Всего новостей: 2162209, выбрано 2605 за 0.108 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 июля 2017 > № 2250389 Дональд Трамп

Выдержки из интервью Трампа New York Times

Питер Бейкер (Peter Baker), Майклу Шмидту (Michael S. Schmidt), Мэгги Хаберман (Maggie Haberman), The New York Times, США

В среду президент Трамп дал в Овальном кабинете эксклюзивное интервью репортерам New York Times Питеру Бейкеру (Peter Baker), Майклу Шмидту (Michael S. Schmidt) и Мэгги Хаберман (Maggie Haberman). На встрече также присутствовала пресс-секретарь Белого дома Хоуп Хикс (Hope Hicks). В один из моментов в кабинет вошла дочь и советник президента Иванка Трамп вместе со своей дочерью Арабеллой.

Ниже приводятся выдержки из этой беседы на основе стенографической записи New York Times. Они немного подредактированы для ясности, и там опущены некоторые комментарии и отступления.

***

ТРАМП: Ну вот, Наполеон плохо кончил. Но я спросил. Я спросил президента: как насчет Наполеона? Он сказал: «Нет, нет, нет. То, что он сделал, это невероятно. Он спроектировал Париж». [неразборчиво] Уличная сеть, как они работают, ну, знаете, как спицы в колесе. Он еще много чего сделал. Но его проблема в том, что он той ночью не поехал в Россию, так как у него были другие занятия, а они все замерзли до смерти. Сколько раз Россию спасала погода? [неразборчиво]

[обмен репликами, неразборчиво]

То же самое случилось и с Гитлером. Но по другой причине. Гитлер хотел закрепиться на позициях. Он был на грани легкой победы. Но он хотел закрепиться, и тут вдруг температура опустилась до минус 35. И его армии пришел конец.

[обмен репликами]

Но русские умеют великолепно воевать на морозе. Они используют мороз к собственной выгоде. Надо сказать, они победили в пяти войнах, когда выступавшие против них армии замерзли до смерти. [обмен репликами] Это поразительно.

БЕЙКЕР: Мы говорим под запись, и многие люди очень хотят узнать о вашем разговоре с президентом [Владимиром] Путиным на обеде. Неудивительно. Так о чем же вы говорили и…

ТРАМП: Тот обед был очень долгий, его планировали заранее. Это был вечер в опере. Это последний вечер и прощание с Германией и с Ангелой Меркель. Это был ее обед. Ну, все о нем знали. О нем было хорошо известно.

Мелания сидела в другом конце стола, далеко от меня, очень далеко. Она сидела рядом с Путиным и с кем-то еще, я не знаю. Она сидела рядом с Путиным.

ХАБЕРМАН: Она была там до конца?

ТРАМП: Да. Она сидела рядом с Путиным.

БЕЙКЕР: А по-русски она говорит?

ТРАМП: Нет. Она говорит на других языках. Она сидела рядом с Путиным и с кем-то еще, вот так. Обед шел своим чередом, и дело шло к десерту. Я подошел поприветствовать Меланию и заодно поздоровался с Путиным. На самом деле это был просто обмен любезностями, не более того. Беседа была недолгой, но знаете, минут 15 она заняла. Говорили о разном. И было очень интересно, потому что мы затронули тему усыновления.

ХАБЕРМАН: Действительно?

ТРАМП: Мы говорили об усыновлении российских детей. Да. Я всегда считал это интересной темой. Потому что, знаете, он прекратил это несколько лет назад. И я действительно поговорил с ним об усыновлении российских детей. Это было интересно, потому что об этом же на той встрече говорил и Дон [сын Трампа]. Как я уже отмечал, большинство людей, когда им звонят и говорят: «Кстати, у нас есть информация о вашем оппоненте»… Так вот, я думаю, большинство политиков — знаете, я беседовал со многими, и они говорили [неразборчиво]: «Да кто откажется от такой встречи?» Они говорили…

ХАБЕРМАН: Сенаторы, которые внизу?

ТРАМП: Многие. Они говорили: «Кто откажется от такой встречи?»

БЕЙКЕР: Вы спрашивали их об этом за обедом?

ТРАМП: Ну да, парочку спрашивал. Они — знаете, это было до того, как Россия стала горячей темой, не забывайте. А в то время Россия не была горячей темой. Это было почти полтора года назад. Тогда все было иначе, это сейчас Россия стала радиоактивной темой. Россия была просто Россией.

ХАБЕРМАН: Могу я в таком случае спросить…

БЕЙКЕР: Извините, что перебиваю. Но в электронном письме говорится нечто такое, что я считаю очень любопытным, и мне интересно, что вы об этом думаете. Там говорится, что Россия и ее правительство поддерживают Трампа. Так что же на самом деле произошло на встрече…

ТРАМП: Ну, я это письмо никогда не видел. Никогда не видел это письмо до…

БЕЙКЕР: Правильно, но теперь увидели. Так как вы можете это истолковать, когда увидели его, что это значит?

ТРАМП: Ну, Хиллари устроила перезагрузку. Кто-то сегодня говорил об этом, а еще я читал, что Хиллари Клинтон смерть как хотела вернуться к перезагрузке с Россией. Ее муж произнес речь, получил полмиллиона баксов, когда она была госсекретарем. Она на посту госсекретаря заключила эту урановую сделку, которая просто ужасна, и получила много денег. Она была против санкций. Она была абсолютно против антироссийских санкций.

БЕЙКЕР: Когда это было?

ХАБЕРМАН: Вы помните, когда это было? Я не помню.

ТРАМП: Я просто видел это. Просто видел. Она была против санкций, решительно выступала против антироссийских санкций.

ХАБЕРМАН: Это было после Крыма, я полагаю? Мы об этом ведем речь?

ТРАМП: На самом деле, я не знаю…. Но где-то в это время. И не забывайте, Крым отдали при Обаме. Не при Трампе. Я тогда был на одном из шоу, и я сказал, что они абсолютно правы, но пересказали все иначе. Но он… это… Крым ушел при администрации Обамы, он отдал его, позволил ему уйти. Знаете, он может сколько угодно делать жесткие заявления, и в свое время он жестко разговаривал с Северной Кореей. Но в действительности все было не так. Он разговаривал с Северной Кореей недостаточно жестко. И знаете, сегодня у нас с Северной Кореей большие проблемы. Большие, очень большие. Посмотрите на все это, вы увидите линию на песке. Красную линию на песке в Сирии. Он не стрелял. Это я стрелял. Если бы он стрелял, у него бы не было этих — если бы он сделал нечто решительное, потому что, помните, там была гигантская газовая атака после этого его заявления. Гораздо мощнее, чем они провели при мне.

ХАБЕРМАН: Это тоже был зарин?

ТРАМП: Зарин. Погибло огромное количество людей, молодежи, детей. А он ничего не сделал. Это были знаменитые выходные, когда все просили его: сделай это, сделай это. Они думали, что добились своего, а он… Я скажу, нелегко такое сделать, потому что когда я принимал это решение, я был с руководителем Китая. А генерал Мэттис [министр обороны Джим Мэттис] сказал: «Мы готовы, сэр». И я ему в ответ [бормочет], я говорю [бормочет]. Я говорю: смотрите, вы же убьете людей.

ХАБЕРМАН: Да.

ТРАМП: Это ненавистно, это трудно. Знаете, Обама — я могу его понять в определенной мере, но некоторые вещи просто приходится делать. Но опять же, это трудно, это очень непростое решение.

БЕЙКЕР: Хочу прояснить до конца про почтовые сообщения. Теперь, когда вы увидели это электронное сообщение про действия российского правительства, как вы его истолковали?

ТРАМП: Ну, сначала я думал, что это имеет какое-то отношение к российским деньгам, которые шли на нужды НКДП (Национальный комитет Демократической партии, прим. ред.). Где-то я слышал об этом. Ну, типа, это было противозаконное действие НКДП или демократов. Вот что я слышал. Не знаю, где я это слышал, но я слышал, что это как-то связано с незаконными действиями по отношению к НКДП. А потом, если взглянуть на то, что стало достоянием гласности, получается, что они совершали ужасные поступки. Вот что я слышал. Но я не знаю, что это значит. Я знаю одно: когда кто-то звонит и говорит, что у него есть информация… Посмотрите, что они со мной сделали из-за России, а ведь это было полное вранье.

Суть дела такова. Страна добивается немалых успехов. Мы делаем множество замечательных дел. Уровень безработицы —самый низкий за 16 лет. Рынок ценных бумаг поднялся до высочайшей отметки. Почти на 20% после моего прихода к власти. И мы напряженно работаем над здравоохранением. Расследование против России… Это не расследование, оно не против меня. Знаете, они смотрят на многое.

ХАБЕРМАН: Это широкая…

ТРАМП: Они изучают всю большую картину.

БЕЙКЕР: Вот поэтому я хочу вернуться к этим электронным письмам. Беспокоит ли это вас? Давайте скажем, что результаты выборов не изменились из-за всего того, что сделала Россия. Вы это хотите сказать? В этом смысл…

ТРАМП: Между прочим, так все говорят.

БЕЙКЕР: Да. Вы указываете на то, что демократы пытаются этим оправдаться, хорошо. Но не вызвали ли у вас беспокойство эти письма, а также то, что российское правительство пыталось как-то скомпрометировать…

ТРАМП: Знаете, Питер, честно говоря, я не очень внимательно это изучал.

БЕЙКЕР: Ладно.

ТРАМП: Я просто слышал, что было какое-то письмо с просьбой о встрече или что-то такое — да, с просьбой о встрече. Что у них есть какая-то информация о Хиллари Клинтон. И я тогда сказал — ну, что в политике это обычное дело.

ШМИДТ: Вы в то время знали, что у них была встреча?

ТРАМП: Нет, я ничего не знал об этой встрече.

ШМИДТ: Но вы не…

ТРАМП: Должно быть, это была не очень важная встреча, так как я ничего о ней не слышал.

ХАБЕРМАН: Что, вам никто ни слова не сказал, ничего? Я знаю, мы говорили об этом немного в самолете.

ТРАМП: Нет, мне никто не говорил. Я ничего не знал — это была не очень важная встреча, судя по тому, как о ней говорили.

БЕЙКЕР: Но в тот день, когда вы выиграли номинацию в Нью-Джерси и в Калифорнии, а также праймериз, когда вы выступали с речью в тот вечер, вы заявили, что расскажете о нечистоплотных сделках Хиллари Клинтон с Россией и с другими странами. И было это спустя всего три часа после того, как Дон-младший…

ТРАМП: Первое, вы помните, я тогда произносил много речей.

БЕЙКЕР: Людей заинтересовало совпадение по времени.

ТРАМП: Много было этих речей. Я все время ее критиковал.

БЕЙКЕР: Да, я знаю, но…

ТРАМП: Там было что-то про книгу о клинтоновских деньгах.

БЕЙКЕР: Да, но она вышла за год до этого.

ТРАМП: Но мы вскрывали все это целиком. Было что-то об этой книге. Питер, это все, что я делал — произносил речи о ней…. Не знаю, сказал ли я что-то отличное от того, что делал. Я произносил очень сильные речи об этой нечистоплотной переписке. 33 тысячи сообщений удалили и вымарали; все, что она делала. Я регулярно выступал с такими речами…. Я уже не мог сказать о Хиллари Клинтон ничего хуже того, что говорил до этого

ХАБЕРМАН: [смеется] Извините.

ТРАМП: Ну, то есть, я говорил и разоблачал, она удаляла и вымарывала, а этого никто не делает из-за издержек. Я понятия не имею, как ей это сошло с рук. 33 тысячи электронных сообщений. Я говорил о закулисных сделках, я говорил об урановой сделке, я говорил о речи, что Россия дала Клинтону 500 тысяч долларов, когда она была госсекретарем — мужу Хиллари. Честно, Питер, это все. Ну, за исключением того случая, если бы стало известно, что она стреляла кому-то в спину. А так я не мог добавить что-то новое к своему репертуару.

ХАБЕРМАН: На Пятой авеню…

ТРАМП: Смотрите, что получается. У нас директор ФБР, исполняющий обязанности, который получил 700 тысяч долларов, его жена, которая получила 700 тысяч долларов по сути дела от Хиллари Клинтон. Потому что делалось это через Терри (губернатор Виргинии Терри Маколифф (Terry McAuliffe) — прим. пер.) А Терри это Хиллари Клинтон.

ХАБЕРМАН: Вы имеете в виду жену Эндрю Маккейба (Andrew G. McCabe)?

ТРАМП: Жену Маккейба, да. Она получила 700 тысяч долларов, а он работает в ФБР. Что вы об этом думаете? Но когда вы говорите об этом, стоит на минуту задуматься. Я не думаю — вы можете дать мне целый поток новой информации — я не думаю, что могу здесь что-то добавить, этим все сказано. Знаете, можно многое говорить. А потом все надоедает, так ведь? Вот как можно удалять почтовую переписку, получив повестку от конгресса США? За это в тюрьму сажают, когда в гражданском деле удаляют электронные сообщения. А здесь — она получает письмо из конгресса США…

БЕЙКЕР: Так ее сейчас следует привлечь по закону?

ТРАМП: Что?

БЕЙКЕР: Может, ее сейчас следует привлечь к суду? Почему бы не привлечь?

ТРАМП: Ну, я этого не хочу говорить. Не хочу говорить.

ШМИДТ: Последнее.

ТРАМП: Питер, вы понимаете, что я имею в виду.

БЕЙКЕР: Я знаю.

ТРАМП: Я имею в виду вот что. Предположим, они могли мне дать дополнительную информацию. Это бы мне не помогло. У меня было столько материалов…

ШМИДТ: Последнее. Если Мюллер…

ТРАМП: Если бы я использовал эту информацию, лучше бы все равно не стало. Потому что я и так победил.

ШМИДТ: Последнее. Если бы Мюллер захотел изучить ваши финансы и финансы вашей семьи, не имеющие отношения к России, стало бы это красной чертой?

ХАБЕРМАН: Не вышло бы это за рамки обвинения?

ТРАМП: Я бы сказал да. Я бы сказал да. Кстати, я бы сказал, что я не… Ну, возможно, есть какая-то квартира или что, я продаю много квартир, и вдруг кто-то из России купит такую квартиру, кто знает? Я не зарабатываю деньги в России. На самом деле, у меня есть письмо в подтверждение этого, от одной из самых авторитетных юридических фирм, от аудиторских фирм. У меня нет зданий в России. Говорят, будто я владею зданиями в России. Это неправда. Говорят, будто я зарабатываю деньги в России. Не зарабатываю. Не владею, не зарабатываю, нет и нет. Когда-то я изучал возможности по заключению сделки в России, но не заключил ни одной. Если не считать конкурс «Мисс Вселенная», проведенный там восемь, девять лет назад [обмен репликами].

ХАБЕРМАН: Если бы он вышел за рамки, задумались бы вы…

ТРАМП: Я думаю, это нарушение. Ведь это следствие по России. Поэтому мне кажется, если он хочет посмотреть, что ж. Финансовое положение у меня очень хорошее, моя компания невероятно успешна. И вообще, когда я подаю отчетность, люди поражаются и говорят: «Вот это да». Люди понятия не имеют, насколько она успешна. Это великолепная компания. Но я сейчас даже не думаю об этой компании. Я думаю о другом. Потому что когда занимаешься такими делами, компании кажутся пустяком. Я серьезно так думаю. Они кажутся мелочью. Но у меня нет доходов из России. Я не занимаюсь бизнесом в России. Тот человек, которого вы упомянули, и его сын, они чудесные люди. Но по сути дела, они привезли конкурс «Мисс Вселенная» в Россию, чтобы открыть новое направление в своем бизнесе. Может, дело в том конференц-центре, где проходил этот конкурс. Это был чудесный вечер, а я уехал. Я уехал, знаете ли, уехал из Москвы. Это была не Москва, это было за ее пределами.

ХАБЕРМАН: Вы бы уволили Мюллера, если бы он вышел за определенные параметры своего обвинения? [обмен репликами]

ШМИДТ: Что бы вы сделали?

[обмен репликами]

ТРАМП: Я не могу, не могу ответить на этот вопрос, потому что такое вряд ли произойдет.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 20 июля 2017 > № 2250389 Дональд Трамп


Сирия. США. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2247087 Марианна Беленькая

Без Ирана и Израиля. Что мешает договоренности Трампа – Путина по Сирии

Марианна Беленькая

Израиль требует гарантий, что в результате соглашений Иран и его союзники отодвинутся от израильских границ. Вашингтон надеется, что Москва повлияет на Иран и проиранские силы будут соблюдать условия перемирия. Но реакция Ирана пока очень сдержанная

Шаг вперед и два назад – так идут переговоры об урегулировании в Сирии. Новую страницу в процессе должна была открыть договоренность о прекращении огня на юго-западе страны, о которой было объявлено по итогам встречи Путина и Трампа в Гамбурге 7 июля, но и она вряд ли станет исключением. Слишком много нюансов и заинтересованных сторон, чтобы пазл сложился. Настораживает отсутствие официальной реакции Дамаска и очень сдержанные комментарии Тегерана. А также почти неожиданная реакция Израиля: «Это плохое соглашение». Но главное – спустя неделю после того, как договоренность вступила в силу, все еще не определен механизм мониторинга за ее соблюдением. А значит, основные сюрпризы еще впереди.

О чем договорились

В Гамбурге было объявлено, что как раз накануне встречи Трампа и Путина в иорданском Аммане завершились консультации российских, американских и иорданских экспертов. Результатом их работы стал Меморандум о создании юго-западной зоны деэскалации. Она включает три сирийские провинции – Дераа, Эль-Кунейтра и Эс-Сувейда.

«Россия и США взяли на себя обязательство обеспечить соблюдение режима прекращения огня всеми группировками, которые там находятся, обеспечивать гуманитарный доступ и наладить контакты между находящимися там оппозиционерами и мониторинговым центром, который создается в столице Иордании. На первых порах безопасность вокруг этой зоны будет обеспечиваться с использованием сил и средств российской военной полиции при координации с США и Иорданией», – заявил глава МИД РФ Сергей Лавров.

Суть соглашения в том, что каждый из трех гарантов перемирия будет оказывать влияние на соответствующие стороны конфликта. В зону ответственности Москвы входят официальный Дамаск во главе с президентом Сирии Башаром Асадом, а также Иран и подконтрольные ему военизированные структуры, включая шиитское движение «Хезболла». США и Иордания отвечают за различные группы сирийской оппозиции.

Консультации в Аммане продолжались несколько месяцев. В Госдепе отметили, что юго-западная зона была сознательно выбрана с самого начала переговоров как самый управляемый район из всех, где ведутся боевые действия. Здесь ситуация не столь запутанна, как на севере. На происходящее никак не влияют Турция и курды, то есть несколькими игроками меньше. Если пример юго-западной зоны окажется удачным, то его можно будет применить и на другие районы Сирии, отмечают американские дипломаты. Но ведь есть и другой опыт – зоны, которые создаются при участии России, Турции и Ирана. Означают ли новые договоренности, что он неудачный?

Плюс или минус Астана

Первый вопрос, который возникает после сделанных в Гамбурге заявлений, – как связаны амманские консультации с переговорами в Астане при посредничестве России, Турции и Ирана? Именно в столице Казахстана в начале мая было объявлено о создании четырех зон деэскалации. Первая, на севере Сирии, включает провинцию Идлиб, а также граничащие с ней районы провинций Латакия, Алеппо и Хама. Вторая – север провинции Хомс. Третья – Восточная Гута. Четвертая – районы на юге Сирии в провинциях Дераа и Эль-Кунейтра. Запрет на ведение боевых действий в этих районах введен на полгода. Соглашение не распространялось на ИГИЛ и «Джебхат Фатх аш-Шам» (бывшая «Джебхат ан-Нусра», обе запрещены в РФ). Несмотря на то что к этому перемирию присоединились десятки группировок, оно многократно нарушалось.

За два последующих месяца так и не было решено, кто отвечает за безопасность в этих зонах, не определены и их четкие границы. Зато оговаривалась возможность сформировать дополнительные зоны безопасности и увеличить число ответственных сторон. Еще в мае российские военные заявили, что к соглашению может присоединиться Иордания.

В июле, на очередной встрече в Астане накануне переговоров Трампа и Путина, было объявлено, что стороны окончательно договорились о границах зоны в районе Хомса и Восточной Гуты. Нерешенными оставались только вопросы на севере – там переговоры увязли из-за Турции. Что касается юга, то там, по словам спецпредставителя президента РФ по сирийскому урегулированию Александра Лаврентьева, нельзя было обойтись без участия США и Иордании.

Договоренность в Гамбурге такое участие обеспечила. Правда, по сравнению с тем, о чем говорили в Астане в мае, южная зона расширилась. В нее включили еще и провинцию Эс-Сувейда. Причин для такого расширения может быть много. Например, по сравнению с маем ситуация в районе границы Сирии с Иорданией и Ираком существенно изменилась в пользу Дамаска и близких к нему прошиитских формирований. Неслучайно представители нескольких группировок сирийской оппозиции, действующих на юге, отказались от участия в последнем раунде Астаны. Амманские консультации возвращают их в переговорный процесс.

Западные СМИ подчеркивают, что астанинские и амманские соглашения никак не связаны. Мол, майские договоренности реализовать не удалось, поэтому России понадобились переговоры с США. В Москве же всячески демонстрируют, что это два параллельных процесса. «По четвертой зоне согласование идет не только в астанинском формате, но и в формате Россия, США и Иордания», – сказал 15 июля постпред России при Отделении ООН и других международных организациях в Женеве Алексей Бородавкин. Ранее глава МИД РФ Сергей Лавров подчеркивал, что по южной зоне без США и Иордании договариваться невозможно, и в Астане уделяли внимание прежде всего другим зонам деэскалации. Вопрос, знали ли об амманских консультациях в Турции, а главное – в Иране.

Антииранская сделка?

«Похоже, что США согласились с тем, что Асад должен будет остаться у власти, по крайней мере пока. Россия будет решать, когда Асад должен уйти, и США будут ждать этого дня. Взамен Россия признала, что влияние Ирана на Ближнем Востоке должно быть ослаблено», – так турецкая газета Daily Sabah комментирует итоги переговоров Путина и Трампа.

Однако это описание скорее желаемое, чем действительное. Никаких новых договоренностей о дальнейшей судьбе сирийского президента не появилось. Еще до встречи Трампа и Путина американская сторона дала понять, что будущее Асада – вопрос не первой важности. Сначала нужно покончить с ИГИЛ, наладить стабильный политический процесс, тогда и станет понятно, что делать с сирийским президентом.

Что касается Ирана, то здесь Россию также убеждать не надо. В Сирии Москва и Тегеран хоть и находятся по одну сторону баррикад, но все равно соперничают друг с другом. Если бы Россия могла избавиться от иранского влияния в регионе, она бы это непременно сделала. Проблема в том, что Иран – один из самых влиятельных игроков в Сирии и во многом определяет линию поведения сирийского руководства. Поэтому Москва предпочитает договариваться и с Тегераном, и с Вашингтоном, ценя оба переговорных процесса – в Аммане и в Астане. В идеале они должны дополнять, а не исключать друг друга.

Другое дело, что Москве непросто лавировать между разными посредниками – в первую очередь между Ираном и США. Но от этого зависит и судьба сирийского урегулирования в целом и успех амманских соглашений в частности.

Пока реакция Ирана очень сдержанная. Перемирие должно быть всеобъемлющим и не ограничиваться одной зоной, заявляют иранские дипломаты. Кроме того, официальный представитель МИД Ирана Бахрам Касеми подчеркнул, что никакое соглашение не станет успешным, если не будет учитывать ситуацию на местах. А ситуация на местах такова, что во многих регионах Сирии, в том числе на юге, находятся проиранские военизированные формирования – «Хезболла» и иракские шиитские отряды.

В первые дни после гамбургских заявлений все западные источники утверждали, что результатом реализации российско-американских договоренностей должен стать вывод проиранских формирований из зоны деэскалации. Особо подчеркивалось, что иранские силы и их союзники не должны находиться в приграничном с Израилем районе. И естественно, возникал вопрос, сможет ли Россия добиться этого от Ирана.

Израиль в этом раскладе появился неслучайно. Американские посредники неоднократно обсуждали с израильскими властями детали переговоров в Аммане и обещали учесть их требования. Прежде всего, как пишет «Гаарец», Израиль настаивал на том, чтобы из переговорного процесса о судьбе южной зоны деэскалации были исключены Турция и Иран. То есть никакой связи с переговорами в Астане быть не должно. Далее израильтяне требовали гарантий, что в результате соглашений Иран и его союзники отодвинутся от израильских границ. Опасаясь связей с иранцами, Израиль также выступал против размещения в зоне деэскалации российских военных, предпочитая им американцев.

Девятого июля, в день, когда российско-американское соглашение вступило в силу, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху сказал, что разговаривал и с Трампом, и с Путиным. Оба обещали учесть израильскую точку зрения. Но спустя неделю Нетаньяху объявил, что выступает против планов Москвы и Вашингтона. Со ссылкой на дипломатические источники «Гаарец» утверждает, что тональность израильского премьера изменилась после того, как израильтяне получили текст соглашения и не нашли в нем ни единого слова об Иране, «Хезболле» или других шиитских формированиях в Сирии. То есть документ вообще не учитывает интересы Израиля, а также интересы сирийской оппозиции, которая кровно заинтересована в том, чтобы проиранские формирования оставили их в покое.

Какую именно бумагу показали Нетаньяху, непонятно. Российско-американо-иорданский меморандум не опубликован. Сомнительно, что Россия действительно была готова открыто внести в документ пункты, касающиеся Ирана. Да и вопрос, как будут реализованы соглашения на практике, еще прорабатывается. Очень многое зависит от договоренностей о механизме мониторинга в зоне деэскалации.

Проблемы деэскалации

Вашингтон надеется, что Москва все же окажет влияние на Иран и проиранские силы будут соблюдать условия перемирия. Это непросто, на местах ситуация очень хрупкая. В первые же дни после прекращения огня было зафиксировано несколько нарушений. Сирийские военные настаивают, что ведут бои только против ИГИЛ, но оппозиция утверждает, что удары были нанесены по подконтрольной им территории. Спровоцировать ситуацию могут и сирийские радикальные группировки, и Иран – особенно если почувствует, что его выдавливают из зоны деэскалации. Таким образом уже были сорваны многие перемирия.

Именно поэтому так важен механизм мониторинга в зоне деэскалации. Кто должен осуществлять наблюдение? Как доверять наблюдателям? Какие полномочия будут у сил, гарантирующих соблюдение перемирия? И очень важно разграничить конфликтующие стороны, хотя это крайне сложно с учетом того, что различные группировки перемешиваются друг с другом.

В этих вопросах увязли переговоры в Астане по трем зонам деэскалации. Судя по последним заявлениям российских дипломатов, урегулировать их надеются к сентябрю. Возможно, в Аммане договорятся быстрее. По крайней мере, было объявлено, что соглашение о мониторинге в юго-западной зоне может появиться уже на этой неделе.

Главное, чтобы оно устроило не только дипломатов, но и военных, а также тех, кто непосредственно находится в зоне конфликта. В СМИ уже появились сообщения, что гамбургские заявления стали сюрпризом как для американских военных, участвующих в сирийской операции, так и для многих командиров отрядов сирийской оппозиции.

Поэтому пока невозможно сказать, насколько конструктивными окажутся очередные договоренности по Сирии между Москвой и Вашингтоном. Да, это шаг вперед. Госсекретарь США Рекс Тиллерсон назвал соглашения «первым признаком того, что США и Россия способны вместе работать в Сирии». Но «первый» тут относится только к администрации Трампа, а до него у Москвы несколько раз получалось договориться с президентом Обамой относительно развития событий в Сирии. Однако каждый раз идиллия была недолгой. Либо что-то случалось в Сирии, где хватает самых разнообразных провокаторов, либо в целом обострялись российско-американские отношения. И все начиналось с начала.

Сирия. США. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 18 июля 2017 > № 2247087 Марианна Беленькая


США. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 июля 2017 > № 2247518

Европа осмеливается говорить США «нет»

Европейцы десятки лет «брали под козырек» перед США. Сегодня европейцы бунтуют.

Микаэль Сейделин (Michael Seidelin), Politiken, Дания

Европейцы десятки лет «брали под козырек» перед США.

Но руководящая роль США ослаблена, ЕС — экономический гигант, противостоящий США, а доверие к президенту Трампу — практически на нуле.

Президент Дональд Трамп пообещал «вновь сделать Америку великой», признавая, что американское лидерство — уже не то, что было. Вчера в Париже ослабленный американский президент вел переговоры со своим французским коллегой Эммануэлем Макроном, поставившим перед собой цель сохранить США для международного сотрудничества.

Сегодня президент Трамп присутствовал на Елисейских Полях на военном параде с участием американских солдат — в память о том, что США 100 лет тому назад встали на сторону французов и британцев в I мировой войне.

США сделали первые шаги к тому, чтобы стать мировой державой и защитницей Европы, и страна особенно активно стала играть эту роль после II мировой войны. Европейцы зависели от Европы (так в оригинале, — прим. ред.), и они испытывали чувство благодарности по отношению к американцам. США никто не перечил. Но сейчас этому пришел конец.

Европу сотрясают перемены

Федеральный канцлер Ангела Меркель — политик очень рациональный и расчетливый, основательно взвешивающий каждое слово и каждый шаг. Именно поэтому — и в силу веса канцлера и Германии в Европе и мире — ее речь в Мюнхене 28 мая вызвала некоторое волнение в Европе.

После встреч с президентом Дональдом Трампом во время саммита НАТО и на встрече «семерки» в Италии она сказала, что времена, когда они могли целиком и полностью полагаться на других, — уже позади. «Мне довелось это испытать в последние несколько дней».

Заявление привлекло к себе внимание и потому, что было сделано главой Германии, бывшей с 1949 года лояльным членом НАТО. Речь федерального канцлера последовала за высказываниями Дональда Трампа о Германии, которая, по его мнению, экспортирует в США слишком много автомобилей, и о европейцах, которые платят в НАТО недостаточно денег.

Внешнеполитический обозреватель Washington Post Энн Эплбаум (Anne Applebaum) была категорична: «Результатом этой поездки является то, что влияние США, всегда проявляющееся в торговле и военных союзах к взаимной выгоде, — сейчас меньше, чем когда-либо в новейшее время».

Через несколько дней президент Эммануэль Макрон в сильных выражениях раскритиковал решение президента Трампа вывести США из глобального соглашения по климату, и на ежегодной встрече министров ОЭСР, торговой организации промышленно развитых стран, США оказались в полной изоляции по сравнению с другими членами организации, образовавших единый фронт.

США не смогли присоединиться к заявлению, написанному председателем — Данией, предостерегающим от протекционизма и отказа от многосторонней торговой системы.

Европейцы — и даже обыкновенно преданный США и десятилетиями ничего не критикующий союзник Дания — высказали свое мнение. Европейцы вообще больше не щелкали каблуками, заслышав инструкции из Вашингтона. Что же произошло?

Кульминация кризиса

Последние события — лишь кульминация многолетнего кризиса и недоверия, начало которому положила война в Ираке. Франция была одной из стран, которая в 2003 году дистанцировалась от американской интервенции в Ираке, и французские предсказания относительно драматичных последствий войны сбылись.

Европа раскололась.

Великобритания была лидером европейских стран, которые предпочли поддержать войну президента Джорджа Буша. Дания была не единственной, кто решил поддержать США, подавляющее большинство в Фолькетинге предпочло принять участие, направив солдат в Ирак, да и новые демократии в Восточной Европе тоже последовали за США.

Сегодня положение совершенно изменилось.

Гражданские датские министры позволяют себе критиковать американского президента, а что касается более серьезной темы, то европейский фронт против решения президента Трампа вывести США из глобальных соглашений по климату, непоколебим.

Если говорить о политике безопасности, то даже восточноевропейцы призадумались в связи с двусмысленными сигналами президента Трампа о НАТО, да и дискуссии о европейском сотрудничестве в области обороны — вновь в повестке дня ЕС, где комиссар по вопросам конкуренции Маргрете Вестагер (Margrethe Vestager) налагает на Google и прочих гигантские штрафы за нарушение правил конкуренции — к огромной ярости американцев.

Разрыва с США не хочет никто, и приглашение Дональда Трампа президентом Макроном — это попытка навести новые мосты.

Но со смирением и покорностью покончено.

США. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 июля 2017 > № 2247518


США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 июля 2017 > № 2246247 Джефф Безос

Джефф Безос получил премию Базза Олдрина за инновации в космической отрасли

Анастасия Ляликова

редактор новостей Forbes.ru

Сам астронавт заявил, что он «в восторге» от того, что Безос и Blue Origin стали первыми лауреатами премии

Основатель Amazon и Blue Origin Джефф Безос (№3 в глобальном рейтинге Forbes, состояние $72,8 млрд) получил премию Базза Олдрина за инновации в космической отрасли. Об этом сам 87-летний астронавт, ставший вторым человеком, ступившим на Луну, сообщил в своем Twitter. Церемония награждения проходила в Космическом центре Кеннеди NASA.

«У нас может быть триллион человек в солнечной системе. Что удерживает нас от этого следующего шага, так это то, что космические путешествия слишком дороги», — заявил Безос, передает Z News.

Его компания Blue Origin, занимающаяся космическими полетами, пытается снизить их стоимость за счет повторного использования ракет. «Я беру свои доходы от Amazon и трачу их ( на ракеты, которые можно использовать повторно). Мне невероятно повезло, что я могу это сделать», — добавил миллиардер. Фонд также удостоил премией бывшего астронавта NASA Мае Джеймисон, первую афроамериканку, побывавшую в космосе. Она получила Buzz Aldrin Space Pioneering Award.

Сам Олдрин, выступая на церемонии, заявил, что, по его мнению, люди смогут высадиться на Марсе уже в 2040 году. В частности, космическое агентство для этих целей запустило космическую ракетную систему и космический корабль Orion.

«Когда Базз говорит: «Поднимите свою задницу на Марс», речь идет не только о физической части того, как добраться до Марса, но и о приверженности большому и смелому делу», — заявила Джеймисон в беседе с The Associated Press.

Безос — глава интернет-компании Amazon.com, основатель аэрокосмической компании Blue Origin и владелец газеты The Washington Post. Он ежегодно продает акции интернет-ретейлера на $1 млрд, а полученные средства вкладывает в Blue Origin. В 2017 году он впервые вошел в тройку лидеров в рейтинге богатейших людей мира по версии Forbes с состоянием $27,6 млрд.

Blue Origin — не единственная частная компания, работающая над отправкой людей в космос: Space Exploration Technologies Corp. Илона Маска планирует отправить двух туристов в путешествие вокруг Луны в конце следующего года. Также этим занимается Virgin Galactic Ричарда Брэнсона.

США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 июля 2017 > № 2246247 Джефф Безос


США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 17 июля 2017 > № 2246246 Арег Галстян

Доступ к телу. Кто из крупных лоббистов стоит ближе к Трампу

Арег Галстян

американист

Финансисты и банкиры, содержатели казино и нефтяники — самые влиятельные группы поддержки президента-миллиардера

Недавно Центр ответственной политики опубликовал ряд отчетов о деятельности финансовых и бизнес лоббистских групп влияния за последние два года. Прежде чем перейти к анализу этих отчетов, важно отметить, что сегодня наблюдаются интересные тренды в американской политической лобби-истории. Первый — это постепенная лоббистская переориентация крупного бизнеса от республиканцев к демократам. Второй тренд отчетливо демонстрирует рост популярности firm-lobbying, при котором большую часть ответственности заказчик перекладывает на исполнителя. Все это в значительной степени меняют облик бизнес-лоббизма и помогают понять, какие группы влияния будут воздействовать на президента Трампа, его администрацию и Конгресс.

С 2008 года первую строчку в списке топ отраслевых лобби-заказчиков неизменно занимает финансовый сектор, суммарные затраты которого превысили $1 млрд. Примечательно, что последние четыре года рекордсменом по затратам на политические услуги лоббистов остается Renaissance Technologies — частная инвестиционная фирма, основанная миллиардером Джеймсом Саймонсом, которого Financial Times назвала самым умным миллиардером. Согласно имеющимся отчетам, эта фирма потратила $51 млн, 23 из которых ушли демократам. Таким образом, Саймонс впервые за много лет отдал предпочтение лоббистам из стана «ослов». Другие крупные финансовые игроки — «Paloma Partners», «Bloomberg LP» и «Pritzker Group» — также свели до минимума свои контакты с Республиканской партией.

После победы Трампа крупным финансовым группам, ушедшим на сторону демократов, гораздо сложнее удержать свои позиции. Уже сегодня наблюдается усиление Elliott Management, прореспубликанского хедж-фонда, который вложил в партийных лоббистов $27 млн. Действующий глава Белого Дома имеет хорошие отношения с основателем и президентом этой фирмы Полом Сингером. Более того, Сингер, будучи одним из основных доноров консервативной Америки, сыграл немаловажную роль в процессе легитимации Трампа для партийных элит. Конечно, Саймонс — главный конкурент Сингера — вряд ли сдастся без боя и увеличит вливания в Демократическую партию перед грядущими выборами в Конгрессе 2018 года. Однако, несмотря на исход противостояния финансовых гигантов на Капитолийском холме, Пол Сингер уже получил прямой доступ к Овальному кабинету.

Игорный бизнес по-прежнему продолжает оставаться одним из крупнейших заказчиков политического влияния. В гемблинге, который прошел в Америке тернистый путь становления в качестве законного бизнеса, действуют более сложные отношения между ведущими игроками. В 2016 году представители этой бизнес-среды вложили в федеральное лоббирование 80 млн. «Las Vegas Sands» — крупнейшее в мире казино, созданное миллиардером Шелдоном Адельсоном, направило в этом году «слонам» рекордные $44 млн. Золотая эпоха этого заведения приходится на период правления неоконсервативной элиты во главе с Джорджем Бушем-младшим. В 2007 году Адельсон занял третью строчку в списке самых богатых людей страны с состоянием $26,5 млрд. Проблемы начались, когда он впервые за долгие годы обратился в фирму, которая продает доступ к политикам-демократам (к 2008 году они контролировали Белый Дом и Конгресс).

Ричард Сьюэн — лоббист, специализирующийся на работе с Демократической партией, организовал тайные переговоры Las Vegas Sands с китайскими политиками по вопросам открытия сети казино в Макао. Изначально все шло по плану, пока при администрации Обамы не началось ухудшение отношений между Вашингтоном и Пекином. В итоге китайцы ввели ограничения для американских граждан на получение туристической визы, из-за чего значительно снизилась посещаемость казино The Venetian. Более того, китайцы приостановили все переговоры с Адельсоном. В связи с этим, Las Vegas Sands отказался платить гонорар в $5 млн лоббистам из продемократической фирмы. В свою очередь, Сьюэн подал на Адельсона в суд, что нанесло сильный урон репутации миллиардера.

Желая расквитаться с демократами, Шелдон Адельсон вложил огромные средства в республиканцев, которые взяли Конгресс в 2014 году и Белый Дом в 2016-м. Кроме того, он стал одним из первых республиканских меценатов, открыто поддержавших Трампа после его победы на праймериз. Добрый жест со стороны одного из финансовых «крестных отцов» Республиканской партии стал важным сигналом для Трампа, который начал идти на конфронтацию с партийной элитой. Как и Пол Сингер, Адельсон, получив расположение президента, вновь вернулся в большую политику. Теперь он намерен укрепить и расширить свой бизнес по всему миру. Серьезных конкурентов в американском игорном бизнесе у него нет, поэтому вскоре мы можем стать свидетелями очередного резкого взлета Las Vegas Sands.

Банковский сектор, как правило, не тратит сумасшедшие средства на лоббистскую деятельность в Конгрессе, предпочитая покупать максимум влияния в администрации. При этом банковское лобби, как и финансовое, делало ставку на Хиллари Клинтон. После ее поражения в немилости оказались Bank of America, JPMorgan Chase & Co и Amalgamated Bank. Широкие возможности открываются перед Wells Fargo - четвертым по величине банком в США и крупнейшим в мире по рыночной капитализации, Citigroup — одним из крупнейших банков и первичным дилером ценных бумаг американского казначейства, а также перед техасским Woodforest National Bank, который имеет 788 филиалов в 17 странах мира. В качестве главного лоббиста интересов этих банков выступает Фредерик Макнабб – генеральный директор Vanguard Group. Именно эта инвестиционная компания является одним из крупнейших держателей акций Wells Fargo, Citigroup и Woodforest National Bank. Кроме того, фонды Макнабба длительное время финансировали различные бизнес-проекты Трампа по всему миру.

Энергетический сектор широко представлен в администрации Трампа. За последний год ТЭК потратил на лоббизм $120 млн, что в два раза больше аналогичных показателей за 2015 год. По-прежнему лидирующие позиции в этой отрасли удерживает корпорация Exxon Mobil, интересы которой в Белом Доме защищает ее бывший директор Рекс Тиллерсон, назначенный госсекретарем. Нынешнее руководство Exxon официально направило на нужды своих лоббистов $11 млн, из которых $2 млн получила сенатор от Аляски Лиза Мурковски. На пятки Exxon наступает компания Koch Industries, увеличившая финансирование своих лоббистов с $4 млн в 2014-2015 годах до $9,8 млн в 2016-2017 годах. Руководители корпорации — Чарльз и Дэвид Кохи — за последние десять лет значительно укрепили свои позиции в стране и вошли в тройку крупнейших политических спонсоров.

Однако братья Кохи, в отличие от своих коллег из Exxon, большую часть средств направляют в либертарианские группы влияния, которые выступают против укрепления федеральных властей.

После поражения своего кандидата Теда Круза братья не финансировали Дональда Трампа. Более того, Чарльз Кох заявил в интервью This Week на телеканале ABC, что Хиллари Клинтон будет лучшим президентом, чем Трамп. В свою очередь республиканец отметил, что не собирается встречаться с Кохами, которые финансируют марионеток. Этот конфликт негативно отразился на позициях Koch Industries, которая не смогла провести в Белый Дом ни одного из своих лоббистов. В связи с этим в контексте лоббирования энергетических интересов администрация Трампа будет отдавать предпочтение Exxon Mobil и Chevron. Понимая сложившиеся реалии, Кохи сосредоточились на работе с Конгрессом. Так, сенаторы Марко Рубио, Тед Круз, Рон Джонсон, Рой Блант и спикер Палаты представителей Пол Райан являются главными лоббистами интересов Koch Industries. В течение четырех месяцев они заблокировали ряд законопроектов, инициированных представителями Exxon и Chevron. Таким образом, сегодня наблюдается острая борьба между лоббистами Exxon Mobil и Chevron из администрации и Koch Industries из Конгресса.

США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 17 июля 2017 > № 2246246 Арег Галстян


США > Внешэкономсвязи, политика > americaru.com, 17 июля 2017 > № 2245144

У Дональда Трампа (Donald Trump) уже был низкий рейтинг одобрения, но теперь он стал еще ниже: рейтинг упал до рекордно низкого уровня для президентов США, проработавших на посту шесть месяцев, за последние 70 лет.

Согласно результатам опроса ABC News/Washington Post, всего 36 процентов американцев одобряют действия Трампа. Показатель был на 6 процентов выше, когда оценивались первые 100 дней работы республиканца. Тем временем, с апреля рейтинг неодобрения увеличился на 5 процентов и в настоящее время составляет 58 процентов.

Единственным президентом, у которого также был низкий рейтинг одобрения в течение первых шести месяцев пребывания в должности, был Джеральд Форд (Gerald Ford), которого в феврале 1975 года одобряли 39 процентов американцев. Напротив, рейтинг бывших президентов Барака Обамы (Barack Obama) и Джорджа Буша-младшего (George W. Bush) составлял 59 процентов за тот де период.

Однако Трампа не особо заботят результаты опроса: в Твиттере он поставил под сомнение их достоверность. «Почти 40 процентов – это неплохо», - написал он.

США > Внешэкономсвязи, политика > americaru.com, 17 июля 2017 > № 2245144


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июля 2017 > № 2243635 Дональд Трамп

Интервью Трампа Reuters: основные моменты

Стив Холланд (Steve Holland), Роберта Рампто (Roberta Rampto), Reuters, Великобритания

Вашингтон — Вот основные моменты интервью, которое президент США Дональд Трамп дал в среду в Овальном кабинете агентству Reuters.

Знал ли он, что его сын Дональд Трамп-младший встречался с юристом из России?

«Нет, я этого не знал. Узнал пару дней назад, когда услышал об этом в новостях. Я об этом не знал».

Жалеет ли он о том, что не знал об этой встрече своего сына?

«Смотрите. Эта кампания… Скажу вам честно, я вообще-то думал о том, что выиграю, потому что я побеждаю всю свою жизнь. Но я начинал эту кампанию не как политик, и многие люди были настроены скептически. Кто-то верил, из числа знающих меня людей… но многие были настроены скептически. Это было дикое время. И мы встречались со многими людьми».

«То же самое и с той встречей: человек заходит, садится, уходит, все быстро. Как я слышал, это была 20-минутная встреча. Многие люди и многие профессионалы из политики говорят, что так делают все. Тебе звонят и говорят: „Послушайте, у меня есть информация о Хиллари Клинтон и о НКДП". Или что там еще они говорят. Я думаю, большинство людей согласилось бы на такую встречу».

Жалеет ли он о встрече своего сына?

«Я думаю, большинство людей согласилось бы на такую встречу».

«Вы должны понять, что когда она состоялась, еще не было никакой лихорадки из-за России. Не было никакого нервного возбуждения по поводу России, потому что встреча состоялась в самом начале кампании, более или менее. В то время не было лихорадки из-за России».

«Вот я наблюдаю последнюю пару дней за этими лицемерными политиками-демократами — большинство из них настоящие лицемеры, строящие из себя святош — и понимаю, что если бы такое предложили им, они бы в мгновение ока согласились на такую встречу».

О дискуссиях с Путиным на тему вмешательства в выборы.

«Первый вопрос, первые 20-25 минут. Я сказал: «Вы это делали?» Он ответил: «Нет, не делал, абсолютно». Потом я задал этот вопрос еще раз, совершенно другим способом. Он ответил: «Абсолютно нет».

«Кто-то действительно заявил, что если бы он это сделал, мы бы об этом не узнали. Это очень интересная мысль».

«Смотрите. Произошло нечто, и мы должны выяснить, что это такое, так как мы не может допустить, чтобы такое происходило с нашим избирательным процессом. Что-то случилось, и мы должны выяснить, что это такое».

«Мы обязаны выяснить, обязаны добраться до сути случившегося, потому что у нас не должно быть ни малейших подозрений в отношении нашего избирательного процесса».

«Так, все согласны, что это никак не повлияло на голоса избирателей на выборах, и это очень важно. Но мы должны обеспечить, чтобы ничего подобного с нашим избирательным процессом больше не было».

Доверяет ли он Путину?

«Чувствую ли я, что могу кому-то доверять? Я очень недоверчивый человек. Я не тот, кто доверяет многим людям. Но он — руководитель России. А это вторая по мощи ядерная держава в мире. Я — лидер США. Я люблю свою страну. Он любит свою страну. Он болеет за Россию. Председатель Си, у меня и с ним тоже была продолжительная встреча, два с половиной часа. Отношения великолепные. Он болеет за Китай, я болею за США. Каждый за свою страну. Но я поступаю так, как поступаю, и у меня получается».

«У нас была очень продуктивная встреча. И я думаю, мы четко нацелились на то, чтобы шаг за шагом добиться прекращения боевых действий в Сирии. И в конечном счете на Украине. А еще были другие вопросы, в том числе об уничтожении известных нам террористов».

О дискуссии с Путиным на сирийскую тему.

«Итак, я сел с Путиным, и у нас была очень хорошая — мы были там два часа и 15 минут — была очень хорошая встреча. Один из вопросов, который мы подняли, это прекращение огня. Я сказал: „Мы должны решить эту проблему в Сирии. И на Украине, между прочим". И что произошло? Мы сели, поговорили, договорились о прекращении огня, которое, между прочим, сохраняется вот уже четыре дня, по состоянию двадцатиминутной давности. Казалось бы, четыре дня — это немного, но у них огонь вообще никогда не прекращался. Это потому что им сказал Путин, а не кто-то такой, о ком никто никогда не слышал. Путин и я, мы договорились об этом, и перемирие у нас уже четыре дня. А это значит, что за четыре прошедших дня спасено множество жизней. И оно будет сохраняться, а ситуация будет улучшаться».

Об отношениях с Путиным.

«Я очень жестко говорил с Путиным. У нас очень важные взаимоотношения. Эти взаимоотношения позволяют сохранять множество жизней, как в случае с прекращением огня, которого никто не добился, кроме меня».

«Во время кампании я выступал за сильную армию, прочные границы и низкие нефтяные цены».

«Смотрите, что я сделал. Цены на нефть пошли вниз. Мы поставляем сжиженный природный газ в Польшу, крупные поставки в Польшу. Путин этого не хочет. А еще мы добавили 56 миллиардов долларов на закупки боевой техники в последнем бюджете. Никто об этом даже подумать не мог. Путин всего этого не хочет, так почему он должен поддерживать меня?»

«Вот тот вопрос, который я хотел бы задать Путину: действительно ли он поддерживал меня?»

«У меня большие планы в области энергетики, а это не очень хорошо для России, потому что она зарабатывает деньги на энергоресурсах. Это ведет к снижению цен на энергоресурсы. У меня также большие, очень большие планы в отношении армии. А еще в отношении кибервойн».

«Внутри я думаю, что Путин должен быть против меня».

О настроениях в Белом доме.

«Настроение в Белом доме — прекрасное».

«За пять месяцев мы сделали больше, чем практически любой президент за всю историю».

«Посмотрите на Ирак, посмотрите на Сирию, и вы увидите успех, которого мы добились в борьбе с ИГИЛ (запрещенная в России организация — прим. перев.), он почти полный».

«Белый дом работает прекрасно. Фондовый рынок достиг новых высот. Количество рабочих мест — рекордное за 16 лет. У нас уже утвержден судья Верховного суда. Энергетика достигла такого уровня, какого не было никогда. Наша армия добивается успехов. Мы добиваем ИГИЛ, чего не мог сделать Обама. Нет такого вопроса, такого дела, где бы мы не добивались успехов. Белый дом работает прекрасно, несмотря на измышления демократов».

О том, хорошо ли его защищает команда адвокатов.

«Проблема в том, что я ничего не сделал. Я ничего не сделал. Дело не в защите. Я ничего не сделал. У меня не было связей с Россией, и поэтому я сказал: «Что здесь делать команде адвокатов?»

О его недовольстве историей с Россией.

«Единственное недовольство заключается в том, что это выдумка демократов, которой они пользуются как оправданием своего поражения на выборах. Они говорят, что должны были победить, потому что республиканец не может привлечь на свою сторону выборщиков».

«Никакой координации не было. Это величайшая глупость, которую я слышал. Не было координации, это измышления, это придумали демократы».

«Это величайшее мошенничество в истории, когда партия, получив под зад, собирается и начинает думать: хм, чем бы оправдаться?

«Она продолжает и продолжает одно и то же. Честно говоря, это позор, это очень вредно для нашей страны. А русские наверняка смеются, потому что эта сюжетная линия очень вредна для нас как для страны».

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июля 2017 > № 2243635 Дональд Трамп


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июля 2017 > № 2243620 Патрик Бьюкенен

Гонители России и ненавистники Путина

Патрик Бьюкенен (Patrick Joseph Buchanan), The American Conservative, США

«Россия — это враг США?» — требовательно спросила у Теда Круза (Ted Cruz) Кейси Хант (Kasie Hunt) из NBC. На это кандидат на выдвижение от Великой старой партии ответил: «Россия — большой враг. А Путин — громила из КГБ».

А соратник Хиллари Клинтон по президентской гонке Тим Кейн (Tim Kaine), узнав о том, что русские предлагали Дональду Трампу-младшему компромат на Клинтон, и что тот рассматривал это предложение, заявил, что это можно считать «изменой».

Измена — это оказание помощи и содействие врагу во время войны.

Так мы действительно ведем войну с Россией? Россия действительно наш враг?

Заголовок сегодняшней передовицы The Washington Post гласит: «Почему Россия — враждебная держава». Авторы пытаются объяснить, почему консервативный средний класс Америки должен поддержать русофобию, охватившую нашу столицу:

«Владимир Путин придерживается ценностей, которые несовместимы с основополагающими американскими ценностями. Сферы влияния он ставит выше самоопределения, коррупцию — выше прозрачности, а репрессии — выше демократии».

Но ведь именно об этом Франклин Рузвельт и Черчилль договаривались со Сталиным, согласившись на создание сфер влияния великих держав. Именно это делали вместе с Советским Союзом все американские президенты, начиная с Трумэна и кончая Джорджем Бушем-старшим.

Когда восточные немцы, венгры, чехи, поляки восставали против коммунистических режимов, ни один американский президент не вмешался. Все дело в том, что эти страны находились на другой стороне от разграничительной линии, согласованной в 1945 году в Ялте.

Буш I и Джеймс Бейкер даже обвиняли Украину в «самоубийственном национализме» за то, что она задумалась о независимости от России.

Когда же это поддерживать сферы влияния стало «не по-американски»?

А если говорить о коррупции и прозрачности, то экс-президент Грузии Михаил Саакашвили в ноябре подал в отставку с поста губернатора Одесской области, обвинив нашего человека в Киеве Петра Порошенко в поддержке коррупции.

А что касается репрессий и демократии, то разве это неприменимо к нашему натовскому союзнику турецкому президенту Реджепу Тайипу Эрдогану или к нашему арабскому союзнику руководителю Египта генералу Абдель-Фаттаху ас-Сиси? Или к нашему филиппинскому союзнику Родриго Дутерте? Что, союзники США времен холодной войны, такие как шах Ирана и чилийский диктатор Аугусто Пиночет, все до единого были демократами и приверженцами Джефферсона? Почему мы забыли свою недавнюю историю?

The Washington Post пишет о смерти в тюрьме в 2009 году юриста и активиста Сергея Магнитского. Приняв в 2012 году Закон Магнитского, конгресс проголосовал за введение санкций против российской элиты.

Но в четверг от рака печени в тюрьме скончался единственный китайский лауреат Нобелевской премии Лю Сяобо, приговоренный к 11 годам лишения свободы за поддержку демократии. Скончался в присутствии полиции в своей госпитальной палате. Коммунистический диктатор Си Цзиньпин, на фоне которого Путин выглядит как Джастин Трюдо, не захотел выпустить умирающего человека на свободу.

Что, теперь санкции по Закону Магнитского введут против Китая? Не надейтесь. Товарооборот слишком большой. Конгресс будет делать то, что у него получается естественно — раболепствовать. Однако наш героический сенат подавляющим большинством голосов 98 против 2 проголосовал за новые антироссийские санкции.

Каковы корни этой враждебности по отношению к России и ненависти к Путину, о котором один аналитик из Fox сказал, что он «ничем не лучше Гитлера»?

Во времена холодной войны каждый президент стремился к разрядке с СССР, хотя у этой страны был, пожалуй, самый кровавый режим в 20-м веке.

Когда в декабре 1991 года закончилась холодная война, Советский Союз распался на 15 государств. Москва отказалась от своей империи, третьей части ее территории, а также от половины населения СССР. Марксистско-ленинская идеология умерла. Произошли эпохальные перемены.

Но враждебное отношение к России и ненависть к Путину превосходят все то, что мы помним из худших дней холодной войны.

Путинскую Россию называют империалистической, хотя находящаяся рядом с ней Эстония, которую Москва может проглотить мгновенно, свободна уже четверть века.

Россия вторглась в Грузию. Ну да, но только после того, как Грузия вторглась в отделившуюся от нее Южную Осетию и убила российских миротворцев.

Россия отняла у Украины Крым. Это так, но сделала она это только после того, как в результате поддержанного США переворота в Киеве была свергнута законно избранная пророссийская власть.

Россия осуществила интервенцию в поддержку Башара аль-Асада в Сирии. Да, но только после того, как наши союзники-боевики в сговоре с «Аль-Каидой» и ИГИЛ (запрещенные в России организации — прим. пер.) решили попытаться сбросить его. Что, России не позволено поддерживать признанного ООН союзника, который предоставляет ей единственную военно-морскую базу на Средиземном море?

Россия вмешивалась в наши выборы. А мы вмешивались в дела десятка стран под лозунгами «цветных революций». На Капитолийском холме можно ежедневно слышать боевой клич о «смене режима».

Путин — не Папа римский Франциск. Но он и не Сталин. Он — не Гитлер, не Мао, а Россия сегодня — не СССР. Путин — самовластный руководитель, скроенный из того же сукна, что и цари Романовы.

Его содействие чрезвычайно важно для дела мира во всем мире, для свободы прибалтийских государств, для окончания гражданской войны в Сирии, для стабилизации обстановки в Персидском заливе и для урегулирования северокорейского кризиса.

Хотя наши тектонические плиты трутся друг о друга, мы — естественные союзники. Россия Толстого, Пушкина, Солженицына, Россия с ее православной верой должна быть вместе с Западом.

Если Америка по глупости развяжет войну с Россией, которой старательно избегали все наши президенты периода холодной войны, то ее гонители и ненавистники Путина окажутся в том же кругу ада, что и безумные поджигатели войны 1914 года и три версальских слепца из 1919 года.

Патрик Бьюкенен — автор новой книги «Никсоновские войны. Сражения, которые возвысили и надломили президента, а также навсегда раскололи Америку» (Nixon's White House Wars: The Battles That Made and Broke a President and Divided America Forever).

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июля 2017 > № 2243620 Патрик Бьюкенен


Россия. США. СНГ > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243563

«Яндекс» станет совладельцем глобального бизнеса Uber

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Долю в американской компании «Яндекс» получит в результате слияния бизнесов «Яндекс.Такси» и Uber в России, Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии и Казахстане

«Яндекс» станет совладельцем глобального бизнеса Uber по итогам сделки по объединению бизнесов «Яндекс.Такси» и Uber в России, Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии и Казахстане, говорится в документах материнской компании «Яндекса» Yandex N.V. на сайте Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC). На это обратила внимание газета «Ведомости».

В сообщении указывается, что стороны передадут в новую компанию свои бизнесы, при этом «Яндекс» вложит в капитал новой компании $100 млн, а Uber — $225 млн. «В дальнейшем, «Яндекс» продаст Uber дополнительно около 2% долей в объединенной компании в обмен на акции класса А Uber», указывается в сообщении. Согласно документу, «Яндекс» сохранит право продать этот пакет в Uber обратно компании в США, как и сам Uber сможет обратно выкупить у «Яндекса» бумаги согласно договоренностям.

Представитель «Яндекса» Очир Манджиков подтвердил изданию, что в рамках соглашения «Яндекс» «получает незначительный пакет акций Uber Technologies Inc.». Он подтвердил также, что у компании остается право продать эти акции обратно Uber по согласованной цене и в определенный срок. Других подробностей собеседник газеты не уточнил, лишь добавив, что в результате сделки «Яндекс» получит контроль в объединенной компании — 59,3%, Uber — 36,6%, сотрудники — 4,1%. В Uber заявили, что это часть сделки с «Яндекс.Такси».

О слиянии бизнесов в России и некоторых других странах «Яндекс.Такси» и Uber сообщили 13 июля. В Uber подчеркивали, что для компании сделка открывает большие возможности для развития бизнеса в конкретном регионе, «охватывающем эти шесть стран». В то же время Financial Times указывала, что сделкой Uber фактически уступает конкуренту российский рынок после нескольких лет напряженной конкурентной борьбы. Газета называла такое решение Uber первым стратегическим шагом после скандального ухода в отставку основателя сервиса Трэвиса Каланика. Телеканал CNBC отмечал, что к сделке Uber и «Google of Russia» «приложили руку» сам Каланик, который до сих пор входит в совет директоров компании и владеет долей в Uber, и его соратник — бывший главный директор по развитию бизнеса Uber Эмиль Майкл (покинул компанию в июне).

Основатель конкурента «Яндекс.Такси» — такси-сервиса Gett Дэйв Вайсер на своей странице в Facebook спрогнозировал возможные последствия сделки, заявив, что окончание ценовой войны между сервисом «Яндекса» и Uber приведет к росту цен на поездки. Он напомнил, что для его компании Россия занимает приблизительно 25% бизнеса. Вайсер обратил внимание также на перспективы двух разных подходов к созданию беспилотников. «Партнерство с производителем автомобилей, вкладывающим $10 млрд в год в разработку (Gett и Volkswagen Group) против собственного производства («Яндекс»). Время покажет», — заключил создатель Gett. В самих «Яндекс.Такси» и Uber ранее пообещали, что не будут менять тарифы на фоне сделки.

По мнению основателя компании Deliver (концентрируется на грузоперевозках) Данила Рудакова, сделка между Uber и «Яндекс-Такси» «может стать толчком для изменений в логистическом b2b-секторе, который традиционно отстает от b2c направления». Таким образом, Uber, объединившись с сервисом «Яндекса», может переориентироваться на рынок b2b и грузоперевозки, считает бизнесмен. «Согласно данным исследования Roland Berger, этот рынок в четыре раза больше всего рынка онлайн-такси. Имея стратегические планы по масштабированию и диверсификации бизнеса, Uber сейчас активно развивает новое для себя направление грузоперевозок в США», — отметил собеседник Forbes, напомнив, что в октябре 2016 года в США уже появился сервис грузоперевозок Uber Freight.

Директор Института экономики транспорта и транспортной политики ВШЭ Михаил Блинкин в беседе с Forbes заметил, что многие называют сделку шагом к монополизации рынка. Однако, по его мнению, это «малореальный сценарий». «Таксомоторный бизнес до такой степени открыт для входа в эту отрасль, что новые игроки могут появиться в любой момент, как в Европе и Штатах, где таксомоторные компании не ограничиваются одним Uber или Wheely», — рассуждает он.

По словам создателя и управляющего партнера фонда Add Venture Максима Медведева, остальным игрокам в транспортной индустрии теперь «придется очень и очень сложно». «Объединившись с Uber и, в частности, с Uber Eats, они составят огромную конкуренцию холдингу Mail.ru и их Delivery Club. Я не думаю, что на первоначальном этапе что-то принципиально поменяется, но уверен, что через какое-то время Яндекс начнет активно развивать это направление», — говорит собеседник Forbes. Медведев подчеркивает, что компания также уверенно чувствует себя с точки зрения технологий. «У них есть наработки в навигации и оптимизации логистики, кроме того, не так давно они ограничили использование своих навигационных сервисов, то есть фактически сделали несколько шагов для закрытия рынка от других игроков, стратегически это очень верное решение. Я думаю, что в 2018 году мы увидим наглядное изменение долей участия на этих рынках», — заключает он.

Россия. США. СНГ > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243563


Россия. США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243553

Физики из России и США создали первый в мире 51-кубитный квантовый компьютер

Редакция Forbes

До этого момента лидером в неформальной гонке за кубиты считалась лаборатория Google под руководством Джона Мартиниса, которая работает над компьютером с 49 кубитами

Группа ученых под руководством Михаила Лукина, физика из Гарварда и сооснователя Российского квантового центра (РКЦ), создала и успешно проверила программируемый квантовый компьютер на базе 51 кубита, став, таким образом, лидером среди участников квантовой гонки. Об этом рассказал сам Лукин, выступая с научным докладом на IV Международной конференции по квантовым технологиям в Москве (ICQT-2017).

Квантовые компьютеры — это вычислительные устройства, мощность которых увеличивается экспоненциальным образом благодаря использованию законов квантовой механики в их работе. Все подобные устройства состоят из кубитов — ячеек памяти и одновременно примитивных вычислительных модулей, которые могут хранить в себе спектр значений между нулем и единицей.

Лукин пояснил, что он и его коллеги использовали кубиты на основе холодных атомов, которые удерживались оптическими «пинцетами» — специальным образом организованными лазерными лучами. Большинство современных квантовых компьютеров используют сверхпроводящие кубиты на основе контактов Джозефсона. Команде Лукина удалось с помощью своего квантового вычислителя решить задачу моделирования поведения множества связанных частиц, которая была практически нерешаема с помощью классических компьютеров.

Создать универсальный квантовый компьютер сейчас пытаются крупнейшие технологические корпорации, в том числе Google, IBM, Microsoft или китайский интернет-ретейлер Alibaba. Вычислительные элементы квантовых компьютеров – кубиты – строятся на основе квантовых объектов: ионов, охлажденных атомов или фотонов, способных находиться в суперпозиции нескольких состояний. Это позволяет квантовым компьютерам одновременно, за один такт, производить сразу множество вычислений. Квантовые компьютеры способны справляться с задачами, для решения которых классическим компьютерам потребовались бы миллиарды лет. В частности, с их помощью можно моделировать поведение сложных квантовых систем, создать сверхпроводники, работающие при комнатной температуре, моделировать работу мозга.

Возможности квантовых компьютеров зависят от числа кубитов. Лишь несколько десятков кубитов могут дать такой выигрыш в вычислительной мощности, который недостижим для классических компьютеров. До этого момента лидером в неформальной гонке считалась лаборатория корпорации Google под руководством Джона Мартиниса. Компания планирует эксперименты на компьютере с 49 кубитами, IBM уже проводит эксперименты с 17-кубитным устройством. Таким образом, создание 51-кубитного компьютера — серьезный шаг вперед в этой области.

Россия. США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243553


КНДР. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inopressa.ru, 13 июля 2017 > № 2242816

Он руководил секретным подразделением Северной Кореи по зарабатыванию денег. Теперь он живет в Вирджинии

Анна Файфилд | The Washington Post

"Американские и многосторонние попытки посредством санкций призвать Северную Корею к подчинению не сработают, потому что слишком много способов их обойти, утверждает Ри Чон Хо, - передает Анна Файфилд в The Washington Post. - Ему ли не знать. Почти 30 лет Ри был главным добытчиком денег для режима Кима. Он отправлял в Пхеньян миллионы долларов в год, даже когда новые и новые пакеты санкций вводились в попытке наказать Северную Корею за ее вызывающее поведение с ядерной программой".

"Санкции никогда не ощущались и не вредили нашему торговому бизнесу. Вместо этого мы провели наше первое ядерное испытание в 2006 году", - сказал Ри в интервью.

"59-летний бывший специалист по зарабатыванию денег для режима теперь живет в Северной Вирджинии вместе с семьей. Они убежали из Северной Кореи в конце 2014 года, а в прошлом году переехали в Соединенные Штаты", - рассказывает журналистка.

"Я бывал под санкциями как северокореец, ведущий торговлю на передовой, но я никогда не ощущал никакого неудобства от санкций. Санкции были поверхностными", - сказал Ри.

"Он рассказывает, что мог посылать миллионы долларов в Северную Корею, просто вручая сумку с денегами капитану корабля, отправлявшегося из китайского города-порта Далянь, где он жил, в северокорейский порт Нампо, или отдавая их кому-то пересекающему границу на поезде, - говорится в статье. - За первые девять месяцев 2014 года - до своего бегства в октябре того же года - Ри отправил таким образом в Пхеньян порядка 150 млн долларов".

"Кроме того, северокорейские финансовые сети преднамеренно туманны. Министерство финансов США снова и снова накладывает санкции на граждан и компании Северной Кореи, чтобы попытаться отрезать их от американской финансовой системы, однако в лучшем случае единицы из них как-то проявляют себя в США, - сообщает автор статьи. - По этой причине совета Ри ищут многие в Вашингтоне, где сменилось уже несколько администраций, пытающихся найти болевые точки Северной Кореи".

30 лет Ри работал в Офисе 39 - подразделении "Трудовой партии", отвечающем за зарабатывание денег для северокорейского лидера посредством как законной, так и незаконной деятельности, в том числе подделки долларов и контрабанды наркотиков. Затем Ри был президентом компании по доставке, генеральным директором таксомоторного предприятия, главой далянского филиала торговой компании. В 2002 году он получил звание Героя труда. У него были цветной телевизор и автомобиль. Но в 2013 году Ким Чен Ын казнил его дядю, и через год Ри с семьей бежал в Южную Корею, так как опасался, что станет следующим.

"По словам экспертов, прибытие Ри в Соединенные Штаты может стать благом для американских попыток укротить Северную Корею", - говорится в статье.

"Всегда полезно, если нам могут помочь перебежчики, особенно осведомленные о внутренних операциях Офиса 39. Я предполагаю, что он знает и о внешних операциях тоже", - сказал Энтони Руджиеро, занимавшийся санкциями, когда он работал в министерстве финансов. Теперь он сотрудник Фонда защиты демократий.

"Ри сказал, что Северная Корея снова и снова находит способы обойти все накладываемые на нее санкции", - передает Файфилд.

"Северная Корея - на 100% государственное предприятие, так что эти компании просто меняют названия в тот же день, когда объявляются санкции против них, - сообщил Ри. - Компания продолжает работать просто под новым названием, которого нет в черном списке".

КНДР. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inopressa.ru, 13 июля 2017 > № 2242816


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242777 Милан Сиручек

Рукопожатие, которого ждал весь мир

Глубокий анализ встречи Путина и Трампа от знатока саммитов Милана Сиручека

Parlamentní listy, Чехия

Дружеское рукопожатие не было формальным жестом только для журналистов. Похоже, атмосфера разряжается, и все входит в свою колею. Пока на улицах противники G20 били витрины и поджигали автомобили, как будто владельцы магазинов и водители являются самыми отъявленными капиталистами из всех капиталистов и несут личную ответственность за саммит, обстановка на переговорах несколько разрядилась.

— Parlamentní listy: Как Вы оцениваете первую встречу Дональда Трампа с Владимиром Путиным?

— Милан Сиручек: Первое, что приходит мне в голову: что все было устроено так, как будто Дональд Трамп принимал Владимира Путина. Правда, на самом деле так было всегда на двусторонних переговорах лидеров этих двух стран. Исключением стала встреча Рузвельта со Сталиным в Тегеране. Там по соображениям безопасности Рузвельта поселили в советском посольстве. Однако давайте вспомним: впервые после войны Хрущев встретился с президентом Эйзенхауэром на американской земле, хотя официально прибыл на заседание Генеральной ассамблеи ООН. Во время первой встречи Михаила Горбачева с Рональдом Рейганом — пусть она и проходила на нейтральной (швейцарской) территории — формально принимающей стороной был президент США. С формальной точки зрения можно считать, что тот, кто первым приветствует визави, больше заинтересован во встрече. Однако в основе всегда лежит обоюдная заинтересованность в совместном решении определенных проблем.

Так было и в Гамбурге, где два лидера встретились на так называемой нейтральной территории. Однако переговоры проходили в комнате американской делегации, то есть на территории США. В том же духе разворачивались события в кулуарах этой исторической встречи, начиная с первого рукопожатия. А учитывая ту кампанию, которая ведется в США в связи с мнимым российским вмешательством в американские президентские выборы, было ясно, что первый дружественный жест должен сделать Трамп. В конце концов, к этому его обязывали правила хорошего тона, ведь Трамп старше.

Еще одна деталь, которая выпала, насколько мне известно, из сферы нашего внимания: у всех участников на лацканах были значки с логотипом конференции. На них был изображен силуэт советской подводной лодки Б-515, которая затонула у немецких берегов. Немцы подняли ее и превратили в музей. На значке — надпись: «G20 Germany 2017 Hamburg».

— Что Вы знаете об этой встрече, чего не знает наша общественность, например, об атмосфере, которая там царила?

— Владимир Путин прилетел в Гамбург ночью. Перед вылетом он встретился с председателем комиссии по чрезвычайным ситуациям Владимиром Пучковым (так в оригинале статьи — прим. ред.). Жаль, что Путин не взял его с собой, ведь он мог бы помочь гамбургским полицейским. Но, вероятно, важнее было, чтобы подобные беспорядки не разразились в российской столице.

Пресс-секретарь президента (Путина) Дмитрий Песков заявил о гамбургских демонстрантах, что «они нисколько не повлияли на нашу работу, и все идет по плану». Но он несколько слукавил. Путин принял участие, согласно плану, во встрече группы БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай), а оттуда приехал на заседание G20, которое тоже собралось по изначальному плану. Правда, кое-что его все-таки нарушило. Приветствуя, Путин пожал руку Ангеле Меркель и что-то ей прошептал, а она засмеялась и даже всплеснула руками. Затем у стола в фойе Путин поздоровался с японским премьером Синдзо Абэ и председателем Европейской комиссии Дональдом Туском. В этот момент к Путину как раз подошел только что вошедший Дональд Трамп. Их рукопожатие оказалось внеплановым, и неудивительно, что большинство журналистов его не заметили.

Но главная встреча, заранее спланированная, только предстояла. Ее ожидали довольно долго, и некоторые скептики утверждали, что она так и не состоится. Наконец встреча прошла в комнате, предоставленной американской делегации. То есть Путин был у Трампа в гостях, и тот взял на себя координацию журналистов. Сначала, когда журналистов пустили в комнату, оба сидели в креслах и молчали. Затем Трамп поблагодарил журналистов за то, что они пришли, а это означало, что им пора уходить. Но журналисты воспротивились и начали требовать от лидеров рукопожатия. И снова Трамп первым наклонился к Путину и подал ему руку. Он сделал это в своем стиле — ладонью вверх, но при этом не притянул к себе партнера, как случалось обыкновенно, чтобы продемонстрировать свое превосходство. Этого рукопожатия ждал весь мир.

Я описываю все это столь подробно прежде всего, потому, что именно по подробностям можно судить о характере встречи. То, что они при этом говорили, цитировалось и у нас. Перед уходом они снова пожали друг другу руки, сделав это не только для камер. Ведь мы отметили такую деталь: в течение нескольких минут они пожали руки три раза. Это не было случайной любезностью.

Я вспоминаю, как перед первой встречей Рейгана с Горбачевым в Женеве американские советники учили своего президента, на каком расстоянии встать, как наклонить голову, насколько сильно сжать руку. Язык дипломатии — это не только слова. Жесты должны выразить то, что словом точно выразить невозможно. За годы журналистской работы учишься воспринимать такие детали, особенно когда знаешь, как их заранее готовят, и что они должны означать.

В данном случае можно было предположить, что беседа продлится дольше запланированных 35 минут и выйдет за рамки простого обмена любезностями. Однако мало кто предполагал, что она затянется на два часа пятнадцать минут. Это подтверждает широкий круг и глубину проблем, о которых шла речь, пусть даже к обсуждению прибавить время на перевод. У президентов не было наушников, и переводчики (русский — на английский, а американский — на русский) переводили им предложение за предложением. Опять-таки это не просто технический момент. О чем велась беседа, должны были слышать только министры иностранных дел и два переводчика, связанные обязательством о неразглашении. Синхронный перевод не давал такой возможности. Видите, насколько важна каждая деталь?

После встречи о ее ходе журналистам рассказали два министра. Но еще до того (пока президенты беседовали) перед журналистами выступил министр экономики РФ Максим Орешкин, упомянув о небольшом споре между президентами на пленуме двадцатки по поводу справедливости в торговле. Трамп утверждал, что она есть, тогда как Путин возразил: о какой справедливости идет речь, если действуют санкции?

После завершения этой встречи, когда остальные 18 участников извинили Трампа и Путина за то, что они всех задержали, перед журналистами выступил министр иностранных дел Сергей Лавров. Он охарактеризовал беседу как конструктивную и полезную. Там, где у России и США есть общие интересы, нужно действовать сообща. Поэтому, например, Вашингтон назначит спецпредставителя по Украине. США и Россия создадут некий канал связи и будут вместе стимулировать Киев к выполнению Минских договоренностей. В Сирии будет создана бесполетная зона, и в части страны будет объявлено перемирие. И, наконец, страны включатся в решение ядерной проблемы Корейского полуострова. Я повторяю слова Лаврова, поскольку в наших СМИ я не услышал их подробного пересказа. Лавров добавил, что также речь шла о кибернетических атаках и вмешательстве в выборы в США. По его словам, Путин заверил Трампа, что Москва никак не вмешивалась в американские выборы. Если вдаваться в нюансы, то замечу: Лавров говорил о Москве, то есть о Кремле. А значит, не обо всех российских гражданах…

Я не хочу играть словами. Но что еще можно процитировать, если не слова? Хотя и они не совсем точны. Я вспоминаю, как Серго Берия как-то рассказал мне, почему Сталин взял его в Тегеран на самую первую встречу Большой тройки во время Второй мировой войны. В советском посольстве, где тогда поселили Рузвельта, разумеется, все прослушивалось. Как-то туда приехал Уинстон Черчилль, чтобы навестить американского президента и посоветоваться. Прослушка зафиксировала их разговор. Переводчики перевели Сталину все в точности. А он потребовал от сына Берии, который тоже владел английским языком, описать, каким тоном было сказано то или иное слово, серьезно или с иронией, подчеркнуто или нет. И факт в том, что порой это важнее, чем просто дословный перевод.

В конце я бы хотел еще кое-что отметить. Несмотря на всю свою серьезность, Путин не теряет чувства юмора. Оно проявилось, к примеру, на двусторонней встрече с президентом Франции Эммануэлем Макроном. Они познакомились, когда Путин посетил Версаль. Поэтому теперь тон их беседы был непринужденным. Макрон извинился за опоздание: «Мы никак не могли договориться о климате…» — и, сев в кресло, попытался незаметно подтянуть носки. Но Путин это заметил и сказал: «Надеюсь, что теперь климат будет лучше». После он серьезно добавил, что Российская Федерация поддерживает Парижский протокол, хотя, «честно говоря, причин климатических изменений ученые еще не объяснили». Я привожу этот эпизод в качестве курьеза, потому что вообще таких моментов на подобных встречах бывает много. Но, пожалуй, они больше интересуют бульварные издания.

— Как Вы прокомментируете саммит в Гамбурге с точки зрения оценки в зарубежных СМИ?

— Честно говоря, для подобного обзора оценок еще слишком рано. Сейчас преобладают новостные материалы. Но уже по первым комментариям и отзывам ясно, то конференция, в особенности встреча российского и американского лидеров, была воспринята позитивно и, главное, с облегчением. Как отметил Путин во время второго рукопожатия (и первого официального), чем острее проблемы, тем предпочтительнее их обсуждать с глазу на глаз. И практически по всем острым вопросам: Украина, Сирия, террористы, ядерное оружие в КНДР — были хотя бы намечены пути их совместного решения. Можно ли было ожидать большего?

— Из города Ганзейского союза Гамбург превратился в закрытый город с несколькими тысячами демонстрантов внутри. Почему для подобной встречи не предпочли какой-нибудь остров или полуостров?

— Во-первых потому, что саммит дает много возможностей, и гамбургская конференция G20 позволила ими воспользоваться. Отсюда и выбор места. Что касается вашего предложения провести переговоры на острове, то у меня дома в библиотеке есть «Атлас отдаленных островов» и атлас «Острова, где я терпел крушения». Я заглянул в них, чтобы ответить на этот вопрос. Второй атлас я убрал сразу, как, читая о седьмом острове, узнал, что там развевался немецкий флаг. Жертва кораблекрушения из последних сил доплывала к берегам этого острова, и тут ей кто-то кричал: «Эй, ты что, не умеешь читать? Плавать здесь строго запрещено!»

В первом атласе мое внимание привлекли два острова. Первый находится в Карском море Северного Ледовитого океана и называется остром Уединения. На нем была построена научная станция, но во время Второй мировой войны немецкая подлодка уничтожила ее вместе с учеными несколькими гранатами. Во время холодной войны СССР построил там крупнейшую полярную станцию, но сейчас там уже никого нет: остались только стены с пальмами на обоях и портретом Ленина с бородкой, висящем посередине. А на столе — журнал, последняя запись в котором гласит, что «воду спустили, дизельные генераторы остановлены и станция…» — последнее слово уже плохо читается. Я обратил внимание еще на один остров — остров Вознесения, где остались антенны и тарелки радаров, с помощью которых прослушивались континенты и даже Вселенная. НАСА построило там станцию слежения межконтинентальных ракет. В 1960 году из Флориды была запущена ракета Atlas, и она завершила свой путь именно у берегов этого острова. Раздался оглушительный взрыв, а после наступила тишина. Пока, наконец, один американец не сказал по рации: «Мы вам, русские, еще покажем!» Так что именно на этом острове началась космическая гонка…

Все это интересно — что вы, конечно, признаете — но малопригодно для каких-либо переговоров. Разве что мировая общественность решит высадить на одном из пустынных островов Трампа и Путина, чтобы они там друг с другом договорились и сообщили об этом миру белым дымом, как делают кардиналы, избрав в Сикстинской капелле нового Папу. Правда, я не уверен, что Путин и Трамп согласились бы на такое.

А теперь серьезно о гамбургских демонстрациях: я не понял, почему для демонстрации своего протеста против глобализации нужно поджигать автомобили и бить витрины магазинов, которые принадлежат людям, не имеющим никакого отношения ни к конференции, ни тем более к обсуждаемым там темам. Я был свидетелем нескольких демонстраций. Молодежь на них отстаивала по-настоящему важные вещи. К примеру, в 1968 году в Париже студенты протестовали против режима единоличной власти. В Америке проводились демонстрации против войны во Вьетнаме. В Париже студенты вынимали брусчатку, чтобы построить баррикады и защититься от полиции, которая атаковала их из водометов и избивала дубинками.

Но никто не поджигал машин и не бил витрин. В Америке молодежь поджигала максимум повестки в военкомат. Во время демонстрации на Вацлавской площади была разбита одна единственная витрина — офис Аэрофлота. Впоследствии выяснилось, что это была продуманная провокация. Но зачем нужно разрушать Гамбург в знак протеста против того, что глобализация вообще существует (даже без содействия тех, кто собрался на саммите и, скорее, хочет задать ей направление)?

— Почему президент Трамп решил совершить свое второе заграничное турне именно в Варшаву и принял участие во встрече лидеров стран Центральной и Восточной Европы?

— Я думаю, что на то у него было сразу несколько причин. Во-первых, это был жест в адрес Польши, пожалуй, единственной страны, которая выполняет свои обязательства перед НАТО, если сравнивать не только с новыми членами альянса из Центральной Европы, но и даже с некоторыми давними его членами. Во-вторых, Польша разрешила размещение американских военных на своей территории. В-третьих, Польша ожидает крупных поставок вооружений из США и новых американских инвестиций. В-четвертых, Трамп был уверен, что поляки будут приветствовать его с распростертыми объятиями, и не будет никаких демонстраций против него. И так и вышло. В-пятых, Трампу импонирует польский подход к управлению страной. И в-шестых, Трампу было интересно побеседовать с лидерами 12 стран-участниц так называемой «Инициативы трех морей», куда входят государства, расположенные между Балтийским, Адриатическим и Черным морями. А это четверть территории Евросоюза с 20% его населения. Помимо Австрии, в инициативе участвуют и новые члены ЕС. Все они создают своего рода барьер от Балтики до Адриатики против мнимой «восточной угрозы». Кстати, большую часть своей речи Трамп посвятил именно этой угрозе.

Инициатива была создана по предложению Польши и Хорватии, однако главными инициаторами были все же поляки, которые видят в этом объединении своего рода противовес Германии и России, а также кое в чем — Брюсселю. Пока участники инициативы затрагивали преимущественно экономические и логистические вопросы, однако страны-участницы близки и к общей политической позиции.

В будущем она будет, скорее, разделять Европу, нежели объединять ее. В особенности учитывая то, что уже многие годы существует Вышеградская четверка, а «Инициатива трех морей» является, по сути, ее расширенным аналогом. Благодаря участию Трампа в варшавском заседании перед саммитом в Гамбурге полякам удалось обеспечить себе в отношениях с американским президентом особенное положение (если учесть и то, что он согласился на отдельную встречу с президентом Польши). Во время беседы речь шла о судьбах тысяч поляков, которые живут и работают в США, и о том, чтобы отменить для них визы.

— Почему президент Земан не принял участие в варшавском заседании?

— Известно, что нашу республику там представлял председатель Палаты депутатов Гамачек. То есть ни президент, ни премьер-министр не представляли нас, поскольку, по-видимому, Чешская Республика не придает этому объединению особенного значения. Не отправить представителя в Варшаву мы не могли, ведь тогда не знали бы, что происходит в кулуарах, и не смогли бы влиять на принимаемые решения. И, тем не менее, подобное объединение внутри Европы для нас не столь важно. Во-первых, в нем объединились слишком разнородные государства, которые мало что связывает. Во-вторых, инициатива ставит под угрозу европейское единство, а значит, и единую политику Европейского Союза. Неубедительно звучит возражение Польши, что и без того Европа расслоилась, потому что интеграция стала разноуровневой и не зависит от географии, а также отчасти потому, что «старые» члены Евросоюза рвутся вперед. Свою роль играет продолжительность членства.

Разумеется, аргумент о давно запланированном Земаном отпуске не убедителен. Политики ничего не планируют задолго, а тем более отпуск. Кроме причины, о которой я уже сказал, роль сыграло разочарование Земана. Несмотря на все обещания, что в течение апреля его пригласят в Белый дом, поскольку он был одним из немногих европейских политиков, поддерживавших Дональда Трампа еще во время его предвыборной кампании, приглашения так и не поступило. А ведь наш посол в Вашингтоне Гинек Кмоничек приложил для этого все возможные усилия.

Вероятно, свою роль тут сыграло и то, что мы обязались увеличить наши отчисления в НАТО к 2020 году всего на 1,4%, хотя уже давно должны платить два процента от ВВП. Другие «грешники» хотят дотянуть до двух процентов к 2020 году. А мы откладываем это обязательство еще не менее чем на пять лет. На самом деле свыше этого обязательства отчисляют только Греция, Великобритания и Эстония. Польша держится на уровне двух процентов. Трампу это обязательство особенно важно, поскольку США приходится доплачивать за нас (они отчисляют 3,5%), что противоречит его главному принципу. За вход в Белый дом мы должны заплатить, но денег у нас нет.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242777 Милан Сиручек


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242757 Леон Арон

Трамп восхищается Путиным, но не понимает его

Американские президенты в течение многих лет неверно понимали Россию. Но случившееся в пятницу фиаско — это особый случай.

Леон Арон (Leon Aron), Politico, США

Президент Трамп совершил много ошибок в пятницу в ходе встречи с Владимиром Путиным, и начать можно с того, что, по его словам, для него было «честью» встретиться с российским властным политиком.

Однако наиболее обескураживающим итогом этой встречи является то, что Трамп и его госсекретарь Рекс Тиллерсон, как ранее Барак Обама и Джон Керри, фундаментально не понимают природу того человека, с которым они имеют дело. Путин не является «непредсказуемым» сумасбродом, «скучающим ребенком на задней парте в классе», как его назвал Обама, или бестолковым, но мешающим всем соперником. Трамп поставил Путину высший балл за лидерство, но, судя по всему, он мало задумывался над тем, куда Путин ведет Россию и почему.

Однако никакой тайны в этом нет. Путин является советским патриотом до мозга костей, а руководствуется он глубоко укоренившимися убеждениями, определенной им самим исторической миссией и внутриполитическими императивами. Неспособность нескольких подряд американских президентов сделать правильные выводы имеет длинную историю и влияет на нынешнюю ситуацию: мы неправильно понимаем Путина с того самого момента, как он впервые получил власть почти два десятилетия назад.

Путин верит в то, что развал Советского Союза, вызванный заговором за границей и предательством внутри страны, был глубоко несправедливым и аморальным — «крупнейшей геополитической трагедией XX столетия», — и поэтому Западу нужно за это отомстить, в первую очередь Соединенным Штатам. Он верит в то, что мировой порядок, сложившийся после окончания холодной войны, является несправедливым и аморальным, особенно в условиях «однополярного» доминирования Соединенных Штатов, и поэтому баланс в нем должен быть изменен в ходе игры с нулевой суммой, в которой Запад проиграет — будь то в Сирии, Иране или Северной Корее, — а Россия победит.

Путин понимает, что российская экономика страдает от токсичного внутреннего инвестиционного климата, от чрезмерного количества государственной собственности и государственного контроля, а также от коррупции, бессовестного и повсеместного бюрократического рэкета, и поэтому его популярность (а также легитимность его государства, которое во всем остальном у многих вызывает отвращение) зависит почти исключительно от его способности поддерживать патриотическую мобилизацию с помощью постоянного обновления пропагандистского мета-нарратива относительно защиты родины и восстановления для России славы сверхдержавы, которой обладал Советский Союз, то есть, по его мнению, нужно сделать так, чтобы тебя в мире боялись, и поэтому уважали.

Пока в анализе Путина выгода продолжает превышать затраты (в настоящее время в той или иной форме так и происходит), он продолжит действовать на основании своих убеждений и будет спасать свой режим с помощью внешних авантюр и бессистемных внутренних реформ. Он не хочет, чтобы его любили на Западе. Он хочет оставаться у власти в России.

Трамп должен был сделать две вещи на саммите с Путиным: он должен был представить российскому президенту детальную и неприкрашенную картину российского посягательства на национальные интересы Соединенных Штатов. Речь, в частности, идет о безопасности наших союзников, об уважении независимости постсоветских государств, а также о выполнении норм международного поведения. Кроме того — что еще более важно, — задача Трампа состояла в том, чтобы представить Путину яркое, убедительное и достоверное описание того, во что обойдется России ее нынешнее поведение, а также того, какие выгоды она сможет получить, если она будет вести себя более сдержанно.

Создается впечатление, что Трамп не затронул ни одной (или почти ни одной) из ключевых озабоченностей Соединенных Штатов. Но если судить по тому, что просочилось из черного ящика, то вторая часть работы практически не была выполнена — сочетание близорукости, моральной тупости и полного невежества сделало все усилия в лучшем случае бесполезными, а в худшем — а такой вариант более вероятен — вредными.

Результаты проведенной встречи стали принимать определенную форму с того момента, когда Трамп заявил о том, что для него «это честь встретиться» с Путиным. После выборов Трамп провел, по крайней мере, полдюжины встреч на высшем уровне, однако, насколько нам известно, никто из его собеседников — включая лидеров таких близких союзников как Соединенное Королевство и Израиль, а также Индии, самой многочисленной демократии — не получил такого высокого статуса.

Однако в Гамбурге победивший на свободных выборах глава исполнительной власти старейшей в мире непрерывно действующей демократии, занимающей ведущее место в области технологии и демократии, счел за «честь» провести встречу с властным лидером из репрессивной автократии, половина бюджета которой обеспечивается за счет экспорта нефти и природного газа; эта страна фигурирует среди наиболее коррумпированных режимов в мире. Согласно последним данным, 15% ее населения (22 миллиона человек) зарабатывают меньше «прожиточного минимума» (это означает, что у них не хватает денег на еду); это страна, в которой один человек правит уже на протяжении 17 лет.

Партнер Трампа по переговорам в Гамбурге занят подготовкой к проведению в следующем году своего четвертого потемкинского переизбрания и намерен продлить существующую диктатуру еще на шесть лет, и тогда в 2024 году он сравняется со Сталиным по времени своего правления.

В том же самом тумане моральной амнезии (или невежества) госсекретарь Тиллерсон, отвечая после этой встречи на вопросы журналистов, заявил: «Мы недовольны, они недовольны» — но давайте просто двигаться вперед.

«Они» бомбят больницы в Сирии и ведут бои для того, чтобы сохранить у власти человека, отравляющего зарином свой народ. «Они» оккупировали и аннексировали значительную часть европейской страны. «Они» развязали кажущуюся бесконечной войну в Европе, в результате которой уже погибли 10 тысяч человек. «Их» ракетой был сбит самолет рейса MH17 Малазийских авиалиний, и в результате погибли 298 человек. Это «они» в течение последних 10 лет совершали хакерские атаки на государственные учреждения и другие организации в Соединенных Штатах, на союзников США, а также на недавно ставшие независимыми государства Восточной и Центральной Европы. Ну а что же «мы»? Ну, «мы», вероятно, совершили что-то столь же плохое. Так в чем же различие? Недовольство и есть недовольство — «их» недовольство столь же значимо, как и наше.

Что касается областей, вызывающих озабоченность у Соединенных Штатов, то, по версии министра иностранных дел Сергея Лаврова — в ее точности никто с американской стороны не сомневается, — Трамп «не имел какого-то определенного плана» для «разрешения украинского кризиса». Вместо этого президент Соединенных Штатов подтвердил свою «приверженность» соглашению Минск-2. (Оно было подписано Россией, Украиной, а также опосредованными российскими силами в феврале 2015 года под эгидой Франции и Германии, и почти сразу же стало нарушаться. Оно призывает к немедленному прекращению огня, восстановлению границы Украины с Россией, выводу российских войск из Донецкой и Луганской областей).

Таким образом президент Соединенных Штатов подписался под кремлевской версией реальности, в которой «агрессия» и «оккупация» являются «кризисом», а также одобрил попытки подгонять мертвую лошадь в виде «Минских соглашений», тогда как Россия консолидирует свои приобретения на оккупированной территории, убивает украинских солдат и, возможно, готовится к еще одной масштабной атаке на Украине или в соседней Белоруссии.

Трамп приветствовал договоренность о прекращении огня на юго-востоке Сирии, назвав ее большим прорывом. В отличие от такого рода договоренностей в прошлом — все они были нарушены Асадом, а также поддерживающими его Россией и Ираном, — нынешнее перемирие, по словам Лаврова, будет обеспечиваться российской военной полицией. В таком случае это будет первым официальным одобрением со стороны Соединенных Штатов российского присутствия на территории Сирии.

Однако не следует беспокоиться — по мнению Тиллерсона, «в основном наши цели (в Сирии) полностью совпадают». Хорошая новость, несомненно, но не совсем ясная — означает ли это, что Соединенные Штаты теперь «в основном» поддерживают Асада? Или Москва перешла на другую сторону, отказавшись от своего союза с Асадом и Ираном?

По мере того как радиус действия северокорейских ракет увеличивается и все ближе и ближе подходит к берегам Соединенных Штатов, Путин, судя по всему, не отступает от своей позиции по защите Пхеньяна и продолжает накладывать вето на новые санкции ООН, как он это сделал незадолго до саммита в Гамбурге, поскольку Россия, как отметил Тиллерсон, «видит вещи несколько иначе, чем мы». Он также сказал, что «Соединенные Штаты продолжат попытки убедить Россию» по этому вопросу.

И, наконец, когда речь заходит о российских хакерских атаках, некоторые американские официальные лица — но не сам президент, что нужно отметить — оспаривают утверждение Лаврова о том, что Трамп принял опровержение Путиным причастности России. Но затем, по словам Тиллерсона, Трамп и Путин обсудили вопрос о том, как обе страны будут «гарантировать обязательство России относительно отсутствия у нее» намерений вмешиваться в будущие выборы. Кроме того — как будто одной этой странности было недостаточно — оба президента, по словам Лаврова, согласились с тем, что «эти вопросы» станут «предметом двустороннего взаимодействия», и что с этой целью будет создана специальная «рабочая группа». Таким образом, даже если Трамп не «признал» невиновность России, он в Гамбурге согласился пригласить грабителя «работать» вместе с владельцем дома.

Президент Соединенных Штатов сегодня утверждает, что он и Путин просто обсудили идею о создании американо-российской рабочей группы по кибербезопасности и что это «не может произойти» — не обращайте внимания на то, что его министр финансов всего несколькими часами ранее назвал это предложение большим достижением.

«Следует сделать так, чтобы Хрущев был уверен в том, что вы — человек, который будет воевать!» — так хитроумный президент Франции Шарль де Голль наставлял Джона Кеннеди перед его катастрофическим саммитом с первым секретарем (ЦК КПСС) Никитой Хрущевым в Вене в июне 1961 года. Кеннеди игнорировал данный ему совет и предпочел сделать ставку на свое обаяние и харизму. Хрущев, который в течение предыдущих трех десятилетий поднимался по грязному (и весьма кровавому) шесту на вершину советской власти, не был особенно впечатлен. Через год он решил разместить на Кубе ракеты с ядерными боеголовками.

Хотя восхождение Путина не было ни таким долгим, ни таким кровавым, он тоже является крепким орешком. Уличный мальчишка из трущоб послевоенного Ленинграда, он рос в условиях крайней бедности в «коммунальной квартире», кухню в которой вынуждены были делить между собой 11 семей, а туалет находился на лестничной площадке. Каждый день ему приходилось демонстрировать свою готовность драться, чтобы добиться уважения у более взрослых ребят (и сделать так, чтобы они больше к нему не придирались). «Я специалист по общению с людьми» (Эта фраза приведена в статье по-русски — прим. пер.) — так Путин ответил на вопрос о том, в какой конкретно области он считает себя экспертом. И пока, как за пределами страны, так и внутри нее он подтверждает это заявление. Грубая лесть, выраженная словами «для меня честь встретиться с вами», не дала никаких результатов.

«Проколоть нарыв» — это выражение использовал мой любимый профессор Колумбийского университета покойный Збигнев Бжезинский (он был советником по национальной безопасности президента Картера), которого мне сегодня очень не хватает. С его помощью он описывал ситуацию, когда необходим прямой и резкий разговор для того, чтобы и союзники и враги знали о «позиции» Соединенных Штатов с точки зрения награды за хорошее поведение и наказания за плохое.

В прошлую пятницу у Трампа была возможность вскрыть российский нарыв. Вместо этого он и Тиллерсон использовали болеутоляющие, успокаивающие средства и совершенно индифферентные вещества, имитирующие лекарственные препараты. Уже скоро этот нарыв станет еще больше и еще темнее.

Леон Арон является штатным научным сотрудником и руководителем российских исследований Американского института предпринимательства (American Enterprise Institute).

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242757 Леон Арон


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242744 Дональд Трамп

Путин предпочел бы Хиллари

Президент Дональд Трамп в Белом доме дал интервью основателю CBN Пэту Робертсону.

Пэт Робертсон: Чего, по-вашему, он хочет? Какую игру он ведет?

CBN, США

Дональд Трамп: Он хочет того, что хорошо для России. А я хочу того, что хорошо для Соединенных Штатов. И, думаю, в таких случаях, как Сирия, где мы можем достичь соглашения, прекращения огня, и в других вопросах — а таких вопросов было много — прийти к согласию было бы очень хорошо. Но Путин всегда будет хотеть того, что хорошо для России, а Трамп будет хотеть того, что хорошо для Соединенных Штатов. Вот так обстоят дела. И иногда поладить не удастся, а иногда это получится. Но у нас была прекрасная встреча, встреча была личная — лицом к лицу. Она была продолжительной и длилась два часа и 15 минут, и некоторые были удивлены, что так долго. Но в этом нет ничего плохого, это хорошо. Да, и я считаю, что мы нашли общий язык, и это хорошо. В этом нет ничего плохого. Люди говорили: «Вот, они не поладят». Что это за люди, которые это говорят? Мы очень даже поладили друг с другом. Все было очень хорошо. Мы — очень мощная ядерная держава. И они — тоже. И нелогично, нелепо не иметь каких-то отношений.

Это такой вопрос, об этом даже говорить не хочется. Но я повторяю, мы — самая сильная стране в мире, и мы будем еще сильнее. Потому, что я большой сторонник сильной армии, я выступаю за сильную армию.

Приведу пример: если бы победила Хиллари, наша армия была бы уничтожена. Наша электроэнергия стала бы намного дороже. Вот этим я Путину и не нравлюсь. Поэтому я говорю: «С какой стати я должен ему нравиться?» Потому что с самого первого дня я хочу укрепить нашу армию — а ему этого не надо. Потому что с самого начала я хочу развивать добычу сланцевого газа и делать все, чтобы снизить цены на энергоносители и создать мощную энергетику. Мы будем независимыми, и мы уже почти независимы, мы будем экспортировать энергоносители — а ему этого не надо. Он предпочел бы Хиллари — она поставила бы ветряные мельницы. Ему бы это понравилось больше, потому что повысились бы цены на энергоносители, а Россия, как вы знаете, очень от них зависит.

Так что я делаю очень много такого, что абсолютно противоположно тому, чего хотелось бы ему. Поэтому когда я слышу, что он предпочел бы Трампа, я думаю, что это, вероятно, не так. Потому, что я хочу сделать нашу армию сильнее — а она (Хиллари) не стала бы выделять деньги на армию, вы это знаете. Я хочу создать мощную энергетику — мы развиваем добычу угля, природного газа, осваиваем технологию добычи сланцевого газа — делаем все то, что ему очень не понравится. Но никто об этом никогда не говорит.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242744 Дональд Трамп


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242704

Действительно ли 17 разведывательных агентств пришли к консенсусу в вопросе вмешательства России?

Скотт Риттер (Scott Ritter), The American Conservative, США

Январский доклад разведывательных агентств США послужил основанием для серии слушаний в Конгрессе, посвященных вопросу вмешательства России в американские выборы 2016 года, и очень скоро приобрел почти канонический характер, который препятствует критическому отношению к его авторам и их выводам. Однако существует одна серьезная проблема: эти предположительно окончательные и однозначные выводы на самом деле не являются таковыми.

6 января аппарат директора Национальной разведки США опубликовал доклад под названием «Оценки деятельности и намерений России на американских выборах» (Assessing Russian Activities and Intentions in Recent U.S. Elections). Этот документ был назван «рассекреченной частью совершенно секретного доклада», в которой содержатся «выводы, идентичные выводам, приведенным в совершенно секретном докладе». Было заявлено, что этот доклад «включает оценки и суждения, составленные и скоординированные Центральным разведывательным управлением (ЦРУ), Федеральным бюро расследований (ФБР), Агентством национальной безопасности (АНБ), и опирается на информацию, собранную и обработанную этими агентствами».

Доклад Национальной разведки, как и национальные разведывательные сводки, должны отражать взвешенное мнение американского разведывательного сообщества. Такие документы, как доклад о вмешательстве России, входят к компетенцию исключительно Национального совета по разведке, чья миссия заключается в том, чтобы служить «организатором сотрудничества внутри разведывательного сообщества» посредством работы офицеров национальной разведки, то есть экспертов разведывательного сообщества в различных областях, в том числе таких, как Россия и кибератаки.

Хотя этот доклад был опубликован с одобрения Национального совета по разведке, он не имел на своем титульном листе пометки «This is an IC-Coordinated Assessment», которая практически всегда сопровождает документы Национального совета по разведке. Более того, на документе не был указан идентификационный номер, который обозначает, под чьим руководством был составлен этот доклад по России. (Обычно на таких документах указывается имя офицера национальной разведки или ведомства, ответственного за их составление.)

Проще говоря, доклад по России не является продуктом совместной работы, поскольку инструмент координации — Национальный совет по разведке — не принимал непосредственного участия в его составлении, и ни один офицер национальной разведки не руководил процессом его подготовки. Более того, нельзя также сказать, что доклад по России стал продуктом совместной работы ЦРУ, АНБ и ФБР: хотя аналитики этих ведомств и принимали участие в его подготовке, они входили в состав отдельной секретной рабочей группы, действующей под прямым руководством директора ЦРУ, то есть не в рамках своих агентств или управлений.

Таким образом, подобное сознательное искажение сведений об авторах доклада по России бросает тень на достоверность приведенного в документе анализа и материалов, на которых основаны содержащиеся в нем выводы. Это становится еще более очевидным, если рассмотреть этот доклад в рамках того, как именно должен выглядеть процесс скоординированного проведения оценки («IC-coordinated assessment»), и в рамках более широкого контекста, включающего в себя те ошибки, которые разведка допустила в поисках иракского оружия массового поражения, и те уроки, которые она извлекла из того опыта. Однако в случае с докладом по России ни один из тех уроков не был принят во внимание.

Самый секретный источник

Летом 2015 года американское разведывательное сообщество занялось сбором информации, указывающей на то, что некие иностранные субъекты, предположительно, россияне, проводили серию хакерских атак, направленных против правительственных и гражданских систем в США. Первые сообщения об этом кибервторжении поступили от Штаба правительственной связи — британского разведывательного агентства, занимающегося мониторингом коммуникаций и сигналов, представляющих интерес для разведки. Этот штаб зафиксировал всплеск «фишинговых атак», направленных против множества американских организаций, и сообщил об этом АНБ по существующим каналам связи.

Одной из жертв тех фишинговых атак стал национальный комитет Демократической партии.

Вредоносная программа, посредством которой осуществлялись эти атаки, очень напоминала те вирусы, которые ранее применялись российскими хакерами, связанными, по мнению экспертов в области кибербезопасности, с российской Федеральной службой безопасности. АНБ и ФБР начали активно следить за этой волной атак, сообщая организациям-жертвам, в том числе национальному комитету Демократической партии, о том, что их системы были скомпрометированы.

Помимо этих фишинговых атак, как сообщил национальный комитет Демократической партии, его эксперты зафиксировали еще одну попытку взлома его серверов в апреле 2016 года. Тогда комитет пригласил экспертов частной компании Crowdstrike, чтобы они разобрались в этом деле, несмотря на то, что в тот момент они активно обсуждали с ФБР детали более ранних атак. Эксперты Crowdstrike заявили, что они обнаружили следы другой хакерской атаки, за которой, по их мнению, стояло российское Главное разведывательное управление. Как ни странно, национальный комитет Демократической партии не предпринял попыток обсудить свои выводы с экспертами из ФБР или передать свои серверы ФБР для изучения, а вместо этого обратился к изданию Washington Post, которое 22 июня 2016 года опубликовало выводы экспертов компании Crowdstrike, возложивших ответственность за кибервторжение на российские разведывательные службы.

Выводы о российских истоках хакерских атак, на которых настаивали эксперты Crowdstrike и которые были опубликованы в Washington Post, приобрели особую политическую значимость внутри США, когда в июле 2016 года, накануне Национальной демократической конвенции, где Хиллари Клинтон должны были объявить кандидатом от Демократической партии на президентских выборах, на сайте Wikileaks появились электронные письма, украденные с серверов национального комитета Демократической партии, которые в конечном итоге нанесли удар по предвыборной кампании Клинтон. Несмотря на заявления основателя этого сайта Джулиана Ассанжа (Julian Assange), что эти письма были переданы им не россиянами, предвыборный штаб Клинтон немедленно заявил об обратном, подчеркнув, что публикация электронных писем на сайте Wikileaks стала частью российской кампании, направленной против Хиллари Клинтон.

Как сообщало издание Washington Post, примерно в этот период времени директор ЦРУ Джон Бреннан (John Brennan) получил доступ к чрезвычайно секретному докладу, составленному разведывательными службами иностранного государства. Эти службы заявляли о том, что им удалось проникнуть в системы ближайшего окружения российского руководства настолько глубоко, что они могут процитировать слова президента России Владимира Путина, произнесенные в тот момент, когда он озвучивал цели России на выборах в США в 2016 году: добиться поражения Хиллари Клинтон и способствовать избранию ее республиканского соперника, Дональда Трампа. В начале августа об этом докладе сообщили президенту Бараку Обаме и нескольким его советникам, которым было приказано не распространять эту информацию.

Скандальный характер этого доклада — в смысле его источников и содержания — послужил толчком для расследования вмешательства России в американский избирательный процесс, которым занялось разведывательное сообщество США. Проблема заключалась в том, что этим расследованием занялось не разведывательное сообщество как таковое, а скорее (как сообщило издание Washington Post) рабочая группа, куда вошли «несколько десятков аналитиков из ЦРУ, АНБ и ФБР», специально отобранных директором ЦРУ. Эта группа работала на территории штаб-квартиры ЦРУ, и «ее деятельность была скрыта от остального разведывательного сообщества».

Таким образом, была создана закрытая группа аналитиков, которые работали в полной изоляции от остального разведывательного сообщества США. Исходное положение их работы — что Владимир Путин лично руководил вмешательством России в президентские выборы в США, чтобы склонить чашу весов в пользу Дональда Трампа — никогда не подвергалось сомнению, несмотря на то, что его источником был всего один доклад, полученный от разведывательного агентства иностранного государства. Президент Обама поручил американскому разведывательному сообществу провести всестороннее расследование вмешательства России в выборы. В результате эксперты разведки начали повторно анализировать прежние доклады, основанные на предпосылке о непосредственной причастности Путина, что в конечном итоге сформировало крайне тревожную картину масштабной российской кампании, направленной на подрыв основ избирательного процесса в США.

Эти новые отчеты регулярно передавались избранным членам Конгресса (главам комитетов палат по делам разведки и партийным лидерам) начиная с сентября 2016 года. Практически сразу после этого члены Демократической партии начали требовать, чтобы президент публично призвал Путина и Россию к ответственности за вмешательство в выборы. Интенсивность этих требований усилилась после президентских выборов, состоявшихся в ноябре 2016 года, на которых Дональд Трамп одержал победу над Хиллари Клинтон. Разведданные, собранные после выборов — если рассматривать их в свете предпосылки о том, что Путин и Россия постарались добиться избрания Трампа — на первый взгляд подтверждали наихудшие подозрения экспертов разведки и их клиентов в Конгрессе (в частности демократов).

Интенсивность призывов опубликовать материалы и выводы разведки, подтверждающие вмешательство России в американские выборы, продолжала расти вплоть до того момента, когда 9 декабря 2016 года президент Обама поручил американскому разведывательному сообществу подготовить секретный доклад о вмешательстве России.

Этот доклад был подготовлен к 29 декабря, и в тот же день президент с ним ознакомился. Рабочая группа Бреннана провела львиную долю аналитической работы, которая окончательно закрепила исходное положение о вмешательстве России, взятое из доклада разведывательных служб иностранного государства, который и послужил основой для инициации всего этого процесса в начале августа. Президент Обама выслал из США 35 российских дипломатов и закрыл два российских дипломатических комплекса, которые, по мнению экспертов ФБР, использовались для ведения слежки за американцами. Обама также ввел новые санкции против российских физических и юридических лиц, в том числе тех, кто был связан с российской разведкой, в ответ на вмешательство России в американский избирательный процесс, о котором подробно сообщалось в докладе разведывательного сообщества.

Не стоит забывать о «Крученом мяче»

В любом содержательном обсуждении аналитических процессов, задействованных в составлении доклада по России, необходимо принимать во внимание один чрезвычайно важный факт, о котором часто забывают, а именно доклад под названием «Иракская программа по созданию оружия массового поражения», составленный в 2002 году. Этот доклад войдет в историю как воплощение одного из величайших провалов американской разведки в истории. Комиссия разведки США по оружию массового поражения, созданная в соответствии с президентским указом 2004 года для расследования причин этого провала, пришла к беспощадному выводу: «Мы установили, что почти все выводы касательно оружия массового поражения, сделанные до начала войны, были в корне ошибочными. Это стало серьезным провалом разведки». Проблема заключалась не только в ошибочности выводов. Как говорилось в докладе комиссии, «были допущены серьезные недочеты в том, как эти выводы были сделаны и доведены до сведения политического руководства». Коротко говоря, весь процесс составления доклада по оружию массового поражения в Ираке был совершенно несостоятельным.

После терактов 11 сентября, в 2004 году Конгресс санкционировал создание аппарата директора Национальной разведки в попытке обеспечить беспрепятственный обмен информацией между различными агентствами, составляющими американское разведывательное сообщество, чтобы в дальнейшем не допустить таких промахов разведки, как те, которые помешали заранее узнать и предотвратить теракты 11 сентября. Хотя этот аппарат был создан уже после публикации доклада об оружии массового поражения в Ираке и хотя в основе его создания лежали причины, непосредственным образом связанные с терактами 11 сентября, а вовсе не Ирак, Комиссия по силам и средствам разведки полагала, что это было шагом в правильном направлении, то есть в направлении устранения ряда системных недостатков, приведших к провалу в Ираке. Более того, эта комиссия предложила список рекомендаций касательно организации американского разведывательного сообщества, выполнение которых должно было предотвратить такие провалы, как провал в Ираке.

Одна из тех рекомендаций предполагала создание должности «руководителя миссии», который должен был «следить за тем, чтобы аналитическое сообщество адекватным образом реагировало на ключевые потребности в высокоприоритетных вопросах». Один из способов, посредством которых руководители миссий должны были достичь этой цели, заключался в стимулировании «конкурентного анализа», который должен гарантировать, что «в окончательных докладах разведки будут находить отражение все данные и конкурирующие точки зрения аналитиков из всех агентств разведывательного сообщества». Таким образом, полагала комиссия, руководители миссий смогут «предотвратить факты так называемого шаблонного или группового мышления среди аналитиков».

Комиссия предложила некоторые другие рекомендации. В частности она также рекомендовала директору Национальной разведки настаивать на обязательном требовании проведения альтернативного анализа и разработке альтернативных гипотез в ответ на более формальные выводы. Таким образом, директор Национальной разведки сможет гарантировать, что в будущем разведка больше не допустит таких ошибок, как та, которую она допустила в Ираке, сочтя, что Саддам Хусейн не избавился от всех своих запасов оружия массового поражения.

Большинство этих рекомендаций были одобрены президентом Бушем и были взяты на вооружение аппаратом директора Национальной разведки. Главы Национального центра контрразведки, Национального центра противодействия распространению оружия массового уничтожения и Национального центра контрразведки и безопасности превратились в действующих руководителей национальной разведки, а офицеры национальной разведки, работавшие под эгидой Национального совета по разведке, стали региональными руководителями национальной разведки. В 2011 году был создана новая должность офицера национальной разведки по кибербезопасности, а в 2015 году был создан новый Центр интеграции разведданных о киберугрозах.

ЦРУ последовало этому примеру, начав реализацию программы, в соответствии с которой были упразднены мощные региональные отделения, доминировавшие в этом агентстве с момента его основания в 1947 году, а на их месте были созданы новые «центры управления миссиями» во главе с «руководителями миссий», которыми становились самые опытные высокопоставленные офицеры ЦРУ. Сейчас не существует «центра управления миссиями в киберпространстве» как такового. Вместо него в 2015 году ЦРУ создало Директорат цифровых инноваций, офицеры которого поддерживают работу существующих функциональных и региональных центров.

ЦРУ получило разрешение на внедрение процессов альтернативного анализа в свою работу после терактов 11 сентября. Вместо того чтобы скопировать этот процесс, директор Национальной разведки в 2015 году опубликовал новые аналитические стандарты, которые требовали включения «анализа альтернатив» — системной оценки различных гипотез, позволяющих объяснить те или иные явления — во все аналитические продукты.

Все эти новые механизмы действовали в момент «фишинговых атак», зафиксированных Центром правительственной связи Великобритании летом 2015 года, в период, когда летом 2016 года были похищены электронные письма, хранившиеся на серверах национального комитета Демократической партии, и когда Бреннан получил доклад разведки иностранного государства, в котором говорилось о непосредственной причастности президента России Владимира Путина к вмешательству России в президентские выборы 2016 года. Тем не менее, ни один из этих «усвоенных уроков» не был принят во внимание и не был использован в процессе составления доклада по России.

Принятое в самом начале процесса решение Бреннана о создании специальной рабочей группы, изолированной от остального разведывательного сообщества, способствовало тому, что любой конечный продукт этой рабочей группы не мог быть основан на коллективных аналитических ресурсах, доступных всему национальному разведывательному сообществу, и не мог считаться отражением взвешенного мнения всего разведывательного сообщества. Проще говоря, доклад по России не был основан на тесном взаимодействии всех представителей разведывательного сообщества, которое лежит в основе авторитетности подобных докладов.

Чрезмерная зависимость от одного единственного источника в иностранной разведке привела к тому, что Бреннан и его рабочая группа совершили ту же самую ошибку, которую совершило разведывательное сообщество накануне начала войны в Ираке, когда оно выстроило все свои выводы на основании недостоверных данных, полученных от одного источника в иностранной разведке, известного как «Крученый мяч». Нам почти ничего не известно о характере секретного источника информации, которую Бреннан использовал для подтверждения обвинений в адрес России. Можно предположить, что это могли быть разведывательные службы Эстонии, которым не раз удавалось проникать в системы российских правительственных организаций и которые испытывают глубокую неприязнь по отношению к России, что должно настораживать тех, кто пытается манипулировать политикой Америки по отношению к России так же, как оппозиционные деятели Ирака (на ум приходит Ахмад Чалаби (Ahmed Chalabi)) пытались манипулировать политикой Америки по отношению к Ираку.

Тот подход, которому следовала рабочая группа Бреннана в процессе анализа действий России и ее президента, очень напоминает те аналитические шоры, которые помешали разведывательному сообществу США объективно оценить цели и намерения Саддама Хусейна и его ближайшего окружения, когда речь зашла об оружии массового поражения. В докладе по России говорится, что «многие ключевые суждения в данном докладе опираются на многочисленные сведения из разнообразных источников и совпадают с нашим представлением о действиях России». Это высказывание является главным признаком тенденции к «групповому мышлению». Более того, если вспомнить о том, что большая часть этих «многочисленных сведений» были постфактум подогнаны под исходное положение, почерпнутое из одного единственного источника в разведке иностранного государства, это заявление вообще теряет весь свой смысл.

Проблема заключается также и том, что американское разведывательное сообщество довольно плохо разбирается в особенностях процесса принятия решений российским президентом и плохо понимает особенности личности Владимира Путина. В прошлом американское разведывательное сообщество неуклонно руководствовалось давно сложившимся пониманием того, как Саддам Хусейн должен мыслить и принимать решения, поэтому оно попросту не сумело осознать тот факт, что летом 1991 года он мог приказать уничтожить все свои запасы оружия массового поражения и что он говорил правду, заявляя впоследствии, что в Ираке больше не осталось оружия массового поражения.

Президент Путин неоднократно публично заявлял о том, что Россия не вмешивалась в президентские выборы в США. Однако те, кто ссылается на выводы доклада разведки по России, называя их неопровержимыми доказательствами, полностью отвергают опровержения Путина. Тем не менее, нигде в этом докладе по России нет ни единого свидетельства того, что эксперты, подготовившие его, провели нечто, хотя бы отдаленно напоминающее «анализ альтернативных гипотез», который, согласно решению директора Национальной разведки, является обязательным компонентом любого подобного аналитического процесса. В нем также нет ни единого свидетельства попыток провести оценку противоречащих здравому смыслу гипотез, на которой настаивает ЦРУ — вроде гипотезы о том, что президент Путин может говорить правду.

На протяжении всей истории своего существования Национальный совет по разведке имел дело с такими источниками информации, чья секретность намного превышала степень секретности источника Бреннана в разведке иностранного государства. В этом совете есть два эксперта, которые могли бы заниматься таким проектом, как подготовка доклада по России, а именно офицер национальной разведки по вопросам кибербезопасности и руководитель миссии Центра миссий в России и Евразии. Если руководствоваться логикой, их обоих нужно было привлечь к выполнению этой задачи, учитывая то, что в данном случае речь шла о кибервторжении и о намерениях России.

Отговорка, что источник Бреннана был слишком секретным, чтобы его личность можно было раскрыть этим двум экспертам и аналитикам, находившимся в их подчинении, просто абсурдна: оба эти эксперта имеют право доступа к самым секретным данным разведки, и, более того, они обязаны следить за реализацией таких проектов, как расследование вмешательства России в американский избирательный процесс.

Президента Трампа много раз критиковали за то, что он с излишним пренебрежением относится к американскому разведывательному сообществу и что он неоднократно упоминал о провале американской разведки в случае с иракским оружием массового уничтожения в попытке преуменьшить значение докладов разведывательного сообщества, включая доклад о вмешательстве России в президентские выборы 2016 года. Более того президент выступил с очередными своими комментариями, находясь на территории иностранного государства (Польши), накануне первой личной встречи с президентом Путиным, которая прошла на полях саммита Большой двадцатки в Гамбурге и на которой одной из тем повестки стала тема вмешательства России.

Если отвлечься от рассуждений о разумном выборе места и времени для публикации подобных комментариев, содержание заявлений президента кажется вполне здравым. Комментируя консенсус американского разведывательного сообщества касательно выводов, содержащихся в докладе о вмешательстве России, президент Трампа отметил: «Я слышал, что было 17 агентств [которые достигли консенсуса в вопросе вмешательства России]… На самом деле их было три или четыре. Никак не 17».

Трамп продолжил: «На самом деле никто ничего не знает. Никто точно не знает… Я помню, как я сидел и слушал про Ирак — оружие массового поражения — как все на 100% были уверены в том, что в Ираке есть оружие массового поражения. И что было дальше? Это привело к гигантской катастрофе. Они ошиблись».

И в обоих случаях президент оказался прав.

Скотт Риттер — бывший офицер разведки морской пехоты, который работал в Советском Союзе над реализацией соглашений по контролю над вооружениями, работал в Персидском заливе в период проведения операции «Буря в пустыне» и в Ираке, где он следил за обезвреживанием оружия массового поражения.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 13 июля 2017 > № 2242704


Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242691

Состояние Воложа подскочило на $230 млн из-за сделки Uber и «Яндекс.Такси»

Анастасия Ляликова

редактор новостей Forbes.ru

Отметка в 2039,5 рублей стала рекордной для акций «Яндекса» на Московской бирже

Состояние Аркадия Воложа F 85, одного из основателей «Яндекса», выросло больше чем на $200 млн после объявления о объединении сервиса «Яндекс.Такси» с российским бизнесом Uber.

Следом за этим акции IT-гиганта резко пошли вверх — при цене закрытия 12 июля 1632 рубля за бумагу на максимуме 13 июля (14:33 мск) они стоили 2039,5 рублей. Эта цена стала максимальной с момента размещения «Яндекса» на Московской биржи. Если исходить из нее, состояние бизнесмена увеличилось на $230 млн.

Позже стоимость акций несколько снизилась — по состоянию на 17:55 мск акции торговались на уровне 1900 рублей за штуку (что соответствует увеличению состояния Воложа примерно на $150 млн).

Как сообщили ранее в «Яндексе», созданная совместно с Uber компания будет работать в России, Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии и Казахстане. При этом для заказа поездок по-прежнему будут доступны оба приложения, но водители будут объединены в единую платформу.

Uber и Яндекс приняли решение проинвестировать в новую компанию $225 млн и $100 млн соответственно, оценивая объединенную компанию в $3,725 млрд. На 59,3% компания будет принадлежать «Яндексу», на 36,6% — Uber, а на 4,1% — сотрудникам объединенной компании. Возглавит СП генеральный директор «Яндекс.Такси» Тигран Худавердян.

«Я думаю, нам удалось найти формулу, как выращивать «единорогов» в большой компании», — заявил сам Волож в беседе с РБК, комментируя сделку. «Три главных компонента — талантливая и смелая команда, экономическая свобода и большой стек технологий «Яндекса». Два года назад мы выделили «Яндекс.Такси» в отдельную компанию и дали максимум свободы. Эксперимент с «Яндекс.Такси» превзошел многие наши ожидания, и уверен, что это точно не последний пример», — добавил он.

Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242691


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242688

В кольце врагов: в США готовят новые санкции против России и импичмент Дональду Трампу

Редакция Forbes

Трамп обвиняется в «нарушении присяги на верность конституции» и нарушении обязательства обеспечивать выполнение законов. За всю историю страны процедура импичмента главы государства была инициирована в США только трижды

Американские конгрессмены-демократы Брэд Шерман и Эл Грин выдвинули инициативу импичмента президенту США Дональду Трампу за создание препятствий правосудию в ходе расследования приписываемых ему и членам его предвыборной кампании связей с Россией. Соответствующее заявление распространил Шерман.

«Я рад, что конгрессмен Эл Грин присоединился ко мне, чтобы представить статьи об импичменте Дональду Трампу. Теперь мы будем пытаться заставить юридический комитет Палаты представителей Конгресса США провести слушания по поводу создания препятствий правосудию и российского вмешательства в наши выборы», — сказал он.

«Недавно распространенная информация о Трампе дает основания полагать, что кампания Трампа стремилась получить поддержку от России. Сейчас все выглядит так, будто президенту есть что скрывать, учитывая то, как он пытался свернуть расследование в отношении (своего бывшего помощника по национальной безопасности) Майкла Флинна и более широкое расследование, касающееся РФ. Убежден, что его беседы с бывшим директором ФБР Джеймсом Коми и его последующее увольнение представляют собой создание помех правосудию», — утверждает конгрессмен.

«Представление cтатей об импичменте будет иметь два возможных исхода. Во-первых, я рассчитываю, что это вдохновит на «вмешательство» в Белый дом. Если импичмент — это реальность, если там увидят статьи, то, возможно, мы увидим, как некомпетентность заменят заботой. Вероятно, неконтролируемые импульсы превратятся в контролируемые, а угроза, с которой сталкивается наш народ, будет смягчена», — считает Шерман.

«Во-вторых, что более вероятно, выдвижение cтатей об импичменте станет первым шагом на очень долгом пути. Если импульсивная некомпетентность продолжится, тогда спустя долгие-долгие месяцы республиканцы присоединятся к попыткам вынести импичмент», — говорит демократ.

Помимо заявления, Шерман опубликовал и сам текст документа, который он озаглавил как «Статьи об импичменте». В этой резолюции говорится, что «Дональду Трампу, президенту Соединенных Штатов, выносится импичмент за особо тяжкие преступления и поступки». В резолюции Трамп обвиняется в «нарушении присяги на верность конституции» и «нарушении конституционного обязательства обеспечивать выполнение законов».

Вместе с тем вероятность того, что выдвинутая демократами инициатива будет утверждена Палатой представителей крайне мала, поскольку в настоящее время большинством располагают республиканцы.

Новые антироссийские санкции

Представители демократического меньшинства в Палате представителей Конгресса США предложили собственный вариант законопроекта о новых санкциях против России, который в основном повторяет положения аналогичного документа, принятого ранее Сенатом. Внося собственный документ, демократы хотят усилить давление на республиканцев, в рядах которых существуют разногласия в отношении новых санкций, которые должны стать ответом на якобы имевшее место вмешательство Москвы в выборы США.

Сенатский вариант законопроекта «завис» в нижней палате в связи с возникшими процедурными вопросами, так как законы, влияющие на бюджетные доходы, должны, по существующим правилам, сначала рассматриваться Палатой представителей, а лишь затем Сенатом. Верхняя палата внесла необходимые изменения в документ, однако они вызвали возражения со стороны демократов.

Подробнее о санкциях в материале: Эффект бумеранга: санкции против России могут навредить американским энергетическим компаниям

Инициаторами внесения нового варианта законопроекта выступили лидер демократов в палате Нэнси Пелоси, ее заместитель Стени Хойер, заместитель председателя комитета по иностранным делам палаты Элиот Энгел. Накануне Хойер заявил, что демократы рассчитывают рассмотреть законопроект на текущей неделе.

Спикер палаты Пол Райан принципиально высказался в поддержку новых санкций, однако пока не ясно, проголосуют ли республиканцы в пользу нового варианта законопроекта. Если закон, предложенный демократами, будет принят, за него снова должен будет проголосовать и Сенат. Демократы между тем обвиняют республиканцев в затягивании принятия новых санкций.

Расследование связей с Москвой

Расследование в связи с означенными подозрениями ведут в стране не только сотрудники ФБР, но и спецкомитеты по разведке Сената и Палаты представителей Конгресса. Кроме того, в середине мая минюст США объявил о назначении бывшего директора ФБР Роберта Мюллера спецпрокурором для еще одного такого независимого разбирательства. Трамп и его ключевые помощники неоднократно отвергали подозрения в каких-либо неправомерных контактах с российскими официальными лицами в период прошлогодней предвыборной кампании. Москва множество раз опровергала выводы о попытках повлиять на ход президентских выборов в США.

Процедура импичмента

Импичмент предусматривает привлечение к ответственности федеральных служащих (в том числе президента США), обвиненных в «государственной измене, взяточничестве либо иных тяжких преступлениях и правонарушениях». «Исключительной прерогативой» формулировать и выдвигать обвинение располагает Палата представителей Конгресса, а судебные заседания проходят в Сенате (верхней палате) под председательством главного судьи Верховного суда США. Для решения об отстранении лица от занимаемого поста обвинение должно быть поддержано двумя третями голосов присутствующих сенаторов.

В США процедура импичмента главы государства была инициирована трижды. В 1868 году президента (1865-1869) Эндрю Джонсона обвинили в незаконной отставке военного министра, а Билла Клинтона, который руководил страной с 1992 по 2000 год, в 1998-1999 годах — в лжесвидетельстве и препятствии правосудию, однако оба главы государства были оправданы Сенатом. Ричард Никсон, занимавший пост лидера страны в 1969-1974 годах, подал в отставку еще до начала сенатских слушаний. Ему грозил импичмент в связи с громким политическим скандалом, получившим название «Уотергейт».

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242688


Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242686

«Яндекс.Такси» и Uber объединят бизнес по онлайн-заказу поездок в России

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

«Яндекс» сообщил также об объединении бизнеса по онлайн-заказу такси с Uber в Казахстане, Азербайджане, Армении, Белоруссии и Грузии

Сервис «Яндекс.Такси» сообщил об объединении бизнеса по онлайн-заказу поездок с Uber в России, Казахстане, Азербайджане, Армении, Белоруссии и Грузии, говорится в сообщении «Яндекса», поступившем в редакцию Forbes. Новая компания получит название NewCo.

«Яндекс» и Uber подписали соглашение об объединении бизнесов по онлайн-заказу поездок в России, а также в Азербайджане, Армении, Беларуси, Грузии и Казахстане в составе новой компании. В нее также перейдет сервис UberEATS в указанных странах», — указывается в пресс-релизе.

По мнению председателя комитета Московской торгово-промышленной палаты (МТПП) по таксомоторным перевозкам Богдана Коношенко, соглашение доказывает, что российские технологии могут «не только выступать на равных с мировыми лидерами, но и превосходить их по качеству».

«В тарифной политике для партнеров и пассажиров я бы не ждал от новой компании резких движений. На таком высоколиквидном рынке, как таксомоторные перевозки, любое «закручивание гаек» моментально приводит к переходу водителей и пассажиров к конкурентам. Думаю, они продолжат двигаться вместе с рынком и аккуратно развивать сервисы, чтобы не отпугнуть пользователей и сохранить партнерскую базу», — уверен он. Собеседник Forbes отметил, что «Яндекс.Такси» и Uber пока занимают порядка 6-7% российского рынка.

В сообщении отмечается, что, по оценкам экспертов VTB Capital, совокупная стоимость поездок легальных перевозчиков в России составила в 2016 году 501 млрд рублей. При этом «теневой» сегмент был оценен Аналитическим центром при правительстве в 116 млрд рублей в 2015 году. Таким образом, доля объединенной компании в России в прошлом году была бы примерно 5-6% по этому показателю.

«Потребление такси непрерывно растет, и мы являемся свидетелями этого процесса. Многим из нас кажется, что все уже давно пересели на такси, но на самом деле мы находимся только в самом начале пути. Наша цель — создать платформу, удобство и доступность которой будут сравнимы как с личным автомобилем, так и с общественным транспортом», — подчеркнули в компании.

В пресс-релизе отмечается, что объединенная платформа за июнь охватила 127 городов в шести странах, всего за месяц было совершено 35 млн поездок. Суммарная стоимость поездок за месяц составила 7,9 млрд рублей.

Россия. США > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 13 июля 2017 > № 2242686


США. СФО > Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241296

Американские домохозяйки, искавшие свободу в советской России

Джулия Микенберг (Julia Mickenberg), Aeon Magazine, Великобритания

Летом 1922 года детский библиотекарь Рут Эпперсон Кеннел (Ruth Epperson Kennell) уехала из Нью-Йорка в глухой уголок Сибири. Она отправилась туда вместе с мужем Фрэнком и еще 132 «первопроходцами». В Сибири они стали членами индустриальной колонии Кузбасс, как называли утопическую коммуну в угледобывающем городе Кемерово. Основал ее «Большой Билл» Хейвуд, ставший лидером организации «Индустриальные рабочие мира». В США он был обвинен в шпионаже, освобожден под залог на время подачи апелляции и бежал в советскую Россию. Хейвуд и сотни других иностранцев с энтузиазмом создавали индустриальные и сельскохозяйственные коммуны, стремясь помочь «новой России». Кеннел рассказывала, что кузбасские первопроходцы, воссоздавшие американские поселения дикого Запада и участвовавшие в промышленном развитии нового региона, строили не новую Атлантиду, а «новую Пенсильванию».

Подписав двухгодичный контракт с Обществом технической помощи советской России и отказавшись от удобств американского среднего класса, Кеннел приняла решение, которое в те времена было удивительно популярно. Статья пролетарского барда Майка Голда (Mike Gold) в радикальном издании Liberator под названием «Нужны первопроходцы для Сибири» (Wanted: Pioneers for Siberia) стала той искрой, которая направила жизнь Кеннелов в совершенно новое русло. Голд писал о прелестях массового исхода, участники которого стремились не только уехать из США: эти первопроходцы хотели принять участие в строительстве чего-то нового. В первую очередь это относилось к американским женщинам, которые в то время получили право голоса, но в остальном в их жизни ничто реально не изменилось. Апеллируя к «молодым интеллектуалам, которые не сбежали в уличные парижские кафе, чтобы смаковать там коктейли в знак благородного протеста против американского пуританства», Голд в своей статье убедил Кеннелов собрать пожитки и отправиться в Россию, оставив полуторагодовалого сына на попечение бабушки.

В первые годы в Россию добровольно ехали в основном мужчины, а не женщины. А те женщины, которые туда отправлялись, просто сопровождали своих мужей. Однако Кеннел поехала в эту страну не как иждивенка и домохозяйка, а как рабочая. В Кузбасс ее влекло то обстоятельство, что она сможет избежать, как говорил Ленин, монотонного домашнего труда и будет жить в коллективе.

Оказалось, что Кеннел также мечтала о свободе от буржуазной морали. Ее все больше привлекал инженер из Нью-Йорка, с которым она познакомилась в конторе колонии. Когда муж Рут уехал из-за спора между «Индустриальными рабочими мира» и коммунистами, она почувствовала облегчение, а не сожаление. Кеннел писала в популярном сатирическом журнале American Mercury: «Весной 1925 года распалось не одно супружеское партнерство, обычно по инициативе жен. В сибирской колонии женщины нашли ту свободу, о которой мечтали их души».

Кеннел была одной из сотен американских женщин, которые обратили свои взоры на революционную Россию, пытаясь найти новый образ жизни. Перед большевистской революцией суфражистки, работницы благотворительных учреждений, сторонницы тюремных реформ, разоблачительницы социальных язв и прочие «новые женщины», озабоченные проблемами социальной справедливости, вступили в ряды борцов за «русскую свободу». Многие считали исключительно важными свои усилия по освобождению «темной России». Царский режим они давно уже считали «мрачным двойником» США (у него была такая же «неустойчивая» граница и традиция крепостничества, отмененного почти в то же время, когда в Америке положили конец рабству). Он казался им олицетворением многовековой системы, в которой немногочисленные богачи жестоко эксплуатируют обездоленные массы. Лилиан Уолд (Lillian Wald) и другие работницы поселений с восхищением писали о «нежных» революционных женщинах в России, чья ненависть к несправедливости заставила их взять в руки оружие и выступить против власти. «Новые женщины» в США одобрительно относились к советским попыткам обобществить работу по дому за счет создания общественных прачечных, столовых и яслей. Они восхваляли новый идеал «товарищеской любви». А еще они положительно отзывались о законах, предоставивших женщинам право голоса, легализовавших аборты, упростивших процедуру развода и требовавших равной оплаты труда.

К концу 1920-х годов сотни «американских девушек» из числа работниц благотворительных организаций, журналисток, учителей, художниц и искательниц приключений «хлынули в красную столицу», чтобы стать свидетелями «новой жизни» и принять в ней активное участие. Прославленная танцовщица Айседора Дункан приехала в Москву в 1921 году, чтобы открыть танцевальную школу. Она очень хотела увидеть, есть ли «в мире страна, которая больше ценит душевное и физическое здоровье своих детей, чем торгашеский дух». Фотограф Маргарет Бурк-Уайт (Margaret Bourke-White) в 1930 году совершила свою первую поездку в Советский Союз, полная решимости запечатлеть промышленные успехи России. Она заявила: «В России происходит многое, причем происходит с головокружительной скоростью… Усилия 150 миллионов человек колоссальны и беспрецедентны в истории». А в 1932 году в Москву приехали 22 афроамериканки и афроамериканца, в том числе, знаменитые деятели Гарлемского ренессанса, такие как Дороти Уэст (Dorothy West) и Лэнгстон Хьюз (Langston Hughes), чтобы сыграть в фильме, показывающем «первую подлинную картину негритянской жизни (в Америке)». Картину так и не сняли, но большинство членов этой группы нашли в Советском Союзе много того, чем они искренне восхищались. Некоторые даже остались там жить.

Почему это восхищение революционной Россией, особенно среди женщин, было забыто? Отчасти ответ заключается в том, что для многих «советская мечта» превратилась в кошмар, в том числе для тех незадачливых американцев, которые пытались наладить там свою жизнь. Они с неоправданным оптимизмом (а иногда и просто случайно) отказывались от американского гражданства, а потом обнаруживали, что очутились в западне. Кого-то отправили в лагеря ГУЛАГа, кто-то умер, и почти все оставшиеся в России утратили тот идеализм, который привлек их туда. Многие прожили там несколько лет или месяцев, то есть, вполне достаточно, чтобы ощутить себя более чем туристами, но слишком мало, чтобы почувствовать, что их судьба связана с СССР. Во многих случаях эти люди считали возможным оправдывать насилие, репрессии и паранойю, полагая, что это временное и необходимое явление на пути строительства истинного социализма.

Но к концу 1930-х годов оправдывать все это было уже очень трудно, а когда началась холодная война, то и вообще невозможно. Сегодня «новая холодная война» стала той призмой, через которую мы можем взглянуть на русскую главу в истории американского феминизма. В политическом смысле история «американских девушек в красной России» не стала полезным прошлым для феминистского движения, которое всегда находилось в осаде. Кеннел сохранила верность Советскому Союзу вплоть до своей смерти в 1977 году; но это не является основанием для того, чтобы восхищаться ею. Вместе с тем, эта глава на самом деле полезна в том смысле, что она позволяет нам понять нечто новое о человеческих желаниях и ошибках, об упорно сохраняющемся неравенстве между мужчинами и женщинами, а также о вере в то, что лучший мир возможен.

Русская глава в истории американского феминизма напоминает нам, что борьба женщин за равновесие между материнством, домашними обязанностями и общественно полезным трудом, их стремление к самореализации и к равноправным романтическим отношениям, а также их надежды на построение более справедливого общества имеют долгую и богатую историю. Сегодня, когда политиков правого толка и бизнесменов в Россию влечет эгоистичная жажда наживы и ее грубая демонстрация силы, следует вспомнить, что в прежние времена эта страна привлекала людей совсем другими идеями и делами.

Джулия Микенберг — доцент Техасского университета в Остине, занимающаяся американскими исследованиями. Ее новая книга называется «Американские девушки в красной России: погоня за советской мечтой» (American Girls in Red Russia: Chasing the Soviet Dream).

США. СФО > Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241296


Россия. США. Франция. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241283

США — Россия: война спецслужб

США переживают в настоящий момент период острой паранойи в вопросах шпионажа и предательства, которые напоминают о временах «маккартизма» («красного страха») в 1950-х годах.

Ален Родье (Alain Rodier), Atlantico, Франция

Демократы, которые до сих пор не могут смириться с поражением на президентских выборах 2016 года, обвиняют команду Трампа в том, что та получила помощь от спецслужб России, оказавших воздействие на голосование. Со временем они пошли еще дальше, заявив о «государственной измене» президента и его окружения. Проблема заключается в том, что в настоящий момент представителями американских спецслужб не было представлено ни одного доказательства, которое могло бы быть принято судом.

То же самое касается и «досье» бывшего офицера британской МИ-6 Кристофера Стила (Christopher Steele) о предполагаемых сексуальных похождениях Дональда Трампа в Москве. Американские специалисты отзываются об этом докладе по меньшей мере сдержанно.

Нельзя не признать, что практически во всех демократиях проигравшие сегодня не хотят признавать собственные ошибки и списывают неудачи на некие «темные силы», которые обязательно принудили избирателей. Демократическая система нравится им, когда она позволяет прийти к власти, но не тогда, когда невежественные и/или оказавшиеся под чьим-то «влиянием» избиратели поддерживают их противников. В такой ситуации проигравшие немедленно заявляют о «сговоре».

Если российские спецслужбы на самом деле приложили руку к президентским выборам 2016 года, их американские коллеги тоже были частью политической игры в связи с тем, что даже многие представители республиканского лагеря (в их числе сенатор Джон Маккейн) рассматривали приход Дональда Трампа к власти как поражение.

На самом деле все куда прозаичнее. Неоконсерваторы, которых поддерживали лобби ВПК (оно опасается за свои огромные прибыли) и разведсообщества (ревниво держится за свои прерогативы), видели в избрании Трампа президентом угрозу для своих интересов. Как вы помните, во время кампании тот напирал на ограничение военных операций США и сокращении оружейных программ, а также критиковал спецслужбы.

Немного истории

Распад СССР привел к исчезновению главного и самого сильного врага Запада, что сильно расстроило США. Неоконсерваторы воспользовались неразберихой в Центральной Европе для расширения своего влияния на континенте с помощью групп вроде Национального фонда демократии, которые по большей части финансировались на государственные средства. Это было названо триумфом «мягкой силы», которая при необходимости подкреплялась вполне ощутимыми бомбардировками.

Хотя эти организации не стояли у истоков арабских революций 2011 года, которые стали неожиданностью для всех (особенно для спецслужб), они как минимум «сопровождали» их в надежде утвердить благосклонно относящиеся к Вашингтону власти под предлогом распространения «демократии» (новая религия и оправдание современных «крестовых походов»). В этом они опирались на «Братьев-мусульман» (запрещенная в России организация — прим. ред.), которые считались допустимыми партнерами, раз соглашались на участие в священном избирательном процессе. Они намеренно закрыли глаза на тот факт, что конечная цель движения тоже заключается в формировании халифата с законами шариата. От «Аль-Каиды» и «Исламского государства» (запрещенные в России террористические организации — прим. ред.) «Братьев-мусульман» отличали лишь средства ее достижения.

В целом американская политика была увенчана успехом для неоконсерваторов, которые воспользовались слабостью России, чтобы продвинуть свои пешки через НАТО, наступая на рубежи того, что считали «российской империей». Самым большим обманом США стало формирование системы ПРО в Центральной Европе якобы для защиты от иранских ракет. Если даже отбросить тот факт, что эта система не защищает собственно саму Европу от потенциальной иранской угрозы, нет сомнений, что ее целью в первую очередь является Россия.

В то же время Вашингтон поджидало большое разочарование на Ближнем Востоке, где вместо свергнутых диктаторов воцарился хаос. Появление ИГ, которое было отколовшейся от «Аль-Каиды» ультрарадикальной группой, тоже оказалось сюрпризом. Кроме того, некоторые политики (неожиданно для спецслужб) не стали следовать установленной Вашингтоном линии поведения. Речь идет о Башаре Асаде и маршале Ас-Сиси. Наконец, несколько оправившийся за это время «русский медведь» отреагировал на стратегию влияния Вашингтона, проведя целый ряд эффективных контрнаступлений. Украина, Грузия и Белоруссия стали точками трений, где США больше не удается продвинуться вперед.

Неоконсерваторы обрушили на голову Владимира Путина гром и молнии. Стоящий у руля России бывший «чекист» наверняка виновен во всех бедах. Кроме того, в 2015 году он позволил себе похвалить российских «шпионов», назвав их сильными отважными людьми, которые эффективно защищают суверенитет, территориальную целостность и жизни граждан России. Их западные коллеги в жизни не видели такой поддержки со стороны политических властей… Американцы с короткой и/или избирательной памятью слишком быстро забыли, что до избрания президентом США (1989-93) Джордж Буш-старший некоторое время был директором ЦРУ.

Хвостизм европейской интеллигенции

Значительная часть интеллектуалов Западной Европы (1), которые в прошлом плыли по волнам марксизма-ленинизма (а самые радикальные даже маоизма), совершили вынужденную «культурную революцию» после крушения их советской «модели» (2).

Их охватила «обамамания», из-за которой они постепенно перешли в антлантизм. С тех пор эти интеллектуалы с большой репутацией и активным присутствием в СМИ («пятая власть», которой определенно хотелось бы подняться выше в списке) так или иначе следуют установленным в Вашингтоне курсом.

В прошлом в стремлении выделиться они были большими коммунистами, чем члены КПСС, а сегодня они — большие неоконсерваторы, чем их американские коллеги. Как в прошлом, так и сейчас они ставят на первое место «демократическую нравственность» для оправдания своих решений. Это чрезвычайно удобно, поскольку позволяет отмахнуться от любого несогласия (даже без обсуждения сути идей): они называют критиков беспросветными идиотами, «фашистами» (3) или душевнобольными, которым место в психушке (такие методы были в моде при СССР). Их высокомерие может сравниться лишь с их же презрением к оппонентам и (что еще серьезнее) к народам, которых они в тайне считают темными и невежественными. Но самое худшее в том, что они искренни и свято верят в свою правоту, хотя сомнение — первый шаг к мудрости…

Действия российских спецслужб

Как бы то ни было, российские спецслужбы явно проявили «интерес» к американским выборам, потому что вероятный приход к власти Хиллари Клинтон рассматривался Кремлем как угроза в связи с ее неоконсервативными убеждениями, граничащими с воинственностью. Вероятно, они даже проводили разного рода операции влияния, но не ради победы Трампа, а для противодействия Клинтон.

Упреки в адрес российской прессы и, в частности, Russia Today и Sputnik, которые «вели кампанию» против Клинтон, вполне обоснованы. Эти СМИ определенно находятся под воздействием Кремля — точно так же, как радио «Свобода» следовало политике Белого дома в ходе российских выборов.

По факту, российские спецслужбы перешли в наступление повсюду, где затронуты интересы Москвы. Владимир Путин понимает, что разведка, дезинформация, коррупция и прочие активные методы позволяют добиться результатов без единого выстрела и с меньшими затратами.

Быть может, это вас удивит, но в таком подходе нет ничего странного. Спецслужбам платят за разведку и защиту интересов страны за границей. Причем, такие действия могут принимать в ряде случаев откровенно насильственный характер, как было с рядом операций по нейтрализации, насчет которых распорядился президент Обама.

Встающий в случае США вопрос выглядит следующим образом: смогла ли американская контрразведка дать достойный ответ, и были ли приняты правильные политические решения на основании представленных ей данных?

Существование спецслужб позволяет правительствам (даже в демократических странах) вырваться из тисков национальных и международных законов, чтобы действовать в «высших интересах нации». Возможно, некоторые не признают этого из-за сложившихся у них представлений о «нравственности». Однако до сих пор по приходу к власти никто не решался их упразднить. До настоящего времени ни одно правительство в мире не обходилось без спецслужб. Это говорит нам об их незаменимости для нормальной работы государства. Как бы то ни было, нужно, чтобы те не говорили политикам лишь то, что они хотят слышать, как уже не раз бывало в прошлом.

Ситуация все больше выходит из-под контроля

В последнем докладе Национального разведывательного совета говорится о «динамике», которая «обостряет напряженность между странами, повышая риск конфликта между государствами в течение пяти ближайших лет (…), ослабление Европы, неопределенность с ролью США на международной арене и сомнения насчет конвенций по поддержанию мира и защите прав человека открывают возможности перед Китаем и Россией. Такая ситуация будет играть на руку неправительственным агрессорам и придаст второе дыхание региональному соперничеству, например, между Эр-Риядом и Тегераном, Исламабадом и Нью-Дели, на Корейском полуострове». Эксперты НРС совершенно правы, поскольку соперничество Эр-Рияда и Тегерана достигло апогея с блокадой Катара, а на Корейском полуострове достаточно искры для взрыва — как в прямом, так и переносном смысле. Любой мало-мальски внимательный наблюдатель осознает, что напряженность растет по всему миру, а некоторые лидеры подталкивают все к пропасти.

Ключевая роль во всем этом, разумеется, принадлежит США, которые остаются первой мировой державой как в экономическом, так и военном плане. Их традиции настоящей демократии ведут их к рациональным решениям. Поэтому им давно пора прекратить разыгрывать нынешнюю внутреннюю трагикомедию, которая, судя по всему, искажает их восприятие внешнего мира. Затем они смогут вернуться на первый план, чтобы вновь сыграть по праву принадлежащую им роль. Кроме того, нужно, чтобы Дональд Трамп оказался на высоте стоящих перед ним задач. А на этот счет все еще остаются сомнения.

1. Сейчас утвердилось новое поколение интеллектуалов, однако оно было подготовлено предыдущим и идет по его пути.

2. При этом мало кто из них признал свои прошлые ошибки и в том числе массовые преступления во имя макрсизма-ленинизма.

3. Со стороны интеллигенции постоянно слышатся заявления о «самых темных часах истории», однако они практически не имеют представления о том, что тогда происходило на самом деле, потому что практически не слушают историков.

4. США, понятное дело, ни разу не вмешивались в выборы в Латинской Америке и Европе, а Франция никак не влияла на Африку.

Ален Родье — отставной офицер французской разведки, замдиректора Французского центра разведывательных исследований, эксперт по исламскому терроризму и организованной преступности.

Россия. США. Франция. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241283


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 июля 2017 > № 2241150 Арас Агаларов

«Это выдумки какие-то!» Арас Агаларов — о связи своего сына с Трампом-младшим

Анна Игнатова

По словам миллиардера, Эмин действительно знаком с американским президентом и его сыном, но сам он ни с тем, ни с другим не имел контактов

Президент и владелец группы «Крокус» Арас Агаларов F 51 в интервью BFM назвал «выдумками» информацию о том, что его сын Эмин фигурирует в переписке с Дональдом Трампом-младшим по поводу передачи компромата на Клинтон: «Я думаю, это какие-то выдумки. Это я не знаю, кто выдумывает. При чем тут Хиллари Клинтон? Я не знаю».

Агаларов-старший подтвердил, что его сын и сын американского миллиардера действительно знакомы и вместе вели дела во время организации конкурса «Мисс Вселенная» в 2013 году. «У нас состоялась встреча… кажется, мы все друг другу понравились, обменялись рукопожатиями и за неделю подписали контракт», — рассказывал Эмин Агаларов в интервью Forbes.

На вопрос, знаком ли он сам с сыном Трампа, Арас Агаларов ответил, что нет: «Это Эмин с ним знаком, я с ним не знаком. Ну, мы «Мисс Вселенную» проводили, и тогда там состоялись контакты». Агаларов-старший был организатором мероприятия и заключил с Дональдом Трампом контракт на $14 млн. Конкурс прошел в Москве, в «Крокус Сити Холле», принадлежащем компании Агаларовых Crocus Group. Миллиардер утверждает, что понятия не имеет, о чем могли говорить «дети»: «Они приблизительно одного возраста, откуда я знаю, в каком ключе они общались. Ну, общались о чем-то, не знаю».

11 июля сын главы Белого дома обнародовал в своем Twitter переписку с известным британским PR-специалистом и музыкальным критиком Робом Голдстоуном по поводу встречи с российским адвокатом Наталией Весельницкой, которая могла бы предоставить (по словам Голдстоуна) компрометирующую информацию о Хиллари Клинтон.

В письме от 3 июня Голдстоун пишет Трампу-младшему о звонке Эмина Агаларова, который сообщает, что генпрокурор России («The Crown prosecutor of Russia») встретился с его (Эмина) отцом Арасом Агаларовым и предложил предоставить Трампу информацию, компрометирующую Клинтон и раскрывающую ее контакты с Россией. Также в этом письме Голдстоун утверждает, что «это часть той поддержки, которую Россия и ее власти оказывают кампании Трампа — через Араса и Эмина».

Агаларов-старший заявил, что «я и Роба Голдстоуна толком не знаю». На вопрос о роли пиарщика в отношениях с Эмином миллиардер ответил: «Он работал с Эмином какой-то период в качестве менеджера, наверное, или продвигал что-то в Америке, не знаю. В общем, он работал. Они общались вместе».

Трамп-младший в интервью Fox News назвал свою встречу с российским адвокатом Весельницкой во время предвыборной кампании своего отца в 2016 году «пустой тратой 20 минут, что было позором».

Дональд Трамп похвалил сына в своем заявлении, которое зачитала представитель Белого дома: «Мой сын — хороший человек, и я аплодирую его открытости», – передает Reuters.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 июля 2017 > № 2241150 Арас Агаларов


Казахстан. Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 12 июля 2017 > № 2240957 Андрей Белов

Национальный банк РК подчиняется ФРС США?

Автор: Сара САДЫК

«ЦБ является государством в государстве, и это государство подчиняется Вашингтону. Даже не Белому дому, а Федеральной резервной системе (ФРС). Все подчиняются ФРС — Банк России, правительство нашей страны, Барак Обама». Это выдержка из комментария Валентина Катасонова, профессор кафедры международных финансов МГИМО, доктора экономических наук, на статью Марата Селезнева «Пятая колонна с Неглинной», опубликованную на ресурсе lenta.ru.

Относительная независимость

Приведенную выше цитату можно спроецировать и на Казахстан, в законодательстве которого прямо говорится: «Органы представительной и исполнительной власти не вправе вмешиваться в деятельность Национального Банка Казахстана, его филиалов, представительств, ведомств и организаций по реализации его законодательно закрепленных полномочий». То есть, наш Нацбанк тоже представляет собой государство в государстве.

Получается, теоретически он может, используя находящиеся в его распоряжении инструменты (например, через резкие изменения курса национальной валюты), оказывать давление на правительство, влиять на политические процессы в стране? Этот весьма интересный вопрос мы попросили прокомментировать нашего давнего эксперта, профессора университета префектуры Фукуи (Япония), доктора экономических наук Андрея Белова:

- Центральные банки в разных странах могут быть полностью независимыми, наполовину независимыми и совсем зависимыми от своего национального правительства, - говорит он. - Примерно с начала 1990-х заговорили о том, что если центробанк будет независимым от правительства, то он, ограничивая число низкопроцентных и длительных кредитов последнему, тем самым поставит барьер инфляции. Поэтому многие государства стали брать курс на независимость своих ЦБ.

- Но ведь, снижая инфляцию, надо одновременно и другие задачи решать, чтобы не задушить экономику и национального производителя.

- Этими-то задачами как раз и занимается правительство, а центробанк, как правило, следит за устойчивостью в сфере денежного обращения и за инфляцией. И чтобы все эти задачи решались, ЦБ должен стремиться не только к независимости, но и к конструктивному обмену мнениями с правительством. Кстати, многие страны, особенно развитые, такую политику и проводят.

Приведу конкретный пример: 2008 год, в США разворачивается колоссальный кризис. И Бен Шалом Бернанке, председатель центробанка - Федеральной резервной системы (утверждаемый, кстати, конгрессом США) – начинает программу «количественного смягчения», т.е., в сущности, колоссального вброса денег в обращение. И эта программа в точности совпадает с установками правительства. В 2009-м у председателя заканчивается первый срок полномочий, и сенат утверждает его на второй. Разумеется, ФРС остается независимой с точки зрения техники регулирования и конкретных инструментов политики, но стратегические цели вырабатываются совместно всеми участниками политической элиты. Другими словами, когда в обществе формируется консенсус по вопросу необходимости изменения установок, председатель ФРС обязательно участвует в обсуждении. А затем самостоятельно определяет конкретные меры и приступает к их реализации. Поэтому на самом деле так называемая независимость центрального банка – вещь относительная. Это, извините за избитую фразу, не догма, а руководство к действию.

То же самое происходит и в Японии, хотя и с поправкой на особенности местной политической системы. До начала 2013 года японский ЦБ проводил сравнительно сдержанную денежную политику. После смены парламента и правительства в руководстве страны сложилось представление о целесообразности увеличить бюджетные расходы и нарастить предложение денежной массы для оживления экономического роста. И началась работа над тем, чтобы сменить руководителя центрального банка другим, который имел бы такую же точку зрения, что сформировалась в правительстве. Это вполне логично. В Японии центробанк – это акционерная компания, в которой 55% капитала принадлежит правительству, а 45% - частным акционерам. «Частники» в управлении банком не участвуют, его главу подбирает правительство, а утверждает парламент.

Профессор Катасонов говорил, что центробанки многих развивающихся стран фактически зависят от ФРС. В определенном смысле так и есть. Но это очень образное и запоминающееся выражение требует пояснений. На самом деле, политика обменных валютных курсов, принятая в России и Казахстане, в значительной степени зависит от бивалютной корзины (доллар-евро), где ведущую роль играет доллар. На его курс по отношению к другим мировым валютам влияет все – и цены на нефть, и политическая ситуация в мире, и внутренняя ситуация в США. Поэтому мы, конечно же, зависим от решений Федеральной резервной системы. Только в этом смысле можно и нужно понимать слова профессора. Он наверняка и сам пояснил это, но когда дошло до цитирования, взяли самую яркую фразу.

Курс доллара и «цветные» революции

- Так воздействуют внешние силы на ситуацию в наших странах через курс доллара или нет?

- Они воздействуют, но не через курс, а через агентов влияния. А курс – это как погода: попробуй-ка из Америки разогнать облака над Москвой или Астаной. Когда правительства России и Казахстана решили отпустить свои валюты в свободное плавание, то, сохранив механизмы влияния на валютный курс, большую часть работы по его поддержанию отдали доллару и евро. Это решение было принято самостоятельно в условиях, когда расходы на поддержание курса оказались непосильными. Однако очень трудно представить, что кто-то, даже не знаю, кто («Вашингтонский обком» что ли?) будет пытаться каким-то образом поднять резко доллар, с тем, чтобы в Казахстане или в России произошла «цветная» революция. От этого, прежде всего, сами американские производители и пострадают. Кроме того, это приведет к огромным и плохо предсказуемым социальным последствиям, которые выйдут далеко за пределы наших стран.

- Но практика показывает, что «плохо предсказуемые последствия» для мировых лидеров мало что значат… Та же война во Вьетнаме, распад СССР или наплыв беженцев в Европе...

- Так ведь там не колебания курса вызывали войну, а наоборот! Поэтому нет причин полагать, что американская сторона, прибегая к манипуляциям с долларом, будет пытаться реализовать какие-то политические цели или оказывать давление на наши страны. Об этом, я считаю, даже говорить серьезно не стоит. Для смены режимов используются иные методы.

Но есть другой вариант. Если, скажем так, внутри наших стран какие-то политические силы будут иметь достаточно влияния для того, чтобы в свою пользу попытаться изменить курс рубля или курс тенге, - это да, вполне возможно.

- Есть мнение, что эти «политические силы», как правило, от кого-то зависят и кем-то поддерживаются. Они же не на пустом месте возникают.

- Вот именно. Более того, в России такие ситуации были. В 1990-е годы Центробанк принимал определенные решения, и рубль на время резко опускали, а потом вновь поднимали. Делали это для того, чтобы коммерческие банки, имевшие хорошие личные или деловые связи с руководителями ЦБ, смогли провести какие-то выгодные для них операции, то есть получить прибыль, которую они будут использовать по своему усмотрению. Более того, некоторые исследователи говорят, что этот механизм все еще применяется. Правда, в последние годы в России это происходит все реже. Кроме того, необязательно менять курс. В арсенале центробанков есть менее заметные для широкой публики механизмы взаимодействия с коммерческими. Возьмем, например, уровень обязательного резервирования. Ведь комбанки должны держать на счетах в ЦБ определенный объем средств. Их количество определяется в процентах от капитала каждого банка. Вот этот элемент можно чуть-чуть изменить.

- И все же, можно ли использовать колебания валютного курса для сознательного ухудшения экономической, социальной или политической ситуации?

- Теоретически - да, но зачем это центробанку? Ведь те, кто там работает, прекрасно обеспечены. Им вообще не нужны революции, это совершенно не в их интересах. Более того, принимаются даже специальные законы, позволяющие использовать прибыль для оплаты работников ЦБ. Это делается сознательно, чтобы у них не возникало соблазнов лезть в сомнительные операции.

- Но ведь помимо денег есть соблазны более высокого уровня – например, влиять на политику…

- А вот здесь надо смотреть на то, какие люди сидят в руководстве. Эльвира Набиуллина из российского Центробанка – ученица широко известного Владимира Ясина. Я знаю многих ее коллег по Высшей школе экономики, читал ее работы и слышал о ней только хорошее. О Данияре Акишеве из Нацбанка РК я знаю намного меньше, но это немногое - опять-таки только хорошее.

- Словом, никто не заинтересован в революции, спровоцированной очередной девальвацией. Но если она, девальвация, все же необходима?

- Тогда нужно не резко, а потихоньку менять курс. И если девальвация неизбежна, то следует просто разъяснять населению, что да, сейчас курс опускается, но за этим последует экономический подъем. Я все это испытал на собственном опыте. Работая в конце 1990-х в комитете по финансам Санкт-Петербурга, я видел, как после девальвации 1998 года резко упал жизненный уровень, но прошло несколько месяцев - и начался быстрый промышленный подъем. Это произошло вследствие того, что от снижения курса выиграли внутренние производители.

- Выходит, рост экономики связан только с колебаниями валюты? А как же другие, более фундаментальные факторы – мотивация населения, уровень образования, наличие технологий…

- ...И особенно свободные производственные мощности. А тогда в России их было с избытком, да и всех остальных «фундаментальных факторов» - тоже. Только вот дешевый импорт забил все магазины. Опустили курс, поднялись цены на итальянские макароны, и их начали делать дома.

Прогнозы – дело неблагодарное

- В Казахстане за последние месяцы курс доллара и евро по отношению к национальной валюте упал примерно на 10%. Попытки объяснить, почему это происходит, у финансовых аналитиков и экономических обозревателей получаются туманными и малопонятными. Это делается специально?

- Я не сторонник теории заговоров. У нас уже столько потрясений было, что и наши, и ваши, и японские правители уже научились через эти катастрофы перебрасывать мостик, чтобы не упасть в глубокое ущелье и не свернуть шею. Поэтому, надеюсь, каких-то значительных колебаний курса они просто не допустят. Однако не стоит забывать, что курс зависит от многих вещей. Напомню про одну простую тенденцию, набирающую силу в сегодняшней России. Рубль ведь тоже нестабильный, и многие задаются вопросом, что с ним будет. Так вот, в стране во время летних отпусков, когда 10 с лишним миллионов человек выезжают за рубеж, традиционно растет спрос на валюту. В сентябре он сойдет на нет. Нам нужно пережить этот период, а после уже смотреть за тем, как будут вести себя «фундаментальные факторы», определяющие движение курса, и какой очередной фокус придумает нынешний президент США.

- В феврале вы говорили, что к середине лета ожидается паритет доллара и евро.

- Значит, ошибся. Ситуация в Европе менялась так быстро, что было очень сложно что-то предсказать. Зимние прогнозы были связаны с предстоящими выборами во Франции и с тем, как будет развиваться ситуация в Великобритании. В этих двух странах вроде бы все устоялось, и евро стабилизировался. Данный случай говорит о том, что длительные прогнозы - вещь неблагодарная, и нам, экономистам-специалистам, нужно избегать их.

Это, кстати, является еще одной причиной того, почему некоторые обозреватели и аналитики говорят таким непонятным языком. Потому они и выражаются так витиевато, что предсказать все равно ничего не могут…

Казахстан. Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 12 июля 2017 > № 2240957 Андрей Белов


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2245008 Джон Маккейн

Интервью сенатора Джона Маккейна телеканалу CBS

CBS, США

Находясь в Европе на саммите «Большой двадцатки», президент Трамп общался с некоторыми обеспокоенными союзниками США и впервые после своего вступления в должность встретился лицом к лицу с президентом России Владимиром Путиным.

В воскресенье в передаче Face the Nation принял участие сенатор-республиканец от штата Аризона, председатель Комитета по вооруженным силам Джон Маккейн. Он обсудил с ведущим проблемные точки и очаги напряженности, привлекающие внимание США, начиная с России и заканчивая Ближним Востоком.

Предлагаем вам текст интервью, вышедшего в эфире передачи Face the Nation 9 июля 2017 года.

Джон Дикерсон: Теперь мы обратимся к сенатору из штата Аризона, председателю Комитета Сената по вооруженным силам Джону Маккейну. Сенатор, мне бы хотелось здесь обсудить все мировые проблемы. Итак, давайте начнем.

Джон Маккейн: Мы могли бы многое обсудить.

— Да, действительно. У нас нет глобуса, но давайте начнем с России. Итак, постпред США при ООН, говоря о последствиях вмешательства России в выборы, сказала: «Не думайте, что на этом все закончилось». И она намекнула, что могут быть последствия. Но президент этим утром опубликовал комментарий в Twitter. И написал он следующее: «Теперь настало время двигаться вперед путем конструктивной работы с русскими». Похоже, эти слова не предполагают никаких последствий.

— Пока интересной особенностью всей этой проблемы является то, что мы знаем, что Россия пыталась повлиять на исход наших выборов в ноябре прошлого года. И у русских не получилось. Но предпринимались очень изощренные попытки сделать это. И за это они пока не понесли никакого наказания. Мы провели через Сенат очень хороший законопроект о санкциях, и у нас также есть другие предложения. Но если говорить о конкретном наказании за их действия, никакого наказания не было. Так что если бы вы были Владимиром Путиным, которого я знаю много лет, то вам бы сошло с рук то, что вы в буквальном смысле пытались изменить исход не только наших выборов. Выборы во Франции. Попытка свергнуть правительство Черногории, прекрасной маленькой страны. Я рекомендую, я выступаю за наказание. Но пока никакого наказания не последовало. Пора двигаться вперед. Да, двигаться вперед пора. Но есть цена, которую следует заплатить, за все надо расплачиваться.

— Почему же? Почему надо расплачиваться?

— Иначе он сочтет, что может делать это и дальше. Безусловно. Нет, разве кто-то сомневается в том, что он намерен поставить под сомнение американское превосходство, подорвать демократию, разрушить принципы свободы и все то, что символизирует Европу и мир после окончания Второй мировой войны? На протяжении 70 лет у нас существует новый мировой порядок. И он теперь подвергается серьезным испытаниям не только в Европе, но и во всем мире.

— Президент заявил, а Белый дом утверждает, что это является значительным достижением, успешным результатом их встречи. Президент опять же написал утром в Twitter: «Мы с Путиным обсудили вопрос создания «непроницаемого» подразделения по кибербезопасности, чтобы бороться с кибератаками и многими другими негативными вещами». Что вы…

— Я уверен, что Владимир Путин мог бы оказать огромную помощь в этой работе, поскольку он занимается хакерскими атаками. На самом деле, послушайте, я поддерживаю этого президента. Я его не поддерживал, так? Но он — президент. Я пытаюсь с ним работать по всем вопросам, где это возможно. По вооруженным силам мы в Комитете в установленном порядке приняли законопроект о санкционировании расходов на оборону, которым, возможно, мы займемся позже. Его поддержали все 27 представителей обеих партий, был проведен всеобъемлющий обмен мнениями. Мы рассмотрели более 200 поправок. Но все напрасно. И вместо этого мы в этом вопросе решаем навязать предложение республиканцев, многие пункты которого требуют 60 голосов. Я не понимаю этого. Что нам нужно делать сейчас? Вернуться к началу. Внести законопроект.

— Вы имеете в виду законопроект о здравоохранении?

— Внести законопроект, провести его, поставить его на голосование, проголосовать по нему. Это установленный порядок. И если игнорировать мнение противника или противоположной стороны, то в конечном итоге получится то же самое, что произошло с реформой Obamacare, когда они протолкнули ее 60-ю голосами. Только знаете что? У нас нет 60 голосов, Джон.

— Так что сейчас происходит со здравоохранением? На следующей неделе все возвращаются к работе.

— Думаю, что моя точка зрения состоит в том, что вероятно, он будет неудачным, но я был — и сейчас могу ошибаться. Я думал, что буду президентом Соединенных Штатов. Но думаю, я боюсь, что он обречен на провал. И тогда мы должны созвать конференцию республиканцев, и поставить вопрос: «Что делать дальше?». Внести законопроект. Сказать демократам: «Вот законопроект». Это не значит, что они не… что они его контролируют. Это означает, что их поправки могут быть рассмотрены. И даже когда они проиграют, они все равно будут участниками процесса. Именно в этом и заключается демократия.

— Позвольте мне вернуться к зарубежным вопросам.

— Разумеется.

— Хочу спросить вас о Сирии. Давайте послушаем то, что госсекретарь Тиллерсон сказал о русских, у которых есть свои интересы в Сирии, и о США. Давайте послушаем госсекретаря.

Рекс Тиллерсон: В общем и целом наши цели совершенно одинаковы. Как мы этих целей добиваемся — на это у каждого из нас своя точка зрения. И вполне возможно, что у них правильный подход, а у нас — неправильный подход.

Джон Дикерсон: У русских правильный подход?

Джон Маккейн: Здесь решить нельзя. Нельзя решить. Это те же люди, которые используют высокоточное оружие, чтобы наносить авиаудары по больницам в Алеппо, где находятся больные и раненые люди. Это просто… вы знаете, я готовил себя морально к выступлению в этой программе. Я сказал себе: «Джон, ты не будешь расстраиваться. Ты не будешь давать волю эмоциям». Но я знаю, кто такие герои, творящие такое добро. И я знаю, что такое массовое убийство. Я знаю, что русским было известно, что Башар Асад собирается применить химическое оружие. И говорить, что у нас, возможно, неправильный подход?

Послушайте, я долго мучился, пытаясь принять решение о том, поддерживать кандидатуру Тиллерсона на посту государственного секретаря или нет. Не то чтобы я не восхищался его успехом и всеми хорошими делами, которые он совершил. Дело в том, что он говорил в прошлом. Он отошел от основных принципов американской демократии. Причина, по которой мы являемся, как обычно говорил Рональд Рейган, «сияющим городом на холме», состоит в том, что на нас равняются, нас уважают за наши принципы и наши убеждения. И за то, что мы защищаем свободу — и пропагандируем свободу. Вот что такое Америка. И дело не в том, что они правы, а мы ошибаемся. Мы знаем, кто…

— Вы жалеете…

— Кто здесь прав и кто неправ.

— Вы жалеете, что проголосовали за Тиллерсона?

— Иногда жалею. Но меня сих пор терзает мысль о том, что американский народ выбрал этого президента. И ему пора бы уже создать свою команду. Когда Барак Обама победил в 2008 году, в 2009 году я голосовал за его команду, потому что, на мой взгляд, американский народ хотел, чтобы у него была эта команда. Но не думайте, что меня это не беспокоило. Очень беспокоило.

— Ну и вопрос в заключение. Совсем недавно вы были в Афганистане. Каково ваше ощущение по поводу происходящего в этой стране?

— У нас нет стратегии. И мы проигрываем. Когда вы не выигрываете, вы проигрываете. И АНА, Афганская национальная армия, несет недопустимые потери. Но мы собираемся разрабатывать новую стратегию. Знаете, они приходят к нам и просят предоставить дополнительные средства, прислать больше войск, просят дополнительных миссий.

Мы не будем этого делать, пока нам не предложат стратегию. Я спрашиваю генерала Мэттиса, которым я восхищаюсь, и генерала Макмастера, которым я тоже восхищаюсь: «Где стратегия? Где стратегия?» Тогда мы сможем проводить какую-то политику. Тогда мы санкционируем финансирование и отправку войск. Предоставление танков и пушек.

И, между прочим, мы все знаем, в чем проблема. Проблема — в Белом доме. Им надо сосредоточиться, выбрать стратегию. И это, кстати, должен сделать президент. И сказать американскому народу: «Мы должны там победить. Не забывайте о терактах 11 сентября. И вот что для этого нам необходимо сделать». К сожалению, Белый дом сейчас в замешательстве, там сплошной хаос. Но я уверен, Соединенные Штаты Америки, самая лучшая и самая сильная страна на земле, сможет это сделать.

— Хорошо. Сенатор Маккейн, большое спасибо за участие в нашей программе.

— Спасибо, Джон.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2245008 Джон Маккейн


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 11 июля 2017 > № 2241119 Майкл Макфол

Почему решение о "движении вперед" с Путиным - большая ошибка

Майкл Макфол | The Washington Post

Комментируя первую встречу Дональда Трампа с Владимиром Путиным, госсекретарь США Рекс Тиллерсон похвалил обоих президентов за стремление забыть о прошлом и двигаться дальше, пишет на страницах The Washington Post Майкл Макфол, бывший посол США в России в 2012-2014 годах.

Говоря об отрицании Путиным вмешательства в американские выборы 2016 года, Тиллерсон заявил: "Я думаю, что два президента, и я считаю это правильным, сфокусировались на движении вперед, на том, как двигаться вперед с этой точки. Потому что я совершенно не уверен, что мы вообще когда-либо придем к какому-то согласованному решению по этому вопросу между нашими двумя странами".

"Все американские президенты хотят нового начала в вопросах как внутренней, так и внешней политики, - признает Макфол. - Это одна из причин, по которой мы избираем новых лидеров, мы хотим изменений. Но приложение этого стремления к российско-американским отношениям сегодня служит интересам Путина, а не нашим интересам. Это предписание по улучшению наших двусторонних отношений предполагает ложное чувство общей ответственности за прошлые конфликты. Это неверно".

"Действия Путина, а не решения, принятые президентами Бараком Обамой и Джорджем Бушем, внесли непосредственный вклад в наиболее трудноразрешимые вопросы американо-российских отношений сегодня, как и в трения между Россией и многими нашими союзниками, - поясняет автор. - Обещание забыть об этих проблемах, созданных Путиным, освобождает Кремль от ответственности, не принося Соединенным Штатам никакого позитивного исхода взамен. Это плохая сделка для американского народа и для наших союзников. Фактически, это вообще не сделка - это идеальный подарок для Путина".

"Совершенно очевидно, - продолжает экс-посол в Москве, - что именно Путин создал этот спорный "вопрос" (эвфемизм Тиллерсона, не мой) в двусторонних отношениях - о российском вмешательстве в американские выборы. Обама не разжигал этой конфронтации, Путин сделал это единолично. Убрать эту проблему из повестки американо-российских отношений во имя укрепления будущего сотрудничества - это полная капитуляция. Трамп и Путин могут оставаться при своих мнениях в вопросах политики, но мы не можем оставаться при своих мнениях по фактам, особенно когда эти факты касаются нарушения американского суверенитета".

По мнению автора, Путин, а не Обама, ответственен за двусторонний тупик по вопросу Украины: это он принял решение об аннексии Крыма и помогает сепаратистскому движению на востоке Украины.

И хотя "Путин не начинал ужасающего конфликта в Сирии, своими действиями он определенно внес вклад" и в усугубление ситуации внутри этой разгромленной страны, и в ухудшение отношение США и России, утверждает Макфол.

"Для любого американского президента разрушение Путиным демократии в России должно стать еще одним спорным вопросом американо-российских отношений, созданным Кремлем, а не Белым домом. Однако полное безразличие Трампа по этому вопросу означает, что он уже убрал его из повестки американо-российских отношений", - сожалеет автор.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 11 июля 2017 > № 2241119 Майкл Макфол


США > Транспорт > gudok.ru, 11 июля 2017 > № 2239807 Дирк Алборн

Дирк Алборн: «Мы не будем взимать плату за Hyperloop, мы не будем печатать билеты»

Главный исполнительный директор Hyperloop Transportation Technologies Дирк Алборн в эксклюзивном интервью корреспонденту Gudok.ru рассказал об уникальной модели монетизации пассажирских перевозок на вакуумном транспорте, о стоимости строительства одного километра Hyperloop.

- На какой стадии развития находится проект строительства линии Hyperloop в России?

- У нас рассматривается много проектов по всему миру. Что касается России, ничего официального пока нет. Я несколько раз встречался с президентом страны Владимиром Путиным и он высказался о больших перспективах в применении этой технологий в России. Сейчас мы в основном заинтересованы в налаживании связей, отношений для разработки необходимой нормативно-правовой базы, которая требуется для строительства линии по технологии Hyperloop.

Мы 4 года трудимся над разработкой этой технологии и готовы строить первую версию. Hyperloop Transportation Technologies заключила ряд соглашений с правительствами нескольких стран. Франция нам предоставила территорию для строительства научно-исследовательского центра в Тулузе. Мы проводим технико-экономическое обоснование в Абу-Даби в рамках проекта ветки, соединяющей Абу-Даби и Эль-Айн. Также сейчас мы проводим технико-экономическое обоснование по будущим трассам в Индонезии и в Чехии. Мы только что заключили соглашение о лицензировании южно-корейского государственного консорциума, который будет использовать нашу технологию в Южной Корее.

Мы во всех странах ищем возможность завязать отношения с политиками, пытаемся определить возможные барьеры и «проблемные места», чтобы готовить технико-экономические обоснования по каким-то конкретным маршрутам Hyperloop.

Наверное, самый важный вопрос — это создание необходимой нормативно-правовой базы, потому что наша технология не является в прямом смысле ни поездом, ни самолетом, поэтому под нее необходимо готовить совершенно новые законы, какие-то нормативные требования по безопасности и т.д.

— Какая страна ближе к строительству линии Hyperloop? ОАЭ, Южная Корея или же Индонезия?

— Во Франции, как я уже говорил, в Тулузе, у нас будет исследовательский центр, который будет заниматься совершенствованием технологии, развитием новых технологий. Официальное заявление о том, где же будет построена первая ветка, первая линия, будет сделано в течение следующих 3-6 месяцев. ОАЭ ближе всего к этому подошли, потому что мы уже закончили работу над технико-экономическим обоснованием в Эмиратах. Но Южная Корея также не отстает. Они весьма активно в этой области работают, поскольку было принято решение на государственном уровне. Они сейчас хотят построить так называемый Hyper Tube Express - это система, основанная на нашей технологии. Мы являемся компанией, которая предоставляет им технологическую начинку всего этого проекта.

— Ранее в своем интервью Вы заявили, что первая кабина (капсула) Hyperloop будет готова к испытаниям в 2018 году? Это правда?

— На самом деле, уже все испытательные работы были проведены. Мы сейчас готовы к созданию первого полномасштабного прототипа. С испанской компанией Carbures, которая производит фюзеляжи для Airbus и Boeing, мы заключили соглашение и месяц назад запустили в производство капсулу для наших нужд. Примерно год уйдет на строительство этой капсулы. После того, как капсула будет создана, она попадет в Тулузу, в исследовательский центр, где ее будут интегрировать в инфраструктуру.

— Вы однажды высказали идею предоставить бесплатные билеты для пассажиров. Каково мнение инвесторов Hyperloop Transportation Technologies по поводу этой идеи?

— Если мы не будем брать деньги за билет, это не значит, что мы не будем зарабатывать. В XIX веке кто-то решил, что на поезда нужно продавать билеты. Мы считаем, что есть лучший способ зарабатывания денег в пассажирских перевозках. Если подумать о том времени, которое вы проводите в различных видах транспорта, то оно очень ценно, вы находитесь там - это ваша жизнь, ваша реальность. Мы отнеслись к этому промежутку времени как к инструменту маркетинга. Идея заключается в том, чтобы создать определенную экосистему и позволить людям заниматься каким-то делами, перемещаясь в пространстве, чтобы они не считали, что это время потеряно для них. И мы видим в этом возможность зарабатывания денег — то есть не столько за взимание билетов, сколько за предоставление людям возможности каких-то занятий.

То же самое случилось и в других отраслях. Допустим, когда я был моложе, программное обеспечение, программные продукты были очень дорогими. А сейчас многие программы бесплатны, то же самое с видеоиграми. Но, тем не менее, компании-разработчики этих видеоигр зарабатывают больше, чем раньше. Они нашли другие способы монетизации.

И мы предлагаем то же самое. Человек, который, допустим, не захочет пользоваться никакими услугами, сможет просто переместится из точки А в точку В, ничего за это не заплатив. Но мы уверенны, что люди хотя бы на первой или на последней миле захотят войти в интернет, заказать какие-то продукты удаленно, чтобы к моменту, когда они приедут домой, эти продукты уже были дома. Это просто один из вариантов.

Мы хотим создать такую экосистему, которая позволила бы людям полноценно существовать и использовать то время, которое у них есть в этом транспортном средстве. Поскольку такая модель еще не доработана, мы работаем над ней с участием различных ведущих университетов, включая Массачусетский технологический институт. Но все зависит в конечном итоге от конкретной страны, от конкретного железнодорожного оператора. Мы лишь создаем технологию. Мы не будем взимать плату, мы не будем печатать билеты, заниматься обслуживанием.

В случае России, предполагаю, что скорее всего компания-перевозчик будет принимать решение о том, взимать ли плату за такие перевозки, не взимать или, может, это делать в рамках экосистемы, либо и за билеты взимать деньги, и за использование дополнительных услуг. Это не наше решение, это решение в конечном итоге национального оператора, который этой технологией будет пользоваться.

— На Ваш взгляд, окупаемость проекта Hyperloop — это реально? И в какие сроки?

— Все зависит от маршрута. Необходимо проводить анализ маршрута, его технико-экономическое обоснование. Отталкиваясь от того опыта, который у нас сейчас имеется по всем линиям и маршрутам, можно сделать вывод о том, что период окупаемости составляет примерно от 5 до 10 лет в зависимости от того, говорим ли мы об исключительно перевозке пассажиров или же о перевозке и пассажиров, и грузов.

Очень важно обеспечить наличие доходности проектов. Конечно, строительство требует средств. Но операционные расходы, издержки Hyperloop чрезвычайно низки по сравнению с другими видами транспорта. В качестве примера: если взять линию, соединяющую Лос-Анджелес и Сан-Франциско, то при стоимости билета в $30 период окупаемости составляет 8 лет.

— Как Вы оцениваете стоимость строительства одного километра линии Hyperloop?

— Зависит от рельефа местности, от маршрута. Примерно $ 20 млн за километр. Но в России это может быть иная цифра, к сожалению, у нас нет информации.

У нас в компании трудятся свыше 800 сотрудников и есть 40 компаний, которые работают на нас не за оплату, а за опционы на акции. То есть они участвуют в создании стоимости компании. Учитывая то, что ваше издание имеет выход на российскую железнодорожную отрасль, возможно, благодаря ему найдутся потенциальные инвесторы, заинтересованные в том, чтобы присоединиться к нашей компании на таких условиях.

Анна Булаева

США > Транспорт > gudok.ru, 11 июля 2017 > № 2239807 Дирк Алборн


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 июля 2017 > № 2238477 Дмитрий Орешкин

О чем Трамп говорил с Путиным

На саммите Большой двадцатки прошли переговоры между президентами России Владимиром Путиным и США Дональдом Трампом.

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

Если оставаться в рамке отношений РФ-США, то есть пять тем, которые могут быть озвучены. Первое — это Сирия. Вторая — Северная Корея (и здесь у Трампа должны быть вопросы, потому что он хотел бы поставить на место Ким Чен Ына, но для этого ему договориться с Китаем и Россией). Третья — санкции. Четвертая — Украина. И пятая — вмешательство России в американские выборы. Все пять обсудить не смогут, разве что Сирию. Остальные, если обсуждались, то вскользь, потому что аудитория сейчас разогрета чисто информационными поводами, чисто виртуальным пространством, она ждет слишком много от маленькой, рутинной, плохо подготовленной встречи на полях совершенно другого мероприятия.

Это не двусторонняя встреча, не специальный саммит, а просто формальная встреча в Гамбурге. Ничего серьезного от этого общения я не стал бы ждать. Потому что решения и предложения нужно готовить неделями, а времени на подготовку встречи просто не было.

Полагаю, единственное, что они могли всерьез обсуждать — это Сирия. Потому что у обеих сторон есть некоторый общий интерес, который сводится к тому, чтобы приостановить конфликт. Путинская Россия хорошо понимает: всерьез для Асада она уже ничего не может сделать, тот упускает из-под контроля где-то три четверти территории, там будут продолжаться свои разборки с участием людей, которых РФ не может контролировать, например, турок и исламистов. Сам конфликт, видимо, будет продолжаться, и в интересах как России, так и США немного от этого дистанцироваться, чтобы не тратить так много денег, времени сил и людей, на этом конфликте.

Остальные вопросы даже трогать нет смысла. Говорить за 10 минут об Украине — невозможно, о санкциях — ни тот, ни другой не захотят, потому что эти темы лучше обсуждать в другой, тихой, закулисной обстановке, чем на саммите, к которому прикованы все глаза. О Корее — скорее должны говорить Тиллерсон с Лавровым. От лидеров ничего ждать не приходится, потому что ни у того ни у другого нет хорошо проработанного пакета предложений.

Мы озабочены достаточно узким набором проблем, думая, что ничего важнее Сирии, Украины, Северной Кореи, антиамериканских или антироссийских санкций вроде как нет. На самом же деле проблемы России на саммите точно не на первом месте. Может где-нибудь на пятом. А для Трампа она вообще важна не в контексте проблемы отношений с Путиным, а в контексте проблем отношений, прежде всего, с американской прессой, которая активно использует Россию как трамплин, чтобы нанести ущерб имиджу Трампа. Поэтому Россия сейчас в американских СМИ занимает непропорционально большое место: там считают, что Трампа можно поймать на симпатии к Путину, что он избрался в президенты при поддержке Путина, что у них есть общие интересы. И все это активно обсуждается.

Но для Европы это не так актуально. Там нет большой политики, направленной на то, чтобы кого-то обвинить в дружбе с Путиным. У ЕС серьезные проблемы с Брекситом, у всех серьезные проблемы с Китаем, потому что непонятно, как себя вести, экономические глобальные трудности, выход США из Киотского протокола. Очень много серьезных вещей, которые выходят за пределы того, что кажется важным для российских, американских и, возможно, украинских СМИ. Но нам кажется, что важнее отношений Трампа и Путина ничего нет.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 июля 2017 > № 2238477 Дмитрий Орешкин


Евросоюз. США > СМИ, ИТ > fingazeta.ru, 8 июля 2017 > № 2250736 Николай Вардуль

Догуглились

Николай Вардуль

За что Еврокомиссия оштрафовала Google на рекордные 2,42 млрд евро? За доминирование на рынке поисковиков.

Но, на первый взгляд, разве компания Google в этом виновата? В сети уже появились заголовки «Монополист поневоле». Если довести эту линию до абсурда, то надо штрафовать, например, «Баварию» за доминирование на футбольном рынке Германии. Google – чемпион мира среди глобальных поисковиков, и эта объективная реальность суду, увы, неподвластная. Но, на первый взгляд, – не первая любовь. Его можно и позабыть.

На самом деле Google оштрафован не за то, что чемпион, а за то, что свое чемпионство компания отстаивала сомнительными как с позиций антимонопольных практик, так и в какой-то мере даже с позиций здравого смысла способами. Суть претензий – компания связывает свои приложения и предоставляет их только в составе пакета приложений Google Mobile Services (GMS), лишая производителей телефонов и планшетов возможности выбирать, какие компоненты GMS предустанавливать на свои телефоны, а какие – нет. Google ограничивает также доступ к Android конкурирующим мобильным приложениям и сервисам, вынуждая отдельных производителей телефонов и планшетов на базе Android с Google Play предустанавливать приложения и сервисы Google эксклюзивно.

Те же претензии к Google выдвигал российский поисковик «Яндекс», в конце концов выигравший дело, что, может быть, стало последней каплей (хронологически, во всяком случае, так и случилось) в принятии решения Еврокомиссией в споре с Google.

На моем рабочем компьютере установлена операционная система Ubuntu, далекая от битв гигантов. И поисковиком Google я, естественно, постоянно пользуюсь без всяких предустановлений. Но, во-первых, предустановление уже приносит определенный доход; во-вторых, чем активнее среднестатистический юзер, тем он ленивее в обращении к чему-то внешнему по сравнению с предустановленным и привычным. В том числе к действиям, требующим нажатия большего числа кнопок, чем привычка оперировать через соцсети.

Google, конечно, будет оспаривать решение, но урок в любом случае стоит выучить. А его, строго говоря, получил не только Google.

Разве мало у нас своих «гуглов»? Тех, кто сумел не просто завоевать мировой рынок, а сформировать этот рынок под себя и стать крупнейшей по капитализации компанией, увы, нет. Зато «доминантов» – тех, кто, опираясь на административный ресурс, добился монополии на том или ином рынке и никому не собирается ее уступать, хоть отбавляй.

ФАС надо бы поучиться у буревестника-Яндекса.

Евросоюз. США > СМИ, ИТ > fingazeta.ru, 8 июля 2017 > № 2250736 Николай Вардуль


США. Евросоюз. Казахстан > Агропром > kapital.kz, 8 июля 2017 > № 2235306 Анатолий Лаврентьев

Зачем в Казахстане нужны чемпионаты бариста

Соревнования в свое время изменили весь рынок

Первый в мире чемпионат бариста был собран энтузиастами в далеком 2000 году и представлял собой соревнование-классику. Две крупнейшие кофейные организации, европейская SCAE и американская SCAA, объединили усилия для продвижения культуры specialty-кофе в массы. Причем инициатором профессиональных соревнований в Монако стала Норвегия (там кофе еще более популярен, чем в Италии). Среди скромных 12 участников победил именно северянин.

Нынешний год привел на World Barista Championship специалистов более чем из 60 стран. В Казахстане чемпионаты проводятся с 2012 года, правда, классике предпочитают латте-арт.

2017 год для наших кофе-специалистов особенный — именно в этом году страна планирует заявить о себе на мировой арене. О том, как судят кофейные чемпионаты, зачем они нужны и как почувствовать в напитке вкус персика и винограда, рассказывает один из наиболее авторитетных казахстанских обжарщиков, судья чемпионатов и баттлов Алматы, Астаны и Бишкека Анатолий Лаврентьев.

- Анатолий, зачем вообще нужны чемпионаты бариста? Обывателю не понять.

— Чемпионаты нужны в первую очередь для выработки дисциплины, обмена опытом и общения. Обычно они проходят в рамках продуктовой выставки. Каждый бариста приносит свой кофе и кофемолку, остальные составляющие одинаковые. Воду, например, заранее регламентируют и тестируют. При этом важно сорсить (искать) свой сорт кофе, который станет для вас визитной карточкой. Человек работает с обжарщиком, выстраивает профиль, тестирует вкусы, отбирает лучшие и находит свой. Две главные оценочные графы — это вкус кофе и техника приготовления. Если говорить о технике, то здесь важно то, как человек работает с оборудованием — насколько чисто, какой остаток молока и кофе, сколько просыпает и так далее. Подготовка к чемпионату — очень тяжелый труд. Ты полностью абстрагируешься от мира, оставляя друзей и домашние дела. Когда я готовился к астанинскому чемпионату 2014 года, я не выходил с базы подготовки в течение двух недель.

- Какие вообще бывают чемпионаты?

— Самый главный чемпионат — классика, где подаются четыре вида эспрессо, капучино и коктейля на основе кофе. На мировом уровне в нем участвует 60 участников из каждой страны. Ее в нашей стране давно не было. У нас в основном проводятся латте-арт-конкурсы. Количество участников на сегодняшний день достигает 30. В этом году мы надеемся создать национальный комитет и местный чемпионат для того, чтобы отправить победителя на мировой чемпионат бариста в Сеул. Существуют чемпионаты по кофе латте-арт (с уклоном в эстетику), кофе в джезве (по-турецки), good spirits (кофе с алкоголем), cup tasting (дегустационные навыки) и брюверс (альтернативные способы заваривания для полного раскрытия потенциального вкуса зерна — кемикс, аэропресс, воронки и другие) и соревнования для обжарщиков.

- Как стать судьей в таком чемпионате?

— Конечно же, нужно иметь хороший опыт. Я прошел путь от обычного буфетчика до обжарщика, судьи и специалиста по обучению. Чтобы обучать кого-то, я учился сам у специалистов с мировыми именами — как обжарке, так и самому искусству приготовления кофе. Причем пришел в профессию после того, как меня исключили из института. Сегодня я являюсь совладельцем бизнеса — у меня с партнером кофейня и собственная обжарочная.

- Какие навыки нужны судье на чемпионате бариста?

— Вы должны разбираться к дескрипторах (тонах вкуса), ведь в кофе и капучино можно найти разные оттенки — персик, ваниль, яблоко, виноград, ну и, конечно же, карамели. А еще оценивать степень кислотности, горечь и сладость, а также саму подачу напитка. Ваше осязание должно быть в идеальном состоянии — нельзя курить, пить газированные напитки, употреблять тяжелый алкоголь и есть острое — рецепторы после такой пищи будут восстанавливаться до 14 дней.

- Участвовать может каждый?

— Не совсем. Нужно быть членом всемирной ассоциации Speciality Coffee Association, которая базируется в Лондоне, но попасть в нее довольно просто. Британцы, кстати, и проводят международный чемпионат. С ростом количества участников в каждой стране выбирают и назначают 5 координаторов — главного координатора, который курирует систему, а также тех, кто отвечает за обучение (education), проведение мероприятий (event) и поиск новых членов (membership). В Казахстане национальный комитет уже сформировался, правда, из-за некоторых проволочек мы можем не успеть к нынешнему чемпионату. Ну, тогда поедем на следующий.

- А чем занимается ассоциация SCA?

— Вообще, их две. Мы работаем с европейской. Все взносы, которые поступают в ассоциацию, идут на содержание небольшой команды, а главное — развитие кофейной культуры. Ребята проводят различные мероприятия, устраивают поездки на плантации, встречаются с фермерами. Европейская SCA очень тщательно контролирует качество зерна. Ассоциация, например, следит за тем, чтобы бариста принципиально не жарили робусту и использовали только светлый кофе. Большая степень обжарки убивает все вкусовые качества кофе.

- Какую роль в становлении рынка сыграли чемпионаты Казахстана?

— До чемпионатов 2014 года казахстанские бариста в принципе не имели понятия о том, что такое specialty-кофе и что существует напиток, который не горчит. Они наблюдали за нашей работой, нашим подходом и тем, как мы выстраивали станцию, общались с судьями и так далее. В 2012 году люди приходили на чемпионат в спортивных штанах. Сегодня мы соблюдаем дресс-код — брюки, туфли, рубашка. Без сомнения, можно сказать, что чемпионаты в свое время изменили весь рынок. Количество бариста возросло примерно на 60%. Появилась культура проведения соревнований.

США. Евросоюз. Казахстан > Агропром > kapital.kz, 8 июля 2017 > № 2235306 Анатолий Лаврентьев


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235985 Ноам Хомский

Хомский о Трампе и о положении в стране

Джордж Янси (George Yancy), The New York Times, США

В последние месяцы тревожные перспективы правления администрации Трампа превратились в тревожную реальность, и я решил связаться с философом Ноамом Хомским, который своими работами, выступлениями и общественной деятельностью более полувека бросает вызов американской и мировой политической системе и делится непревзойденными по своей глубине наблюдениями. Представленная здесь беседа прошла в форме обмена сообщениями по электронной почте, и длилась два месяца. Профессор Хомский был крайне занят, но благодаря нашим прежним интеллектуальным беседам он любезно уделил мне время для этого интервью.

Профессор Хомский — автор многочисленных книг политической тематики, которые стали бестселлерами и переведены на множество языков. К последним его произведениям относятся «Гегемония или борьба за выживание», «Недееспособные Штаты Америки», «Надежды и перспективы», «Хозяева человечества» и «Кто правит миром?» С 1976 года он является почетным профессором Массачусетского технологического института.

Джордж Янси: В условиях политического момента «пост-правды» и усиления авторитаризма, свидетелями чего мы стали при президенте Трампе, какую общественную роль, на ваш взгляд, может сыграть профессиональная философия в критической оценке этой ситуации?

Ноам Хомский: Нам надо проявлять осторожность, чтобы не стрелять из пушек по воробьям. В этом моменте «пост-правды» столько абсурда, что лучшая реакция на нее — это насмешка. Вот очень уместный пример, прозвучавший в комментарии сатирика Стивена Кольбера. Республиканский законодательный орган штата Северная Каролина в ответ на научное исследование, в котором прогнозируется опасный подъем уровня моря, запретил местным органам власти и ведомствам штата разрабатывать правила и составлять документы для решения этой проблемы. Кольбер в ответ на это сказал: «Блестящее решение. Если наука дает результат, который вам не нравится, примите закон, который объявляет такой результат противозаконным. И проблема решена».

В целом, именно так администрация Трампа решает важнейшие проблемы выживания организованной человеческой жизни: запрещая нормативные положения, исследования и даже дискуссии об угрозах окружающей среде и о бегстве к краю пропасти наперегонки (ради краткосрочной прибыли и власти).

— В этом отношении мне кажется, что Трамп немного похож на самоубийцу.

— Естественно, высмеивать недостаточно. Необходимо отвечать на озабоченности и мнения тех, кто страдает от обмана, или кто не признает характер и значимость этих вопросов по каким-то иным причинам. Если под философией мы подразумеваем вдумчивый и аргументированный анализ, тогда она способна давать ответы на такие вопросы, но не за счет противодействия «альтернативным фактам», а посредством изучения и прояснения того, что поставлено на карту, какой бы ни была рассматриваемая проблема. Кроме этого нам нужны действия, действия безотлагательные и целенаправленные, по всем доступным нам направлениям.

— Когда я изучал философию в Питтсбургском университете, где моей специализацией была традиция аналитической философии, мне было непонятно, каков смысл философии, кроме разъяснения идей и концепций. Но я придерживался точки зрения Маркса, что философия способна изменить мир. Каково ваше мнение насчет того, что философия способна изменить мир?

— Мне не очень понятно, что имел в виду Маркс, когда он писал: «До сих пор философы лишь различным образом объясняли мир; но дело заключается в том, чтобы изменить его». Хотел ли он сказать, что философия способна изменить мир, или что философы должны заняться более приоритетной задачей по изменению мира? Если Маркс имел в виду первое, то тогда он видимо подразумевал философию в широком смысле этого слова, включая туда анализ общественного порядка и идей о том, что надо менять и как. В таком широком смысле философия может сыграть определенную и даже очень важную роль в изменении мира. И философы, включая приверженцев традиции аналитической философии, предпринимали такие попытки в своих философских трудах и в своей общественной жизни. Известный пример тому — Бертран Рассел.

— Да. Рассел был философом и интеллектуальным общественным деятелем. Как в этом плане вы бы могли охарактеризовать себя?

— Честно говоря, я об этом не думал. Я занимаюсь той работой и деятельностью, которая мне кажется важной и увлекательной. Часть ее попадает в эти категории в их обычном понимании.

— Бывают времена, когда человеческие страдания кажутся невыносимыми. Вы очень много говорите о страданиях в мире. Как вы можете, наблюдая все это, сохранять силы, чтобы двигаться дальше?

— Быть свидетелем этого — достаточно сильный мотив, чтобы двигаться дальше. Нет ничего более вдохновляющего, чем наблюдать за тем, как бедные и страдающие люди, живущие в условиях несравненно худших, чем мы, продолжают тихо и скромно вести свою мужественную и целеустремленную борьбу за справедливость и достоинство.

— Если бы вас попросили назвать две или три формы политических действий, которые необходимы при режиме Трампа, что бы вы упомянули? Я спрашиваю об этом, потому что наше время кажется невероятно безнадежным и репрессивным.

— Не думаю, что все так мрачно. Вспомните об успехе Берни Сандерса во время избирательной кампании; это самая примечательная особенность выборов 2016 года. Нет ничего удивительного в том, что шоумен-миллиардер при серьезной поддержке СМИ (в том числе, либеральных, пришедших в восторг от его чудачеств и доходов от рекламы, которые он им обеспечил) стал кандидатом от ультрареакционной Республиканской партии.

А вот кампания Сандерса коренным образом отличалась от политической истории США за последние сто лет. Обширные исследования политологов, особенно Томаса Фергюсона (Thomas Ferguson), убедительно показывают, что выборы очень часто покупаются. Например, одни только расходы избирательного штаба — это весьма надежный показатель электорального успеха. А поддержка корпоративной власти и частных состояний является практически необходимым предварительным условием даже для участия в политической борьбе.

Кампания Сандерса показала, что претендент с относительно прогрессивной программой (по сути дела, это был «Новый курс» по примеру Рузвельта) может быть выдвинут кандидатом от партии, и может даже победить на выборах, причем без финансовой и иной поддержки крупных спонсоров и средств массовой информации. Есть немало оснований полагать, что Сандерс мог выиграть номинацию, если бы не махинации партийных аппаратчиков Обамы-Клинтон. Сегодня он является самым популярным политическим деятелем в стране, намного опережая остальных.

Порожденная его штабом активность начинает проникать в электоральную политику. При Бараке Обаме Демократическая партия практически разваливалась на местном уровне и на уровне штатов, но ее можно возродить и превратить в прогрессивную силу. Это значит, что необходимо восстановить наследие «Нового курса» и продвинуться гораздо дальше вместо того, чтобы бросать рабочий класс на произвол судьбы и превращаться в клинтоновских «новых демократов», которые более или менее напоминают тех, кого раньше называли умеренными республиканцами. Это та категория, которая в основном исчезла с политической арены со сдвигом обеих партий вправо в неолиберальный период.

Такая перспектива вряд ли реальна, но попытки пойти в этом направлении можно объединить с активностью прямого участия прямо сейчас, поскольку это остро необходимо для противодействия законодательной и исполнительной работе республиканской администрации, которую часто скрывают за бахвальством и громкими заявлениями человека, который является номинальным руководителем.

На самом деле, существует много способов борьбы с проектом Трампа по созданию крошечной Америки, которая изолирована от мира, дрожит от страха за возведенными ею стенами и проводит внутреннюю политику в манере [спикера палаты представителей] Пола Райана (Paul Ryan), представляющего самое варварское крыло республиканского истэблишмента.

— Каковы самые серьезные проблемы, стоящие перед нами?

— Самые важные вопросы, требующие решения, это угрозы нашему существованию: климатические изменения и ядерная война. Что касается первого вопроса, то республиканское руководство в блестящей изоляции от остального мира почти единодушно стремится уничтожить все наши шансы на достойное существование. Это резкие слова, но здесь нет никакого преувеличения. На местном и государственном уровне можно заключить важное соглашение по противодействию этому злокачественному проекту.

Что касается ядерной войны, то действия в Сирии и на российской границе создают очень серьезную угрозу конфронтации, которая способна спровоцировать войну, что совершенно немыслимо. Далее, чрезвычайную опасность представляют действия Трампа по реализации обамовских программ модернизации ядерных сил. Как мы недавно узнали, модернизированные ядерные силы США существенно ослабят ту тонкую нить, на которой держится наше выживание. Этот вопрос был серьезно обсужден в очень важной статье, появившейся в марте в журнале Bulletin of the Atomic Scientists (Бюллетень ученых-атомщиков), которая должна была на длительное время стать главной новостью первых страниц. Авторы статьи, а это очень авторитетные аналитики, отмечают, что программа модернизации ядерного оружия повысила «общую поражающую способность американских баллистических ракет примерно в три раза». Они заявляют: «Эта программа создает именно то, чего можно ожидать, если ядерное государство намерено обрести возможности для ведения ядерной войны и победы в ней за счет разоружения противника внезапным первым ударом».

Значимость этого предельно ясна. Это означает, что в случае кризиса, а их сегодня слишком много, российские военные могут сделать вывод, что в отсутствие надежных сил сдерживания единственной надеждой на выживание становится первый удар, который всех нас приведет к гибели.

— Звучит пугающе.

— В такой обстановке гражданские акции могут остановить чрезвычайно опасные программы. Граждане могут также вынудить Вашингтон заняться поиском дипломатических решений, которые существуют, вместо того, чтобы едва ли не рефлекторно прибегать к силе и принуждению в других районах, таких как Северная Корея и Иран.

— Ноам, вы продолжаете свою важную борьбу с несправедливостью. Что порождает в вас это чувство социальной справедливости? Есть ли какие-то религиозные мотивы, которые влияют на вашу борьбу за социальную справедливость? Если нет, то почему?

— Никаких религиозных мотивов, причем по веским причинам. Религиозными мотивами можно обосновывать буквально любые действия, которые выбираешь, от приверженности величественным идеалам до поддержки самых ужасных зверств. В священных текстах мы можем найти вдохновенные призывы к миру, справедливости и милосердию, но в той же канонической литературе есть отрывки с самыми злобными воззваниями. Руководствоваться надо совестью, в какую бы обертку мы ее ни заворачивали.

— Вернемся к теме невыносимых человеческих страданий. Что вы можете порекомендовать мне для рассказа моим студентам, чтобы они прониклись теми страданиями, которые выпали на долю многих, и которые гораздо страшнее всего того, что приходится пережить им? Многие студенты думают только о том, чтобы получить диплом, а страдания в мире их зачастую очень мало заботят.

— Я подозреваю, что те, кто не замечает страдания — как поблизости, так и в самых отдаленных уголках — по большей части не знают о них, а может, они ослеплены доктриной и идеологией. Им надо формировать критическое отношение к догматам веры, как светской, так и религиозной, надо развивать свою способность сомневаться, исследовать, анализировать, смотреть на мир с позиций других людей. И такая возможность у них есть всегда, причем поблизости, везде, где они живут. Это и бездомный, дрожащий от холода и просящий мелочь на пропитание, и многое, многое другое.

— Я высоко ценю и поддерживаю ваше мнение о сочувствии к страданиям других, которые находятся рядом. Возвращаясь к Трампу, я полагаю, что вы считаете его совершенно непредсказуемым. Я определенно так считаю. Надо ли нам в данный момент и в текущей обстановке опасаться обмена ядерными ударами любого рода?

— Надо, и такие опасения наверняка существуют не только у меня. Пожалуй, самый выдающийся человек из числа тех, кто выражает такие опасения, это Уильям Перри (William Perry), один из ведущих ядерных стратегов современности, много лет проработавший в высших органах ядерного планирования и накопивший богатый опыт. Он сдержан и осторожен, и не расположен к преувеличениям. Он вернулся на публичную сцену, и сегодня настойчиво и убедительно говорит о том, что его пугают серьезные и постоянно усиливающиеся угрозы, а также нежелание людей прислушаться к ним и задуматься. По словам Перри, «сегодня опасность ядерной катастрофы в той или иной форме намного выше, чем в годы холодной войны, но большинство людей находится в блаженном неведении, не подозревая о такой опасности».

В 1947 году Бюллетень ученых-атомщиков начал печатать знаменитые Часы Судного дня, показывая, сколько осталось до полуночи, то есть, до всеобщего уничтожения. В 1947 году аналитики установили на часах время без семи минут двенадцать. В 1953 году, когда США и СССР взорвали водородные бомбы, они перевели стрелку на две минуты до полуночи. С тех пор она колеблется, но никогда не доходит до опасной точки. В январе, вскоре после инаугурации Трампа, эта стрелка была установлена в точке две с половиной минуты до полуночи, то есть, ближе всего к ядерной катастрофе с 1953 года. Но на сей раз ученые учитывали не только усиливающуюся угрозу ядерной войны, но и твердую решимость республиканцев ускорить гонку к экологической катастрофе.

Перри прав, говоря о своих страхах. Мы все должны страшиться, не в последнюю очередь из-за человека, держащего палец на кнопке, и из-за его помощников, живущих в сюрреалистическом мире.

— Но несмотря на свою непредсказуемость, Трамп пользуется серьезной поддержкой. Откуда такое подобострастное почтение?

— Не знаю, можно ли называть это подобострастным почтением, поскольку у меня есть причины для сомнений в этом. Например, кто составляет эту базу поддержки? Большинство — это довольно состоятельные люди. У трех четвертей доход — выше среднего. У одной трети доход — более 100 тысяч долларов в год, и они входят в первые 15% по показателям личного дохода. А еще среди его сторонников первые шесть процентов тех, у кого только школьное образование. В подавляющем большинстве это белые, в основном пожилые, а поэтому у них издавна больше привилегий.

Как отмечает Энтони Димаджио (Anthony DiMaggio) в своей работе, основанной на тщательном анализе доступной информации, избиратели Трампа — это обычно типичные республиканцы с «элитарными и реакционными общественными взглядами, выступающие в поддержку корпораций», а также «состоятельная и привилегированная часть общества, которая лишилась части своих привилегий после экономического краха 2008 года» и оказалась в довольно тяжелом экономическом положении. Средние доходы у нее с 2007 года снизились почти на 10%. А еще есть крупный сегмент верующих протестантов и сторонники превосходства белой расы, чьи расистские и женофобские взгляды глубоко укоренились в США.

Большинству представителей этого лагеря Трамп и наиболее грубое крыло республиканского истэблишмента близки по своим взглядам и отношениям, хотя если мы обратимся к конкретным политическим предпочтениям, то появятся более сложные вопросы.

Часть сторонников Трампа происходит из промышленного сектора, который на протяжении десятилетий игнорировали обе партии. Многие из сельской местности, где случился отраслевой кризис и резко выросла безработица. Многие голосовали за Обаму, поверив его обещаниям о перспективах и переменах, но быстро разочаровались и в отчаянии повернулись в сторону своего отъявленного классового врага, почему-то надеясь на то, что этот формальный лидер придет им на выручку.

Еще одно соображение — это нынешняя информационная система, если можно использовать такую фразу. Для многих сторонников Трампа источниками информации являются Fox News, радиобеседы и прочие распространители альтернативных фактов. Разоблачения правонарушений и нелепостей Трампа, вдохновляющие либеральное общественное мнение, они с легкостью воспринимают как нападки коррумпированной элиты на защитника простых людей, хотя на деле он является их циничным врагом.

— Какую роль здесь играет отсутствие критического интеллекта, который философ Джон Дьюи (John Dewey) считал очень важным для демократического общества?

— Можно задать другие вопросы о критическом интеллекте. По мнению либералов, политическим преступлением века, как его порой называют, является вмешательство России в американские выборы. Последствия этого преступления не поддаются определению, в отличие от серьезных последствий вмешательства корпоративной власти и частного капитала, которое считается не преступлением, а обычным механизмом демократии. Здесь мы даже не ведем речи об американском «вмешательстве» в зарубежные выборы, в том числе, в российские, потому что оно до смешного неэффективно, о чем известно любому, кто хотя бы поверхностно знаком с новейшей историей.

— Это определенно свидетельствует о противоречиях нашей нации.

— Неужели российские хакерские взломы важнее того, что мы здесь обсуждаем, например, республиканской кампании по уничтожению условий для существования организованного общества, которая проводится наперекор всему миру? Или и без того страшной угрозы всеистребляющей ядерной войны? Или даже вполне реальных, но менее значительных преступлений, таких как инициатива республиканцев, лишающая миллионы людей здравоохранения и выгоняющая беспомощных людей из домов престарелых на улицу ради дальнейшего обогащения корпораций и капиталистов, поддерживающих Великую старую партию? Или демонтажа ограниченной системы правового регулирования, созданной для ослабления последствий финансового кризиса, который фавориты республиканцев вполне могут повторить? И так далее.

Легко осуждать тех, кого мы ставим на противоположную сторону какого-нибудь раскола, но гораздо важнее уяснить, что мы выиграем, оказавшись с ними на одной стороне.

Джордж Янси — профессор философии Университета Эмори, автор книг «Черные тела, белые взгляды» (Black Bodies, White Gazes), «О гонке: 34 беседы во время кризиса» (On Race: 34 Conversations in a Time of Crisis) и редактор книг «Преследуя Трейвона Мартина» (Pursuing Trayvon Martin) и «Наши чернокожие сыновья это важно» (Our Black Sons Matter).

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235985 Ноам Хомский


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235921 Леонид Радзиховский

Главная задача Путина в Гамбурге

Одна из важнейших функций международной дипломатии - представительская. Пиар, самолюбие, демонстрация себя любимого - это обожают и Путин, и Трамп.

Леонид Радзиховский, Новое время страны, Украина

Какие могут быть ожидания от участия Путина в саммите Большой двадцатки? Да никаких. И вот почему. У международной дипломатии есть несколько функций. Например, функция предотвращения войны. Иногда она превращается в разжигание войны, так тоже бывает. Одним словом, попытки решения вопросов войны и мира, установления границ, решения жизненно важных международных вопросов.

Ничего подобного в данном случае быть не может. Что касается Украины, то существует минский процесс. И никакими разговорами с Трампом за пять минут этот процесс не сдвинешь. Тем более, позиции и Путин, и Трамп обозначили — они не сходятся. И не сойдутся в течение этого короткого саммита. То же относится к встрече с Макроном и Меркель. Сдвижек в военно-политической области не стоит ожидать, поскольку позиции сторон обозначены вполне ясно. И сближению на данный момент они не подлежат.

Есть также экономическая функция — с помощью политических контактов пропихивать экономические важные решения. Только что в России был председатель Китая, который именно это и осуществлял. Хоть он и приехал с важным государственным визитом, никаких политических соглашений или деклараций не было. Но китайцы достаточно планомерно, хоть и не в очень крупном масштабе, делают то, что им нужно: обеспечивают себе сырьевую базу, получают доступ туда, куда их раньше не пускали (покупка российских предприятий) и т.д. Государство с помощью политического лоббирования решает свои экономические проблемы.

В данном случае эта функция тоже не работает, потому что общих экономических отношений у России с Америкой нет. Трамп ведет грубую и опасную политику расконсервации нефтяных скважин, продает сжиженный газ в Польшу. Все эти действия прямо бьют по России. Но делается это не против России, на которую Трампу плевать, так же, как ему плевать на страны Ближнего Востока. Это делается ради подъема нефтяной отрасли в Америке. И тут договариваться не о чем — предмета для разговора просто нет.

Ну а экономические отношения России с Францией и Германией — это тоже довольно стабильная история. С Германией — традиционно большие торговые отношения, с Францией — не очень большие. Но в течение получасового разговора ничего с этим не сделаешь. По вопросам безопасности и экономики Путину не о чем говорить на саммите. Нет предмета для договоренности.

Остается третья важнейшая функция международной дипломатии, которая должна быть успешно реализована. Речь идет о представительской функции. Пиар, самолюбие, демонстрация себя любимого — то, что обожают и Трамп, и Путин.

Думаю, что для человека по имени Дональд Трамп и для человека по имени Владимир Путин вот эта эгофункция является важнейшей. Все остальное — лишь поводы для самолюбования. Вполне возможно, что они по-человечески друг друга найдут и друг другу понравятся, что, впрочем, не означает, что они сблизятся политически.

Напрасно эту функцию считают презренной и низкой. Для большинства людей политика давно превратилась в шоу, за которым все наблюдают с огромным вниманием. Шоуменскую функцию политики Путин и Трамп успешно реализуют, а военные и экономические вопросы, думаю, даже не затронут.

Такие пиар-контакты замечательны тем, что в них часто нет выигравшей и проигравшей стороны. Это тот случай, когда каждая сторона представляет переговоры как свою победу. А опровергнуть это невозможно, потому что тут не существует никаких объективных критериев, кто кого переиграл.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235921 Леонид Радзиховский


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235865 Андрей Колесников

Надежда России: к чему приведет первая встреча Трампа и Путина

Андрей Колесников

Журналист

«Very very good talks». Это все, что имел сказать американский президент после встречи с российским. Вы ждали чего-то другого?

Когда Дональд Трамп 6 июня 2017 года выступал на площади Красиньских в столице Польши, прямо рядом с памятником героям Варшавского восстания, он явно хотел повторить успех Джона Кеннеди, выступившего 26 июня 1963 года в Западном Берлине и произнесшего свое знаменитое (и с грамматической ошибкой): «Ich bin ein Berliner». Однако есть существенные отличия. Во-первых, нынешний президент США не произнес что-нибудь вроде «Jestem polakiem» («Я поляк»). Во-вторых, Польша все-таки не находится в состоянии блокады со стороны восточного соседа, как Западный Берлин более полувека тому назад. Наконец, Трамп – не Кеннеди.

Американский президент льстил полякам, как мог – пафосно и даже неприлично. Впрочем, как выразился в беседе со мной известный польский журналист Вацлав Радзивинович: «Кичливые ляхи – они лесть любят. Особенно те, которых привели на встречу с Трампом депутаты «Права и справедливости» - по 50 человек на брата». Протесты остались агрессивно подавленными и незамеченными. Хотя трудно было не заметить инсталляцию партии зеленых на сталинской высотке в Варшае: Trump – no, Paris – yes. Главный раввин Польши остался недоволен тем, что возлагать венки к памятнику героям Варшавского гетто Трамп не пришел лично, как это делали все американские президенты до него, а отправил вместо себя дочь Иванку, главную в семье Трампов «по евреям». Она была очаровательна в бело-голубом платье, но не вспомнить об этом восстании в речи на площади Красиньских было действительно неприлично: именно здесь, прямо по периметру площади, проходила стена гетто. Более же прагматичные поляки, есть и такие, заметили, что, предложив газовую сделку – сжиженный американский газ вместо российского, Трамп не озаботился вопросом его цены. Не говоря уже о том, что обещанная в ходе предвыборной кампании республиканского кандидата отмена виз для поляков в США не была в принципе упомянута в ходе визита.

Получается так, что в повседневной жизни Трамп живет, не выходя из жанра предвыборной кампании, но этот жанр предполагает, что обещания не будут выполнены.

Эта модель поведения Трампа многое объясняет, на первый взгляд, в парадоксальном поведении: сегодня мы обличаем Россию в том, что она ведет себя безответственно, завтра – поем осанну Путину. Вес любого из заявлений Трампа не велик. А вот в том случае, если заявление поддержано тем или иным убедительным доказательством его администрации – к нему стоит относиться серьезно.

Это – главный критерий оценки встречи Путина и Трампа. С одной стороны, антироссийские варшавские заявления Трампа сформировали фон для встречи с российским президентом, с другой стороны, на них никто, кроме поляков и ряда восточноевропейских стран, не обращает серьезного внимания. Включая самого Путина и его ближний круг, которые по-прежнему делают различие между Трампом и его администрацией, Трампом и США. Трамп – хороший и теоретически перспективный, американская демократия и система сдержек и противовесов – плохие.

Вокруг этой встречи намеренно выстраивались заниженные ожидания. Мол, нельзя от дружеских рукопожатий дать чего-либо конкретного. Весь восторг концентрировался вокруг того, что встреча будет не на ходу, а «сидя». И эта политическая поза способна заложить основы будущей большой дружбы. А повестку будут артикулировать сами президенты. Что тогда важнее: встреча Трамп—Дуда w cztery glaza, с глаза на глаз, или Трамп – Путин face-to-face? Но это же, в самом деле, не встреча пикейных жилетов на завалинке, повестка должна формироваться заранее, хотя бы на экспертном уровне. Тем не менее, в обстоятельствах сегодняшнего дня неподготовленность встречи как принцип – это нормально.

Что еще, кроме рукопожатий, можно было предъявить? Отмена санкций – смешно обсуждать, в том числе с учетом внутриполитической ситуации в США. Северная Корея? Здесь игрок не Россия, а Китай. Хотя Россия всячески демонстрирует неоднозначный подход к проблеме, придираясь к резолюции ООН – а была ли ракета Ким Чен Ына межконтинентальной? Действительно, ведь это радикально меняет дело… Украина. Минский процесс надо завершать-реализовывать: высокие договаривающиеся стороны в этом согласны, и что? Вмешательство в выборы в США? А что вы там имели в виду в Варшаве, когда упоминали… Да ладно, проехали. Сирия? А вот это серьезно. Не вернуть ли для еще для большей серьезности разговора российские посольские дачи в штатах Нью-Йорк и Мэриленд?

Будем откровенны: это не переговоры Рейган—Горбачев или Никсон—Брежнев. Это всего лишь расчистка просеки для возможных, если будет подготовлена хоть какая-то повестка, будущих переговоров. Ни цели, ни тем более воли (раз цели нет) для ее реализации не существует. Рейган и Горбачев хотели конкретизации мирного сосуществования систем. Никсон и Брежнев – мира ради прагматических, в том числе экономических, интересов. Очень многое было поставлено на карту, и лидеры с чрезвычайным упорством пытались достигнуть цели. А чего, собственно, хочет Трамп? Сегодня. А завтра? Чего хочет Путин? Он всем своим видом показывает, что США должны пойти на поклон к нему, а дальше посмотрим. Так не делаются разрядки, детанты, даже перезагрузки. Собственно, главная новость G20 – «встреча Путина и Трампа началась». Дальше имеет смысл оценивать результаты варшавского визита и его последствий для отношений США со странами Восточной Европы и в контексте конфликта торгового протекциониста Трампа с глобалистами из Европейского союза.

Путин готов терпеть эскапады Трампа, даже если они носят явно антироссийский характер. Трамп остается надеждой России. Весь МИД болеет за президента США в его неравной борьбе с американской демократией. Больше ставить не на кого. В совершенно новой ситуации, когда раскол Европы в выгодной для России конфигурации (Ле Пен) не состоялся, российский политический класс готов разговаривать со своим главным торговым партнером, даже в условиях санкций, достаточно мягко: спустя четыре дня после встречи Трамп—Путин Лавров будет иметь разговор с Могерини. Судя по всему, вполне дружеский.

После триумфа в Варшаве и эмоционально приятного разговора с Путиным Трампу придется иметь дело со «старой» Европой, которую он слишком явным образом пытается расколоть и которая предпочитает иметь дело даже не с ним, а с Японией.

«Very very good talks». Это все, что имел сказать Трамп после встречи с Путиным. Вы ждали чего-то другого? Мир точно не перевернулся после этих «сидячих» разговоров. Путин дал еще один шанс Трампу стать пророссийским политиком.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235865 Андрей Колесников


США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов

Портрет недели: в ожидании Трампа, Си Цзиньпин Первозванный и хмурое лето

Алексей Фирсов

социолог, основатель ЦСП "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды, по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем

Повестка уходящей недели, если не считать безнадежные разговоры москвичей о погоде (которая из климатического фактора уверенно дрейфует в область социально-психологического), строилась вокруг внешних поводов. Владимир Путин принимал Си Цзиньпина, в политологических кругах активно обсуждалась встреча с Трампом на полях G20, опять в фокусе оказалась Северная Корея. Как будто июльские дожди смыли не только московское лето, но и мысли о близлежащем пространстве, разделив попутно жителей на две неравные касты: тех, кто может себе позволить уехать в другую климатическую зону, и тех, кто обречен дышать сыростью и ловить лоскутные пятна голубизны в небе.

Из экспертного обзора, который готовится совместно социологическим центром «Платформа» и компанией Avelamedia видно, что по числу упоминаемости отношения с США, Китаем и обсуждение северокорейской проблемы вошли в топ-3 новостного потока российских СМИ. «Индекс Путина» — разработанный нами показатель отношений цитируемости ключевых ньюсмейкеров недели к цитируемости российского президента — звучит так: Дональд Трамп — 55,5%, Си Цзиньпин — 12,7% и отправленный в отставку директор «Почты России» Дмитрий Страшнов — всего 1,8%. Таким образом, Трамп не только уверенно обошел китайского гостя, несмотря на вручение тому высшей российской награды, но и перешел 50-процентный экватор в приближении к Путину. Хотя до осеннего успеха, когда Трамп в течение нескольких недель опережал Путина по цитированию в российских СМИ, американскому президенту еще далеко.

С социологической точки зрения внимание к внешнеполитической проблематике носит циклический характер с некоторым трендом на падение интереса. Если в 2014-2015 годах темы, связанные с внешними факторами, доминировали в информационном пространстве, формируя тревожный эмоциональный фон и явные опасения вооруженного конфликта, то уже в 2016 году возник поворот к внутренним проблемам. Население начало уставать от образа агрессивной внешней среды («Россия в кольце фронтов»), по мере развития кризиса возник запрос на объяснение внутренних проблем не только на основе внешних факторов. Исключение составляли ситуации, которые, по мнению россиян, могли бы существенно изменить унылый мировой расклад — Brexit или американские выборы.

Внешняя политика в медийном преломлении — это всегда идеология, поскольку у населения нет опыта непосредственного контакта с этой областью и поэтому нет возможности вырабатывать самостоятельную позицию. Однако идеология, претендуя на тотальное объяснение мира, никогда не бывает ограничена рамками только одного сегмента. Внешняя и внутренняя картинка всегда накладываются друг на друга, образуя единую композицию. Причем архитекторам идеологических конструкций оперировать внешним миром всегда проще: он всегда медийно более простой и пластичный.

Однако и здесь ресурсы небесконечны, и пример тому — Китай. Начиная с 2014 года шла мощная эксплуатация образа КНР как стратегического союзника России. Оказавшись отрезанной от Запада, элиты выдвинули тезис «разворота на Восток», навстречу новому миру. Увлечение Китаем стало тотальным: Геннадию Тимченко F 4, как давнему товарищу Владимира Путина, доверили руководство Российско-Китайским деловым советом, российский бизнес стали активно мотивировать на сделки с китайскими партнерами, политологи строили планы перекройки мировых центров сил, исходя из наметившегося альянса. Однако по мере того, как близкие и очевидные цели, особенно в области углеводородов, были достигнуты, наступило ощущение вязкой, нединамичной среды. Россия, в силу ряда причин, не захотела войти в китайскую стратегему «Шелкового пути», где КНР принадлежит очевидно доминирующая роль. А китайский бизнес не увидел для себя очевидных преимуществ на российском рынке.

Поэтому один из ведущих российских китаистов Алексей Маслов в нашей беседе отмечает, что июльский диалог Путина и Си Цзиньпина имеет в первую очередь политическое значение, а экономические договоренности скромные — на словах цифры выглядят внушительными, но первый этап предполагает вложение только $1 млрд. Политически встречу капитализировать проще — важно то, что Россия и Китай консолидируют свои позиции по Северной Корее и выходят на G20 совместно.

По мнению Маслова, в экономическом сотрудничестве уже 10 лет повторяется формула: «Наши отношения лучше, чем когда бы то ни было». Постепенно дошло до того, что она почти ничего не отражает в реальности. Проблема в том, что Россия не может обеспечить возврат масштабных китайских инвестиций, потому что на региональном уровне нет проектов. Наши экономические отношения с Китаем проходят переходный период — мы пытаемся диверсифицироваться, уйти от сырьевой модели, но все время во что-то упираемся: в китайские квоты на импорт продовольствия, в то, что наши предприниматели не умеют работать в Китае. Государства все время ищут новые формы для запуска экономического сотрудничества, и прошедшая встреча — тоже поиск форм. Но здесь очень много зависит от регионов, а регионы очень плохо умеют работать с Китаем, вплоть до того, что там нет людей, которые бы этим занимались.

Впрочем, при всех трудностях китайская тема обречена на активное медийное звучание. Общий дефицит союзнических отношений будет подталкивать китайскую тему к дальнейшей виртуализации. Как бы ни обстояло дело в реальности, китайский аргумент всегда будет иметь широкое внешнее и внутренне употребление.

США. Китай. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 7 июля 2017 > № 2235799 Алексей Фирсов


США. Польша > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 июля 2017 > № 2235283 Максим Саморуков

Я привезу вам новый мир: что изменил визит Трампа в Польшу

Максим Саморуков

В ходе визита Трампа в Варшаву возникло новое, пока еще легкое, но уже заметное ощущение, что это не Америка встречается с Польшей, а какая-то часть Америки братается с какой-то частью Польши, но другие части в обеих странах это братание не очень одобряют. Либеральные поляки начинают считать либеральных американцев более своими, чем своих собственных консервативных соотечественников

Еще во время избирательной кампании перед президентскими выборами в США можно было заметить, что вопреки стереотипам гипотетической победе Трампа обрадуются не только в России. Саудовские принцы, израильские правые, иранские консерваторы – и без Кремля в мире набиралось немало сил, кому президент Трамп казался гораздо более удобным вариантом, чем Хиллари Клинтон. Не последними среди них были национал-популисты Восточной Европы, которые надеялись, что республиканский президент поможет им ослабить давление либеральных Берлина и Брюсселя.

После победы Трампа многие восточноевропейские лидеры не скрывали своей радости, с упоением рассуждая, что уже в ближайшее время они постараются встретиться со своим новым вашингтонским единомышленником. Тогда эти разговоры выглядели наивной бравадой, ведь при Обаме казалось, что Восточная Европа безвозвратно ушла из списка приоритетов внешней политики США. Но Трамп любит опровергать то, что всем кажется. Сначала он одним из первых принял в Белом доме президента Румынии, а потом начал свое второе международное турне с Польши.

Вроде бы все уже перестали чему-либо удивляться после того, как Саудовская Аравия стала первой страной, которую посетил новый президент США. Но Трамп не подвел и на этот раз: то, что разругавшуюся с ЕС Польшу поставили впереди всех остальных европейских стран и даже саммита G20, было не менее неожиданным.

На той стороне истории

Последние пару лет, после прихода к власти партии «Право и справедливость» Ярослава Качиньского, внешняя политика Варшавы выглядела очень печально. Если соседней Венгрии еще удавалось как-то уравновесить конфликт с ЕС развитием связей на Востоке, то Польша оказалась в полной изоляции. Последним внешнеполитическим триумфом Варшавы были выборы президента Евросовета, когда 27 из 28 стран ЕС проголосовали за то, чтобы продлить полномочия поляка Дональда Туска, и только один голос был против – самой Польши.

Проигрыш 27 к 1 ощутимо понизил рейтинги правящей партии, но вдруг на нее свалился такой невиданный в польской истории триумф: новый президент США выбирает Польшу первой страной для визита в Европу.

Зная качество сегодняшней внешней политики Варшавы, выбор Трампа никак нельзя объяснить успехами польского МИДа. Скорее тут постаралась польская диаспора в США, немало сделавшая для победы республиканцев на последних выборах. Но главную роль явно сыграли личные представления Трампа о прекрасном. Польша лучше всех в Европе вписалась и в основные лозунги его предвыборной программы, и в требования текущего политического момента.

Приехав в Варшаву, Трамп поддержал страну, которая исправно тратит на оборону положенные в НАТО 2% ВВП; перед встречей с Путиным доказал свою готовность дать отпор России; продемонстрировал Берлину и Парижу, что у него есть союзники в Европе; обработал поляков на тему покупки американского оружия и сжиженного газа. То есть выполнил все положенные пункты, причем без малейшего риска столкнуться с какой-то критикой или недовольством – только гарантированное купание во всеобщей любви, восхищении и благодарности. Доза чистого позитива перед неприятными разговорами на саммите G20.

Поляки со своей стороны не подвели, свезли тысячи людей автобусами со всей Польши – слушать в Варшаве выступление американского президента. Речь Трампа была составлена идеально. Она в полной мере учитывала то, что польская аудитория очень невысоко ставит всякие вопросы экономики, потенциальные выгоды от сотрудничества, планы на будущее. Для поляков гораздо важнее, чтобы иностранный лидер показал правильное отношение к ключевым моментам польской истории.

В свое время никакая скидка на газ или планы совместных проектов на миллиарды долларов не смогли бы улучшить репутацию Путина в Польше сильнее, чем довольно сдержанное осуждение пакта Молотова – Риббентропа и расстрелов в Катыни. Также и Трамп сейчас завоевал массовую польскую любовь не разговорами про LNG или верность пятой статье НАТО, а тем, что в одной речи упомянул и тысячелетнюю польскую историю, и вечную любовь поляков к свободе, и чудо на Висле в 1920-м, и подлость пакта Молотова – Риббентропа, и героизм Варшавского восстания, и Иоанна Павла II, и польскую набожность, и даже Шопена с Коперником. Там были все главные элементы польского исторического нарратива, причем в правильном, националистическом толковании. Разве можно сравнить эту сказку с Бараком Обамой, который по невнимательности умудрился назвать нацистские концлагеря «польскими».

Помимо правильного описания польской истории, в выступлении Трампа были и более адресные моменты – для нынешнего польского и европейского руководства. Наперекор брюссельской критике он поддержал Варшаву в ее нежелании принимать беженцев из исламских стран, в защите семейных ценностей, в отстаивании национальных традиций и в «борьбе с бюрократией». Последнее явно означало, что польское национальное руководство должно и дальше смело отстаивать свои позиции в конфликте с наднациональными структурами Евросоюза. Прямого упоминания ЕС вообще не удостоился.

Наконец, самое приятное для нынешних польских лидеров – Трамп не сделал ни малейшего намека на то, что в Польше сейчас проблемы с демократией, со свободой СМИ, с разделением властей. Эти проблемы стали, по сути, единственной темой в разговорах Варшавы с лидерами Западной Европы, а тут президент США выступает прямо перед зданием Верховного суда и ни слова не говорит о ползучем подчинении судов исполнительной власти, которое идет в Польше последние полтора года.

Трамп привез в Польшу полный переворот картины мира. Больше нет никакой изоляции, маргинальности и тем более путинизма. Теперь США вместе с Польшей защищают западную цивилизацию от исламских радикалов и зловредных козней России. Польша не изгой, а «сердце» и «душа» Европы, хранительница истинных западных ценностей. И уж, конечно, в Польше нет никаких проблем с демократией, а есть только правильное понимание свобод и традиций, о чем совершенно забыли в увлекшейся либерализмом Западной Европе.

Одним визитом Трамп разрешил главный психологический конфликт не только Польши, но и всей Восточной Европы последних лет. Он объяснил, что можно любить путинские методы и не любить Путина одновременно. Разговоры Брюсселя о путинизации Восточной Европы – это чушь. На самом деле идет трампизация Восточной Европы. Это Западная Европа сбилась с пути, а США и Восточная Европа на правильной стороне истории, они по-прежнему придерживаются истинных западно-американских ценностей.

Газ и оружие

После того как Трамп подарил Польше и Восточной Европе такую замечательную новую картину мира, говорить о практической стороне визита было бы как-то мелко. Единственным относительно практическим документом, подписанным в ходе переговоров, стало соглашение о покупке Польшей американских противоракетных комплексов «Пэтриот». Общая сумма контракта внушительная – около $8 млрд. Но переговоры об этой покупке начались еще в 2015 году между предыдущими президентами: Коморовским и Обамой. И нынешний документ не добавляет ничего принципиально нового, это по-прежнему декларация о намерениях, которая ни к чему не обязывает США.

Саммит Троеморья, в котором принял участие Трамп, – совсем туманная инициатива. Это всего лишь второй такой саммит в истории, причем на прошлый, в 2016 году, не сочли нужным приехать даже многие восточноевропейские лидеры, а тут вдруг целый президент США. Сами поляки не ожидали настолько высоких гостей, и им пришлось срочно переносить мероприятие из Вроцлава в столицу.

По всей видимости, Трамп осчастливил своим присутствием именно Троеморье потому, что инициаторами этого формата, который должен стимулировать сотрудничество двенадцати государств Центральной и Восточной Европы, выступили Польша и Хорватия. То есть две страны, которые активно продвигают идею импорта сжиженного газа в Восточную Европу. Польша в прошлом году уже запустила терминал LNG в Свиноустье, а Хорватия планирует построить свой в ближайшие годы на острове Крк.

Тема импорта сжиженного газа из США позволила Трампу одновременно поддержать американского производителя и в очередной раз опровергнуть свои связи с Россией – мол, он, наоборот, спасает Европу от российской газовой зависимости и «Северного потока – 2».

Эпизодические поставки американского сжиженного газа в Восточную Европу вполне возможны – они уже были в июне этого года в Польшу. Но вот перспективы массового импорта пока выглядят очень отдаленными. Двенадцать государств Троеморья (почти все сильно зависят от импорта из России) потребляют в год около 40 млрд кубометров газа. Запущенный в прошлом году польский терминал может принимать 5 млрд кубометров в год. Возможно, к 2020 году этот показатель увеличится до 7,5 млрд кубометров, но строительство новых терминалов пока не планируется – этот строили больше десяти лет.

В Хорватии проект LNG терминала на острове Крк обсуждают с 1990-х годов. С 2008 года обсуждают предметно, уже с конкретными инвесторами. Но пока даже строительство не начато – окончательное решение должно быть принято только в начале 2018 года, причем в прошлом сроки уже не раз переносились. Вместе с переносами уменьшалась и мощность терминала. Поначалу говорили о 10 и даже 15 млрд кубометров в год. Потом о шести, потом о трех, сейчас речь идет о 2,6 млн кубометров.

Это не говоря уже о том, что полякам не удалось добиться от Катара, где они закупают сжиженный газ, цен более низких, чем у «Газпрома». Мало того, долгосрочное соглашение с Катаром на поставку 1,4 млрд кубометров в год было заключено на условиях take-or-pay, и в тот период, на который терминал отстал от запланированного срока открытия, Польше приходилось выплачивать катарцам разницу между ценой в контракте и ценой, по которой Катар смог продать этот газ на рынке, хотя никаких реальных поставок в строящийся терминал в это время еще не было.

В принципе США пока и не нужен большой рынок – у них открыт всего один терминал, откуда за прошлый год экспортировали 4,4 млрд кубометров. А польская сторона явно готова переплачивать в обмен на красочные рассказы Трампа о ходе Варшавского восстания.

Поверх границ

В итоге поездка Трампа в Польшу оказалась исключительно приятной для обеих сторон, но все-таки там был один изъян, который мешал происходящему превратиться в полную идиллию. Визит получился очень партийным.

Когда стало известно, что Трамп поедет в Варшаву до саммита G20, все сразу вспомнили, как в 2003 году Германия и Франция отказались поддержать американскую интервенцию в Ирак. Тогда Вашингтон объявил, что есть Новая Европа во главе с Польшей, которые настоящие американские союзники, а есть Старая – сомнительной лояльности. Вот и сейчас Трамп, как когда-то Буш, хочет сыграть на внутриевропейских противоречиях, перетянуть на свою сторону более проамериканскую Восточную Европу, чтобы вместе противостоять Западной, с которой у него не ладятся отношения.

Ситуация действительно во многом похожа, но Польша сильно изменилась с 2003 года. Тогда в стране был надпартийный консенсус: конечно, надо держаться США, потому что Германия и Франция в любой момент нас предадут ради сговора с Россией. Американский президент считался безусловным авторитетом, а его визиты в Польшу – всеобщей радостью.

Другое дело 2017 год. Далеко не все поляки оказались рады приезду Трампа. Невиданное дело – в Варшаве несколько сотен человек вышли протестовать против визита американского президента, причем под типичными западными лозунгами: против сексизма, расизма, за экологию.

В крупнейших СМИ и среди оппозиции зазвучали скептические голоса, что союз с Вашингтоном – это, конечно, хорошо, но для нас важнее Брюссель и Берлин. Что Трамп – политик сомнительных достоинств. Что больше всего его приезду радуются мракобесные маргиналы, которых к тому же свезли на автобусах, как при советской власти.

В ходе визита Трампа в Варшаву возникло новое, пока еще совсем легкое, но уже заметное ощущение, что это не Америка встречается с Польшей, а какая-то часть Америки братается с какой-то частью Польши, но другие части в обеих странах это братание не очень одобряют. Конечно, национальная идентификация по-прежнему остается базовой на международном уровне, но постепенно теряет свою монополию. Либеральные поляки начинают считать либеральных немцев или либеральных американцев более своими, чем своих собственных консервативных соотечественников. Ярый националист Трамп разрушает психологические национальные границы гораздо успешнее, чем самые фанатичные космополиты.

США. Польша > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 июля 2017 > № 2235283 Максим Саморуков


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 июля 2017 > № 2235282 Александр Баунов

Сидячий саммит. Что дала встреча Трампа и Путина

Александр Баунов

Случившийся апгрейд роли России до уровня глобального противника работает не только против, но и в пользу договоренностей с ней. Если Россия так сильна и опасна, как ее изображают в последние месяцы, никакого конкретного размена и не нужно. Успехом будет уже снятие напряженности в отношениях со страшным противником, способным разрушительно действовать одновременно в мире и в самой Америке

Пережившую потерю масштаба Россию справедливо обвиняют в тяге к исторической реконструкции. Построим у себя Рейхстаг и возьмем, организуем новый карибский кризис, еще раз освободим народы от колониального гнета: чтобы стать великими, как раньше, все можем повторить.

Но и в Америке наблюдаем что-то похожее. Объявим Россию империей зла, заменим поправку Джексона – Вэника на другие санкции, разоблачим антиамериканскую деятельность русских агентов, выйдем из Договора о средних и малых ракетах, разместим еще раз «першинги» в Европе, повторим 1982 год, и нежданно воскресший противник рассыплется, сгинет, как тогда. Так выглядит позиция сторонников жесткой линии по отношению к России в американском Конгрессе и СМИ; почти так звучала речь Трампа в Варшаве – не Трамп, а Рейган.

Выход из регламента

Неизбежная встреча Трампа с Путиным превращалась в отложенную пытку, назойливый сюжет, который тяготил обоих, и, кажется, все были бы рады, чтобы неизбежное мучительное будущее наконец наступило и осталось позади, пусть даже из этого ничего не выйдет, кроме подозрений и насмешек. Однако же что-то вышло, и видеться дальше теперь будет проще. Встреча, о которой в начале года говорили как, возможно, о первой во внешнеполитической карьере Трампа-президента (пошел даже ложный слух о столице нового мышления Рейкьявике), потом – как о двусторонних переговорах в мае после саммита НАТО в одной из европейских стран (как когда-то между Путиным и Бушем в Словении), долго откладывалась и была, наконец, перенесена в то время и место, где у любого из участников есть максимальное алиби: ничего личного, только «двадцатка».

В интересах Путина такая встреча, которая не объявлена слишком заранее, но при этом длится как можно дольше. Заранее анонсированные переговоры без впечатляющего результата вызвали бы разочарование на старте отношений. Зато спонтанное, почти импровизированное свидание, в самом факте которого еще недавно сомневались, а оно при этом продлилось дольше заявленного, для России дипломатическая удача. Сошлись и обнаружили так много общих важных тем, что долго не хотели расстаться. Это подтверждало бы умение Путина завоевывать, заглядывая в глаза, даже самых настороженных собеседников, которое на Западе приписывают навыкам разведчика и которое в действительности является комбинацией личного обаяния и ореола правителя большой страны.

Но какая встреча в интересах Трампа? Каждые лишние четверть часа, проведенные с Путиным за закрытыми дверями, усугубляют обвинения в сговоре, измене или – в лучшем случае – неспособности противостоять врагу. Для Трампа пробыть с Путиным слишком долго – значит проявить слабость перед Россией. Но и провести с ним слишком мало времени – это уступить своим противникам из сенаторов, чиновников и прессы.

В результате обе стороны подтвердили встречу за три дня до нее, во вторник, 4 июля, и успокоили: хоть и назначенная в последний момент, она «планируется как полноценная "сидячая" встреча» (Песков). Переносить саммит на ногах вредно для здоровья. Стоячий разговор в кулуарах был бы хуже никакого: он напомнил бы всем «двадцатку» в Брисбене осенью 2014 года, когда Путин находился в максимальной изоляции.

Расхождения коснулись даже объявленной продолжительности свидания: Песков анонсировал длительность в один час, пресс-служба Трампа – полчаса. Президенты предсказуемо вышли за эти рамки: два часа 16 минут. Стремление команды Трампа защититься от критики, назвав минимально приличную длительность встречи, обернулось тем, что все обсуждают, как она затянулась. Однако Трамп был к этому готов и поставил разговор с Путиным последним перед отлетом из Гамбурга, чтобы, в случае чего, никто из зарубежных лидеров не ждал, а летчик подождет. Перед нами тот самый случай, когда внешней конспиративной суровостью пренебрегли ради реальной возможности выстроить собственные отношения без оглядки на чужие ожидания.

Он вам не Хиллари

Трампу не так уж и нужна личная дружба с Путиным, ему нужно показать себя более результативным, чем Обама и Хиллари. Прежняя администрация вместе с негодными экспертами испортила отношения с Россией, а он – поправит. Из противника сделает, где нужно, союзником, а где не нужно – нейтрализует помехи. Но ведь добиться этого можно как подружившись с Путиным, так и победив его. Главное для Трампа – показать результат.

Практически любая договоренность с Путиным заранее рассматривается критиками Трампа как уступка, которую нужно разоблачить, а ее исполнение саботировать. Еще лучше воспользоваться такой договоренностью, чтобы ослабить Трампа очередным доказательством его то ли измены, то ли преступной беспечности.

Однако, если выбрать курс на победу над Путиным, политика Трампа на российском направлении будет мало отличаться от той, которую вела бы Хиллари Клинтон. К этому его подталкивают многие профессиональные управленцы из deep state – хранители политической преемственности из глубоких слоев государственного аппарата. Ведь во многих отношениях революционер Трамп уже оказался традиционным, даже архаичным политиком: не только Сирия и Северная Корея, но и Куба с Ираном при нем вернулись в первые строчки списка врагов Америки, с которыми надо сражаться, а не разговаривать. Почему бы в тот же ряд не вернуть Россию? На митинге в Варшаве Трамп и так упомянул их вместе.

Раз нельзя договориться с Россией добром, Трамп демонстрирует попытки унять ее силой. Точно перед первой поездкой Тиллерсона в Москву разбомбил сирийскую военную базу: первый случай за все шесть лет тамошней войны, когда армия США нанесла удар по сирийской армии, официальному союзнику России; Обама на такое не решался. Жесткий вариант сделки – следуйте за нами на наших условиях, или будет хуже, который Тиллерсон уже пытался привезти в Москву весной, – Трамп повторил перед самым приездом в Гамбург: «Мы призываем Россию прекратить свои дестабилизирующие действия на Украине и по всему миру и присоединиться к сообществу ответственных наций».

Внутри такого подхода есть явное противоречие. Чем суше и ультимативней Трамп в отношениях с Россией, тем он, выходит, слабее у себя дома – уступает давлению прессы, бюрократов и сенаторов. Зачем тогда Путину выполнять ультиматумы уступчивого президента, которого журналисты и сенаторы одолели у себя дома. Раз смогли они, сможет и Путин, тем более что считает себя гораздо серьезнее, опытнее и дальновиднее нового американского президента.

Трамп, вероятно, чувствует, что выглядел бы жалким, если бы критики полностью загнали его в политику его бывшей соперницы и не дали сделать в отношении России ни одного собственного шага. Чем суровее он будет грозить Путину, тем больше будет выглядеть невольным преемником чужого курса в глазах тех, кто ожидал от него собственного.

Трампа не может не злить, что раз за разом загадочным образом заранее становятся известны его планы на российском направлении: вот он хочет задаром вернуть русским дипломатические дачи, согласен на то, чтобы Асад оставался у власти и на российскую военную полицию в Сирии, поручил приготовить перечень уступок перед саммитом G-20.

Результат встречи оказался смесью из этой показной ультимативной суровости и внутренней готовности к маневрам и прокладыванию собственного курса. Не обещали встретиться, но свиделись, разошлись без слов, но перед этим пожали друг другу руки и достигли, по словам Лаврова, четырех договоренностей.

Одобрили введение режима прекращения огня на юго-западе Сирии, который «будет обеспечиваться силами и средствами российской военной полиции в координации с американцами и Иорданией». То есть, по сути, одобрили ограниченную российскую наземную операцию в Сирии, которая, разумеется, будет проводиться в интересах не только населения этих зон, но и правительства в Дамаске, а «координация» звучит очень близко к желаемому в Москве сдержанному, без эмоций союзничеству.

Новый спецпредставитель США по Украине с особым каналом связи с российским спецпредставителем выглядит посильнее, чем просто возрождение линии между Сурковым и Нуланд.

Создание группы по кибербезопасности – и вовсе открытие целого направления переговоров: раньше сокращали ядерное оружие, теперь кибернетическое. Для критиков Трампа и России это может выглядеть как ценное признание со стороны обоих, что вмешательство в американские выборы все-таки было. «Трамп начал с того, что поднял вопрос об озабоченности американцев российским вмешательством на выборах 2016 года, и неоднократно и настойчиво возвращался к этому», – сообщил Тиллерсон на своей пресс-конференции. Это действительно смотрится как признание сторонами вредоносной активности или по крайней мере возможностей России на этом направлении, но переводит разговор из модуса «руки прочь от клавиатуры» в «давайте договоримся о правилах».

Посольские дачи не вернули, но ускорят назначение новых послов, а уж они пусть договариваются. Это все, конечно, не большая сделка, которую ждали после победы Трампа, но и не просто знакомство без обязательств, о котором говорили накануне саммита.

Часть за целое

Проблема большой сделки Трампа с Путиным в том, что у них на первый взгляд нет равновеликих предметов для обмена. России хотелось бы от Соединенных Штатов многого. Снятия санкций, неофициального признания Крыма российским и спокойного отношения к работе там международного бизнеса, разрешения украинского конфликта с пониманием Минских соглашений как федерализации Украины, признания статуса равновеликого союзника (а не потенциального члена западной коалиции), который самостоятельно ведет свою войну против исламского терроризма на Ближнем Востоке, и она считается полезной частью общей войны. А в далекой перспективе – отказ от вмешательства в дела и планы российских властей внутри собственной страны и в окрестностях и признания за ней полновесной международной субъектности – того самого суверенитета, о котором любят говорить в Москве.

Но что может Россия дать взамен? Пока не видно, какие конкретные цели для США принципиально недостижимы без сотрудничества с Россией, разве что разрешение кризисов, созданных с ее участием, а тут можно попытаться не договариваться, а надавить. Однако же в мире не так много стран, с которым можно «пройтись по всему кругу вопросов» – от Северной Кореи до Латинской Америки. Из тех 26 лидеров, с которыми Трамп встречался раньше, чем с Путиным, таких раз-два и обчелся.

Трамп оказался в классической ловушке американского прагматика. Добиться от России желаемого лучше получается, снизив на нее давление, но само снижение давления трактуется как то, что Россия добилась желаемого для себя. В том числе и в самой России, руководство которой может воспринимать это как одобрение своих действий по отношению к соседям.

Из этой ловушки есть простой выход: перестать считать любое пожелание России разрушительным и не действовать по принципу «выслушай русских и всегда сделай наоборот». Это требует некоторой личной смелости, как все, на что нет спроса ни у американского истеблишмента, ни у избирателей.

Однако парадоксальным образом нынешняя ситуация почти холодной войны может такой спрос создать. На уровне бартерного обмена – око за око, зуб за зуб – у России не такое уж разнообразное предложение. Но случившийся апгрейд роли России до уровня глобального противника работает не только против, но и в пользу договоренностей с ней.

Если Россия так сильна и опасна, как ее изображают в последние месяцы, никакого конкретного размена и не нужно. Успехом будет уже снятие напряженности в отношениях со страшным противником, способным разрушительно действовать одновременно в мире и в самой Америке. Жить во вражде с таким недругом не хочется никому – ни бизнесу, ни простому избирателю, перед которым отчитываются политики. Устранение угрозы без конкретного размена по пунктам в таком случае уже подарок собственной стране и человечеству – тот самый желанный для Трампа результат.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 7 июля 2017 > № 2235282 Александр Баунов


Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов

Южная Корея — США: Трамп, Мун и THAAD

Приход к власти в США импульсивного Д. Трампа с установкой «Америка прежде всего» не мог не привнести нюансы в американо-южнокорейские отношения и по-новому расставить акценты в обстановке вокруг северокорейской ракетно-ядерной программы.

Д. Трамп крайне жестко отреагировал на испытания Пхеньяном новых ракет, которые, будь они снаряжены ядерными боеголовками, могли бы, по мнению экспертов, представить угрозу безопасности Соединенных Штатов. Вслед за целым рядом угрожающих заявлений в адрес Пхеньяна к берегам Кореи была направлена американская армада, в центре которой находился авианосец «Карл Винсон», сопровождаемый эсминцами с ракетами «Томагавк». В американских СМИ появились высказывания о возможности нанесения превентивного «точечного удара» по ядерным объектам КНДР. В Южной Корее якобы для защиты от северокорейских ракет началось развертывание американской системы противоракетной обороны THAAD.

«Табачок врозь»

В отношении Южной Кореи полностью проявился объявленный Д. Трампом курс на «табачок врозь» с союзниками. Намерение США поставить перед Южной Кореей вопрос о полной оплате расходов по содержанию американских войск, находящихся на территории страны, вызвало активное неприятие в Сеуле. Весьма примечательной была напряженность вокруг требования Д. Трампа в апреле 2017 г. заплатить 1 млрд долл. за размещаемую США систему ПРО THAAD и отказа Южной Кореи его удовлетворить.

Отрицательное отношение Сеула к линии Д. Трампа в международных делах вызвали и его протекционистские заявления по торгово-экономическим вопросам. Южнокорейцы, в частности, были весьма обеспокоены угрозой пересмотра заключенного в 2012 г. соглашения о свободной торговле (ССТ), крайне выгодного для южнокорейского бизнеса. Заключая соглашение, американцы рассчитывали, что их экспорт в Республику Корея будет расти на 10 млрд долл. в год. На практике в 2016 г. он оказался на 3 млрд долл. ниже, чем в 2011 г. Дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос с 13,2 млрд долл. в 2012 г. до 27,7 млрд долл. в 2016 г. В интервью агентству «Рейтер» в апреле 2017 г. Д. Трамп назвал такое положение дел «ужасным» и заявил, что он добьется пересмотра соглашения или вообще его отмены.

Массу неприятностей Южной Корее может принести выход США из NAFTA, североамериканской зоны свободной торговли, в которую входят также Мексика и Канада. Даже просто радикальный пересмотр существующих в рамках NAFTA договорённостей может серьезно ударить по интересам южнокорейских фирм, которые построили в Мексике ряд крупных предприятий, работающих в основном на американский рынок.

Мун Чжэ Ин: ставка на диалог с КНДР

Новые значимые обстоятельства в корейские дела привнесла победа на президентских выборах в Южной Корее в мае 2017 г. представителя либеральных кругов Мун Чжэ Ина. Важное место в предвыборной программе президента занимали ставка на прямой диалог с Северной Кореей и поэтапное решение вопроса о северокорейской ракетно-ядерной программе. В то же время новый глава изначально дал понять, что он отнюдь не пацифист и не намерен сдавать позиций Пхеньяну в военном противостоянии. Высказываясь за диалог с КНДР — а речь шла в том числе о заключении мирного договора и поиске экономической интеграции двух Корей при условии денуклеаризации, — Мун Чжэ Ин одновременно подчеркивал необходимость скорейшего выполнения всех прежде разработанных программ южнокорейского военного строительства в тесном взаимодействии с США, с которыми Республика Корея находится в военном союзе согласно Договору о взаимной обороне 1953 г.

Подтверждая приверженность альянсу с Вашингтоном, Мун Чжэ Ин, тем не менее, дал понять, что выступает за большую автономию Сеула в этом альянсе. Характерный пример: в настоящее время Вооруженные силы Южной Кореи и находящаяся на территории Южной Кореи группировка войск США численностью 28,5 тыс. человек подчинены Объединенному американо-южнокорейскому командованию (ОАЮК). Сейчас, по двусторонним договорённостям, в мирное время ОАЮК возглавляет южнокорейский генерал, однако в случае войны командование ОАЮК автоматически перешло бы к США. Президент Республики Корея как Верховный главнокомандующий вооружёнными силами своего государства оказался бы в подчинении у генерал-лейтенанта Вооружённых сил США. Мун Чжэ Ин поставил вопрос о скорейшей передаче южнокорейской стороне командования ОАЮК в период военных действий.

THAAD между Вашингтоном и Сеулом

Другой острый вопрос касается развертывания в Южной Корее американской системы противоракетной обороны THAAD. Договоренность по THAAD была достигнута в июле 2016 г., когда у власти находилась президент Пак Кын Хе, позднее подвергнутая импичменту. Представители ее администрации и Вашингтона заверяли, что THAAD установлена с целью отражения северокорейских ядерных и ракетных угроз и не направлена против каких-либо других стран. «Даже если бы THAAD и был нацелен на Китай и Россию, он смог бы сработать только в случае запуска этими странами ракет малой или средней дальности в сторону Южной Кореи. Перехватчики THAAD не могут поразить китайскую или российскую ракету в случае, если они летят в другом направлении, например, в сторону США», — сказал в интервью «Известиям» американский эксперт Ричард Вайц, возглавляющий Центр военно-политического анализа в The Hudson Institute.

Тем не менее в Москве и Пекине сочли, что дело THAAD выходит далеко за северокорейские горизонты. Размещая THAAD в Южной Корее, США, по сути, дополняют свою восточноевропейскую ПРО дальневосточным сегментом. Помимо шести пусковых установок, 48 ракет-перехватчиков, а также пульта управления и электрогенератора, комплекс THAAD включает мощный радар TPY-2 TM, способный уверенно обнаруживать такие цели, как ракеты и самолёты на расстоянии до 1200 км, а в идеальных условиях — до 1500 км. Разместив такой радар в Южной Корее, американцы получили бы возможность держать под своим наблюдением акваторию Восточно-Китайского моря, Северо-Восток Китая и часть российского Дальнего Востока.

Но дело не только в этом. Ничто не мешает в дальнейшем развернуть эту систему до более совершенного ряда, сделав ее одним из компонентов стратегической ПРО США. Поэтому не случайно появление в Совместном российско-китайском заявлении по итогам официального визита В. Путина в Пекин 25 июня 2016 г. положения о том, что «Россия и Китай выступают против наращивания внерегионального военного присутствия в Северо-Восточной Азии, развёртывания там нового позиционного района ПРО как тихоокеанского сегмента глобальной ПРО США под предлогом реагирования на ракетно-ядерные программы КНДР. Стороны не приемлют эскалацию военно-политической конфронтации и раскручивание в регионе гонки вооружений».

Появление ПРО THAAD в стране вызвало сопротивление немалой части южнокорейцев. Они понимают, что THAAD — реальная угроза их безопасности. Речь может пойти о контрмерах со стороны КНДР, а также других государств. Жители района Сонджу, где размещаются установки THAAD, неоднократно выходили на акции протеста, заявляя, что не желают становиться целями для северокорейских ударов. Однажды они даже забросали бывшего премьер-министра Южной Кореи Хван Гё Ана бутылками и куриными яйцами, когда тот приехал к ним, чтобы убедить в безопасности THAAD.

Реакция Пекина

Особую остроту в вопрос о THAAD вносит кризис, возникший у Южной Кореи с КНР. О резко отрицательном отношении Пекина к поощрению Сеулом наращивания американского военного присутствия в Южной Корее свидетельствует целая серия прозвучавших из Пекина в течение последнего года заявлений на разных уровнях. Примером может служить заявление агентства «Синьхуа» от 31 июля 2016 г.: «То, что Сеул, предположительно, осознаёт все последствия размещения на своей территории THAAD, но всё равно выбирает сторону Вашингтона, руководствуясь пока не выясненными причинами, говорит о его близорукости и слабой способности к дипломатии».

За заявлениями политического характера со стороны Китая последовали и практические меры. Значительно уменьшился поток китайских туристов, а в последние годы на китайцев приходилось около половины всего турпотока в Южную Корею (в 2016 г. — 48%). Причина проста: руководство КНР «посоветовало» своим туроператорам прекратить продажу групповых туров в Южную Корею. «В мае 2017 г., — указывает сеульская газета Chosun Ilbo, — по данным Национальной организации туризма Кореи, в страну приехали 253 тыс. китайских туристов, что на 64,1% меньше, чем за тот же период прошлого года. А в целом за период с января по май 2017 г. число китайцев, посетивших РК, уменьшилось на 34,7%». Отменяются авиарейсы, китайские круизные суда минуют Пусан.

Ограничен бизнес южнокорейских компаний. Больше всего пока пострадала хорошо известная в России «Лотте», которая предоставила для размещения системы THAAD территорию принадлежавшего ей гольф-клуба. Агентство «Синьхуа» предупредило, что это «станет катастрофой» для южнокорейской компании, и к началу марта 2017 г. под предлогом нарушения санитарных и других норм власти закрыли 23 принадлежащих ей магазина в Китае. Остановлена также и кондитерская фабрика «Лотте». Причиной послужили многочисленные нарушения техники безопасности.

Китай — крупнейший торговый партнер Южной Кореи. По объемам товарооборота он превосходит США и Японию вместе взятых. С 1992 г. торговля РК с Китаем выросла с 6,4 млрд долл. до 235,4 млрд долл. в 2014 г. и сейчас едва ли не определяет экономическое благосостояние страны. Не исключено, что по мере наращивания китайских санкций, наносимый экономический ущерб станет по-настоящему ощутимым — Южную Корею накроет волна банкротств, увольнений, экономического спада. Это заставляет и южнокорейский бизнес, и широкие общественные круги задумываться над вопросом, нужна ли им вообще система THAAD. К тому же ее чисто военная отдача вызывает вопросы.

Находясь при правлении Пак Кын Хе в оппозиции, Мун Чжэ Ин заявлял, что если он придёт к власти, то проведёт независимую экспертизу, чтобы убедиться, насколько эффективно THAAD может защитить РК от северокорейских ракет и в чём польза этой системы для безопасности страны. 6 июня 2017 г. он принял решение о приостановке размещения и функционирования этой системы на территории страны. Причиной, по которой Мун Чжэ Ин пошел на такой шаг, названа необходимость «проведения экологической экспертизы». Южная Корея — страна с ограниченной территорией и очень высокой плотностью населения. Мощное излучение, исходящее от системы ПРО, представляет реальную угрозу здоровью жителей близлежащих территорий. Соответствующая проверка может занять до года.

Американо-южнокорейский саммит

Линия Мун Чжэ Ина на разрядку напряженности вокруг Северной Кореи позволяет надеяться на появление положительных подвижек на этом направлении. В любом случае воинственность Д. Трампа в отношении Пхеньяна, похоже, приглушена. Об этом свидетельствует, в частности, саммит Д. Трампа и Мун Чжэ Ина в Вашингтоне 29–30 июня 2017 г. В совместном заявлении по его итогам говорится, что стороны окажут максимум давления на Северную Корею. Однако отмечается, что «дверь для диалога с Северной Кореей остается открытой», правда, «при соответствующих обстоятельствах». Лидеры выразили намерение взаимодействовать в том, чтобы достичь денуклеаризации Корейского полуострова мирным путем и заявили, что они «не придерживаются враждебной политики в отношении Северной Кореи».

Мун Чжэ Ин, выступая на совместной пресс-конференции с Д. Трампом, отметил: «Мы согласны совместно работать над коренным разрешением северокорейской ядерной проблемы на основе поэтапного и всеобъемлющего подхода, используя как санкции, так и диалог». Поэтапный и всеобъемлющий подход к северокорейской ядерной проблеме, как отмечает сеульская «Ханкере», означает план Мун Чжэ Ина, предполагающий, что на первом этапе Северная Корея приостановит осуществление своей ядерной программы, чтобы в дальнейшем ее окончательно закрыть. Важно также, что президент Южной Кореи сумел добиться публичного согласия Д. Трампа на возобновление межкорейского диалога и предоставление Сеулу ведущей роли в создании условий для мирного объединения Корейского полуострова.

США в ходе саммита пошли навстречу целому ряду пожеланий Сеула по двусторонним вопросам, в том числе в отношении ускорения передачи южнокорейской стороне командования Объединенными вооруженными силами двух стран на Корейском полуострове в военное время. Вместе с тем Д. Трамп прямо призвал Сеул «справедливо разделить расходы по военному присутствию США в Южной Корее», т. е. взять на себя более весомую часть этих расходов. Острым вопросом в отношениях между Сеулом и Вашингтоном осталась проблема размещения в Южной Корее ПРО THAAD — она не затрагивалась ни в совместном заявлении, ни в выступлениях президентов двух стран на совместной пресс-конференции.

В Сеуле отмечают, что Д. Трамп не преминул на совместной пресс-конференции упомянуть, что после подписания в 2012 г. американо-южнокорейского ССТ ежегодный дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос больше, чем на 11 млрд долл., что, по его словам, «не очень здорово». Сложившаяся ситуация, по мнению наблюдателей, указывает на намерение президента США под давлением американского бизнеса пересмотреть ССТ, хотя он и отметил, что «был рад услышать о новых инвестициях, которые южнокорейские компании делают в США». Отметим, что предвидев подобную постановку вопроса, Мун Чжэ Ин взял с собой в поездку представителей 52 ведущих южнокорейских компаний, которыми на встрече в Торговой Палате США на полях американо-южнокорейского саммита было заявлено, что в течение ближайших пяти лет они вложат в экономику США инвестиции на сумму 12,8 млрд долл.

Глеб Ивашенцов

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член РСМД

Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов


Турция. США. Сирия > Армия, полиция > carnegie.ru, 6 июля 2017 > № 2232617 Екатерина Чулковская

Конфликт Турции и НАТО: возможен ли разрыв

Екатерина Чулковская

Турция все смелее провоцирует НАТО своими заигрываниями с Москвой и конфликтами с отдельными странами альянса. Она хочет быть ведущей региональной державой и сама принимать решения, не оглядываясь ни на кого. В НАТО понимают, что Эрдоган – провокатор, но он все-таки натовский провокатор, поэтому пока закрывают глаза на отдельные его выходки

Пока Эрдоган грозит своим союзникам по НАТО, что пересмотрит условия военного сотрудничества, в Брюсселе активно обсуждают турецкую угрозу для альянса. Отношения сторон, которые в феврале этого года отметили 65-летие своего союзничества, переживают самый глубокий кризис за всю историю.

С турецкой стороны все чаще доносятся голоса, что Турция должна покинуть альянс. Депутат правящей Партии справедливости и развития Шамиль Тайар и вовсе назвал НАТО «террористической организацией, участвовавшей в операциях против Турции». Представители НАТО ведут себя более сдержанно, но у обеих сторон накопилось немало претензий друг к другу, взаимное недовольство растет, как увеличивается и круг вопросов, по которым у Анкары и Брюсселя почти нет шансов договориться.

Претензии Анкары

В конце июня президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в очередной раз обвинил союзников по НАТО в том, что они «сотрудничают с террористами», а это несовместимо с партнерством с Турцией. «В таком случае придется пересматривать саму суть деятельности НАТО. Эти действия являются грубым нарушением норм и принципов Североатлантического альянса», – заявил турецкий лидер.

Говоря про террористов, Эрдоган имел в виду отряды сирийских курдов, воюющих в Сирии против группировки «Исламское государство» (запрещена в России), которым Пентагон начал поставлять оружие еще в мае 2016 года. Анкара рассматривает отряды сирийских курдов как ответвление Рабочей партии Курдистана (РПК), с которой она больше 30 лет ведет войну на юго-востоке Турции. РПК действительно признана террористической не только Турцией, но и НАТО.

Однако в альянсе придерживаются иной точки зрения на сирийских курдов (возможно, закрывая глаза на предоставляемые Турцией свидетельства о связях отрядов сирийских курдов с РПК). В руководстве НАТО полагают, что сирийские курды – эффективная военная сила против «Исламского государства» и сотрудничество с ними крайне необходимо для успеха операций в Сирии и Ираке. Турция, в свою очередь, не проводит разграничения между отрядами сирийских курдов и радикалами из «Исламского государства», утверждая, что и те и другие «террористы». Эрдоган неоднократно предупреждал союзников, что в случае необходимости Анкара может начать новую военную операцию на севере Сирии против курдов.

Разногласия по курдам не единственное, что осложняет взаимоотношения сторон. После неудавшейся попытки военного переворота в июле 2016 года турецкое руководство все активнее превращает свою внешнюю политику в продолжение внутренней. Все основные внутренние проблемы Турции: конфликт с курдами, разборки с организаторами путча, референдум по поправкам в Конституцию и так далее – так или иначе отражаются на взаимоотношениях Турции с международными партнерами, включая НАТО.

Например, Анкара блокирует участие Австрии в некоторых программах НАТО только потому, что Вена запретила проводить агитационные митинги среди турецкой диаспоры в Австрии накануне апрельского референдума в Турции.

Германия вообще была вынуждена покинуть турецкую военно-воздушную базу Инжирлик и на некоторое время прервать свое участие в антитеррористической операции в Сирии и Ираке из-за того, что турецким властям не понравилось решение Берлина предоставить политическое убежище военным, которых Анкара обвиняет в участии в прошлогоднем путче.

По Конституции Германии немецкая армия подчиняется Бундестагу, поэтому депутаты обязаны посещать немецких солдат за рубежом. Они больше месяца пытались получить разрешение Анкары посетить своих военнослужащих, дислоцированных на базе Инжирлик, но их старания не увенчались успехом – Анкара разрешение не дала. Урегулировать кризис не помог даже специальный визит министра иностранных дел Германии Зигмара Габриэля в Турцию.

В итоге в начале июня правительство Германии приняло окончательное решение покинуть турецкую базу и передислоцировать своих военных и технику в Иорданию. В Германии такое развитие событий рассматривают не иначе как предательство со стороны союзника по НАТО. В Турции отказ объясняют «внутренними причинами».

Учитывая то, что в Германии проживает самая крупная турецкая диаспора в мире, «внутренние причины» могут и дальше быть поводом для разного рода конфликтов в отношениях Германии и Турции. Спасаясь от преследований дома, многие сторонники движения «Хизмет» проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого Анкара обвиняет в организации попытки военного переворота, а также курдские активисты бежали в Германию. По подсчетам турецкой стороны, свыше четырехсот человек обратились за политическим убежищем к немецким властям, среди которых много военных и дипломатов. Турция требует их немедленной экстрадиции.

НАТО выжидает

В свою очередь у НАТО к Турции тоже накопилось немало претензий, но в отличие от турецкой стороны альянс предпочитает занимать выжидательную позицию и не спешит предъявлять какие-либо обвинения Анкаре. Один из главных источников беспокойства НАТО – нынешнее состояние турецкой армии, второй по численности в альянсе.

После неудавшегося переворота турецкие власти начали массовые аресты и увольнение лиц, по их мнению, причастных к путчу. Больше всего досталось военным. Аресты сильно сократили ряды турецкой армии. По данным вооруженных сил Турции, которые приводит газета Hurriyet Daily News, за две недели до путча турецкая армия насчитывала свыше 518 тысяч человек, сейчас – 355 212 человек. На треть сократился и состав генералов. Турция столкнулась с серьезной нехваткой военных летчиков.

Союзники по НАТО с тревогой следят за происходящими переменами в турецкой армии. Ранее высший состав вооруженных сил Турции уже подвергался чисткам. Исламистское правительство Эрдогана совместно со своим бывшим союзником богословом Фетхуллахом Гюленом и его последователями в свое время инсценировали судебные дела «Бальоз» и «Эргенекон» против военной элиты. Сотни генералов и офицеров турецкой армии были арестованы. Это в основном были светские прозападные военные-кемалисты, которые представляли угрозу для исламистского союза Партии справедливости и развития и движения Гюлена.

Однако в отличие от «Бальоза» и «Эргенекона» нынешние чистки в армии беспрецедентны по масштабам. Власти стран НАТО и сами видят, что сотни турецких военных, находящихся в зарубежных миссиях в государствах альянса, обратились к ним за политическим убежищем. Они отказываются возвращаться в Турцию, объясняя это тем, что там для них небезопасно и они могут быть в любой момент арестованы.

Также НАТО настороженно следит за сближением Турции с Россией и участием Анкары в инициированном Москвой трехстороннем формате по урегулированию в Сирии. Не может не волновать альянс и возможная сделка Анкары с Москвой по покупке российских зенитно-ракетных комплексов С-400.

Общего мнения среди западных экспертов по поводу этой сделки нет. Многие полагают, что разговоры о покупке российских С-400 нужны Турции только для того, чтобы заставить союзников по НАТО понервничать и лишний раз продемонстрировать им свою независимость. Не исключено, что туркам переговоры с Москвой нужны из прагматических соображений: они просто хотят сбить цену на натовские системы. Однако чем дальше заходит конфликт НАТО и Турции, тем менее невозможной выглядит такая сделка.

Провокатор, но наш

Турция все смелее провоцирует НАТО своими заигрываниями с Москвой и конфликтами с отдельными странами альянса. Тем самым Анкара хочет показать союзникам свою значимость и независимость. Эрдогановской Турции тесно в статусе просто верного союзника НАТО, пусть и со второй армией в альянсе. Она хочет быть ведущей региональной державой, сама принимать решения, не оглядываясь ни на кого.

Именно это она, собственно говоря, в последнее время и делает – на Ближнем Востоке, в отношениях с Россией, Израилем и странами ЕС. Очередным наглядным проявлением самостоятельности Турции стала та поддержка, которую Анкара оказывает Катару, изолированному другими арабскими союзниками США. Турция сказала, что не только не оставит «своих катарских братьев», но еще и создает там свою военную базу.

В НАТО отчасти понимают логику новой Турции. Эрдоган – провокатор, но он все-таки натовский провокатор, поэтому на отдельные его выходки (как в случае с базой Инжирлик) альянс попросту закрывает глаза. Турция занимает важнейшее стратегическое положение в регионе неспокойного Ближнего Востока, имеет выход к Черному и Средиземному морям. «Налаживание прочных отношений с Турцией является одним из приоритетов НАТО», – сказал недавно в интервью Politico генерал Петр Павел, председатель Военного комитета НАТО. Бывший генеральный секретарь альянса Андерс Фог Расмуссен в другом интервью Financial Times заявил, что если НАТО порвет связи с Турцией, то она переориентируется на Восток и это будет не в стратегических интересах Североатлантического альянса.

Выход из НАТО также не в стратегических интересах и самой Турции – у Анкары попросту нет альтернативы участию в альянсе, а экономика страны прочно связана с Западом. Анкара не собирается покидать альянс, как бы этого не хотелось любителям теорий евразийского братства, популярных в России и Турции. Турция по-прежнему дорожит своим членством в НАТО, а НАТО также дорожит Турцией. Но по конкретным вопросам сторонам будет все сложнее договариваться, а порой и вовсе невозможно.

Турция. США. Сирия > Армия, полиция > carnegie.ru, 6 июля 2017 > № 2232617 Екатерина Чулковская


Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232890 Владимир Южаков

Пять рычагов против одного: как Китай противостоит доминированию США с помощью России

Владимир Южаков

управляющий партнер Long Jing Capital

Россия, как одна из немногих ведущих мировых стран, где личностные взаимоотношения играют решающую роль, для Китая сейчас приобрела особую ценность

Прошедшая встреча президента Путина и председателя Си стала уже третьей за последние три месяца. Поскольку главам государств, как правило, не свойственно встречаться столь часто, закономерно возникает вопрос: с чем связано такое обострение внешнеполитической активности? Для ответа на это необходимо представить, в какой сложной и необычной ситуации в последнее время оказался Китай.

До недавнего времени США фактически играли роль мирового «менеджера», управляющего международным мироустройством. Китай же находился в удобной и выгодной роли догоняющего.

Однако в начале этого года после пятнадцати лет оттока капитала, связанного с гипертрофированным потреблением американцами китайских товаров, стало понятно, что ресурсы США истощаются. Америка начала самоизолироваться от международных вопросов, что проявилось, например, в отказе от Транстихоокеанского партнерства.

Пекину стало очевидно, что ему как второй крупнейшей экономической державе более не удастся стоять в стороне и неизбежно придется подобрать брошенные бразды правления, взяв на себя как минимум некоторые функции по управлению миропорядком. Для страны, традиционно предпочитающей заниматься своими внутренними вопросами и не вдаваться в проблемы соседей, это несомненно является нестандартной задачей.

Нельзя сказать, что Китай к этому не готовился. Например, проводимая стратегия развития в противофазе позволила Китаю подойти к этому этапу в хорошей экономической форме. Однако Пекин вряд ли мог представить, что события будут развиваться столь стремительно.

Специфика проблемы, стоящей перед Китаем, заключается в следующем. США управляют современным миром, используя пять основных видов рычагов. Во-первых – экономические рычаги, которые дают окружающим странам различные выгоды от работы с Америкой. Во-вторых, финансовые рычаги, открывающие доступ к мировой финансовой системе, в настоящий момент практически полностью контролируемой США, в первую очередь с помощью доминирования американского доллара. В-третьих, универсальный и понятный всему миру культурный код, основным каналом распространения которого является Голливуд и музыкальная индустрия. Четвертым рычагом является идеология и в первую очередь концепции прав человека и свободного мира. И пятым рычагом традиционно является военное доминирование.

Из этих пяти рычагов в настоящий момент Пекин обладает лишь одним — экономическим влиянием. Остальные пока лишь развиваются. Например, несмотря на очевидный прогресс, юань пока еще не успел стать международной валютой обращения. Влияние китайской культуры на внешний мир также пока достаточно сильно ограничено, несмотря на следующие одна за другой покупки Китаем голливудских студий и такие ориентированные вовне блокбастеры как «Кунг-фу Панда». Что касается внутренней китайской идеологии, то в современном виде для других стран она не применима и, в отличие от американской, не может быть экспортирована.

В условиях, когда из всех инструментов полноценным пока является лишь экономический рычаг, Пекин пытается искать альтернативные решения. Главная альтернатива — усиленное построение межличностных взаимоотношений, одно из следствий чего — необычно частые встречи на уровне глав государств.

Россия, как одна из немногих ведущих мировых стран, где личностные взаимоотношения играют решающую роль в определении вектора внешней политики, для Китая в этой ситуации приобретает особую ценность. Поэтому в новой конфигурации мирового порядка, в которой Вашингтон дистанцировался от внешних вопросов, важность Москвы как союзника для Пекина резко повысилась. Именно этим, вероятно, объясняется активизация внешнеполитической активности между странами и растущая частота встреч глав Китая и России.

Китай. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232890 Владимир Южаков


Молдавия. Евросоюз. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 4 июля 2017 > № 2232557 Войцех Кононьчук, Камиль Цалус

Как устроена олигархия в Молдавии

Войцех Кононьчук, Камиль Цалус

Власть в Молдавии захватил один человек – Влад Плахотнюк. Он не демократ и не реформатор – наоборот, прикрываясь фальшивой проевропейской риторикой, он консервирует слабости молдавского государства.

Молдавия – небольшая страна на периферии Европы, чью политическую жизнь нелегко понять со стороны. Ни у западных экспертов, ни у руководства ЕС обычно не доходят руки до того, чтобы внимательно следить за молдавскими событиями. Тем более сейчас, когда у Евросоюза хватает своих внутренних проблем. Однако для ЕС очень важно разобраться в процессах, идущих в Молдавии, потому что их неправильная интерпретация может привести к серьезным просчетам в отношениях с этой страной.

К концу 2015 года олигарх Влад Плахотнюк, богатейший человек Молдавии и лидер Демократической партии – крупнейшей партии в правящей коалиции, стал в стране политиком номер один. Он ловко устранил своих основных конкурентов, в том числе бывшего премьер-министра Влада Филата и предпринимателя Вячеслава Платона: первый получил девять лет тюрьмы, второй – восемнадцать. Затем Плахотнюк добился контроля над парламентским большинством и сформировал новое правительство во главе со своим давним сподвижником Павлом Филипом.

Сейчас Плахотнюк полностью контролирует молдавский госаппарат, включая суды, Генпрокуратуру и Национальный антикоррупционный центр. Независимых институтов в Молдавии больше не осталось. Отдельную роль в этом сыграли бизнес-активы Плахотнюка, состояние которого оценивается в $2 млрд. Также он напрямую или опосредованно владеет четырьмя из пяти национальных телеканалов.

Вопреки распространенному мнению Игорь Додон – лидер пророссийской Социалистической партии, который выиграл президентские выборы в ноябре 2016 года, вовсе не выступает противовесом Плахотнюку. Полномочия президента в Молдавии в основном церемониальные. К тому же, несмотря на их публичное противостояние, похоже, что Плахотнюк и Додон неформально сотрудничают. Таким образом, Молдавия, традиционно считавшаяся одной из самых демократических стран на постсоветском пространстве, оказалась под контролем одного политика.

При этом влияние Плахотнюка неформальное. Он не занимает никаких официальных постов, только должность председателя Демократической партии. Тем не менее ему удалось быстро разрушить хрупкую систему сдержек и противовесов и сконцентрировать всю власть в своих руках. Пространство реальной политики в Молдавии беспрецедентно сузилось.

Все это не значит, что Плахотнюк не сталкивается с трудностями. Самая серьезная – у него нет демократической легитимности. В Молдавии он ассоциируется с масштабной коррупцией и финансовыми мошенничествами, в том числе с исчезновением $1 млрд из молдавского банковского сектора в 2014 году. Плахотнюк пользуется доверием лишь 1% избирателей, и всего 5% поддерживают Демократическую партию. Поэтому сейчас Плахотнюку необходимо улучшить свой имидж и внутри Молдавии, и за границей.

Во внутренней политике Плахотнюк в основном занят укреплением своей монопольной власти, ограничивая реальные демократические свободы и политическую конкуренцию. Борьба с коррупцией используется лишь для устранения врагов Плахотнюка. В Индексе восприятия коррупции 2016 года Молдавия опустилась на 123-е место из 176 (год назад была на 103-м). Плахотнюк также добился принятия нового закона, по которому на молдавских телеканалах должна резко вырасти доля контента, произведенного внутри страны. Официально эта мера направлена на ограничение российской пропаганды, но на практике новые правила могут привести к закрытию небольших телеканалов, что еще сильнее ухудшит ситуацию в молдавских СМИ.

Но одного пиара вряд ли будет достаточно для того, чтобы добиться массовой поддержки для партии Плахотнюка. Поэтому олигарх продавливает реформу избирательного законодательства, которая заменит нынешнюю пропорциональную систему выборов парламента на мажоритарную или хотя бы смешанную. Это должно помочь Демократической партии выиграть парламентские выборы 2018 года.

Что касается внешней политики, то тут Плахотнюк намерен добиться поддержки ЕС и США, убедив их, что проевропейская оппозиция в Молдавии беспомощна, а популярность пророссийских партий нарастает, так что в этих условиях он единственный, кто может гарантировать сохранение европейского курса страны. В своих колонках для СМИ Плахотнюк стремится изобразить себя харизматичным проевропейским лидером, который при поддержке Запада сможет успешно противостоять российскому давлению и провести ожидаемые Брюсселем реформы, в том числе меры, предусмотренные соглашением об ассоциации Молдавии с ЕС. Создавать такой образ ему помогают известные лоббисты, включая американскую Podesta Group.

Евросоюзу следует очень внимательно анализировать действия Плахотнюка. Несмотря на проевропейскую и реформаторскую риторику, он не заинтересован в реальной модернизации Молдавии, ведь это подорвет основу его власти. У Плахотнюка нет внятной программы или идеологии, и он вполне может перейти на пророссийские позиции, если сочтет выгодным.

На кону в этой ситуации не только будущее Молдавии, но и авторитет ЕС. Если соглашение об ассоциации, важнейший модернизационный проект Евросоюза в отношениях с восточными соседями, не сработает даже в такой маленькой стране, как Молдавия, то как оно может принести пользу где-либо еще?

Войцех Кононьчук, Камиль Цалус – аналитики Центра восточных исследований (OSW) в Варшаве, специалисты по Восточной Европе

Strategic Europe

Молдавия. Евросоюз. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 4 июля 2017 > № 2232557 Войцех Кононьчук, Камиль Цалус


Ирак. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 4 июля 2017 > № 2232556 Марианна Беленькая

Что означает референдум о независимости Иракского Курдистана

Марианна Беленькая

Формально идея референдума воспринята отрицательно, но крест на независимости Иракского Курдистана никто не ставит. Из-за войны с ИГИЛ и экономических интересов внешние силы не могут однозначно выбрать между Багдадом и Эрбилем. А значит, референдум – это только начало долгого торга о статусе Иракского Курдистана

Чем ближе становится победа над ИГИЛ (запрещено в РФ), тем острее встает вопрос, как будут строиться отношения потом между победителями. Первые заявки уже звучат: иракские курды объявили, что 25 сентября проведут референдум о независимости этого региона от Ирака. Речь идет не только о территории, которая официально находится под юрисдикцией Эрбиля, но и о выходящих за ее пределы «спорных районах» вокруг Киркука, Мосула и Синджара. Курды уже взяли их под свой контроль, воюя против ИГИЛ в рядах антитеррористической коалиции.

Спор о будущих границах в этой части Ирака – это в первую очередь спор о судьбе одного из самых богатых нефтью районов страны. Запасы нефти на обозначенных курдами территориях оцениваются примерно в 45 млрд баррелей. Это примерно треть всех нефтяных богатств Ирака. Кроме того, регион имеет и стратегическое значение, связывая Ирак, Турцию, Сирию и Иран.

Решение иракских курдов уже вызвало негативную реакцию в регионе, особенно среди ближайших соседей – Турции, Ирана и Сирии, которые опасаются, что курдские меньшинства в их странах последует примеру собратьев в Ираке. Багдад предсказуемо выступил против любых односторонних действий Эрбиля. В неловкой ситуации оказались и западные союзники курдов, прежде всего США, а также Россия.

При этом большинство из упомянутых государств приложили немало сил для того, чтобы помочь Иракскому Курдистану стать политически и экономически самостоятельным. И всех внешних игроков вполне устраивала ситуация, которая складывалась вокруг иракских курдов в последние 14 лет, после того как в Багдаде пал режим Саддама Хусейна. Всех, но не самих курдов. И теперь они вынуждают международное сообщество сделать выбор.

Противоречия, годами существовавшие между Багдадом и Эрбилем, в очередной раз обострились еще в 2013–2014 годах. Тогда курды обвиняли центральное правительство Ирака в том, что получают меньше доходов от нефти, чем им положено по договору. А Багдад считал, что курды чересчур самостоятельны, в том числе в сотрудничестве с иностранными компаниями, которым они предлагают более выгодные условия работы, чем в других нефтеносных провинциях Ирака. Особенно болезненным шагом стало заключение Иракским Курдистаном соглашения с Турцией об экспорте нефти без санкции иракского правительства.

Неизвестно, чем бы закончилось противостояние, если бы летом 2014 года террористическая группировка «Исламское государство Ирака и Леванта» не заняла территории вокруг Мосула и не приблизилась к Киркуку. Под контроль террористов попали и нефтяные месторождения, и военные базы.

В борьбе с ИГИЛ курдские отряды были более боеспособны, чем иракская армия. Против ИГИЛ воевали и продолжают воевать иракские, сирийские и пришедшие им на помощь турецкие курды. В результате на их стороне впервые за долгое время оказались симпатии мирового сообщества. Самое время, чтобы отстаивать свои интересы. Сейчас ситуация уже не такая шаткая, ИГИЛ терпит поражение по всем фронтам. Курды не хотят ждать, когда их помощь перестанет быть нужной и им укажут на дверь, как это уже не раз бывало в прошлом.

Обманутые надежды

Севрский договор, подписанный в 1920 году по итогам Первой мировой войны странами Антанты и их союзниками с Османской империей, предполагал создание независимого курдского государства. Но уже в Лозаннском договоре 1923 года эта территория была поделена между Турцией, Ираком и Сирией (две последние страны были под протекторатом Великобритании и Франции). Курды боролись с турками за независимость с конца XIX века, но в итоге остались ни с чем.

Затем десятилетиями мировые и региональные державы использовали курдский фактор в своих интересах, обещая курдам если не независимость, то широкую автономию. Но обещания оставались пустыми. Война для курдов никогда не заканчивалась.

Курдский автономный район в Ираке был создан в 1970 году на территории трех иракских провинций: Дахук, Эрбиль и Сулеймания. Это была примерно половина исторических территорий Иракского Курдистана. В автономию не вошел Киркук. Это, а также ограничение прав курдов послужило причиной для начала одного из самых массовых курдских восстаний. В итоге с 1975 и до конца 1980-х годов в Ираке по приказу Саддама Хусейна проводилась политика арабизации курдских районов. Против курдов применяли химическое оружие, сотни тысяч были казнены, многие курдские города и деревни сровняли с землей. На помощь им никто не пришел, пока это не стало выгодно.

Ситуация резко изменилась в апреле 1991 года, когда после очередного потерпевшего крах курдского восстания СБ ООН объявил территорию Ирака к северу от 36-й параллели зоной безопасности. Это произошло спустя несколько месяцев после операции «Буря в пустыне», в ходе которой международная коалиция во главе с США впервые выступила против Багдада. Наказав режим Хусейна за попытку аннексировать Кувейт, Вашингтон решил не останавливаться, и к октябрю 1991 года международная коалиция во главе с США и курдские военизированные формирования пешмерга заставили иракские войска покинуть Дахук, Эрбиль и Сулейманию.

На 12 лет Иракский Курдистан был полностью оторван от Ирака и жил своей жизнью – политической и экономической. Выросло целое поколение, которое не знало арабского и ничем не было связано с Багдадом, разве что контрабандной торговлей. Представить воссоединение было практически невозможно. Но после свержения Саддама Хусейна курдам не дали отделиться от Ирака. Международное сообщество не могло допустить раскола страны, да и курды претендовали на гораздо большую территорию, чем та, что находилась под их контролем до 2003 года.

Речь шла о традиционных курдских землях, прежде всего нефтеносном районе Киркука, который еще в 1992 году курдский парламент объявил своей столицей, хотя город и находился под юрисдикцией Багдада.

После долгих споров и попыток учесть все интересы в 2005 году была одобрена Конституция Ирака, закрепившая за Иракским Курдистаном право самостоятельно распоряжаться нефтяными доходами и иметь собственное вооруженное ополчение – пешмерга. При этом статья 140 Конституции признавала наличие спорных территорий и предписывала провести референдум по их самоопределению не позднее 31 декабря 2007 года.

Но этого не случилось. Поэтому в 2009 году Национальная ассамблея Иракского Курдистана в одностороннем порядке утвердила проект новой Конституции автономии, где включила Киркук в состав Курдистана. Это стало своеобразной декларацией о намерениях. Оставалось только ждать, когда курды попробуют эти намерения реализовать.

Война с ИГИЛ только укрепила позиции курдов. Еще в марте над Киркуком по инициативе губернатора провинции Наджм ад-Дина Карима был поднят курдский флаг. Примерно тогда же в Эрбиле объявили, что референдум о независимости пройдет до конца года.

Спорных территорий больше нет

Премьер-министр Иракского Курдистана Нечирван Барзани уже выразил надежду, что термин «спорные территории» исчезнет из политического словаря Эрбиля и Багдада. «У нас больше нет спорных территорий… Впрочем, эти районы никогда и не были спорными. Они часть курдского региона и были освобождены благодаря крови, пролитой мучениками и пешмерга. Все разговоры на эту тему не должны больше походить на те, что велись несколько лет назад», – заявил он.

Его дядя, президент Иракского Курдистана (официально – глава регионального правительства Курдистана) Масуд Барзани утверждает, что референдум о независимости предотвратит новое кровопролитие в Ираке. Во многом он прав. В сложившейся ситуации важно договориться с иракскими властями и раз и навсегда разграничить территорию. Иначе столкновения неизбежны. Но уступит ли так легко Багдад – большой вопрос. Очевидно, что потребуются длительные переговоры, в которые будут вовлечены и региональные, и мировые державы, в том числе США и Россия.

Впрочем, проведение референдума еще не означает, что сразу после него курды в одностороннем порядке объявят независимость. Они всего лишь рассчитывают получить юридическое обоснование для переговоров (а на самом деле торга) с Багдадом.

Барзани уже пообещал, что сохранит контакты с иракским правительством во всем, что касается борьбы с терроризмом, а курдские пешмерга будут сотрудничать с иракской армией. «Мы хотим решить вопрос путем диалога», – сказал он в интервью Foreign Policy, добавив, что премьер-министр Ирака Хейдар аль-Абади в разговоре с ним был настроен позитивно.

Такая оценка расходится с официальной реакцией Багдада, но, с другой стороны, премьер аль-Абади вполне мог быть доволен обещанием Барзани не делать резких шагов в одностороннем порядке.

В Эрбиле не все спокойно

Есть и еще один потенциальный источник рисков. Барзани сейчас может обещать что угодно, но нет гарантий, что он останется у власти после 6 декабря, когда в Иракском Курдистане должны пройти парламентские и президентские выборы. Семидесятилетний Масуд Барзани, чей срок полномочий истек еще в 2015 году, заявил, что не будет выставлять свою кандидатуру на пост президента. Сдержит ли он слово? А если да, то кто его заменит? Не вспыхнет ли очередной внутрикурдский конфликт? Опыт гражданской войны у иракских курдов уже был.

Даже решение провести референдум о независимости поддержали хоть и большинство, но не все политические силы Иракского Курдистана. Против выступили две партии: Движение за перемены («Горран») и Исламская группа Курдистана. Они считают, что подобное решение может принять только парламент, работа которого приостановлена с октября 2015 года из-за разногласий между «Горраном» и Демократической партией Курдистана (ДПК), возглавляемой Барзани.

Противники референдума опасаются, что он принесет дополнительные очки клану Барзани на предстоящих в декабре президентских и парламентских выборах.

Следует также учитывать, что на «спорных территориях» находятся курдские вооруженные формирования, неподконтрольные Эрбилю. Например, отряды турецкой Курдской рабочей партии – давнего врага и Анкары, и Барзани. С ними вопрос о референдуме Эрбиль не согласовывал.

Поэтому возникает еще один вопрос: кто же будет контролировать территорию, которую Барзани хочет официально включить в Иракский Курдистан? Особенно с учетом того, что у всех курдских сил разные зарубежные покровители. Так, Демократическая партия Курдистана Барзани всегда тяготела к Анкаре. А вот ее основному конкуренту в Иракском Курдистане – Патриотическому союзу Курдистана (ПСК), базирующемуся в Сулеймании, всегда благоволил Тегеран. Так же как и партии «Горран». Тегеран поддерживал контакты и с турецкой Рабочей партией Курдистана (РПК). Даже в самый разгар войны с ИГИЛ случались столкновения между отрядами Барзани и силами турецкой РПК.

Запутанные интересы

Соседи курдов были готовы смотреть на многосторонние контакты Эрбиля сквозь пальцы. Но референдум о независимости пошатнет статус-кво и может привести к переделу зон влияния, и не только в Иракском Курдистане.

В Тегеране и в Москве опасаются, что раскол Ирака станет прецедентом, который потом отразится на Сирии. Ситуация в других странах с курдскими меньшинствами – Турции и Иране – все-таки относительно стабильна, а вот тема раздела Сирии постоянно возникает в политической повестке дня. Кроме того, иранские власти связаны с Багдадом тесными союзническими отношениями и поэтому не могут открыто поддержать Барзани.

Анкару беспокоит активная деятельность на территории Ирака и Сирии отрядов турецкой Рабочей партии Курдистана. Заботит ее и потенциальный центробежный эффект. Но при этом и Иран, и Турция очень активны в экономике Иракского Курдистана, в том числе в нефтяных проектах, поэтому в конфликте с Эрбилем не заинтересованы.

Открыто дать согласие на раздел Ирака не сможет и Вашингтон. Свергув Саддама Хусейна, США взяли на себя ответственность за реконструкцию Ирака и обязались сохранить его территориальную целостность. Но в то же время для Вашингтона важны военные контакты с иракскими курдами. Ведь противостояние с ИГИЛ все еще продолжается, да и в дальнейшем неясно, каким будет расклад сил в регионе. Работают в Иракском Курдистане и западные нефтяные компании.

Москва нуждается в поддержке курдов в Сирии. Что касается Иракского Курдистана, то здесь она наращивает в первую очередь экономическое сотрудничество. В феврале «Роснефть» подписала с Эрбилем контракт о покупке нефти на период с 2017 по 2019 год. А в июне в ходе визита в Россию Нечирвана Барзани была достигнута договоренность о монетизации проекта по эксплуатации экспортного нефтепровода на территории Иракского Курдистана. «Роснефть» получила доступ к управлению крупной региональной транспортной системой, мощностью 700 тысяч баррелей в сутки с планируемым расширением до 1 млн баррелей до конца 2017 года. Есть и другие проекты в сфере энергетики. Все они ориентированы на длительное сотрудничество и требуют стабильности.

В итоге однозначно выбрать Багдад или Эрбиль внешние силы не могут. Неслучайно так похоже расплывчаты официальные заявления Госдепа США и МИД РФ.

«Мы поддерживаем единый, стабильный и федеративный Ирак. Мы ценим и понимаем законные чаяния народа Иракского Курдистана, – заявили в Госдепартаменте. – Мы будем поощрять региональные власти к взаимодействию с правительством Ирака по целому ряду важных вопросов, среди которых будущее отношений между Эрбилем и Багдадом».

«Исходим из того, что все известные проблемы в отношениях между курдскими властями и федеральным центром в Багдаде, в том числе по вопросу формата их сосуществования, должны решаться путем конструктивных переговоров и с непременным учетом общих приоритетных задач, прежде всего борьбы с международным терроризмом», – назвала российскую позицию Мария Захарова.

То есть формально идея референдума воспринята отрицательно, но крест на независимости Иракского Курдистана никто не ставит. При этом официальной реакции глав США и РФ пока нет. По словам Барзани, американский президент Дональд Трамп просил его перенести референдум, но получил отказ. Президент России Владимир Путин пообещал выстраивать свою позицию по курдскому вопросу в рамках международного права.

Эрбиль, конечно, заинтересован в международной поддержке – несмотря на браваду, курдские политики не хотят остаться в изоляции. Поэтому референдум – это только начало торга о статусе Иракского Курдистана. И исходы тут возможны самые разные. В конце концов, Палестина получила статус государства – наблюдателя в ООН, но по-прежнему зависима от Израиля, а статус многих территорий давно висит в воздухе. Переговоры можно вести годами, если бы не нефть и не постоянная угроза со стороны террористов в регионе.

Ирак. Сирия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 4 июля 2017 > № 2232556 Марианна Беленькая


США > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231571 Ангелина Кречетова

Сбой на биржевых порталах «обрушил» цены акций Apple и Amazon

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Акции Microsoft и eBay, напротив, на некоторое время «подскочили» на десятки процентов, о чем свидетельствовали ошибочные данные Bloomberg, Thomson Reuters и Google Finance

Сбой, ставший причиной некорректных данных Bloomberg, Thomson Reuters и Google Finance о фондовом рынке Nasdaq, стал причиной резких движений цен акций некоторых крупнейших компаний мира, включая технологических гигантов Apple, Microsoft и Amazon, сообщает Financial Times. Ошибочные сообщения получили множество трейдеров в Азии, отмечает издание.

Искаженная информация о стоимости акций появились на различных платформах, включая Yahoo Finance, Google Finance и терминалы Bloomberg между 6 и 7 утра по гонконгскому времени, после того, как рынки акций США закрылись досрочно в преддверии празднования Дня независимости.

В результате сбоя, который, по информации Nasdaq, был вызван неверными тестовыми данными, некорректно распространенными сторонними провайдерами, включая Bloomberg, стоимость некоторых акций недолгое время отражались на отметке $123,47, что соответствует падению на 14% для акций Apple, на 87% — для Amazon и росту на 79% для Microsoft. «Выиграли» от сбоя акции eBay, которые подскочили на 253,5%, пишет Financial Times.

Издание указывает, что в случае реального такого снижения акций, рыночная капитализация Apple рухнула бы на $104 млрд. Капитализация Amazon снизилась бы на $396 млрд, а Microsoft – увеличилась бы на $415 млрд.

Представитель Nasdaq Джо Кристинат заявил изданию, что сбой никак не отразился на реальных сделках. «Это проблема провайдеров, а не Nasdaq», — подчеркнул он, добавив, что FactSet и Nasdaq.com отражали корректные ценовые данные.

Представитель Bloomberg сообщил, что с вопросами следует обращаться в Nasdaq, отказавшись от дальнейших комментариев. Согласно последнему сообщению о статусе систем от Nasdaq, «системы работают нормально», при этом, как отмечает издание, не все котировки акций кажутся достоверными. Так, стоимость акций биотехнологического гиганта Amgen некорректно показывалась на Google Finance утром в Азии – бумаги компании упали на 28% до $123,45. В понедельник эти акции закрылись по $172,80.

Рынки американских акций в США 3 июля были открыты до середины дня и будут закрыты 4 июля в связи с празднованием Дня независимости. После закрытия регулярной сессии на Nasdaq акции обычно торгуются еще четыре часа. Регулярный рынок закрывается в 20.00 по Гринвичу, но, по словам Кристината, раннее закрытие в 17.00 3 июля могло повлиять на некорректные сведения, которые обычно рассылаются по итогам каждого торгового дня.

США > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231571 Ангелина Кречетова


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 4 июля 2017 > № 2231485 Майкл Макфол

Справка, которую следует прочесть Трампу перед встречей с Путиным

Майкл Макфол | The Washington Post

Бывший специальный помощник президента Обамы, экс-посол США в Москве Майкл Макфол опубликовал в The Washington Post статью, которую сам называет "памятной запиской специально для президента Трампа" накануне его встречи с президентом Путиным.

"Путин - очень опытный собеседник и беседу ведет эффективно. На эту встречу он приедет подготовленный, прежде всего попытается убедить вас, что вы вдвоем можете работать сообща, действуя против таких общих противников, как "глубокое государство" и "американские фейковые новости". Путин хочет, чтобы эта встреча наталкивала на вывод: "наша встреча весьма удалась". У вас иная цель. Ваша задача - не дружеская беседа (дипломатия - не конкурс на самого популярного человека), а четкое изложение целей США в сферах национальной безопасности и экономики и выяснение того, какие вопросы США и Россия могли бы решать вместе. Не ждите от этой первой встречи никаких прорывов. Ваше дело - продемонстрировать Путину, что вы жесткий переговорщик, твердо стремящийся к отстаиванию американских интересов и не готовый предлагать уступки только для того, чтобы заслужить похвалу Путина", - говорится в статье.

Макфол перечисляет несколько вопросов, которые Трампу следует затронуть на переговорах с Путиным.

1. "Российское вмешательство в наши президентские выборы 2016 года: вы должны подать российскому президенту четкий сигнал, что вы точно знаете, что именно он сделал", - пишет Макфол. Он советует Трампу намекнуть, что в случае новой атаки США предпримут ответные меры, и поклясться не вмешиваться в выборы в России.

2. "Украина: вам следует подтвердить, что вы хотите отменить санкции, но только после того, как Россия прекратит поддержку сепаратистов и осуществит на практике подписанную, но не выполненную мирную договоренность, либо некое новое и усовершенствованное соглашение", - продолжает дипломат.

3. "Торговля и инвестиции": по мнению Макфола, Трамп должен дать понять, что хочет углубить экономические связи. "Но вы не можете продвигать эту экономическую программу, пока мы не договоримся по вопросу Украины", - считает эксперт.

4. "Сирия: вы можете вновь выразить желание сотрудничать с Россией ради разгрома "Исламского государства"*, но затем попросите Путина, чтобы он поручил своему министру обороны взаимодействовать напрямую с министром обороны Мэттисом в плане разработки всеобъемлющей стратегии сотрудничества", - пишет Макфол.

5. "Северная Корея: вы должны предостеречь Путина, что не потерпите размещения МБР с ядерными боеголовками (даже если это неправда), и потому вам сейчас нужна его помощь ради замораживания ядерной и ракетной программ Северной Кореи", - говорится в статье.

6. "Запрет усыновлений: объясните Путину, что отмена запрета на усыновления российских сирот американцами стала бы самым отважным знаком того, что он серьезно намерен заново сотрудничать с США", - отмечает автор.

7. Ближний Восток. Автор считает, что Трамп должен поделиться с Путиным "своей тревогой из-за дестабилизирующих действий Ирана на Ближнем Востоке".

По мнению Макфола, Трампу не следует затрагивать темы НАТО, сфер влияния, обвинений во вмешательстве Америки в российские выборы и прав человека.

*"Исламское государство" (ИГИЛ) - террористическая организация, запрещенная в РФ.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 4 июля 2017 > № 2231485 Майкл Макфол


США > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231434 Руслан Мамедов

Стратегия Uber: пан или пропал

Руслан Мамедов

Директор Бизнес-инкубатора РЭУ им. Г.В. Плеханова

Uber - самая убыточная и быстроразвивающаяся компания в мире. В чем ее риски?

Даже если бы не было самого сервиса Uber, то его надо было придумать. Иначе не было бы историй про «мыльный пузырь Uber», забастовок таксистов, «смерти модели Uber» и т.д.. Но если отмести лирику и оценить бизнес-модель компании, то Uber – революционер. Это значит, что в глазах одних инвесторов она – проект нон грата, зато другим представляется потенциальным «золотым дном». Предстоящее IPO, которое выпадает на период, когда компания-сказка приобрела более земные очертания с точки зрения прибыли, заставили менеджмент и инвесторов принести в жертву авантюрного Каланика, как бы намекая участникам IPO: «Не стесняйтесь подсаживаться в наш кэб, мы поедем дальше аккуратно и спокойно». Но дело не в Каланике.

Расчеты и оценка

Компания является планово-убыточной, убыток составляет более $3 млрд, что не мешает ей привлекать новые инвестиции. На сегодняшний день Uber получил от венчурных инвесторов порядка $11 млрд, а стоимость бизнеса приближается к $70 млрд. Компания активно тратит деньги на международную экспансию и разработку автономного транспорта. Рынок очень хорошо принимает обозначенную стратегию, что демонстрируют простые расчеты: по итогам 2016 года чистая выручка Uber составила $6,5 млрд при стоимости бизнеса в $69 млрд. Следовательно, компания оценивается по показателю цена/выручка более чем 10Х. Средняя величина для успешных IT-компаний составляет 5-7Х. Если же кто-то считает, что Uber – это транспортный стартап, то для данной категории хороший результат цена в 1,5-2 годовых выручки. Uber считается классическим венчурным «единорогом»: каждый инвестор мечтает реализовать свои детские фантазии о таком сказочном звере и иметь хотя бы один подобный актив в портфеле.

Но у компании всегда остаются риски и проблемы — в 90% стран, где работает Uber, отмечались протесты таксистов и противодействие государственного аппарата. Судьбу сервиса решили пользователи – они им активно пользуются, а «шумы» с претензиями классических перевозчиков и регулирующих органов только привлекают внимание новых клиентов и способствуют партизанскому маркетингу. Многие скачали приложение именно для того, чтобы разобраться почему сервис вызывает столько споров.

Кадры решают все

Что касается требования инвесторов относительно ухода Трэвиса Каланика, то во многом оно связано с потерей контроля над компанией. Об этом свидетельствует последний кадровый скандал, когда Uber уволил переманенного из Waymo («дочка» Google) Энтони Левандовски, который работал над беспилотным автомобилем для сразу двух работодателей. Судебный иск от Waymo к Uber, фигурантом которого стал Левандовски, поставил под удар основу концептуального развития такси-стартапа. Это, конечно, ирония, но возникает ощущение, что Google специально отправил Левандовски в Uber (как троянского коня) и ждал нужного момента для судебного иска.

Не думаю, что новое руководство Uber значительно скорректирует бизнес-модель, но уверен, что больше внимания будет уделяться снижению затрат на привлечение и удержание пользователей, возрастут расходы на GR в Европе и Азии, будут сделаны попытки по ускоренной разработке полностью автономных автомобилей. Также я не исключаю вариант, что совет директоров поставит задачу подготовить компанию к слиянию с Google или каким-либо автогигантом. Как бы то ни было, Uber предстоит усилить работу с госсектором в странах присутствия, так как без этого они не смогут вести бизнес. Все государства понимают, с внедрением беспилотного транспорта миллионы человек лишатся работы, а это может спровоцировать серьезное социальное напряжение и волну безработицы, которая ляжет на плечи государства. Но политические риски не должны останавливать технологический прогресс.

Будет ли happy end?

Эксперты понимают, что превосходство Uber перед классическими таксомоторными парками не так уж велико, а вот при внедрении на рынок беспилотных такси компания может снизить тарифы более чем в два раза и при этом хорошо зарабатывать. Поэтому сейчас главнейший вопрос – кто первым совершит технологическую революцию: Uber, Google, Tesla, один из автогигантов или какой-то другой стартап? На этом рынке будут крупные сделки по слиянию и скандальные судебные процессы.

Можно констатировать, что пока инвесторам в Uber ничего не остается, кроме как свято верить в стратегию плановой убыточности, где бюджеты расходуются на привлечение новых пользователей, разработку альтернативных транспортных средств и безумные корпоративы в Вегасе. Несмотря на то что перед IPO компания всячески пытается демонстрировать переход к стабильности, следование тактике по снижению рисков и планомерности развития. По сути судьба Uber – играть на грани фола или следовать принципу «Пан или пропал».

Для компании все решит лишь захват целого мира, причем данная экспансия должна совпасть с завершением разработки и испытаний беспилотного автомобиля. После этого будет привлекаться объем инвестиций, необходимый на замену «живых» водителей роботами, и тогда все инвесторы, зашедшие в компанию даже на самом последнем этапе, приумножат стоимость активов. Но это самый радужный сценарий, когда успешная техническая разработка сопровождается международным расширением. Если же даже один из факторов не сложится, то компания будет просто большой и убыточной. С другой стороны, нельзя не отметить логичность плана, придуманного основателями: если он реализуется, уже не нужно будет столько затрат на водителей, и все пользователи будут привлечены. Отмечу, что сейчас привлечение одного пользователя окупается только с его 15-й поездки.

США > СМИ, ИТ. Транспорт > forbes.ru, 4 июля 2017 > № 2231434 Руслан Мамедов


Россия. США > СМИ, ИТ > comnews.ru, 4 июля 2017 > № 2231110

Павел Ершов вернулся в Microsoft

Андрей Федосеев

Бывший вице-президент компании Ingram Micro Павел Ершов назначен операционным директором Microsoft в России. Он сменил на этом посту Томаша Боченека, который ранее был назначен президентом Microsoft в России. Примечательно, что Павел Ершов начал свою ИТ-карьеру именно в Microsoft.

На новом посту Павел Ершов будет отвечать за операционную деятельность Microsoft в России и за рост бизнеса во всех ключевых для компании сегментах рынка. Пресс-служба Microsoft уточнила, что Павел Ершов уже приступил к своим должностным обязанностям.

На посту операционного директора Microsoft в России Павел Ершов сменил Томаша Боченека, который ранее был назначен президентом Microsoft в России. В свою очередь Томаш Боченек сменит на этом посту Павла Бетсиса, который останется в компании до конца августа 2017 г. для передачи дел. "Павел Бетсис с уходом из Microsoft не намерен переходить в другую компанию, а собирается заняться реализацией собственных инвестпроектов", - ответил ComNews представитель пресс-службы Microsoft.

"В чем состоят задачи вступающего в должность президента Томаша Боченека? В России главными задачами, по-видимому, являются, во-первых, увеличение доли компании на рынке облачных сервисов, где она уступает Amazon по популярности в массовом секторе, - прокомментировал аналитик группы компаний "Финам" Леонид Делицын. - Во-вторых, требуется минимизация потерь на рынке корпоративных решений. В обоих случаях компании теперь придется работать в условиях провозглашенного нашим государством курса на замещение импорта и поддержку отечественных производителей ИТ-решений".

Начальник управления операций на российском фондовом рынке ИК "Фридом Финанс" Георгий Ващенко считает, что главная задача Microsoft в России - сохранить и приумножить долю на корпоративном и розничном рынке, которая составляет около 30% в сегменте облачных продуктов.

По словам представителя пресс-службы Microsoft, в связи с кадровыми изменениями в составе руководства Microsoft в России долгосрочная миссия компании не изменится в РФ. Он уточнил, что в целом долгосрочная миссия Microsoft заключается в том, "чтобы дать возможность каждому человеку и каждой организации на планете добиваться большего".

Что касается Павла Ершова, то до того он был вице-президентом компании Ingram Micro. Примечательно, что в 1998 г. Павел Ершов начал свою ИТ-карьеру именно в Microsoft. "Я рад снова присоединиться к команде Microsoft - это и интересный вызов с точки зрения стоящих перед компанией задач на российском рынке, и уникальная возможность сыграть важную роль в развитии цифровой трансформации бизнеса в стране. В новой должности я приложу максимум усилий для реализации этих целей", - отметил Павел Ершов.

Аналитик АО "Открытие брокер" Тимур Нигматуллин сказал корреспонденту ComNews, что если говорить о финансовых показателях российского бизнеса Microsoft, то стоит отметить, что компания на регулярной основе не раскрывает показатели бизнеса в РФ. Но, добавил он, судя по динамике выручки на основе данных Главного межрегионального центра обработки и распространения статистической информации Федеральной службы государственной статистики - объемы бизнеса стагнируют.

"Так, за последний отчетный 2015 г. выручка ООО "Майкрософт Рус" снизилась на 0,1% год к году и составила 8,87 млрд руб. Возможно, давление на финпоказатели оказал спад реальных доходов и B2B/B2G-бюджетов. Также обращу внимание на сложную регуляторную ситуацию, в том числе на фоне блокировки LinkedIn", - заметил Тимур Нигматуллин.

Досье ComNews

Павел Ершов окончил МГИМО по специальности "Международная экономика". Начал ИТ-карьеру в Microsoft в 1998 г., занимал в компании различные должности, в частности возглавлял департамент по работе с госучреждениями и являлся членом совета директоров. В 2011 г. перешел в Parallels, где занял должность президента компании по развивающимся рынкам. С 2014 г. по 2015 г. работал в Сингапуре, где отвечал за продажи и операционную деятельность компании в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В 2015 г. перешел в компанию Ingram Micro на должность вице-президента. В 2017 г. назначен операционным директором Microsoft в России.

Россия. США > СМИ, ИТ > comnews.ru, 4 июля 2017 > № 2231110


Казахстан. США > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 3 июля 2017 > № 2232567 Алексей Стах

Глава Uber по СНГ: Автомобиль в один клик

Uber подводит итоги первого года в Казахстане

С самой первой поездки и по сегодняшний день компанией движет простая идея — дать возможность каждому заказать автомобиль одним касанием экрана смартфона. Генеральный менеджер Uber по странам СНГ Алексей Стах рассказал об итогах первого года Uber в Казахстане, особенностях рынка и о том, что пришлось изменить в системе Uber ради пользователей. А также приоткрыл завесу тайны над тем, как изменится наша жизнь в ближайшем будущем.

— Алексей, расскажите, удалось ли воплотить в жизнь глобальные задачи Uber на рынке Казахстана? Что наша страна приобрела с приходом Uber на рынок?

— Мы гордимся результатами, которых нам удалось добиться за этот год: Uber стал привычным способом передвижения для тысяч жителей Алматы, Астаны и Шымкента, нам доверяют и пользователи, и водители, которые по достоинству оценили возможности сотрудничества с Uber и стали нашими партнерами. Если в начале нашей работы большинство пользователей совершали поездки по каким-то особым случаям, то сегодня наши клиенты все чаще стали воспринимать Uber как реальную альтернативу собственному автомобилю и пользоваться сервисом ежедневно для поездок с работы и на работу либо в течение дня.

Именно поэтому, как это ни парадоксально звучит, но наш главный конкурент — это личный автомобиль. Не так давно мы провели исследование, в котором подсчитали, что минимальные расходы в день на поддержание автомобиля — 10 долларов. А если пользоваться Uber, то в день на поездки уходит 3−5 долларов. Экономия очевидна. В Алматы на каждые сто жителей приходится 27 автомобилей. Эта избыточность транспортных средств ведет к множеству проблем для города: постоянные пробки, загазованность, проблема парковок и так далее. А ведь всего этого можно избежать либо минимизировать при помощи использования современных технологий.

Как выглядел Казахстан до нас? Здесь работали либо официальные службы такси, которые было сложно вызвать, приходилось ждать порядка 20 минут, да и стоимость поездки была достаточно высокая, либо это был нелегальный извоз — «бомбилы», которые брали большие деньги, но не обеспечивали ни комфорта, ни безопасности, ни качества.

Если говорить о главных изменениях, произошедших с приходом Uber, то это, безусловно, доступность, качество и удобство сервиса. Теперь заказать автомобиль очень легко, с этой задачей справится даже ребенок: все, что нужно, это просто коснуться экрана смартфона, и через 5 минут автомобиль будет в нужном для вас месте. Мы обеспечили прозрачность и удобство оплаты — сегодня еще до начала поездки можно увидеть ее стоимость, деньги же списываются с карты автоматически, гарантировали пассажирам безопасность: уже при заказе автомобиля они видят его номер, имя и контакты водителя, его фотографию. Особенно радует и тот факт, что пользователи стали активно использовать систему рейтингов и отзывов, это постоянный диалог и обмен мнениями в режиме реального времени помогает нам постоянно совершенствовать качество сервиса, а также вводить дополнительные функции, которые важны для пользователей или водителей-партнеров.

Отдельно я бы хотел поговорить о водителях. Uber — это универсальный инструмент с точки зрения получения дохода: каждый водитель решает для себя сам, как, когда, а главное, сколько времени он будет работать. Многие используют Uber как дополнительный источник дохода.

— Оправдал ли казахстанский рынок ваши ожидания? Что вы можете сказать, подводя итоги года?

— Мы довольны запуском в Казахстане. Повторюсь, что три города на новом для нас рынке — это не только огромные усилия, которые были приложены для реализации этих планов, но и серьезная заявка с нашей стороны, подтверждение наших амбициозных планов и намерений. У каждого города своя специфика. Особенным стал для нас запуск в Шымкенте. Мы, честно сказать, не ожидали такого же объема поездок, как в Алматы и Астане. Время подачи автомобиля в Шымкенте составляет менее 5 минут. Это очень хороший показатель, но всегда есть, куда стремиться.

Для оценки деятельности компании в той или иной стране мы используем следующую метрику — среднее число поездок на одного зарегистрированного пользователя. Казахстан по этому показателю ощутимо опережает страны СНГ. Так, в Казахстане в среднем в неделю совершается 3,5 поездки на пользователя. Это очень высокий результат, который лишь подтверждает, что сервис очень востребован.

— Сможете ли раскрыть редакции некоторые цифры?

—Мы стартовали в июне 2016 года в Астане. Почти сразу в Алматы, а весной 2017 в Шымкенте. На сегодняшний день зафиксировано более 400 тысяч скачиваний приложения в Казахстане. Десятки тысяч водителей подключены к платформе. В целом количество водителей на платформе достаточное, чтобы обслуживать имеющиеся заказы и подавать машину в течение 5 минут. Средний рейтинг водителя 4,78 из 5, это довольно высокий рейтинг.

Средний чек по Алматы составляет порядка 550 тенге. В Казахстане предпочитают UberХ — это говорит о том, что населению важнее цена и доступность.

— Основной проблемой, обсуждаемой в сетях и не только, является человеческий фактор. Каким образом будет решаться данная проблема? Связано ли поднятие цен с улучшением качества предоставляемых услуг? А именно ориентировано ли оно на пересмотр партнеров и более жесткий отбор?

— Uber — это технологическая платформа, которая соединяет проводников услуг — водителей с потребителями услуг — пользователями. Мы стремимся обеспечивать безопасные, быстрые и комфортные поездки по городу.

Обеспечение безопасности поездок с Uber — наш безусловный приоритет. Несмотря на то что ни один вид транспорта не может быть безопасным на 100%, технология Uber позволяет повысить безопасность до, во время и после совершения поездки благодаря отбору водителей, проверке документов, системе рейтингов, возможности отследить маршрут в режиме реального времени в приложении и поделиться им при необходимости с родными и друзьями, а также прозрачности системы — пользователи заранее получают информацию о водителе, включая его имя, номер и марку машины, фотографию.

Наша система рейтингов — эффективный инструмент для получения быстрой обратной связи как от водителей-партнеров, так и пассажиров. Если водитель стал получать низкие оценки, то мы даем советы, как улучшить свой рейтинг и качество предоставляемых услуг, если же ситуация не меняется, то он будет отключен от платформы. В этой связи хочу привести любопытный факт: количество поездок, когда пользователи оценивают поездку на 3 балла и ниже, минимально.

— Схож ли уровень сервиса Uber в Казахстан с западным исполнением?

— Есть некоторые вещи, которые нам пришлось адаптировать к нуждам казахстанских пользователей. Например, изначально мы стартовали как безналичный сервис. Но получали массу обращений о том, что оплата наличными будет удобнее для пассажиров, поэтому сейчас им доступны два варианта оплаты, можно выбрать наиболее удобный. Стоит отметить, что безналичный расчет все равно доминирует. Мы заметили, что те, кто начинали расплачиваться наличными, постепенно переходили на безналичный расчет. Также мы пошли на такой шаг, как увеличили возраст автомобилей для доступа в систему. Но на то были серьезные причины. Как вы понимаете, мы нацелены на максимальный охват города. И мы поняли, что с тем количеством автомобилей, возраст которых составляет 5 лет и менее, мы не сможем удовлетворить спрос. Это привело к росту пиковых расценок. Перед внедрением этого изменения мы провели анализ рейтингов, который показал, что пользователю все равно, один год автомобилю или 10 лет. Пожалуй, в этом отличия.

— Какова стратегия развития Uber в Казахстане на второй год? Ждут ли кардинальные изменение сервиса на ближайшее будущее?

— Открыть три города в одной стране за год для нас это большой рывок. Пока сосредоточимся на этих трех городах и будем совершенствовать то, что наработали. Мы постоянно инвестируем в развитие цифровой платформы. Напомню, что недавно мы внедрили непрерывную цепочку заказов, когда система автоматически агрегирует в буфер новые заказы. К моменту завершения одной поездки система автоматически считывает заказы в небольшом радиусе от водителя и сразу дает ему новый заказ. Таким образом, водитель фактически не находится в режиме ожидания. Благодаря этому мы можем существенно повысить эффективность автомобилей, контролировать цены, а также обеспечивать хороший заработок для водителей.

— Ожидается ли внедрение новых продуктов?

— Мы запустили в Москве UberEats — сервис по доставке еды. Он очень успешно стартовал. Я думаю, в ближайшее время мы будем внедрять его в СНГ. Есть также продукт UberRush — курьерская доставка посылок, товаров.

Кстати, сейчас в США уже тестируется подписка для постоянных активных пользователей. Возможно, в скором будущем появится такая опция, как приобретение подписки на месяц с фиксированной ценой даже в периоды действия пиковых расценок.

Особое внимание сейчас уделяется теме создания беспилотного автомобиля — это самая большая технологическая инновация, которую мы будем представлять в ближайшие годы, от 3 до 5 лет. Миллионы людей гибнут каждый год по причине человеческой ошибки за рулем. Такие технологии будущего, как беспилотные автомобили, в которые Uber инвестирует сейчас, позволят сделать мир безопасней, а поездки еще дешевле.

Казахстан. США > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 3 июля 2017 > № 2232567 Алексей Стах


США. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228323

Владимир Набоков и задушевные беседы

Как пройти в библиотеку?

Сборник интервью Владимира Набокова «Неколебимые суждения» (Opiniones contundentes, Anagrama, 2017) противоречит законам жанра и становится интереснейшим литературным произведением.

Хуан Бонилья (Juan Bonilla), El Mundo, Испания

Интервью — несправедливый жанр. Тот, кто его берет, располагает неограниченным количеством времени для его подготовки, составления вопросов, поиска предыдущих высказываний собеседника и цитат знаменитостей. А интервьюируемый должен найти ответы на эти вопросы в течение нескольких секунд, понимая, что малейшее замешательство не останется незамеченным и будет упомянуто интервьюером. Он не может слишком часто прибегать к простому и честному ответу «не знаю», если не хочет прослыть человеком, не имеющим четко сформированного мнения.

А если интервьюируемый не попросит показать ему интервью в окончательной версии перед публикацией, может получиться так, что в процессе монтажа некоторые реплики будут вырезаны, и сделанные им заявления покажутся ему незнакомыми. Его высказывания могут даже противоречить тому, что он действительно хотел сказать, из-за отсутствия соответствующего контекста. Долгие философские рассуждения могут быть сведены к ряду общих фраз. Кроме того, все трофеи всегда достаются интервьюеру, ведь создается впечатление, что работает только он, а интервьюируемый ничего не делает: для него это — лишь реклама, и он должен радоваться, что ему оказана такая честь.

Приобретя известность после выхода в свет романа «Лолита», Владимир Набоков решил никогда не давать интервью в устной форме, чтобы не попасть впросак. То есть он позволял задавать ему любые вопросы, но отвечал на них в одиночестве, в своем кабинете, записывая ответы на специальных карточках своим образным языком, полным ярких метафор и неповторимой игры слов. Ему несложно было отвечать на бесконечные вопросы, не получая за это ни копейки. Тот факт, что кому-то другому заплатят за его прозу, должно быть, казался ему дешевым откупом за то, что никто его не сможет упрекнуть в замешательстве. «Я мыслю как гений, пишу как выдающийся писатель, а говорю как дитя», — отмечает он в начале сборника «Неколебимые суждения». Таков он был. Даже когда Набоков зарабатывал на жизнь, давая уроки литературы, он не мог прийти на занятия, не записав предварительно все то, что хотел сказать (благодаря этому были опубликованы три тома его «Лекций»).

Набоков не делал исключений ни для радио, ни для телевидения. Примечательно его интервью, данное легендарному французскому журналисту Бернару Пиво (Bernard Pivot), в котором телеведущий был вынужден следовать сценарию, разработанному Набоковым. Всякий раз, когда он пытался отклониться от темы, Набоков поправлял ведущего, возвращая его к согласованному сценарию и зачитывая ответы, заранее записанные на карточках, спрятанных за баррикадой из книг, которые плохо скрывали отсутствие импровизации в высказываниях писателя. Периодически ведущий, выславший Набокову сценарий интервью заранее, задавал ему дополнительные вопросы, исходя из его ответов, пытаясь ближе подобраться к нему, чтобы привести программу в соответствие со своими ожиданиями. Набоков допускал эти вольности, но никогда не позволял, чтобы его требования не выполнялись. Он даже составил проект договора, согласно которому интервьюеры должны были уважительно относиться ко всем его ответам, а средства массовой информации, публиковавшие интервью, давали согласие на то, что авторские права принадлежали интервьюируемому.

Незадолго до смерти, в 1973 году, Набоков решил собрать в одной книге некоторые из данных им интервью. Это была хитроумная месть: наконец он мог поставить свое имя под тем, что было им написано. Имена интервьюеров указаны в кратком примечании в начале каждого интервью, где сообщается об обстоятельствах, при которых оно давалось, соответствующем средстве массовой информации и журналисте, задававшем ему вопросы. Сборник интервью Набокова «Strong Opinions. Interviews, reviews, letters to editors». N.Y.: McGraw-Hill, 1973; перевод, дополненный интервью, не вошедшими в первоначальное издание «Набоков о Набокове и прочем. Интервью, рецензии, эссе». Составитель Николай Мельников. Москва: Независимая Газета, 2002 — одно из важнейших произведений в библиографии писателя наравне с его выдающимися романