Протокола в России. Все объекты экспедиционной инфраструктуры Российской антарктической экспедиции (РАЭ), включая экспедиционные морские суда, оснащены комплексами по утилизации отходов текущей и прошлой жизнедеятельности и очистке бытовых и сточных вод. Отходы РАЭ, находящиеся в Антарктике, на регулярной основе вывозятся за пределы региона на экспедиционных судах для их последующей утилизации на других континентах. Масштабы развития такой деятельности ограничиваются финансовыми ресурсами на необходимую аренду палубных вертолетов и смогут быть решены в случае принятия соответствующей федеральной целевой программы.

Россия объявила в Антарктике два особо охраняемых района, из которых один совместно с Австралией, КНР и Индией и один особо управляемый район Антарктики совместно с Австралией, КНР, Индией и Румынией, а также восемь исторических мест и памятников. На регулярной основе - один раз в пять лет - на эти районы в Антарктике создаются пересмотренные планы управления, которые представляются для рассмотрения и утверждения в Государственный комитет по охране окружающей среды.

Реконструкция и модернизация экспедиционной инфраструктуры

Важнейшим аргументом укрепления международного престижа государства в Антарктике является количество и состояние объектов экспедиционной инфраструктуры. В настоящее время Россия располагает пятью круглогодично действующими антарктическими станциями («Мирный», «Восток», «Прогресс», «Новолазаревская» и «Беллинсгаузен»), шестью сезонными полевыми базами («Молодежная», «Дружная-4», «Союз», «Русская», «Ленинградская», «Оазис Бангера»). Все они были созданы в советский период и располагаются по всему периметру Антарктиды, а также в ее внутриконтинентальных районах. Таким образом, существующая сеть российских антарктических станций и полевых баз предоставляет уникальные геополитические возможности для нашей страны выполнения практически любых видов научных исследований и организации действенного контроля за работой иностранных национальных экспедиций.

Сокращение количества станций и баз связано с огромными дополнительными материальными затратами во исполнение требований Протокола по охране окружающей среды, обязывающих полностью очистить и рекультивировать территорию неработающих экспедиционных объектов. Это обстоятельство определяет необходимость модернизации и реконструкции данной экспедиционной сети как с политической, так и с экономической точек зрения.

Кроме того, к объектам экспедиционной инфраструктуры относятся два научно-экспедиционных судна Росгидромета «Академик Федоров» и «Академик Трешников», научно-исследовательское судно Росгеологии «Академик Александр Карпинский», дальнемагистральный транспортный самолет Ил-76ТД-90 ВД, выполняющий межконтинентальные рейсы из Кейптауна (ЮАР) на ледовые аэродромы Земли Королевы Мод, два самолета на лыжных шасси для внутриконтинентальных перелетов и два-четыре палубных вертолета КА-32. На российской станции «Новолазаревская» каждый летний антарктический сезон (ноябрь-февраль) подготавливается ледовая взлетно-посадочная полоса для приема тяжелых транспортных самолетов на колесных шасси типа Ил-76. На станциях «Прогресс», «Восток», «Мирный», полевых базах «Молодежная» и «Дружная-4» в эти же сезоны подготавливаются снежные посадочные площадки для приема самолетов на лыжных шасси. Все посадочные площадки на российских антарктических станциях и сезонных полевых базах имеют соответствующие аэронавигационные паспорта, утверждаемые Росавиацией.

Подавляющий объем служебно-жилых зданий на российских антарктических станциях и сезонных полевых базах, построенных в 1970-1980-х годах, нуждаются в реконструкции и модернизации, так как, по расчетам зарубежных специалистов, предельный календарный срок эксплуатации капитальных сооружений в экстремальных природно-климатических условиях Антарктики не может превышать 25 лет. Исключение составляет современная станция «Прогресс», построенная в 2012 году. В тот же год в эксплуатацию было введено новое научно-экспедиционное судно «Академик Трешников». Планы по реконструкции и модернизации российских антарктических станций разработаны и предусмотрены в новой Федеральной целевой программе «Мировой океан», концепция которой была принята Правительством Российской Федерации 22 июня 2015 года. К сожалению, сама ФЦП до сегодняшнего дня не включается в проекты ежегодных федеральных бюджетов России. Начиная с 2020 года предусматривается реконструкция сезонной полевой базы «Русская» и ее перевод в статус круглогодично действующей антарктической станции. Во многом эти планы связаны с заинтересованностью различных организаций Роскосмоса в создании пункта дифференциальной коррекции орбит спутниковой группировки системы ГЛОНАСС в тихоокеанском секторе Антарктики.

При разработке этого пункта стратегии подробно рассматривались варианты необходимости строительства новых капитальных сооружений в Антарктике или модернизация и реконструкция существующих с использованием современных материалов и технологий. Расчет экономических затрат на проведение этих двух вариантов показал очевидную эффективность второго подхода.

Параметры и основные направления деятельности Российской антарктической экспедиции в соответствии с требованием Федерального закона от 5 июня 2012 г. №50-ФЗ один раз в пять лет утверждаются Распоряжением Правительства Российской Федерации. Последнее такое распоряжение было издано 21 января 2013 года за №28-р. Срок его действия истекает 31 декабря 2017 года, поэтому в настоящее время готовится проект нового аналогичного Распоряжения Правительства Российской Федерации на период с 2018 по 2022 год.

Большое внимание в «Стратегии развития деятельности Российской Федерации в Антарктике» уделяется ее нормативно-правовому обеспечению. Так, в период с 1992 по 2017 год в отношении Антарктики в России было разработано и введено в силу три федеральных закона, две морские доктрины Российской Федерации, три указа Президента Российской Федерации, 23 постановления и шесть распоряжений Правительства Российской Федерации, семь приказов Министерства природных ресурсов и экологии России и Росгидромета, 12 международных соглашений о сотрудничестве в Антарктике с другими участниками Договора об Антарктике (Германия - 1995 г., Чили - 1995 г., Новая Зеландия - 2005 г., Перу - 2005 г., Республика Корея - 2007 г., Республика Уругвай - 2010 г., Австралия - 2012 г., Украина - 2012 г., США - 2012 г., Республика Беларусь - 2013 г., Турция - 2014 г., КНР - 2017 г.).

Из общего числа российских нормативно-правовых документов в отношении Антарктики 12 было посвящено деятельности нашей страны в Системе Договора об Антарктике, 24 - вопросам деятельности Российской антарктической экспедиции, восемь - межведомственной деятельности в этом регионе, 12 - вопросам по международному сотрудничеству в Антарктике.

Состояние и перспективы развития нормативно-правовой базы России в Антарктике рассматривались на заседании Президиума Совета по Арктике и Антарктике при Совете Федерации Федерального Собрания России 13 июля 2017 года.

Антарктические стратегии других сторон договора

Утвержденная «Стратегия развития деятельности РФ в Антарктике» на русском и английском языках была распространена среди участников 34-го Консультативного совещания по Договору об Антарктике в 2011 году в Буэнос-Айресе (Аргентина). Этот факт вызвал живой интерес у многих ведущих держав антарктического сообщества и повлиял на разработку аналогичных национальных антарктических стратегий. Если три основные цели разработки стратегического подхода остаются неизменными в независимости от разработчиков, то набор тактических задач по реализации этих целей может значительно отличаться. Так, некоторые государства (Австралия, Аргентина, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, Франция и Чили) для обеспечения вопросов своей национальной безопасности в Антарктике могут директивно усиливать значение и роль своих ранее заявленных территориальных претензий в регионе, использовать вооруженную морскую охрану закрытых для рыболовного промысла районов действия Конвенции о сохранении морских живых ресурсов Антарктики. Другие стороны договора в качестве своих политических целей могут использовать укрепление или развитие деятельности по сохранению окружающей среды Антарктики, изолируя возможности усиления практических исследований других сторон в Антарктике или создание такими сторонами новых станций и сезонных полевых баз.

При реализации целей экономического процветания серьезным аспектом деятельности можно считать развитие антарктического туризма и вопросов биоразведки. Такие стороны договора, как Аргентина, Чили, США, Австралия, Новая Зеландия, придают серьезное значение деятельности своих национальных туристических агентств в Южном полярном регионе, препятствуя принятию решений в рамках очередных КСДА, жестко регламентирующих туристические операции.

Новым видом практической деятельности в Антарктике стало использование генетических ресурсов живых организмов Антарктики, получивших обиходное название «биоразведка». Создание новых нормативных документов, регламентирующих это направление работ, вызывает новый всплеск деятельности сторонников подхода «общего наследия человечества» к антарктическим ресурсам со стремлением перенести данный вопрос на площадки обсуждения ООН, как это уже было с 1983 по 1990 год с вопросами эксплуатации минеральных ресурсов Антарктики. Напомним, что Система Договора об Антарктике и органы ее управления не входят в структуру ООН, а действуют самостоятельно. Все попытки «неприсоединившихся» государств изменить действия Договора об Антарктике и перевести его под управление ООН в 1980-х годах не увенчались успехом, после чего даже лидер этой группы стран - Малайзия в результате присоединилась к Договору об Антарктике 1959 года.

Для укрепления международного престижа возможна официальная позиция в отношении расширения исторических мест и памятников на шестом континенте и окружающих его островах, прославляющих деятельность национальных первооткрывателей и т. д. Главное, что принятие подобных национальных нормативно-правовых актов четко обозначает направление вектора развития национальной антарктической политики. Это важно не только для конкретных государств с целью обоснования своей практической деятельности в этом регионе, но и для всего антарктического сообщества, которое может использовать позитивный опыт своих коллег из других стран или привлекать новых участников Договора об Антарктике для работы в нем.

Таким образом, российский опыт разработки «Стратегии развития деятельности РФ в Антарктике» стал широко использоваться в ведущих антарктических державах для создания нормативных документов по своей национальной антарктической политике.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481663 Валерий Лукин


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481662 Анатолий Канунников

Гражданское общество и глобальное управление

Анатолий Канунников, Ведущий научный сотрудник Центра проблем социального развития Европы Института Европы РАН, кандидат исторических наук

Современный мир сталкивается с вызовами, имеющими глобальный характер, - появлением новых инфекционных заболеваний, ростом бедности, загрязнением окружающей среды, изменением климата на планете, истощением жизненно важных невозобновляемых источников энергии, сокращением запасов пресной воды и т. д. Эти проблемы затрагивают всех людей на нашей планете, и они активно выражают свою озабоченность, в том числе и через организации гражданского общества [12]. При обсуждении возможных путей решения общепланетарных проблем человечества все чаще говорится о необходимости создания системы глобального управления, основанной на совокупности ценностей, объединяющих людей всех культурных, политических, религиозных и философских воззрений. Неслучайно эта тема находится в центре внимания Организации Объединенных Наций, в частности Комиссии ООН по глобальному управлению [13].

Однако как глобальное управление связано с соблюдением интересов отдельных граждан и гражданского общества в целом? Какая роль отводится гражданскому обществу в принятии решений международными организациями на глобальном уровне, а также в рамках крупных наднациональных структур, таких как, например, Европейский союз? Каковы механизмы участия граждан в глобальном управлении? Ответы на эти и подобные вопросы имеют большое значение для понимания процессов цивилизационного развития и, в частности, развития гражданского общества.

В работе «ООН и глобальное управление: идея и перспективы ее воплощения» Т.Вайсс и Р.Такур предложили довольно емкое и исчерпывающее, на наш взгляд, определение термина «глобальное управление»: «Глобальное управление - это комплекс формальных и неформальных институтов, механизмов, отношений и процессов, существующих между и распространяющихся на государства, рынки, отдельных граждан и организации, как межправительственные, так и неправительственные, посредством которых на глобальном уровне определяются коллективные интересы, устанавливаются права и обязанности, разрешаются споры» [21]. При этом важно отметить, что глобальное управление (global governance), в отличие от мирового правительства (world government), подразумевает реализацию определенных социальных функций и процессов, имеющих властные характеристики, но не обязательно оформленных конституционно [2].

Действительно, современный мир является свидетелем разительного несоответствия между реальными процессами финансовой и экономической глобализации мира, с одной стороны, и отставанием формирования институтов глобального управления - с другой. Более того, сегодня процессы глобализации все чаще входят в противоречие с принципами национального суверенитета и национальными интересами отдельных государств, включая высокоразвитые государства, подтверждение чему можно найти даже в инаугурационной речи Д.Трампа [14]. Складывается ситуация, когда мировая экономика формирует единую систему глобального рынка, развивающуюся по законам единого целого, а управление остается на уровне государств и различных интеграционных объединений, то есть не является чем-то единым целым, а представляет собой некую совокупность решений государств и интеграционных объединений.

В рамках проекта глобального управления делается попытка найти такие управленческие решения на наднациональном уровне, которые, как отметил А.Фурсов, снимали бы «противоречия между наднациональными экономическими и национальными политическими интересами, между мировой экономической целостностью и мировой государственно-политической суммарностью» [5]. И, что особенно важно, обеспечивали бы активную поддержку принимаемым решениям среди широких слоев населения планеты вне рамок национальных государств. В этом смысле субъекты гражданского общества, не зависящие от национальных правительств, не связанные политическими обязательствами своих стран и имеющие свои наднациональные объединения, могли бы открыть новые возможности для создания такой системы управления.

Рассматривая перспективы развития человечества, Комиссия ООН по глобальному управлению констатировала, что устойчивое развитие в мире не может быть достигнуто исключительно за счет действий правительств или субъектов рыночных отношений [17]. И если прежде управление на глобальном уровне рассматривалось исключительно как форма межправительственных отношений, то позже пришло понимание того, что оно недостижимо без участия неправительственных организаций (НПО) и гражданских движений [19].

Пока не существует единой модели или формулы глобального управления, как нет ни единой структуры, ни набора структур такого управления. Человечеству предстоит долгий и сложный процесс выработки механизма интерактивного принятия решений, который будет постоянно развиваться с учетом меняющихся обстоятельств. Можно предположить, что создание адекватных механизмов глобального управления будет широким и динамичным, поскольку они должны обеспечить более широкое и активное участие различных субъектов, включая субъекты гражданского общества, иными словами - они должны быть более демократичными, чем до настоящего времени.

Для того чтобы обеспечить более активное участие гражданского общества в глобальном управлении, Комиссия ООН по глобальному управлению предложила конкретные шаги по повышению статуса НПО. В частности, Комиссия рекомендовала создать в рамках ООН новый орган - Форум гражданского общества. Предполагается, что Форум гражданского общества должен собираться ежегодно и состоять из представителей организаций гражданского общества, которые будут аккредитованы при Генеральной Ассамблее ООН. Форум должен проходить в том же зале, где проходят заседания Генеральной Ассамблеи, незадолго до начала работы Ассамблеи. Международному гражданскому обществу предлагается самостоятельно определить характер своего участия и функции форума [6].

И если это только планы и перспективы, то участие многочисленных НПО в глобальном управлении постепенно из идеи превращается в практику жизни, которой сейчас пытаются придать правовой статус. Наиболее показательным в этом смысле являлось участие более 1400 неправительственных организаций в «Конференции ООН по окружающей среде и развитию» в 1992 году в Рио-де-Жанейро. В дополнение к официально аккредитованным организациям на конференции еще тысячи представителей НПО принимали участие в параллельном Глобальном форуме, который состоялся в те дни в столичном парке «Фламенго», где представители НПО имели возможность высказать свою точку зрения на решение проблем окружающей среды [1].

Практика тесного взаимодействия ООН с неправительственными организациями получила свое развитие в последующих глобальных мероприятиях. Успех участия НПО в упомянутой конференции в Рио-де-Жанейро с тех пор стал основой для дальнейшего развития такого сотрудничества. Участники Комиссии ООН по глобальному управлению считают, что официальные структуры должны взаимодействовать с гражданским обществом на регулярной основе, а не ограничиваться рамками подготовки к крупным мероприятиям и конференциям. «Они должны обращаться к гражданскому обществу в позитивном духе и вносить свой вклад на всех этапах, в том числе на этапе формирования политики. Агенты перемен внутри гражданского общества могут помочь этому процессу через механизмы обеспечения сбалансированного представительства своих собственных меняющихся интересов и позиций и через управляемые режимы участия» - говорится в докладе Комиссии ООН по глобальному управлению [7, с. 20].

ООН, привлекая национальные и международные организации гражданского общества к обсуждению глобальных проблем и участию в реализации глобальных проектов, ведет активную работу по наделению наиболее активных и влиятельных организаций соответствующим статусом при Экономическом и Социальном Совете ООН (ЭКОСОС), ЮНЕСКО, Департаменте общественной информации (ДОИ) и других учреждениях. В настоящее время 3735 неправительственных организаций имеют консультативный статус при ЭКОСОС, 382 организации поддерживают официальные отношения с ЮНЕСКО, многие организации сотрудничают с другими подразделениями ООН [4].

Таким образом, мы можем констатировать, что на протяжении уже длительного времени наблюдается тенденция к привлечению организаций гражданского общества отдельных стран и межнациональных объединений НПО к участию в обсуждении глобальных проблем, выработке повестки дня глобальных организаций, в такой форме давая им возможность включиться в систему глобального управления, существующую в настоящее время. И хотя эта функция носит консультативный, совещательный и информационный характер, она остается крайне важной, если учесть разнообразие и международное влияние организаций гражданского общества, которые в последние пять десятилетий резко возросли [20].

Наиболее активно и успешно организации гражданского общества действуют в промышленно развитых странах с высоким уровнем жизни и устойчивыми демократическими системами. Однако и в странах Африки, Азии и Латинской Америки неправительственные организации становятся все более многочисленными и оказывают значительное влияние на развитие своих стран, и это одна из причин, почему они широко представлены на глобальных форумах Организации Объединенных Наций.

В условиях развития интеграционных процессов в мире большой интерес представляет проецирование принципов глобального управления на региональный уровень и степень вовлеченности организаций гражданского общества в систему управления интеграционных объединений. В этом смысле несомненный интерес представляет опыт организаций гражданского общества европейских стран, имеющих различные параметры своего развития, однако тесно взаимодействующих в процессе европейского интеграционного строительства после Второй мировой войны и постепенно расширяющих сферу своего участия в управлении этого интеграционного объединения [10].

Проблемы управления и участия в нем гражданского общества детально рассматриваются в странах Европейского союза. Результаты дискуссии по данному вопросу наглядно прослеживаются в «Белой книге по вопросам управления», опубликованной Европейской комиссией ЕС [15]. Обращает на себя внимание, что призывы к более широкому участию гражданского общества в управлении ЕС продолжаются по настоящее время и подчас носят политизированный характер. Предложения по более широкому вовлечению гражданского общества в процессы принятия решений встречаются в ряде заявлений политических деятелей и руководителей высокого ранга европейских административных структур, в дискуссиях между учреждениями и организациями, а также в политических баталиях всех уровней. Однако при обсуждении вопросов участия гражданского общества в управлении есть своя специфика - часто проблема участия гражданского общества в управлении связывается с решением «проблемы легитимности европейской системы управления».

Среди европейских политологов широко распространено мнение, что гражданское общество способно обеспечить на общеевропейском уровне альтернативную форму легитимности, которую можно рассматривать в качестве замены той легитимности, что в государствах-членах обеспечивают правительства и которую сторонники такого подхода считают недостаточной на уровне ЕС. Становится все более очевидным, что отношения институтов гражданского общества с Комиссией и другими управленческими структурами ЕС не могут строиться на основе опыта, накопленного на национальном уровне. Бесспорно, что гражданское общество в этом смысле может помочь решению некоторых проблем управления путем своего участия в разработке и реализации политики ЕС и таким образом придания им новой, более широкой основы легитимности [18].

Следуя в русле опыта ООН, в отношениях управленческих структур Европейского союза с субъектами гражданского общества превалируют такие формы отношений, как проведение консультаций, привлечение представителей НПО в качестве экспертов, исполнение технической и научной экспертизы, использование НПО в качестве канала для сбора информации о предпочтениях конкретных групп и т. д. Тем не менее практика деятельности этого крупнейшего интеграционного объединения показывает, что гражданское общество может выполнять гораздо более широкие функции. Результаты референдумов во Франции и Нидерландах по Конституции Европейского союза или референдума в Нидерландах по ассоциации Украины с ЕС показали, что гражданское общество может играть решающую роль при принятии политических решений, касающихся длительной перспективы [11].

Существует еще одна специфическая особенность участия гражданского общества в управлении современной Европой. Дело в том, что Европейский союз - это не только политический и экономический проект, но и инновационный социальный проект, который предполагает поддержку если не всех, то подавляющего большинства граждан Европы. В этой связи значительную обеспокоенность официального Брюсселя вызывает, кроме глубокого экономического и политического кризиса, поразивших Европейский союз, еще и острейший кризис в социальной сфере, связанный с вопросами дальнейшего развития институтов демократии. Текущее состояние дел уже не может удовлетворить ожидания граждан Европы, и многие чувствуют себя лишенными права участвовать в процессе принятия решений. Складывается впечатление, что затягивание решения вопроса с возникшим «демократическим разрывом» может привести к пересмотру многими гражданами ЕС своего отношения к «Европейскому проекту». У многих европейцев надежда на осуществление «европейской мечты» сменяется разочарованием [22].

Такое положение дел в 2013 году стало основанием принять «Воззвание» от имени граждан Европы, в котором говорится, что, учитывая экономические и социальные аспекты, являющиеся «двумя сторонами общественной реальности», возникла необходимость заключения «Европейского общественного соглашения» (European Societal Compact). Оно могло бы стать «соглашением по вопросам демократии, типу устойчивого роста и экономического, социального и экологического развития, демократически согласованного со всеми в вопросах гендерного равенства, солидарности между европейскими государствами и гражданами для содействия миру, безопасности и благополучию всех, сфокусировав внимание на вопросах культуры и участия в жизни общества» [8]. По мнению авторов, это соглашение должно отвечать потребностям граждан Европы обеспечить равноценность европейского измерения и подтвердить право граждан выражать свое мнение в процессе принятия решений ЕС. Европейский парламент как законный представитель граждан Европы, по их убеждению, мог бы продолжить разработку этого соглашения и вынести его на общеевропейский референдум.

Из всего многостраничного текста «Воззвания» обратим внимание на пункт, касающийся развития демократии в рамках Европейского союза и имеющий непосредственное отношение к участию граждан и гражданского общества в целом в управлении. В документе отмечается, что «европейский механизм принятия решений показывает свои пределы и свою неэффективность управления в условиях экономического, политического, социального и демократического кризиса, с которыми в настоящее время сталкивается Евросоюз. ЕС, государства-члены и граждане Европы не имеют постоянной связи друг с другом: ЕС рассматривается как «нечто, находящееся наверху», государства-члены бессильны перед проблемами континента, граждане отчаянно нуждаются в том, чтобы быть услышанными. Инновации в европейской демократии явно назрели. Расширение прав и возможностей граждан должно быть в центре принятия решений в рамках Союза» [8].

В контексте рассмотрения вопросов участия гражданского общества в процессе управления Евросоюзом возникает один принципиальный вопрос: кто может представлять «европейское гражданское общество»? [9] На этот вопрос еще предстоит ответить. Тем не менее функции, которыми гражданское общество наделено уже сегодня в контексте европейского управления, вдохновляют на дальнейшее изучение процессов развития гражданского общества в условиях интеграционных процессов в Европе.

Отметим, что участие гражданского общества в управлении Европейским союзом на разных этапах интеграционного процесса было различным и прошло несколько этапов своего развития. Исследования показывают, что на начальном этапе строительства объединенной Европы преобладала практика, «опирающаяся на разрешительную основу консенсуса», отличительной чертой 
которого, как считает итальянский исследователь К.Рузза, являлось «нарочитое невнимание к мнению европейской общественности» [16]. Однако в процессе ратификации Маастрихтского договора и в последовавший период дальнейшее пренебрежение мнением общественности было поставлено под вопрос. В новых условиях многие элитные группы государств - членов ЕС вынуждены были признать важность мнения общественности при решении принципиальных вопросов дальнейшего развития интеграционного объединения.

Однако будем откровенны - участие субъектов гражданского общества в управлении Европейским союзом и роль самого гражданского общества в перспективе во многом станут зависеть от будущего самого «Европейского проекта», точнее, по какому пути начнет развиваться проект [3]. Не секрет, что уже сегодня среди европейских элит обозначились различные взгляды на пути его развития и предлагаются различные нормативные акты, которые они готовы положить в основу этого проекта.

Таким образом, следует отметить, что в современном мире наблюдается значительный рост влияния организаций гражданского общества в выработке повестки дня как на национальном, так и на глобальном уровнях. Различные движения граждан и многочисленные НПО вносят важный вклад в поиск ответов на вызовы времени через участие в мероприятиях национального, регионального и глобального уровней, предлагая свои знания, умение и энтузиазм в решении проблем, волнующих человечество.

В условиях, когда мировое сообщество разрабатывает принципы глобального управления и предлагает конкретные формы включения в него субъектов гражданского общества, Организация Объединенных Наций накопила серьезный опыт привлечения тысяч неправительственных организаций всего мира к обсуждению глобальных проблем, предоставляя им трибуну на глобальных форумах. Вклад гражданского общества в глобальное управление является весьма значимым, хотя он носит преимущественно консультативный, совещательный и информационный характер.

Взаимодействие ООН с организациями гражданского общества находит свое отражение и в поиске парадигмы взаимодействия властных структур с гражданским обществом на уровне крупных интеграционных объединений в мире. Управленческие структуры Европейского союза активно привлекают организации гражданского общества для проведения общественных экспертиз, изучения общественного мнения, выработки рекомендаций, формулирования запросов общественности и т. д. Вместе с тем опыт Европейского союза показывает, что применение принципов глобального управления на уровне интеграционных объединений может иметь свою специфику и необходимость решения конкретных проблем того или иного объединения.

Знакомство с механизмами взаимодействия с гражданским обществом в рамках глобального управления на уровне Европейского союза может быть полезным для других интеграционных объединений, в частности при выстраивании отношений управленческих структур Евразийского экономического союза (ЕАЭС) с субъектами гражданского общества государств-членов и заинтересованными национальными и международными организациями.

 

Список использованной литературы и источников:

1. Глобальный форум, Бразилия, 1-12 июня 1992 // URL: http://www.unmultimedia.org/s/photo/detail/281/0281388.html

2. Барабанов О.Н. Проблемы глобального управления: выбор аналитической парадигмы. Вестник международных организаций. 2009. №2 (24). С. 6.

3. Европейский союз на пороге XXI века. Выбор стратегии развития/Борко Ю.А. - соавтор и ответ. редактор. М., 2001. 471 с.

4. Кузнецов И.И. Современная повестка дня глобального гражданского общества. Вестник МГИМО - Университета, 2012. №2. С. 120-127.

5. Фурсов А. Кризис выползает из ложи. 2013 // URL: http://zavtra.ru/content/view/krizis-vyipolzaet-iz-lozhi/

6. A Call to Action. Our Global Neighborhood. Report of the Commission on Global Governance. 1995 // http://www.gdrc.org/u-gov/global-neighbourhood/chap7.htm –

7. Agents of Change in Civil Society. Our Global Neighborhood // URL: http://sovereignty.net/p/gov/chap1.htm (20 of 22) [10/21/2009]

8. Appeal of Laeken by European Citizens on the Future of the European Union. 2013. June 29 // http://en.forum-civil-society.org/IMG/pdf/LaekenEN_Final_Version.pdf

9. Callahan David. What is «global civil society»? Journal. Vol 3. №1. Jan-Feb. 1999. Р. 2. Anheierpp. 4-5 highlights the explosion in INGO numbers and membership growth especially in Europe.

10. De Schutter OlivierLebessis NotisPaterson John. Governance in the European Union. Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities. 2001. ISBN 92-894-0313-6.

11. How Referendums Threaten the EU. 2016 // https://www.stratfor.com/analysis/how-referendums-threaten-eu

12. Heller Patrick. Challenges and Opportunities: Civil Society in a Globalizing World. UNDP Human Development Report Office. Occasional Paper. 2013/06.

13. Our Global Neighborhood: The Report of the Commission on Global Governance. N. Y.: Oxford University Press, 1995.

14. Remarks of President Donald J. Trump. As Prepared for Delivery. Inaugural Address? 2017 // https://www.whitehouse.gov/inaugural-address

15. Report from the Commission on European governance. Luxembourg: Office for Official Publications of the European Communities, 2003. ISBN 92-894-4555-6

16. Ruzza Carlo. EU Public Policies and the Participation of Organized Civil Society. Working Papers del Dipartimento di studi sociali e politici, Università degli studi di Milano. 23.11.2005.

17. Summary of Commission Proposals // http://www.gdrc.org/u-gov/global-neighbourhood/chap7.htm

18. The Question of Legitimacy in New Forms of EU Governance European Group for Public Administration Conference Edinburgh. September 2013. Dion Curry1 Erasmus University Rotterdam Rm. M7-15, P.O. Box 1738, NL-3000 DR. Rotterdam, Netherlands.

19. United Nations (June 11, 2004). A/58/817. We the Peoples: Civil society, the United Nations and global governance // http://daccess - dds - ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N04/376/41/PDF/N0437641.pdf?OpenElement.

20. United Nations and Civil Society: The Role of NGO. Report of the Thirtieth United Nations Issues Conference Sponsored by The Stanley Foundation. February 19-21, 1999. Convened at Arden House, Harriman, New York.

21. Weiss Th.Thakur R. The UN and Global Governance: An Idea and its Prospects. University of Indiana Press, 2003.

22. Why is the European dream fading? Newsletter for the European Union. September 7, 2016 // http://www.newslettereuropean.eu/why-is-the-european-dream-fading/

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481662 Анатолий Канунников


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481661 Ли Хуэй

Китай играет ведущую роль в новой структуре глобального управления

Ли Хуэй, Чрезвычайный и Полномочный Посол КНР в РФ

Усиление глобального управления и реформирование системы глобального управления являются сейчас наиболее важными и актуальными темами. Это касается не только противодействия разнообразным глобальным вызовам, но и разработки правил и курса для международного порядка и системы; не только коренных интересов, процветания и упадка, существования и гибели всех стран, но и еще в большей степени затрагивает мир и стабильность, развитие и процветание в мире, может быть охарактеризовано как основополагающее дело текущего времени, касающееся всех стран. В современном мире быстро развиваются глобализация, многополярность и информатизация, но, сталкиваясь с серьезными вызовами, потенциал и эффективность глобального управления по-прежнему недостаточны.

Во-первых, глобальному управлению недостает представительности субъектов. Сейчас в международной экономической структуре происходят глубокие преобразования, экономический рост развитых стран Запада характеризуется низкими темпами и нестабильностью. В странах с нарождающимся рынком и развивающихся странах происходит массовый подъем, их доля в мировой экономике и международной торговле непрерывно увеличивается, вклад в глобальный экономический рост уже достиг 80%. Хотя в международном соотношении экономических сил происходят глубокие перемены, система глобального управления неспособна отразить новую расстановку, ею по-прежнему руководят развитые страны Запада. Увеличение полномочий стран развивающихся и с нарождающимся рынком при распределении квот в Международном валютном фонде (МВФ) и Всемирном банке (ВБ), разработке правил международной торговли и в других областях невелики. Эти страны не могут эффективно участвовать в принятии рыночных решений, не в силах действовать в условиях торгового протекционизма, включая односторонние санкции и тарифные барьеры, не в состоянии полностью гарантировать должные интересы, что приводит к большому числу торговых споров.

Во-вторых, глобальному управлению не хватает единства в достижении целей. Крайне неравный статус различных стран мира в системе глобального управления служит в этом вопросе серьезным препятствием. Между богатыми и бедными, развитыми и развивающимися странами имеются огромные различия по степени экономического развития и совокупной государственной мощи, они крайне различаются и в значительности роли на международной политической арене, поэтому между ними существуют очень большие расхождения в отношении ценностей и целей глобального управления. Развитые страны сосредоточены на активном выдвижении новых инициатив и предложений в сферах, включающих международную торговлю, ядерное разоружение и кибербезопасность. Они пытаются установить новые правила в соответствующих сферах, поддержать главенствующие права США и Запада. Страны с нарождающимся рынком и развивающиеся сосредотачиваются на таких сферах, как реформирование экономической и финансовой системы и климатические изменения. Это приводит к тому, что различным странам очень сложно достичь единства по конкретным вопросам глобального управления.

В-третьих, глобальное управление крайне нуждается в скоординированности действий. Вслед за изменениями в соотношении развития международных сил нарождающиеся крупные державы и развитые страны активно меряются силами в сфере глобального управления, нарастают противоречия в крупных державах, что делает перспективы совместного управления мрачными, а фрагментированное раздельное управление - заметным. Увеличение факторов противоборства во взаимоотношениях крупных держав, переход от периода нестабильности к нынешнему периоду реконструкции глобального управления увеличивают сложность его осуществления. Глобальное управление, остро нуждающееся в укреплении и совершенствовании, требует сотрудничества и плюрализма. В глобальной безопасности возникли такие специфические черты, как запутанность в мелочах, множественность и хаотичность, низкая эффективность. Главные экономические субъекты заняты процессами создания больших и маленьких, региональных и межрегиональных групп.

В-четвертых, глобальное управление сталкивается и со сложностями в определении меры ответственности. Влияние низкого развития мировой экономики, а также сложной и постоянно меняющейся международно-политической обстановки приводят к еще большим потрясениям и неустойчивости. И непрерывно случавшиеся в 2016 году «черные лебеди», и нарастающие с каждым днем антиглобализм и популизм - все это поставило мировую обстановку в области политики и безопасности в состояние крайней неопределенности. Действующие же механизмы глобального реагирования на кризисы уже явно запаздывают, их силы не соответствуют намерениям. В мире, характеризующемся быстрым развитием глобализации, многополярности и информатизации, часто возникают конфликты на национальной почве и региональные, эскалация происходит одновременно во многих горячих точках, один за другим идут такие глобальные вызовы, как климатические изменения, продовольственная безопасность, инфекционные заболевания, терроризм, бедность, приток беженцев. Мир и стабильность остро нуждаются в гарантиях за счет более справедливого и рационального нового международного порядка.

Китай должен участвовать в реформировании

системы глобального управления

Будучи вторым по величине экономическим субъектом в мире, Китай является важным участником, строителем и вкладчиком действующей международной системы. Цель участия Китая в глобальном управлении заключается в урегулировании вопросов, связанных с неэффективностью результатов управления, недейственностью методов управления, неточностью курса управления. Китай не стремится к созданию антагонистических или альтернативных международных механизмов за пределами имеющейся системы глобального управления, он уважает существующие глобальные правила, в соответствии с концепцией совместного обсуждения, совместного строительства и совместного использования, прилагает усилия к реформированию системы глобального управления.

С одной стороны, этого требует ответственность. Китай является самой большой развивающейся страной и представительной силой среди стран развивающихся и с нарождающимся рынком, значительное число которых во всем мире хотят услышать голос Китая. На уровне отдельных регионов, включая Азиатско-Тихоокеанский, а также и некоторые другие, Китай активно демонстрирует развитие общественного благосостояния, что говорит о его конструктивной роли. Он вовсе не стремится бросать вызов ведущей роли США и Запада, активно выступает за строительство единого человеческого сообщества, четко выражает надежду на формирование нового типа международных отношений, ключевое положение в которых займут сотрудничество и взаимный интерес.

С другой стороны, этого требует развитие. Можно сказать, что нарождающиеся крупные державы, включая Китай, находятся в выгодном положении за счет нынешних механизмов международного управления и мирной международной обстановки. Хотя после Второй мировой войны и происходили локальные потрясения и войны, но в целом сохранялся мир, давший многим странам шансы на развитие. Быстро развивались экономики Китая, России, Юго-Восточной Азии, а также стран Персидского залива и Латинской Америки. Если установленные международные правила сталкиваются сейчас с множеством вызовов, то базовые рамки и структуры кардинально не были подорваны. Поэтому у Китая есть возможность играть более важную роль в имеющейся системе международного управления.

Как отмечал Председатель КНР Си Цзиньпин, укрепление глобального управления, продвижение реформирования его системы являются велением времени. Нам необходимо воспользоваться возможностями действовать согласно обстановке, способствовать развитию международного порядка для большей справедливости и рациональности, лучше отстаивать взаимные интересы и Китая, и широкого круга развивающихся стран, создать еще более благоприятные внешние условия для реализации целей двух столетий, реализации китайской мечты о великом возрождении китайской нации, сделать еще больший вклад в благородное дело содействия миру и развитию человечества.

Вклад Китая в глобальное управление

С момента вступления КНР во Всемирную торговую организацию (ВТО) 16 лет назад и до проведения саммита «Группы 20» («G20») в Ханчжоу в 2016 году влияние и притягательная сила Китая на международной арене непрерывно росли. В начале прошлого года Председатель КНР Си Цзиньпин принял участие в форуме в Давосе и выступил на нем с основным докладом. В нем в полной мере воплотилось намерение Китая всемерно участвовать в разрешении важных и реальных глобальных проблем, а также позитивный настрой на совершенствование механизмов управления глобальной экономикой.

Руководитель Китая отметил, что для этого необходимо, во-первых, оказание концептуальной поддержки. В глобальном управлении Китай твердо привержен принципам совместного обсуждения, совместного строительства и совместного использования, решительно отстаивает международный порядок и международную систему, ключевое положение в которых занимают основные цели и принципы Устава ООН, содействует развитию глобального управления для большей объективности, справедливости и высокоэффективности; выступает за создание нового типа международных отношений, ключевую роль в которых будут играть сотрудничество и взаимный интерес, предлагает создание единого человеческого сообщества, создание охватывающей весь мир сети партнерских отношений, выступает за характеризующуюся взаимностью, комплексностью, сотрудничеством и устойчивостью концепцию безопасности и т. д. Эти новые концепции согласованы с трендами эпохи, соответствуют интересам и потребностям всех стран, увеличили число точек совпадения интересов Китая со всеми странами.

Си Цзиньпин подчеркнул, что, во-вторых, необходимо содействие реализации политических мер. «G20» постепенно превращается в системный центр глобального управления. Китай в полной мере использовал проведение саммита «G20» в Ханчжоу для того, чтобы побудить страны-члены сосредоточить внимание на повестке инноваций и роста. Был совместно разработан План действий «G20» по реализации Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, было оказано мощное содействие преобразованию «G20» из механизма краткосрочного реагирования в механизм долгосрочного управления. Чтобы развернуть имеющиеся тенденции ослабления глобальной торговли, саммит разработал Стратегию «G20» по росту глобальной торговли, а также Руководящие принципы «G20» по глобальным инвестициям. Второй из этих документов впервые в мире предстал в качестве нормативных рамок для многосторонних инвестиций, заполнив пробел в сфере управления глобальными инвестициями. Помимо этого, саммитом также было разработано большое число планов действий во многих сферах, включающих вопросы занятости, финансов и энергоносителей.

В-третьих, на форуме руководитель КНР позиционировал ее ведущую роль. Выдвинутая Си Цзиньпином крупная инициатива «Один пояс и один путь» является конкретным шагом Китая в системе глобального управления и ее совершенствования. В рамках данной инициативы Китай инициировал создание таких структур, как Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ), Фонд Шелкового пути, Новый банк развития БРИКС. Юань был включен в валютную корзину специальных прав заимствования МВФ, Китай стал третьим по величине акционером ВБ и МВФ.

В мае 2016 года в Пекине успешно состоялся Форум высокого уровня по международному сотрудничеству в рамках концепции «Один пояс и один путь», призвавший все стороны к разрешению стоящих перед мировой и региональными экономиками проблем, посодействовавший скоординированному развитию. Ускоренное формирование Китаем сети зон свободной торговли, опирающейся на сопредельные страны, распространяющейся на «Пояс и путь» и постепенно вырабатывающей глобальную направленность, оказало содействие интеграции Азиатско-Тихоокеанского региона и развитию экономической глобализации.

Углубленное участие в системе глобального управления и ее совершенствование станут в будущем главной темой китайской дипломатии. Во-первых, необходимо хорошо исполнять «китайскую роль». То есть Китай должен играть еще более активную и еще более важную роль в управлении глобальной экономикой, при этом не в одиночку. Также необходимо хорошо задействовать «китайский эффект». В полной мере использовать свое влияние и притягательную силу, необходимо сплочение с развитыми странами, но еще более необходимо укрепление солидарности и сотрудничества со странами развивающимися и с нарождающимся рынком, совместное продвижение и совершенствование реформ системы глобального управления.

Необходимо хорошо изложить «китайскую концепцию». Предложенные Китаем принцип «совместного обсуждения, совместного строительства и совместного использования», формирование единого человеческого сообщества и т. д. встретили широкое одобрение со стороны международного сообщества. Нам необходимо продолжать разъяснять эти концепции, направлять все стороны к формированию консенсуса.

Необходимо представить «китайский план». За счет строительства «Пояса и пути» содействовать сопряжению планов формирования и потребностей развития всех стран в его регионе, вести международное сотрудничество в сфере производственных мощностей, создавать еще более широкие рамки международного сотрудничества, предоставить новые планы для развития глобальной экономики.

Необходимо вложить «китайские силы». Укреплять статус «G20» в качестве главной площадки международного экономического сотрудничества, способствовать увеличению ее роли в содействии росту мировой экономики, координации макроэкономической политики всех стран, а также продвижении реформ управления глобальной экономикой.

Необходимо проявить «китайскую ответственность»: прилагать усилия для увеличения числа стран развивающихся и с нарождающимся рынком в управлении глобальной экономикой, изменить несправедливую и неразумную расстановку в системе глобального управления, оказать содействие тому, чтобы международные финансовые и экономические организации реально отражали международную структуру на сегодняшний день, содействовать равенству прав, возможностей и правил для всех стран.

Китайско-российские отношения имеют важный смысл для участия Китая в системе глобального управления и ее совершенствования

Отношения всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства Китая и России занимают особое положение в дипломатии крупной державы с китайской спецификой, они являются классическим образцом наиболее стабильных, здоровых и наиболее зрелых межгосударственных отношений.

За четыре с лишним года Председатель КНР Си Цзиньпин шесть раз наносил визиты в Россию, провел 20 встреч с Президентом РФ Владимиром Путиным. Это стало рекордом по числу встреч между главами двух государств. В то же время под стратегическим руководством глав двух государств всеобъемлющие, равные и взаимодоверительные отношения стратегического взаимодействия и партнерства между Китаем и Россией непрерывно выходили на новые ступени.

Особенно это относится к визиту Президента России В.Путина в Китай на Форум высокого уровня по международному сотрудничеству в рамках концепции «Один пояс и один путь» в мае 2017 года, когда он дал высокую оценку этой инициативе. Главы двух государств вновь подчеркнули важность и необходимость сопряжения данной инициативы со строительством Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Планы, замыслы и взаимодействие сторон по сотрудничеству в рамках концепции привлекли пристальное внимание общественности.

В начале июля прошлого года Си Цзиньпин совершил успешный визит в Россию, провел весьма плодотворную встречу с Президентом В.Путиным. Главы двух государств подписали Совместное заявление КНР и РФ о дальнейшем углублении отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, утвердили новые основные положения реализации Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между КНР и РФ, осуществили всестороннее планирование развития китайско-российских отношений. В ходе саммита БРИКС в Сямэне в начале сентября 2017 года главы двух государств вновь достигли важных консенсусов по углублению отношений всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства Китая и России.

Установившиеся между Китаем и Россией высокая степень политического взаимодоверия, тесные экономические связи, богатый обмен в гуманитарной сфере и сходные позиции по международным вопросам подтверждают, что Россия является важным партнером Китая по углубленному участию в глобальном управлении. В международных делах две страны выступают за установление нового типа международных отношений, ключевое положение в котором займут сотрудничество и взаимный интерес, решительно отстаивают ключевой статус ООН, призывают все стороны к окончательному урегулированию в мирной форме сирийского кризиса, ядерной проблемы Корейского полуострова и других актуальных международных и региональных проблем.

Стороны ведут широкое сотрудничество в рамках таких механизмов, как «G20», АТЭС, БРИКС, ШОС, Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), Китай - Россия - Индия, включая содействие управлению глобальной экономикой, увеличение права голоса и представленности стран с нарождающимся рынком и развивающихся стран, продвижение интеграции региональной экономики, содействие развитию экономических инноваций, борьбу с «тремя силами зла» (терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом), нераспространение оружия массового уничтожения, борьбу с международным терроризмом и т. д. Тесные контакты и эффективное взаимодействие сторон внесли существенный вклад в дело мира, стабильности и развитие в регионе и мире в целом.

Стоит отметить, что проводившиеся в последние годы Китаем на собственных площадках дипломатические мероприятия получали решительную поддержку российской стороны, на всех этих встречах присутствовал Президент РФ В.Путин, который выражал одобрение планам и концепциям, предложенным китайской стороной. Саммит АТЭС 2014 года способствовал рождению Пекинской антикоррупционной декларации, на саммите «G20» в Ханчжоу 2016 года были выработаны План действий «G20» по реализации Повестки дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, Стратегия «G20» по росту глобальной торговли, а также Руководящие принципы «G20» по глобальным инвестициям. Состоявшийся в том же году в Сямэне саммит лидеров стран БРИКС принял Сямэньскую декларацию. Все это продемонстрировало наличие у Китая потенциала для участия в глобальном управлении совместно с другими странами, в разрешении важных реальных проблем глобального и регионального масштабов.

Китай и Россия усилят сотрудничество

в области глобального управления

Китай и Россия являются постоянными членами СБ ООН, а также ведущими членами «G20», БРИКС и ШОС, они обладают возможностями и чувством ответственности, чтобы взять на себя важную задачу по совершенствованию системы глобального управления.

Во-первых, это дальнейшее повышение политического взаимодоверия двух стран, создание для всего мира классического образца межгосударственных отношений. Продолжение приверженности принципам и духу Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между КНР и РФ, непрерывное улучшение отношений всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства на основе равенства, доверия, взаимной поддержки и дружбы до еще более высокого уровня являются приоритетным направлением дипломатии Китая. Осуществление поддержки права противоположной стороны на самостоятельные путь развития и социально-политическую систему, а также поддержки по вопросам, затрагивающим такие ключевые интересы противоположной стороны, как суверенитет, территориальная целостность и безопасность.

На фоне осуществляемых сторонами тесных и взаимодоверительных контактов на высоком уровне преимущества беспрецедентно высокого уровня политических отношений между двумя странами должны трансформироваться в реальные результаты практического сотрудничества в экономической, гуманитарной и других сферах.

Во-вторых, необходимо дальнейшее расширение практического сотрудничества двух стран, вклад в глобальный экономический рост. Китай и Россия являются странами с нарождающимся рынком, в последние годы экономики двух стран довольно хорошо развивались, это само по себе внесло существенный вклад в восстановление и развитие мировой экономики. Сторонам необходимо полностью задействовать механизмы сотрудничества - от межправительственного до сферы производственных мощностей, активно вести диалог по носящим стратегический характер крупным проектам, проводить совместные исследования и разработки, совместное производство, совместно повышать свой экономический потенциал и международную конкурентоспособность.

Также необходимо задействовать имеющиеся у двух стран взаимные преимущества и скрытый потенциал, укреплять результаты сотрудничества двух стран в традиционных сферах, широко его развернуть в новых сферах, включая продукцию нанотехнологий, повышать качество практического сотрудничества. Необходимо скоординировать совместную работу двух стран на местном уровне, в частности средних и малых предприятий.

В-третьих, требуется дальнейшее сопряжение стратегий двух стран, представление схем управления глобальной экономикой. Сторонам необходимо использовать взаимодействие по сопряжению строительства «Одного пояса и одного пути» со строительством ЕАЭС для упрощения торговли и инвестиций, совершенствования структуры двусторонней торговли, сосредоточения на реализации крупных проектов инвестиционного сотрудничества, совместного создания индустриальных парков и зон трансграничного экономического сотрудничества; необходимо укреплять транспортно-коммуникационную взаимосвязанность в логистике, транспортной инфраструктуре, мультимодальных перевозках и других сферах, реализовывать проекты по совместному освоению инфраструктуры; расширять расчеты в национальных валютах, укреплять финансовое сотрудничество за счет таких финансовых структур, как Фонд Шелкового пути, Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Межбанковское объединение ШОС; привлекать социальный капитал к участию в совместных проектах, создавать многосубъектные, всесторонние и охватывающие разные сферы площадки для взаимовыгодного сотрудничества, укреплять макроструктуру политической стабильности и экономического развития в ключевой зоне Евразии.

В-четвертых, необходимо дальнейшее углубление международного взаимодействия, придание позитивной энергии для дела мира и стабильности. Сторонам необходимо решительно поддерживать международный порядок и международную систему, ключевое положение в которых занимают основные цели и принципы Устава ООН, выступать против гегемонизма, отстаивать установление новых глобальных партнерских отношений, ключевыми концепциями в которых являются мир, развитие, сотрудничество и взаимная выгода, идти путем совместного развития, совместной безопасности, совместного процветания и сплочения перед лицом опасностей. Необходимо продолжать задействовать роль Китая и России в «G20», БРИКС, ШОС и на других многосторонних площадках, прилагать усилия для повышения представленности и права голоса стран развивающихся и с нарождающимся рынком в глобальном управлении, поддерживать многостороннюю торговую систему, выступать против протекционизма, содействовать формированию более справедливого и рационального порядка в международной экономике.

Китай и Россия являются важными участниками существующей международной системы, твердые и уверенные шаги которых содействуют развитию глобального управления с учетом здравого смысла, справедливости и упорядоченности. Они играют в этом управлении ведущую роль крупных держав, несущих ответственность перед миром. Председатель КНР Си Цзиньпин отметил: «Система глобального управления может предоставить веские гарантии для глобальной экономики, только если она соответствует новым требованиям международной экономики». Китай и Россия намерены рука об руку идти путем открытости, развития, взаимной выгоды и обоюдного интереса совместно увеличивать пирог мировой экономики.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481661 Ли Хуэй


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481660 Вячеслав Васильев

Трансформация внутренних политических конфликтов в войны: номотетика и конкретика

Вячеслав Васильев, Аспирант кафедры государственного и муниципального управления Самарского университета

Одним из самых серьезных вызовов для современного мирового сообщества продолжают оставаться внутренние политические конфликты (ВнПК). Проблема роста числа данных конфликтов, однако, начала давать о себе знать не в последние десятилетия. Вопреки расхожему мнению, уже в XIX и первой половине XX века ВнПК, протекавшие в особо острой форме, превалировали над межгосударственными военными столкновениями. Но лишь по окончании Второй мировой войны первые стали однозначно преобладать среди вооруженных конфликтов [45]. Так, согласно классификации Рабочей группы по исследованию причин войны (АКУФ) при Университете Гамбурга, из 249 вооруженных конфликтов, завершившихся между 1945 и 2014 годами, 176 представляли собой внутригосударственные [45]. Помимо этого, отметим, что, в связи с получившим развитие в начале 1970-х годов «этническим ренессансом» [7, с. 141], нередко ВнПК рубежа XX-XXI веков принимают форму этнополитического противостояния [44].

Не является редкостью также ситуация, при которой высоконапряженный ВнПК дополняется вооруженными вмешательствами из-за границы, что, таким образом, стирает с конфликта его изначальный облик. На рубеже тысячелетий уже имело место несколько подобных трансформаций ВнПК. Так, почти 40 лет назад СССР предпринял интервенцию в Афганистан, поддержав правительство Народно-демократической партии Афганистана (НДПА). ВнПК в Афганистане с моджахедами как движущей силой начался весной 1979 года вследствие неумелой политики НДПА, проводившейся в течение всего лишь года после Саурской революции [40, с. 157]. Вводом войск СССР перерождение ВнПК не ограничилось, так как джихадисты обрели союзную коалицию из США, Пакистана, Ирана и Китая [40, с. 156]. При этом США, по ряду причин предугадывавшие советское вторжение [40, с. 158-159], стали оказывать помощь оппозиционерам еще в январе 1979 года [40, с. 157].

Отчасти противоположным столкновением ознаменовался 2011 год, когда разразившийся в феврале под знаком «арабской весны» ВнПК в Ливии дополнился бомбардировками войск НАТО. Отличие тех событий от афганских состояло в том, что начатая 19 марта интервенция производилась в интересах антиправительственных сил, в итоге одержавших победу над М.Каддафи уже в октябре [28]. Но, как и на афганской земле [40, с. 159], завершение иностранного вмешательства дало не спокойствие и мир, а многовластие и затяжные раздоры [28]. В конце концов Ливия была поделена между двумя враждующими лагерями с центрами в Тобруке и Триполи. И лишь в 2017 году, после взятия под контроль 90% территории страны Ливийской национальной армией, союзной тобрукскому правительству, появилась осязаемая перспектива примирения противников [21].

Закономерным продолжением ливийской войны выступила дестабилизация обстановки в Мали, поскольку в рядах армии Джамахирии сражались туареги, счет которым шел на тысячи. Почти сразу же после поражения каддафистских сил, 17 января 2012 года, на севере Мали началось восстание туарегов под лозунгом создания независимого государства Азавад [38, с. 41-42]. На фоне этого в Бамако 22 марта - 7 апреля произошел переворот со смещением Президента А.Т.Туре и захватом власти военизированным триумвиратом во главе с капитаном А.Саного [38, с. 46]. В это время 6 апреля туареги провозгласили независимость Азавада, которая продержалась лишь до середины июля: уже в мае союзники туарегов - исламисты подняли мятеж и, лишив власти недолговечных хозяев, сделали из Азавада эмират [33; 38, с. 50-51]. Экспансия исламистов на юг Мали стала толчком для проведения войсками, посланными главным образом Францией, операции «Сервал», начатой 11 января 2013 года [38, с. 48-50]. Вся эта ситуация - приятное исключение, так как французская армия покинула Мали к концу апреля, а некогда восставшие туареги вскоре после этого пошли на контакт с правительством [3].

Куда менее приемлемой стала еще одна ипостась «арабской весны» - ВнПК в Сирии. Начавшись в марте 2011 года по «стандартной» схеме, этот конфликт необычайно быстро оброс ворохом сторонних вмешательств, выстроившихся в две коалиции. Первую, в которой главенствуют США, Саудовская Аравия, Турция и Катар, составили союзники сирийской оппозиции; вторую же, с преобладанием России, Ирана и ливанской «Хезболлы», - сторонники Президента Б.Асада [23; 46]. Причем союз зарубежных недругов Б.Асада изначально был довольно эклектичным из-за происламистской линии Эр-Рияда, Анкары и Дохи [23]. Однако именно появление в конфликте третьей силы в лице «Исламского государства» (ИГ - организация запрещена в России) и его приспешников дало в 2014 году этому блоку, а через год и России повод для начала открытого военного участия [46]. Позднее усиление позиций сирийских курдов заставило Турцию с ее органической курдофобией поменять местоположение в коалициях [23; 36; 46]. В итоге, притом что в ноябре 2017 года правительственной армией был взят последний оплот ИГ - город Абу-Кемаль [34], конфликт в Сирии только приближается к своему завершению [36].

В контексте приведенных примеров привлекает внимание тот факт, что, по сравнению с практически молниеносными операциями в Ливии и Мали, СССР увяз в горах Афганистана на десять лет, а боестолкновения в Сирии продолжаются по сей день. Объясняется подобное тем, что последние два случая связаны с перерастанием ВнПК в «конфликты малой интенсивности» (low intensity conflicts, КМИ), которые по определению не заканчиваются быстро.

Представленное, среди прочего, свидетельствует о том, что злободневность не теряют и фундаментальные вопросы войны. В частности, один из таких вопросов, которому уже не одно столетие, касается самих целей инициации и ведения войны. Еще в эпоху Высокого Средневековья европейские государства не только снаряжали Крестовые походы в Левант, Магриб, Прибалтику и Византию, но и все активнее выясняли отношения между собой военным способом. Для дворянства того времени война, всегда наполовину состоявшая из грабежа, была одним из главных занятий и источником доходов, не менее важным, чем сеньориальные поборы и рента [19, с. 312-313]. Сегодняшнее воплощение Европы в период до Венского конгресса 1815 года - это Африка, где война обременила собой массу регионов [22]. Как следствие, «в африканском обществе сформировался специфический стереотип образа жизни: средством существования <…> является военная сфера <…>, участие в вооруженных акциях, различного рода войнах и конфликтах» [22, с. 26]. Примечательно, что чаще всего войны в Африке развиваются как раз на основе ВнПК, зачастую этнополитических [22].

Что касается рассмотрения ВнПК как научной категории, то оно отчасти затруднено в силу чрезвычайно широкого круга явлений, подпадающих под это понятие. Так, группа ВнПК включает этно- и религиополитические конфликты [4, с. 161-162], гражданское противостояние и национально-освободительную борьбу. К числу ВнПК также принадлежат всевозможные революции, по-разному привносящие перемены в экономику государства, - от сугубо политических военных переворотов до изменений буржуазно-демократического характера, размах которых колеблется от городского* (*Классикой буржуазно-революционной активности, проявлявшей себя в масштабах города, выступают цеховые революции XIII-XV вв., затронувшие почти все государства Европы и являвшие собой борьбу бюргерства с патрициатом за доступ к муниципальным политическим системам.) до общегосударственного [8, с. 80-82].

Таким образом, к разряду ВнПК принадлежит множество крайне разнородных процессов. Однако пестрота последних обусловлена вариабельностью целей, вложенных в данные процессы их акторами. При этом сущность ВнПК остается постоянной и связанной с развитием конфликтной ситуации политической природы внутри государства. Последнее - принципиально важное - обстоятельство проводит четкую грань между ВнПК и войной.

Отождествление же ВнПК с войной является серьезной научной неточностью, сказывающейся на корректности исследований, посвященных данной тематике. ВнПК и война имеют как схожие черты, так и целый ряд диаметрально противоположных особенностей, что делает из данных событий два разных типа политических процессов. Хотя это и не отменяет их возможность к взаимному перетеканию и даже образованию симбиоза.

В данной статье нами была предпринята попытка освещения некоторых теоретических оснований рассмотрения ВнПК и войны, подкрепленных приведением конкретных примеров с постановкой акцента на прецедентах трансформации ВнПК в войны. При этом мы считаем нужным сразу же сделать ударение на том, что ВнПК далеко не всегда сравнимы по своей остроте с войной. Поэтому значимой пометкой к настоящей статье выступает то, что под ВнПК мы заведомо будем подразумевать высоконапряженные конфликты, и в первую очередь заточенные под проведение территориальных пересмотров.

Внутренний политический конфликт и война: 
сходства и различия

Прежде всего необходимо отметить ключевую сторону сравнительного анализа ВнПК и войны, состоящую, собственно, в их принадлежности к процессам политической природы. Социальные системы* (*Термин «социальная система» наиболее подходит для проводимого нами анализа в связи с его высокой универсальностью. Данным термином можно обозначить как государство или локальную социальную политическую группу, так и объединение государств и/или локальных социальных политических групп. Это крайне важно, поскольку ВнПК и войны связаны с активностью, проявляемой именно системами, а не отдельно взятыми лицами (к примеру, террористами-одиночками).) начинают как ВнПК, так и войны с целью проведения перераспределения экономических ресурсов, то есть процесса, лежащего в основе политики [8, с. 90]. И если речь идет о войне и ВнПК крупного масштаба, именно земля выступает тем экономическим ресурсом, принадлежность которого будет подвергаться пересмотру.

Вместе с тем, несмотря на общность конечной цели, ВнПК и война могут иметь существенное различие в плане используемых средств. Войне, по сравнению с ВнПК, присуща несравнимо бóльшая однозначность. Обратив внимание на классическое определение войны, данное К.Клаузевицем и гласящее, что «война есть продолжение политики иными средствами», можно сделать следующий вывод: война априори представляет собой процесс экстенсивно-политический. Напротив, политика мирного времени по определению имеет диаметрально противоположный, интенсивный характер.

ВнПК же может протекать разными путями. Так, например, интенсивно-политическим способом развивается ситуация вокруг деволюции Шотландии - региона, проявляющего на сегодня выраженное стремление к суверенитету. Узловым этапом данных изменений стало заключение 15 октября 2012 года Эдинбургского соглашения [41], на основании которого 18 сентября 2014 года был проведен референдум о независимости Шотландии. И хотя при беспрецедентной явке в 84,4% за выход из состава Соединенного Королевства (СК) было отдано 44,7% голосов [20], потенциальная сецессия Шотландии вовсе не была вычеркнута из повестки дня. Об этом свидетельствовал невероятный рост числа членов Шотландской национальной партии (ШНП): к примеру, в течение года по проведении референдума состав ШНП увеличился на 337,6% [43]. В свою очередь, ШНП является основным актором шотландского ВнПК [7, с. 136-137, 148], а возрастание ее поддержки со стороны населения указывало на то, что шотландцы вознамерились не позволить Лондону забывать о гарантиях, данных накануне референдума [20].

Более того, после подачи в целом по СК 51,9% голосов «за» в ходе плебисцита о Brexit, на котором по Шотландии 62% голосовавших высказалось «против», членство в ШНП испытало очередной всплеск, достигнув отметки в 120 тыс. человек. Результаты поистине внушительные, учитывая, что в 2013 году партия насчитывала чуть более 20 тыс. членов [42]. Еще одним следствием подготовки выхода СК из Евросоюза стало одобрение парламентом в Эдинбурге предложения лидера ШНП Н.Стерджен вновь вынести вопрос о независимости на суд шотландцев [11]. Так что даже после de jure провального для ШНП референдума 2014 года развитие событий не потеряло интенсивно-политического характера. Подчеркнем, что всем изложенным шотландский ВнПК разительно отличается от ситуации в соседней Северной Ирландии, куда для решения этнополитических проблем в августе 1969 года были введены части регулярной армии [7, с. 135-136].

В завершение данного тезиса отметим, что война может быть и бескровной, если носит обличие косвенной агрессии. Подобный вариант предполагает «захват государством чужой территории без ведения военных действий, с помощью угрозы применения силы» [17, с. 174]. Тем не менее и в таком виде война не утрачивает связь с намерением социальной системы-агрессора насильственно перераспределить не принадлежащие ей экономические ресурсы.

Различия между ВнПК и войной на этом не заканчиваются. Одна из наших работ строилась, в числе прочего, с опорой на тезис, отражающий еще одно имманентное свойство войны: война - это всегда конфликт, направленный кнаружи от своего инициатора [4, с. 155-156]. Подобной особенности войны отвечает даже этимология данного слова, указывающая на его родство со значением «гнаться, преследовать» [10]. Объект военной агрессии в чистом виде - это целостная социальная система, не имеющая внутри себя таких политических противоречий, которые могли бы привести к ее разрушению. При этом социальная система-агрессор как раз может быть отягощена подобными проблемами, а развязывание войны для нее будет представлять собой попытку преодолеть указанные сложности чисто экстенсивным способом.

Напротив, ВнПК - это всегда, пусть даже опосредованно, конфликт, и индуцированный внутри социальной системы, и направленный внутрь нее, с целью разрушения прежнего статус-кво [4, с. 156]. Строго говоря, социальная система, внутри которой разгорелся ВнПК, системой быть перестает в силу стремления некой ее части покинуть после начала конфликта пределы первой. Здесь важно отметить, что именно на основе ограниченного стороннего признания (одним государством или незначительной группой таковых) подобной полусамостоятельной социальной системы в качестве полноправного субъекта политики может произойти трансформация ВнПК в войну либо в КМИ. Не лишней будет пометка о том, что такое признание с юридической точки зрения противоречит п. 7 ст. 2 Устава ООН [37], а также Декларации ООН о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета от 21 декабря 1965 года [13].

Отраженная специфика социальных систем, связанных с ВнПК и войной, диктует необходимость подвергать учету следующее. Корректный научный анализ войны и ВнПК неизменно должен быть связан с проведением строгой очерченности субъектов данных политических процессов (пусть даже некоторые субъекты будут носить коллективный характер), что основано прежде всего на оценке действий соответствующих социальных систем.

Прямым следствием последнего утверждения выступает критерий, которому должна отвечать любая война. Для индукции войны необходимо наличие конкретной социальной системы-агрессора, на деле действующей только лишь во имя собственных интересов и не сдерживаемой никакими факторами, кроме экстенсивно-политических (т. е. собственно военных).

Представленные положения приобретают особое значение при рассмотрении ряда ситуаций, к числу которых принадлежат такие знаковые события, как Мюнхенская конференция 1938 года и оба Венских арбитража 1938 и 1940 годов. Так, по итогам Мюнхенской конференции, проходившей с участием представителей Германии, Соединенного Королевства, Франции, а также формально Италии, было вынесено решение о предоставлении Германии права на оккупацию Судетской области Чехословакии - территории с преобладающим немецким населением [17, с. 182]. Наряду с этим, союзные Чехословакии стороны - СК и Франция - становились реальными гарантами ее территориальной целостности в обновленных границах (хотя юридически все четыре великие державы брали на себя подобные обязательства) [17, с. 183]. Таким образом, осенью 1938 года Германия как фактический претендент на территорию всей Первой Чехословацкой Республики была отчасти скована не военным нажимом СК и Франции, которые должны были оказывать влияние на Германию в аналогичной манере и дальше.

Схожая картина разворачивалась при проведении Венских арбитражей, посредниками на которых были лишь Германия и Италия. Лейтмотив действий Германии заключался в сдерживании ревизионизма Венгрии, которая выказывала таковой, хотя и являлась сателлитом Рейха, всецело зависившим от него экономически [32]. Арбитражи, на которых Венгрия, выдвигая территориальные претензии ко Второй Чехословацкой Республике (ВЧСР) и Румынии, выступала инициатором, стали тому живым подтверждением.

Первый Венский арбитраж являлся прямым следствием претворения в жизнь Мюнхенского договора, кроме прочего, гласившего, что «Прага в течение трех месяцев должна решить польский и венгерский вопросы «с заинтересованными правительствами путем соглашения». В случае если такое соглашение не будет выработано, договор предусматривал арбитражное решение Германии, Италии, Великобритании и Франции» [30]. Необходимость привлечения арбитров была признана как Венгрией, так и ВЧСР после безрезультатных переговоров в Комарно 9-13 октября 1938 года. В итоге Венгрии были переданы южные районы Словакии и Подкарпатской Руси [30]. «Арбитраж предусматривал также возможность повторного решения Италии и Германии, если между чехословацкой и венгерской сторонами возникнут споры» [30].

Значительно ярче сдерживающая позиция Германии проявилась во время второго Венского арбитража, по решению которого Венгрия получила северо-западные области Трансильвании. «Берлин преследовал цель не допустить чрезмерного усиления Венгрии и стремился усилить зависимость от себя обоих антагонистов» [31]. Поставленная цель была достигнута, поскольку в результате общественного кризиса, разразившегося в Румынии после арбитража, «Румыния стала фактически превращаться в провинцию Германии» [31]. К тому же «странная линия новой <…> границы оставляла на румынской стороне стратегические месторождения, которые обеспечивали сырьем контролировавшуюся германским капиталом индустрию» [31]. Венгрия же, «получив гористую, бездорожную, лишенную промышленности <…> часть Трансильвании, <…> обрела <…> чрезвычайно невыгодную границу, фактически оказавшись в положении менее выгодном, чем она находилась до этого» [31].

Таким образом, Мюнхенская конференция и Венские арбитражи были связаны с реальным присутствием факторов не военного характера, уравновешивавших в той или иной мере влияние соответствующих сторон-инициаторов.

Дополнительно отметим, что затронутые события формально не противоречили действующему и тогда, и ныне основному юридическому принципу построения международного взаимодействия. Данный принцип обозначился еще в дни утверждения Венской системы международных отношений [15, с. 79-80] и на деле остался главенствующим как в рамках Версальско-Вашингтонской [35, с. 64], так и Ялтинско-Потсдамской систем [18, с. 10]. В соответствии с ним фактически решающий голос по тем или иным вопросам международного характера принадлежит коллегии великих держав при формально-правовом признании равенства таковых. В этом смысле даже de jure реализация Мюнхенского договора и Венских арбитражей Германией и Венгрией не могут трактоваться как войны, проведенные против Чехословакии и Румынии.

Наконец, следует уделить внимание тезису о разграничении трансформаций ВнПК в войны и КМИ [18, с. 266]. Основное отличие данных типов видоизменения ВнПК состоит в том, что при перерастании ВнПК в КМИ изначально достигается фактический паритет между враждующими сторонами за счет поддержки каждой из них иными противостоящими одна другой социальными системами. Если же ВнПК дает начало войне, по определению связанной с наличием лишь одной доминирующей стороны (пусть даже эту нишу будут занимать по ходу войны разные участники), такой паритет будет отсутствовать. Разумеется, для трансформации ВнПК в КМИ поддержка извне должна поступать либо от великих держав, либо от сравнимых с ними по боеспособности социальных систем. Как следствие, подобные конфликты отличаются априорной растянутостью во времени.

Показательным примером видоизменения ВнПК в КМИ служит ситуация в Анголе накануне провозглашения независимости. Противостояние началось во второй половине 1975 года как типичный ВнПК между Народным движением за освобождение Анголы (МПЛА) и коалицией Национального фронта освобождения Анголы (ФНЛА) и Национального союза за полную независимость Анголы (УНИТА). Однако уже в течение первого года ВнПК перерос в КМИ после того, как МПЛА получило поддержку СССР, Кубы и Народной организации Юго-Западной Африки (СВАПО), а ФНЛА/УНИТА - содействие США, ЮАР, Заира и Китая. При этом вмешательство СССР, Кубы и ЮАР, а с 1985 года, благодаря отмене «поправки Кларка», и США носило ничем не прикрытый характер [18, с. 268-270]. Что касается временных рамок конфликта в Анголе, то его завершение было приурочено лишь к 2002 году.

Прецеденты трансформации внутренних 
политических конфликтов в войны в Новое время

Обращаясь к примерам развития войны на основе ВнПК в Новое время, наряду с представленной выше номотетикой, следует принимать во внимание два немаловажных обстоятельства. Во-первых, вплоть до проведения Венского конгресса 1815 года юридическое и фактическое выделение великих держав в целом отсутствовало. Хотя из Вестфальского мирного договора 1648 года и проистекало преобладание в Европе Франции и Швеции, на протяжении всего периода Вестфальской системы международных отношений одним из главных и реально действовавших принципов оставалось поддержание равновесия сил*. (*При этом данный принцип стал постепенно уходить в прошлое после окончания Семилетней войны в 1763 г., из которой с невосполнимыми потерями вышла Франция, что знаменовало собой предтечу Великой французской революции и смену Вестфальской системы Венской.) Следствием этого выступало равенство существовавших государств [15, с. 79-80]. То же самое можно сказать и о заключительных этапах Средневековой системы международных отношений [16, с. 35-37; 19, с. 314]. Именно поэтому ряд сторонних вмешательств в конфликт внутри какого-либо государства заведомо означал в тех условиях намерение интервентов установить паритет ради сохранения равновесия сил. Так что отождествление подобных ситуаций с КМИ не корректно (к слову, КМИ как таковые в то время уже стали получать развитие).

Во-вторых, до того же Венского конгресса Европа утопала в бесконечных, затяжных войнах: государства могли одновременно воевать с несколькими противниками, что длилось годами и даже десятилетиями. Подобный момент усложняет задачу проведения строгой очерченности политических субъектов с выделением участников ВнПК и стороны-инициатора военных действий.

Дополнительно подчеркнем, что случаи перерастания ВнПК в войну в продолжение Нового времени преимущественно связаны с периодом Реформации XVI века и последствиями тех нетривиальных перемен. Это вполне закономерно: мы неоднократно отмечали, что эпоха Реформации XVI века была первой в истории человечества масштабной волной внутренних конфликтов, носивших этноконфессиополитический характер [4, с. 156; 5, с. 135]. В пользу принадлежности Религиозных войн к ВнПК отчетливо свидетельствуют механизм и схема их развития, а также расстановка действующих сил.

Так, в период между окончанием Шмалькальденской войны 1546-1547 годов и заключением Аугсбургского религиозного мира 1555 года в ВнПК на территории Священной Римской империи германского народа вмешалась Франция. После победы католического лагеря во главе с императором Карлом V в 1547 году лютеране стали испытывать притеснения, что породило серьезное недовольство [19, с. 96-97]. В итоге осенью 1551 года протестанты во главе с Морицем Саксонским заключили договор с Францией, получив от нее солидную финансовую помощь, а взамен пообещав ей Туль, Мец, Верден и Камбрэ [16, с. 55; 19, с. 97]. И когда Мориц в 1552 году успешно атаковал Карла V в Верхней Германии, «по договоренности с Морицем Франция тотчас же захватила Лотарингию» [19, с. 97]. Закрепление за Францией ее трофеев - лотарингских епископств Мец, Туль и Верден - было подтверждено миром в Като-Камбрези, подписание которого в 1559 году окончило длившиеся с 1494 года Итальянские войны между Империей и Францией [19, с. 314].

По такой же схеме шло развитие Тридцатилетней войны 1618-1648 годов. Особого внимания заслуживает тот факт, что «на первом этапе война носила в основном конфессиональный характер и оставалась преимущественно локальным, «межгерманским» конфликтом» [16, с. 69]. Но стоило только этому ВнПК перерасти в войну, и на смену конфессиональным лозунгам пришла чисто светская борьба между габсбургской и антигабсбургской коалициями [16, с. 69, 75-76].

Наибольшую завершенность получило стороннее вмешательство в поддержку протестантов Империи, еще в 1608-1609 годах образовавших военно-политический союз - Евангелическую унию [16, с. 67; 19, с. 317]. Из-за рубежа унию поддерживали Голландия и Англия; с первой протестанты даже имели договор о взаимопомощи [16, с. 67; 19, с. 320]. Французские короли также, «оказывая предпочтение «государственному интересу» перед интересами религии <…> помогали в соседней стране <…> протестантам, в то же время не желая их полного торжества» [19, 
с. 320]. На этой основе в 1610 году даже был создан франко-англо-голландский союз [16, с. 68].

Результаты участия Голландии и Франции в Тридцатилетней войне полностью оправдали их предвоенную активность. Первая получила всеобщее признание своей независимости [19, с. 146]. Франция же все приобретения - Эльзас, Зундгау и Хагенау - сделала за счет имперских земель [19, с. 328].

В завершение отметим еще один важный прецедент, связанный с событиями, предшествовавшими разделу Речи Посполитой 1772 года. ВнПК в Польше начался еще в конце XVI века в связи с заключением Брестской унии 1596 года и учреждением западнорусской греко-католической церкви. Наступление католицизма приводило к тому, что православные приходы насильно передавались униатам, а само православие было делегализовано Короной*. (*Легальность православия была восстановлена в 1632 г., во многом благодаря присоединению в 1610 г. казачества к антиуниатскому движению.) Однако приверженность православной религии была сохранена значительной частью подданных, а их неполноправие вкупе с ущемлением прав протестантов породило так называемый диссидентский вопрос [6, с. 50-51; 16, с. 119].

С начала XVIII века некогда могущественная Речь Посполитая являлась de facto протекторатом Российской империи. Это в полной мере нашло подтверждение после 1764 года, в период правления Станислава Августа Понятовского [1, с. 32]. Одна из реформ, проведенных королем по требованию России и Пруссии, состояла в предоставлении «диссидентам» свободы вероисповедания и других прав, причем гарантом выполнения этого решения объявлялась российская императрица Екатерина II [16, с. 119]. Подобное нововведение привело к организации в 1768 году частью дворян Барской конфедерации, которая «выступила под лозунгами защиты веры и шляхетских вольностей» [24, с. 345]. Против конфедератов Россией были брошены войска [24, 345]. Характерно, что предлогом для интервенции послужил диссидентский вопрос: именно под знаменем защиты православных единоверцев царские полки выступили против подданных Короны [6, с. 51].

Итогом этих событий стало проведение Россией, Пруссией и монархией Габсбургов первого раздела Польши на основе Петербургской конвенции 1772 года. Стороне, осуществлявшей на данном этапе военных действий внешнее вмешательство, надо сказать, был присущ не только коллективный характер, но и явная неоднородность. Несмотря на то что мятеж конфедератов подавляла российская армия, инициатива разделения Польши, в чем Россия не была заинтересована напрямую, исходила от Пруссии. Россия же была вынуждена идти ей на уступки, вследствие одновременного ведения войны с турками (1768-1774 гг.), в которую, к тому же на стороне Порты, могли вступить сегодняшние союзники, Габсбурги [16, с. 119].

Таким образом, в 1760-х годах внешнее вмешательство вызвало обострение ВнПК в Польше, что привело к появлению Барской конфедерации. Последовавшее далее выступление Российской империи против последней, мотивированное заступничеством за православных жителей Речи Посполитой, по сути, стало началом войны. И хотя боевые действия вела лишь Россия, непосредственные плоды той военной операции - ряд польско-литовских территорий - были собраны ею совместно с Пруссией и монархией Габсбургов.

Конкретика Новейшего времени

Переходя к анализу примеров перерастания ВнПК в войну, приуроченных к Новейшему времени, стоит вновь затронуть активность Германии конца 1930-х годов.

В первую очередь обратим внимание на аншлюс Австрии 12-13 марта 1938 года. ВнПК в Австрии получил ход еще в середине 1934 года, когда австрийские национал-социалисты провалили попытку государственного переворота, после чего были арестованы и осуждены. Тогда Германия не смогла воспользоваться этими событиями из-за сдерживавшей ее обстановки в Европе [17, с. 132-133]. Но именно на подобной почве А.Гитлер 12 февраля 1938 года выдвинул обвиненному им в проведении «антинемецкой политики» австрийскому канцлеру К.Шушнигу требование. Оно состояло в отмене запрета на деятельность партии австрийских нацистов и назначении ее лидера А.Зейсс-Инкварта министром внутренних дел и шефом полиции, а также в амнистировании участников путча 1934 года [17, с. 173]. Выполнение данных требований лишь приблизило момент аншлюса [35, с. 288]. В связи с ультиматумом А.Гитлера 11 марта К.Шушниг уступил место канцлера А.Зейсс-Инкварту, который немедленно направил в Берлин просьбу о вводе войск, отдав австрийской армии приказ не оказывать сопротивления [17, с. 174]. Так, путем косвенной агрессии, в отсутствии какого бы то ни было отпора Германия провела мгновенную войну против Австрии.

К механизму косвенной агрессии Германия прибегла и в ходе присоединения Мемельского края Литвы [17, с. 193]. Еще в марте 1935 года возросшая конфликтность в Мемеле вышла на поверхность в виде скандального процесса по делу немецких националистов, обвиненных в ирредентистском заговоре. Однако лишь после того, как в декабре 1938 года на местных выборах 90% голосов достались нацистам, Германия предъявила «права» на Мемель, апеллируя к принципу национального самоопределения. 23 марта 1939 года Литва дала согласие на передачу края [35, с. 297].

Несравнимо более показательным примером выступает цепь событий в период захвата Германией ВЧСР. Предысторией данной аннексионистской операции выступало учреждение в ВЧСР автономий Словакии и Подкарпатской Руси. Позднее между Прагой и Братиславой возник конфликт, из-за чего земское правительство было распущено, а в регионе введено военное положение [25, с. 419]. Вслед за серией германских провокаций сепаратизма в Словакии [35, с. 295-296] глава местных националистов Й.Тисо 14 марта 1939 года с подачи Германии провозгласил независимость и запросил у Рейха покровительства. Вызванный в тот же день в Берлин Президент ВЧСР Э.Гаха отдал приказ чешской армии не вступать в бой с частями вермахта, занявшими Чехию и Словакию 15 марта [17, с. 192]. Таким образом, косвенной агрессии Германии предшествовали ее активные действия по разжиганию ВнПК в ВЧСР со словацкими националистами в качестве союзной немцам стороны.

Конец 1930-х годов также ознаменовался запутанной ситуацией на международной арене, сложившейся перед оккупацией Венгрией Подкарпатской Руси 14-18 марта 1939 года. Нужно сразу же отметить, что Венгрия задолго до марта 1939 года вынашивала планы присоединить данную область. Так, еще в начале октября 1938 года она перебросила в Подкарпатье часть войск, которые, однако, были полностью пленены чешской армией [30]. Далее Венгрия совместно с Польшей провела на территории Подкарпатской Руси серию диверсий [32; 35, с. 295]. События осени 1938 года достигли кульминации, когда Генштаб Венгрии утвердил на 20 ноября начало захвата Подкарпатья. Но военные действия были отменены из-за демарша Берлина, после чего Венгрия и Польша вернулись к диверсионной практике [30; 32]. Кроме того, по завершении оформления автономии Подкарпатской Руси 10 ноября «геббельсовская пропаганда принялась раздувать миф о «новом украинском государстве» в Карпатах» [17, с. 184].

Изменение конъюнктуры в пользу Венгрии начало вырисовываться ближе к захвату Германией ВЧСР. 12 марта 1939 года Германия дала согласие на оккупацию Венгрией Подкарпатья [32]. В самом Подкарпатье 14 марта премьер-министром А.Волошиным был объявлен суверенитет Карпатской Украины, а также посланы две телеграммы в Берлин - 14 и 15 марта - о «провозглашении самостоятельности под охраной Немецкого Рейха» [12, с. 39]. Поддержка Германии предсказуемо не поступила, а германский консул в Хусте вдобавок посоветовал «не оказывать сопротивления венгерскому вторжению» [12, с. 39]. При этом первые сражения состоялись уже 14 марта [32], а всего за период с 14 по 18 марта карпатские ополченцы провели с венграми свыше 20 боев [12, с. 40]. Так что в случае захвата Венгрией Подкарпатья ни о какой косвенной агрессии говорить не приходится.

Итак, в рассмотренной ситуации нишу стороны-агрессора занимала Венгрия. Однако венгерская агрессия стала возможной благодаря тому, что территория ВЧСР все больше попадала под контроль Германии, а провозгласившая независимость Карпатская Украина становилась лишним претендентом на часть земель исчезавшего государства. Поэтому отправной точкой тех военных действий выступал плохо различимый ВнПК между Карпатской Украиной и Германией. И как раз союзничество с последней позволило Венгрии в условиях марта 1939 года провести оккупацию Подкарпатья.

Нельзя не привести также еще один красноречивый пример трансформации ВнПК в войну из не столь отдаленного прошлого. Очередной ВнПК в Югославии начался в марте 1998 года с вооруженных столкновений между сербской полицией и боевиками «Армии освобождения Косова» (АОК) в одноименном крае [27, с. 184]. «В вооруженные действия постепенно втягивались и части югославской армии. <…> После ввода в Косово в июле-августе 1998 года дополнительных подразделений <…> с тяжелыми вооружениями США ультимативно потребовали от Белграда немедленного прекращения боевых действий» [27, с. 185]. С этого момента косовский ВнПК начал перерастать в войну стран НАТО против Сербии.

Подобно прецеденту первого раздела Речи Посполитой, между сторонами, участвовавшими в той войне, возникли разногласия. Наряду с США, наиболее жесткую позицию по Сербии заняли Великобритания [7, с. 146-147] и Германия [26, с. 330]. Напротив, Франция усиленно пыталась предотвратить интервенцию [26, с. 266]. Однако после безуспешных встреч в Рамбуйе руководство НАТО объявило 24 марта 1999 года о срыве переговоров по Косову и в марте-июне подвергло несколько районов Сербии ракетно-бомбовым ударам. Результатом этой кампании стал полный вывод сербских войск из Косова в июне 1999 года [27, с. 185-186], а в перспективе - преобразование края в de facto независимое государство.

Заключение: ряд аспектов прошлого, 
настоящего и будущего войны

Итак, подытоживая проведенное исследование, можно с уверенностью утверждать, что, хотя ВнПК и войну объединяет принадлежность к процессам политической природы, различий между ними гораздо больше. В отличие от ВнПК, всегда ориентированного внутрь социальной системы, которая была им поражена, война неизменно инициируется за пределами стороны-агрессора. К направленности войны тесно примыкает и ее априорная экстенсивность. Коль скоро война выносится агрессором за свои границы, то последний изначально намеревается, в общем случае, обогатиться территориально за чужой счет. ВнПК же, как мы продемонстрировали на примере Шотландии, может протекать и чисто мирным, интенсивно-политическим путем.

Захватнический характер войны не перестает быть ей присущ, даже если она принимает форму косвенной агрессии. Последнее определенно становится возможным лишь при очевидной несопоставимости военного потенциала противников*. (*Военный потенциал не следует сводить только лишь ко всему, что связано с войсками. Неоценимые преимущества в войне могут также дать географические и социальные особенности мест ее ведения. Одним из подтверждений этому служит упомянутая выше десятилетняя военная кампания СССР в Афганистане.) В пользу этого свидетельствуют не только приведенные выше прецеденты. Так, в начале Второй мировой войны, после выдвинутого 9 апреля 1940 года Берлином Копенгагену и Осло ультимативного требования подчиниться «мирной оккупации», Дания практически не оказала сопротивления германскому вторжению. Однако рассчитывавшая на поддержку Великобритании (и в итоге получившая ее) Норвегия заставила Германию расчехлить орудия [25, с. 102].

Экстенсивно-политическая сущность войны не должна вступать в противоречие с аналогичным характером условий, в которых война развивается. В свете этого крайне важны прецеденты Венских арбитражей. Они доказывают, что и агрессивный союзник готов невоенным образом сдерживать инициатора передела территорий от начала настоящих военных действий - даже в теории лишь отчасти прогнозируемых, - если первому выгоден предсказуемый исход.

В контексте закономерности о сущности и условиях войны несколько парадоксальным предстает механизм косвенной агрессии, поскольку он заведомо включает формально мирную, дипломатическую подготовку военной акции. Тем не менее такая подготовка - в виде выдвижения требований и запугивания - всецело подчинена конечной цели агрессора и не связана с наличием у него альтернативного взгляда на разрешение проблемы.

Наконец, сколько бы война ни длилась, в ходе нее всегда будет господствовать лишь одна из сторон, что резко отличает войну от КМИ. Этот тезис хорошо соотносится с утверждением о присутствии в войнах переломных этапов. Таковы Сталинградская и Курская битвы для Великой Отечественной войны, сражение у Геттисберга для Гражданской войны в США и освобождение Орлеана в 1429 году для Столетней войны. КМИ, напротив, связан с изначально достигаемым фактическим паритетом противников. Завершается такой конфликт, как правило, опять же по специфическим причинам: это истощение, как минимум, одной из сторон и достижение возможности решить проблемы путем переговоров.

Вышеизложенное указывает на то, что использование термина «война» в научных материалах явно требует большей избирательности и строгости. Вместе с тем необходимо признать значительную устойчивость таких обозначений, как «гражданская война» и «национально-освободительная война», отражающих на самом деле формы ВнПК. Широкое применение подобных терминов, по-видимому, связано с присутствием в них слова «война», что делает их ориентированными на отражение средств, используемых в соответствующих конфликтах. Образно выражаясь, такие термины больше передают то, что лежит на поверхности, но искажают при этом сущность описываемых процессов.

Данное противоречие возможно преодолеть посредством понимания термина «война» в узком и широком смысле. В широком смысле термином «война» может обозначаться любое решаемое экстенсивно-политическими методами противостояние, развивающееся в том числе внутри государства. Понимание же термина «война» в узком смысле должно быть связано с его отнесением только к межгосударственным конфликтам с одним субъектом-агрессором, который действует в обстановке, лишенной всякого налета политики мирного времени.

Помимо обозначенных вопросов, война также связана с рядом проблем общего характера, обращение к которым еще долго будет оставаться делом оправданным и актуальным. Одну из них, равно как и проблему самого смысла ведения войны, мы бегло уже затронули. Это проблема распоряжения результатами военной кампании, на судьбе которых может сказаться не только позиция агрессора. Так, разобранный пример первого раздела Польши показал, что Российская империя не желала пересматривать земельный статус-кво, хотя непосредственное вмешательство 1768 года именно ею было и подготовлено, и осуществлено. Однако результаты операции Россия была вынуждена определять совместно с Пруссией и Габсбургами.

Несравнимо более важной выступает проблема последствий войны для развязавшего ее государства. И здесь нужно обратить внимание на поистине классический прецедент - уже упомянутые Итальянские войны 1494-1559 годов.

Итальянские войны представляли собой подлинный КМИ, поскольку поверх традиционной вражды итальянских государств легли военные вторжения французов и Габсбургов [19, с. 168]. Ни о каком стремлении интервентов к поддержанию баланса сил речь не шла: Апеннинский полуостров вплоть до появления французов служил примером образцового политического равновесия [15, с. 79]. Начатые Францией под предлогом притязаний на «Анжуйское наследство» походы в Италию носили военно-колонизационный характер: это было типичное ограбление войной под предводительством французского дворянства. Примерно такие же цели преследовали и Империя с Испанией, вмешавшиеся в конфликт уже весной 1495 года [19, с. 168-170, 313-314]. В итоге, несмотря на небольшое пополнение в землях, Итальянские войны оказались для Франции бесплодными: «мир в Като-Камбрези закрепил прямое господство или влияние Испании на значительной части Апеннинского полуострова» [19, с. 171]. Однако бесславная война вдобавок стала одной из главных причин развития в самой Франции длинной цепочки ВнПК [19, с. 236-238].

Уже в 1560 году Франция начала погружаться в Религиозные войны, шедшие во главе с феодальной аристократией вообще и гугенотами как авангардом [19, с. 235]. В конце XVI века этот ВнПК даже перерос в КМИ* (*В данном случае говорить о КМИ, даже принимая во внимание специфику Позднего Средневековья, опять же уместно. Такой вывод следует хотя бы из учета позиции Испании – чуть ли не главного проводника контрреформации, жаждавшего изничтожить протестантизм и воплотить в жизнь идею об универсальной католической империи. Как видно, о равновесии сил Испания в те годы и не помышляла.) после того, как в 1591 году Испания послала войска на помощь католикам, в то время как протестанты еще с конца 1570-х годов получали поддержку единоверцев из-за рубежа (прежде всего из Германии). Конфликт был окончен лишь в 1598 году с изданием Нантского эдикта и заключением франко-испанского мира [16, с. 58; 19, с. 239-241]. Аристократия вновь подняла голову после Генеральных штатов 1614 года, инициировав очередной виток гражданских распрей. Успевшая укрепить позиции Корона сумела обуздать феодальную вольницу уже к 1629 году [19, с. 244]. Вместе с тем усиление королевской власти достигалось ценой чрезвычайного роста налогов, что имело результатом серию крестьянских восстаний: в Керси (1624 г.), юго-западных провинциях (1636-1637 гг.) и Нормандии (1639 г.) [19, с. 246]. Наконец, последние ВнПК в доабсолютистской Франции - Фронды 1648-1649 и 1650-1653 годов - представляли лишь подобие сопротивления [24, с. 107].

Но война может начать бить по своему инициатору еще до вывода его войск с чужой территории. Таковы печальные последствия советского вмешательства в афганский конфликт. Среди них - общие безвозвратные потери ВС СССР в 14 453 человека, истощение бюджета, подрыв международных позиций СССР и его самого как государства [40, с. 156]. Сверх этого, СССР, а затем и Россия столкнулись с долгосрочными последствиями той кампании. Это, во-первых, непомерно возросшая «нарконагрузка». По данным ООН, в конце 2000-х годов Россия, на территории которой ежегодно потреблялось более 20% афганского героина (75-80 т), лидировала в мире по потреблению этого наркотика [29]. При этом именно в период войны традиционная аграрная экономика Афганистана превратилась в наркоэкономику [40, с. 157]. Во-вторых, Россия лишилась нейтральной страны у границ Средней Азии [40, с. 157], но обрела присутствие военно-стратегического конкурента под боком. На современном этапе размещение войск НАТО в Афганистане было продлено после заключения в 2014 году Кабулом и Вашингтоном договора, по которому с 2015 года в стране осталось порядка 12,5 тыс. иностранных военных (из них около 9,8 тыс. - американцы) [2]. И хотя полный вывод войск ожидался в 2016 году [2], сохраненный контингент военнослужащих США в 2017 году не только продолжал дислоцироваться в Афганистане, но и был укрупнен [14].

На приведенных нами фундаментальных вопросах войны они не заканчиваются, однако и их достаточно, чтобы утверждать: война - это всегда многочисленные сложности и риски для каждой из сторон. Поэтому неудивительно, что на сегодня состоявшимся фактом является постепенный уход европейских государств* (*Как относительное исключение здесь выступают страны Юго-Восточной и Восточной Европы. На это указывает, в частности, затронутая нами война стран НАТО против Сербии. Тем не менее это исключение составлено участком европейской периферии, многие века развивавшимся отлично от европейского центра.) в период с 1815 по 1945 год от ведения войн между собой. В данном ключе важнейший прецедент был создан в 1974 году, когда хунта Греции, спровоцировав в середине июля военное вторжение на Кипр Турции, попыталась развязать войну против последней. Греческая армия отказалась воевать с союзником по НАТО, что вылилось в массовые демонстрации и уход 23 июля с политической арены самих «черных полковников» [27, с. 93]. Так что ныне в Европе скорее состоится падение правительства, нежели начало войны.

Однако даже в Европе война не была забыта. И дело не только в войнах европейцев на стороне. Современный мир все чаще начал сталкиваться с тем, что было нами обозначено как неоэкстенсивно-политические процессы [9, с. 22]. Таковые представляют «решение этнополитических проблем военными методами через объявление основных акторов этнополитических конфликтов террористами» [9, с. 22]. В итоге при обращении основного актора к праву национальностей на самоопределение агрессия будет направляться внутри формально единого государства против полусуверенного политического субъекта. И если международное право стоит на страже интересов вновь образуемых государств, то новейшее уголовное законодательство развитых стран позволяет наградить их клеймом рассадников терроризма [9, с. 22]. Конкретные следствия этого - ситуации в Северной Ирландии и на Донбассе [6, с. 46]. Заметим, что неоэкстенсивно-политические методы могут применяться не только постфактум, но и превентивно. Так, во время событий осени 2017 года в Каталонии приемы, весьма напоминающие обозначенные, были использованы правительством Испании в попытке пресечь проведение референдума о независимости [39].

Таким образом, на сегодня ВнПК и война служат основой не только для целого ряда проблем, напоминающих о себе не одно десятилетие, но и для совершенно новых вопросов, требующих дальнейшего изучения.

 

Список использованных источников

1. Аржакова Л.М. Диссидентский вопрос и падение Речи Посполитой (дореволюционная отечественная историография проблемы) // Петербургские славянские и балканские исследования. 2008. №1 (3). С. 31-39.

2. Афганистан и США подписали соглашение по безопасности // http://www.bbc.com/ukrainian/ukraine_in_russian/2014/09/140930_ru_s_afghanistan_us_agreement (дата обращения: 19.11.2017).

3. В Мали начались переговоры центрального правительства и туарегов // https://www.rbc.ru/rbcfreenews/20130607055110.shtml (дата обращения: 08.11.2017).

4. Васильев В.А. Базовая схема управления этнополитическими конфликтами (Часть вторая. Историко-материалистические основания) // Научная дискуссия: вопросы социологии, политологии, философии, истории. №4 (44): сб. ст. по матер. XLIX междунар. науч.-практ. конф. / Отв. ред.: Н.Р.Красовская. М.: Интернаука, 2016. С. 155-179.

5. Васильев В.А. Базовая схема управления этнополитическими конфликтами (Часть первая) // Вестник Самарского университета. Серия «Экономика и управление». 2016. №1. С. 126-139.

6. Васильев В.А. Грекокатолицизм как один из компонентов украинского национализма // Россия и современный мир. 2014. №3 (84). С. 46-55.

7. Васильев В.А. Движение за независимость Шотландии. Ретроспективный анализ и современное состояние // Свободная мысль. 2014. №5 (1647). С. 135-148.

8. Васильев В.А. Семантический критический анализ категорий «люди» и «гражданин» // Научная дискуссия: вопросы социологии, политологии, философии, истории. №6 (35): сб. ст. по матер. XXXIX междунар. заоч. науч.-практ. конф. / Отв. ред.: Е.Ю.Бутакова. М.: Интернаука, 2015. С. 37-100.

9. Васильев В.А. Управление этнополитическими конфликтами: характеристика основных технологий // Казанский социально-гуманитарный вестник. 2017. №1 (24). С. 19-24.

10. Воин // http://www.endic.ru/fasmer/Voin-2732.html (дата обращения: 01.11.2017).

11. Волков В. Шотландия отложила подготовку референдума о независимости // http://p.dw.com/p/2fVb4 (дата обращения: 11.11.2017).

12. Гай-Ныжнык П.П. Карпатская Украина в 1939 году как одна из «разменных монет» Мюнхенского договора // Западная Белоруссия и Западная Украина в 1939-1941 гг.: люди, события, документы. СПб.: Алетейя, 2011. С. 25-42.

13. Декларация о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета // http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/inadmissibility_of_intervention.shtml (дата обращения: 17.10.2016).

14. Дунаевский И. Трамп рвется в бой. США продолжат войну в Афганистане // https://rg.ru/2017/08/22/tramp-rasskazal-o-reshenii-ostavit-vojska-ssha-v-afganistane.html (дата обращения: 19.11.2017).

15. Зонова Т.В. Вестфальская система // Вестник МГИМО - Университета. 2008. №1. С. 78-80.

16. История международных отношений: В трех томах / Под ред. А.В.Торкунова, М.М.Наринского. М.: Аспект Пресс, 2012. Т. 1: От Вестфальского мира до окончания Первой мировой войны. 400 с.

17. История международных отношений: В трех томах / Под ред. А.В.Торкунова, М.М.Наринского. М.: Аспект Пресс, 2012. Т. 2: Межвоенный период и Вторая мировая война. 496 с.

18. История международных отношений: В трех томах / Под ред. А.В.Торкунова, М.М.Наринского. М.: Аспект Пресс, 2012. Т. 3: Ялтинско-Потсдамская система. 552 с.

19. История средних веков: В 2-х т. / Под ред. З.В.Удальцовой и С.П.Карпова. М.: Высш. шк., 1991. Т. 2. 400 с.

20. Итоги референдума о независимости Шотландии // http://inosmi.ru/infographic/20140920/223118735.html (дата обращения: 19.10.2016).

21. Командующий ливийской армией попросил у России военной помощи // https://ria.ru/world/20170814/1500316477.html (дата обращения: 05.11.2017).

22. Косухин Н.Д. Этнополитические конфликты в Африке: истоки и типология. Часть II // Вестник РУДН. Серия: Политология. 2011. №2. С. 17-27.

23. Львов П. Сирия: режим быстро слабеет // http://weandworld.ru/asia/1550-siriya-rezhim-bystro-slabeet.html (дата обращения: 09.11.2017).

24. Новая история стран Европы и Америки / Под ред. И.М.Кривогуза. М.: Дрофа, 2005. 909 с.

25. Новейшая история стран Европы и Америки: XX век: 
В 3-х ч. / Под ред. А.М.Родригеса и М.В.Пономарева. М.: Гуманит. изд. Центр ВЛАДОС, 2001. Ч. 1: 1900-1945. 464 с.

26. Новейшая история стран Европы и Америки: XX век: 
В 3-х ч. / Под ред. А.М.Родригеса и М.В.Пономарева. М.: Гуманит. изд. Центр ВЛАДОС, 2001. Ч. 2: 1945-2000. 336 с.

27. Новейшая история стран Европы и Америки: XX век: 
В 3-х ч. / Под ред. А.М.Родригеса и М.В.Пономарева. М.: Гуманит. изд. Центр ВЛАДОС, 2001. Ч. 3: 1945-2000. 256 с.

28. Оганджанов И. Ливия: пять лет хаоса // http://weandworld.ru/asia/1701-liviya-pyat-let-haosa.html (дата обращения: 05.11.2017).

29. ООН: Россия занимает первое место в мире по потреблению героина // https://rg.ru/2009/10/22/geroin-anons.html (дата обращения: 18.11.2017).

30. Пеганов А.О. Чехословацко-венгерские переговоры в ноябре 1938 - марте 1939 г. о реализации Венского арбитражного решения // Российские и славянские исследования. 2009. №4 // http://www.rsijournal.net/chexoslovacko-vengerskie-peregovory-v-noyabre-1938-marte-1939-g-realizacii-venskogo-arbitrazhnogo-resheniya (дата обращения: 21.10.2016).

31. Сальков А.П. СССР и второй Венский арбитраж. Дипломатические оценки результатов и последствий // Белорусский журнал международного права и международных отношений. 2003. №3 // http://evolutio.info/index.php?option=com_content&task=view&id=885 (дата обращения: 21.10.2016).

32. Сацкий П. Карпатская Украина: «морковь перед ослами» в центрально-европейской «большой игре» // http://inosmi.ru/world/20130625/210372899.html (дата обращения: 23.10.2016).

33. Семушин Д. Франция в Мали расплачивается за интервенцию Запада в Ливию // http://weandworld.ru/defence/909-franciya-v-mali-rasplachivaetsya-za-intervenciyu-zapada-v-liviyu.html (дата обращения: 07.11.2017).

34. Сирийская армия взяла под контроль последний оплот «ИГ» // http://zavtra.ru/events/sirijskaya_armiya_vzyala_pod_kontrol_poslednij_oplot_ig (дата обращения: 13.11.2017).

35. Системная история международных отношений в двух томах / Под ред. А.Д.Богатурова. М.: Культурная революция, 2007. Т. 1: События 1918-1945 годов. 480 с.

36. Сочинский формат: Путин, Эрдоган и Роухани провели переговоры по Сирии // https://ria.ru/syria/20171123/1509395837.html (дата обращения: 25.11.2017).

37. Устав ООН. Глава I // http://www.un.org/ru/sections/un-charter/chapter-i/index.html (дата обращения: 17.10.2016).

38. Филиппов В. Война в Мали: тень Елисейского дворца // Международная жизнь. 2013. №4. С. 36-56.

39. Хроника кризиса в Каталонии // http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4682912 (дата обращения: 21.11.2017).

40. Шило Н.И. Афганистан 30 лет спустя. Последствия ввода советских войск в ДРА для страны и региона // Вестник МГИМО - Университета. 2010. №2. С. 153-161.

41. Agreement between the United Kingdom Government and the Scottish Government on a referendum on independence for Scotland // http://www.gov.scot/Resource/0040/00404789.pdf (дата обращения: 19.10.2016).

42. Morris B. 120,000: SNP membership hits record level after post-Brexit surge // http://www.thenational.scot/news/14904031.1 (дата обращения: 11.11.2017).

43. Our Party // http://www.snp.org/our_party (дата обращения: 19.10.2016).

44. Schrader L. Ethnopolitische Konflikte // http://www.bpb.de/54504 (дата обращения: 15.10.2016).

45. Schreiber W. Innerstaatliche Kriege seit 1945 // http://www.bpb.de/54508 (дата обращения: 14.10.2016).

46. Syria crisis: Where key countries stand // http://www.bbc.com/news/world-middle-east-23849587 (дата обращения: 09.11.2017).

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481660 Вячеслав Васильев


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481659 Анатолий Филатов

Модели американской политической конфликтологии в условиях современных международных кризисов

Анатолий Филатов, Доцент кафедры политических наук и международных отношений философского факультета Таврической академии Крымского федерального университета им. В.И.Вернадского, кандидат философских наук

Во второй половине ХХ столетия в США в политической конфликтологии как отрасли политической науки и прикладной дисциплине, специалисты которой консультируют правительственные круги, можно выделить две модели, которые по содержанию прямо оппонируют друг другу. А исходя из того, что авторы этих моделей не просто влияли, а зачастую предопределяли внешнеполитический курс Соединенных Штатов, мы можем говорить и о формировании на их (моделей) основе направлений американской внешней политики.

Отсюда есть резон предполагать, что описание, характеристика и оценка теоретических моделей политической конфликтологии в США и их применение в рамках практической/прикладной политической конфликтологии, непосредственно сопряженной с внешнеполитической деятельностью, имеют большое значение не только для научного круга, но и для государственных учреждений, действующих в системе международных отношений. А с учетом того, что Российская Федерация сейчас активно и, главное, эффективно возвращает себе статус одного из основных геополитических субъектов, чему всячески препятствуют США, уверовавшие за последние 26 лет в однополярный мир и свое господство в нем, и что неизбежны вследствие этого внешнеполитические конфликты между нашими странами, отмеченная проблема становится весьма злободневной и актуальной для мирового сообщества.

Речь в данном случае идет о переговорной модели разрешения конфликтных ситуаций и принудительной. Первая модель разрабатывалась лингвопсихологом и математиком Анатолем (Анатолием Борисовичем) Рапопортом, правоведом Роджером Фишером, социальным антропологом Уилльямом Юри и др. Наиболее типичным и видным представителем принудительной модели разрешения конфликтов был экономист Томас Шеллинг. Следует обратить внимание на то, что обе модели политической конфликтологии разрабатывались не политологами, а учеными других отраслей знания. В этом контексте такие модели, располагаемые в формате политической науки, имели прежде всего прикладное значение, практическое целеполагание. Собственно сфера занятости отмеченных авторов говорит об их непосредственной включенности в реальные политические процессы, имеющие выход на систему международных отношений: Р.Фишер был консультантом Министерства обороны и правительственным советником США, У.Юри - консультантом в Центре управления кризисами в Белом доме, Т.Шеллинг - одним из разработчиков американской доктрины ядерного сдерживания.

По основным параметрам переговорная модель строится на основе того, что стороны конфликта должны искать возможности соблюдения своих интересов и в случае необходимости быть готовыми к определенным компромиссам, не нарушающим их базовые интересы, но при этом избегать противопоставления позиций, что провоцирует нагнетание конфликта. В своей совместной работе Р.Фишер и У.Юри отмечают, что, «когда участники переговоров спорят по поводу позиций, они обычно сами ограничивают себя рамками этих позиций. Чем больше вы проясняете свою позицию и защищаете ее от нападок, тем больше вы себя с ней связываете. Чем больше вы пытаетесь убедить другую сторону в невозможности изменить свою первоначальную позицию, тем труднее становится это сделать для вас. Ваше «я» отождествляется с вашей позицией. У вас появляется новая заинтересованность в «спасении лица» - в примирении будущего действия с прошлыми позициями, - что делает все более и более невозможным достижение любого соглашения, которое в разумной степени примиряет первоначальные интересы сторон»; «спор по поводу позиций приводит к неразумным соглашениям», заключают авторы [1, с. 22]. По сути дела, переговорная модель ориентирует на равнозначимость и равноправие участников конфликта и подводит их к статусу партнеров. В крайнем случае, стремится создать почву по выходу из конфликта его сторон в пространство партнерских отношений. В сущности, конфликт в рамках переговорной модели рассматривается в качестве элемента почти что сотрудничества и уж точно партнерства.

Принудительная модель разрешения конфликта акцентирует усилия не на поиске компромисса путем сопоставления интересов сторон, а на отстаивании своей позиции и выборе поведения, которое обеспечит победу. Именно на это обращает внимание Т.Шеллинг: «Изучение сознательного, разумного и сложного конфликтного поведения, основная задача которого - успех, похоже на поиск правил «правильного» поведения в смысле достижения выигрыша в соперничестве» [2, с. 15]. Нельзя сказать, что принудительная модель вовсе исключает компромисс как инструмент разрешения конфликта, однако понимает его своеобразно - «либо вести военные действия способом, минимизирующим этот ущерб, либо сдерживать врага угрозой войны, не начиная ее». Поэтому стратегия конфликта «связана не с эффективным применением силы, а с использованием силового потенциала», причем «она имеет дело не только с врагами, ненавидящими друг друга, но и партнерами, не доверяющими друг другу или несогласными друг с другом» [2, с. 17].

Так же, как и компромисс, принудительная модель сохраняет использование переговоров в процессе разрешения конфликтов, но они понимаются как торг - либо с уступками одной из сторон, либо «в виде безмолвных маневров, когда, например, одна из сторон занимает или освобождает стратегически важную территорию» [2, с. 18]. Переговоры при такой раскладке являются элементом конфликта (в т. ч. и на международном уровне) и трактуются как взаимоотношения победителя и побежденного, подводящие к достижению односторонней победы на основе силового фактора. Естественно, что, по мнению Т.Шеллинга, уступки США в международных делах должны делать другие страны. В любых трактовках принудительная модель уповает на соперничество и достижение выигрыша или победы в нем одной из сторон, даже компромисс подчиняя этим целям и таким образом исключая de facto возможности партнерства и тем более сотрудничества. (Стоит заметить, что реализация принудительных сценариев конфликтов используется во внешней политике США в последние десятилетия не только в отношении тех стран, которые объявлены врагами «демократии», но и по отношению к тем, которых американское правительство относит к категории своих «партнеров».)

Вряд ли можно утверждать, что между представителями этих моделей велась сколь-либо острая полемика научного и тем более широкого публичного характера. Разве что в начале 60-х годов прошлого столетия, как отмечает В.А.Кременюк в Предисловии к книге Р.Фишера и У.Юри «Путь к согласию, или Переговоры без поражения», А.Рапопорт подверг сомнению попытку Т.Шеллинга подвести все конфликты под единую универсальную схему, когда переговоры в лучшем случае становятся лишь инструментом в силовом способе разрешения конфликта: «Профессор А.Рапопорт, работавший в 60-е годы в Центре по урегулированию конфликтов при Мичиганском университете (Анн-Арбор)… еще с начала 60-х годов, полемизируя с Т.Шеллингом, убедительно доказал, что нельзя все конфликты подгонять под единую универсальную схему: есть конфликты типа «схваток», когда противников разделяют непримиримые противоречия и рассчитывать можно только на победу; есть конфликты типа «дебатов», где возможен спор, возможны маневры, но в принципе обе стороны могут рассчитывать на компромисс; есть конфликты типа «игр», где обе стороны действуют в рамках одних и тех же правил, поэтому они никогда не завершаются и не могут завершиться разрушением всей структуры отношений» [1, с. 9].

В разные периоды современной американской истории одна из этих моделей становилась доминирующей в выработке подходов к международным конфликтам во внешней политике США. В 1960 году Т.Шеллинг издал книгу «Стратегия конфликта», которая потом неоднократно переиздавалась. В ней была озвучена мысль о том, что любой локальный международный конфликт является следствием и проявлением глобального конфликта между Западом и Востоком, между США и СССР. Исходя из этого, с точки зрения автора, должны строиться отношения США с остальным миром вообще и Советским Союзом непосредственно. Такой подход к международным делам США пытались реализовать в период Карибского кризиса в октябре 1962 года.

После неудачи в стремлении подавить СССР в геополитическом конфликте и после поражения в войне с Вьетнамом американское правительство взяло на вооружение переговорную модель разрешения конфликтов с советским правительством. Но при этом не отказывалось и от использования принудительной модели. Их сочетание, надо сказать - умелое и эффективное, привело в конце 1980-х годов к успехам США и их союзников в переговорах с М.Горбачевым, возглавлявшим тогда СССР. Безусловно, развал Советского Союза не стал результатом американских усилий, причины в системном и цивилизационном кризисе коммунистического режима, но свою лепту в этот процесс США внесли и свою выгоду получили.

Причем на фоне социально-политического кризиса и системной дезорганизации в СССР американцы посчитали, что именно принудительная модель разрешения конфликтов является наиболее оптимальной для них и успешной. С середины прошлого века американское правительство в своей внешнеполитической деятельности руководствуется технологиями, моделями, концепциями, идеологемами и мифологемами, которые создаются учеными и аналитиками исследовательских центров Соединенных Штатов. Можно, конечно, предположить, что сама администрация Президента США (в разных ее форматах) определяла направленность и характер таких разработок, но с учетом того, что партийная принадлежность президентов и большинства в Конгрессе менялись, а разработки готовились и внедрялись вне зависимости от этого, то правильнее предполагать, что они инициировались и курировались (как разработки, так и разработчики) более влиятельными силами в США, чем американское правительство, которому во главе с очередным президентом отводилась роль исполнителя схем, нарисованных политическими технологами. И это касается не только истории с принудительной моделью конфликтологии.

В начале 1990-х годов в недрах Брукингского института, работающего для правительства США и созданного в 1916 году Р.Брукингсом под названием Институт правительственных исследований, родилась идея ретушировать и вообще нивелировать стандарты Ялтинско-Потсдамского мира, закрепленные Хельсинкскими соглашениями 1975 года. Эта идея воплотилась в мифологему так называемого Вестфальского мира, который якобы узаконивает формирование национальных суверенных государств, но тут же было заявлено, что к концу ХХ столетия Вестфальская система международных отношений исчерпала себя и ей на смену должен прийти некий Поствестфальский мир, определяющий образование наднациональных структур, которые будут регулировать международную деятельность всех национальных государств. Естественно под протекторатом США. О чем недвусмысленно заявили в своей публикации сотрудники Брукингского института И.Х.Даальдер и Д.М.Линдсэй, сославшись на то, что процессы глобализации предполагают господствующую позицию США в современном мире [3].

Это было сделано с целью оправдать развал СССР, перекройку европейских границ, что было прямым нарушением Ялтинского мироустройства и Хельсинкских договоренностей. В связи с этим, чтобы ретушировать значение Ялтинского мира, и углубились в историческое событие, знаменовавшее окончание Тридцатилетней войны, произошедшее в двух городах земли Вестфалии Священной Римской империи германской/тевтонской нации - Мюнстере и Оснабрюкке 15 мая и 24 октября 1648 года соответственно. Событие, обозначенное как Вестфальский мир.

Следует сказать, что даже с исторической точки зрения Вестфальские соглашения не имели приписываемой им значимости для европейского мироустройства того периода, не говоря об их политической актуальности для конца ХХ - начала XXI века [4]. К тому же на миф о Вестфальском мире был нанизан еще один миф о мире Поствестфальском. И все это было сделано с целью сначала как бы обосновать выделение из состава СССР национальных государств (причем дозированно только тех, кто готов был признать покровительство США, и непризнание тех, кто это делать не желал), а затем закрыть «парад суверенитетов» наднациональными структурами, курируемыми США.

Другой пример подобного рода и того же производства (Брукингского института, основной темой исследований которого со времен холодной войны является Советский Союз и с 1990-х годов - Российская Федерация) - это проект сотрудников Брукингского института Ф.Хилл и К.Гэдди, разработанный предположительно в конце 1990-х годов, который в 2003 году был изложен в виде книги под названием «Сибирское проклятье: как коммунистические плановики заморозили Россию» (The Siberian Curse: How Communist Planners Left Russia Out in the Cold).

Надо сказать, что это и подобные исследования весьма специфические и больше напоминают политтехнологические проекты, направленные на развитие и упрочение американского влияния в мире, подавление геополитических конкурентов США. Специализация авторов проекта - доктора истории Фионы Хилл и доктора экономики Клиффорда Гэдди - подчеркнуто указывает на то, что политические выводы американских ученых являются как бы результатами исторического и экономического анализа и демонстрируют якобы отдаленность исследования от политической и геополитической проблематики. Однако эта акцентация не позволяет скрыть того, что Фиона Хилл в 1991 году получила степень магистра по советологии, а до этого стажировалась в Московском государственном педагогическом институте иностранных языков им. Мориса Тореза (ныне Московский государственный лингвистический университет), где изучала русский язык.

Сюжет книги достаточно простой и сводится, по сути дела, к трем основным тезисам: 1) Россия не в состоянии освоить Сибирь, и продолжение хозяйственной деятельности на восток от Урала грозит ей экономической катастрофой, 2) правительство Российской Федерации должно обеспечить переселение населения Сибири в европейскую часть страны и заняться там интенсификацией производства за счет новых ресурсов и 3) передать Сибирь под протекторат США, которые будут гарантами от возможного посягательства на сибирские территории со стороны Китая [5].

Политическая, даже геополитическая ангажированность книги подтверждается ее оформлением и последующим продвижением тиража. На обложке книги «Проклятье Сибири» (встречается и такой перевод на русский язык) напечатано несколько положительных отзывов Дж.Сакса, Р.Пайпса и 3.Бжезинского. Предисловие написал сам президент Брукингского института С.Тэлботт, бывший заместитель госсекретаря США и главный специалист по России у Президента Б.Клинтона. В нем он, по сути, отвечает на вопрос, который задают в книге авторы Ф.Хилл и К.Гэдди, когда пишут: «Что произойдет, если Россия не сможет разрубить гордиев узел своего исторического багажа; если Россия будет не в состоянии «сжаться», в переносном смысле, и «согреться»? [5, с. 191-192]. Сами авторы дают весьма сдержанный и завуалированный ответ: «Если не будет признана необходимость уменьшения размеров городов на востоке, соблазн продолжить рассматривать Сибирь как основу экономического развития России только усилится. Это худший сценарий развития» [5, с. 192].

Сам С.Тэлботт, правильно прочитав подтекст размышлений Ф.Хилл и К.Гэдди, прямо указывает: «Российские лидеры должны полностью сжиться с идеей «европейской России» - Россией, в которой население и экономическая активность концентрируются на запад от Уральских гор, ближе к Европе и ее рынкам. Это означает, что Москва должна поддерживать и обеспечивать желание населения мигрировать из Сибири и поощрять людей уезжать из крупнейших сибирских городов, а не только из наиболее отдаленных городов и деревень» [6]. Тем самым С.Тэлботт дает понять, что книга рассматривается прежде всего как инструкция для российской власти.

Примечательно, что Фиона Хилл, сохраняющая статус научного сотрудника Брукингского института, 28 марта 2017 года была назначена на должность старшего директора по Европе и России в Совете национальной безопасности администрации Президента Д.Трампа. При этом отмечается, что Хилл является регулярным критиком В.Путина [7]. Здесь следует уточнить, что Ф.Хилл не просто критик действующего Президента Российской Федерации, но и открытый недоброжелатель России. Этот нюанс говорит о том, что и при Д.Трампе внешняя политика США по-прежнему остается антироссийской, несмотря на иллюзии некоторых «любителей» нового американского президента из числа политиков Российской Федерации.

В результате напрашивается промежуточный вывод о том, что США последние 30 лет активно занимаются перекройкой границ в угоду своим собственным геополитическим интересам. Но против интересов России. Проект Брукингского института по «освобождению» Сибири от русских - пример того же порядка. Возможные международные соглашения в конце ХХ века в развитие Хельсинкских договоренностей были для американцев невыгодными, так как повлекли бы за собой определенные обязательства и новые международные правила. К тому же была вероятность, что многие переделы границ - по Сербии (отделение Косова) и по бывшим советским республикам (выход из состава Союза без референдумов в автономных образованиях) - американским сателлитам реализовать бы не удалось. Получается, что США продвигают территориально-государственные изменения в своих геополитических интересах «тихой сапой». А значит, тем же методом осуществляют одностороннюю ревизию тех соглашений, которые определяли европейские границы во второй половине ХХ столетия, Ялтинских в том числе и прежде всего.

Однако то ли по простоте душевной, то ли вследствие технологической ошибки США допустили серьезные изъяны в созданной ими в 1990-х годах геополитической конструкции. Она стала похожей на сборные американские дома, в которых живет большинство населения Штатов и которые при первом сильном ветре рушатся, как карточные домики. И пусть эти промахи были бы сугубо американским делом, если бы не шаткость мирового порядка, которая стала следствием этой так называемой «реалполитик». Все границы в Европе, возникшие после 1990 года, не имеют международного правового обоснования, не скреплены международными соглашениями и договорами и могут быть подвергнуты сомнению в любой момент.

Возможные ссылки на решения ООН в данном случае не работают, потому что Организация Объединенных Наций является институтом, который создавался «для поддержания и укрепления международного мира и безопасности, развития сотрудничества между государствами». То есть для сохранения международного порядка, а не для его изменения. Более того, ООН формировалась в ходе Второй мировой войны и возникла как международный институт, действующий для сохранения послевоенного мира.

В конечном итоге суть сводится к тому, что передел Европы, произошедший в 1990-х годах, не скреплен международными соглашениями, соответствующими тем, что были заключены на Парижской мирной конференции по итогам Первой мировой войны и на Ялтинской и Потсдамской конференциях по итогам Второй мировой войны. А это означает, что как новые государства, так и новые европейские границы, возникшие за последние два с небольшим десятилетия, можно рассматривать с точки зрения международного права как временные и даже в качестве территориальных изменений, которые характерны для традиционных военных действий. Пока война не закончена, пока мирные соглашения не подписаны никакой правовой основы существующих границ быть не может.

Из этого следует, что не только все государственные образования, возникшие на протяжении 1990-х и 2000-х годов, являются временными и не имеющими международного правового обоснования, но и правовые механизмы, действующие внутри этих образований, ничем, по сути, не отличаются от норм административного управления на оккупированной территории. Как известно, во время Второй мировой войны нацистская Германия, захватывая территории Франции, Нидерландов или Советского Союза, не только создавала новые государственные образования, но и устанавливала на оккупированных территориях ограничительные для местного населения порядки по их административному управлению.

Сейчас подобную картину мы наблюдаем в Латвии и Эстонии, где значительная часть населения лишена права гражданства и по правовым условиям находится фактически в оккупационном окружении. Недавно на Украине был принят закон, навязывающий украинский язык всем гражданам со школьной скамьи и направленный прежде всего против значительной части русскоязычных граждан этого государственного образования, который является не иначе как языковым геноцидом.

К числу проблемных государственных образований, возникших после 1990 года, следует отнести и Европейский союз, который включает в себя не только государства, существовавшие в рамках Ялтинской системы мироустройства (Франция, Великобритания, Италия и др.), но и государственные образования, возникшие вследствие одностороннего передела границ - Словения, Литва, Латвия, Эстония. Безусловно, все государственные образования, возникшие на территории Советского Союза, также являются проблемными. Временными государственными образованиями с позиций международного права следует рассматривать все республики и тем более административные единицы (как Косово) Югославии. Образование на территории Боснии и Герцеговины фактически трех изолированных протогосударственных единиц - пример того же порядка.

В последние годы со всей очевидностью проявляется неустойчивость политического образования в Европе, оформившегося сразу после распада СССР, - Европейского союза, расширение которого, в том числе за счет оторванных от других государств территорий, происходило под влиянием США. В геостратегическом направлении Евросоюз является не чем иным, как средством противодействия, а зачастую и агрессии против Российского культурно-цивилизационного пространства. Причем средством, судя по украинским события 2014-2017 годов, которое используют Соединенные Штаты против России.

Такие же проблемы с правовым регулированием существуют внутри ряда государственных образований. Республики бывшего СССР, имевшие в своем составе автономные единицы, в случае прекращения нахождения в его составе должны были обеспечить проведение в них референдумов на предмет формата дальнейшего государственного устройства - то ли в рамках вновь образующегося самостоятельного государства, то ли в какой-либо иной конфигурации, то ли независимости. Это не было сделано ни в Грузии применительно к Абхазии, Аджарии и Южной Осетии, ни на Украине применительно к Крыму. Ревизия Ялтинской системы миропорядка, фактическое ее разрушение привели к тому, что на территории Украины возникла проблема Подкарпатской Руси, существовавшей до Ялтинской системы, а после ее крушения вновь претендующей на статус международной правосубъектности.

Односторонний передел мироустройства в Европе создал условия для гражданской войны, войны граждан против политической узурпации, осуществляемой местными компрадорскими кругами по инициативе и под контролем государственных институтов США и Евросоюза. Сейчас мы наблюдаем гражданские конфликты - борьбу за право на государственный статус русского языка в Латвии, за признание автономии Подкарпатской Руси на Украине, политические коллизии по статусу Крыма. В некоторых случаях возникают очаги гражданских вооруженных столкновений - в Приднестровье, Абхазии, Южной Осетии, Косово и Метохии, Боснии и Герцеговине, Хорватии. Эти очаги сейчас притушены, но без правового урегулирования они остаются конфликтогенными и даже взрывоопасными. А появление новых очагов военных действий - на Донбассе - свидетельствует об актуальности данной проблемы в перспективе.

Отсутствие международных соглашений, закрепляющих или корректирующих произошедшие на политической карте Европы изменения, дает возможность Российской Федерации как правопреемнице СССР не признавать (в ближайшей или среднесрочной перспективе) их последствия. Не признавать несогласованного и идущего вразрез договоренностям между СССР и США расширения НАТО, включения в состав Евросоюза прибалтийских республик и другие государственно-территориальные конфигурации, сложившиеся на бывшей советской территории. Или признавать выборочно. В других случаях включать в состав Российской Федерации некоторые бывшие советские территории.

Все эти случаи - и Вестфальско-поствестфальское мифотворчество, и манипуляции с «сибирскими интересами» - лежат в той же кан(а)ве, что и исповедуемая американским правительством в отношении России принудительная модель разрешения конфликтов. Да и не только в отношении России, но нас должна интересовать в данном случае только Россия. По сути, проекты Вестфальско-поствестфальской мифологемы и «Сибирского проклятия» строились по канонам принудительной модели разрешения (гео)политических конфликтов. В первом случае такая модель навязывалась Советскому Союзу, Российской Федерации и так называемым новым независимым государствам. Примечательно, что в американской политической науке вместо обозначения СНГ (Содружество независимых государств) используется термин NIS (New independents state - Новые независимые государства). Во втором случае - России с целью ее фактического уничтожения как суверенного государства.

Как уже отмечалось, с конца 80-х годов прошлого века правительственные круги США стали активно использовать в решении международных проблем именно принудительную модель в конфликтных ситуациях, направленную на подавление партнеров по переговорам. С этой целью соответствующие концепции и их авторы всячески продвигались и рекламировались. Известно, что с определенного времени практически все Нобелевские премии присуждаются по протекции из США. Чего стоит Нобелевская премия мира, врученная только вступившему в должность президента США Б.Обаме, врученная авансом, который не был отработан, а, скорее, искажен в сторону «премии войны».

Упоминавшегося выше Томаса Кромби Шеллинга в 2005 году награждают Нобелевской премией по экономике с формулировкой «За расширение понимания проблем конфликта и кооперации с помощью анализа в рамках теории игр». К биографии Т.Шеллинга следует добавить, что он «участвовал в деятельности «мозговых центров», обслуживающих американское правительство: в 1958-1959 годах - в «RAND Corporation», в 1969-1990 годах - в Школе управления им. Джона Ф.Кеннеди при Гарвардском университете» [8]. Замечу, что «RAND Corporation» проводит исследования по военно-техническим и стратегическим проблемам по заказам американского правительства в интересах национальной безопасности США.

Что касается концептуального подхода Шеллинга к урегулированию международных конфликтов, то он выстраивался на утверждениях, «что при рациональном подходе к внешней политике наращивание ядерного оружия ведет к снижению вероятности любого военного конфликта (даже с использованием обычного вооружения) между участниками гонки вооружений. Аргументы Шеллинга легли в основу ядерной стратегии США…» [8]. Его труды и разработки, по мнению правящего класса США «способствовали тому, что рост ядерных арсеналов не привел к глобальному военному конфликту» [8], что выразилось в награждении Т.Шеллинга в 1993 году премией Национальной академии наук США за работы, связанные с «предотвращением ядерной войны», в связи с 30-летием Карибского кризиса. Обращает на себя внимание повод для награждения и год награждения, сочетание которых указывает на приоритетные способы международной деятельности США в период их самоощущения себя распорядителем глобальной политики после развала СССР.

Симптоматично, что солауреатом Т.Шеллинга стал американо-израильский математик Исраэль Роберт Джон Ауманн, который «занимается стратегическим взаимодействием сторон, нацеленных на долговременное сотрудничество (повторяющиеся кооперативные игры)» [9] и вроде бы ориентируется на способы выстраивания партнерских отношений в рамках переговорной модели конфликтов. Однако такой подход им предлагается сугубо к внутрирыночной сфере национальной экономики, но не к военной сфере и не к международной политике - в работе на «RAND Corporation» и американское Агентство по контролю над вооружениями и разоружению «он доказывал, что… соглашательская политика порождает надежды на новые уступки и объективно ведет к новым войнам. Отсюда им делался прагматичный вывод, что для их предотвращения более эффективна гонка вооружений, создающая достоверную угрозу войны», но не начинающая ее [9].

Если поставить задачу продемонстрировать примеры упования США в последние три десятилетия на использование принудительной модели разрешения международных конфликтов, то она легко будет выполнена. Более того, такие примеры могут привести множество людей, просто интересующихся политикой, не говоря уже об ученых и исследователях. Но на один пример хотелось бы обратить особое внимание.

7 июля 2017 года госсекретарь США Рекс Тиллерсон назначил специальным представителем Государственного департамента США по Украине Курта Волкера. По ряду данных из его послужного списка - аналитик Центрального разведывательного управления, сотрудник внешней службы Государственного департамента США, юрист в команде сенатора Джона Маккейна, директор по европейским и евразийским делам Совета национальной безопасности США - становится очевидным, что он информирован об основных подходах в стратегическом планировании внешней политики США и значении в его рамках разработок Т.Шеллинга. А его работа на должности постоянного представителя Соединенных Штатов в НАТО исполнительным директором Института Маккейна в Вашингтоне свидетельствует, что он, к тому же, стремится реализовать на практике установки американских конфликтологов на принудительное разрешение международных конфликтов в интересах США. Уже само название института, должность в котором Волкер сохраняет и сейчас, названного в честь одиозного ненавистника России, действующего сенатора США от штата Аризона Джона Маккейна, однозначно указывает на то, что спецпредставитель Госдепа по Украине видит себя не столько переговорщиком, сколько лицом, готовящим капитуляцию противной стороны.

В данном случае следует отметить полное название института - Институт Маккейна за международное лидерство, и он образовывался как «мозговой центр» с миссией «продвижение лидерства на основе безопасности, экономических возможностей, свободы и человеческого достоинства в Соединенных Штатах и во всем мире» [10]. Сопоставляя название института и формулировку его миссии становится понятным, что речь здесь идет о лидерстве США во всем мире. Цель института выражается более откровенно: немедленное и долгосрочное воздействие на лидеров в их способности «принимать просвещенные решения, преследующие американские и глобальные интересы» [10]. Сочетание слов «американские» и «глобальные» дают коннотат их единства и тождественности, что, собственно, и проявляется во внешней политике США, которые все происходящее в мире измеряют американскими стандартами. Из контекста программы и деятельности Института Маккейна совершенно очевидно, что к категории лидеров относят не только граждан США, но и других стран, которые занимают проамериканскую позицию [11].

Следует добавить, что сам сенатор Маккейн является председателем Совета директоров Международного республиканского института, созданного в 1983 году, финансируемого американским правительством и Конгрессом, тесно сотрудничающего с Госдепом США. Характер деятельности Международного республиканского института в Российской Федерации «оценила» 18 августа 2016 года Генеральная прокуратура РФ, признав его пребывание в нашей стране нежелательным.

Только вступив в должность спецпредставителя США по Украине, К.Волкер сам же добавил аргументы в пользу недоговороспособности себя самого и призвавшего его американского правительства, продвигающего последние десятилетия принудительную модель в разрешении международных конфликтов, вне зависимости от его электорального «розлива». В одном из интервью он заявил, отвечая на вопрос о ситуации на Донбассе: «Это территория, которая была захвачена и оккупирована, а в случае Крыма Россия также заявила, что аннексировала территорию... Поэтому не может быть никакого признания, никакой легитимности для российских шагов ни на Востоке Украины, ни в Крыму» [12]. Ясно, что с такими установками готовятся не к переговорному процессу, а к принятию капитуляции. Несколько наивно, но по-американски!

Отсюда следует вывод, что и в данном конкретном случае по статусу Донбасса, и по другим международным разногласиям между Российской Федерацией и США достижение компромисса невозможно, пока геополитическое поведение Соединенных Штатов строится с позиции куратора глобализации, а по сути - распорядителя мировых дел, когда основным и единственным технологическим способом разрешения конфликтов американским правительством используется принудительная модель.

Даже если Российская Федерация будет и дальше демонстрировать свою готовность к диалогу с США - не признавать ДНР и ЛНР и даже народные референдумы в мае 2014 года; заявлять о признании украинских границ (без Крыма, слава Богу); с одной стороны, осуждать государственный переворот на Украине в конце февраля 2014 года, а с другой стороны, признавать его последствия и т. д., - рассчитывать на пользу не приходится. Более того, эта готовность, которая больше похожа на уступки, будет провоцировать США и их сателлитов в Европе игнорировать выбор абсолютного большинства крымчан, сделанный 16 марта 2014 года, и требовать насильственной передачи Крыма в состав националистически ограниченной Украины.

 

Список использованных источников

1. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию, или Переговоры без поражения. М.: Наука, 1992. 158 с.

2. Шеллинг Т. Стратегия конфликта / Пер. с англ. Т.Даниловой под ред. Ю.Кузнецова, К.Сонина. М.: ИРИСЭН (Серия «Международные отношения»), 2007. 366 с.

3. Даальдер И.Х., Линдсэй Д.М. Развод или новое начало: трансатлантические отношения на переломном пункте // Россия в глобальной политике // http://www.globalaffairs.ru/articles/2236.html

4. Филатов А. Вестфальская система как мифологема // Национальные интересы. Журнал Института национальной стратегии реформ. М., 2008. №1 // http://ni-journal.ru/rez/b9efc513/

5. Хилл Ф., Гэдди К. Сибирское бремя. Просчеты советского планирования и будущее России / Пер. с англ. М.: Научно-образовательный форум по международным отношениям, 2007. 328 c.

6. Talbott S. Foreword / Hill F., Gaddy C. The Siberian Curse: How Communist Planners Left Russia Out in the Cold. Washington, D.C.: Brookings Institution, 2003. 312 p // http://books.google.com.ua/books?id=5OvaO4Cb8SsC&pg=PR11&lpg=PR11&dq=S.+Talbott+The+Siberian+Curse:+How+Communist+Planners+Left+Russia+Out+in+the+Cold&source=bl&ots=q7qBv3JcqV&sig=chnV5eINQL8Xk23LJd4BGCwKbRI&hl=ru&sa=X&ei=U9YrUdW_F46LswaegYH4Cg&sqi=2&ved=0CD0Q6AEwAg#v=onepage&q=S.%20Talbott%20The%20Siberian%20Curse%3A%20How%20Communist%20Planners%20Left%20Russia%20Out%20in%20the%20Cold&f=false

7. Trump adds Russia scholar as a National Security Council director // The Washington Post // https://www.washingtonpost.com/world/national-security/trump-adds-russia-scholar-as-national-security-council-director/2017/03/28/927d0332-13f5-11e7-9e4f-09aa75d3ec57_story.html?utm_term=.e5c2824f0a0a

8. Шеллинг, Томас // Энциклопедия «Кругосвет». Универсальная научно-популярная онлайн-энциклопедия // http://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/ekonomika_i_pravo/SHELLING_TOMAS.html

9. Ауманн, Роберт Джон // Энциклопедия «Кругосвет». Универсальная научно-популярная онлайн-энциклопедия // http://www.krugosvet.ru/enc/gumanitarnye_nauki/ekonomika_i_pravo/AUMANN_ROBERT_DZHON.html

10. McCain Institute // WikipediA. The free encyclopedia // https://en.wikipedia.org/wiki/McCain_Institute

11. The McCain Institute for International Leadership at Arizona State University // https://www.mccaininstitute.org/

12. Спецпредставитель Госдепа США по Украине заявил, что «признания действий России» в Донбассе не будет // Информационное агентство «Росбалт». 26 июля 2017 г. // http://www.rosbalt.ru/world/2017/07/26/1633614.html 

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481659 Анатолий Филатов


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481658 Дарья Ковалева, Артур Люкманов

О расширении повестки дня и задач международного контртеррористического сотрудничества

Дарья Ковалева, Атташе ДНВ МИД России

Артур Люкманов, Старший советник ДНВ МИД России

Непрекращающаяся эскалация угроз международного терроризма, его экспансия под знаменами так называемого «политического ислама» на территориях Ближнего Востока и Северной Африки, Южной и Юго-Восточной Азии, проникновение в Европу и Центральную Азию показали, что ядром радикализации сотен тысяч, а то и миллионов людей, вовлечения их в жесточайшие по насилию и крупнейшие по масштабам преступления является в первую очередь террористическая идеология - главный, универсальный, всеохватный, предельно эффективный, дешевый и доступный инструмент мобилизации, вербовки террористов и подготовки террористических атак, подрыва общественно-политической безопасности, дестабилизации правопорядка и правительств, продвижения прочих террористических целей.

Да, многие в мире встали под знамена «террористического интернационала» за деньги, быстрые и значительные материальные выгоды или, может, ради неких властных, личных амбиций, в силу психических вывертов или даже стечения обстоятельств, однако подавляющее большинство боевиков ИГИЛ и подобных ей алькаидовских группировок увлеклись и пошли именно за смертоносными идеями, понятиями, символами, знаками, обосновывающими «политическую или геополитическую» необходимость убийства и насилия, ради радикальных и несбыточных концепций «халифата» и его размножившихся территориальных «эмиратов».

Сегодня на фоне продолжающегося военного разгрома «Исламского государства», в первую очередь благодаря усилиям ВКС России и наших региональных союзников, методичного уничтожения террористических фанатиков и их главарей в Сирии и Ираке, восстановления социально-экономической жизни на освобожденных землях как никогда ощущается важность всеобъемлющего подхода к борьбе с терроризмом, то есть подхода, включающего энергичные меры противодействия питающей терроризм идеологии, перекрытие каналов ее распространения.

Этот подход последовательно отстаивается Россией в международном сотрудничестве по борьбе с терроризмом. Наша позиция основана на собственном эффективном контртеррористическом опыте, прежде всего на Северном Кавказе, который на своем решающем, завершающем этапе предусматривал, помимо силового подавления проявлений террористического насилия, активные мероприятия «мягкого антитеррора» - комплекс мер по всестороннему оздоровлению социально-экономической ситуации, поддержанию взаимного уважения в межнациональных и межрелигиозных отношениях с акцентом на шаги по предупреждению распространения экстремистских настроений, а также по недопущению на этой основе радикализации, ведущей к терроризму. Можно вообще говорить о том, что в этом плане Россия является уникальным, едва ли не единственным в мире «правообладателем» отлично зарекомендовавшей себя практики «дерадикализации» целого региона с населением в несколько миллионов человек, которые испытали на себе в течение 1990-х и начале «нулевых» годов все ужасы международного терроризма.

Теперь наши наработки и комплексные решения в контртерроризме вновь востребованы для нормализации обстановки в Сирии. Как и в любом антитерроре, в этом деле решающая, ведущая роль, безусловно, принадлежит компетентным государственным органам, от которых зависит эффективность и прочность восстановления мира и правопорядка. При этом Россия никогда не отрицала важный вклад в противодействие терроризму негосударственных структур. И это видно в том числе и на примере Сирии, в рамках тех же «зон деэскалации». Так, дополнительно к усилиям по замирению на местах задействуется опыт старейшин и религиозных лидеров, которые восстанавливают свой авторитет и влияние, подорванные террористической оккупацией. Перед ними «по профилю» стоит важнейшая задача - вернуть тот действовавший с их участием до 2011 года уклад в стране мирного сосуществования различных этноконфессиональных общин, который был до внешнего вмешательства, реализованного под видом пресловутой «арабской весны».

Можно быть полностью уверенными в том, что чем скорее некоторые иностранные государства - западные и их региональные единомышленники - перестанут влезать в сирийские внутренние дела, в особенности в самобытную мозаику межобщинного равновесия, тем быстрее зарубцуются, затянутся террористические раны в Сирии и других пострадавших от террористических нападений странах региона. Произвольное внешнее вмешательство должно быть раз и навсегда прекращено уже не только в интересах достижения мира среди народов и стран на Ближнем Востоке, но и для международной безопасности и стабильности в целом. Ведь поставленное на поток тиражирование хаоса и конфликтов с использованием террористов и экстремистов стало угрожать действительно всем, даже самим авторам этих циничных подрывных сценариев.

Именно в данном контексте можно понимать озвученный в декабре 2016 года и когда-то многих обнадеживший призыв нового Президента США Д.Трампа прекратить «гонку свержения иностранных режимов» и сосредоточиться на разгроме ИГИЛ. Впрочем, за этими словами, судя по всему, стояло не только неожиданное осознание всей глубины проблемы, доставшейся ему «в наследство», в том числе в результате усугубивших ситуацию действий администрации Б.Обамы. В высказываниях Д.Трампа, видимо, прослеживалось осознание частью американских правящих элит угрозы распространения террористической идеологии и радикализации внутри самих Соединенных Штатов, а также их ближайших союзников, которые в последнее время подверглись тератакам со стороны доморощенных террористов.

Если определенные отношения и даже взаимодействие, как минимум, в отдельных ситуациях между военными и спецслужбами государств - членов НАТО и некоторых их партнеров в арабо-мусульманском мире с теми же «алькаидовцами» на Ближнем Востоке, Балканах, в Афганистане сегодня уже мало кого удивляют, то вскрывающиеся в последнее время связи с радикалами всех мастей, начиная от ультраправых и фашистов и заканчивая накаченными левацкими и прочими анархически настроенными группировками в различных регионах мира, - это некий рецидив подрывной практики из арсенала холодной войны, тенденция расширения области манипулирования угрозами безопасности, на этот раз с участием экстремистов и радикалов, ради реализации политических и геополитических целей где бы то ни было. И это при том, что поле экстремизма не только весьма широкое и включает практически любое проявление на почве ненависти, оно почти не разработано в международном праве и национальных законодательствах многих стран мира.

Прибегнуть к таким изощрениям и двурушничеству авторы сценариев иностранного вмешательства оказались вынуждены под давлением объективных обстоятельств. Прежде всего, в виде серьезно окрепшей под эгидой ООН системы международного антитеррора, которая объективно задает правильный вектор объединения в единый, широкий и действующий на основе международного права контртеррористический фронт. Без политической воли наших западных «партнеров» такая цель, к сожалению, все еще далека. Однако международное контртеррористическое сотрудничество все же достаточно эффективно действует и развивается в виде контртеррористических резолюций Совета Безопасности, его санкционных механизмов, а также, например, развернутого контртеррористического аппарата ООН, новую и важнейшую часть которого - Управление ООН по контртерроризму - в этом году возглавил российский представитель. Есть еще санкционные списки и, конечно, растущая эффективность исполнения законодательств на национальном и многостороннем уровнях.

Нельзя не отметить в этой связи - в рамках международного антитеррористического сотрудничества - и лидирующую роль России, наших компетентных ведомств, усилия все чаще действующих в общем с нами русле единомышленников по ОДКБ и ШОС - в особенности Китая, Белоруссии, Узбекистана, Индии, близких нам партнеров в лице Сирии, Ирана, Кубы, Венесуэлы и других стран. Наши государства объединяет принципиальное и последовательное отстаивание согласованных принципов международных отношений, в первую очередь принципа невмешательства во внутренние дела, и разоблачение «двойных стандартов», заигрываний с «не очень плохими террористами», которых западники стремятся вывести из поля уголовного преследования с помощью огульно или подспудно кулуарно внедряемой концепции «противодействия насильственному экстремизму».

Присутствующая в этой концепции логика о распространении-де экстремизма в основном в результате притеснений обществ и индивидуумов со стороны неких «авторитарных режимов» создает удобные для западных «кукловодов» возможности для менторства и откровенного внешнеполитического диктата в отношении представителей государств, а также общественности, порой искренне рассчитывающих на внешнюю помощь и содействие. Пока подобных «блаженных» хватает, кстати и у нас в России, хотя вполне нормально, что их становится все меньше с каждым днем по мере выправления духовных, социальных и политических скреп нашего общества.

Сложно предсказать то, где будет нанесен очередной удар террористов и экстремистов, их спонсоров - вновь где-нибудь на Ближнем Востоке, со стороны очередного «алькаидовского клона» или, например, взращиваемых спецслужбами США курдских «троцкистов», в Южной или Юго-Восточной Азии с участием бежавших из Сирии игиловцев, на Балканах из террористической «оранжереи» в Косове или еще где-нибудь, куда успели проникнуть и закрепиться агенты и адвокаты неолиберализма или проще - западного новоколониализма, которые в открытую призывают воздерживаться от борьбы с ИГИЛ, оправдывают террористическую идеологию так называемого «джихада» и выступают за контакты с некими «умеренными алькаидовцами».

Взрыв радикализации и экстремизма поэтому вполне может случиться - точнее, усугубиться - где угодно. Многие комментаторы в США утверждают, что наблюдаемая эскалация столкновений на улицах североамериканских городов между сторонниками и противниками Д.Трампа является не чем иным, как сбывающимся пророчеством Р.Рейгана о том, что фашизм может прийти в Америку «только во имя либерализма»*.( *Из интервью Р.Рейгана корреспонденту М.Уоллесу на программе «60 минут» телеканала Си-би-эс 14 декабря 1975 г.)

Мы знаем, однако, где раскол общества через инспирируемые извне конфликты, с тем чтобы «таскать каштаны из огня чужими руками», можно предотвратить или вовремя купировать. Стабильность и безопасность будут там, где государство и его компетентные органы играют ведущую роль в борьбе с терроризмом и экстремизмом, как и с любой преступностью, а общественные силы, включая религиозных лидеров и СМИ, энергично помогают им и другим социально-экономическим службам в усилиях по укреплению гражданского иммунитета к отторжению любых террористических и экстремистских идей.

Причем помогают не сотрясанием воздуха под надуманными предлогами защиты «демократии и свободы слова», как это привыкли делать - особенно на территории других государств - адепты иллюзорных западных воззрений, а конкретными делами - воспитанием и образованием молодежи, внедрением и распространением в обществе идей патриотизма, товарищества, взаимопомощи, справедливости, помощью в выявлении и спасении психологически неустойчивых граждан, подверженных радикализации или маргинализации, и т. п. Именно этим должны заниматься и наши образовательные, академические дискуссионные площадки - задавать высокие стандарты ответственности, честности, правопорядка, законопослушности и нравственности.

Программные установки и ориентиры соответствующей работы изобретать не требуется. В основе солидной российской нормативно-правовой базы противодействия терроризму и экстремизму - Федеральный закон от 25.07.2002 №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» и Федеральный закон от 06.03.2006 №35-ФЗ «О противодействии терроризму», а также Концепция противодействия терроризму в Российской Федерации и Стратегия противодействия экстремизму в Российской Федерации до 2025 года (приняты в 2009 и 2014 гг.

соответственно).

Мы постоянно улучшаем и адаптируем под новые реалии российскую антитеррористическую и антиэкстремистскую системы. Внесенные в июле 2016 года изменения и дополнения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Российской Федерации установили новые рамки ответственности за преступления террористической и экстремистской направленности, включая «акты международного терроризма». Летом этого года одобрены своевременные меры по борьбе с анонимными источниками в Интернете.

На международной арене Россия закрепляет и продвигает собственный опыт, внедряя в многосторонние соглашения нормы и положения нашего законодательства. Успехом российской дипломатии стало состоявшееся в июне 2017 года подписание Конвенции ШОС по противодействию экстремизму, которая укрепила каналы многосторонней работы наших компетентных ведомств, в том числе в противодействии иностранным сценариям инспирирования «цветных революций» с помощью экстремистов и террористов. В мае 2017 года принята резолюция СБ ООН 2354 с внушительным багажом наших рекомендаций, направленных на борьбу с террористическим подстрекательством, включая законные ограничения «свободы слова», нечестно абсолютизируемой западными партнерами именно тогда, когда требуется предельно четко квалифицировать преступления террористов, не позволяя им уйти от ответственности под видом «борцов за права человека».

В рамках предпринимаемых контрмер на направлении предупреждения терроризма российские дипломаты прицельно привлекают внимание к проблеме отсутствия единых профессиональных «правил поведения» в вопросах освещения террористических атак и их обстоятельств в медиапространстве. В этой связи мы поддерживаем инициативы отечественных экспертов по разработке «добровольных контртеррористических ограничений» для СМИ, официальных лиц и любых публичных деятелей, опираясь на потенциал, заложенный Антитеррористической конвенцией по правилам поведения СМИ в случаях террористического акта и контртеррористической операции (принята российским Индустриальным комитетом СМИ в 2003 г. после ужасающего теракта в Театральном центре на Дубровке).

В планах и намерениях МИД России поэтому остается энергичная работа по продвижению ключевых новаторских позиций и подходов в международном контртеррористическом сотрудничестве, в том числе во взаимодействии с нашими союзниками и единомышленниками, которая опирается, разумеется, на российское законодательство, а также на серьезный кадровый аппарат аналитики и экспертизы. И мы искренне стремимся и, вне всяких сомнений, будем развивать и укреплять международную контртеррористическую безопасность со всеми заинтересованными членами мирового сообщества.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481658 Дарья Ковалева, Артур Люкманов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481657 Юрий Булатов

СССР и Великобритания: союзники на афганской площадке 1942 года

Юрий Булатов, Декан факультета МО, профессор кафедры всемирной и отечественной истории МГИМО МИД РФ, доктор исторических наук

26 мая 1942 года в Лондоне нарком иностранных дел СССР В.М.Молотов и министр иностранных дел Великобритании А.Иден подписали Договор о союзе в войне против гитлеровской Германии и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны в течение последующих 20 лет. Этот документ не только подтвердил, но и конкретизировал положения советско-британского соглашения о совместных действиях в войне против Германии, заключенного в Москве 12 июля 1941 года. Как отмечалось в новом советско-британском договоре, в силу союза, установленного между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенным Королевством, Высокие Договаривающиеся Стороны взаимно обязуются оказывать друг другу военную и другую помощь и поддержку всякого рода в войне против Германии. Они также брали на себя обязательства не вступать ни в какие переговоры с гитлеровским правительством, не заключать перемирия или мирного договора с Германией иначе как по взаимному согласию.

Руководители внешнеполитических ведомств СССР и Великобритании В.М.Молотов и А.Иден, подписав этот договор, расширили временные рамки союзных отношений и сформулировали возможную правовую базу сотрудничества двух великих держав на перспективу. Главы советской и британской дипломатических служб заявили о своем желании объединиться с государствами-единомышленниками в принятии предложений об общих действиях в послевоенный период в целях сохранения мира и сопротивления агрессии. Они также подтвердили свою готовность работать совместно в тесном и дружеском сотрудничестве после восстановления мира, принимая во внимание интересы объединенных наций и действуя в соответствии с двумя принципами - не стремиться к территориальным приобретениям для самих себя и не вмешиваться во внутренние дела других государств1

Следует также отметить, что советско-британский договор от 26 мая 1942 года ускорил процесс консолидации сил в составе антигитлеровской коалиции. 11 июня 1942 года в Вашингтоне по итогам состоявшихся переговоров был подписан еще один документ - Соглашение между правительствами СССР и США о принципах, применимых к взаимной помощи в ведении войны против агрессии. Таким образом, накануне коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны позиции СССР в борьбе с фашизмом еще больше окрепли среди народов мира. Число сторонников СССР продолжало расти как на Западе, так и на Востоке.

Однако советско-британский договор от 26 мая 1942 года получил неоднозначную оценку в Королевстве Афганистан, которое официально заявило о своем нейтралитете в годы Второй мировой войны и поддерживало в 1939-1945 годах дипломатические отношения и со странами антигитлеровской коалиции, и с державами фашистского блока («ось» Рим - Берлин - Токио).

Первоначально отклики на этот договор в афганском обществе были весьма положительные: афганские верхи и низы с одобрением восприняли движение союзников по антигитлеровской коалиции навстречу друг другу. Об этом же докладывал в НКИД СССР и посол Советского Союза в Афганистане К.А.Михайлов, который 16 июня 1942 года посетил афганского премьер-министра М.Хашим-хана. Советский посол информировал центр, что  цель этой встречи состояла в том, чтобы  выяснить взгляды афганского лидера на современную международную обстановку. Советский дипломат считал также необходимым сделать краткое заявление М.Хашим-хану о значимости недавно подписанного советско-английского договора.

В ходе беседы К.А.Михайлов, в частности, отметил: «Недавняя поездка т. Молотова в Лондон и Вашингтон, успешно завершившаяся заключением нового англо-советского договора и соглашения с США, означает новый этап, объединяя свободолюбивые народы СССР, Англии и США в борьбе с гитлеровской агрессией, и создает дополнительные условия для организации Второго фронта в Западной Европе и для разгрома гитлеризма». В свою очередь, М.Хашим-хан заявил, что он рад тому, что СССР заключил новые договоры с Англией и США. Он одобрительно относится к заключению этих договоров, считая, что их подписание соответствует интересам Афганистана, поскольку правительства, подписавшие эти документы: 1) не намерены посягнуть на свободу других народов, 2) не заинтересованы в территориальной экспансии за счет других малых стран, 3) будут способствовать быстрейшему наступлению мира. Афганцы жаждут мира. Он уверен, что в результате этих договоров желанный мир наступит быстрее, чем можно было ожидать2.

К.А.Михайлов в своем письме от 2 июля 1942 года на имя заместителя наркома иностранных дел СССР В.Г.Деканозова также докладывал, что в широких массах прогрессивно настроенных афганцев советско-английский договор встречен положительно. Нам известно, продолжал советский дипломат, что ряд афганцев, представителей средних слоев, мелких служащих и военных, заявляют, что «англо-советский договор - это смертный приговор Гитлеру…». Афганский народ хотел бы быстрейшего прекращения войны.  В сознание афганских масс начинает проникать мысль о том, что гитлеровская Германия, разжигающая войну, несет порабощение народу. Это сознание, конечно, далеко не оформлено3.

Но вскоре посольство СССР в Афганистане было вынуждено констатировать, что под влиянием пропаганды дипмиссий держав «оси», и в первую очередь посольства фашистской Германии, советско-английский договор от 26 мая 1942 года стал вызывать большую тревогу у афганской правящей элиты. Эту тревогу подкрепляли слухи, инспирируемые немцами и их агентурой, что в самом ближайшем времени русские вступят в Афганистан для того, чтобы двинуться в Индию спасать там английские интересы, и что Афганистан превратится в «проезжую дорогу для советских войск». 
19 июня 1942 года глава дипмиссии СССР К.А.Михайлов в беседе с директором Общеполитического департамента МИД Афганистана Наджибуллой-ханом сделал устное заявление о вздорности и нелепости этих слухов. К.А.Михайлов особо подчеркивал, что СССР никаких секретных соглашений ни с Англией, ни с США не заключал.

В свою очередь, германофилы в составе афганского правительства, к ним кстати примкнул и вышеупомянутый высокопоставленный сотрудник МИД Афганистана Наджибулла-хан, стремились навязать окружающим свое видение советско-английского договора. По информации К.А.Михайлова, заместитель председателя Афганнацбанка Мухтар-заде в беседе с одним из сотрудников советского посольства пытался убедить своего визави, что англо-советский договор выгоден на 75% Англии и только на 25% полезен Советскому Союзу. Аналогичной точки зрения придерживался и афганский министр общественных работ Рахимулла-хан.

Например, в ходе встречи с советским послом К.А.Михайловым 18 июня 1942 года он открыто сожалел по поводу заключения советско-английского договора, заявив, что этот договор невыгоден для СССР, а целиком на пользу Англии и США. Как отмечал К.А.Михайлов, Рахимулла-хан, прикидываясь другом СССР, договорился до того, что стал доказывать целесообразность заключения сепаратного мирного договора между Москвой и Берлином «в интересах СССР»4.

Неоднозначность в оценке советско-английского договора среди афганской элиты еще больше проявилась в ходе двух заседаний афганского совета министров, состоявшихся сразу же после публикации англо-советского договора в прессе. На первом заседании выступил глава правительства М.Хашим-хан. Он заявил, что советско-английский договор не представляет для Афганистана никакой угрозы, поскольку-де СССР и Англия в результате длительной войны настолько ослаблены, что им сейчас не до активной политики, угрожающей свободному существованию других стран, в частности Афганистана.

Однако большинство присутствовавших на заседании афганских министров, несмотря на авторитет М.Хашим-хана, не согласились с оценкой своего премьера. Так, например, министр иностранных дел Афганистана Али Мухаммед-хан заявил, что завоевание, сохранение и укрепление независимости Афганистана, целостности и неприкосновенности его территории достигались афганским правительством до сих пор только на основе использования объективно существовавших противоречий между Россией и Англией в Афганистане. Последний советско-английский договор снимает советско-английские противоречия в Афганистане и тем самым в корне изменяет обстановку. Министр иностранных дел делал вывод, что для Афганистана создается актуальная угроза потери своей независимости: теперь нужно считаться с фактом возможной единой политики СССР и Англии в Афганистане, направленной против интересов независимости Афганистана.

В ходе второго заседания кабинета с критикой позиции М.Ха-шим-хана в отношении советско-английского договора выступил также влиятельный министр двора Ахмед-шах-хан - тесть афганского короля М.Захир-шаха. Он заявил, что советско-английский договор представляет угрозу независимости Афганистана. На этом заседании премьер-министр М.Хашим-хан отказался от выступления и присоединился к предложению министра иностранных дел Мухаммед Али-хана обратиться к англичанам как к старым друзьям с просьбой предоставить гарантии независимости и целостности  территории Афганистана.

Анализ этих сведений, полученных из официальных и неофициальных источников, позволил посольству СССР в Афганистане сделать следующие выводы:

1. Сомнений не было, что афганское правительство встретило с тревогой заключение советско-английского договора, особенно его вторую часть, где союз и взаимопомощь между СССР и Англией определялись сроком в 20 лет после разгрома фашистской Германии.

2. Тревога афганских правящих кругов исходила главным образом из опасения, что союз СССР и Англии может привести к созданию единого англо-советского плана в отношении Афганистана, в первую очередь плана по ликвидации фашистской угрозы в Афганистане. Все это, по мнению ближайшего окружения короля М.Захир-шаха, неизбежно приведет к формированию «единой русско-английской политики в Афганистане», не считающейся с интересами независимого Афганистана.

3. Своей оценкой советско-английского договора как угрозы независимости Афганистана афганское правительство поставило себя на позиции германофилов. Такая извращенная оценка была весьма выгодна прежде всего гитлеровской клике и ее сателлитам.

Ближайшее будущее покажет, отмечал К.А.Михайлов, как поведут себя англичане и американцы в Кабуле. Советско-английский договор обязывает англичан быть искренними с нами и уж, во всяком случае, не вступать скрытно от нас в секретные переговоры с афганцами. Если англичане будут вести себя подобающим союзникам образом, то вопрос о гарантиях независимости Афганистана в случае, если афганское правительство обратится к англичанам за этой гарантией, мог бы вылиться, если англичане пойдут на это, в наш совместный с англичанами нажим на афганцев, имеющих целью присоединить Афганистан к объединенному антифашистскому фронту свободолюбивых стран5.  Таким образом, советская сторона предполагала использовать англо-советский договор для ослабления позиций стран «оси» и усиления позиций СССР на международной арене, в том числе и в Афганистане.

Однако Британская миссия в Кабуле официально так и не сделала какого-либо заявления в адрес афганского правительства по поводу заключения советско-английского договора. Англичане, как им казалось, ставили перед собой куда более масштабную задачу: попытаться мобилизовать общественное мнение в свою пользу не только в Афганистане, но и в других странах Востока, вольно трактуя содержание статей советско-британского договора от 26 мая 1942 года. По команде англичан в индийской прессе появилось изрядное число публикаций антисоветского толка, клеветнически излагавших суть этого союзнического двустороннего соглашения.

Например, индийская газета «Хайбер мейл», издававшаяся в Пешаваре (одном из основных центров компактного проживания пуштунов), 3 июля 1942 года поместила статью, где излагалась «пуштунская» версия англо-советского договора. В этой публикации СССР выставлялся как враг мусульманских государств, а Англия - как поборник мусульманских интересов. Указав, что союз Англии и России носит вынужденный характер, автор статьи, некто Моманд, писал, что Британия заставила Россию подписать настоящий англо-советский договор, с тем чтобы обеспечить целостность дружественных стран на мусульманском Востоке. Значимость подписанного документа, по мнению этого «независимого» газетчика, обуславливалась тем, что в течение 20 лет после разгрома фашистской Германии Россия не сможет стать инициатором какой-либо войны в регионе против любой малой нации.

Автор публикации ставил знак равенства между Советским Союзом и Третьим рейхом, заявляя, что победа любого из двух врагов исламских государств - Германии и России, означает смерть мусульманам, а Британия, будучи другом мусульман и борцом за дело всех угнетенных наций, борется за свободу всего мира. Признав, что перспектива фашистской угрозы мусульманам устранена благодаря англо-советскому договору, автор тем не менее в заключение своей статьи делал следующее заявление: «Британия из скромности не провозглашает себя в качестве защитника ислама, однако она одним ударом обеспечила неприкосновенность исламских стран на многие годы вперед».

Советское посольство в Кабуле направило эту статью для ознакомления в НКИД СССР с кратким комментарием К.А.Михайлова. Советский посол с учетом имевшейся в его распоряжении информации указывал, что публикация в газете «Хайбер мейл» была инспирирована англичанами и ставила своей центральной задачей подчеркнуть их «заботу» об интересах мусульманских стран6.

В свою очередь, афганская верхушка никак не отреагировала на подобного рода публикации в индийской прессе. Кабул предпочитал хранить молчание, несмотря на ранее озвученное желание официально обратиться к своим «старым друзьям англичанам» с просьбой подтвердить гарантии независимости и целостности афганского королевства в связи с заключением советско-британского договора. Более того, в условиях развертывания немецкого наступления под Сталинградом летом 1942 года афганское правительство стало все больше ориентироваться на Германию.

Как отмечал посол Третьего рейха в Кабуле Г.Пильгер: «В августе 1942 года я был приглашен заместителем премьер-министра Афганистана Наим-ханом на беседу. В ходе состоявшегося обмена мнениями афганский высокопоставленный чиновник заявил, что его правительство всецело разделяет политику фашистской Германии и выражает готовность при дальнейшем продвижении германских войск по территории Советского Союза оказать германскому правительству помощь в виде вооруженной силы»7. Контакты этого афганского чиновника с Г.Пильгером продолжались и в дальнейшем.

На одном из приемов, устроенном в немецкой миссии в Кабуле, Наим-хан от имени правительства доверительно сообщил Пильгеру, что афганцы имеют намерение предоставить германским военным властям всю свою армию примерно в 100-150 тыс. солдат для нанесения удара в тыл Красной армии. Правда, Наим-хан оговорился, заявив, что афганское правительство намерено использовать свои войска только тогда, когда этого потребует сложившаяся обстановка на театре военных действий Германии против Советского Союза. Это предложение, по словам Г.Пильгера, было встречено немцами скептически8.

Аналогичную оценку попыткам афганцев «наполнить новым содержанием» свои контакты с немцами дал и глава Британской миссии в Кабуле Ф.Уайли. В беседе от 24 августа 1942 года с послом К.А.Михайловым он заявил следующее: «Вряд ли афганцы пойдут на многое для немцев, в частности, вряд ли афганцы выступят со своей слабой армией на «помощь» немцам. Вместе с тем афганцы могут пойти на предоставление немцам информации о положении в Индии. Афганцы имеют свои консульства в Дели, Бомбее и торговое агентство в Пешаваре, которые могут представлять интересующую немцев ценную информацию»9.

К сентябрю 1942 года афганские правящие круги конкретизировали свою позицию перед немцами, сформулировав три предварительных условия выступления Афганистана против СССР. Этими условиями были: успешное завершение действий германских войск на Кавказе и Среднем Востоке; окончательное принятие решения Германией и Италией о вторжении в Индию; создание странами «оси» системы «свободных исламских государств» на Ближнем и Среднем Востоке и вхождение Афганистана в такую систему государств10.

Итогом встреч и бесед Г.Пильгера и Наим-хана явилась договоренность об обоюдном обмене информацией политического и экономического характера при посредничестве директора Общеполитического департамента МИД Афганистана Наджибуллы-хана. Как заявил на допросе немецкий посол Г.Пильгер, оказавшийся после разгрома фашистской Германии в Бутырской тюрьме в Москве, примерно в сентябре 1942 года Наджибулла-хан подтвердил свою готовность передавать информацию германской миссии в Кабуле о положении дел в Индии, России и Иране, а также о деятельности посольств союзных держав в Афганистане11.

В создавшихся условиях руководство Главного разведуправления Генштаба Красной армии информировало 30 августа 1942 года НКИД СССР о нижеследующем: «По агентурным данным, из Афганистана в связи с осложнением обстановки на Кавказе среди общественно-политических кругов населения Кабула усиливается тревога за дальнейшую судьбу Афганистана. За последнее время усилились связи афганских правящих кругов с представителями держав «оси». На военном параде в честь Дня независимости Афганистана, состоявшемся в Кабуле 23 августа 1942 года, заместитель премьер-министра М.Наим-хан, министр иностранных дел М.Али Хан, министр общественных работ Рахимулла-хан, министр двора Ахмед-Шах-хан и другие ответственные лица большую часть времени демонстративно проводили в оживленных беседах на трибунах, предназначенных исключительно для дипломатов стран «оси».

Одновременно в германской дипмиссии участились приемы, на которых присутствуют практически в полном составе члены афганского правительства и представители генералитета во главе с военным министром Шах Махмуд Ханом. В то же время на приемы в другие дипмиссии подавляющее большинство приглашаемых афганских чиновников и офицеров не ходит, а от посещения посольства СССР некоторые высшие чиновники и вовсе открыто отказываются. Так, например,  начальник Протокольного управления МИД Афганистана, получив приглашение на прием в советское посольство, заявил в своем кругу: «Идти в это посольство у меня нет желания»12.

По данным советского посольства в Кабуле, в августе 1942 года итальянское посольство в Афганистане тайно посетил незнакомец, отрекомендовавшийся представителем командующего Центрального корпуса афганской армии М.Дауд-хана и его брата - заместителя премьер-министра М.Наим-хана. Афганец просил итальянского посла П.Кварони проинформировать заинтересованные круги о желании вышеназванных высокопоставленных лиц установить тесный контакт с немецкой и итальянской миссиями в Кабуле.

Итальянский дипломат был также поставлен в известность о плане дальнейших действий М.Дауд-хана и М.Наим-хана, являвшихся к тому же двоюродными братьями афганского короля М.Захир-шаха и, соответственно, племянниками премьера М.Хашим-хана. План этих «мятежных» принцев крови из династии Надиров заключался в том, что если немцы займут Кавказ и окажутся в Иране, то есть у границы с Афганистаном, то в Кабуле можно осуществить государственный переворот.

Предполагалось устранить М.Хашим-хана и других проанглийски настроенных лиц, а также ставилась задача создать новое правительство, которое будет содействовать немцам и итальянцам в их движении на Индию. По словам упомянутого афганского порученца, Дауд-хан соглашался с этим сценарием, если будут даны твердые гарантии сохранения на престоле в Афганистане правящей династии Надиров. По информации советского посольства в Кабуле, Берлин и Рим заявили, что никаких гарантий давать не следует13.

В первой половине 1942 года источник советской разведки в окружении военного министра Афганистана также докладывал, что в оборонном ведомстве вынашиваются планы нападения на СССР и отторжения Советской Хивы и Бухары. Одним из инициаторов подобных инициатив является командующий Центральным корпусом М.Дауд Хан. Группирующиеся вокруг него военные считают, что в настоящее время на советско-афганской границе регулярных частей Красной армии нет, они отозваны на фронт. По их мнению, граница между СССР и Афганистаном на всем ее протяжении должным образом не охраняется, и потому будет достаточно одной афганской дивизии, чтобы захватить Хиву и Бухару14.

Растущая активность германофилов в составе афганского правительства проявилась и в их стремлении напрямую выйти на контакт с фашистским руководством в Берлине. К.А.Михайлов в своей телеграмме от 20 августа 1942 года информировал центр: «На днях в Турцию выезжает якобы на лечение командир 2-ой дивизии Центрального корпуса генерал Абдул Ахад Хан. Он должен из Турции направиться с особой миссией в Берлин. В его задачу входит добиться встречи в столице Третьего рейха с фашистскими лидерами и выяснить у них, намерены ли немцы после захвата Кавказа, в чем афганское правительство почти уверено, вступить в Иран. Он должен дать понять немцам, что их вступление в Иран приведет к неизбежной оккупации Афганистана англичанами15.

Такого рода «тайные» контакты афганских германофилов с представителями фашистского блока были свернуты лишь тогда, когда коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны стал свершившимся фактом и стратегическая инициатива в ходе боевых действий на советско-германском фронте в 1943 году целиком и полностью перешла в руки советского командования. Как отмечал посол фашистской Германии Г.Пильгер, в конце 1943 года директор Общеполитического департамента МИД Афганистана Наджибулла-хан проинформировал главу дипмиссии Третьего рейха о прекращении обмена информацией с посольствами держав «оси». По данным афганского дипломата, о его далеко не протокольных связях с немцами стало известно союзным державам. Опасаясь неприятностей со стороны советских и английских официальных лиц, аккредитованных в Кабуле, он полностью прервал ранее санкционированные афганской верхушкой «доверительные» контакты с дипмиссиями «оси»16.

Все тайное, как говорится, становится явным. В рассматриваемый период советской резидентуре в Кабуле удалось приобрести целый ряд источников, располагавших большими информационными возможностями. Одним из них был «Салих», занимавший различные, в том числе руководящие, должности в МИД Афганистана. Одно время он возглавлял шифровальный отдел министерства, передавал шифры и всю входящую и исходящую шифрованную переписку, оказывая существенную помощь в подготовке и реализации активных мероприятий17.

На основе строгой взаимности советская разведка информировала британские спецслужбы о происках фашистской агентуры в Афганистане. Например, советская сторона ставила в известность англичан, что немецкие разведчики, действовавшие под крышей Германской дипмиссии в Кабуле, развернули масштабную подготовку своей агентуры, нацеленной на Индию. При поддержке известного германофила Рахимуллы-хана - афганского министра общественных работ - германское посольство в Кабуле сумело отобрать и направить в Индию своих агентов для «обучения строительному делу». В эту группу «учащихся» входили афганцы, ранее работавшие переводчиками немецкого языка на народнохозяйственных объектах, возводимых специалистами Третьего рейха в Афганистане, вплоть до их высылки из страны осенью 1941 года.

Контакт с этими афганцами, прибывшими в Дели, осуществлял зять афганского короля М.Захир-шаха, немецкий агент Аттик-хан, находившийся в Индии в «бессрочной командировке» в качестве начальника промышленного отдела Афганнацбанка. Оценивая обстановку на севере Афганистана, советская разведка также информировала англичан о враждебном настрое  по отношению к союзникам губернаторов Мазар-и-Шарифа и Герата, работавших в пользу немцев18

В свою очередь, английская сторона давала советской разведке наводку на немецких агентов, действовавших в полосе индо-афганской границы и в сопредельном Иране. Например, англичане сообщили  спецслужбам СССР о появлении в афганском Катавазе (Южная провинция) подвижной группы немецких агентов, планировавших развернуть свои действия на территории Индии.

Представитель британских спецслужб в Кабуле довел до сведения советских коллег информацию о наличии в иранском Мешхеде пересыльного пункта немецкой агентуры во главе с неким Али Асгаром. Англичане проинформировали также об успешно действовавшей тайной эстафете фашистов на маршруте Анкара - Персидский Курдистан - Мешхед - Кандагар и о коридоре, организованном немцами для переброски своих связных через Персидский Курдистан в Мешхед и Герат.

Британские разведчики довели до сведения посла СССР К.А.Михайлова конфиденциальную информацию о наличии  немецкого агента в дипломатическом корпусе в Афганистане. Им оказался советник турецкого посольства Тахсин Бач, спешно покинувший Кабул. По данным англичан, этот турецкий дипломат, имевший при себе секретный доклад немецкой миссии в Кабуле, сумел все-таки доставить эти материалы по назначению в посольство Третьего рейха в Анкаре19

Время от времени от англичан в советскую резидентуру в Кабуле поступала также  информация о скрытых действиях немецких ставленников в высших эшелонах власти Афганистана. Британская миссия, например, сообщала советской стороне о неприглядной деятельности руководства Афганнацбанка и Госбанка Королевства Афганистан, которые проводили финансовые операции в пользу немцев. По словам англичан, весь руководящий состав этих финансовых учреждений был настроен явно профашистски и погряз в махинациях, отпуская денежные средства и незаконно предоставляя кредиты дипмиссии Третьего рейха20.

В итоге обмен информацией между посольствами СССР и Великобритании в Кабуле стал представлять собой улицу с двусторонним движением. Однако в контактах союзников не был должным образом отработан механизм передачи разведданных: компетентные органы СССР и Великобритании строго дозировали передаваемые сведения, напоминавшие в большей степени информационно-справочный материал для служебного пользования. В результате оперативная информация запаздывала и зачастую была лишена должного взаимополезного содержания.

Интересно, как оценил это сотрудничество в годы Великой Отечественной войны официальный представитель советской внешней разведки в Великобритании И.А.Чичаев. По его словам, у советской стороны «сложилось устойчивое впечатление об английских коллегах как о партнерах, стремившихся всегда и во всем ни на минуту не забывать о своих собственных интересах и извлекать из сотрудничества сугубо свою пользу»21.

А в распоряжении советской  разведки оказались секретные документы британских спецслужб, в которых позиция англичан излагалась более откровенно. В служебной записке от 8 июля 1942 года за подписью одного из руководителей британской разведки (т. е. уже после подписания советско-английского договора от 26 мая 1942 г. - Прим. авт. - Ю.Б.) говорилось, например, следующее: «Фактически противоречия между Британией и Советским Союзом так же велики, как между Британией и Германией… Советская Россия является нашим другом только до тех пор, пока она может извлечь пользу из этой дружбы. Она не доверяет нам и приложит все усилия к разведывательной деятельности против нас… Мы не можем доверять русским… или давать им информацию, которая может выдать важный или деликатный источник»22.

В подобном подходе англичан к  советско-британскому сотрудничеству в годы Великой Отечественной войны не было ничего удивительного. Дружба по принуждению - вот суть британской позиции в развитии союзнических контактов с СССР в 1941-1945 годах в ходе совместной борьбы против гитлеровской Германии. Напомню, что премьер-министр Великобритании У.Черчилль в первый же день вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз прямо заявил: «За последние 25 лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я сказал о нем. Но все это бледнеет перед развертывающимся сейчас зрелищем… Поэтому опасность, угрожающая России, - это опасность, угрожающая нам и Соединенным Штатам, точно так же, как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, - это дело свободных людей и свободных народов во всех уголках земного шара»23.

Однако антисоветизм, характерный, как и прежде, для влиятельных британских правящих кругов, являлся одним из главных препятствий в развитии советско-британских контактов в 1941-1945 годах. Перезагрузка отношений союзных держав разворачивалась медленно и временами давала ощутимый сбой. Советская сторона неоднократно убеждалась, что антисоветская позиция являлась определяющим критерием в подборе и расстановке британских кадров при назначении на ответственные должности и посты как в Москве, так и Кабуле.

Например, официальным представителем британской разведки в Москве в сентябре 1941 года был назначен полковник Дж.А.Хилл, чьи антисоветские взгляды были давно известны. Его враждебная деятельность против «первого в мире государства рабочих и крестьян» также не являлась секретом для спецслужб СССР. Этот «специалист» по России появился в революционном Петрограде еще в августе 1917 года и сразу был прикомандирован к Ставке Верховного Главнокомандования русской армии в Могилеве.

За свою первую командировку в Россию Дж.Хилл был представлен к российским наградам, врученным ему А.Ф.Керенским и А.И.Деникиным. В 1918 году под руководством английского дипломата-разведчика Локкарта Хилл принимал активное участие в организации антисоветского заговора и левоэсеровского мятежа в Москве. По представлению ВЧК,  большевистское правительство выслало из России Дж.Хилла вместе с Локкартом и другими английскими шпионами. Вскоре он вновь, теперь уже нелегально, вернулся в страну Советов и сотрудничал с другим английским агентом Сиднеем Рейли. К 1922 году Дж.Хилл, уже в качестве эксперта, подвизался на Генуэзской и Гаагской международных конференциях, где всячески стремился выйти на контакт с членами советской делегации24

Послужной список резидента английской разведки в Афганистане подполковника А.Ланкастера не был столь впечатляющим, но также имел под собой антисоветскую основу. Как стало известно советской разведке в Кабуле, Ланкастер, будучи еще одним «специалистом» по России, в 1918 году был направлен офицером британских войск в Экспедиционный корпус, размещенный в Закаспийской области. В этой связи заведующий Средневосточным отделом НКИД СССР С.А.Кавтарадзе направил запрос в НКВД СССР о возможной причастности Ланкастера к расстрелу 26 бакинских комиссаров летом 1918 года.

В полученном ответе говорилось, что в районе Красноводска-Ашхабада на момент гибели 26 бакинских комиссаров действительно находилось несколько английских офицеров. Их число, по разным данным, составляло от двух до четырех британских военнослужащих. Однако, по имевшимся материалам, точно установить их фамилии, воинские звания и должности не представлялось возможным25.

Следует отметить, что и в дальнейшем, в том числе на протяжении всего своего пребывания в Афганистане в годы Великой Отечественной войны, А.Ланкастер в переписке совпосольства в Кабуле как по линии НКИД СССР, так и по линии НКВД СССР неизменно характеризовался крайне отрицательно. Его антисоветские взгляды в оценке текущих событий были общеизвестны. Этим во многом объясняется тот факт, что представители внешней разведки СССР и Великобритании в центре и на периферии продолжали относиться друг к другу настороженно и с известной долей подозрительности.

Сотрудничество спецслужб союзных держав также осложнялось серией провалов при проведении совместных операций в Западной Европе в годы Великой Отечественной войны. Подтверждением тому являлся, например, неудачный опыт совместных действий союзников по подготовке и выброске с территории Англии агентуры советской разведки в Германию и оккупированные ею страны. С сентября 1941 по март 1944 года на Британские острова было переправлено 36 советских разведчиков, 29 из которых были заброшены в тыл противника. Трое погибли при десантировании, судьба остальных 26 советских агентов так и осталась по сей день неизвестной. Уже в 1942 году Лондонская секция связи советской внешней разведки во главе с полковником И.А.Чичаевым забила тревогу по этому поводу. В Москву была направлена шифротелеграмма: «Продолжение сотрудничества в том виде, как оно осуществлялось до сих пор, нецелесообразно». В последующем заброска советских агентов в Германию через Англию была приостановлена, а затем и полностью прекращена26.

Руководство советской разведки разрабатывало  планы совместных с англичанами спецопераций как на Западе, так и на Востоке с учетом достигнутых договоренностей о взаимодействии советской и британской внешних разведок в годы Великой Отечественной войны. Соответствующее соглашение на этот счет было подписано в Москве 30 сентября 1941 года. В этом документе были четко прописаны условия сотрудничества спецслужб СССР и Великобритании в борьбе с фашистской Германией.

Например, в этом соглашении, в частности, говорилось: «Сотрудничая и содействуя друг другу, советские и британские органы не желают предпринимать ничего такого, что могло бы поставить под угрозу их организации или напрасно подвергать опасности их агентов. Секретная советская и британская организации не будут раскрыты друг перед другом, а равно не будет, как правило, никакого контакта между их оперирующими агентами, за исключением тех случаев, когда руководители организаций одной и другой сторон уверены, что такой контакт имел бы свои преимущества27.

Вместе с тем следует отметить, что до вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз ни о каком сотрудничестве СССР и Великобритании, а тем более об оперирующих агентах этих двух стран, никто и не помышлял. Как известно, в ходе начавшейся Второй мировой войны в сентябре 1939 года Советский Союз заявил о своем нейтралитете и невмешательстве в ход боевых действий в Европе между Англией и Францией, с одной стороны, и гитлеровской Германией - с другой.

В создавшейся обстановке британские правящие круги стали рассматривать Советский Союз не иначе, как своего потенциального противника, подписавшего в августе-сентябре 1939 года Пакт о ненападении и Договор о дружбе и границах с Третьим рейхом. Именно с этих позиций британские спецслужбы в Кабуле вплоть до 22 июня 1941 года в одиночку разрабатывали тайные операции, ставя во главу угла задачу внедрить своих агентов в число информаторов и доверенных лиц германского посольства в Афганистане. Конечная цель - обеспечить контроль британской разведки над деятельностью  спецслужб «оси» на афганском направлении.

Будущему советско-британскому сотрудничеству в области разведки предшествовали события, имевшие место в Афганистане незадолго до нападения фашистской Германии на Советский Союз. В первые месяцы 1941 года в Кабуле появился молодой индус по имени Бхагат Рам Гудассмаль. Мало кто знал даже в Британской миссии в Афганистане, что Бхагат Рам являлся британским разведчиком - секретным агентом Индийской политической разведки (ИПР). В афганской столице этот индиец сразу же попал в поле зрения сотрудников большинства спецслужб, осуществлявших свою деятельность в составе иностранных посольств. Это объяснялось тем, что в Кабуле он появился не один. Бхагат Рам сопровождал Субхас Чандра Боса - бывшего председателя Индийского национального конгресса, одного из лидеров индийских националистов левого толка. Вместе они прошли по маршруту по территории Зоны независимых пуштунских племен, пересекли индо-афганскую границу и в конечном итоге оказались в Кабуле. Как стало известно, С.Ч.Бос в рассматриваемый период создал новую организацию «Форвард блок», делая ставку на вооруженную борьбу и открытое сотрудничество с врагами Англии - державами «оси» во главе с Третьим рейхом. Этот индийский лидер выступал также за единство действий с СССР в борьбе против британского империализма и за независимость Индии.

В свою очередь, Б.Рам в контакте с С.Ч.Босом был легендирован как индийский революционер почти с 20-летним стажем подпольной работы. Он действительно состоял в левой партии «Кирти Киссан», называвшей себя «Коммунистической партией Лахора». Авторитет этого партийца особенно вырос среди индийских революционеров, когда он сумел наладить связь с Исполкомом Коминтерна в Москве. Ему удалось, правда как оказалось под присмотром британских спецслужб, организовать безопасный коридор для нелегальной переправки индийских коммунистов в СССР. Именно по этому маршруту в октябре 1940 года был проведен Ачар Сингх (Ларкин), рекомендованный в Москве на работу в Коминтерне референтом по Индии. Впоследствии именно Ларкин, отвечая на вопросы компетентных органов СССР, неизменно подтверждал безупречное коммунистическое прошлое Б.Рама.

Трудно сказать, насколько в своих ответах был искренен этот индийский революционер. Некоторые факты его политической биографии до сих пор вызывают сомнения. Судите сами: в конце 1941 года Ларкин был направлен Коминтерном в Индию, но был арестован в Читрале и посажен в тюрьму. Спустя несколько месяцев Ларкин был «чудесным образом» освобожден по прямому указанию англичан и тут же был введен в состав Объединенного комитета Компартии Индии по работе среди крестьян в Пенджабе. На этом ответственном посту он находился с 1942 года и вплоть до 1947 года, то есть до момента потери англичанами своей «жемчужины» в короне Британской империи и обретения Индией независимости. Далее следы Ларкина терялись28.

Что касается С.Ч.Боса и Б.Рама, то афганская разведка сразу взяла под «колпак» этих индийских революционеров, тщательно фиксируя все их контакты и передвижения по городу. Эти «беженцы» из Индии в период  совместного пребывания в Кабуле с февраля по март 1941 года нашли пристанище у индийского купца У.Чанда - владельца небольшого магазина «His Master′s Voice», торговавшего посудой и электроприборами. Б.Рам представил С.Ч.Босу хозяина конспиративной квартиры как своего старого товарища по партии, с которым он сидел в тюрьме, а сейчас «случайно» встретил на улице. Конечно, это явочная квартира, подготовленная британскими спецслужбами, оказалась сразу засвеченной как афганской контрразведкой, так и иностранными резидентурами, действовавшими под крышей своих посольств в Кабуле.

По городу среди торгового люда поползли слухи о левых и даже прокоммунистических взглядах хозяина магазина «His Master′s Voice». В глазах явных и скрытых наблюдателей за домом У.Чанда торговец, будучи всего лишь связным Б.Рама, превращался из гостеприимного хозяина, давшего кров и очаг своему именитому гостю С.Ч.Босу, в его верного соратника по революционной борьбе. Создается впечатление, что англичане к такого рода огласке и стремились. Они сумели довести и до сведения советского посольства некоторую информацию о частной жизни этого индийского «профессионального революционера». В справке «Немцы в Кабуле», подготовленной советской службой внешней разведки в январе 1942 года, говорилось, например, следующее: «Во второй половине 1941 г. было установлено, что индийский купец У.Чанд, владеющий собственным магазином электроприборов в Кабуле, по вечерам в своей квартире штудирует курс истории ВКП(б) на английском языке (книга издана в Москве). Прикидываясь другом Советского Союза, У.Чанд постоянно обращается к сотрудникам посольства СССР в Афганистане с просьбой снабдить его советскими журналами и другой литературой29.

Согласитесь, что для любого революционера-подпольщика такой стиль поведения выглядел крайне нелепо. Все это сродни тому, как если бы в телесериалах о советской разведке утверждалось, что Штирлиц имел маленькую слабость: на ночь глядя любил почитывать Краткий курс истории ВКП (б) под редакцией вождя всех времен и народов И.В.Сталина.

Несколько опереточно выглядели и попытки Б.Рама установить прямой контакт с советским посольством в Кабуле. Как отмечает историк российских спецслужб Ю.Н.Тихонов: «Уже на второй день пребывания С.Ч.Боса в афганской столице Бхагат Рам через двух женщин из советской миссии передал письмо бывшего президента ИНК послу К.Михайлову. Однако никакого ответа от него С.Ч.Бос не получил. Более того, когда С.Ч.Бос и его проводник подкараулили посла СССР на одной из кабульских улиц, К.Михайлов категорически отказался вступить с ними в беседу, хотя не узнать бывшего президента ИНК он не мог»30.

По-другому, как говорится, и быть не могло. Без особого распоряжения сотрудники НКИД и НКВД СССР, работавшие в составе советских дипмиссий, не имели права выходить на контакт с представителями зарубежных партий и организаций. Согласно инструкции «Отделения Коминтерна и ВЧК», действовавшей еще со времен Ф.Э.Дзержинского, сотрудники спецслужб СССР не имели права в своей практической деятельности подменять работников Коминтерна. Представителям советской разведки также было запрещено обращаться к заграничным партиям и группам с предложением о сотрудничестве31. Британским спецслужбам это было хорошо известно, поэтому на улицах Кабула они, по сути дела, устроили для К.А.Михайлова и его «ближних» и «дальних» сотрудников своеобразные «смотрины» индийских революционеров, и в первую очередь Б.Рама. Визуальный контакт таким образом, по мнению англичан, успешно состоялся.

Формально рассуждая, Б.Рам не выполнил задание руководства «Кирти Киссан», так как не сумел провести С.Ч.Боса по афганскому «коридору» и осуществить его переброску в СССР через «окно» на советско-афганской границе. Более того, своевольно отклонившись от маршрута, он не смог решить поставленную задачу и в Кабуле, выйдя на прямой контакт с послом СССР К.А.Михайловым вопреки всем мыслимым и немыслимым правилам конспирации. Однако эта запланированная «неудача» явилась для Б.Рама веским основанием к тому, чтобы обратиться за содействием в германскую дипмиссию в Кабуле. Посол Третьего рейха Г.Пильгер срочно информировал Берлин о появлении С.Ч.Боса в его резиденции и намерениях этого индийского революционера перебраться в Европу с целью организации широкомасштабной антибританской пропаганды и подрывной деятельности против англичан в Индии.

Вскоре из Москвы в посольство СССР в Афганистане было направлено указание не чинить препятствий для выезда С.Ч.Боса из Афганистана в Европу. В советскую дипмиссию был представлен на визу подлинный паспорт на имя сотрудника итальянского посольства в Кабуле Орландо Мацотты с вклеенной в этот документ фотографией С.Ч.Боса и проставленной уже немецкой въездной визой. Советская сторона, в свою очередь, незамедлительно выдала транзитную визу для проезда С.Ч.Боса по территории СССР без права остановки. В конце марта 1941 года С.Ч.Бос благополучно пересек советско-афганскую границу и спустя несколько дней оказался в Берлине. Согласно планам С.Ч.Боса, представленным руководству фашистской Германии, Кабул должен был стать связующим центром между державами «оси» и борцами за свободу и независимость Индии. Б.Рам негласно назначался личным представителем С.Ч.Боса в контактах с дипломатами держав «оси» в Кабуле, то есть, по сути дела, передавался на связь их разведслужбам.

Весной 1941 года продолжились контакты Б.Рама с представителями разведслужб Италии и Германии, работавшими под крышей своих дипмиссий в Кабуле. Это ни в коей мере не смутило руководство партии «Кирти Киссан» с ее ярко выраженной антибританской направленностью. Наоборот, контакты Б.Рама с державами «оси» в условиях военного противостояния фашистской Германии с Британской империей были одобрены. Следует также отметить, что эта позиция индийских левых никак не противоречила их коммунистическим убеждениям. До нападения фашистской Германии на СССР Сталин и Гитлер рассматривались индийскими революционерами не иначе, как союзники, согласно советско-германскому Договору о дружбе и границах (сентябрь 1939 г.). Что касается Б.Рама как английского разведчика, то он полностью выполнил свое первое задание, войдя в контакт с представителями держав «оси». В конечном итоге он «уступил» настойчивости немцев и дал согласие на их предложение стать агентом германской разведки.

Одновременно англичане намеревались с помощью Б.Рама выявить и агентурную сеть советской разведки в Афганистане. В случае удачи они планировали поставить под свой контроль деятельность нелегальной резидентуры  СССР в регионе. По заданию своих британских хозяев Б.Рам стал искать выход на негласный контакт с представителями советских спецслужб, работавших под крышей посольства СССР в Кабуле. Вскоре такой случай представился благодаря посредничеству У.Чанда - владельца торговой лавки «His Master′s Voice». Его репутация «большого друга СССР», ранее сочиненная англичанами, оказалась как нельзя кстати и наконец-то сработала.

В сентябре 1941 года У.Чанд вывел своего «бывшего квартиранта» Б.Рама на контакт с резидентом советской разведки в Афганистане М.А.Аллахвердовым (агентурный псевдоним «Заман»). Как отмечает историк российских спецслужб Т.Гладков, в обслуживающем персонале германского посольства у «Замана» были свои люди (из 25 афганцев, работавших по найму у немцев, семь человек ранее служили в советском посольстве. - Прим. авт. - Ю.Б.). От них советский резидент уже знал о существовании некоего индийца, ставшего главным агентом немцев в регионе. Но о том, что этот агент инициативно предложит свои услуги Советам, не мог и помыслить32.

До сих пор во всех российских изданиях, посвященных событиям в Афганистане в годы Великой Отечественной войны, Б.Рам неизменно предстает в образе воина-интернационалиста. В «Очерках истории российской внешней разведки», а также в публикациях известных российских исследователей истории советских спецслужб при рассказе о вербовке Б.Рама советской разведкой сразу же приводятся слова этого индийского революционера, звучавшие пафосно, как клятва. В  беседе с советским резидентом Б.Рам заявил: «Я предан революции в Индии, ее освобождению и Советскому Союзу. Я знаю, что свобода Индии зависит от вашей победы, что гитлеровская Германия и ее союзники - это ваши и наши враги, знаю, как тяжело вам сейчас. Хочу помочь вам делом. Моя партия поручила мне войти в контакт с советским посольством в Кабуле и предложить вам сотрудничество мое и партии. Мы располагаем известным влиянием и имеем сторонников здесь, в Афганистане, особенно в Зоне свободных племен и в Северо-Западной пограничной провинции Индии. Всем этим вы можете располагать во имя вашей и нашей свободы»33

Б.Рам также передал М.А.Аллахвердову письмо для Коминтерна, в котором он и его товарищи пытались убедить руководство ИККИ, что они лишь использовали германскую разведку в целях своей партии и передавали немцам лишь вымышленный материал, то есть дезинформацию, оставаясь преданными делу мирового коммунистического движения и ожидая инструкции из Москвы в связи с нападением фашистской Германии на СССР34.

Советского резидента, однако, настораживало другое «пламенное откровение» Б.Рама, почему он сразу не пришел в советское посольство, а направился в дипмиссию фашистской Германии. В беседе с М.А.Аллахвердовым Б.Рам объяснял это следующим образом: «Я, конечно, предпочел бы пойти в советское посольство. Но афганская полиция держала его под неусыпным контролем. Следила за всеми, кто входил и выходил. А за германским посольством следили чисто формально. Посетителями не интересовались. Я и пошел, думая, что потом, при первой возможности, свяжусь с советскими друзьями35. Но эти «думы» Б.Рама о советских друзьях растянулись на период более чем в семь месяцев. Все это звучит, мягко говоря, не совсем убедительно, так как соратники Б.Рама всегда находили возможность посещать при необходимости советское посольство, как говорится, шифруясь и проверяясь.

Например, Ю.Н.Тихонов в своей книге «Афганская война Сталина. Битва за Центральную Азию» достаточно подробно описывает визиты в советское посольство в Кабуле индийского революционера Х.Соди, бывшего студента Коммунистического университета трудящихся Востока в Москве. В июне 1941 года, как пишет автор, «опытный и осторожный Соди пошел на большой риск: он явился переодетым в традиционную пуштунскую одежду в посольство СССР. Ему удалось добиться встречи с атташе Мурадовым… Во время своих следующих визитов в полпредство СССР Соди встретился… с послом Михайловым и представителем советской разведки…»36.  В данном случае команды от англичан выйти на связь с представителем советской разведки в Кабуле Б.Рам до осени 1941 года, по-видимому, не получал.

По указанию руководителя советской внешней разведки П.М.Фитина в Москве была организована проверка Б.Рама. Первая информация по существу дела поступила от Исполкома Коминтерна. В докладной записке на имя Генерального секретаря Коминтерна Г.Димитрова заведующая отделом кадров ИККИ П.Гуляева сообщила, что сведения, указанные Б.Рамом в своей автобиографии, совпадают с имеющимися в распоряжении ИККИ данными. Вместе с тем сотрудник Коминтерна обращал внимание на признание Бхагат Рамом своей связи с германской разведкой и получение им от немцев большой суммы денег на организацию диверсионной деятельности, а также на приобретение оружия.

Деятельность Б.Рама, говорилось далее в документе, раскрывает истинную сущность политической линии руководства «Кирти», как партии, по сути дела, мелкобуржуазной, путчистской, неразборчивой ни в методах борьбы, ни в союзниках. В заключение докладной записки сотрудник ИККИ делал следующий вывод: «Одного факта связи руководящего работника «Кирти» с германской разведкой достаточно для того, чтобы отказаться от всякой связи с Бхагат Рамом и У.Чандом, которого тот рекомендует в качестве надежного связного, а также и с группой «Кирти» в целом, пока она не будет реорганизована…» Следует также отметить, что осенью 1941 года Коминтерн не имел никаких данных о С.Ч.Босе. После своего переезда в Европу весной 1941 года, говорилось в материалах ИККИ, этот индийский лидер нигде публично не выступал, его позиция по важнейшим вопросам современной международной обстановки также была неизвестна. Сведениями о его местонахождении кадровая служба ИККИ не располагала37.

Однако руководство советской разведки наряду с продолжением проверки Б.Рама приняло решение не прерывать с ним контакт. Сотрудничество Б.Рама с немецкой разведкой получило свое дальнейшее развитие теперь уже под контролем советского резидента М.А.Аллахвердова. Как оказалось, немцы высоко ценили внешне правдоподобные доклады и обзоры об обстановке в Индии и в Зоне племен, составленные Б.Рамом при участии своих соратников по партии «Кирти Киссан». Эта информация неизменно находила отражение в телеграммах, направляемых немецкими разведчиками в Берлин.

Вместе с тем краткие визиты Б.Рама в Кабул и составление им справок с разведданными для посольства Третьего рейха с интервалом в полтора-два месяца не могли удовлетворить немцев. Они нуждались в получении оперативной информации из Британской Индии на регулярной основе. Вот почему вскоре Б.Рам в немецком посольстве в Кабуле получил две рации с инструкциями по эксплуатации, кодами и шифрами, а также крупные денежные суммы. Ему было дано срочное задание подобрать людей для обучения радиоделу. По решению Москвы, рации, предназначенные для подпольной работы на территории Индии и в Зоне племен, были размещены в тайных схронах в черте Кабула. Проверить, куда они доставлены и кому вручены, немцы могли только по линии Б.Рама, других возможностей у них не было. Как и положено по условиям конспирации, немцы при каждой замене шифра, кодов, диапазонов и частот радиосвязи своевременно информировали об этом Б.Рама.

Таким образом, с конца 1941 года под контролем советской разведки оказалась вся работа абвера в Зоне племен и в самой Индии. Естественно, что британская разведка также получала аналогичную информацию от Б.Рама о всех планах гитлеровской агентуры в Индии.

Вместе с тем затянувшаяся проверка Б.Рама советской стороной крайне беспокоила англичан. Британские спецслужбы предприняли свои меры предосторожности для положительного завершения проверки своего агента советской разведкой. По их мнению, сохранить Б.Рама на связи с советской разведкой возможно было, подчеркнув его особую ценность и значимость как информатора ближайшего окружения фюрера о положении дел в Афганистане и Индии.

По-видимому,  именно с этой целью в феврале 1942 года Б.Рам сообщил М.А.Аллахвердову «неожиданную новость» о своем награждении высоким орденом Третьего рейха. По словам Б.Рама, аналогичным орденом был награжден и его куратор - резидент немецкой разведки в Афганистане Р.Расмус. Рассказав «Заману» о процедуре награждения с оглашением приветственной телеграммы самого фюрера в его адрес, Б.Рам так и не смог вспомнить, как называется этот орден. Удивительно, что сам факт награждения, до сих пор известный лишь со слов самого Б.Рама, ни у кого не вызывал и не вызывает сомнения.

Историки спецслужб и поныне лишь спорят и гадают по поводу того, каким именно орденом был награжден Б.Рам. Одни заявляют, что можно предположить, что это был не последний по престижности знак отличия, раз немецкий резидент получил такой же. По-видимому, отмечают эти исследователи, Б.Рам считал ниже достоинства индийского революционера-интернационалиста запоминать названия гитлеровских наград, оставив эту награду и соответствующее наградное удостоверение в германской дипмиссии в Кабуле. Другие заявляют, что в нацистской Германии было только два военных ордена - «Железный крест» и «Крест за военные заслуги» (с мечами и без мечей). Первая награда вручалась лишь непосредственным участникам боевых действий. Так что Бхагат Рам и его резидент могли быть награждены только крестом «За военные заслуги» без мечей второго класса (оба ордена первого класса полагались лишь после награждения крестом второго класса)38.

Все эти рассуждения современных авторов о представлении к наградам фюрера Б.Рама и Р.Расмуса очень трудно принимать всерьез. Ведь Б.Рама награждать было еще не за что. К этому времени он всего лишь несколько раз переходил индо-афганскую границу и объявлялся в Кабуле, снабжая немцев лишь общими обзорами о положении дел в Индии и Зоне племен. Его доклады в большинстве случаев были основаны на его личных наблюдениях. Таким образом, если награждение и состоялось, то получается, что оно представляло собой некий аванс за «будущие подвиги». Возможно ли такое?

За Р.Расмусом в рассматриваемый период также не числилось никаких особых заслуг. Тем более что при его, пусть и косвенном, участии летом 1941 года была провалена операция по переброске агентов абвера М.Обердорффера и М.Брандта из Кабула в Зону независимых пуштунских племен. Берлин также признал операцию неподготовленной и неоднократно откладывал еще одну так и несостоявшуюся операцию абвера по высадке немецких диверсантов-парашютистов в Северо-Западной пограничной провинции Индии, намечавшуюся на конец 1941 - начало 1942 года39. По всей видимости, этот эпизод с награждением являлся очередной выдумкой англичан, с тем чтобы возвысить Б.Рама в глазах советской разведки.

Следует отметить, что по заданию М.А.Аллахвердова источник советской разведки в посольстве Третьего рейха в Кабуле провел негласный обыск в квартире, где проживал немецкий резидент Р.Расмус. Однако никаких наград фюрера или наградных документов на Расмуса, не говоря уже и о Б.Раме, там обнаружено не было. Советский агент докладывал, что на квартире немецкого резидента в его письменном столе неизвестно для чего хранятся в коробках только знаки различия командного состава рабочее-крестьянской Красной армии40

К маю 1942 года проверка Б.Рама - «орденоносца Третьего рейха» была закончена. Работу по его разработке провели куратор афганского направления начальник средневосточного отдела 1-го управления НКВД СССР А.М.Отрощенко и начальник немецкого отдела 1-го управления НКВД СССР А.М.Коротков, выезжавшие поочередно в Кабул для встреч с Б.Рамом и ознакомления с его делом, как говорится, на месте.

Было установлено, что Б.Рам являлся давним агентом британской разведки. Англичанам дали понять, что их человек раскрыт. Однако в Москве было принято решение продолжить сотрудничество с Б.Рамом с учетом полученных от него важных разведданных о происках немцев в Афганистане и Индии.

В истории советской разведки эта операция по разгрому агентурной сети немецкой разведки в Афганистане получит название «Мародеры». Как отмечал историк российских спецслужб Ю.Л.Кузнец, «мародерами» назвали агентуру стран «оси» в Афганистане, видимо, потому, что она как бы пыталась поживиться и паразитировать в своей деятельности на временных военных успехах фашистского блока далеко за пределами Афганистана41.

В июне 1942 года Б.Рам официально был передан советской разведкой на связь с британской разведслужбой. Как отмечают российские историки В.О.Печатнов и И.Э.Магадеев, столь нетипичный для Москвы шаг, как в силу идеологических причин, так и по причине допуска иностранцев к сверхсекретным вопросам, произвел впечатление на человека, не склонного к восторгам вообще, а уж тем более по поводу Советского Союза - британского генерала Г.Исмея, секретаря Комитета начальников штабов и заместителя У.Черчилля на посту военного министра.

Вернувшись из очередной поездки в Москву и ознакомившись с делом Б.Рама, Г.Исмей оценил информацию о деятельности двойного советско-британского агента не иначе, как известие «крайне неожиданное и удивительное»42. Вот уж действительно небывалое бывает. Британский агент в Афганистане оказался под двойным управлением: советские и британские разведывательные органы стали совместно планировать его деятельность.

Таким образом, в течение 1942 года советско-британские контакты на афганском направлении как по линии спецслужб, так и по линии внешнеполитических ведомств двух стран стали свершившимся фактом и приобрели постоянный характер. Все это явно свидетельствовало и о позитивных переменах в отношениях союзных держав в составе антигитлеровской коалиции. В первую очередь речь шла об укреплении мер доверия и формировании правовой базы сотрудничества.

Вместе с тем следует отметить, что не только сотрудничество, но и противостояние определяли в то время суть советско-британских связей. Афганский опыт союзников являлся тому подтверждением. Несмотря на наличие общего врага - фашистской Германии, британские официальные лица в рассматриваемый период так и не удосужились дать положительный ответ на советские предложения совместными усилиями ликвидировать дипмиссии стран «оси» в Афганистане.

Блокировали союзники и инициативы СССР по вовлечению Афганистана в объединенный антифашистский фронт свободолюбивых народов. Как и прежде, британские политики оставались верны своему курсу «Разделяй и властвуй». Однако благодаря активной внешней политике СССР масштаб «Большой игры» англичан на «афганской площадке» оказался существенно ограничен, а 1942 год, богатый на события международной жизни, подтвердил преемственность и последовательность внешнеполитического курса СССР как на Западе, так и на Востоке.

 1См. Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенным Королевством Великобритании о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны // Документы внешней политики СССР (ДВП) СССР. 1942. Т. XXV. Кн. 1. М., 2010. С. 392-393.

 2Запись беседы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова с премьер-министром Афганистана Мухаммед Хашим Ханом. 16 июня 1942 г. // ДВП СССР. Т. XXV. Кн. 1. С. 481-482.

 3Письмо посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова заместителю народного комиссара иностранных дел СССР В.Г.Деканозову. 2 июля 1942 г. // ДВП СССР. Т. XXV. Кн. 2. С. 18.

 4Там же.

 5ДВП СССР. Т. XXV. Кн. 2. С. 15-17.

 6Телеграмма полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова. 19 июля 1942 г. // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 370. Д. 2517. Т. 2. Л. 168-169.

 7Протокол допроса Пильгера Г. в Бутырской тюрьме. Москва. 1 ноября 1945 г. С. 5. Рассекречено. Служба внешней разведки. РФ-10.

 8Там же.

 9Телеграмма полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в адрес НКИД СССР. 25 августа 1942 г. // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 370. Д. 2518. Т. 3. Л. 14.

10Подробнее см.: Кузнец Ю.Л. «Мародеры» выходят из игры. М., 1992. С. 40-41.

11Протоколы допроса Г.Пильгера в Бутырской тюрьме от 1 ноября 1945 г. С. 6 и от 31 января 1946 г. С. 21-22. Рассекречено. Служба внешней разведки. РФ-10.

12Служебная записка №139266 от 30 августа 1942 г. на имя зам. наркома НКИД СССР В.Г.Деканозова от начальника 2 управления ГРУ ГШ Красной Армии полковника Ратова и военного комиссара ГРУ ГШ Красной Армии Киселева // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 24. П. 200. Д. 8. Л. 1. «Общие вопросы взаимоотношений СССР И Афганистана».

13Телеграмма временного поверенного в делах СССР  в Афганистане И.В.Самыловского в адрес НКИД СССР. 24 декабря 1943 г. // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 10. П. 36. Д. 5369. Л. 186.

14Общие вопросы политических взаимоотношений между СССР и Афганистаном // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 24. П. 200. Д. 8. Л .9.

15Телеграмма полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в адрес НКИД СССР. 20 августа 1942 г. //. АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 1. П 370. Д. 2518. Т. 3. Л. 3.

16Протокол допроса Г. Пильгера в Бутырской тюрьме от 1 ноября 1945 г. С. 6. Рассекречено. Служба внешней разведки РФ-10.

17Очерки истории российской внешней разведки. М., 1997. Т. 3. С. 203.

18Телеграммы полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в адрес НКИД СССР. 1 января 1942 г., 24 декабря 1942 г. // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2384. Т. 2. Л. 105; Ф. 059. Оп.1. П. 370. Д. 2518. Т. 3.

19Телеграммы полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в адрес НКИД СССР. 6 января 1942 г., 6 и 27 августа 1942 г. // АВП МИД РФ. Ф. 059. Оп. 9. П. 21. Д. 5183. Л. 10; Ф. 059. Оп. 1. П. 370. Д. 2517. Т. 2. Л. 214; Ф. 059. Оп. 1. П. 370. Д. 2517. Т. 3. Л. 15.

20Запись беседы советника посольства СССР в Афганистане В.С.Козлова с первым секретарем английской миссии в Кабуле Грином. 9 мая 1942 г. // АВП РФ. Ф. 059. Оп. 24. П. 199. Д. 5. Л. 9.

21Очерки истории российской внешней разведки… С. 162.

22Там же. С. 389.

23Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945. М., 1983. Т. 1. С. 513-514.

24Очерки истории российской внешней разведки… С. 387.

25Служебная записка заведующего Средневосточным отделом НКИД СССР С.А.Кавтарадзе на имя заместителя наркома иностранных дел СССР В.Г.Деканозова. 16 апреля 1943 г. // АВП РФ Ф. 059. Оп. 25. П. 203. Д. 9. Л. 1.

26Очерки истории российской внешней разведки. М., 1999. Т. 4. С. 388-389.

27Там же. С. 664.

28Тихонов Ю.Н. Афганская война Сталина. Битва за Центральную Азию. М., 2008. С. 606-608.

29Справка «Немцы в Кабуле». С. 6. Рассекречено. Служба внешней разведки. РФ-10.

30Тихонов Ю.Н. Афганская война Третьего рейха. НКВД против абвера. М., 2003. С. 165.

31Очерки истории российской внешней разведки. М., 1999. Т. 4. С. 313-314.

32Гладков Т.К. Лифт в разведку. Король нелегалов Александр Коротков. М., 2002. С. 346.

33См: Очерки истории российской внешней разведки. М., 1999. С. 346-347; Кузнец Ю.Л. Указ. соч. С. 9. Тихонов Ю.Н. Афганская война Третьего рейха... С. 164-165.

34Тихонов Ю.Н. Афганская война Третьего рейха… С. 165.

35Кузнец Ю.Л. Указ. соч. С. 11.

36Тихонов Ю.Н. Афганская война Сталина… С. 349.

37Докладная записка заведующего отделом кадров Коминтерна П.Гуляева Генеральному секретарю Г.Димитрову // РГАСПИ. Ф. 495. Оп. 16. Д. 59. Л. 229-230.

38См: Кузнец Ю.Л. Указ. соч. С. 56; Гладков Т.К. Указ. соч. С. 348.

39Подробнее см.: Булатов Ю.А. Срыв гитлеровского «блицкрига» в Центральной Азии: противоборство Германии и СССР на афганском плацдарме // Военно-исторический журнал. 2013, август. №8. С. 26-32.

40Справка. Немцы в Кабуле. С. 8. Рассекречено. Служба внешней разведки. РФ-10.

41Кузнец Ю.Л. Указ. соч. С. 4

42Переписка Сталина с Рузвельтом и Черчиллем в годы Великой Отечественной войны. М., 2015. Т. 1. С. 571. Подробнее см: O?Sullivan D. Dealing with the Devil: Anglo-Soviet Intelligence Cooperation in the Second World War N.Y., 2010. Р. 161-194.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481657 Юрий Булатов


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481656 Игорь Халевинский

Дипломатическая симфония в прозе

Игорь Халевинский, Председатель Совета Ассоциации российских дипломатов, Посол по особым поручениям, кандидат экономических наук

Мемуарный жанр в России имеет многовековую традицию. Причем он неизменно вызывал повышенный интерес у заинтересованного читателя. Мемуаристика - это не дневниковая запись, но, что важно, она лишена художественного вымысла. В творческом сознании автора происходит ретроспективное преломление событий, к которым он имел отношение. Этим и определяется ценность документальной реставрации «дней ушедших» в литературной форме.

В последние десятилетия отмечается настоящий бум произведений мемуарного жанра. Это устойчивое явление является убедительным признаком происходящей демократизации в нашем обществе, поскольку диапазон информации, которая может быть доступна для широкого читателя, неизмеримо расширился. Такая тенденция, превратившаяся, как мне кажется, в закономерность, ясно просматривается и в отечественной дипломатической среде. Этот вывод прежде всего касается дипломатов в отставке, которым есть что вспомнить, поделиться своими мыслями, оценками и соображениями с нынешней генерацией дипломатических работников, пролить свет на процессы и события в международной жизни, понимание которых, подчас их скрытый или недостаточно прорисованный смысл, может оказаться полезным и в сегодняшней дипломатической работе. Конечно же, ценность мемуарных произведений не одинакова и зависит прежде всего от степени сопричастности автора к описываемым событиям. Однако в любом случае воспоминания должностного лица заключают в себе позитивный заряд, имеющий прикладное значение.

В июле 2017 года дипломатическая мемуаристика пополнилась новым произведением «Дипломатическая симфония»*, (*Мелихов И.А. Дипломатическая симфония. М.: МГИМО-Университет, 2017. 367 с.) которое вызвало оживленный интерес на книжном рынке. Его автором является известный дипломат И.А.Мелихов - Чрезвычайный и Полномочный Посол, доктор исторических наук, член Союза писателей России и Совета Ассоциации российских дипломатов.

Книга тематически связана прежде всего с Ближним Востоком, работой автора в центральном аппарате, его научной и профессорской деятельностью. В ней синтезированы истории дипломатии последнего периода, регионоведения, тема фактора личности в дипломатической практике. В воспоминаниях содержится огромный массив новой, по сути эксклюзивной информации, которую практически невозможно почерпнуть из других источников.

В первой главе, предваряющей собственно воспоминания, И.А.Мелихов общими мазками определяет свое мировоззрение, гражданский подход к политическим процессам, происходившим в нашей стране. В частности, высказывает свое видение Октябрьской революции; идеологической и политической деятельности Запада, направленной на подрыв CCCP; характера горбачевской перестройки и ельцинского периода; роли отечественных либералов; консолидирующего вклада церкви на данном этапе; значимости русского языка.

Автор счел возможным высказать в этой главе некоторые соображения о кадровой политике в дипломатической сфере, где прошла вся его профессиональная деятельность. Дипломатия, подчеркивает он, - важнейший инструмент реализации внешней политики. В то же время это чрезвычайно сложная и деликатная материя, которая требует обширных знаний в области фундаментальных и прикладных дисциплин, а также обладания целым комплексом профессиональных компетенций, прежде всего стратегическим мышлением, тактическим мастерством, политико-дипломатическим прагматизмом, знанием иностранных языков, умением ведения переговоров, составления информационно-аналитических материалов и т. д.

Вызывает глубокое удовлетворение, что в последнюю четверть века на должности послов назначают преимущественно профессионалов. И всякий раз, когда на таком ответственном посту оказывается партийно-государственный функционер, возникает недоумение. После того, как был образован Московский государственный институт международных отношений, да еще при наличии Дипломатической академии, создана эффективная дипломатическая служба, стоящая на страже государственных интересов, поэтому появление на посольских должностях профессионально необразованных личностей, сетует автор, представляется не только необоснованным, но и откровенно вредным для государственных интересов. В таких кадровых схемах видится, по мнению И.А.Мелихова, политическая конъюктурщина, кумовство или просто недальновидность.

В этом контексте он задается вопросом в связи с назначением Чрезвычайным и Полномочным Послом РФ в Украине в 2001 году В.С.Черномырдина, вся профессиональная деятельность которого связана с экономической, прежде всего углеводородной, проблематикой. У нас что, кроме газовой, не было других острых, жгучих проблем в этой стране, двигавшейся в направлении откровенной русофобии и разрыва многопрофильных связей с Россией, переходившей в сферу очевидного западного влияния? На смену ему пришла и вовсе одиозная личность в лице М.Ю.Зурабова, по профессии экономиста-кибернетика. Он неубедительно проявил себя сначала в качестве председателя правления Пенсионного фонда РФ, а потом успешно разрушал здравоохранение на посту министра, в том числе путем проведения пресловутой реформы.

Разумеется, многоплановая конфронтация между Москвой и Киевом имеет глубинные причины как двустороннего, так и геополитического характера. Однако в ряде случаев роль посла может оказаться весьма существенной. Характерно, что в ответственный, переломный период после распада СССР исключительно важную роль для налаживания отношений между Москвой и Киевом сыграл крупный отечественный дипломат Ю.В.Дубинин, являвшийся в то время послом в Украине.

Основной массив мемуарной информации сопряжен с деятельностью И.А.Мелихова в качестве дипломата, прежде всего как известного специалиста-ближневосточника. Уже в главе «Египетская увертюра» читатель погружается в острую и драматическую тематику арабо-израильского конфликта 1967 года, совпавшего с преддипломной практикой автора в посольстве СССР в Каире. Ему удается передать тревожную политическую и психологическую обстановку, царившую в то время в Египте, «шапкозакидательскую» кампанию египетской пропаганды, высветить напряженную работу советского посольства, поделиться воспоминаниями о своем пребывании в Порт-Саиде, куда сразу же после наступления перемирия в Шестидневной войне прибыла группа кораблей ВМФ СССР с конкретным боевым заданием.

Автор, будучи начинающим дипломатическим работником, стоял у истоков установления и формирования отношений между Советским Союзом и Южным Йеменом. Эта глава получила название «Арабская Атлантида». Дело в том, что на политической карте мира сейчас нет Народно-Демократической Республики Йемен, которая на излете горбачевской перестройки, когда Москва фактически прекратила оказание поддержки Адену, была поглощена Северным Йеменом в рамках реализации философии «йеменского единства». Несмотря на исторические предпосылки для йеменского объединения, все-таки НДРЙ и ЙАР были на тот момент государствами с различным политическим строем, серьезными социально-экономическими отличиями, противоположными идеологическими установками.

Мелихов утверждает, что Демократический Йемен был, по существу, единственным среди развивающихся стран, который являлся не только политическим союзником, но и идеологическим единомышленником Советского Союза. Он с видимым теплом рисует портреты южнойеменских партийно-государственных деятелей, особенно Абдель Фаттаха Исмаила, которые возглавляли борьбу южно-йеменского народа за движение по пути укрепления независимости и социального прогресса.

Ярко выписана глава «Полыхающий Ливан», где автору довелось работать в период гражданской войны. Великолепные пейзажи этой небольшой арабской страны, состоящей из множества конфессий, приходят как бы в драматическое столкновение с горькой реальностью, когда в кровавой схватке сошлись суннитские, шиитские, христианские общины, руководимые возникшими военно-политическими партиями и группировками. Сотрудники посольства и члены их семей регулярно подвергались опасности. Мелихов вспоминает ряд конкретных случаев, когда ему удалось избежать трагических последствий.

Повествуя о деятельности посольства СССР во главе с опытным дипломатом А.А.Солдатовым, автор подробно делится воспоминаниями о своей служебной деятельности, выполнении ответственных заданий. Наиболее тесные контакты он поддерживал с Прогрессивно-социалистической партией В.Джумблата и практически всем спектром национально-патриотических сил. В то же время по поручению посла выходил на прямые контакты и с лидерами правохристианских отрядов.

В главе «Полыхающий Ливан» явственно прослеживается влияние внешних факторов, таких как сирийский, израильский и палестинский, на события в этой многострадальной стране.

Автор вторично оказался в Египте теперь уже в начале 1980-х годов в качестве советника посольства. Это был сложный период в советско-египетских отношениях, последовавший после того, как Президент А.Садат устранился от сотрудничества с Москвой, сделав ставку на США. При Х.Мубараке антисоветская истерия была прекращена, но отношения носили вялый характер. Возглавляя в посольстве группу внутренней политики и экономики, И.А.Мелихов особо акцентирует внимание на своих контактах с легальной оппозицией, характеризует особенности политической обстановки в АРЕ после убийства Садата, указывает на специфику египетских политических партий и организаций.

Глава «Каин, ты не прав!» посвящена работе автора в Сирии в качестве советника-посланника посольства и и. о. временного поверенного в делах СССР в САР. Название главы лишь сугубо внешне связано с мифологическим фактом совершения первого убийства человека именно на сирийской земле. На самом деле оно несет на себе глубокую смысловую нагрузку, поскольку сопряжено с горбачевским курсом на постепенное «умерщвление» советско-сирийских отношений, отход от активного взаимодействия с Дамаском на международной арене, особенно в ближневосточных делах. Мелихов с сожалением пишет об отъезде посла А.С.Дзасохова, избранного членом Политбюро ЦК КПСС, к которому сирийское руководство относилось с очевидным доверием и который умело смягчал перестроечный процесс в советско-сирийских отношениях.

В книге проходит внушительная галерея сирийских государственных деятелей, с которыми Мелихову довелось встречаться и вести беседы по актуальным проблемам двусторонних отношений, международной и региональной политики. Представляет интерес информация о реакции сирийской стороны на августовские события 1991 года в Москве, когда самопровозглашенный орган в лице ГКЧП пытался утвердить свою власть в СССР, и особенно профессиональных и гражданских действиях И.А.Мелихова в качестве и. о. временного поверенного в этот исключительно ответственный момент.

Последующие три главы посвящены работе автора Чрезвычайным и Полномочным Послом в Государстве Катар, Королевстве Саудовская Аравия и Федеративной Республике Нигерия. Они убедительно раскрывают целеустремленную, настойчивую и вместе с тем весьма гибкую деятельность отечественной дипломатии на отстаивание национально-государственных интересов России, поиск взаимоприемлемых развязок в двусторонних отношениях, кропотливую работу по налаживанию торгово-экономических связей.

В представленном информационно-аналитическом массиве особый интерес вызывает деятельность автора в качестве посла в саудовском королевстве. Этот, безусловно, сложный в профессиональном отношении дипломатический участок, думается, явился пиком служебной карьеры И.А.Мелихова. Характерно, что в пользу назначения его на этот пост выступил тогдашний министр иностранных дел Е.М.Примаков, который знал Мелихова еще со времен его преддипломной практики в Каире и общался по научным вопросам, особенно когда возглавлял Институт востоковедения АН СССР.

Глава «Рондо по-саудовски» состоит их четырех самостоятельных частей: «Двусторонний рефрен», «Ваххабитская версия ханбализма», «Чеченская тень на песках Аравии» и «Прощальное сновидение».

Автор рассказывает о весьма своеобразной специфике пребывания и служебной деятельности в саудовском королевстве, которое уже в 1990-х годах выдвинулось на лидирующие позиции не только в регионе Персидского залива и на Ближнем Востоке, но и в исламском мире в целом, поэтому поступавшая информация из посольства в центр имела немаловажное значение и получала широкую рассылку. На основе этой информации готовились важные документы, она ложилась в основу значимых решений, причем не только по внешнеполитическим, но и внутриполитическим проблемам. При их подготовке Мелихову доводилось встречаться и проводить обмен мнениями с российскими членами правительства и руководством заинтересованных министерств и ведомств.

Период работы автора в Эр-Рияде был отягощен драматическими событиями в Чечне. Саудовские исламистские круги, ваххабитские проповедники постоянно нагнетали напряжение в российско-саудовских отношениях, оказывали психологическое давление на посольство. Тем не менее посол пришел к принципиально важному выводу на основе своих контактов с наиболее влиятельными членами правящего дома Аль Саудов, что отождествление официального Эр-Рияда с ортодоксальным исламистским ригоризмом является ошибочным. Он в своем анализе подчеркивал, что исламисты, особенно их террористические последователи, являются по сути своей противниками королевской власти, а следовательно, открываются реальные перспективы для налаживания прагматичного взаимодействия между российской стороной и официальными саудовскими властями в плане сдерживания внедрения ваххабитских эмиссаров и развертывания ими поддержки чеченским сепаратистам. Постепенно в Москве такой подход нашел понимание, и обозначились признаки взаимодействия в этой весьма сложной и не лишенной противоречий сфере.

В свое время И.А.Мелихов в монографии «Монархи Персидского залива: проблемы модернизации», опубликованной под псевдонимом И.А.Александров (изд. «Дело и сервис», 2000 г.) дал уникальный анализ эволюции ваххабитской доктрины Саудовской Аравии, что получило резонанс не только у нас в стране, но и за рубежом. В «Дипломатической симфонии» он вновь вернулся к этой теме, показав, что ваххабизм в значительной степени трансформировался, пытаясь приобщиться к нынешним реалиям. В доказательство автор также ссылается на беседы в высшем эшелоне саудовского руководства, в частности с наследным принцем Абдаллой, ставшим впоследствии королем, что ваххабизм - это историческое движение, а никак не исламистский мазхаб, которое давно исчерпало себя. Так что и те исламистские фундаменталисты, и разного рода террористы, эксплуатирующие религию, на самом деле никакие не ваххабиты, а самые что ни на есть бандиты под исламской личиной.

Усилия российского посла по налаживанию многопрофильных связей между двумя странами в этот период были крайне затруднены, поскольку практически все слои населения и особенно саудовский истеблишмент находились под психологическим и политическим давлением военных действий в Чечне, поэтому представители правящего дома Аль Саудов давали понять, что реальный рывок на этом направлении можно будет сделать только тогда, когда война в Чечне прекратится. При этом И.А.Мелихов акцентирует внимание на том, что вследствие постоянной целенаправленной и выверенной работы с руководством Саудовской Аравии ему удалось предотвратить признание Эр-Риядом независимой Ичкерии, что могло бы привести к цепной реакции в мусульманском мире и легитимизации чеченского государства на международной арене. В королевстве не было открыто даже информационное бюро Ичкерии в отличие от некоторых европейских государств вроде Польши и Литвы.

В главе «Нигерийская экспрессия» автор сосредотачивается прежде всего на двух основных темах - предпринимавшихся посольством мерах для освобождения российских моряков, которым была инкриминирована на основе предъявленных улик контрабанда нефти, и политико-дипломатических мерах по спасению российских специалистов компании «Русал», которые были захвачены нигерийскими бандитами с целью получения денежного выкупа. Документально ссылаясь на хранящиеся в АВП РФ МИД России записи своих бесед с президентом, вице-президентом, министром юстиции, генеральным прокурором и другими представителями нигерийского руководства, Мелихов убедительно показывает, какую громадную работу проводило посольство для вызволения российских моряков и облегчения их пребывания в тюрьме, тогда как в российских СМИ делались безответственные заявления о том, что посольство и МИД якобы предали их забвению. В конечном счете моряки были осуждены, но в тот же день амнистированы решением Президента Нигерии в соответствии с достигнутой договоренностью.

Что касается самоотверженных усилий посольства и компании «Русал» по освобождению российских специалистов, то, как представляется, эта политико-дипломатическая операция с подключением спецслужб должна быть тщательно изучена, поскольку является ценным аналогом, который может быть использован в подобных случаях в турбулентных странах.

Много интересной, подчас эксклюзивной информации содержится в главе «Центр всегда прав, даже если он не прав», в которой речь идет о работе Мелихова в центральном аппарате МИД СССР/РФ, где ему довелось служить и заведующим сектором, и заместителем начальника Управления Ближнего Востока и Северной Африки, и заместителем директора Историко-документального департамента.

В этой главе рассказывается о напряженном, фактически ненормированном труде дипломатических работников, автор делится нетривиальными историями и нестандартными ситуациями, которые могут заинтересовать читателя. В ходе повествования он, в частности, фокусирует внимание на подготовленной им в 1992 году Концепции внешней политики обновляющейся России на Ближнем Востоке и в Северной Африке, которая, вопреки превалировавшим тогда подходам на сдачу афро-азиатских государств, тесно сотрудничавших с Советским Союзом, носила весьма сбалансированный и нравственный характер. Это была первая региональная концепция, подготовленная МИД и утвержденная Б.Н.Ельциным, когда еще не была сформулирована внешнеполитическая концепция РФ.

Делясь воспоминаниями о своем участии в заседаниях многосторонних групп в рамках ближневосточного мирного процесса, Мелихов, в частности, выделяет свою первую поездку в 1992 году в Оттаву на конференцию по ближневосточным беженцам, где у него возник конфликт с главой делегации США.

Дело в том, что американец категорически возражал, прибегая к откровенному шантажу, против того, чтобы упоминать в выступлении российского коспонсора, которого представлял И.А.Мелихов, палестинских беженцев, а ограничиться общими фразами и акцентировать внимание на иных беженцах, в том числе еврейских из арабских стран. В противовес такому подходу российский дипломат, проведя предварительную профилактическую встречу с израильской делегацией, главный упор в своем выступлении сделал именно на палестинских беженцах. Дезавуирования из Москвы не последовало, чем угрожал американец. Большинство участников конференции одобрительно встретили выступление, израильская делегация протестов не подавала.

Повествуя о работе в Историко-документальном департаменте, автор особо обращает внимание на участии в качестве ответственного секретаря Комиссии МИД по проведению 200-летия образования министерства, сотрудничестве с научно-исследовательскими учебными заведениями в подготовке публикации трехтомной монографии «Очерки истории Министерства иностранных дел» (отвечал за выпуск II и III томов), предпринимавшихся усилиях по созданию Центра истории российской дипломатической службы.

Заключительная глава «Научный дивертисмент. Профессорская кода» раскрывает научный аспект деятельности И.А.Мелихова, а также его работу после отставки в качестве заведующего кафедрой дипломатии МГИМО МИД России. Кафедра дипломатии - высокоинтеллектуальное, эффективно функционирующее подразделение нашей кузницы дипломатических кадров. В ее составе тогда трудилось в качестве профессоров целое созвездие послов, как-то: Ю.В.Дубинин, В.И.Долгов, В.П.Терехов, Е.М.Астахов, А.Н.Панов, П.Ф.Лядов, А.А.Слюсарь, О.В.Босторин, В.Я.Литвин, В.Л.Олеандров и др.

За свою научную деятельность И.А.Мелихов опубликовал восемь книг и множество статей по ближневосточной, арабской, исламской тематикам. В период заведования кафедрой его научные интересы сместились на теорию и практику дипломатической службы, историю дипломатии, в особенности на фактор личности в дипломатии. Общий объем публикаций, включая «Дипломатическую симфонию», превысил 190 печатных листов - уровень труднодостижимый для многих профессоров и научных работников, которые всю жизнь посвятили научной и преподавательской деятельности, тогда как для Мелихова такая работа представлялась фактически дополнительным увлечением.

В книге проходит внушительная галерея советских/российских государственных деятелей, с которыми И.А.Мелихову пришлось соприкасаться, особенно в период его переводческой работы, а в дальнейшем - на этапе руководящей работы в центральном аппарате и деятельности в качестве посла. Есть фрагментарные зарисовки Л.И.Брежнева. Н.В.Подгорного, А.Н.Косыгина, А.А.Громыко, Э.А.Шеварднадзе, А.В.Козырева, Е.М.Примакова и других.

С особой теплотой автор делится воспоминаниями о своих старших коллегах, под началом которых ему довелось служить как ближневосточнику, - М.Д.Сытенко, В.П.Полякове, В.В.Посувалюке, В.И.Старцеве, А.С.Семиошкине, Э.А.Шахназаряне, В.И.Колотуше, В.В.Гудеве. Вместе с тем он правомочен критически относиться к отдельным персонажам, хотя некоторые его оценки, разумеется, могут носить субъективный характер.

«Дипломатическая симфония» обращает на себя внимание не только субстантивным содержанием, но и любопытной композицией и новаторским приемом используемой формы подачи материала, не встречавшимся в отечественной и зарубежной литературе. Так, название этого произведения не только отражает цельность содержания и его законченность, но, что удивительно, сквозь книгу рефреном проходит музыкальная тема - свою работу на том или ином служебном участке, в странах, где приходилось работать, автор ассоциирует с конкретными симфоническими произведениями Бетховена, Моцарта, Шостаковича, Прокофьева, других крупных композиторов, вследствие чего в книге звучит музыкальный рефрен. Да и само оглавление книги выдержано в структуре симфонической композиции. Здесь и прелюдия, и увертюра, и финал, и кода, а главы носят название «часть», как это принято в симфонии.

В мемуарах, написанных раскованным языком, И.А.Мелихов делает художественные зарисовки, обращается к русской поэзии, ссылается на полотна живописи.

Думается, эта книга найдет своего читателя, особенно среди специалистов-международников, дипломатических работников, востоковедов, а также выпускников МГИМО, которые учились, будь то в 60-х годах прошлого века или же в 2000-х годах.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481656 Игорь Халевинский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481655 Алексей Синдеев

Научный стандарт изучения внешней политики России

Алексей Синдеев, Главный научный сотрудник Института Европы РАН, профессор РАН, профессор РАНХиГС при Президенте РФ, доктор исторических наук

Формула внешней политики любого государства заключается в делении желаемого на возможное. При этом желаемое обусловлено национальными интересами, а возможное - находящимися в распоряжении ресурсами. Эффективное использование последних зависит не только от их конкурентоспособности, но и от состояния среды - самих международных отношений. Подчас постоянство и предсказуемость способны усилить действие ресурсов.

Монография «Внешняя политика России»* (*Внешняя политика России. 1991-2016 / Под общ. ред. и с предисловием А.В.Торкунова. М.: МГИМО - Университет, 2017. 538 с.) под редакцией академика А.В.Торкунова, подготовленная авторским коллективом МГИМО, посвящена в первую очередь изучению процессов формирования национальных интересов и достигнутых результатов по основным направлениям и регионам. Этим определена ее структура: сначала анализируются внешние факторы, концептуальные основы внешней политики (раздел 1), затем - участие России в решении глобальных и региональных проблем (раздел 2), и, наконец, значительная часть книги посвящена региональному сотрудничеству (разделы 3-6).

Внимательному читателю бросятся в глаза, как минимум, пять черт, характерных для монографии: 1) уникальный авторский коллектив, объединивший известных ученых-международников и их молодых коллег; 2) скрупулезная работа ответственных редакторов (доктора исторических наук профессора Е.М.Кожокина и кандидата исторических наук доцента А.Л.Чечевишникова), обеспечившая текстовое единство книги и ее концептуальную основу; 3) богатая фактологическая база, позволяющая использовать монографию и в качестве солидного справочника; 4) аналитическая фиксация достигнутых успехов, проблемных точек и перспективных треков как в двусторонних отношениях, так и в работе международных организаций; 5) научная и общественная значимость, поскольку Российской Федерации и ее внешней политике на новом (постсоветском) этапе в 2016 году исполнилось 25 лет, а значит, российское общество вправе было ожидать появления подобного труда.

С одной стороны, пересказывать содержание монографии едва ли имеет смысл, так как читательское внимание ей, вне сомнения, будет обеспечено; с другой - требования жанра предусматривают выделение основных выводов и тезисов работы. В этой связи правильно было бы, на мой взгляд, построить изложение данных выводов и тезисов в русле концептуального диалога авторов монографии друг с другом, что и попытаюсь далее сделать.

Доктор политических наук профессор Т.А.Шаклеина (автор подраздела 1.1) полагает, что «Россия выстраивала свою политику в условиях усложнявшейся международной среды, и по мере более заметного проявления полицентричности... все труднее и конкурентнее становилось поддержание статуса великой державы» (с. 20). Исходя из этого, по ее мнению, «перед Россией стоит задача развивать и консолидировать организационную структуру «своего» геополитического пространства» (с. 23).

Трансформация международной среды нашла отражение и в изменении концептуальных основ внешней политики РФ, о чем подробно написал доктор политических наук Чрезвычайный и Полномочный Посол А.Н.Панов (подраздел 1.2.), подчеркнув, что «ключевой элемент российской внешней политики - многовекторность», а основные принципы - «прагматизм, деологизированность восприятия внешнего мира и национальных интересов страны, адекватное представление об угрозах безопасности» (с. 71-72).

Относительно участия России в мировой экономике доктор экономических наук профессор А.С.Булатов (автор подраздела 1.3), в свою очередь, отмечает: «Экономическая модель страны может быть выражена формулой «олигархический госкапитализм»... Такая экономическая модель позволяет проводить активную внешнюю политику по некоторым направлениям в случае консенсуса правящей элиты» (с. 73).

Доктор политических наук профессор М.М.Лебедева в подразделе 2.1 рассматривает трансформацию внешнеполитической деятельности и приходит к выводу, что «усложняет оценку международно-политической ситуации и выстраивание стратегии действий все усиливающаяся множественность, многоликость акторов». К тому же, с ее точки зрения, наблюдается депрофессионализация международной деятельности (с. 96-97), что наряду с другими объективными тенденциями «способствует снижению управляемости международной ситуации» (с. 98). В данном контексте развитию проверенных временем международных организаций придается особое значение.

Это детально, с указанием на основные проблемы, представил в подразделе 2.2 кандидат исторических наук С.А.Скляров. «Главная ценность ООН для России в современных условиях, - справедливо отмечает кандидат исторических наук Чрезвычайный и Полномочный Посол И.Н.Щербак, автор подраздела 2.3, - состоит в том, что Организация в силу ее универсальности дает нашей стране платформу для отстаивания национальных интересов в рамках системы коллективной безопасности с помощью многосторонней дипломатии» (с. 119). Не вызывают сомнений и рекомендации, которые И.Н.Щербак, как дипломат-практик, представляет в книге, указывая на то, что «необходим и новый взгляд на совершенствование превентивных мер и посреднических механизмов, а также деятельность ООН по раннему предупреждению кризисных ситуаций» (c. 122-124).

Доктор исторических наук профессор Л.С.Окунева характеризует БРИКС (подраздел 2.4) в качестве «одного из главных достижений новой российской внешней политики» (с. 127), так как «развитие объединения БРИКС» соответствует «основополагающим направлениям внешнеполитической стратегии РФ» (с. 140). Что касается проблемы нераспространения оружия массового уничтожения (ОМУ), то Е.К.Зведре, подготовивший при участии кандидата исторических наук доцента И.А.Ахтамзяна подраздел 2.5, констатирует, что «наибольшая угроза в области нераспространения будет исходить от возможности использования террористами отдельных элементов ОМУ» (с. 146). И.А.Ахтамзян, который в соавторстве с кандидатом исторических наук А.А.Ярлыкаповом написал подраздел 2.6 «Международный терроризм и ответ России», где рассмотрены антитеррористическое законодательство и контртеррористические структуры России, институциональные аспекты борьбы с экстремизмом и терроризмом, противодействие обладанию и применению ОМУ и т. д., выделил цель Российской Федерации в данном проблемном комплексе: «Россия стремится к повышению действенности международных институтов и планов глобального уровня, добиваясь эффективности в реализации уже принятых решений и определяя наиболее целесообразные формы и направления активности» (с. 179).

Кандидат политических наук профессор К.П.Боришполец отмечает, что «важнейшим в настоящий момент в российской политике является становление Евразийского экономического союза», а «залогом успешности формата ЕАЭС является отсутствие в нем политической доминанты» (подраздел 3.1, с. 189, 191). Принципиален и другой тезис автора: «Евразийский проект открыт для широкого международного участия» (с. 203). К.П.Боришполец - также автор подраздела 3.2 о российско-белорусских отношениях - замечает в отношении этого направления внешней политики России: «Российско-белорусское взаимодействие стало катализатором интеграционных процессов и неотъемлемой частью системы международного сотрудничества на пространстве СНГ» (с. 203).

Доктор политических наук профессор А.И.Никитин представляет детальный анализ ОДКБ (подраздел 3.3) через призму стратегии организации, ее политики в отношении конфликтного урегулирования, внутрирегиональных угроз и вызовов, а также гибридного характера ОДКБ, поскольку «она соединила черты традиционного военного союза и особенности полифункциональной организации по обеспечению международной безопасности» (с. 215). Доктор исторических наук профессор С.И.Чернявский анализирует сложный сюжет российско-украинских отношений (подраздел 3.4), останавливаясь на предыстории налаживания двустороннего сотрудничества, последствиях «оранжевой революции», украинском кризисе 2013-2014 годов и т. д., а также формулирует основные задачи российской внешней политики в украинском направлении, одной из которых становится «не допустить превращения Украины в страну, выполняющую роль санитарного кордона между Россией и Европейским союзом» (с. 250).

Четвертый раздел книги «Россия и Запад» включает в себя анализ отношений с США (подраздел 4.1, автор - доктор исторических наук профессор В.О.Печатнов), с Евросоюзом (подраздел 4.2, автор - кандидат политических наук Н.Ю.Кавешников), с ФРГ (подраздел 4.3, автор - доктор исторических наук профессор Н.В.Павлов), с Великобританией (подраздел 4.4, автор - доктор исторических наук профессор Н.К.Капитонова), с Францией (подраздел 4.5, автор - кандидат исторических наук доцент И.Э.Магадеев), с Италией (подраздел 4.6, автор - кандидат политических наук Е.А.Маслова), с государствами Центральной и Восточной Европы (подраздел 4.7, авторы - кандидаты исторических наук Ю.А.Буланникова, М.М.Бороденко, кандидаты политических наук А.А.Токарев, Л.А.Юрасова), с государствами Латинской Америки (подраздел 4.8, автор - доктор политических наук профессор В.П.Сударев).

В.О.Печатнов выделяет четыре этапа российско-американских отношений: «период эйфории» (1991-1993 гг.); «сдвиг к прагматизму» (1994-2000 гг.); переход «от потепления к новому обострению» (2001-2009 гг.) и «от перезагрузки к новой холодной войне» (2009-2016 гг.). При этом он подчеркивает, что «дверь к нормализации... отношений со стороны Москвы остается открытой» (с. 272). По мнению Н.В.Павлова, для российско-германских отношений характерны три этапа: «адаптационная фаза» (1991-1998/99 гг.); «база общих интересов» и «привилегированное партнерство» (1998/99-2007/08 гг.); «эволюция от «партнерства для модернизации» (2008 г.) до «конкуренции». Н.В.Павлов выражает пожелание, чтобы вынужденная пауза в российско-германских отношениях «не затягивалась и не препятствовала человеческим контактам... и укреплению взаимного доверия» (с. 308).

Н.К.Капитонова считает «лучшим периодом» российско-британских отношений «последнее десятилетие ХХ века, худший, - пишет она, - мы переживаем в настоящее время» (с. 309). По ее мнению, «правительству Т.Мэй все же придется вносить коррективы в свою политику на российском направлении» (с. 323). Правда, ожидать этого следует только в среднесрочной перспективе. Применительно к российско-французским отношениям И.Э.Магадеев выделяет пять этапов («привилегированное партнерство» 1991-1999 гг.; «охлаждение» 1999-2000 гг.; «новое потепление» 2001-2008 гг.; противоречия 2008-2014 гг. и «новый этап» с 2014 г.) и констатирует, что «потенциал сотрудничества двух государств в наибольшей степени раскрылся в период инициативной политики Франции, в которой традиционный атлантический вектор сочетался с самостоятельной позицией по европейским и иным вопросам» (с. 341-342).

В отличие от остальных двусторонних отношений, подчеркивает Е.А.Маслова: «Россия и Италия являются стратегическими партнерами... отношения отличает постоянный доверительный диалог» (с. 357-358). В отношении стран ЦВЕ коллеги обращают внимание на следующую черту: «У многих государств Центральной и Восточной Европы имеются развитые традиции многовекторной политики, что способствует сохранению потенциала активизации отношений с Россией» (с. 381).

Н.Ю.Кавешников описывает историю становления и развития отношений РФ с ЕС, выделяет достижения и сложности 2000-х годов, характеризует современный политический кризис в отношениях, полагая, что отношения «вероятнее всего... примут форму избирательного прагматического сотрудничества при условии взаимного уважения суверенитета и безусловного равенства сторон» (с. 289).

Только лимитированный объем данного раздела журнала «Международная жизнь» не позволяет подробно остановиться на не менее интересных главах, посвященных отношениям РФ со странами Ближнего Востока, Африки, Восточной и Южной Азии, авторами которых стали доктор исторических наук профессор М.А.Сапронова, кандидат политических наук В.А.Аватков, кандидат исторических наук профессор С.Б.Дружиловский, доктор исторических наук профессор А.Л.Емельянов, кандидат исторических наук доцент В.А.Корсун, доктор исторических наук профессор С.И.Лунев, доктор исторических наук профессор Д.В.Стрельцов, доктор экономических наук профессор Г.Д.Толорая, кандидат политических наук доцент Е.В.Колдунова. Основной признак качества любой книги, с моей точки зрения, - это желание размышлять вместе с авторами, а иногда и спорить. Этому признаку монография полностью соответствует.

В немецком языке существует понятие «Standardwerk» - фундаментальный труд. Коллегам из МГИМО удалось написать именно такое научное произведение. Мне лишь остается поблагодарить за интересную книгу, созданный ими научный стандарт в изучении внешней политики РФ, пожелать сохранить авторский коллектив и выпускать, как минимум каждые пять лет, новые редакции монографии. Любопытно, что в книге отсутствует заключение, что крайне символично: точка еще не поставлена, а лишь многоточие...

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481655 Алексей Синдеев


Россия. Сирия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 января 2018 > № 2479443 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на открытии пленарного заседания Конгресса сирийского национального диалога, Сочи, 30 января 2018 года

Дорогие друзья,

Позвольте мне выполнить почетную обязанность, поручение Президента Российской Федерации В.В.Путина и зачитать Послание участникам Конгресса сирийского национального диалога:

«Уважаемые дамы и господа!

Рад приветствовать в Сочи всех участников, наблюдателей и гостей Конгресса сирийского национального диалога.

Ваш форум призван вновь сплотить народ Сирии после почти семилетнего вооружённого конфликта, унёсшего жизни сотен тысяч людей, вынудившего миллионы граждан покинуть свою Родину. Предоставляется хорошая возможность реализовать стремление сирийцев к прекращению братоубийственной войны, окончательному искоренению терроризма, возвращению к нормальной жизни.

Россия продолжает предпринимать активные шаги в целях содействия установлению долгосрочного мира и стабильности в Сирии, укреплению её суверенитета, единства и территориальной целостности. При поддержке российских Воздушно-космических сил сирийская армия разгромила боевиков ИГИЛ, стремившихся превратить эту страну в плацдарм международного терроризма. Благодаря Астанинскому формату с участием России, Турции и Ирана на временной основе созданы и функционируют зоны деэскалации, позволяющие обеспечить устойчивое прекращение огня, улучшить гуманитарную ситуацию, приступить к восстановлению разрушенной социальной и экономической инфраструктуры, повысить уровень доверия между сирийцами.

Можно с уверенностью констатировать, что на сегодняшний день сформированы условия для того, чтобы перевернуть трагическую страницу в истории Сирии. С учётом наметившихся позитивных тенденций необходим по-настоящему эффективный межсирийский диалог в интересах достижения всеобъемлющего политического урегулирования – при ведущей роли ООН и на основе имеющихся на этот счёт решений международного сообщества, в первую очередь резолюции 2254 СБ ООН.

Именно поэтому Россия инициировала проведение нынешнего конгресса, который получил поддержку Организации Объединённых Наций. Совместно с партнёрами по Астанинскому процессу, влиятельными арабскими государствами, соседями Сирии мы постарались сделать это мероприятие максимально представительным, исходя из того, что только народ Сирии вправе определять будущее своей страны.

Сейчас перед всеми конструктивными силами сирийского общества стоит ключевая задача – выработать общее видение перспектив преодоления кризиса, сообща наметить преобразования, которые позволили бы гражданам – вне зависимости от их религиозной, этнической принадлежности, социального статуса – чувствовать себя в родном государстве безопасно и комфортно.

Желаю вам плодотворной работы и успехов.

Владимир Путин»

Уважаемые дамы и господа,

Дорогие друзья,

Хотел бы от себя лично выразить искреннюю признательность нашим коллегам из Исламской Республики Иран, Турции, ООН за совместную, коллективную работу по подготовке этого форума. Учитывая беспрецедентный характер данного собрания, когда в одном зале сегодня присутствуют представители такого большого числа этнических, социальных, политических групп сирийского общества, конечно же, важно начать с выработки взаимного доверия, способности работать сообща.

Предлагаю, чтобы от имени стран-гарантов – России, Турции, Ирана – специальный представитель Президента Российской Федерации по сирийскому урегулированию, Посол по особым поручениям А.Л.Лаврентьев согласился помогать в организации вашей работы и дискуссии в качестве представителя страны-хозяйки Конгресса. Если нет возражений, просил бы поддержать это предложение.

?

Россия. Сирия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 января 2018 > № 2479443 Сергей Лавров


Россия. Сирия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 января 2018 > № 2479442 Сергей Лавров

Ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова «на полях» Конгресса сирийского национального диалога, Сочи, 30 января 2018 года

Вопрос: Можно ли сейчас говорить о новом союзе среди оппозиционных сил в лице Р.Кассис, К.Джамиля, Х.Маннаа, а также А.Джарбы в противовес той радикальной оппозиции, которая всё-таки отказывается приезжать и устраивает непонятно что в сочинском аэропорту?

С.В.Лавров: У нас сегодня, действительно, состоялось уникальное мероприятие за те 7 лет, что продолжается сирийский конфликт. Ранее были встречи между представителями Правительства и оппозиционерами. Поначалу это были только оппозиционеры из внешних групп противников режима, затем был сделан качественный шаг в Астане, когда за стол переговоров удалось усадить делегации Правительства и вооружённой оппозиции – до этого в женевских дискуссиях они не были представлены. Благодаря такому прямому диалогу между людьми, которые с оружием в руках противостояли друг другу «на земле», удалось создать, как Вы знаете, зоны деэскалации. При всех огрехах они всё-таки существенно снизили уровень насилия. Это всеми признаётся, в т.ч. в СБ ООН.

Конгресс поставил перед собой задачу, которая гораздо шире, нежели астанинский процесс и тем более чем женевские переговоры, в которых, как я сказал, участвуют только внешние оппозиционеры. Здесь мы смогли собрать под одной крышей представителей официальной сирийской стороны: парламентариев, членов правящей партии, независимых делегатов, а также представителей внутренней и внешней оппозиции, племён, которые имеют очень важное значение в общественной жизни Сирии.

Конечно, никто не рассчитывал, что здесь удастся собрать всех без исключения представителей различных групп сирийского народа как лояльных Правительству, так и нейтральных, независимых, оппозиционеров. Я не делаю трагедии из того, что две-три группы не смогли принять участие. Это начало процесса, который призван перевести в практическую плоскость выполнение резолюции 2254 под эгидой ООН, прежде всего в том, что касается начала диалога о самом главном – о том, в какой стране хотят жить сирийцы. Для этого нужно достичь общественного согласия, консенсуса. Именно такой диалог запускается с проведением сегодняшнего Конгресса.

На Конгрессе одобрено заявление с основными принципами будущего государственного устройства Сирии. В них нет ничего революционного. Это ключевые нормы международного права: уважение суверенитета, территориальной целостности, независимости Сирии, обеспечение прав всех этнических, конфессиональных групп, политического процесса, который никого не оставит за бортом и позволит сирийцам самим, без вмешательства извне, определять свою судьбу. Также принято решение сформировать Конституционный комитет, куда войдут избранные сегодня делегаты и в который дополнительно будут делегированы представители групп, по разным причинам не присутствующих на сегодняшнем Конгрессе. Этот результат (создание Конституционного комитета) передаётся ООН в соответствии с резолюцией 2254. В Женеве будет организована работа этой новой структуры – Конституционного комитета по подготовке сирийской конституции.

Рассчитываем, что специальный посланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура, к которому Конгресс обратился с призывом оказать содействие деятельности Конституционного комитета, в полном соответствии со своими прерогативами по резолюции 2254 СБ ООН организует практическую работу. В самое ближайшее время будем ожидать конкретных соображений с его стороны.

Вопрос: Как бы Вы оценили содержание «кремлёвского доклада»? Будет ли Россия как-то отвечать?

С.В.Лавров: На эту тему уже высказались Президент и Председатель Правительства России. Когда я увидел на экранах телевизоров фамилии, включенные в доклад, меня среди прочего удивило одно обстоятельство, которое заключается в следующем. Поручение подготовить такой список содержалось в законе, принятом в августе 2017 г. 5 месяцев ушло на то, чтобы ознакомиться со справочниками, в которых содержатся имена членов Правительства и сотрудников Администрации Президента. Можно было бы это сделать гораздо быстрее.

Вопрос: Министр иностранных дел Франции сейчас заявил, что политический процесс должен решаться в Женеве, а не в Сочи. Мы знаем то, что США недавно предложили «бумажку пятерых». Не вставляет ли это палки в колеса? Будет ли продвигаться Женева? Видно, что некоторые партнеры все же намерены мешать процессу.

С.В.Лавров: Что касается нашего Конгресса, то он твердо высказался за то, чтобы Женева обрела «второе дыхание». Или, если хотите – «первое», так как до сих пор работа продвигалась «ни шатко ни валко». Это очень сильная поддержка Женевы, роли ООН, конечно, на основе резолюции 2254 СБ ООН, что означает, что любые шаги должны быть предметом обоюдного согласия Правительства Сирии и оппозиции. Здесь каких-либо сомнений, опасений быть не должно. Без согласия Правительства, как и без согласия оппозиции ничего делаться не может.

Что касается комментариев, которые мы слышим из Парижа, Вашингтона, ряда других столиц, то наш Конгресс проходит с «открытым забралом», с участием спецпредставителя Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуры, наблюдателей, которых мы пригласили из всех стран-постоянных членов СБ ООН, из всех стран-соседей САР, других арабских государств, Казахстана как страны-хозяйки астанинского процесса.

Вы упомянули документ пяти стран, которые собирались в Вашингтоне, потом в Париже. Они написали некие свои идеи и положили их на бумагу. Я бы даже сказал, что эта келейная деятельность как раз, по-моему, не соответствует женевскому процессу, потому что собрались пять произвольно выбранных стран, не пригласили ключевых игроков, задействованных в сирийском урегулировании, не говоря уже о сирийских сторонах, которых там не было. О них даже никто не подумал. Ни Турция, ни Иран, ни Россия как страны-гаранты астанинского процесса, который все приветствовали, не были приглашены. Мне кажется, как раз такие келейные сборы могут помешать женевскому процессу, поскольку у кого-то может возникнуть иллюзия, что в таких «междусобойчиках» можно договариваться быстрее, чем с участием всех без исключения сторон.

Мы идем по второму пути. Да, гораздо труднее договариваться, когда за столом сидят не единомышленники, как собрались в Париже и Вашингтоне, а противоборствующие стороны. Зато договоренности, достигнутые между противоборствующими сторонами, гораздо устойчивее, долговременнее, надёжнее, нежели то, что в своем узком кругу одинаково думающие государства решают за сирийский народ.

Вместе с тем, еще раз подчеркну, что мы пригласили на Конгресс представителей всех стран-постоянных членов СБ ООН, многие другие государства. Мы признательны КНР, Республике Казахстан за то, что их специальные представители были делегированы на это мероприятие. Наши западные партнеры ограничились направлением сюда младших дипломатов из своих Посольств в Российской Федерации. Как говорится, была бы честь предложена.

Мы готовы к диалогу в любых форматах, на любых уровнях. Главное, чтобы мы свято соблюдали основополагающий принцип резолюции 2254 СБ ООН – только сами сирийцы будут решать судьбу своей страны. Именно на создание условий для этого мы нацелили нынешний Конгресс. Я думаю, что этот первый и очень важный шаг в целом удался. Будем ожидать теперь от ООН результатов, которые будут опираться на достигнутые здесь договоренности. Мы, в свою очередь, будем всячески этому способствовать.

Инициаторы Конгресса, три страны-гаранта – Россия, Иран и Турция. Сегодня мы встречались с нашими коллегами. Мы подтвердили, что будем всячески продвигать итоги Конгресса, когда они будут уже востребованы в ООН, и помогать С.де Мистуре и его команде достигать договоренностей с участием всех сирийских сторон.

Вопрос: Возможно ли проведение еще одного Конгресса?

С.В.Лавров: Мы сейчас не пытаемся заглядывать в будущее. Мы договорились сегодня, что результаты Конгресса передаются ООН в надежде, что они будут стимулировать женевский процесс. У С.де Мистуры есть все полномочия, которые содержатся в резолюции 2254 СБ ООН. И сегодня на Конгрессе была выражена поддержка этим полномочиям, выражена к нему просьба активно заняться работой над конституцией.

?

Россия. Сирия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 января 2018 > № 2479442 Сергей Лавров


Финляндия. Россия > Медицина > fano.gov.ru, 30 января 2018 > № 2479267

В Финляндии обсудили перспективы сотрудничества в области практической биомедицины

Состоялась рабочая встреча представителей научных и образовательных организаций, входящих в медицинский научно-образовательный кластер “Трансляционная медицина”, с руководством Университета Тампере и Балтийского Института Финляндии.

Визит состоялся в рамках подписанного в ноябре 2017 года договора о сотрудничестве между кластером и финскими научными учреждениями. Целью визита была подготовка совместного плана сотрудничества в рамках подписанного договора и знакомство с университетом BioMediTech, одним из самых современных научно-инновационных центров Финляндии.

Во время визита представители Института цитологии РАН, подведомственного ФАНО России, провели переговоры с директором научно-исследовательского центра офтальмологических инноваций профессором Ханну Узитало. Речь шла о научно-практическом взаимодействии по использованию индуцированных плюрипотентных стволовых клеток для лечения болезней глаз человека.

Опыт финских коллег будет использоваться при создании биомедицинской технологической платформы. Также формируется эффективная система внедрения инновационных разработок научных институтов в практическую медицину. Конкретные направления совместной деятельности уже намечены, более подробно они будут обсуждаться в ходе ответного визита делегации Финляндии в Санкт-Петербург.

Финляндия. Россия > Медицина > fano.gov.ru, 30 января 2018 > № 2479267


Россия > Образование, наука > ras.ru, 30 января 2018 > № 2479255 Жорес Алферов

Жорес Алферов: «Когда человек получает на одну работу пять грантов, он — жулик»

Почему российские ученые не получают нобелевских премий, должны ли преподаватели заниматься наукой, стоит ли оценивать ученых по публикациям и чем опасны цифровизация и криптовалюты, рассказал в интервью Indicator.Ru нобелевский лауреат, академик Жорес Алферов.

— Жорес Иванович, прошло четыре месяца, как РАН возглавил Александр Сергеев. На выборах вы поддерживали другого кандидата — Геннадия Красникова. Как вы оцениваете работу нового руководства Академии?

— Прежде всего хочу сказать, что, кого бы мы ни выбрали, новому руководителю Академии наук все равно было бы работать необычайно тяжело по очень простой причине. Успешное развитие науки возможно только при одном условии. Наука должна быть прежде всего востребована экономикой и обществом. Это главное. Если наука востребована экономикой и обществом, тогда даже правительство, политическое руководство может совершать очень крупные ошибки. В качестве примера ошибки, которая нанесла огромный ущерб развитию нашей науки, нашей биологии, я могу назвать лысенковскую сессию 1948 года, движение против современной генетики и то, что тогда обозвали менделизмом-морганизмом. Это была крупнейшая ошибка, но ее даже в то время как-то удавалось исправлять.

Безусловно были напрасно политизированы многие направления, в том числе и экономика, и слишком все подводилось под требования марксизма-ленинизма. Но при всем этом выполнялось главное условие — наука была нужна нашей экономике и обществу. И поэтому она успешно развивалась. Академия наук СССР была признана во всем мире как крупнейшая и ведущая научная организации. Президенты Академии Сергей Иванович Вавилов, Александр Николаевич Несмеянов, лучший президент за всю историю Академии Мстислав Всеволодович Келдыш, Анатолий Петрович Александров были известными учеными и внесли огромный вклад в науку. Я могу и сегодня назвать их крупнейшие научные достижения. Сергей Иванович Вавилов, проживи он немного дольше, стал бы нобелевским лауреатом. Работы Александрова по размагничиванию кораблей сохранили наш флот во время войны, а после войны он был создателем нашего атомного флота. Несмеянов и Келдыш — создатели целого ряда новых областей науки. Дальше — Гурий Марчук и Юрий Осипов много делали для сохранения Академии. А затем случилось самое страшное. Была разрушена вся высокотехнологичная экономика страны, созданная потом и кровью многих поколений. И в результате наука перестала быть востребованной экономикой и обществом.

Конечно, Академии был нанесен огромный удар в 2013 году. Отраслевая наука погибла потому, что погибли высокотехнологичные отрасли промышленности. Вузовская наука в финансовом отношении сидела на хоздоговорах с промышленностью. РАН мы как-то сохранили за счет бюджета, но нельзя было сливать вместе РАН, Академию сельхознаук и Академию медицинских наук. Нельзя было сразу делать такую гигантскую Академию. Затем был принят новый закон о РАН, организовано Федеральное агентство научных организаций. Ученые развивают науку, а все, на чем эта наука делается, у ученых забрали. Конечно, были и преступления, во многих институтах сдавали в аренду помещения. Но нужно было бороться конкретно с этими вещами, а не отнимать все у Академии. Наиболее разумным было бы передать, как в тридцатые годы, все хозяйство Академии Управлению делами АН с согласованием назначения главы управления делами Академии с Правительством.

Что касается нового руководства, я могу сказать, что Александр Михайлович Сергеев — хороший физик, у него безусловно хорошие работы по физике. У него бесконечно тяжелая работа.

Правительство и руководство страны должны понимать простую вещь: только на базе современных научных исследований мы можем вернуть стране и новые технологии, и новые компании. Мне недавно сообщали страшные цифры о том, кто и как владеет нашими крупнейшими компаниями. Я не знаю, как на самом деле обстоят дела, но боюсь, что мы в каком-то отношении сегодня находимся в положении 1913 года, когда очень многие высокоразвитые промышленные технологии находились в руках западных компаний и западных стран.

— Вы часто говорите про невостребованность науки экономикой и обществом. С экономикой все более-менее понятно, многие отмечают, что у нас нет полного цикла «фундаментальная-поисковая-прикладная наука». Но почему наука оказалась не нужна обществу?

— Так ее нет как раз потому, что наука не востребована экономикой. В результате крупных практических ошибок, в результате, я допускаю это, предательской деятельности каких-то групп в конце 80-х — начале 90-х мы оказались в ситуации, когда действительно были пустые полки, был экономический кризис. Хотя, вообще говоря, в 60-е и 70-е годы этого не было. В 80-е годы даже была такая шутка, что полки в магазинах пустые, а холодильники дома у всех полные.

Когда обсуждаются проблемы экономики, я рекомендую в том числе своим коллегам-физикам читать статью величайшего физика и ученого XX столетия и, по моему мнению, величайшего ученого всех времен и народов Альберта Эйнштейна. В мае 1949-го года он опубликовал статью под названием Why socialism? В самом начале этой статьи он написал, что физики имеют полное право оценивать экономику и экономическое развитие, потому что это на самом деле новые формы развития, оценивать которые нынешние экономисты не могут, ведь они знают лишь экономику капиталистического периода. Один из фундаментальных выводов этой статьи Эйнштейна заключается в том, что, во-первых, капитализм по закону несет право отнимать друг у друга и грабить друг друга. Масса владеющих собственностью людей начинают отнимать ее и делают это, не нарушая закона, а по закону.

Во-вторых, Эйнштейн подчеркивает, что капиталистическое общество рождает олигархию и олигархов, бороться с которыми демократическими методами невозможно. Также он отмечает, что капитализм несет не только такую ужасную экономику и законное перехватывание собственности друг у друга, но и наносит огромный ущерб системе образования, где молодежь воспитывается в духе «как быть первым для того, чтобы хапнуть». Он видел выход только в социализме и плановой экономике. Эйнштейн считал их кардинальной дорогой развития человечества. Но предупреждал, что и при плановой экономике можно создать такие условия закрепощения личности, при которых все остальное покажется свободой.

Вторая вещь, которая, с моей точки зрения, является основной, состоит в том, что для нашей страны нет никакого другого выхода, кроме как создавать новые технологии на основе научных исследований и компании, которых нет на Западе.

При этом нужно понимать, что мы должны развивать образование. Я делаю это в своем маленьком университете. Там 200 школьников, 240 студентов-бакалавров, 150 магистрантов, 40 аспирантов. Мы учим физике, математике, программированию, основам биологии и медицины, физике конденсированного состояния естественно и нашим гетероструктурам, их применению в электронике. Ребятам трудно, но в итоге, они учатся хорошо. Наука создается из синтеза близких областей, так было раньше, есть сейчас и будет в будущем. Выигрыш здесь может быть, только если вы сможете обучать и правильно угадать эти направления. И настоящий научный работник всегда должен преподавать. Могут быть исключения, но, как правило, он должен преподавать.

— А преподаватели вузов должны заниматься научной работой?

— И преподаватель должен заниматься научной работой. Мы в университете так и делаем. Если у человека склонность к преподавательской деятельности, у него может быть меньший объем исследовательской работы. Но заниматься и тем, и тем необходимо.

Что касается образования, то оно должно быть бесплатным, и это было нашим достижением в советское время. Как можно брать за это деньги и давать преимущество людям отнюдь не за их способности?

— Жорес Иванович, еще пара вопросов, про текущую деятельность Академии. Сейчас ФАНО проводит оценку результативности научных институтов и делит их на три категории. Как вы к этому относитесь?

— Отрицательно. Как и к работе по распределению научных работников по классу и по уровню в зависимости от того, сколько у них публикаций и в каких журналах. Могу сказать, что я бы попал в очень слабую группу, если бы меня оценивали по публикациям, за которые я получил Нобелевскую премию.

Например, в Санкт-Петербурге в области физиологии, биомедицинских исследований есть институты. Как можно сравнивать, скажем, Институт физиологии им. И. П. Павлова и Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И. М. Сеченова? Это разные институты, с разными направлениями исследований физиологии. В том, что вы разведете институты, которые относятся к одному отделению, по разным категориям, нет ничего хорошего. Тут могут быть какие-то обиды, борьба между институтами непонятно за что.

— Зато тот, кто попадет в первую категорию, получит больше денег, чем тот, кто окажется во второй.

— Я был с февраля 1989 года по декабрь прошлого года председателем Санкт-Петербургского научного центра РАН. До создания ФАНО, институты входили в отделения и одновременно их работу курировал наш президиум, мы организовывали взаимодействие академических институтов с отраслевыми институтами и вузами. Затем, в результате реформы, решили, что такие центры не нужны. Санкт-Петербургский научный центр остался, но уже как бюджетное научное учреждение, как маленький научный институт. В декабре прошлого года господин Котюков уволил меня с поста председателя центра, даже не сказав «спасибо». У нас в Академии, вообще говоря, так не принято. Я это переживу спокойно, но говорю об этом, чтобы продемонстрировать стиль работы руководителя ФАНО.

— Сейчас в Думе активно обсуждается новый закон о науке. Министерство образования и науки этот закон активно защищает, РАН наоборот выступает «против». Что вы думаете об этом законе?

— Я не считаю, что нужно менять действующий закон о науке, принятый в 1996 году. В нем нет ничего плохого, он отвечал изменениям, которые произошли в стране. И вместо нового закона следовало бы принимать новые поправки, которые диктуются нынешним состоянием экономики и без которых нельзя обойтись.

— Давайте перейдем к Нобелевским премиям. За 15 лет у российских ученых, если не брать в расчет Андрея Гейма и Константина Новоселова, нет ни одной премии. Вы несколько раз упоминали, что, скажем, последние премии по химии выдавались за исследования в области биохимии, а у нас такого класса работ нет. Есть ли сейчас в России исследования и ученые, которые могли бы получить Нобелевскую премию?

— Я не могу сразу назвать работы нобелевского уровня, выполненные в России российскими учеными ни в физике, ни в химии, ни в физиологии и медицине. Гейм и Новоселов — молодцы, у них хорошая работа по графену, но она полностью сделана за границей. Наша последняя Нобелевская премия была присуждена в 2003 году Виталию Гинзбургу и Алексею Абрикосову за работы по теории сверхпроводимости 50-х годов. Я получил Нобелевскую премию за работы, выполненные в конце 60-х годов.

У нас часто говорят, что Нобелевский комитет не присуждал премий нашим ученым, хотя и были достойные работы. Прежде всего, я хотел бы отметить, что все Нобелевские премии по физике и химии были присуждены ученым из трех институтов — ФИАН, Физтех и Физических проблем — там были настоящие мирового класса научные школы. Наверное, «не успели» получить Нобелевскую премию открытие электронного парамагнитного резонанса Евгением Завойским и выдающиеся работы по оптике полупроводников, включая предсказание и открытие «экситона» Яковом Френкелем, Евгением Гроссом и Леонидом Келдышем.

— Вы говорите, что среди живущих в России ученых некому присуждать Нобелевские премии. Должно ли государство возвращать тех, кто уехал работать за границу? Нужны ли госпрограммы?

— Прежде всего я ничего не говорю о присуждении Нобелевских премий и не имею права об этом говорить. У тех, кто уехал и успешно работает за границей, там уже, как правило, есть и семья, и друзья, позиция. Они приедут к нам, если им заплатят большие деньги, выполнят работу по гранту и уедут обратно. Те, у кого там не получилось, они не нужны и здесь.

— Но есть же успешные ученые, которые сами возвращаются. Например, кристаллограф Артем Оганов, который успешно работал в США, Китае, а потом вернулся в России. И, по его словам, ему тут очень хорошо живется.

— В индивидуальном порядке ученые могут приезжать, но вводить программу возвращения наших ученых, уехавших за границу… Я бы не стал этого делать. Повторюсь, тот, кто там был успешным, приедет к нам только за большим грантом и снова уедет. Тот, кто там не смог ничего сделать, не нужен и здесь. Так что никакая госпрограмма не нужна. Нужно, в первую очередь, изменить уровень зарплат научным работникам. Потому что сегодня они очень низкие.

— Руководители ФАНО и Минобрнауки на это обычно отвечают, что те, кто хотят прилично зарабатывать, и так зарабатывают. Для этого есть гранты, программы. А те, кто не очень хотят зарабатывать, получают свои 15 тысяч.

— Зарабатывать деньги можно по-разному. Есть научные работники, которые получают под одну и ту же работу по пять грантов от разных грантодержателей. И таких людей много. Да, они зарабатывают, но каким способом? Когда человек получает на одну работу пять грантов, он — жулик.

Есть крупные научные проекты, в которых мы должны участвовать, чтобы двигать науку. В советское время мы могли себе позволить участие в целом ряде крупных проектов. Сегодня к участию в таких проектах надо подходить чрезвычайно взвешенно. Во многих случая гораздо выгоднее принять участие в западном проекте, а не делать его здесь. Эти решения должна принимать Академия наук.

На мой взгляд, также неправильно, что Курчатовский институт, хороший научный институт, стал вторым научным центром, пытаясь играть роль а-ля Академия наук. Когда в состав Курчатовского института стали включаться институты, не имеющие отношения к его профилю. Мы знаем, почему это делается. Посмотрите, сколько денег приходится на научного сотрудника в Курчатовском институте и в институтах РАН. Разве это правильно? А если вы попробуете назвать крупнейшие научные достижение, то хвастаться ни РАН, ни Курчатовскому институту нечем. У РАН оснований для такого хвастовства даже больше.

— Сейчас набирает обороты цифровизация науки, образования, всего на свете. Все обсуждают блокчейн, криптовалюты. Что вы об этом думаете? Как будет меняться облик науки и ученого?

— Прежде всего научные сотрудники, в том числе и создатели цифровой экономики и цифровизации, должны к этому делу подойти очень внимательно. С моей точки зрения, начинает работать большая команда жулья. Нужно разбираться. Криптовалюты — это яркий пример команды жуликов. Сегодня, к сожалению, и среди научных работников становится популярным принцип получения больших дополнительных средств не обязательно за достойные проекты. И в цифровизации это может случиться даже чаще, чем в других областях.

Два института СО РАН запустили совместный суперкомпьютер

Исследования в лаборатории механики неупорядоченных сред, созданной благодаря мегагранту в Институте гидродинамики им. М.А. Лаврентьева СО РАН, требуют сложных и трудоемких вычислений. Для их проведения НИИ приобрел новейший суперкомпьютерный кластер — его работу будут обеспечивать специалисты Института вычислительной математики и математической геофизики СО РАН.

Вычислительный аппарат в первую очередь связан с самой прикладной частью мегагранта — расчетом данных по гидроразрыву пласта, с помощью которого в нефтегазовой промышленности увеличивают интенсивность добычи углеводородов. Новая система позволит заметно ускорить необходимые вычисления.

— В рамках нашего исследования существует большое количество фундаментальных задач, в которых требуется обсчет экспериментов с колоссальным количеством данных, — объясняет заместитель директора ИГиЛ СО РАН по научной работе доктор физико-математических наук Евгений Валерьевич Ерманюк. — На том оборудовании, что у нас было, небольшой тестовый расчет занимал целый день, а работа с реальными данными и вовсе затягивалась на месяц. Суперкомьютер же будет обрабатывать все это за разумное время, позволит корректировать данные опытов, извлекать всю нужную информацию.

Кластер отличается и другим преимуществом — новейшей системой охлаждения. Прежде аналогичные аппараты занимали целую комнату: машина в процессе работы нагревала воздух, кондиционер выдувал его в коридор, охлаждал и загонял обратно через пол. У такого подхода КПД очень невысок.

— Новый кластер работает на водяной системе. На входе подается сорокоградусная вода, разогревается оборудованием до 45 °C, а после охлаждается в теплообменнике до прежних показателей, — говорит исполняющий обязанности руководителя Сибирского суперкомпьютерного центра кандидат физико-математических наук Игорь Геннадьевич Черных. — Старому компьютеру для работы нужно 80 киловатт, и 20 на охлаждение. Новый же кластер при той же мощности потребляет только 14 киловатт, и всего 40 ватт для охлаждения, это меньше, чем чайник!

Приобрести новейшее и дорогостоящее оборудование Институт гидродинамики смог благодаря мегагранту и дополнительному финансированию со стороны компании «Газпром добыча Надым» — именно в ее интересах ученые исследуют способы увеличить ток нефти в скважинах. Раньше эту работу проводили иностранные сервисные компании, но сегодня в связи с санкциями необходимо создать отечественные методы.

Директор Института гидродинамики доктор физико-математических наук Сергей Валерьевич Головин подчеркнул, что совместная работа с ИВМиМГ СО РАН открывает новые возможности для сотрудничества. По его словам, ИГиЛ СО РАН всегда обладал сильной теоретической группой, но сегодня становится понятно, что для эффективной работы необходимо заниматься не только аналитикой, но и увеличивать сложность расчетов — с этим могут помочь коллеги из другого института.+

— Размещение кластера на площадях ИВМиМГ позволяет нам освободиться от многих задач, с которыми мы не очень хорошо знакомы, например, администрирования, создания нужной инфраструктуры, — отметил Сергей Головин.

«Наука в Сибири»

Россия > Образование, наука > ras.ru, 30 января 2018 > № 2479255 Жорес Алферов


Россия. Финляндия > Медицина > ras.ru, 30 января 2018 > № 2479252

Финские и российские ученые разработали костные каркасы

Финские и российские ученые разработали костные каркасы, состоящие из гидроксиапатита, желатина, полипиррола и мезопористого оксида кремния, которые благодаря своей отличной биосовместимости, остеокондуктивности и потенциальной возможности адресной доставки лекарственных средств представляют большой интерес для инженерии костной ткани.

Синтетический гидроксиапатит уже широко используется в инженерии костной ткани по той причине, что по химическому составу он сходен с гидроксиаппатитом в кости. Биосовместимость, остеопроводимость и стимулирование процессов регенерации кости делает это вещество идеальным компонентом для костных каркасов. Но гидроксиаппатит обладает существенным для костей недостатком — хрупкостью и, соответственно, плохими механическими свойствами. Другой компонент, используемый исследователями для создания каркасов - диоксид кремния, также обладает высоким потенциалом для индуцирования процессов минерализации. Это вещество также можно использовать как транспортное средство для доставки лекарства с последующим контролируемым высвобождением. Еще один из компонентов разработки ученых - желатин, с его замечательной способностью прикреплять остеобласты, молодые клетки кости, формирующие регенерирующую костную ткань. Связывает все эти компоненты проводящий полимер — полипиррол. Он обладает электрической и термической стабильностью, но ему присущи и серьезные недостатки - хрупкость, плохие механические свойства и отсутствие биодеградируемости. Однако в сочетании с другими материалами, используемыми исследователями для создания костных каркасов, полипиррол можно использовать без какого-либо токсического воздействия на остеобласты.

Одновременное использование такой комбинации веществ для создания костных каркасов позволило исследователям улучшить свойства выбранных материалов для ускорения регенерации кости и в то же время для продления высвобождения антибактериальных веществ до 4 месяцев с момента введения. «Свойства полученных материалов сравнивались в разных экспериментах, в которых каркасы, содержащие полипиррол, демонстрировали хорошие механические свойства, более высокую адсорбцию белка и более высокий процент высвобождения модельного антибиотика - ванкомицина в течение длительного времени, по сравнению с непроводящими каркасами, - комментирует исследование один из авторов работы, старший научный сотрудник Лаборатории тканевой инженерии ИТЭБ РАН, кандидат биологических наук Юрий Шаталин. - Остеобласты, клетки костной ткани, помещенные в исследуемые материалы, оставались жизнеспособными в течение 14 дней, что позволяет предполагать их хорошую биосовместимость».

Таким образом, ученые создали новые проводящие композитные костные каркасы, а полученные ими результаты полностью подтверждают их применимость в адресной доставке лекарств и перспективность дальнейшего исследования данных материалов в различных ткане-инженерных приложениях и регенеративной медицине будущего.

Источник: Nazanin Zanjanizadeh Ezazi, Mohammad-Ali Shahbazi, Yuri V. Shatalin, et.al. Conductive vancomycin-loaded mesoporous silica polypyrrole-based scaffolds for bone regeneration. International Journal of Pharmaceutics, 30 January 2018, Is. 1, V. 536, P. 241-250

https://doi.org/10.1016/j.ijpharm.2017.11.065

Релиз подготовлен пресс-секретарем ИТЭБ РАН Татьяной Перевязовой

Россия. Финляндия > Медицина > ras.ru, 30 января 2018 > № 2479252


Бельгия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 30 января 2018 > № 2477782 Дмитрий Медведев, Шарль Мишель

Пресс-конференция Дмитрия Медведева и Шарля Мишеля по завершении российско-бельгийских переговоров.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Уважаемые дамы и господа! Уважаемые представители средств массовой информации! Господин Премьер-министр!

Только что мы завершили переговоры с моим коллегой, Премьер-министром Бельгии Шарлем Мишелем. Это для господина Премьер-министра первый визит в нашу страну. Надеемся, что этот визит оправдает ожидания и Вы увезёте домой не только хорошие впечатления о зимней Москве, но и определённые результаты. Помимо только что подписанного протокола эти результаты выражаются в наших переговорах, в обсуждении наиболее важных, актуальных тем для Российской Федерации и Королевства Бельгии, для Европейского союза и Российской Федерации, целого ряда международных проблем.

У нас давние традиции дружбы и взаимопонимания. В этом году дипломатическим отношениям между нашими странами исполняется 165 лет. А в прошлом году отмечалось 300-летие посещения Петром I бельгийских земель, то есть в этом смысле у нас действительно очень хороший бэкграунд.

Если говорить о торговле, она в целом за последнее время стала восстанавливаться. За 11 месяцев прошлого года товарооборот вырос на 20%, причём позитивная динамика есть как со стороны Российской Федерации, так и со стороны Бельгии, и эту динамику нужно было бы сохранить.

Несмотря на известные обстоятельства, связанные с санкционной политикой, инвестиционное сотрудничество тоже не замерло. Объём накопленных инвестиций составляет со стороны Бельгии 1,2 млрд долларов (по состоянию на середину прошлого года). С российской стороны – приблизительно 0,5 млрд долларов.

Многие бельгийские компании успешно работают в России. Мы только что с господином Премьер-министром говорили о перспективах, проектах, которые реализованы, и трудностях, которые обычно возникают в ходе реализации проектов. Без этого не обходится, но очень важно, чтобы эти проблемы оперативно снимались. Есть неплохие перспективы для развития бизнеса. Это касается и металлургии, и новых проектов, которые были запущены совсем недавно в Липецке, – я имею в виду компанию «Бекарт», которая планирует дополнительные инвестиции. Мы это только приветствуем.

Ещё одно направление сотрудничества, о котором мы только что говорили, – это медицинские технологии. Для лечения онкологических заболеваний бельгийская компания IBA запускает так называемую систему протонной терапии в Ульяновской области. Это важное направление.

Мы говорили о том, что неплохо было бы посмотреть и на фармакологический сектор. Хочу сказать (не успел сказать это во время нашего общения с господином Премьер-министром): у нас фармацевтический сектор растёт огромными темпами – в среднем 20–25% в год. И в этом смысле на нашем рынке вполне есть место для бельгийских компаний, для создания совместных производств. Тем более это и есть высокие технологии, на которые мы все в настоящий момент уповаем.

Есть большие проекты в области энергетики, в аэрокосмической области, в химической промышленности, собственно, в узком смысле – в высоких технологиях. Видим заинтересованность бизнес-сообщества. Надеюсь, что предприниматели будут вести себя активнее. Мы об этом тоже говорили. И только что подписан дополнительный протокол к Конвенции об избежании двойного налогообложения. Важно завершить ратификационные процедуры.

В феврале пройдёт заседание межправкомиссии, для того чтобы выработать конкретные предложения о будущих совместных проектах. Оно намечено в Сочи.

Развиваются гуманитарные связи. Это действительно очень важно, особенно в тот период, когда между странами существуют те или иные проблемы. Когда существует проблема доверия, взаимопонимания, очень важно сохранить гуманитарную составляющую. Развиваются контакты в области образования, молодёжные обмены. С прошлого года в Антверпене работает Центр языкового тестирования, где можно получить официальный документ о владении русским языком и использовать его при устройстве на работу в России или при поступлении в российские вузы.

Есть ряд других важных направлений, о которых мы сегодня тоже сумели переговорить.

Хочу ещё раз искренне поблагодарить господина Мишеля за содержательные переговоры. Уверен, что, несмотря на достаточно сложную ситуацию в международной обстановке и в наших текущих отношениях с Европейским союзом, сотрудничество между Россией и Бельгией будет развиваться в самых разных сферах.

Ш.Мишель (как переведено): Во-первых, хотел бы поблагодарить Премьер-министра за то, как меня приняли, как приняли мою делегацию.

Мы очень рады, что смогли провести интенсивные дебаты и обмен мнениями. Мы говорили о двусторонних отношениях между Российской Федерацией и Королевством Бельгии, обсудили определённые вопросы, в том числе в экономической сфере. Мы определили секторы, где уже есть давнее сотрудничество между нашими странами, которое очень хорошо развито. Допустим, в области металлургии и сталелитейной промышленности, где у нас действительно исторические отношения. Это отрасль, в рамках которой российские экономические игроки играют очень важную роль. В частности, речь идёт о компании НЛМК, которая разрабатывает разного рода проекты.

Учитывая, что у нас слишком много производится стали в мире, мы, конечно, также говорили о других отраслях, об алмазах. В Антверпене российские компании уже давно работают.

Мы обсудили ключевой, важнейший вопрос для Бельгии – энергетический вопрос. Вы знаете, что в Бельгии и ЕС мы разрабатываем стратегию для энергетического сектора. Во-первых, мы обсудили энергетический вопрос. В частности, проект «Северный поток – 2», который разрабатывается на европейском уровне в рамках партнёрства с Российской Федерацией, а также другие проекты в области СПГ – сжиженного природного газа, в рамках которых мы приняли решение организовать более технический визит, для того чтобы углубить наше сотрудничество. И также для нас очень важно, что бельгийская компания Fluxys активно сотрудничает с российскими партнёрами, а порт Зебрюгге является главным, ключевым инфраструктурным местом, через которое можно сотрудничать в экономической сфере.

Премьер-министр об этом уже говорил, есть и другая отрасль, в которой можно развить сотрудничество и углубить его, – это сектор здравоохранения, сектор фармацевтики, который является очень важным для Бельгии, очень развит в Бельгии: допустим, компания IBA очень хорошо работает в этой отрасли. У нас делается большое количество инвестиций, инноваций в фармацевтику. И государственная политика здравоохранения также может предусмотреть определённое количество партнёрств и сотрудничество в этих рамках, после нашей встречи, встречи на этом уровне.

Мы также обсудили другой вопрос, который очень важен для Бельгии, – он касается производства фруктов, сельского хозяйства. Это груши и яблоки, садоводческий сектор. Конечно же, мы без каких-либо табу, очень искренне и прямо говорили на эту тему.

Мне очень понравилось, что мы могли открыто и прямо говорить с господином Премьер-министром. Я ему также заявил, что в Евросоюзе мы много говорим о России, но не разговариваем с ней, не общаемся с ней, с Россией. Я как Премьер-министр, человек, который постоянно был в авангарде европейской политики, своего рода первопроходцем, убеждён, что в будущем было бы полезно расширить диалог между Россией и Евросоюзом, сделать его более структурным.

Конечно, у нас есть определённые разногласия. Мы отличаемся друг от друга. Особенно, когда говорим, допустим, о территориальной целостности Украины, вопросах Крыма, Донбасса. У нас есть разногласия, и мы не можем закрывать на это глаза. Но мы можем разговаривать на эти темы, можем обмениваться мнениями. Мне кажется, это нам помогает лучше понимать наши позиции. И это является условием для доверия и прогресса.

Также я абсолютно согласен с господином Премьер-министром, когда он говорит, что в будущем мы должны развивать стратегический политический диалог. И необходимо обращать внимание в этих рамках на другие вопросы, особенно на юге. Мы обсудили ситуацию в Ливии. Обменялись мнениями на эту тему и подумали о разных решениях, которые можно принять для того, чтобы стабилизировать данный регион. Мы также говорили о Ближнем Востоке и декларации администрации Дональда Трампа, которая вызвала реакцию в Евросоюзе, в Бельгии.

Мы обсудили вопрос Сирии, который является очень комплексным. Мне кажется, что необходимо иметь более определённую стратегию в этих рамках.

Несмотря на все наши различия, я думаю, что мы хотим сотрудничать в борьбе против терроризма. На территории Евросоюза и Российской Федерации мы должны бороться с этой проблемой, и, может быть, стоит сотрудничать более тесно против радикального исламизма.

Вот некоторые элементы, о которых хотелось бы вас оповестить.

Хочу поблагодарить господина Премьер-министра за тёплый приём. В рамках нашей первой встречи я увидел качество и интенсивность нашего обмена мнениями. Мы очень прямо говорили друг с другом, были очень открытыми.

Мы говорили об истории. Международная история, конечно, влияет на то, что происходит сегодня. Я думаю, мы ответственны, когда учимся на уроках истории и вдохновляемся этими уроками для того, чтобы сделать наш мир более стабильным, более мирным. Я думаю, мы должны следовать этому вместе.

Спасибо большое, господин Премьер-министр, за Ваш тёплый приём и за то, что мы смогли обменяться мнениями.

Вопрос: Здравствуйте. У меня вопрос к Дмитрию Анатольевичу. Сегодня в США был опубликован так называемый кремлёвский список, в который попали сотрудники Администрации Президента, практически весь состав кабинета министров, в том числе представители крупного бизнеса. Как бы Вы прокомментировали появление этого списка и попадание в него названных людей?

Если можно, хотелось бы услышать мнение об этом списке и Премьер-министра Бельгии.

Д.Медведев: Давайте я несколько слов скажу на эту тему. Я думаю, это та ситуация, когда непопадание в этот список – это повод уволиться. Но мы, конечно, так поступать не будем.

Очевидно абсолютно, что в рамках этого списка фигурирует практически вся команда органов власти, существующая в нашей стране. Та команда, которая была в определённый период собрана Президентом Путиным, дополненная также представителями крупнейшего российского бизнеса, который, по сути, покрывает всю российскую экономику.

Каково значение этого списка? Я бы сказал, что значение этого списка – зеро, оно стремится к нулю.

Почему? Потому что, если бы мы представили себе обратную ситуацию: мы, допустим, взяли и подготовили список, в который включили Администрацию Президента Трампа целиком, Палату представителей, Сенат, Верховный суд, офис генерального прокурора, – что произойдёт после этого в Америке? Ничего. То же самое произойдёт и в нашей стране, то есть ничего не произойдёт. Тем не менее мы прекрасно понимаем, что даже при наличии всякого рода списков для контактов никаких других людей нет. Других писателей для Соединённых Штатов Америки, с которыми бы власти США могли общаться, у нас не существует. Точно так же, как и у них не существует других должностных лиц. Именно поэтому я считаю, что значение подобного рода списков, если говорить об официальной части, если говорить о должностных лицах, стремится к нулю.

Тем не менее это реализация того закона, который был принят, который носит абсолютно дискриминационный характер в отношении нашей страны, который, безусловно, будет отравлять наши контакты, наши отношения на протяжении достаточно длительного времени. И это само по себе плохо.

Если же говорить об иных последствиях, то, безусловно, все власти в нашей стране – исполнительная власть, законодательная власть и, конечно, Президент – будут отслеживать другие формы реализации этого закона. Если они состоятся, то на эти действия последует реакция. Какая? Она будет адекватной тому, что будет происходить.

В конечном счёте публикация подобных списков, безусловно, отравляет наши отношения. И очевидно, что в нашей стране будет больше людей, которые будут не любить Америку, а в Америке будут укрепляться антироссийские настроения. Очевидно, что и то и другое в конечном счёте уводит нас от конструктивного диалога: и антиамериканские настроения в нашей стране, и антироссийские настроения в Соединённых Штатах Америки. Такие списки, к сожалению, эти тенденции закрепляют.

Ш.Мишель (как переведено): Я не собираюсь комментировать двустороннюю ситуацию между Соединёнными Штатами Америки и Российской Федерацией. И опять же тот же посыл у меня, как в Москве, так и в Брюсселе: санкции не являются целью как таковой, конечной целью. Диалог очень важен, для того чтобы лучше понимать тот путь, который мы должны пройти, чтобы построить более стратегические, плодотворные отношения между ЕС и Российской Федерацией.

В рамках нашего разговора мы говорили о Минских соглашениях, которые являются для нас центральным вопросом. Реализация Минских соглашений это то, что необходимо сделать. Хотелось бы подчеркнуть, что Европейский союз принял решение не поддерживать усиление санкций. Как я уже говорил во вступительном слове, необходимо активизировать наши отношения, да, у нас есть определённое количество разногласий, это правда, но нужно и открыть диалог. Потому что диалог является единственным путём для того, чтобы управлять какими-то разногласиями, и для того, чтобы лучше понимать разные процессы для принятия решений. Чтобы было больше стабильности, чтобы лучше предвидеть вопросы.

Я уже говорил о том, что необходимо говорить не только о вопросах, которые возникают на восточных границах Евросоюза, но также о том, что происходит на южных границах Евросоюза. Российская Федерация и ЕС, мы заплатим высокую цену, если не будем гарантами стабильности. Я уже говорил о ситуации в Ливии, которая повлияла, конечно, на ситуацию всего Сахельского региона. И завтра эта ситуация может дестабилизировать определённое количество стран, что может стать просто трагическим для наших граждан.

Вопрос: Бельгийское телевидение. Премьер Бельгии хочет нового, более постоянного диалога между Россией и Европейским союзом. Возможно ли это, если санкции остаются? И как Вы видите роль Бельгии? Бельгия для вас – это страна хорошего шоколада или что-то большее?

Д.Медведев: Вне всякого сомнения, Бельгия для нас – это что-то большее, потому что наши отношения с Королевством насчитывают уже 300 лет, дипотношения – 165 лет. Мы ценим наших партнёров, друзей в Бельгии. Кстати, визит господина Премьер-министра как раз свидетельство того, что Бельгия хочет и готова играть более активную роль в восстановлении нормальных, полноценных отношений между Российской Федерацией и Европейским союзом. Это правильная и прагматичная позиция. Ещё раз хочу за эту позицию господина Премьер-министра поблагодарить. Потому что всё, что мы сейчас обсуждаем, всякие санкции, ответные меры, какие-то списки, – пройдёт несколько десятилетий, и это будет только мелким шрифтом изложено в учебниках истории. А наши страны, наши отношения останутся. И мы всё равно будем соседями и, уверен, деловыми партнёрами с Европейским союзом. И вот это главное. Поэтому желание восстановить полноценный диалог, в конечном счёте – восстановить доверие я не могу не приветствовать.

Возможен ли диалог в период действия санкций, ответных мер? Возможен, конечно. Мы неоднократно об этом говорили. Мы живём при этих санкциях. И кстати, в советский период жили многие годы. Ничего особенного из-за этого не происходит. В ряде случаев (мы тоже об этом неоднократно говорили) санкции даже полезны для развития внутренней экономики. Хотя они сказываются на наших отношениях с нашими партнёрами. Диалог возможен. Но желательно и санкционный период преодолеть. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше будет для всех – для государств, для бизнеса наших стран и для граждан наших государств.

Вопрос: «Интерфакс». Вопрос обоим премьер-министрам в продолжение вопроса бельгийского коллеги и с акцентом на двусторонних торгово-экономических отношениях. На ваш взгляд, насколько сильно санкции и действующие контрсанкции Российской Федерации мешают двустороннему инвестиционному и торговому сотрудничеству?

Ш.Мишель (как переведено): Как я уже говорил, санкции не являются целью как таковой. Мы, когда продлевали санкции, думали о том, что необходимо просто сделать так, чтобы эти санкции активизировали диалог с Российской Федерацией. В последние годы мы видим, что не было реального диалога на самом высоком уровне по вопросу Восточной Европы и по поводу того, какую роль может играть Россия на юге Европы. Поэтому, учитывая, что мы, бельгийцы, очень активно работаем на европейском уровне, мы должны со своей стороны всё равно, несмотря на санкции, наращивать двустороннее сотрудничество и, может быть, делиться некоторым геополитическим анализом ситуации.

Россия и Евросоюз всегда будут соседями. И если мы соседи, мы должны прагматично понимать, каким образом мы будем развиваться, учитывая наши стратегические интересы. Мы не согласны по определённому количеству вопросов. У нас разная история, разные реалии, разные трудности. И только через диалог мы можем обмениваться аргументами и прогрессировать, понимать, какая озабоченность у нас и у вас. И у нас есть определённое количество сфер, в которых мы можем развивать это, – борьба с терроризмом и так далее.

Санкционный вопрос не помешал нам иметь очень интенсивный диалог. Мы внимательно работали над разными вопросами с господином Премьер-министром.

Мы говорили о чемпионате мира по футболу. Говорили, кстати, о перспективах бельгийской команды. Большое спасибо, что Вы побеспокоились о нашей команде, господин Премьер-министр.

Д.Медведев: Честно говоря, даже не знаю, чьи перспективы на чемпионате мира по футболу выглядят более радужно. Про нашу сборную ничего говорить не будем, посмотрим, как она сыграет. А сборной Бельгии я пожелал успехов.

Что же касается продолжения этой темы по санкциям, я в принципе согласен с тем, что сказал мой коллега. В период самых жёстких санкций всё равно необходимо сохранять диалог, продолжать сотрудничество. Ещё раз напомню, что я говорил неоднократно: в отношении СССР санкции вводились 10 раз. Ни разу за период введения санкций это никаким образом не поменяло политику Советского Союза. Я, кстати, сейчас не говорю о том, какая это была политика, это вопрос оценки, вопрос историков, – я просто говорю про эффективность санкций.

Эффективность санкций, как правило, не достигает даже трети того, на что рассчитывают те, кто их вводит. Санкции бьют по экономике, бьют по бизнесу, и само по себе это плохо. Санкции, с другой стороны, порождают необходимость заниматься собственными экономическими проблемами, решать их самостоятельно, что иногда весьма и весьма полезно. Вы знаете, что за последние годы из-за введения этих санкций и ответных российских мер мы довольно серьёзным образом нарастили потенциал нашего сельского хозяйства, оно кардинально отличается от того, что мы имели 15–20 лет назад.

Но даже в период санкций необходимо сохранять сотрудничество, о чём господин Премьер-министр сказал. Это касается не только вопросов делового климата, не только вопросов сотрудничества между бизнес-комьюнити. Это касается и консультаций, сотрудничества по наиболее актуальным международным вопросам, а также по основным вызовам и угрозам, с которыми сталкиваются наши страны. И Россия, и Бельгия страдают от терроризма, и поэтому нам необходимо обязательно сохранять консультации, причём на всех уровнях. Не закрывать двери, а сохранять консультации, причём по самым чувствительным вопросам. Если таких консультаций нет – радуются только террористы. Вот об этом нужно помнить всем, кто голосует за введение тех или иных санкций.

Вопрос (как переведено): Добрый день! RTL Info. Господин Премьер-министр, Дмитрий Анатольевич, учитывая, что мы заново начали диалог между Бельгией и Россией, можно ли гарантировать восстановление импорта груш из Бельгии в краткосрочной, среднесрочной, долгосрочной перспективе?

Д.Медведев: Не думал, что груши станут такой важной темой нашего сегодняшнего диалога, но, видимо, это важная экспортная статья. Я сказал моему коллеге господину Премьер-министру: в принципе у нас вообще холодно. Но не везде так холодно, как в Москве, Петербурге или Мурманске. У нас тоже груши растут. Растут на Кавказе, в Ростовской области, на Ставрополье, растут, наконец, в Крыму. Но это не значит, что мы закрываем возможности для поставок плодоовощной продукции, в том числе груш, яблок, других видов фруктов, и из других стран. Тем более, есть уникальные сорта. Но для того, чтобы это произошло, нам нужно отказаться от ограничений, которые мы ввели. И здесь возможен только симметричный подход. Если есть санкции, есть ответные меры. Если санкции схлопываются или мы намечаем какую-то карту ухода от этих санкций, естественно, мы намечаем и каким образом будем восстанавливать торговлю товарами, которые попали под ограничения. Если мы будем идти таким путём, тогда всё это состоится.

Ш.Мишель (как переведено): Можно мне добавить кое-что? Я отвечу на вопрос, который задавали не мне. Мы говорили о погоде, которая необходима для выращивания груш, также мы говорили о фитосанитарных нормах, о том, что необходимо наладить сотрудничество в этом плане. В феврале будет заседание смешанной экономической комиссии между Бельгией и Россией, и, конечно, необходимо будет продолжить работу и над вопросом по фруктам и овощам.

Бельгия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 30 января 2018 > № 2477782 Дмитрий Медведев, Шарль Мишель


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 30 января 2018 > № 2477113 Владислав Иноземцев

Игра без правил

Владислав Иноземцев

Запад пришел к выводу: разговаривать c русскими в рамках приличий бессмысленно и неправильно

убликация давно ожидавшегося «кремлевского списка» стала объектом массы комментариев буквально в первые же часы — и среди реакций на него встречались очень важные и серьезные замечания и рассуждения. Но, на мой взгляд, документ нуждается в оценке и в более широком контексте.

Основным моим впечатлением от опубликованного перечня персон стало то, что западные функционеры начинают перенимать своего рода «кремлевское» отношение к оппонентам и противникам. Совсем недавно мы видели череду решений Международного олимпийского комитета о лишении российских спортсменов допуска на Олимпиаду в Южной Корее, многие из которых строились на показаниях «информаторов WADA», и фактически только на них. По сути, мы увидели зеркальную версию аргументации, уже давно применяемой в России, когда судьи, заявляя, что «не имеют причин не верить показаниям сотрудников полиции», пренебрегают всеми прочими аргументами и выносят обвинительные приговоры.

Американцы четко дают понять, что в России нет силовиков и либералов, а есть только люди, которым их амбиции и желание обогатиться позволяют служить кремлевскому автократу

В ситуации с «кремлевским списком» я наблюдаю нечто очень похожее: в России в последние годы был принят ряд законов и нормативных актов, которые имеют скорее потенциальный, чем реальный эффект: например, по знаменитому закону о пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних не осужден ни один человек, да и правило, по которому подозреваемым в экстремизме решением следователя может быть запрещен выезд за рубеж, ни разу не было применено. Мне кажется, что американские власти пошли по тому же пути. Они, правда, назвали фамилии — но их круг столь формален, что по сути российской стороне послан сигнал: проблема может затронуть любого, но кого именно, мы пока не знаем. Иначе говоря, мне показалось, что в целом Запад пришел к выводу: разговаривать c русскими в рамках приличий в условиях, когда они сами давно потеряли любое представление о таковых, бессмысленно и неправильно. С играющими без правил нужно вести себя соответственно. И поэтому я бы не стал недооценивать оглашенный вчера список, как это поспешили сделать многие уважаемые эксперты, ведь существует и секретный доклад о мерах воздействия на упомянутых лиц, так что подводить итоги пока очень рано.

Второе очень важное обстоятельство состоит, на мой взгляд, в широте и «всеядности» списка. Многие практически немедленно заявили, что не понимают, как можно поставить «на одну доску» Аркадия Дворковича и Сергея Шойгу, Михаила Федотова и Николая Патрушева, не говоря о представителях крупного бизнеса. Мне кажется, что подход американцев очень правилен: они четко дают понять, что среди членов администрации и правительства, назначенных Владимиром Путиным, нет людей, которые могли бы не считаться тесно (точнее, неразрывно) с ним связанными, и в этом отношении в стране нет силовиков и либералов, а есть только люди, которым их амбиции и желание обогатиться позволяют служить кремлевскому автократу, занимая должности, назначение на которые формально или неформально утверждается именно им.

С позиций американского законодателя, занимать высокую государственную должность или делать крупный бизнес в России и оставаться приличным человеком нельзя

Это означает: «отмазка» о том, что я сотрудничаю с режимом, чтобы его усовершенствовать, не проходит, что крайне важно в нынешних обстоятельствах. То же самое касается и бизнеса: в государстве, которое единолично управляется одним человеком на протяжении более чем 18 лет, создать или сохранить миллиардное состояние невозможно. Мы хорошо знаем судьбы тех, кто пошел на конфликт с режимом, — и то, где эти люди сейчас находятся. Нам не надо рассказывать, что одно дело — выкачивать нефть по выданным государством лицензиям, и совсем другое — заниматься «высокими технологиями» (пример Евгения Касперского недавно был разобран практически во всех подробностях).

Поэтому данный посыл тоже крайне важен — занимать высокую государственную должность или делать крупный бизнес в России и оставаться «приличным», с позиций американского законодателя, человеком нельзя. Мне кажется, это можно было понять намного раньше, но, как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Третий момент интересен с точки зрения той борьбы, которая, несомненно, велась вокруг составления списка, и ее результатов. Американские власти — и это хорошо известно — всегда очень внимательно относятся к мнению вашингтонского экспертного сообщества (think-tank’и для того и существуют, чтобы поправлять чиновников и затем становиться для них прекрасным местом работы после их ухода из правительства). И перед публикацией списка уровень активности «экспертов» в Вашингтоне был крайне высок. Бывший ответственный за санкционную политику в Государственном департаменте Даниэль Фрид и известный эксперт по России и Украине Андерс Ослунд выступали в прессе десятки раз, поясняя разработанные ими критерии составления списка. Но итоговый документ показал, что практически ни один из таковых не был использован.

Лидеры России достойны лишь того же отношения, какое они проявляют к другим

Мне кажется, что этому может быть дано очень простое объяснение. Практически впервые «дискуссия» (я сознательно беру это слово в кавычки) об исполнении закона, принятого американским Конгрессом, оказалась так или иначе «монополизирована» представителями страны, которой этот закон касался. Беспрецедентная публичная активность давних путинских доброжелателей Андрея Илларионова и Андрея Пионтковского, а также не менее впечатляющая непубличная деятельность лоббистов различных российских политиков и финансистов привели к предсказуемому результату: любой иной список, кроме составленного по исключительно формальным признакам, был бы несомненно воспринят как победа того или иного лагеря — и тем самым оказался бы обесценен с самого момента его публикации. Появление же перечня в нынешнем варианте указывает: уважаемые российские консультанты и менее уважаемые лоббисты, мы обходимся и обойдемся без вас. И лично я считаю, что это правильно.

И наконец, последнее, но, скорее всего, самое важное обстоятельство. В последние месяцы напряжение в американской элите, вызванное «русским делом» о вмешательстве в выборы, проблемами российской коррупции, отношением к ведущимся Кремлем «гибридным войнам» и нарушениям демократических принципов, нарастало. При этом президент Трамп считался самым последовательным противником детального расследования «русского следа» на выборах и, соответственно, ужесточения антироссийских санкций. Как результат, отчуждение между Конгрессом и Белым домом достигло очень высокого градуса. И хотя в России привычно сочли, что публикация списка так или иначе «привязана» к приближающимся президентским выборам, намного более чувствительной является близость ее даты к ежегодному президентскому посланию о положении страны State of the Union address, с которым президент прибудет в Капитолий сегодня вечером, 30 января.

Выпустив довольно формальный, с точки зрения даже вашингтонского истеблишмента, список и заявив о том, что санкции действуют успешно и в ужесточении в ближайшей перспективе не нуждаются, администрация, на мой взгляд, довольно сильно «подставилась». Иногда куда правильнее отступить сразу на несколько шагов, если понимаешь, что противник силен, и закрепиться на выгодных позициях, чем последовательно сдавать один рубеж за другим, распаляя боевой дух наступающих.

Команда Трампа предпочла второй вариант, попытавшись практически не пойти на уступки в условиях, когда их нужно было делать максимально большими. Поэтому можно не сомневаться в том, что после нескольких дней передышки парламентарии, вне зависимости от их партийной принадлежности, возобновят наступление на Белый дом и в конечном итоге список и все происходящее сейчас вокруг него покажется российской элите почти безобидными цветочками. Проблема не решена — она, на мой взгляд, становится только более глубокой и серьезной.

Подводя итог, можно сказать одно: не прошло и четырех лет с момента, как Россия приступила к радикальной, вооруженной ревизии глобального порядка, который показался Кремлю несправедливым и ущемляющим его интересы, как коллективный Запад осознал, что Россия не делится на «плохих» и «хороших»; что ее лидеры достойны лишь того же отношения, какое они проявляют к другим; и что внутри самих западных стран существует большое количество лоббистов, которые по идеологическим или материальным причинам стремятся повлиять на выработку того или иного политического курса. Это осознание на его нынешнем уровне и в его нынешней глубине воплотилось в «кремлевском списке». Которым многие остались недовольны, но значимость которого определят только последующие события, а не чьи-то мнения. Какими бы «авторитетными» они ни были.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 30 января 2018 > № 2477113 Владислав Иноземцев


Россия > Алкоголь. Медицина > gazeta.ru, 30 января 2018 > № 2477087 Дарья Халтурина

«Эффект от сухого закона Горбачева был потрясающим»

Эксперт опроверг данные о снижении на 80% потребления алкоголя в России

Павел Котляр

Насколько в России снизилось потребление алкоголя, какие меры к этому привели и сколько жизней сберег горбачевский сухой закон, «Газете.Ru» рассказала заведующая отделением профилактики рисков ФГБУ «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Минздрава России Дарья Халтурина.

— Не так давно СМИ со ссылкой на главу Минздрава Веронику Скворцову сообщили, что за последние пять-семь лет потребление алкоголя в России снизилось на 80%. Насколько это лукавые цифры?

— Министра неправильно поняли, в реальности потребление алкоголя к настоящему моменты снизилось до уровня 80% от показателей 2010 года.

То есть снижение составило около 20%, что само по себе является очень крупным достижением, поскольку для этого должны произойти серьезные социальные изменения.

На 28% с 2010 по 2017 год снизилась смертность от алкогольных отравлений, снижается заболеваемость наркологическими заболеваниями, такими как алкоголизм, алкогольные психозы, при этом снижается первичная заболеваемость, число состоящих на учете в наркологических диспансерах, заболеваемость среди взрослых и подростков. По сути, наблюдается определенный перелом.

Его частично можно объяснить популярностью частной наркологии, однако алкогольные психозы — это яркое состояние, лечить которое частные наркологи обычно не берутся, и эти случаи попадают в государственную статистику.

Снижается и тяжесть социальных бед, связанных с алкоголем. Это убийства и самоубийства, снижается также количество новых детей-сирот, поступающих в детские дома — это довольно-таки алкоголезависимый параметр.

При этом снижение алкогольной смертности в последние годы наблюдается больше всего там, где сильнее страдали от алкоголя -- это Север, Сибирь, Дальний Восток, село. В непьющих регионах, например, Северном Кавказе, совершенно другая динамика.

Европа, в целом, самый пьющий регион мира. А этнографически, культурно и генетически большинство народов России, включая русских, относятся, без сомнения, к европейским. Про некоторые восточные народы говорят, что они не могут усваивать алкоголь, на самом деле «мутантами» являются европейцы, у которых есть мутация, позволяющая пить много и без последствий. Кстати, у многих народов Крайнего Севера, например, чукчей, вопреки слухам, распространенность генов, отвечающих за метаболизм алкоголя, такая же как у европейцев, а вот у народов Восточной Азии, Ближнего Востока, Африки — нет.

Надо сказать, что наши тувинцы и буряты как раз имеют «восточные» частоты генов, такие же как у китайцев, с которыми не стоило бы много пить. Сочетание такой генетики населения и водочной модели потребления особенно опасно.

— Какие основные меры привели к позитивным результатам?

— Эффективность мер антиалкогольной политики изучена, имеется достаточного количество исследований, обзоров, метаобзоров. Лучшие результаты показало снижение ценовой доступности — как легального алкоголя (на который уплачены акцизы), так и нелегального. В России такие меры принимались рывками: в 2012-2014 гг. состоялось весьма заметное повышение акцизов на алкоголь, а с 2016 г. внедрение ЕГАИС на уровне розницы --системы, которая не дает магазинам продавать нелегальную дешевую водку, с которой не уплачен акциз.

Кроме того, хорошо показали себя противосуррогатные меры, как в 2006 г., так и в 2017 г. В итоге и легальный, и нелегальный алкоголь стали несколько менее доступными для россиян. Прекрасно, что в России с 2011 г. существует общенациональный запрет на торговлю алкоголем после 23 часов, кроме того, во многих регионах есть дополнительные запреты — где с 21, где с 22 часов.

В таких регионах в большей мере снизилось число ДТП, то есть эти меры оказывают свое влияние.

Эффективной мерой является ограничение территориальной доступности алкоголя, то есть ограничение числа точек продажи на определенное количество населения. У нас же еще в 1990-е годы спирт Royal продавался в ларьках, потом в 1995 году в ларьках запретили продавать крепкие напитки и вино, потом в 2013 году и пиво…

— Однако, несмотря на все меры, совсем недавно произошла печально известная история с «Боярышником»...

— Да, и в ответ на эту историю Роспотребнадзор принял постановление о приостановлении розничной торговли спиртосодержащей непищевой продукцией, спиртосодержащими пищевыми добавками и ароматизаторами, фактически всеми суррогатами алкоголя, кроме аптечных.

Это тоже оказало влияние на снижение смертности от внешних причин — она снизилась на 9% за 11 месяцев 2017 года (пока нет данных за весь год). Ведь люди, страдающие алкоголизмом, перестали иметь доступ к сверхдешевым спиртосодержащим продуктам.

Потребовалась трагедия, чтобы государство взялось за ум.

— У нас часто принято говорят о сухом законе. Однако вокруг практики сухих законов сложилось устойчивое мнение об их бесполезности и вреде. Так ли это?

— Это не так, сухой закон — мера конечно жесткая и, возможно, избыточная, однако эффективная. Во время Первой мировой войны была целая волна сухих законов, тогда были опасения, что будет разруха и хлеба не будет хватать на питание. Тогда ряд стран и Россия в том числе ввели сухой закон, продажа водки была запрещена, а на пиво повышены акцизы. В России большевики не отменяли сухой закон до 1925 года, когда Сталин заявил, что «надо выбирать между кабалой и водкой, и люди, которые думают, что можно строить социализм в белых перчатках, жестоко ошибаются».

Тогда продажа водки была разрешена по фискальным соображениям.

Эффект от сухих законов тогда был прекрасный везде, в том числе в России. За годы закона в России было заметное снижение потребления алкоголя. В 1913 году среднедушевое потребление составляло 3,7 литра этанола. Тогда около половины населения составляли дети, и в пересчете на взрослое население получается довольно много, хоть и меньше, чем сейчас. В 1915 году потребление составляло уже 0,2 литра, а в 1925 году, к моменту отмены сухого закона – около литра на душу населения в год.

Этот длительный сухой закон приучил советских граждан к трезвости — к 1940 году потребление составляло около двух литров.

Надо понимать, что это было очень голодное время. Украинцы называют голод 1932-1933 годов Голодомором и считают его национальным геноцидом, однако этот голод оставил весьма похожие страшные «зарубки» на демографических пирамидах и РСФСР, и УССР, то есть голод был общий. В такой ситуации конечно было не до водки.

В годы сухого закона в России снизилось число случаев «белой горячки» с 10 тыс. в 1913 году до единичных случаев в 1920-е годы. В постсоветские годы, когда к водке появился доступ, их число доходило до 90 тыс., однако и доступность психиатрической помощи в наши дни выше, поэтому сравнивать сложно.

В 1913 году среди поступавших в психиатрические больницы было 20% страдавших алкоголизмом, в 20-е годы — около 2%. Число прогулов снизилось на 30-40%. Производительность труда выросла на 9-13%.

Вклад сухого закона в снижение смертности в России в те годы вычислить трудно. Времена были тяжелые? и надо понимать, что тогда около 400 тыс. человек в год умирало из-за инфекционных заболеваний. Плюс ко всему была война, поэтому смертность из-за алкоголя вычленить довольно сложно. Мы даже не представляем себе, насколько плохо и голодно жили еще совсем недавно наши предки, при этом не только в России. Вспомните — у профессора Преображенского на голодающих немецких детей собирали…

— Но водочка в графине стояла… В каких странах тогда еще ввели сухие законы?

Все северные страны начинали с такой же модели потребления, как и СССР — с водочной, именно там и принимались сухие законы.

В Норвегии сухой закон был введен в 1916-1927 годы, в Финляндии в 1914-1932, в Исландии в 1915-1935, в США — в 1920-1932 годы, в Швеции с 1914 по 1955 гг. водку выдавали по талонам. Были подобные законы и в некоторых провинциях Канады. В Дании не стали вводить сухой закон, а в 10 раз подняли цены на водку в 1917 году, и страна из водочной превратилась в пивную.

В странах Европы наблюдались примерно такие же положительные эффекты, как и в России, и неспроста эти законы не отменялись довольно долго. Исключением из общей картины стали США, поскольку мало кто представляет, какой слабой в те годы там была центральная власть.

Там была слабой полиция, она была выборной, а значит — коррумпируемой. Тем не менее продолжительность жизни после отмены сухого закона в США упала, хотя этот эффект трудно отделить от воздействия Великой депрессии. Есть отдельные исследования, показывающие, например, снижение смертности детей от внешних причин в результате сухого закона в США, так что не факт, что он был провальным.

— В сугубо отрицательном ключе принято вспоминать горбачевский сухой закон, который привел к вырубленным виноградникам и самогоноварению. А что говорит про него статистика?

— В целом эффекты антиалкогольной кампании Горбачева были на самом деле потрясающими. Снизилась смертность, при этом не только от алкогольных отравлений, травматизма и убийств, но и от сердечно-сосудистых заболеваний — ишемической болезни сердца, гипертонии, инфарктов, геморрагических инсультов.

Смертность среди мужчин трудоспособного возраста снизилась примерно на 25%.

А всего по подсчетам ученых за годы антиалкогольной кампании не умерло 1,38 млн человек — это колоссальное количество спасенных жизней. Западные ученые очень удивились, так как считалось, что алкоголь имеет кардиопротективные свойства. Однако обнаружилось, что большие дозы алкоголя имеют кардиотоксичные свойства. Снизилась смертность от пневмонии, оказалось, что пневмония — болезнь, в том числе алкоголиков, так как, видимо, пьянство подрывает иммунитет и увеличивает риски умереть от пневмонии.

Кроме того, закон совпал с действием более ранних эффективных мер по поддержке рождаемости (ясли, садики, гибкие графики для матерей, социальные алименты), поэтому в 1987 г. было повышение рождаемости до уровня 2,2 ребенка на женщину.

К этому привели не только эти меры, но и тот факт, что папы перестали пить, и от супругов, партнеров стало не так страшно рожать.

Наличие надежного партнера, безусловно, фактор количества детей у женщины. Да, стали гнать самогон, но это не компенсировало положительного эффекта от снижения доступности легального алкоголя. А насчет виноградников — дело не в Горбачеве. Виноградники сами вымерзли в холодную зиму 1984-1985 гг., проблема в том, что из-за горбачевской кампании их не высадили заново.

— Закон был отменен в 1988 году, как это отразилось на демографии?

— После отмены смертность пошла резко вверх, а потом были реформы, в рамках которых Егор Гайдар не придумал ничего лучше, как при гиперинфляции заморозить цену на водку, поэтому я не могу разделить восторгов по поводу вклада этого человека в историю.

И тогда смертность побила все рекорды — общая выросла в полтора раза в сравнении с 1985 годом. Пошел алкогольный мор, плюс некоторые организации беспошлинно завезли спирт Royal.

Главный эффект от сухих законов — снижение смертности, преступности и так далее. Ту же горбачевскую кампанию можно было организованнее провести и не создавать очереди. Можно было просто больше повысить цены на водку. Ведь почему при Брежневе спился советский народ? Доходы граждан росли, а цены на водку нет.

— Ваш коллега Андрей Коротаев положительно высказывается за идею монополизации. Какие еще меры в России могут оказаться востребованы?

— Действительно неплохой мерой может стать госмонополия на розничную торговлю алкоголем, так как там, где эти монополии есть, обычно они подчиняются Минздравам. Можно в качестве пилотного проекта ввести монополию в отдельных регионах. В половине штатов США распространена интересная мера -- ответственность продавца за продажу алкоголя пьяному человеку, если с ним что-то случилось. Оказывается, это очень организует барменов и продавцов.

Если говорить о нелегальном алкоголе, то надо запретить вакханалию с продажей самогонных аппаратов. Самогон может содержать метанол. Раньше считалось, что отравления метанолом случались из-за утечек метанола в промышленности. Но оказывается, при самогоноварении, если размножаются не те дрожжи, которые надо, может получиться самогон с высоким содержанием метанола, поэтому не рекомендую его употреблять. Кстати, так довольно часто гибнут туристы в Юго-Восточной Азии.

И очень важно пресечь аптечные продажи этилового спирта, интернет-продажу, фанфурики, лосьон «Боярышник» для ванн.

Парфюмерно-косметический «боярышник» уже попал под запрет, но надо усиливать наказание за нарушения закона. У нас очень слабые штрафы, и необходимы очень высокие объемы продаж нелегального алкоголя, чтобы это стало уголовным преступлением.

Следует вспомнить, что в России среди девочек-подростков лет 13 популяризировалась такая субкультура, как «винишко-тян». В ней требуется пить вино, хотя бы дешевый портвейн, так что сторонники популяризации «культуры пития» могут радоваться.

--Насколько нынешний рост продолжительности жизни в России до 72 лет связан с антиалкогольной политикой?

— Заметно связан. Конечно это не единственная причина — снижается потребление табака и улучшается медицина, например, мы наблюдаем снижение младенческой смертности. Однако без антиалкогольных мер рекордных для России показателей продолжительности жизни не было бы.

— Наверное играет роль и низкий старт, есть ли у нас потенциал для дальнейшего снижения потребления?

— Еще какой есть, как говорится, выйду на улицу — гляну на село… Недавно зашла в магазин, там двое мужчин покупают бутылку водки 0,75. Предупредила их, что похмелье на утро будет, а они мне — да мы уже вторую берем!

Россия > Алкоголь. Медицина > gazeta.ru, 30 января 2018 > № 2477087 Дарья Халтурина


Россия. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2477056 Виктор Мизин

Как сохранить Договор о РСМД между Россией и США

Виктор Мизин

Отсутствие новых договоренностей и общего решения вопроса о мерах по обеспечению соблюдения Договора РСМД – даже при заявлениях сторон о готовности и дальше его соблюдать – серьезно осложняет перспективы продвижения в вопросах контроля над вооружениями как в двустороннем формате Россия – США, так и в европейском контексте, грозит полным ступором этого процесса и дальнейшим ухудшением наших взаимоотношений с Западом

Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), подписанный в 1987 году, находится сейчас в непростой ситуации. В свое время этот исторический документ ознаменовал окончание долгого кризиса в контроле над вооружениями на излете холодной войны и переход к непростым переговорам о дальнейшем снижении военной угрозы.

Тогда впервые удалось договориться о ликвидации целого класса новейших вооружений – комплексов баллистических и крылатых ракет наземного базирования средней (1–5,5 тысячи км) и меньшей (от 500 до 1000 км) дальности, а также о непроизводстве, запрете на испытания и развертывание таких систем в будущем.

В выигрыше были обе стороны: и НАТО, поскольку избавлялось от угрожающих Западной Европе советских ракет СС-20 (РСД-10 «Пионер»), а также устаревших Р-12, Р-14; и СССР, устранявший угрозу высокоточных «Першингов-2» и наземных «Томагавков-BGM-109G», первые из которых, с подлетным временем около восьми минут, могли поражать советские командные пункты и базы стратегических сил.

Позднее, после окончания некоторой оттепели в отношениях Москвы и Запада в начале 2000-х годов, договор вызывал у российской стороны серьезные возражения. О возможном выходе России из Договора о РСМД в ответ на выход США из Договора об ограничении систем ПРО в 2000 году предупреждали и президент России Путин, и ряд высокопоставленных военных, которые считали документ «реликтом холодной войны», лишающим Москву возможности развивать системы, стоящие на вооружении многих других стран.

В июне 2013 года президент Путин на встрече с представителями российского ВПК назвал решение СССР отказаться от ракет средней дальности «по меньшей мере спорным» и заявил о возможном выходе России из договора – в ответ на размещение элементов американских ПРО в Европе. Правда, впоследствии, когда политико-пропагандистская шумиха вокруг американской ПРО у нас немного утихла, эта жесткая запросная позиция была несколько скорректирована.

Россия подтвердила, что остается привержена соблюдению договора и не планирует возвращаться к производству ракет средней и меньшей дальности, хотя и считает, что ряд положений документа требуют технических уточнений из-за появления новых видов вооружений. Вместе с тем Москва утверждает, что действия США, в том числе развертывание глобальной системы ПРО, прямо нарушают договор.

Заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков в 2017 году заявил, что Россия готова к межведомственному диалогу с США по Договору о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД), «не имеет никаких оснований ставить под сомнение жизнеспособность Договора о РСМД» и «не намерена нарушать его условия». Однако, по его словам, российскую сторону «очень тревожат попытки американской стороны под надуманными предлогами поставить под сомнение целесообразность его сохранения».

Москва к тому же не отказывается от идеи, сформулированной в совместном заявлении России и США на 62-й сессии Генассамблеи ООН и на Конференции по разоружению в 2007 году, а также в Сочинской декларации президентов России и США о стратегических рамках российско-американских отношений от 6 апреля 2008 года. То есть от идеи «сохранения и укрепления РСМД и его универсализации, распространения запрета на РСМД на все ядерные державы». Хотя такие шаги практически обнулили бы ракетные потенциалы Китая и многих азиатских стран (Индии, Пакистана, Израиля, Ирана, Саудовской Аравии, КНДР и некоторых других).

Проблема обострилась, когда в июле 2014 года в письме Обамы к Путину, вслед за рядом американских «разоблачений», Москву обвинили в нарушении Договора о РСМД. В Госдепартаменте США полагали, что крылатая ракета, разработанная Россией, попадает под данное в договоре определение крылатой ракеты наземного базирования с дальностью от 500 до 5500 км, а все ракеты данного типа и все пусковые установки, используемые для их запуска или испытания, запрещены по условиям договора.

Правда, США тогда не смогли четко сообщить, о какой именно российской ракете идет речь, – сначала это была крылатая ракета Р-500 для «Искандера-М», потом неясные намеки, что это крылатая ракета семейства «Калибр» с дальностью до 2600 км, затем заговорили о новой ракете 9М729 ОКБ «Новатор» имени Л.В. Люльева в составе концерна «Алмаз-Антей», которую на Западе называют SSC-8. Предполагается, что эта система является глубокой модернизацией ракеты Р-500 (9М728) комплекса «Искандер-М» и использует новые пусковую и транспортно-заряжающую установки.

В Конгрессе США уже сформировалось мощное лобби в поддержку развертывания новых американских систем в ответ на якобы доказанное российское нарушение. В самых радикальных предложениях речь идет о том, чтобы начать разработку новой ракеты Pershing-III мобильного базирования и новых крылатых ракет наземного базирования в дополнение к авиационным силам на европейском театре.

Россия отрицает, что эта ракета развернута в войсках (помимо испытательного дивизиона на полигоне Капустин Яр, американцы предположительно ведут речь о дивизионе 119-й отдельной ракетной бригады 41-й общевойсковой армии ЦВО в поселке Еланский Свердловской области). Москва отвечает, что этот дивизион вооружен «Искандерами-М» и не имеет дальность свыше 500 км.

В российском МИДе заявили, что данная крылатая ракета наземного базирования с индексом 9М729 полностью отвечает требованиям договора, она не разрабатывалась и не испытывалась на запрещенную по договору дальность, а ее развертывание осуществляется в строгом соответствии с международными обязательствами России.

Вряд ли Москва хотела намеренно нарушить договор – несмотря на позицию некоторых влиятельных сил, скорее всего, речь шла о балансировании на грани, возможно, чтобы обеспечить большую гибкость американской стороны по теме ПРО.

В свою очередь Россия выдвинула собственные претензии к США. Во-первых, речь идет об испытании систем ПРО по мишеням-ракетам средней дальности (характеристики которых совпадают с ракетами средней дальности, создание которых даже в качестве мишеней запрещено условиями договора) и разработке беспилотников с оружием на борту (Reaper MQ-9, Avenger), характеристики которых совпадают с ракетами средней дальности.

Главная же российская озабоченность – это наземные системы ПРО Aegis Ashore, которые США недавно разместили в Румынии и планируют разместить в Польше. Они используют такие же вертикальные пусковые установки, как и морская Mk-41, которая может запускать запрещенные крылатые ракеты «Томагавк».

Американцы утверждают, что у этих наземных «Иджисов» есть визуально наблюдаемые, функционально различимые признаки того, что они не могут запускать крылатые ракеты. Россия парирует, что рассматривает их как ударные наземные средства средней дальности – это неоднократно подтверждали в российском МИДе. Консультации сторон пока не увенчались успехом.

Не произошло прорыва и на последней сессии Специальной контрольной комиссии по договору в Женеве 12–14 декабря прошлого года, хотя там, в тридцатую годовщину договора, еще раз была подтверждена его важность.

По имеющимся данным, американцы представили там серийный номер спорной российской ракеты, дату и место ее пуска. Россия в ответ сообщила, что речь идет о разрешенных договором испытаниях (пункт 11 статьи VII ДРСМД). Там говорится, что «крылатая ракета, не являющаяся ракетой для использования в варианте наземного базирования, не рассматривается как КРНБ, если испытательный пуск такой ракеты производится на стартовой позиции для испытаний со стационарной пусковой установки наземного базирования, которая используется исключительно в целях испытаний и которая отличима от пусковых установок КРНБ».

Между тем, даже если эта крылатая ракета и не была испытана с мобильной наземной пусковой установки на дальность, запрещенную договором, пункт 4 статьи VII ДРСМД постановляет, что «дальностью КРНБ, не указанной в статье III настоящего Договора, считается максимальное расстояние, которое ракета может пролететь в нормальном проектном режиме до полного израсходования топлива, определяемое по проекции траектории полета ракеты на земную сферу от точки старта до точки падения. …КРНБ, дальность которых равна или превышает 500 километров, но не превышает 1000 километров, рассматриваются как ракеты меньшей дальности. БРНБ или КРНБ, дальность которых превышает 1000 километров, но не превышает 5500 километров, рассматриваются как ракеты средней дальности».

Ситуация осложняется еще и тем, что, если новая ракета была испытана с «Искандера-М», все такие пусковые установки должны быть уничтожены.

Однако представляется, что и здесь при наличии политической воли и осознании сложности ситуации возможен разумный компромисс. Россия и США могли бы взять на себя политическое обязательство разрешить взаимные претензии по соблюдению Договора РСМД. После этого они смогут дополнить постоянный диалог на дипломатическом уровне технической экспертизой либо рассмотреть все значимые претензии, создав специальную двустороннюю группу технических экспертов, уполномоченных надлежащим образом. Используя потенциал такой группы технических экспертов, Россия и США могли бы рассмотреть вопрос о дополнении положений договора с учетом технологического прогресса и политических изменений, произошедших со времени вступления договора в силу.

Вполне осуществимой целью могло бы быть согласование неких новых меморандумов о взаимопонимании или согласованных определений (по аналогии с Договором по ПРО 1972 года), которые описывали бы характеристики вновь появившихся технологий систем вооружения и позволяли бы отличать их от систем средней и меньшей дальности наземного базирования.

Речь, в частности, могла бы идти о согласовании параметров испытаний ракет-мишеней (этот вопрос впервые поднимался десять лет тому назад), о разработке новых определений для ударных дронов-беспилотников как новой, третьей категории средств, попадающих под ДРСМД, и принятии новых мер контроля и режимов проверки для их дифференциации от запрещенных наземных КРНБ.

Кроме того, можно было бы договориться о мерах транспарентности в отношении размещенных на объектах ПРО США в Румынии и затем в Польше многофункциональных вертикальных пусковых установок SM-Ib/IIA – с согласованием на них функционально обусловленных и визуально наблюдаемых отличий.

Теоретически можно было бы договориться об инспекции этих систем, несмотря на предсказуемое несогласие Пентагона. В свою очередь Москва могла бы дополнительно прояснить вопрос о вызывающих озабоченность испытаниях своей новой крылатой ракеты, предоставив исчерпывающую и убедительную информацию, а возможно, и организовав посещение американскими инспекторами полигона в Капустином Яре.

Полезной площадкой для углубленной проработки вопроса – чтобы закрыть имеющиеся в ДРСМД правовые лакуны – могла бы стать и российско-американская группа технических экспертов, которая, детально проанализировав проблемы, сформулировала бы конкретные рекомендации с параметрами и техническими характеристиками для разрешения споров. Такие шаги, безусловно, были бы весьма позитивно встречены в Европе и способствовали бы укреплению региональной безопасности. Ясно, что они будут и впредь важной темой неофициальных контактов на втором треке.

Описанные шаги давно назрели и безусловно актуальны. Очевидно, что отсутствие в настоящее время новых договоренностей и общего решения вопроса о мерах по обеспечению соблюдения Договора РСМД – даже при заявлениях сторон о готовности и дальше его соблюдать – серьезно осложняет перспективы продвижения в вопросах контроля над вооружениями как в двустороннем формате Россия – США, так и в европейском контексте, грозит полным ступором этого процесса и дальнейшим ухудшением наших взаимоотношений с Западом.

Россия. США > Армия, полиция > carnegie.ru, 30 января 2018 > № 2477056 Виктор Мизин


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 30 января 2018 > № 2477026 Андрей Мовчан

Пар ушел в список

Андрей Мовчан

Министерство финансов США представило Конгрессу «Кремлевский доклад» — список из 210 чиновников и бизнесменов, приближенных к Владимиру Путину. Экономист Андрей Мовчан рассуждает о том, как в одном списке оказались братья Ананьевы, Юрий Шефлер и российские высокопоставленные чиновники, почему им не стоит об этом сильно беспокоиться и что произойдет после публикации доклада

Доклад — это не только список фамилий, но и повествовательная часть. А там открытым текстом написано: уважаемые члены Конгресса, нам очень не хотелось делать нашу работу, и мы по возможности послали вас с вашими просьбами, ограничившись формальной отпиской.

Да-да, так и написано: список составлен на основании reliable public sources, достоверных открытых источников. То есть почитали, что в газетах напечатано, и сделали доклад. Там точно сказано: вместо создания списка олигархов, сотрудничающих с властью, мы просто написали всех, кому reliable public sources приписывают состояние в миллиард долларов и выше. И что список не имеет никакого отношения к санкциям, не является основанием для них. А также что наличие в нем фамилии не говорит о том, что человек действовал как-то незаконно. Там четко написано, что на основании доклада нельзя принимать по отношению к упомянутым лицам никаких ограничительных мер. С политической частью списка ситуация ровно такая же: никаких доводов о том, что упомянутые люди причастны к нарушению международных договоров и так далее.

То есть Минфин США просто взял несколько публичных источников — Forbes, Financial Times, The Wall Street Journal и сайт правительства Российской Федерации — и переписал оттуда фамилии. И не очень, к слову, точно: есть люди, типа братьев Ананьевых, которые уже давно находятся за пределами Российской Федерации, и никакого миллиарда у них уже давно нет. Совершенно неожиданно было увидеть в списке и Юрия Шефлера, который давно уже не входит в фавориты и не может быть обвинен в сотрудничестве с Кремлем — ему и в Россию-то, должно быть, въезд запрещен. Это говорит о том, что данные брались не сегодняшние, а из публикаций 2015–2016 годов.

Упрекнуть авторов доклада не в чем: они сделали то, о чем их и просили, но внутри списка достаточно слов, которые не позволяют его как-либо использовать

Конгресс поручил Минфину странную вещь: давайте найдем всех плохих людей в России и напишем список. А такие расследования — о связях олигархов с государством — вообще не делаются публично, это работа не для развлечения избирателей. Понятно, что серьезные профессионалы из ЦРУ, Минфина и казначейства посмотрели на это косо и проконсультировались с Администрацией президента, которая в итоге сказала: «Черт, только этого нам не хватало. Давайте сделаем что-то такое, чтоб все спустилось на тормозах». Косвенно об этом свидетельствуют твиты членов АП США, которые пишут: ну да, доклад выпустили, поручение исполнено, при этом существующие санкции и так хорошо работают, так что необходимости менять что-то нет, а если изменения и будут, то не в соответствии с докладом, а исходя из здравого смысла.

То есть позиция американской исполнительной власти очень жесткая: мы знаем, что делаем, не мешайте, у нас все в порядке с режимом санкций, и ваши списки нас не интересуют. В сухом остатке: упрекнуть авторов доклада не в чем, потому что они сделали то, о чем их и просили, а внутри самого доклада написано достаточно слов, которые не позволяют его как-либо использовать.

С самого начала было ясно, что затея с докладом — попытка родить мышь. Мероприятие очень бессмысленное: у нас теперь есть перепечатанный на бумаге Конгресса список Forbes, а также перепечатанный список политиков с сайта правительства Российской Федерации.

Безусловно, найдутся в мире организации и компании, которые откажутся работать с людьми из списка, несмотря на то что такой рекомендации в сопроводительной записке нет и вообще так делать не надо. Так что, с одной стороны, для упомянутых людей это вещь неприятная. А с другой — если кто-то из них будет проходить где-то комплаенс, он сможет принести с собой этот список в качестве подтверждения, что у него достаточно собственных средств для того, чтобы, например, во что-то их инвестировать — раз уж ЦРУ считает, что у него есть миллиард долларов.

Но анализировать тут просто нечего. Можно расслабиться и жить дальше.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 30 января 2018 > № 2477026 Андрей Мовчан


Китай > СМИ, ИТ > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476338

По состоянию на конец 2017 года, число пользователей связи 4G в Китае приблизилось к 1 млрд, коэффициент охвата составил 70 процентов. По последнему показателю Китай превзошел развитые страны. Об этом стало известно на пресс-конференции Пресс-канцелярии Госсовета КНР.

Согласно данным Министерства промышленности и информатизации КНР, в 2017 году коэффициент распространения стационарного широкополосного интернета в Китае достиг 72,5 процента. В стране было построено 125 крупных центров данных, был достигнут прогресс в ключевых областях облачных вычислений, по некоторым показателям Китай вышел на передовой мировой уровень.

Общий объем предоставленных телекоммуникационных услуг в прошлом году вырос на 76,4 процента в годовом выражении, доходы сектора увеличились на 6,4 процента, рост объема услуг в сфере мобильных данных и интернета составил 26,7 процента.

По словам главного инженера министерства Чжан Фэна, рост доходов от хозяйственной деятельности публичных китайских интернет-компаний на протяжении шести лет подряд составлял более 40 процентов. По итогам 2017 года, их доходы, предположительно, достигнут 1,4 трлн юаней, их рыночная стоимость превысит 9 трлн юаней, а количество "единорогов" /стартапы стоимостью более 1 млрд долларов/ достигнет 58.

"В Китае интернет тесно связан с потреблением, страна занимает ведущие позиции в мире в сфере электронной торговли, мобильных платежей и экономики совместного пользования", - отметил Чжан Фэн. По состоянию на конец октября прошлого года, объем онлайн-торговли в Китае превысил 5,5 трлн юаней при увеличении на 34 процента; объем мобильных платежей приблизился к 150 трлн юаней, по этому показателю Китай стал мировым лидером; среднее количество заказов такси онлайн превысило 25 млн; число пользователей велошеринга составило более 300 млн.

Чжан Фэн пообещал, что в будущем министерство продолжит ускорять строительство в Китае интернет-державы в соответствии с новыми ожиданиями населения и новыми тенденциями цифровой экономики.

Китай > СМИ, ИТ > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476338


Китай > Экология > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476334

В Синьцзяне родился первый в 2018 году жеребенок лошади Пржевальского

В Центре по разведению диких лошадей Синьцзян-Уйгурского автономного района на северо-западе Китая родился первый в этом году жеребенок лошади Пржевальского.

"Рождение кобылы позволило увеличить численность лошадей этого редкого подвида в Синьцзяне до 381 особи", - рассказал старший инженер центра Чжан Хэфань.

Жеребенок появился на свет 21 января, что является весьма необычным, поскольку лошади Пржевальского производят потомство весной и летом. За 30 с лишним лет работы центра жеребята еще ни разу не рождались здесь в это время года.

Чжан Хэфань с коллегами сделал все возможное для того, чтобы жеребенок не замерз в 30-градусные морозы. Малышку пришлось на время разлучить с матерью, ее разместили в специальном помещении с теплой подстилкой на полу и приготовили для нее бутылочки с молоком ослиц.

К радости сотрудников центра, их усилия не были потрачены впустую. Уже спустя сутки, когда самое опасное время было позади, и жеребенок немного окреп, он смог воссоединиться со своей мамой.

Лошадь Пржевальского - единственная сохранившаяся на сегодняшний день в мире дикая лошадь. Ее геном отличается от наследственного материала одомашненных лошадей. Исторически лошади этого подвида обитали на территории Джунгарской впадины, в Синьцзяне, а также в степях современного автономного района Внутренняя Монголия и провинции Ганьсу.

В результате человеческой деятельности, популяция этих животных полностью исчезла с территории Китая в 60-х годах прошлого века. В конце 1980-х гг. Китай завез лошадей Пржевальского из Европы в Синьцзян и Ганьсу для их реинтродукции.

По оценкам специалистов, общее количество лошадей Пржевальского в мире составляет около 2000 особей, что делает их более редкими, чем панды.

Китай > Экология > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476334


Китай > Миграция, виза, туризм. Экология > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476329

С приближением Праздника Весны в Китае растет спрос на услуги зоомагазинов и зоогостиниц

С приближением китайского Нового года по лунному календарю /Праздника Весны/, который в этом году выпадает на 16 февраля, для китайских зоомагазинов и зоогостиниц наступает горячая пора.

Каждый год во время "чуньюнь" - длящейся около месяца внутренней миграции в период до, во время и после Праздника Весны - миллионы китайцев перемещаются по стране, чтобы встретить праздник в семейном кругу. В нынешнем году, по оценкам Госкомитета по делам развития и реформ, китайцы совершат в этот период 2,98 млрд поездок по стране.

При этом многие владельцы домашних животных вынуждены оставлять своих питомцев на попечение зоомагазинов и зоогостиниц, поскольку взять их с собой бывает весьма затруднительно из-за сложного порядка оформления перевозки животных.

Владелец одного из зоомагазинов в пекинском районе Тунчжоу советует владельцам домашних животных бронировать клетки для своих питомцев заранее в связи с большим наплывом желающих воспользоваться этой услугой.

Такая же картина наблюдается и в г. Тайюань, административном центре северной провинции Шаньси. Владелец одного из местных зоомагазинов сообщил, что на данный момент уже половина всех клеток, имеющихся в магазине, была выкуплена на время праздников.

Спрос на подобные услуги во время Праздника Весны огромен. Многие зоомагазины закрываются в это время, поскольку их владельцы и сами отправляются на праздники домой, что еще больше осложняет людям поиск места, где можно оставить своих питомцев.

В последние годы все больше китайцев заводят домашних животных. Согласно официальным данным, сейчас в стране насчитывается 27,4 млн домашних собак, по этому показателю Китай уступает лишь Соединенным Штатам и Бразилии.

Рост числа домашних питомцев открывает большие возможности для развития связанного с ними бизнеса. Объем китайского рынка товаров и услуг, связанных с содержанием домашних животных, оценивается в 97,8 млрд юаней /15 млрд долларов США/. Такие данные за 2016 год приводятся порталом guomin.com.

Согласно результатам исследования, проведенного Американской ассоциацией продуктов для домашних животных, в Китае насчитывается свыше 30 тыс. зоомагазинов, что в три раза превышает число зоомагазинов в США.

Китай > Миграция, виза, туризм. Экология > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476329


Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Образование, наука > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476328

Пекинские суды рассмотрели свыше 36 тыс. дел об интеллектуальной собственности в 2017 году

Пекинские суды рассмотрели в 2017 году 36 800 дел, связанных с нарушением прав интеллектуальной собственности /ПИС/, что более чем в два раза превышает показатель 2013 года.

Эту цифру озвучил Ян Ваньмин, председатель Народного суда высшей ступени Пекина, выступая с докладом на проходящей в эти дни сессии столичного Собрания народных представителей.

За последние пять лет пекинские суды рассмотрели в общей сложности 125 тыс. дел, связанных с нарушением ПИС, это пятая часть всех подобных дел, рассмотренных за этот период в Китае, сообщил он.

Около 5300 дел, рассмотренных за период с 2013 по 2017 г., касались патентных споров.

В этом году в Пекине будет учрежден специальный центр, который будет заниматься предоставлением услуг, связанных с ПИС, высокотехнологичным компаниям.

Центр будет помогать компаниям, занятым в сфере информационных технологий и производстве высокотехнологичного оборудования, пройти ускоренную процедуру подачи заявки на получение патента.

Пекин находится в авангарде борьбы с нарушением ПИС в Китае, именно здесь в 2014 году был создан первый в стране суд по интеллектуальным правам.

Китай > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Образование, наука > Russian.News.Cn, 30 января 2018 > № 2476328


Россия > Рыба. Экология. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 30 января 2018 > № 2475836 Павел Трушевский

Какие перспективы у MSC в России.

Как развивается MSC-сертификация в рыбной отрасли России, как повлиять на стоимость сертификата, нужна ли России собственная национальная система добровольной экологической сертификации? Об этом журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал директор по стратегическому развитию ООО «Морская сертификация» Павел Трушевский.

ТЕПЕРЬ – И МАЛЫЙ БИЗНЕС

– Павел Владимирович, в каком направлении развивается международная сертификация в рыбной отрасли? Какие наиболее характерные тренды можете назвать?

– Все крупные промыслы в России либо уже сертифицированы, либо находятся в процессе сертификации. И сейчас у системы есть только один путь дальнейшего развития – это сертификация малого и среднего бизнеса. Кроме того, в России вообще нет сертификации аквакультуры (ASC). Вероятно, это связано с тем, что эта отрасль плохо развита в России и, насколько я понимаю, аквафермы не имеют проблем со сбытом, поэтому дополнительные конкурентные преимущества им не нужны. Сертификация однозначно нужна там, где предложение выше спроса, где нет дефицита и за потребителя надо бороться. То есть единственным двигателем сертификации является рынок.

Возвращаясь к MSC, отмечу резкий рост интереса к сертификации пресноводных промыслов. Мы это, можно сказать, наблюдаем из первого ряда. Например, буквально месяц назад выдали еще один «пресноводный» сертификат (промыслу судака и окуня на эстонской стороне Чудского озера), а сейчас закончили «полевую», то есть основную, оценку другого промысла уже на российской стороне озера. В согласованных планах на следующий год – сертификация промысла окуня на Усть-Илимском водохранилище. Скорее всего, кто-то еще на нас выйдет из «пресноводников».

– Пресноводные промыслы – это, как правило, малый и средний бизнес. Их интерес – как раз иллюстрация того, что он уже заходит в сертификацию.

– Да, это путь любой сертификационной системы. Она начинает развиваться за счет грантов и лидеров бизнеса, которые берут на себя затраты исключительно для имиджевых целей. А потом процесс принимает рыночный характер и сертификацией занимаются уже не для имиджа, а ради реальной прибыли за счет премии в цене, доступа к рынку, увеличения стоимости бизнеса (например, при подготовке к IPO). Именно это и происходит сейчас в России с MSC-сертификацией. Какое-то время она развивалась исключительно за счет больших промыслов. Но сейчас она подошла к тому, что стала расти за счет малого и среднего бизнеса.

НУЖНА ЛИ РОССИИ СВОЯ СИСТЕМА?

– Что вы думаете о ранее озвученной идее создания российской национальной системы сертификации?

– Перед тем, как начать что-то делать, мы должны задать себе вопрос: зачем? Нужно определиться с целью. В свое время MSC и ей подобные сертификации развивались для того, чтобы у конечного потребителя в магазине или ресторане было понимание, что, выбирая продукт с экомаркировкой, он, помимо качественных характеристик, поддерживает и другие содержательные характеристики продукта – экологические, социальные, культурные и т.д. А в России? Задайте себе вопрос: готов ли наш российский потребитель осознанно переплачивать за наличие экомаркировки на морепродуктах?

– Нет, конечно.

– Вот и ответ. Поэтому приходится работать с тем, что есть – международными системами MSC и ASC, хотя они очень сложные и дорогие. Добровольная российская национальная система сертификации могла бы иметь смысл, если перед ней была бы поставлена более узкая, конкретная задача. Например, обеспечение прослеживаемости, то есть российская сертификация гарантировала бы покупателям, что готовый продукт на их столе имеет абсолютно легальное происхождение. Но тогда нужно называть все своими именами. Что мы хотим создать – систему прослеживаемости или систему добровольной экологической сертификации. Это просто разные вещи.

ГДЕ ДОРОЖЕ

– Себестоимость и цены на Западе и в России сопоставимы?

– Что касается России, то когда мы полтора года назад получили международную аккредитацию, то сразу сделали минус 20-25% к той текущей стоимости сертификации американских, английских и норвежских коллег. Что касается других стран – то в каждой стране все по-разному. Допустим, в Китае MSC и ASC стоит намного дешевле, чем в России. Так традиционно сложилось. Однако замечу, что в Китае почти нет сертификации промыслов, там сертифицируются только цепочки поставок рыбы и морепродуктов от рыбоперерабатывающего цеха до покупателя. А в развитых странах сейчас стоимость сертификации (по крайней мере, сертификации промыслов) близка к российской или выше, чем в России.

– Но сертификацией в том же Китае все равно занимаются западные компании, а не местные, китайские?

– Да, ею занимаются те же самые англичане и американцы. В Азии, кроме западных и одного российского органа по сертификации, вообще нет таких организаций. Но в Китае и условия другие: там порядка 400 цепочек поставок уже сертифицировано, а в России – их несколько десятков. Это сильно влияет на стоимость сертификации: если продукт эксклюзивный, штучный – он стоит дороже, а когда он становится массовым – падает цена. Прибавьте к этому ожидания рынка – в Китае темпы роста сертификации кратные, Россия растет единицами новых сертификатов.

– А почему в Китае сертифицируют цепочки поставок, но не промыслы?

– Для сертификации промыслов нужен доступ к научной информации, а она у них закрыта. Законодательство такое.

– Насколько сертификация распространена на Западе?

– Сертификацию MSC имеют 12% мировых промыслов, это более трехсот промыслов в 34 странах. Еще 86 промыслов находятся в стадии оценки. Если говорить по видам, то сертифицировано более 70% промыслов лобстера и холодноводной креветки, 55% – трески, пикши и хека, более 40% – камбалы и лосося, порядка 20% – тунца.

КАК УПРАВЛЯТЬ ЦЕНОЙ

– Можете ли вы управлять себестоимостью процесса сертификации и ее конечной ценой?

– Сертификация – это интеллектуальный труд, и 70-75% ее себестоимости – затраты на персонал. И если мы хотим управлять себестоимостью, то мы должны управлять прежде всего фондом оплаты труда, что мы и пытаемся делать. Проблема в том, что цикл сертификации очень большой, в среднем год-полтора. Поэтому все процессы, которые в нем происходят, процессы внутреннего роста персонала, обучения, стажировок и так далее – тоже очень растянуты по времени. Мы запустили процесс подготовки нескольких российских специалистов, которые, естественно, будут стоить дешевле, чем, скажем, англичане, но все это происходит не быстро. Готовить своих специалистов дорого, непросто, но мы осознанно идем по этому пути, чтобы в дальнейшем сделать сертификацию в России доступней.

Клиенты тоже могут влиять на цену. Многие уже сообразили, что если для одной компании цена велика, то можно прямо под сертификацию создать ассоциацию, и тогда расходы будут разделены между ее членами. В настоящее время мы находимся в стадии завершения переговоров с эстонской ассоциацией Peipsi Kalandusuhistu. В нее входит 23 компании. Они небольшие, но если 80-90 тысяч долларов разделить на 23 компании, то получится не так уж и дорого. Вот хороший пример того, как в процесс сертификации входит малый и средний бизнес.

– Нужна ли рынку альтернатива MSC-сертификатам?

– Альтернативы существуют, например, Friend of the Sea, или FOS, есть еще ряд сертификаций, которые появляются в разных странах – в Америке, Великобритании. Некоторые охватывают несколько видов водных биоресурсов, есть более узкоспециализированные сертификации. Но пока что MSC остается лидером рынка, потому что она глобальна, универсальна и, самое главное, признаваема рынком.

ДАЛЬНЕВОСТОЧНИКИ НАКАПЛИВАЮТ ДОКУМЕНТЫ

– Как продвигается сертификация промысла тихоокеанской трески в Западно-Беринговоморской зоне и на Восточной Камчатке с приловом белокорого палтуса Ассоциации «Ярусный промысел» (АЯП)?

– Мы провели предварительный аудит этого промысла в декабре 2016 года. Аудитор хорошо отработал, выявил все возможные слабые места, и сейчас АЯП занимается подготовкой к оценке. Они работают с экспертами, с научными организациями, чтобы накопить необходимый объем научно-исследовательской информации. По большому счету сертификация промысла крутится вокруг доступа к большим массивам научных данных: об экосистеме промыслов, динамике водных биоресурсов и другой информации хотя бы за последние 10-15 лет.

Кстати, на этом этапе тоже есть рычаги, чтобы влиять на конечную цену сертификации. Мы убедились, что когда предприятие выходит на основную оценку с уже подготовленной необходимой информацией, то оценка проходит в течение 8-10 месяцев. Если информации недостает, основной аудит увеличивается на дополнительные 3-6, а то и больше месяцев, что, естественно, отражается на его себестоимости, ведь экспертам, работающим в режиме «вопрос-ответ», надо платить. И АЯП правильно подходит к сертификации, накапливая необходимую информацию без объявления о проведении основной оценки. В том же самом режиме работает и Ассоциация добытчиков краба Дальнего Востока. В конце 2016 года мы для них провели предоценку, и они сейчас собирают информацию, чтобы выходить на полную оценку. Я думаю, что в 2018 году мы проведем оба этих аудита, а это очень большие сертификации. Как я понимаю, многие сейчас наблюдают за тем, насколько качественно мы сможем отработать с этими двумя сертификациями, чтобы потом решиться работать с нами.

– Хватает ли в России научных данных для сертификации?

– В этом плане в России все очень и очень неплохо. Научных данных накоплено достаточно. Конечно, под нужды сертификации их еще необходимо определенным образом классифицировать и проанализировать. Плюс кое-какая информация закрыта или частично закрыта. Тогда рыбакам надо связываться с учеными и договариваться, чтобы они эту информацию открывали, обязательно делали публичной. MSC-сертификация – это публичный процесс, и отчеты о ней загружаются в Интернет, в публичный доступ. Но нужно сказать, что мы ни разу не сталкивались с тем, что какая-то информация была просто закрыта и никто с нами не хотел ею делиться. Все упиралось только в сроки ее предоставления.

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия > Рыба. Экология. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 30 января 2018 > № 2475836 Павел Трушевский


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 29 января 2018 > № 2482664 Олег Савченко

Экс-депутат Олег Савченко - о себе, санкциях и успехах Волгоградской области

Известный промышленник и общественный деятель считает, что только слепец не видит позитивных перемен.

Сейчас многие предприятия испытывают проблемы из-за санкций, которые ввели западные страны в отношении России. Сказываются ли санкции на предприятиях, которыми Вы руководите?

Конечно, санкции сказываются. Мы привыкли в последнее время к тому, что Россия стала частью глобальной мировой экономики. И когда в той или иной мере перекрывают определённые возможности, это требует определенного перестроения. Это не смертельный вариант для любой отрасли экономики или промышленности, но на переформатирование требуется время. Смотрите... После введения первых санкций прошло уже 3 года. В публичном поле (СМИ, общественность) существуют некоторые противоречивые оценки произошедшего. Кто-то говорит, что все плохо, ужасно, «санкции убивают российскую экономику». Кто-то говорит, что все удачно, здорово, «есть возможность заменить импорт собственной продукцией». Эти противоречия будут и дальше существовать.

Здесь все зависит от собственников предприятий и управленцев, от конкретных руководителей заводов. Смогли ли они перестроиться или не смогли?

В целом обо всей экономике мне говорить сложно, но если брать примеры по отдельным предприятиям, то для кого-то санкции стали смертельной инъекцией, а кто-то совершил очень серьезный прорыв в сбыте своей продукции за рубеж или внутри страны. Кто хочет работать, кто смотрит на несколько лет вперед, у того все сложилось хорошо. А кто не перестроился и, привыкнув получать прибыль ежедневно, забирает у предприятия оборотные средства, тот обрекает свое производство на гибель. К сожалению, таких предприятий сегодня много.

Отрадно, что есть яркие примеры, когда промышленные предприятия «врагам на зло» демонстрируют поистине ошеломляющие результаты работы. Взять хотя бы волгоградский завод «Каустик». Анализируя структуру экспорта предприятия за последние несколько лет, мы видим только позитивные перемены: за прошлый год, к слову, 70 наименований продукции «Каустика» разлетелись по 40 странам мира.

Волгоградский алюминиевый завод, который мы едва не похоронили после консервации несколько лет назад основного производства, оживает на наших глазах. России нужна импортозамещающая продукция, которую, в том числе, может дать наше волгоградское предприятие. В итоге на самом высоком правительственном уровне при участии собственников завода, компании «РУСАЛ», губернатора Андрея Бочарова достигнуты и уже реализуются конкретные договоренности о возобновлении производства первичного алюминия и открытии анодного производства на базе волгоградского завода. Речь идет о создании так называемой "алюминиевой долины", которая даст региону несколько тысяч новых рабочих мест и рост поступлений в бюджет субъекта страны.

Вы по-прежнему остаетесь в большой политике и пристально следите за событиями в стране и мире. Как бы Вы оценили сегодня развитие России, её положение на мировой арене и ситуацию внутри страны?

Вы знаете, я только что был в Давосе, сейчас я уже в Мюнхене. На экономическом форуме в Швейцарии мы подписали достаточно крупный контракт. И это хороший пример того, о чем я говорил раньше: каждое предприятие по-своему развивается в условиях санкций, и для кого-то это возможность сделать прорыв. По этой же аналогии можно говорить и о странах.

У России есть серьезнейший шанс. Если сейчас страна выстоит в этом политическом и экономическом противостоянии, то у нас появляется шанс доказать всему миру, что Россия – супердержава. После такого испытания Россия может поставить жирную точку в вопросе о своей роли на мировой арене, и все противостояния останутся в прошлом.

Вы были депутатом Государственной Думы России трех созывов от Волгоградской области. Вы сегодня поддерживаете связь с регионом? И как бы Вы сегодня оценили уровень его социально-экономического развития?

Конечно, я поддерживаю связь с регионом. Я дружу со многими руководителями крупнейших предприятий, которые и представляют наш регион. Я общаюсь со многими чиновниками, мы обмениваемся мнениями по некоторым вопросам. Если где-то нужна моя помощь, я всегда на передовой... Что называется, «сел на этого коня» и останавливаться не могу, не хочу и не умею. Так меня родители воспитали.

Волгоградская область сегодня по потенциалу и своим возможностям входит в топовую десятку российских регионов. Другой вопрос, насколько регион может использовать этот потенциал? Но я всегда говорил, что шансы и перспективы у Волгоградской области огромные. В первую очередь, потому что в регионе есть высококлассные специалисты. Это главное богатство региона. И эти специалисты соскучились по настоящей работе. Они готовы вывести Волгоградскую область на передовые позиции не только по возможностям, но и по результатам. В целом могу отметить, что в регионе сегодня видны успехи, связанные с тем, что Волгоградская область "ассимилировалась" с федеральным центром. Это видно даже по количеству чиновников-руководителей из федерального центра, которые посещают регион. За последние три года таких визитов было несколько десятков. Летом 2016 года президент Владимир Путин проводил в Волгограде заседание Госсовета, глава правительства страны Дмитрий Медведев приезжал к нам за последние несколько лет дважды. Среди ВИП-персон рабочие поездки в Волгоград, начиная с 2014 года, совершали вице-премьеры правительства России Игорь Шувалов и Дмитрий Рогозин. В прошлом году в регион прилетали министр сельского хозяйства Александр Ткачев, Владимир Пучков, ранее – министры строительства Михаил Мень и транспорта – Максим Соколов. После визитов высокопоставленных лиц Волгоградская область, как правило, получает дополнительные ресурсы из Москвы, о чем свидетельствуют вполне конкретные данные: рост консолидированного бюджета Волгоградской области за последние четыре года составил почти 30%. Это около 28 млрд рублей – полтора бюджета Волгограда, для понимания. Можно по-разному оценивать работу нынешней команды администрации Волгоградской области – пытаться выискивать недочеты, которые в любой работе найдутся, но то, что с приходом Андрея Бочарова регион вышел на принципиально новый уровень господдержки – это факт.

И какие внешние изменения в регионе заметили Вы лично за последнее время?

Я живу в Волгограде. А изменения, они очевидны. Только слепец их может не заметить. Взять хотя бы аэропорт, который за последние три года преобразился до неузнаваемости: построен и введен в эксплуатацию международный терминал, обновляется сопутствующая инфраструктура воздушной гавани, уже в этом году завершится строительство терминала внутренних линий. Несмотря на то, что работа по обновлению аэропорта еще, как говорится, «кипит», уже можно подвести промежуточные итоги. Мне известно о том, что в прошлом году впервые за четверть века волгоградская воздушная гавань пропустила через себя миллион (!) пассажиров. Хотя на этот показатель, безусловно, повлияло, помимо обновления аэровокзала, в целом улучшение социально-экономического климата региона.

Немало и других инфраструктурных проектов, изменивших облик города-героя. Это и реконструкция шоссе Авиаторов, и появление Нулевой Продольной магистрали, о которой так долго мечтали горожане, и качественное преображение самой крупной городской больницы №25, в которой, помимо отремонтированных корпусов, появилась и собственная вертолетная площадка. Впервые за долгие годы в регионе возобновила работу авиационная медицинская помощь. Разве это не позитивные изменения, которые касаются каждого жителя региона? Я уже не говорю о появлении в каждом районе областного центра новых благоустроенных парковых зон, стартовавших работах по масштабному обновлению в рамках государственно-частного партнерства Центрального парка культуры и отдыха, комплексному освоению поймы реки Царица.

Сколько лет, если не десятилетий, волгоградцы критиковали власть за то, что данная территория запущена и откровенно позорит город. Нужно отдать должное губернатору – он не боится браться за трудные задачи, застарелые комплексные проблемы, решение которых не лежит на поверхности, а требует нестандартных управленческих решений и серьезных финансовых вливаний. Как итог – осенью прошлого года в пойме Царицы открыли интерактивный музей «Россия – моя история». Рядом со зданием разбили современный парк с велодорожками, детским городком, фонтаном и прочими атрибутами прогулочных зон. В этом году планируется дальнейшее освоение «джунглей» поймы Царицы. Такие перемены в лице города не могут не радовать – я искреннее горд за то, что лицо нашего города преображается. В целом, складывается ощущение, что меняется к лучшему сама атмосфера. Появилась стабильность и спокойствие. Это очень позитивный момент, который настраивает на оптимизм.

До недавнего времени Волгоградскую область сотрясали бесконечные политические скандалы и отставки губернаторов. Вы сказали, что сегодня, с приходом Андрея Бочарова, ситуация вроде бы стабилизировалась. Как бы Вы оценили его деятельность на посту губернатора? Есть ли у Вас с ним личные контакты?

Да, политическая чехарда до недавнего времени была традиционна и даже привычна для волгоградского региона. А в высоких московских кабинетах — администрации президента и в правительстве РФ - существовало четкое клише: в Волгограде постоянно идут склоки и интриги. Поэтому в центре и не торопились с реализацией крупных проектов в Волгограде. Мол, «давайте подождём — пускай они там меж собой сначала разберутся». Так как был риск, что любые федеральные программы или субсидии из федерального бюджета могли просто сгинуть в никуда при этой неразберихе и абсолютной несистемности власти.

Могу привести пример из своей практики. Он очень характерный. Я говорю о выделении транша из федерального бюджета на строительство новых линий скоростного трамвая. Это было при губернаторе Боженове. Он тогда попросил меня «пробить» эти деньги в правительстве. Вместе с остальными депутатами от Волгоградской области я этим занялся. Лично на бюджетном комитете в Госдуме я вместе с руководителем Счетной палаты Сергеем Степашиным, вместе с председателем комитета, вместе с министром финансов с трудом получили согласованный проект, по-моему, на 310 млн рублей. Это большие деньги для Волгограда, они были жизненно необходимы городу. И потом в зале заседаний я слышу, как министр финансов с трибуны заявляет, что эта бюджетная строчка вычеркнута, потому что волгоградцы - региональная исполнительная власть - просто не подготовили проект. А без проекта деньги Минфин не выделяет. Все наши усилия пошли в никуда.

Это же не моя была работа — готовить проект, смету или иную документацию!? Моя задача как депутата — все это организовать, пролоббировать интересы региона, доказать острую необходимость строительства новой линии скоростного трамвая. И в итоге все тогда пошло прахом. И это следствие той чехарды, которая была в регионе.

Сегодня все по-другому. Бочаров принял решение выстроить полную вертикаль региональной власти, чтобы принятие ключевых решений происходило только с согласования губернатора. Я понимаю, что это было сложно.... Это решение дорогого стоит. Он не побоялся ответственности. С одной стороны — ты контролируешь в области всё и вся. А с другой — с тебя и весь спрос. Ты вызываешь огонь на себя: всю критику, вину за все недочёты, без которых в принципе невозможно обойтись. И нужно отдать Бочарову должное за такое смелое решение.

Тогда это, наверно, был единственный вариант для того, чтобы навести порядок. Практически в ручном режиме губернатор контролировал подготовку Волгограда к проведению чемпионата мира по футболу, выполнение в регионе президентских указов и реализацию федеральных программ. Ситуацию в итоге удалось выправить, о чем свидетельствует высокий рейтинг доверия к Бочарову в области. И сейчас, насколько я понимаю, управленческая система в регионе начала меняться. Судя по кадровым перестановкам, которые произошли за последние месяцы в администрации области, я вижу, что Андрей Иванович начинает делегировать какие-то отраслевые вопросы, профессиональные функции профильным заместителям и комитетам. И теперь ответственность уже на всей команде, которую он сформировал. Дальше она должна показывать уже результаты своей работы. И у меня тут даже сомнений нет в том, что все должно получиться.

Вот Вы сказали, что заметили перемены к лучшему, в том числе по тем же дорогам. А в народе по инерции их так и ругают, как будто ничего не делается. Почему у населения порой такая запоздалая реакция на позитивные перемены?

Вы знаете, я понимаю людей. Оно соскучилось по быстрым переменам, так долго в Волгограде не было каких-то позитивных изменений. Все время был один негатив: плохие новости, критика по поводу и без повода, скандалы и ничего хорошего. Вот сейчас много хороших инфоповодов, связанных с какими конкретными результатами. Там что-то построили, там что-то открыли. Это со временем обязательно изменит настрой жителей области с негативного на позитивный. Но сейчас народ хочет все сразу: здесь и сейчас. Я вот как руководитель со стажем и как человек, имеющий опыт работы в системе государственной власти, могу сказать, что ничего быстро не происходит нигде в мире. Для того, чтобы построить завод, нужно начать подготовку за 3 года. Для того, чтобы получить качественную дорогу, тоже нужно начинать подготовку за 3 года. Принять бюджет, найти деньги, подготовить проектную документацию. А это целый комплекс работ, который требует времени и огромных усилий со стороны властей. Я уже приводил пример со строительством новых веток скоростного трамвая. При Боженове денег не дали. При Бочарове инвестиции пошли. О чем это говорит?

О том, что в Москве изменили отношение к региону?

Абсолютно верно. Федерации изменила отношение к региону и начала региону доверять, это важно. Доверять — это значит там уверены, что деньги, которые сюда направят, они будут расходоваться по назначению, а не осядут в чьих-то карманах. Конечно, недочеты в реализации проектов могут быть. Никуда от этого не денешься. Мы живем в России и порой долго запрягаем. Но в целом программы и цели, на которые направлены деньги из Москвы, будут выполнены.По моим подсчетам, общий портфель заключенных между органами власти региона и бизнес-структурами соглашений за последние три года составил чуть менее 100 млрд рублей. Наиболее крупные проекты – это передача в концессию теплового и водопроводного хозяйства Волгограда, которое уже активно модернизируется и приводится в порядок.

По этому же пути муниципалитет пошел и в конце прошлого года, когда объявил конкурс на поиск концессионера в сфере уличного освещения. Спрашивается, где раньше были все эти инвесторы, почему не спешили осчастливить Волгоградскую область своими колоссальными бюджетами? Уверен, что не было элементарного доверия к бывшим руководителям региона, которые не были способны привлечь столь серьезных бизнес-игроков в наш регион.

И нужно делать все возможное, чтобы инвесторов было больше, чтобы Волгоградская область участвовала во всех государственных программах. И тут губернатору обязаны помогать депутаты Государственной Думы и сенаторы. Но к сожалению, на мой взгляд, сейчас нет единой команды волгоградцев в Москве, которая бы единым фронтом отстаивала интересы региона в правительстве. Поэтому здесь руководству области, наверно, тоже придется объединить эти силы вокруг интересов жителей региона. Так действует Татарстан, Белгород, Москва, Тюмень. И они добиваются очень хороших результатов. По этому пути нужно идти и Волгограду, для чего губернатору нужны в столице союзники и единомышленники из числа депутатов Госдумы и сенаторов от Волгоградской области. Ведь губернатор не может разорваться между регионом и Москвой. И нужно выстроить систему, которая тоже бы работала как отлаженный механизм.

А вы с позиции промышленника и жителя области какие бы назвали точки дальнейшего роста для региона?

У волгоградского региона есть огромный потенциал в развитии химической промышленности, которая, к сожалению, сегодня не работает на всю свою мощность. Точка роста, на мой взгляд, завод ВЗБТ - завод буровой техники. В условиях санкций он должен получить шанс на возрождение, должен работать в три смены, потому что потребность в его продукции огромная. Уже есть конкуренция на этом рынке, но я уверен, что наши специалисты справились бы с этой конкуренцией. Если бы им не мешало тяжелое наследие прошлых лет.

Такое «наследие» сегодня не дает развиваться и таким крупным предприятиям Волгоградской области, как «Красный Октябрь», тракторный завод, судостроительный, «Химпром». Это наследие из далекого прошлого и его нужно преодолевать. Тут без участия государства и региональных властей вряд ли удастся обойтись. Но другой вопрос, хотят ли собственники предприятий каких-либо изменений? И если не хотят, нужно предпринимать радикальные шаги.

Я считаю, что сельское хозяйство у нас тоже имеет огромные перспективы. У Волгоградской области должны быть свои узнаваемые бренды. Ее продукция должна расходиться как внутри региона, так и по всей стране, как минимум.

Кстати, в этом году Волгоградская область вошла в десятку регионов России по объемам экспорта зерна.

Ну вот! И сколько еще нереализованных возможностей в этой отрасли! У нас на селе могут быть не просто успехи, а рекорды, потому что в регионе уже сформировался пул грамотных успешных руководителей агропредприятий, которые выстояли в тяжелое время. И теперь в спокойной обстановке они могут показать очень хорошие результаты. Плюс в районах Волгоградской области появились грамотные руководители местных администраций, которые по-другому относятся к управлению своими территориями. И уверен, что вот такой государственно-частный подход даст возможности для качественных изменений в аграрном секторе волгоградского региона.

А какие-то меры в регионе предпринимаются для того, чтобы сельхозпродукция Волгоградской области становилась, как вы выразились, узнаваемым брендом?

Мы с вами уже говорили о влиянии санкций на промышленное производство, но ведь эта тема крайне актуальна и для аграрного сектора. Грамотные, компетентные руководители давно смекнули, что от введенных европейскими странами ограничений можно выиграть. Так, запрет ввоза импортной продукции подстегнул местный бизнес активнее осваивать круглогодичное производство овощей. Вдумайтесь, за последние три года площадь тепличных хозяйств в регионе возросла почти вдвое – до 76 гектаров. И есть все предпосылки полагать, что это только начало. Турецкими «пластиковыми» помидорами наш регион накушался вдоволь – пора выращивать собственную качественную продукцию и развивать экономику.

Следующий этап – переработка овощей. Из открытых данных мы видим, что объем сбора урожая овощей с открытого грунта в регионе за последние годы заметно вырос до 1 млн тонн в 2017 году. Очевидно, что симметричным должен быть и рост мощностей по переработке такой продукции. Отрадно, что новые производства появляются: не так давно в Алексеевском районе открылся комбинат по переработке томатов.

В целом, увеличение объемов переработки овощей в регионе по сравнению с предыдущими годами пока не велико, но здесь следует обратить внимание на другой важный момент – существенный прирост объема господдержки АПК. Так, если в 2013 году сельхозпроизводители получили из бюджета 3,7 млрд рублей, то в прошлом году – уже свыше 5 млрд. Немало важным является и своевременность получения помощи – многие аграрии помнят, как в прежние годы власть давала, но не выполняла свои обещания, или выплачивала субсидии агропроизводителям с серьезной задержкой по срокам, что ставило под удар предприятия.

В 2014 году, когда Андрей Бочаров пришёл к власти, уровень кредиторской задолженности казны региона перед фермерами зашкаливал. За минувшие почти четыре года в этой сфере наведён порядок и более того – Волгоградская область по признанию федерального центра входит в пятёрку лучших регионов России по срокам предоставления господдержки.

Источник - Новости Волгограда

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 29 января 2018 > № 2482664 Олег Савченко


Казахстан > Агропром > kursiv.kz, 29 января 2018 > № 2479351

Через 5 лет Казахстан может стать экспортером грецкого ореха

Анна ШАПОВАЛОВА

Казахстан может стать экспортером грецкого ореха в Россию и Китай уже через 5 лет, если сумеет нарастить площади промышленных садов до 10 тысяч га, считает итальянский эксперт Джузеппе Калькани.

«В настоящий момент Казахстан является поставщиком орехов на внутренний рынок и на рынки ближайшего зарубежья: Узбекистан, Туркменистан и Таджикистан. В целом, через 5 лет, я считаю, что Казахстан ожидает блестящее будущее, потому что рядом находятся такие соседи как Российская Федерация, в частности Сибирский регион и Китай, которые являются основными потребителями продукции. Казахстан будет в числе экспортеров, если объем посадок достигнет 10 тысяч гектаров», - отметил итальянский ученый Джузеппе Калькани.

По его данным, в Казахстане пока что не существует как таковых ореховых садов, есть 5 небольших посадок (две в Алматы, Шымкенте, Сарыагаше и близ Каспийского моря). Наиболее благоприятными зонами для выращивания орехов являются Алматы и Шымкент. Орех требователен к почве и к поливу – лишь 7% всей земной поверхности пригодны для его произрастания.

Уже через 4 месяца начнется работа по посадкам грецкого огреха и фундука вдоль реки Или.

«Эта область находится рядом с Китаем и изучена уже достаточно хорошо, да и Китай давно занимается выращиванием именно грецкого ореха в этом регионе. Скорее всего, в проект будут инвестиции как Казахстана, так и зарубежных стран», - отметил эксперт.

При этом, итальянский эксперт отметил, что засадить один гектар грецким орехом в среднем стоит $7 тыс.. Промышленный урожай сортового ореха может быть получен через 7 и более лет, и при условии хорошей организации и ухода доход может составить $6-8 тыс. с гектара.

В свою очередь, представитель казахстанской ассоциации производителей и переработчиков орехов и ягод (КАПОЯ) отметила, что в Казахстане достаточно активно развивается ореховодство.

«На самом деле программа по развитию ореховодства в Казахстане ведется уже в течение нескольких лет. В 2017 году в РК была зарегистрирована ассоциация производителей и переработчиков орехов и ягод (КАПОЯ). В апреле 2017 года в поселке Тургень был посажен первый демонстрационный ореховый сад. В прошлом году в алматинской области году был заложен сад на 200 га, в этом году планируется расширить его до 1тысяч га», - отметила представитель КАПОЯ Елена Курганова.

При этом, в РК еще нет действующих промышленных садов, засаженных сортовыми саженцами. Общая площадь под посадку орехов в РК составляет 693,4 га, из них 244,3 га - личные подсобные хозяйства, 414 га - ореховые сады, 35,1 - крестьянские и фермерские хозяйства.

Стоимость орехов на внутреннем рынке РК составляет 750 - 1 300 тг орех грецкий, 3 200 - 3 500 тг фундук. При чем, казахстанский орех представлен только в неочищенном виде.

«В условиях рыночной экономики, учитывая почвенно-климатические условия Казахстана в южных областях (Южно-Казахстанская, Жамбылская, Алматинская и Кызылординская), будут произрастать и давать высокий урожай культуры: грецкого ореха, миндаля, фисташки, фундука и ореха пекан», - заключила она.

Вместе с тем, есть и предприниматели, выращивающие местные сорта орехов.

«Емкость казахстанского рынка орехов в период пика – в 2013 году была равна около 3 200 тонн. Основные потребители - это кондитерские предприятия. Но основная часть орехов, которые потребляет население идет в Казахстан из Узбекистана и Кыргызстана серым рынком, и он, по моим оценкам, был равен 5-6 тысячам тонн. Сейчас емкость меньше ориентировочно на 20-30%. Для меня ореховый бизнес не основной, а дополнительный, но очень перспективный. На сегодня самая большая площадь посадок - 1 200 гектаров, и этой весной я планирую освоить еще 800 гектаров. Но мои плантации не учитываются, поскольку сейчас на рынке активно продвигаются западные сорта орехов. А я посадил орех местного сорта. Орех в Алматинской области цветет как раз в период возвратных заморозков и из десяти лет только 5-6 лет он дает урожай. Это очень низкий показатель, делающий промышленное выращивание орехов нерентабельным. Для минимизации рисков при выборе сорта орехов я заказал исследование в калифорнийском научно-исследовательском институте. Именно они, исследовав западные европейские и местные сорта, порекомендовали для выращивания в Алматинской области сорт «Идеал», выращенный советским селекционером С.Калмыковым. Он устойчив к повторным заморозкам, имеет двойную фазу, то есть двойное цветение за весну, низкорослый, самоопыляемый», - отметил владелец ТОО «Казагриплант» Бекет Абишев.

Казахстан > Агропром > kursiv.kz, 29 января 2018 > № 2479351


Израиль. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 29 января 2018 > № 2477778 Биньямин Нетаньяху

Мероприятие, посвящённое дню памяти жертв Холокоста и годовщине снятия блокады Ленинграда.

Владимир Путин и Биньямин Нетаньяху приняли участие в мероприятии, посвящённом Международному дню памяти жертв Холокоста и годовщине полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады.

Президент России и Премьер-министр Израиля присутствовали на презентации нового российского художественного фильма «Собибор». Картина Константина Хабенского рассказывает о восстании в концлагере и подвиге советского офицера Александра Печерского.

* * *

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Дорогие друзья, дамы и господа!

В эти дни весь мир отдаёт дань памяти жертвам Холокоста. 27 января 1945 года советские солдаты освободили узников Освенцима. По решению Организации Объединённых Наций именно этот день стал вечным напоминанием о злодеяниях нацистов, о чудовищных преступлениях, которые невозможно, нельзя ни оправдать, ни простить, – стал олицетворением нашей общей памяти и скорби.

И глубоко символично, что сегодня здесь, в Москве, в Еврейском музее, вместе с нами находится и Премьер-министр Государства Израиль господин Нетаньяху. Спасибо Вам большое, что Вы сегодня здесь, вместе с нами.

Наша память – это предостережение от любых попыток оседлать идею мирового господства, объявлять, строить, утверждать своё величие на основе расового, национального, любого другого превосходства. Россия категорически отвергает такие подходы. История ХХ века показывает, к каким страшным последствиям может привести такая идеология, античеловеческая в самой своей сути.

Поставленное нацистами на поток целенаправленное, массовое истребление людей не перестаёт ужасать и сегодня. Это, безусловно, был ад на земле. И сколько бы лет ни прошло, невозможно осознать жуткий масштаб этих злодеяний. Жертвами нацистской машины уничтожения стали, по материалам Нюрнбергского процесса, шесть миллионов евреев. Среди них были сотни тысяч советских граждан. В лагерях смерти погибли около трёх миллионов советских военнопленных. Были замучены, сожжены, истерзаны люди самых разных возрастов и национальностей. Мы скорбим по всем жертвам, по всем, кто отдал свою жизнь ради того, чтобы освободить мир от нацистов, от их варварства и бесчинств. Всегда будем помнить путь к Великой Победе, во всей полноте передавать правду о героях следующим поколениям.

В этом году исполняется 75 лет с момента восстания в концлагере Собибор, вошедшего в историю как самое масштабное сопротивление узников. Поражает мужество и сила людей, которые практически с голыми руками шли на врага, несгибаемая воля руководителя восстания – советского лейтенанта Александра Печерского. Это не может не восхищать и не удивлять. Эти люди отстаивали своё право на жизнь, не боясь смерти, боролись за свободу и человеческое достоинство. Обречённые, но не сломленные, они смогли победить.

Нацисты создали на территории Европы около 40 тысяч лагерей и гетто. Дети, старики, женщины, физически и морально истощённые люди подвергались террору и безжалостному насилию, но не сдавались: организовывали подполье, готовили побеги, сопротивлялись, до последнего вздоха сохраняли верность своим убеждениям и ценностям, которые нацисты стремились уничтожить.

Борьба с нацизмом велась не только на фронтах – она шла в душах и умах миллионов людей. И в этой борьбе нацисты проиграли задолго до своего полного военного поражения.

Сила духа и вера в победу помогли выстоять и жителям героического Ленинграда. В январе мы отмечали сразу две годовщины: прорыва блокады, а затем и полного освобождения города. Ленинградцы пережили 900 трагических дней – как и жертвы Холокоста, прошли через смерть, муки, страдания и утраты. Их подвиг – один из самых выдающихся, самых потрясающих массовых подвигов народа. Мы преклоняемся перед их стойкостью, а их боль до сих пор отдаётся в наших сердцах.

Советский Союз принял на себя всю мощь удара нацистов, здесь об этом только что говорили. Против врага плечом к плечу сражались тогда люди разных национальностей. Их самоотверженность и единство вдохновляли, поднимали на борьбу с нацизмом весь мир.

Благодаря своей сплочённости советский народ одержал грандиозную Великую Победу, и сегодня межрелигиозное, межнациональное согласие – это основа нашей государственности. Неприятие антисемитизма, любых проявлений ксенофобии и межнациональной розни сближают Россию и Израиль. Мы тесно сотрудничаем, в том числе в деле противодействия попыткам фальсификации истории и пересмотра итогов Второй мировой войны, отрицания Холокоста и умаления решающего вклада Советского Союза в Победу над нацистской Германией. Такие попытки необходимо решительно пресекать.

Мы знаем, что в Израиле бережно хранят благодарность Советской армии, нашим солдатам за спасение евреев и Европы от полного истребления. И конечно, мы ценим тот факт, что в Иерусалиме планируется установить монумент в честь подвига защитников и жителей блокадного Ленинграда.

Помню, я сам ездил на открытие памятника бойцам Красной Армии, было очень трогательное мероприятие. Мы благодарны руководству Израиля и народу Израиля за такое отношение к истории.

Это особенно важно на фоне происходящего в ряде европейских стран уничтожения и осквернения монументов советским воинам, отдавшим свои жизни за освобождение узников нацистских концлагерей, за спасение Европы и мира от нацизма.

Убеждён, современные политики, религиозные, общественные деятели обязаны сделать всё возможное, чтобы сейчас, в XXI веке, сохранить историческую память и не дать прорасти сорнякам националистической идеологии, какие бы формы она ни принимала: антисемитизма, русофобии, любых других фобий, построенных на ненависти.

Наш общий долг – защитить от любых угроз ценности мира и гуманизма и самую главную ценность – человеческую жизнь.

Благодарю вас за внимание.

Б.Нетаньяху (как переведено): Господин Президент России Владимир Путин! Уважаемые гости, которые присутствуют на этом мероприятии! Раввины! Семьи, пережившие Вторую мировую войну, пережившие Холокост!

Мой друг господин Президент, я благодарю Вас за приглашение посетить столь впечатляющий Еврейский музей и центр толерантности. Должен добавить, что, я знаю, без Вашей помощи этот музей не был бы создан. Я был очень взволнован, увидев в этом музее описание истории нашего народа на земле России, включая и современный период, когда еврейская жизнь в России процветает, благодаря во многом поддержке властей, Вашей личной поддержке.

Этот музей рассказывает и о печальных страницах истории нашего народа и в первую очередь о Холокосте. Холокост – это страшная трагедия в истории человечества. Она доказала то, что Вы сказали буквально несколько минут тому назад – я хочу подчеркнуть это: если вовремя не останавливать эту бездонную ненависть по отношению к евреям, она очень быстро распространяется и может уничтожить и другие народы.

Треть еврейского народа была уничтожена со страшной жестокостью во время Холокоста. И к этому нужно добавить десятки миллионов людей, которые были уничтожены в первую очередь здесь, в России. Наша общая задача – бороться с такими крайними идеологиями, когда они ещё маленькие, бороться с ними, когда они слабые, и бороться с ними вовремя и со всей силы. Наша задача – усилить борьбу с антисемитизмом, бороться вместе и со всей жёсткостью с проявлениями с антисемитизма ради нашего общего будущего.

Вы упомянули важность придерживаться правды. Верность правде по отношению к нашему прошлому – это необходимое условие для того, чтобы взять на себя ответственность за наше будущее. В первую очередь здесь есть вопрос справедливости, справедливости по отношению к жертвам (это касается тех, кто пытается отрицать Холокост), и справедливости по отношению к тем, кто сражался, кто был ранен, кто погиб для того, чтобы остановить эту нацистскую угрозу.

Мы никогда не забываем роль, которую сыграла Советская армия в этой победе. И в этом музее, господин Президент, мы видим правду. Мы вспоминаем сегодня наших братьев и сестёр, которые были зверски убиты нацистами. И мы салютуем сегодня воинам Советской армии, среди них – сотни тысяч евреев, многие из которых не случайно получили медали за тот героизм, который они проявили. И они вместе с другими воинами остановили нацистскую военную машину.

Вы упомянули памятник в Израиле. Я инициировал в своё время создание этого памятника в Нетании, как символа той глубокой признательности, которую мы считаем важным выразить не только здесь, на земле России, но и на нашей земле в Израиле. Вы участвовали в открытии этого памятника; я, к сожалению, если Вы помните, тогда был со сломанной ногой и не мог принять участие в этой церемонии. Но на открытии следующего такого памятника, я уверен, мы с Вами будем вместе.

Недавно в нашем парламенте был принят специальный закон, который установил особый статус 9 мая как Дня Победы над нацистской Германией, как особой даты израильского календаря.

И сегодня я салютую командиру Александру Печерскому – еврею, офицеру Советской армии, который возглавил и повёл за собой восставших в лагере Собибор. Я спросил, как они это сделали. Там были десятки нацистских офицеров, сотни охранников. Это началось с того, что, Вы сказали здесь, он был не готов сдаться. И против, казалось бы, любых шансов он и его друзья, его соратники смогли победить нацистских охранников и прорваться к свободе. Большинство из них, к сожалению, не смогли выжить. Печерскому удалось выжить, но он был готов погибнуть.

Это восстание против нацистов, казалось бы, на дне той бездны, в которой находился наш народ, против всех шансов, – есть те, кто, может быть, думал, что это будет конец нашей истории, но это обозначало ровно обратное. Та огромная сила, которая есть в нашем народе, которая заставляет нас не сдаваться, не сдаваться тем, кто пытается нас уничтожить. Это восстание, может быть, больше, чем любой другой момент, символизирует глубокий перелом в истории еврейского народа. Из глубокой бездны, в которой мы находились, народа, который не мог защитить себя, мы превратились в сильное государство, которое умеет сражаться за себя, которое умеет защитить себя своими силами. Это переворот, перелом, подобного которому, может быть, нет в истории народа.

Наша настойчивость в готовности воевать за себя и защитить себя – это железная стена, стальная стена, которую невозможно прорвать, и она будет защищать нас и дальше.

Господин Президент, я готов засвидетельствовать, что среди мировых лидеров есть мало тех, кто понимает это так, как Вы понимаете. 75 лет после этого ада мы по-прежнему готовы настойчиво предотвратить любые попытки структур подобного рода, подобного рода идеологий. И в первую очередь Иран, который открыто говорит, что хочет нас уничтожить. Никому из них это не удастся. Ни террористические режимы, ни их посланники не смогут этого добиться. Но нужно понять, что опасность, которая от них исходит, угрожает не только нам – она угрожает всему миру. Мы предстанем перед ними со всей силой, чтобы обеспечить вечность Израиля, чтобы обеспечить будущее человечества. В этом важном музее, Еврейском музее и центре толерантности, хочу сказать вам одну стопроцентную вещь: не будет больше ещё одного Холокоста.

Большое спасибо.

Израиль. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 29 января 2018 > № 2477778 Биньямин Нетаньяху


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 29 января 2018 > № 2477091 Ольга Стефанишина

Стефанишина: Минздрав постарается учесть в договорах с международными организациями рекомендации Счетной палаты

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" заместителя министра здравоохранения Ольги Стефанишиной

- Часто приходится слышать, что международные организации не выдерживают график поставок лекарственных средств, поэтому в Украину до сих пор не поставлены некоторые препараты за 2016 год, хотя деньги за них были перечислены международным организациям. Прокомментируйте, пожалуйста, эту ситуацию.

- Мне бы хотелось, чтобы в Украине все, кого интересуют закупки, перестали мыслить бюджетными годами: за бюджет какого года мы закупаем препараты. Дело в том, что с 2014 года у нас по объективным причинам сместился график закупок. Тогда, действительно, был период, когда в Украине была нехватка лекарств из-за большого перерыва в закупках. В настоящее время проблема отсутствия закупленных лекарств уже отходит, ведь за последние полтора года Министерство здравоохранения Украины делало все, чтобы нагнать закупочный процесс. Поэтому сейчас график поставок перестроен в соответствии с потребностями регионов, а не с календарным годом. Сейчас мы все еще получаем лекарства, закупленные за бюджеты прошлых лет. Поэтому по большинству программ лекарства в той или иной степени есть. Я не буду утверждать, что все больницы полностью обеспечены лекарствами, по той простой причине, что в бюджете нет денег на обеспечение 100% потребности. Например, программа по взрослой онкологии у нас обеспечена деньгами на 30%. Но свои обязательства по обеспечению поставок международные организации выполняют.

- Но на каждом заседании комитета Верховной рады по здравоохранению кто-то из его членов говорит о непоставках. И даже если посмотреть на сайте Минздрава официальную информацию, цифры показывают, что непоставки есть. В чем причина?

- Это манипуляции со стороны оппонентов международных закупок. Объясню почему. Например, за бюджет 2015 года не поставлено 0,4% лексредств - это видно в официальной информации Минздрава. Но на самом деле это лексредства, которые сейчас на мировом рынке невозможно найти. Их просто нет. К сожалению, депутаты умалчивают, что до передачи закупок международным организациям, у нас по очень большой части номенклатур были недозакупки. Например, за 2014 год ряд вакцин, которые мы должны были получить, Минздрав не закупил вообще. А ЮНИСЕФ, который сейчас занимается закупкой вакцин, закупает все, кроме вакцины с ацеллюлярным компонентом, которая является дефицитной на всем мировом рынке. ЮНИСЕФ не может закупить ее, но заменяет другими комбинированными вакцинами против тех же заболеваний.

По 2016 году, если говорить о квотах…

- Квоты - это что?..

- Квоты – это то количество препаратов, которые мы можем обеспечить за существующий бюджет. У нас есть 100%-я потребность, и есть часть, которую может профинансировать государство.

Так вот, практически все препараты приехали на 100% по квотам, и сейчас идет дозакупка на сэкономленные деньги. Дозакупка позволяет покрыть значительную часть потребности, например, в 2016 году дозакупка за сэкономленные деньги достигала 67%.

И вот начинаются манипуляции со стороны оппонентов международных закупок. Ведь если смотреть в денежном выражении, то выглядит так, как будто не все закупки произведены. Так как деньги заплачены за определенное количество лекарств, а на сайте министерства отображается, что потрачены не все средства. Хотя на самом деле заказанное количество лекарств международные организации завезли, но деньги еще остались, и они расходуются для получения дополнительного количества лекарственных средств.

- Где находятся эти деньги?

- Они находятся у международных организаций. После того, как организации закончили закупку заказанного количества, они запрашивают у Минздрава потребности в дополнительной закупке. Министерство обращается к экспертной группе, к регионам, собирает заново потребность... Это достаточно долгий и забюрократизированный процесс. Но я хочу уточнить и тем самым опровергнуть миф, будто международные организации зарабатывают процент от оборота денег. Закупки проводят неприбыльные организации, деньги хранятся не на депозитных счетах, и они не зарабатывают ничего от хранения денег.

Есть и другие причины якобы непоставки препаратов или вакцин. Например, в регионе препарат есть в избытке, поэтому его не везут сейчас. Или же регионы не имеют нужных условий для хранения, например, вакцин. Поэтому регионы сами просят Минздрав задержать поставку (и у нас есть соответствующие письма из регионов). Препараты ждут на государственном центральном складе, когда регион сможет их принять. А в таблице на сайте Минздрава это будет отражено как то, что поставка в регион не была осуществлена.

Вот еще пример: по гепатитам мы меняли номенклатуру и потом заново собирали потребность, потому что изначально в проекте номенклатуры у нас были устаревшие препараты, которые нигде в мире практически не используют и даже не производят. Когда нам об этом сообщила международная организация, мы начали процесс изменения номенклатуры. Это заняло несколько месяцев. К сожалению, этот процесс достаточно бюрократичен на данный момент. Но мы на это пошли, понимая, что, вводя новые препараты, мы увеличим количество людей, которых сможем охватить лечением. И новые препараты гораздо легче переносятся, чем те, которые мы закупали до сих пор.

Такие ситуации, конечно, затягивают процесс, но они необходимы для того, чтобы закупки были эффективными.

- Почему номенклатуры утверждают так поздно? Все международные организации говорят об этом. Почему каждый год нужно утверждать номенклатуру, которая не очень отличается от прошлогодней?

- Это такая старая неэффективная система, которая работает в Украине много лет, и которую мы сейчас меняем. Пока все происходит по-старому: есть номенклатурные комиссии, которые ежегодно создают проекты номенклатур, потом эти проекты проходят общественное обсуждение и, лишь потом, утверждаются. Сейчас Минздрав готовит проект постановления правительства, который утверждает перечень лекарственных средств и ИМН по дозировке, форме выпуска, количеству. Это достаточно большой объем информации и его согласование проходит достаточно долго.

Я думаю, что со временем (надеюсь, это будет скоро) Украина перейдет все-таки на использование Национального перечня лекарственных средств для национальных закупок, и так много изменений, как сейчас, в номенклатурах уже не будет. Номенклатуры будут изменяться только в соответствии с рекомендациями Всемирной организации здравоохранения, когда будут появляться новые препараты. Это будет правильная система.

Относительно определения потребности: здесь есть специфика страны. Она состоит в том, что в Украине нет реестров пациентов и реальную потребность рассчитать достаточно сложно. Поэтому Минздрав каждый раз вынужден обращаться к регионам: "А сколько же у вас пациентов?". Это не очень правильно, особенно для вакцин. А регионы ведут у себя, как правило, бумажную статистику. Есть методика международной организации, которая учитывает рождаемость. В 2018 году мы хотим изменить методику расчета, и начать хотим с вакцин.

- Насколько объективно заключение номенклатурной комиссии, которая эту самую номенклатуру для закупки и формирует?

- К работе постоянной рабочей группы по закупкам на общественных началах привлекаются экспертные группы. Как правило, они состоят из пяти экспертов из разных медицинских учреждений, которые занимаются практикой. Кроме того, номенклатуры проходят общественное обсуждение, когда пациенты сами предлагают изменения и аргументируют их. Все предложения рассматриваются в обязательном порядке, и если они имеют под собой достаточное основание, вносятся изменения.

– Какова ситуация закупками за бюджет 2018 года? Когда они начнутся?

– В настоящее время мы уже начинаем закупки за бюджет 2018 года. Впервые за три года мы начали этот процесс не просто вовремя, а заранее. С декабря мы начали формирование номенклатур, уже утверждены 15 из 40-ка. Мы начнем собирать заявки по регионам. Я думаю, что это пройдет быстро. После этого готовится постановление Кабмина. И вот после этого мы сможем заключать контракты.

В 2017 году договора с международными организациями изменены, и мы получили возможность перечислять им деньги не по 100%-й предоплате, а по факту завершения тендера. Это было одним из новшеств контрактов 2017 года. То есть, мы проводим изменения. Важно сказать, что международные закупки – это уникальный опыт для Украины. И это сложный процесс. В самом начале никто не знал, как правильно его организовать. Но сейчас мы нормализуем процесс.

- Как вы прокомментируете конфликт между Национальным перечнем основных лекарственных средств и номенклатурой закупок, например, по орфанным заболеваниям, препараты для лечения которых в Нацперечень не включены?

- Пока было принято решение о том, что Нацперечень не будет действовать для международных закупок, которые содержат большую часть препаратов для орфанных заболеваний. Думаю, что для такой категории пациентов будет создана специальная программа или специальная концепция обеспечения пациентов лечением за средства госбюджета. Пациенты без лекарств остаться не должны.

- Будут ли вноситься изменения в договоры с международными организациями? Если да, то какие?

- На закупки за бюджет 2017 года договора уже подписаны, а по закупкам за бюджет 2018 года мы готовим базу для заключения этих договоров. Разрабатываем свое виденье, с учетом замечаний Счетной палаты.

- А какие именно рекомендации Счетной палаты будут учтены?

- Это касается, главным образом, срока и графиков поставок и ответственности за нарушения.

Кроме того, много вопросов было относительно того, можно ли показывать договора с международными организациями, какая информация публичная, какая нет. Если мы говорим, например, о ценах на препараты, то важно понимать, что международные организации договариваются об очень низких ценах для Украины на многие препараты. И именно поэтому такая информация может быть конфиденциальной.

Кроме того, очень много информации о закупках – тендерах, поставках, распределении – есть в открытом доступе на сайте Минздрава и международных организаций. Поэтому говорить том, что информация о договорах и закупках совсем закрыта – это манипуляция.

- Часто ли бывает, что международные организации срывали сроки поставки?

- У меня такой информации нет. Если препарат или вакцина не может быть поставлена, то на это всегда есть объективное объяснение: отсутствие продукта на мировом рынке, проблемы с производством.

- Но если год прошел, а препарат не привезли, разве это не срыв сроков?

- Если говорить о вакцинах, то срок их производства, минимум, 12 месяцев, а может быть и больше. Это объективные причины, с которыми мы ничего сделать не можем. Во всем мире сейчас существует дефицит вакцин из-за ограниченного количества и мощностей площадок производства и больших объемов заказов. Развитые страны практикуют долгосрочное планирование закупки вакцин. Мы обсуждаем такую возможность для Украины, и надеемся, что с 2018 года Украина перейдет на долгосрочное планирование на несколько лет вперед.

- Это потребует изменения Бюджетного кодекса…

- Да. И для этого есть политическая воля. Сейчас, когда у нас, к счастью, есть вакцины в стране, мы можем заказывать их на три года вперед. Кроме того, мы обязаны создать запас вакцин в размере 25%. Для этого надо менять законодательство. Внутри Минздрава такая политическая воля есть, она есть и со стороны премьер-министра. Надеюсь, народные депутаты нас поддержат.

- Какие основные ошибки были допущены при проведении международных закупок?

- Я думаю, что это очень забюрократизированный процесс. Можно его существенно упростить, снять часть бюрократических согласований. Одна из самых больших проблем – отсутствие электронной системы учета лекарств. Сейчас данные об остатках лекарств находятся в регионах в бумажной форме и собираются раз в месяц. Это создает проблемы с оперативностью получения данных. Поэтому мы сейчас хотим запустить электронную систему учета лекарств, чтобы она была публичной и доступной.

Еще когда я работала в пациентской организации, мы понимали, насколько важно сделать информацию о наличии лекарств публичной. Мы создали сайт eliky.in.ua, где пациент мог получить информацию о наличии препаратов в больнице. Этот сайт сейчас охватывает не всю Украину и там не настолько детальная информация, которая нужна для менеджмента международных закупок. Мы хотим сделать подобную официальную государственную систему и открыть ее для пациентов. Я думаю, что это случится уже в ближайшее время.

Мы начнем с крупных медучреждений и постепенно будем распространяться на области. Ясное дело, что сеть медучреждений в маленьких населенных пунктах пока не готова, но надо с чего-то начинать. Будем искать ресурсы, чтобы провести интернет в медучреждения. У нас есть уже закон о сельской медицине, будем озвучивать эти потребности в контексте реализации этого закона. Если мы будем постоянно говорить, что у нас нет интернета или компьютера для достижения этой цели, то они у нас и не появятся.

- Что происходит с созданием Национального закупочного агентства (НЗА)? Когда оно появится?

- Есть концепция его создания, она утверждена Кабмином. Мы работаем с МЭРТ, у которого уже есть созданное ГП "Государственные закупки". Возможно, для Минздрава будет какая-то специфика, но регуляторная рамка будет единой обоих закупочных агентств. Формат агентства еще обсуждается, мы не хотим создать агентство, которое вернет нас в 2012 год. Наша главная цель – создать систему, которая сможет обеспечивать пациентов лекарствами. Вовремя и без коррупции.

Мы будем анализировать все существующие программы. Я думаю, что часть программ, по которым проводятся госзакупки, уйдет на реимбурсацию, часть программ будут включены в стоимость медуслуг, которые оплачивает государство. Важно, чтобы эта реформа согласовывалась с начатой общей реформой здравоохранения. Но НЗА может стать хорошим переговорщиком относительно цен, оно будет кооперировать все заказы и за счет больших объемов говорить о снижении цен.

- Я слышала такие опасения, что НЗА, каким бы хорошим оно ни было, не сможет добиваться таких цен, каких добиваются международные организации, в частности потому, что мировых производителей беспокоят вопросы комплаенса, отсутствия коррупции и т.д. Например, UNDP, всемирная организация, может получить низкую цену у производителей, которые котируются на международных биржах, а никому не известное агентство при Минздраве Украины, репутация которого не очень понятна, не сможет. Как бы вы прокомментировали эту точку зрения?

- Когда мы планировали реформу закупок, мы понимали, что нам нужно какое-то очень необычное решение, которое позволит устранить коррупцию. Я думаю, что для НЗА необходимо придумать что-то подобное. Сейчас в Минздраве мы создаем рабочую группу с привлечением международных экспертов, чтобы нам посоветовали, как это происходит в мире. К этой группе привлекаем антикоррупционные организации, которые это видение помогут адаптировать к украинским реалиям.

Международные организации напрямую работают с производителями. Мы добились того, что 70% поставщиков выходят напрямую без дистрибьюторов, и нам необходимо, чтобы украинское агентство могло также работать напрямую.

- Реально ли создать НЗА за 2018 год и с 2019 года перейти на национальные закупки?

- Мне кажется, что для этого нужно больше времени. Создать агентство необходимо в 2018 году, но начать полноценную работу до 2019 года, чтобы оно перебрало все национальные программы, вряд ли возможно. Скорее всего, мы будем сначала запускать его в тестовом режиме, на некоторые программы.

- По-вашему, каково место национального производителя в бюджетных закупках? Нужно ли ориентировать НЗА на предпочтительную работу с национальным производителем? Нужно ли стимулировать национального производителя, гарантируя ему бюджетные закупки?

- Нельзя сказать, что все украинские производители спокойно выигрывают международные тендеры, но нельзя говорить, что есть какая-то дискриминация. ПРООН в 2017 закупила у украинского производителя препарат не только для Украины, но и для Молдовы – это выход украинского производителя на международный рынок. Я также хочу сказать, что хотя, международные закупки действуют уже три года, мне не известны пока случаи, чтобы хоть один украинский производитель прошел преквалификацию Всемирной организации здравоохранения. Сейчас у них появилась возможность выходить на международные торги, и им это было бы полезно. Украинский производитель может конкурировать, если у него качественный препарат и хорошая цена, и может выходить на международные рынки.

- Вы уже встречались с отечественными производителями после назначения?

- Еще нет.

- Вы занимаетесь не только закупками, но и евроинтеграцией. Что планируете делать в этой сфере? Будет ли меняться нормативная база в соответствии с европейскими директивами, чтобы той же отечественной фарме было проще?

- Есть ряд директив, в основном в сфере общественного здоровья, инфекционных заболеваний, службы крови, трансплантация, электронной системы здравоохранения, курения которые мы будем имплементировать. Это основные направления. Все эти направления будут распределены министром среди заместителей. Моей задачей будет координация этой работы, но, в том числе, я буду отвечать и напрямую за некоторые из них.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 29 января 2018 > № 2477091 Ольга Стефанишина


Россия. Сирия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477089 Петр Стегний

«Я верю в надежность координации действий с Турцией»

Петр Стегний о проходящем в Сочи Конгрессе сирийского национального диалога

Игорь Ветров

Экс-посол России в Турции, Израиле и Кувейте Петр Стегний рассказал «Газете.Ru» о причинах проведения в Сочи Конгресса сирийского национального диалога, в чем особенности этого форума, и как на него может повлиять проводимая Турцией операция «Оливковая ветвь».

— 29-30 января в Сочи состоится Конгресс сирийского национального диалога (КСНД). Что это за мероприятие и каков его формат?

— Речь идет о новом формате межсирийских переговоров, инициатором которого выступила Россия совместно с партнерами по Астанинскому процессу – Турцией и Ираном. Его можно отнести к народной дипломатии: в отличие от Женевского и Астанинского переговорных треков в Сочи приглашены не только политики и дипломаты, но и представители всех национальных и этнических групп населения Сирии, правительства САР, его сторонников, а также оппозиции – внешней и внутренней, вплоть до вооруженной. В качестве наблюдателей приглашены постоянные члены СБ ООН, Казахстан как страна-хозяйка Астанинской площадки, арабские соседи Сирии, а также Египет и Саудовская Аравия. Всего ожидается приезд более полутора тысяч участников.

Задача Конгресса, как ее понимают организаторы, - придать импульс сложно развивающемуся процессу мирного урегулирования в Сирии, начало которому положил разгром (запрещенного в России) «Исламского государства» при решающей роли российской военной операции и создание зон деэскалации.

Конгресс призван запустить процесс инклюзивного общенационального диалога, о котором говорится в базовой резолюции 2254 СБ ООН, поддержав таким образом Женевский трек межсирийских переговоров. Ожидается, что сирийские участники обсудят и примут Заключительное заявление, проект которого подготовлен на основе «12 принципов» спецпосланника Генсекретаря ООН по Сирии Стаффана де Мистуры. В этом документе учтены различные, часто контрастирующие мнения участников межсирийского диалога, выявлены своего рода точки соприкосновения, по которым участники диалога в принципе могли бы договориться. В их основе – конституционные реформы и проведение свободных выборов под контролем ООН. Предполагается, что результаты Сочинского форума будут переданы на Женевскую площадки с тем, чтобы де Мистура использовал их в своей работе. Это еще раз подтверждает, что Сочинский форум ни в коей мере не является подменой Женевской площадки, а подспорьем для нее.

— Почему КСНД проводится сейчас и именно в нашей стране?

— Значение и актуальность Сочинского форума определяются тем, что он проходит на критическом этапе развития ситуации в Сирии и вокруг нее. Гражданская война в Сирии длится больше семи лет, дольше, чем Вторая мировая война. Она унесла жизни 200 тысяч человек, более 4 миллионов сирийцев стали вынужденными беженцами, покинув пределы страны, число перемещенных лиц превысило 8 миллионов. Кроме того, в силу вовлеченности в сирийский кризис большого числа влиятельных региональных и мировых игроков, он стала фактором не только региональной, но и глобальной напряженности. Это только подчеркнуло возникновение в Сирии на рубеже 2013-14 годов на территориях, находившихся вне контроля правительства, террористического квазигосударства ИГИЛ, провозгласившего лозунг тотального джихада. В его ряды начали вливаться боевики из разных стран, в т.ч. Европы, США, России, стран СНГ.

Возникновение общей угрозы диктовало, казалось бы, необходимость консолидации всех антитеррористических сил. Однако развитие событий показало, что сирийский кризис стал частным случаем общей разбалансированности обстановки в мире.

С сентября 2014 года возглавляемая Вашингтоном «антитеррористическая коалиция» приступила к нанесению ракетно-бомбовых ударов по объектам ИГИЛ на территории Сирии, причем сделала это в обход Совета безопасности ООН и без координации с правительством САР. Более того, американцы никогда не скрывали, что в основе их региональной политики лежит линия на экспорт на Арабский Восток собственной неолиберальной модели демократии, поддержку «Арабской весны», забуксовавшей как раз в Сирии. Исходя из этого, практические действия западной коалиции в ряде случаев выглядели как скрытая помощь различного рода джихадистским группировкам, выступавшим против законного правительства Сирии. При этом и в ходе развивавшихся параллельно политико-дипломатических усилий западники ставили во главу угла уход от власти Башара Асада.

Для России, напротив, сирийский кризис всегда был частью борьбы за новый, справедливый миропорядок, приходящий на смену холодной войне.

Поддержка принципа государственного суверенитета, центральной роли ООН в международных делах составляли и продолжают составлять основу ее внешней политики. Борьба за эти принципы шла на различных площадках. Россия восемь раз была вынуждена воспользоваться правом вето в Совбезе ООН, чтобы не допустить принятие несбалансированных решений, в том числе открывающих возможность иностранного военного вмешательства во внутренние дела Сирии. Российская дипломатия не раз предотвращала выход сирийского кризиса за контролируемые рамки с непредсказуемыми последствиями.

Наиболее яркий пример - инициатива президента Путина в сентябре 2013 годп о постановке сирийского химического оружия на международный контроль и его последующем уничтожении, предотвратившая назревавший ракетный удар США по Сирии.

В конце сентября 2015 года в соответствии с просьбой президента Сирии началась военная операция России в Сирии. В ее ходе решались две взаимосвязанные задачи – борьба с терроризмом и поддержка легитимной власти в Сирии в ее борьбе против ИГИЛ. Итоги операции, продолжавшейся чуть более двух лет, трудно охарактеризовать иначе, чем блестящие. ВКС России совершили 30 тысяч боевых вылетов, нанеся 92 тысячи ракетных и бомбовых ударов, уничтожив 97 тысяч объектов террористической инфраструктуры ИГИЛ, 32 тысячи боевиков и освободив 60 тысяч кв. км территории Сирии. Мы можем гордиться тем, что Россия не только внесла решающий вклад в уничтожение угрозы, исходившей от ИГИЛ, но и остановила на дальних подступах террористов, не скрывавших своих намерений переместиться на территорию России и стран СНГ.

— Не могли ли бы вы более подробно остановиться на том, как развивались политико-дипломатические усилия по разрешению сирийского кризиса?

— Абсолютный приоритет политико-дипломатических усилий по урегулированию региональных и международных кризисов – принципиальная позиция России. Еще в июне 2012 года мы приняли активное участие в создании «Группы действий по Сирии» в Женеве под председательством спецпосланника Генсекретарей ООН и ЛАГ по Сирии Кофи Аннана, впоследствии его сменил бывший мининдел Алжира Брахими, а затем ветеран итальянской дипслужбы Стеффан де Мистура. При участии МИДов «пятерки» постоянных членов СБ ООН, Турции, Ирана, Кувейта, представителей ЛАГ и Евросоюза было единогласно принято Женевское коммюнике, содержащее основные элементы мирного урегулирования кризиса в Сирии путем диалога между оппозицией и правительством. В феврале 2016 года президенты России и США Владимир Путин и Барак Обама в качестве сопредседателей Международной группы поддержки Сирии одобрили совместное заявление России и США о прекращении боевых действий в этой стране. 27 февраля СБ ООН единогласно принял подготовленную Россией и США резолюцию 2268 в поддержку перемирия в Сирии.

Важно, что Совбез ООН выразил «полную приверженность суверенитету, независимости и территориальной целостности Сирии» и высказался за немедленное начало переговоров между правительством САР и оппозицией.

С марта 2016 года в Женеве прошло восемь раундов опосредованных межсирийских переговоров, не выявивших, однако, серьезного сближения позиций по ключевым вопросам – отношение к легитимному сирийскому правительству и порядку проведения выборов. В условиях наметившейся пробуксовки Женевского процесса 23-24 января 2017 года в Астане была проведена первая Международная встреча по Сирии (МВСА). В ней приняли участие делегации правительства, сирийской вооруженной оппозиции, представители России, Турции и Ирана, а также ООН и США в качестве наблюдателей.

Астанинская площадка появилась как своего рода региональное дополнение к Женевскому процессу, позволившая активнее привлечь к политико-дипломатическим усилиям ряд влиятельных региональных игроков.

В ходе восьми сессий МВСА, прошедших до настоящего времени, был подписан Меморандум о создании четырех зон деэскалации в Сирии, запущен технический консультативный процесс по конституционным и правовым вопросам, создан Совместный ирано-российско-турецкий координационный центр для согласования действий сил контроля деэскалации. На 8-й сессии МВСА были согласованы сроки проведения Конгресса сирийского диалога, принят ряд важных решений, в т.ч. договоренность о создании Рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, заключенных, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести. В целом, по инициативе и при самом активном содействии России была проделана огромная работа по сближению позиций участников диалога, гармонизации интересов вовлеченных в сирийское урегулирование сторон.

— Какой сейчас баланс сил наблюдается в Сирии на фоне последних событий?

— Большая часть страны освобождена, здесь основная заслуга военной операции, которую проводила Россия. Работают договоренности Астанинского процесса по зонам деэскалации, и инциденты, которые происходят – они носят в основном такой, спорадический характер. Конечно, турецко-курдские противоречия – они активизировались, буквально в канун встречи в Сочи. Это сложный блок сирийского урегулирования, он очевидно будет продолжаться достаточно длительное время, но операция в районе Африна, и все, что происходит между Сирийским Курдистаном, Рожавой, и Турцией – это долговременный негативный фактор.

Пока здесь какие-то убедительные решения, на мой взгляд, не найдены, и это будет ситуацию будоражить.

Я думаю, что главный вопрос – он остается тем же самым – это неясность задач, которые провозглашают и на деле преследуют главные акторы, главные участники событий – прежде всего, американцы, которые до сих пор не мотивировали свое присутствие на территории Сирии, убедительной мотивации мы не слышали. Поэтому те опасения на тему территориальной целостности, возможного расчленения страны – они до конца не сняты, и для нас, как я понимаю, для дипломатов, для военных это – такая серьезная головная боль, я уж не говорю о сирийцах.

Тем не менее, значение того, что происходит, началось сегодня в Сочи трудно переоценить, потому что если есть шанс достичь какого-то минимального уровня национального примирения, то он связан как раз с расширением социальной базы, если вы хотите, процесса примирения.

Потому что то, что происходит – более полутора тысяч участников, включая шейхов племен, включая представителей тех территорий сирийских, которых бог миловал, они были вне прямой зоны боевых действий – все это, по расчетам организаторов, должно создать некоторую критическую массу позитива и преломить сохраняющееся в основном в рядах антиасадовские настроения «непримиримой оппозиции» . Вот основные тенденции, если так пальцами слегка, арпеджио пройтись по клавишам.

– На фоне проведения Турцией «Оливковой ветви» турецкой – с какими проблемами может столкнуться Россия, если турки выполнят свое обещание, дойдут до Идлиба и, соответственно, дотронутся до Асада – какие тут лежат опасности для нас?

— Об опасностях для нас я не стал бы говорить, почему – потому что я верю в серьезность и надежность координации с турками. И страхи, которые в прессе возникают, мне представляются поверхностными. Я оптимист в том, что касается наших отношений с турками на видимую перспективу. Для нас я нерешаемых проблем не вижу – были серьезные встречи, турки приезжали [в Россию] и на уровне главного своего руководства, и на уровне военного своего руководства, руководители военной разведки – буквально накануне.

Поэтому мы очень плотно координируем [действия]. Турки очень ценят вот этот региональный треугольник Москва-Тегеран-Анкара, его сохранение – это каркас того уровня стабильности, которого удалось добиться.

Они понимают, что его ослабление скажется и на их интересах и задачах в том числе и на отношениях с Сирийским Курдистаном. И проблема эта очень сложная, и в Иракском Курдистане расслоение идет. Очень высокая цена – в Сочи. Я действительно думаю, что значение в современной истории Ближнего Востока у Сочи будет. Это такой срез мгновенный реальных шансов на победу здравого смысла.

— Каковы шансы на успех Конгресса в Сочи?

— Говорить о перспективах межсирийского диалога пока рано. Между сторонами остаются серьезные расхождения, в т.ч. по ряду базовых, принципиальных вопросов. Особенно это касается «непримиримой» зарубежной оппозиции. Неоднозначно выглядит и позиция ряда внешних участников, в частности в последние дни мы слышали контрастирующие заявления американских представителей.

Осложняющим фактором является и начатая 20 января Турцией военная операция в районе Африн. Словом, и старых, и новых проблем, взаимных опасений хватает. Поэтому прогнозировать ход переговоров сложно.

Предельно ясно только одно - сочинский формат межсирийского диалога -плод длительных, очень творческих усилий, кропотливой работы российских дипломатов и военных, не только с блеском выполнивших боевую часть своей работы, но и не понаслышке знающих настроения местного населения, простых сирийцев. Для шейхов племен и мэров освобожденных сирийских городов приезд в Сочи, возможность высказать на форуме и в процессе общения свое мнение – это уже успех, шаг в правильном направлении. Хочется надеяться, что и остальные участники сочинских дискуссий окажутся на высоте лежащей на них ответственности. Форум в Сочи станет в этом отношении своего рода моментом истины.

Россия. Сирия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477089 Петр Стегний


Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477088 Георгий Бовт

Как разбогатеть безнаказанно

Георгий Бовт о том, сработают ли в России меры по выравниванию доходов богатых и бедных

Что хуже — неравенство или несправедливость? Согласно распространенному представлению о России как стране, якобы тяготеющей к уравниловке («не то плохо, что у тебя коровы нет, а то хорошо, что она у соседа сдохла»), может показаться, что первое. Однако, как показывают опросы, примерно две трети россиян как раз к неравенству как таковому относятся скорее терпимо и призывов все отнять и поделить не разделяют.

Но до 80% считают при этом нынешнюю систему распределения доходов в стране несправедливой.

К тому же исторически тяга к справедливости, даже если таковая противоречит формально закону, – едва ли не важнейшая наша «скрепа». Однако в общественном дискурсе практически отсутствует обсуждение того, как сделать неизбежное в условиях рыночной экономики неравенство более справедливым. Что кажется странным в условиях разворачивающейся предвыборной кампании. Самое время обсудить бы. Помимо борьбы с бедностью, что важно, но недостаточно для устойчивого развития страны. Одной из главных угроз которому во всем мире теперь признается нарастающее имущественное расслоение (прежде всего, за счет размывания среднего класса).

Факты впечатляют. Так, по данным благотворительной организации Oxfam (они были опубликованы накануне только что прошедшего Всемирного экономического форума в Давосе), в руках 1% населения Земли оказалось 82% богатства, появившегося в 2017 г. Десять наиболее богатых людей мира владеют состоянием примерно таким же, как половина населения Земли. За последние четверть века доходы беднейших 10% населения планеты в результате развития мировой экономики выросли примерно на 3 доллара, тогда как доходы 1% богатейших людей мира – почти в 190 раз. Это они в полной мере вкушают плоды прогресса. А остальным такой «прогресс» зачем? В богатейшей экономике мира – американской – такая модель распределения дублируется. Впрочем, скорее, это мировая экономика дублирует американскую модель. Сегодня 400 богатейших американских семей владеют имуществом примерно таким же, как 50% населения страны. В конце 70-х годов ХХ века богатейшие домохозяйства США из числа «топ 0,01%» были «всего лишь» в 220 раз богаче среднего американца. Сегодня – в 1220 раз.

В плане несправедливости распределения результатов развития «передовые» экономики немногим лучше стран Третьего мира. В последние 7 лет на фоне выхода из финансового кризиса и повышения темпов роста развитых стран богатство миллиардеров прирастало в среднем на 13% ежегодно, а зарплаты наемных работников – лишь на 2% в год.

Для большинства экономистов мира стало аксиомой: чрезмерное неравенство ограничивает рост экономики. В МВФ считают, что при увеличении доходов богатейших слоев населения и снижении беднейших на 1% экономика замедляется на 0,08 процентных пункта, а при росте доходов беднейших – ускоряется на 0,38 п. п. К сожалению, не доводилось встречать аналогичных расчетов, сделанных на отечественном материале. Возможно, они просто отсутствуют, учитывая прискорбный характер в целом независимой экспертизы и анализа в самых разных сферах.

Помимо сжатия потребительского рынка и, как следствие, угнетения реального сектора экономики (богатые вполне удовлетворятся импортом), происходит социальная деградация широких слоев населения, консервация отсталой структуры экономики с большим количеством неквалифицированных рабочих мест.

Талантливым и предприимчивым людям трудно найти себе место в такой экономике: они либо сами деградируют, либо эмигрируют, усугубляя тем самым и без того нерадостную картину в депрессивных регионах, число которых в таких «несправедливых экономиках» только множится.

Если посмотреть по этому показателю на российские регионы, то, несмотря на относительную результативность усилий федерально центра по выравниванию уровня экономического развития, разрыв благосостояния регионов по валовому региональному продукту по прежнему превышает, по разным оценкам, 15-20 раз.

Россия принадлежит к числу стран с высоким уровнем неравенства. Разрыв между самыми богатыми 10% и самыми бедными 10% составляет примерно 14 раз.

Коэффициент Джини (показатель расслоения общества) примерно равен 40-41 для России (хотя некоторые эксперты оценивают его на уровне 46-47). Для сравнения, по ЕС – около 30. Наш показатель, конечно, ниже, чем в худших по этому признаку «несправедливости» странах Латинской Америки или в ЮАР (ближе к 60), но уже приближается к США (46). Российский коэффициент Джини приблизительно равен аналогичным показателям Аргентины, Китая и Турции. Но по некоторым показателям ситуация с распределением богатства у нас хуже американской. Так, по данным организации Global Wealth Report, 1% богатых россиян владеет 75% национального богатства. Среднемировой показатель – 45-46%, среднеевропейский - примерно 30%, в Японии —менее 20% (данные консалтинговой компании Knight Frank на 2016 год). Поскольку с точной оценкой состояния наших «топовых богатеев» имеются проблемы (слишком высока доля офшоризации и «теневого владения» активами), возможно, ситуация даже еще хуже. Правда, та же «теневая экономика» позволяет недооценивать доходы и беднейших слоев: они могут на деле быть не так бедны, скрываясь с «тени» от государства.

Нарастание неравенства в России, как и в других странах, происходит во многом за счет размывания так до конца и не сложившегося у нас среднего класса. Что ведет к деградации демократических институтов, архаизации общественных отношений и культуры в целом.

Тут стоит привести высказывание нобелевского лауреата Пола Кругмана: «Общество среднего класса не появляется автоматически по мере развития экономики; его необходимо создавать политическими средствами». Именно средний класс является главной социальной опорой стабильных демократических институтов. И укреплять его, по идее, должно быть важнейшей задачей политического класса.

Однако пока прискорбной спецификой России надо признать большое количество «работающих бедных». Это учителя школ и преподаватели вузов, врачи, медработники и ученые. Это многие высококвалифицированные специалисты. Это те люди, которые, по идее, должны быть цветом нации, ее культурной и интеллектуальной элитой, но по факту многие из них претендуют на, то чтобы превратиться в отбросы общества.

Среди бедных много молодых семей, что совсем дико на фоне демографического кризиса в России (средний возраст населения – около 40 лет): рождение ребенка, а особенно двух почти моментально вгоняет большинство семей если не в состояние малообеспеченных/нищих, то постоянно нуждающихся.

Проблема растущего социального неравенства не получает пока должного отражения ни в общественном дискурсе, ни на уровне соответствующих правительственных программ (по его преодолению). Хотя уже постоянным «вторым планом» присутствует предложение о возврате к прогрессивной шкале налогообложения. Помимо того, что некоторые инициаторы видят в этом один из способов просто пополнения казны в трудные времена (с отнюдь не очевидным результатом), прогрессивный налог рассматривается как чуть ли не панацея в плане достижения большей социальной справедливости. Однако это не так. Современная глобальная экономика дает возможность так диверсифицировать бизнес и доходы, что «слинять» от прогрессии в иную юрисдикцию не составит никакого труда. Что, кстати, сделали многие представители российского олигархата даже при отсутствии прогрессивной шкалы. Они так отреагировали на политику «деофшоризации».

По опыту других стран, именно богатейшие люди имеют больше возможностей по совершенно легальной оптимизации своих налогов, нежели все остальные. В конкретных российских условиях такие меры могут привести к еще большему размыванию (вплоть до его исчезновения) среднего класса даже при прогрессивном налогообложении, вся тяжесть которого на средний класс и ляжет.

В большинстве стран мира прогрессивная система налогообложения существует. К примеру, в Норвегии, вообще в Скандинавии и в большей части Европы она привела к более справедливому распределению богатств, а вот в США и в Латинской Америке – нет.

Потому что система налогообложения работает в контексте общественно-экономических отношений и в связке с определенным образом настроенными политическими институтами.

Помимо этого, в разных странах предлагают и опробуют другие способы социального выравнивания. В какой степени эти методы борьбы с бедностью и сверхнеравенством могут быть применимы у нас?

В странах Третьего мира уже не первое десятилетие пропагандируют такую форму, как микрокредитование. По идее, это должно служить как финансовый стартап для бедных. Они на небольшие деньги начинают, скажем, какой-нибудь нехитрый бизнес. За это дали Нобелевскую по экономике. Однако мы и тут идем своим путем. Объем микрокредитования растет сумасшедшими темпами. В 2016 году рост составил 28%, до 90 млрд руб. (данные «Эксперт РА») По данным компании «Домашние деньги», в 2017 году совокупный объем портфеля микрозаймов достиг примерно 242 млрд рублей (включая МФО, кредитные кооперативы и ломбарды), рост за год — 30%. На сегодня на одно домохозяйство в России со средним заработком его членов менее 35 тыс. рублей приходится около 0,7 займа. Есть области, где на такую семью по 2-3 займа. Привело ли это к росту мелкого предпринимательства? Ничуть. Эти деньги идут на текущее потребление, латая дыры в системе соцобеспечения в том числе. А также являясь еще одним свидетельством того, что отечественная банковская система не работает толком на кредитование экономики.

Ровным образом нет эффективных механизмов государственного субсидирования ипотеки (успешно работавшая соответствующая программа была свернута в прошлом году). Ни в одном регионе России не работает система строительства массового жилья для социального найма (без права приватизации), хотя разговоров про это было в свое время предостаточно.

Региональным властям проще сбагрить земли под застройку частным застройщикам, строящим «бетонные джунгли» без социальной инфраструктуры, чем заниматься самим социально-ответственной жилищной политикой, довольствуясь «жалкими» 3-5% доходов от сдачи социального жилья в долгосрочную аренду не очень состоятельным гражданам. Доля социального жилья по стране не превышает 15%, среднемировой уровень — не менее 30%.

Недавно объявлено о таких важнейших мерах поддержки семей с детьми (первых кандидатов на пополнение рядов бедняков), как выплата пособий на первого ребенка. Наряду с «материнским капиталом» это важное подспорье. Однако если уж говорить о перекраивании налоговой системы в плане борьбы с чрезмерным расслоением общества, то давно пора перейти от индивидуального налогообложения к обложению домохозяйств (для семей с детьми, в первую очередь), более адекватно оценивая доход на каждого члена семей и применяя точечно разные налоговые льготы для семей с детьми.

Введение принципа почасовой оплаты труда с введением общефедеральной минимальной ставки.

В Америке к этому принципу перешли еще в годы «Нового курса» Франклина Рузвельта. Именно как к мере по борьбе с бедностью. В конкретных российских условиях это, в частности, сократит возможности для статистических манипуляций с двумя-тремя ставками, чтобы формально соответствовать, скажем, нормативам известных «майских указов» президента, которые часто за счет таковых манипуляций (частично) и выполняют региональные власти.

Важный ресурс – борьба с неравномерным распределением доходов на уровне корпораций и предприятий.

Данная проблема отчасти осознана на уровне экспертного сообщества в США как потенциально угрожающая стабильному развитию экономики. Разрыв между доходами CEO и медианной (не средней, это более точный показатель) зарплатой наемных работников данной корпорации в американских компаниях в 1970-х составлял максимум 20 раз. Сейчас – более 300. Для сравнения: в японских крупных компаниях он и сейчас меньше, чем в США полувековой давности (примерно 1:16). Одним из средств сокращений такого разрыва могут быть налоговые льготы или санкции. В Калифорнии, например, принят закон, по которому если доходы топ-менеджеров превышают медианную зарплату по компании более чем в 200 раз, то налог на прибыль для компании увеличивается. Если меньше – снижается. В Германии и других странах практикуется включение в обязательном порядке представителей наемных работников в советы управляющих.

Есть еще такой механизм, как наделение акциями фирмы или опционами не только топ-менеджмент, но и рядовой персонал. У нас несколько лет назад активно было начали обсуждать аналогичные меры – по предельным ограничениям доходов топ-менеджеров и руководителей предприятий по сравнению со средней зарплатой, в том числе говорили о надобности ограничить размеры «золотого парашюта». Но как-то потом все это рассосалось. И на сегодня не только российские топ-менеджеры в том числе государственных (!) корпораций зарабатывают в разы больше своих в том числе американских «коллег», причем часто вне зависимости от результатов деятельности компании, эффективности руководства топ-менеджмента, но и разрыв между этими сверхдоходам и медианными доходами по компании – также намного выше американских.

Западные экономисты в качестве одного из средств преодоления сверхнеравенства стабильно называют расширение возможностей для получения образования. Это верно, но нам для начала надо перестать финансировать систему образования по остаточному принципу, а преподавателей всех уровней содержать на уровне полунищих.

Из этой же области – обеспечение определенных стандартов услуг в медицинской области. Если требуется, то на основе введения принципов страховой медицины для всех. Так все равно будет честнее, люди все равно уже по факту платят за медобслуживание, но без всяких гарантий.

Если говорить о прогрессивной налогообложении, то такая прогрессия должна применяться к только реально состоятельным категориям населения, при освобождении от налогов реально малоимущих.

Однако, во-первых, в нынешних российских условиях на практике этот приведет к «жлобству» региональных властей, как это уже произошло в случае с налогами на недвижимость, которые сплошь и рядом волюнтаристски завышены, порой в разы. Во-вторых, реальная оценка уровня благосостояния невозможна без внедрения адекватной оценки соответствия доходов и расходов. Между тем в своем нынешнем состоянии российские политические институты не готовы к эффективному и справедливому администрированию ни первого, ни второго. Так чтобы в интересах большинства и, когда требуется, в ущерб состоятельному классу государственных капиталистов-чиновников. Впрочем, это во многом касается и всех других методов установления социальной справедливости.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477088 Георгий Бовт


Чехия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 29 января 2018 > № 2477050 Максим Саморуков

Что означает для России победа Земана в Чехии

Максим Саморуков

Пророссийские высказывания для Земана – это прежде всего способ позиционировать себя во внутренней политике. Показать, что он представляет простой народ и готов сопротивляться элитам. Что на посту президента он будет думать о практических интересах Чехии, а не об оторванных от реальности общечеловеческих ценностях. Что его приоритет – национальная экономика, а не гуманитарная говорильня

Последнее время в Европе не бывает просто выборов – везде решают судьбу страны, спасают демократию, рубят щупальца мирового зла. Вот и в Чехии, несмотря на парламентский строй, президентские выборы привлекли столько международного внимания, что в их чрезвычайную важность уверовали даже сами чехи и пришли голосовать в невиданных количествах – такой высокой явки (66,6%) там не было с 1990-х годов, когда разнообразие кандидатов еще казалось чем-то новым и заманчивым.

Обсуждать чешские выборы было тем более удобно, что некоторые внешние признаки позволяли легко вписать их в привычную картину противостояния «либерализм vs популизм», не влезая в местные тонкости. Вот вам кандидат сил света – интеллигентный прозападный профессор, бывший глава Академии наук Йиржи Драгош, а вот сил тьмы – вульгарный пророссийский ксенофоб Милош Земан. Соответственно и выбор между ними получается не персональный, а ценностный и геополитический: или с Европой, или с Россией. Так что вы уж не подкачайте.

Но чехи подкачали. Промышленные рабочие, пенсионеры, жители небольших городов вместо того, чтобы тихо сброситься с корабля современности, имели наглость прийти на избирательные участки и проголосовать за Земана. В результате он победил, набрав 51,4%, а Чехию списали в Восточную Европу, где торжествуют национал-популисты, готовые играть на низменных инстинктах, подрывать европейское единство и дружить с Владимиром Путиным.

Чешские архетипы

Однако если вписать нынешние чешские выборы не в общеевропейский, а в исторический чешский контекст, то они окажутся почти неотличимыми от многих предыдущих. Конечно, как дань моде в кампании появились новые темы беженцев и российского вмешательства, но в остальном за президентский пост боролись два традиционных типажа чешских политиков. Один – интеллигентный либерал, ориентированный прежде всего на ценности и Западную Европу. Второй – приземленный консерватор, не доверяющий всему иностранному и выше всего ставящий практическую пользу.

Пять лет назад на президентских выборах в этих амплуа выступали князь Карел Шварценберг и тот же Милош Земан соответственно. Еще раньше это были два предыдущих президента: Вацлав Гавел и Вацлав Клаус. Тогда в Чехии еще не было прямых президентских выборов, поэтому напрямую они никогда не сталкивались, но их взаимная неприязнь и острое соперничество широко известны.

Это традиционное разделение на прозападных идеалистов и националистичных прагматиков не совпадает ни с партийными, ни с общими границами правой и левой части политического спектра. Правый идеалист Шварценберг мог быть министром иностранных дел в правительстве правого националиста Нечаса, и их позиции по многим внешнеполитическим вопросам оказывались противоположными. А правый Клаус и левый Земан могли возглавлять две главные противоборствующие партии, но при этом прекрасно находить общий язык, как это было в 1998–2002 годах, когда Клаус со своей правой партией четыре года поддерживал правительство меньшинства социал-демократа Земана. Также и на нынешних выборах Клаус поддержал своего давнего противника Земана и, наоборот, в очередной раз обругал вроде бы союзников по правому лагерю Драгоша и Гавела.

К счастью для Чехии и в отличие от многих других стран Восточной Европы, обе эти политические традиции довольно конструктивны и, главное, абсолютно демократичны. Несмотря на все попытки представить Земана (а в свое время и Клауса) как страшных популистов и врагов демократии, они не пытались изменить конституционный строй, нарушить разделение властей и вообще переделать государственную систему под себя, как Орбан или Качиньский. А недоверие к Брюсселю не сопровождается у них желанием запретить неправильные НКО и развернуть широкий фронт борьбы за нравственность.

Разговоров о том, что популист Земан представляет угрозу для чешской демократии, хватало и на этих выборах, но они выглядели явно преувеличенными. Все-таки Земан уже пробыл президентом пять лет, а в 2013 году из-за парламентского кризиса даже смог назначить на полгода своего премьера. Но это не привело к деградации чешской демократии: президентские выборы прошли в срок, без административного давления, с дебатами главных кандидатов, а избирательный фонд оппозиционера Драгоша оказался даже больше, чем у действующего президента Земана.

Не менее натянутыми выглядят попытки изобразить Земана европейским Трапом. Прежде всего, Земан в отличие от Трампа – очень опытный политик, он четыре года был премьером, два года – спикером парламента, восемь лет – главой одной из двух крупнейших партий и пять лет – президентом. Собственно, такой огромный политический опыт и стал одной из главных причин победы Земана над Драгошем, который в чешской политике появился совсем недавно, а до этого занимал не особо публичный пост главы Академии наук.

Земан заработал всемирную известность своим курением, выпивкой и резкими вульгарными высказываниями. Но это не значит, что все пять лет президентства он непрерывно публично курил, пил и ругался матом. Просто мало кто станет писать про текущую политику в Чехии. А так Земан очень хорошо умеет подать себя величественным государственным мужем. Драгош, хоть и не замечен в публичных скандалах, со своим явным волнением и оговорками выглядит куда менее президентски, чем спокойный и вальяжный Земан с его ясными формулировками.

Попытка втиснуть эти выборы в западные схемы вообще сильно преувеличила степень поляризации в чешской политике. Там между основными политическими силами сохранился консенсус по куда более широкому кругу вопросов, чем во многих других европейских странах. Ни Драгош, ни Земан не планируют пересматривать чешскую демократию, их не волнуют ни скрепы, ни былое величие, оба не собираются выходить из НАТО или ЕС, а, наоборот, готовы углубить интеграцию в области внешней политики и безопасности. Оба не исключают перехода на евро, но только когда-нибудь в будущем. Оба против обязательных квот по приему беженцев.

Россия внутри

Главное, что разделяло кандидатов во внешней политике, – это российский вопрос. Для Драгоша Россия – источник исключительно угроз, от которых надо защищаться с помощью более тесной интеграции в ЕС. Для Земана Россия – крупная и почти соседняя держава, которая все равно никуда не исчезнет, поэтому лучше с ней договариваться, используя как экспортный рынок и некоторый противовес в отношениях с ЕС.

Однако не стоит ожидать слишком теплых чувств к России от человека, который был вынужден 20 лет своей жизни заниматься черт знает чем из-за советского разгрома Пражской весны. Пророссийские высказывания для Земана – это прежде всего способ позиционировать себя во внутренней политике. Показать, что он представляет простой народ и готов сопротивляться элитам. Что на посту президента он будет думать о практических интересах Чехии, а не об оторванных от реальности общечеловеческих ценностях. Что его приоритет – национальная экономика, а не гуманитарная говорильня.

Тут Земан тоже не придумал ничего принципиально нового. Его позиция по России вполне традиционна для чешской политики. Предыдущий президент Вацлав Клаус охотно говорил по-русски, призывал не ставить отношения ЕС с Россией в зависимость от мнения небольших прибалтийских государств, а в 2008 году заявил, что Запад сам в Косове создал для России оправдание для вмешательства в Абхазии и Южной Осетии. Но тогда международная обстановка была помягче, и Клаусу удалось избежать международного ярлыка проплаченного кремлевского агента, которого привели на президентский пост русские хакеры.

Земан уже был президентом Чехии на протяжении последних пяти лет, но это не привело к прорывам в чешско-российских отношениях. Если сравнить товарооборот между странами за 11 месяцев 2017 и 2012 годов (накануне прихода Земана к власти), то он даже в абсолютном выражении сократился почти на 30%, а доля России во внешней торговле Чехии упала вдвое: с 4,9% до 2,6%. Один визит Земана в компании чешских бизнесменов, пусть даже такой раскрученный, как в ноябре 2017 года, вряд ли способен принципиально изменить ситуацию.

Земан, как, впрочем, и многие другие чешские политики, регулярно говорит о неэффективности антироссийских санкций, но не предпринимает реальных шагов, чтобы заблокировать их продление. Также за пять лет президентства Земана не было никаких подвижек и в вопросе участия России в расширении чешских АЭС.

В отличие от многих других лидеров Восточной Европы Земан поддерживает идею строительства «Северного потока – 2», но ее в Чехии много кто поддерживает. Если проект будет реализован, то Чехия станет важной транзитной страной на пути в Южную Германию и Словакию. К тому же это не только российский проект, но и немецкий, и чехи не видят причин лишний раз ссориться с Германией.

В своей внешней политике Земан старается не столько сблизиться с Россией, сколько в целом диверсифицировать международные связи Чехии. Он говорит не менее комплиментарные вещи про Трампа, готовясь последовать его примеру и перенести чешское посольство в Израиле в Иерусалим. А в Пекин с Земаном ездила еще более многочисленная делегация, чем в Сочи.

Так что польза от нового президентства Земана для Москвы, скорее всего, останется в области символического. Возможно, Путин получит приглашение в Прагу, чтобы показать, что от европейской изоляции России ничего не осталось. Победа Земана на президентских выборах, скорее всего, поможет выигравшему парламентские выборы Андрею Бабишу найти в парламенте достаточно голосов, чтобы сформировать правительство, а значит, новый чешский кабинет будет относиться к Москве более-менее нейтрально. И конечно, никуда не денутся резкие высказывания Земана – радующие Москву и раздражающие лидеров Западной Европы.

В Чехии исторически сложилось так, что президент, несмотря на ограниченные полномочия, остается очень важной фигурой в политической жизни страны. Масарик, Бенеш, Гавел, Клаус – демократических президентов в чешской истории не так много, но все они были выдающимися политиками европейского масштаба. Переизбрание Земана продолжает эту традицию. Пусть этот пост будет трижды номинальным, но чехам все равно хочется видеть на нем кого-то яркого и независимого, а не просто благообразного профессора, повторяющего правильные банальности.

Чехия. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 29 января 2018 > № 2477050 Максим Саморуков


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter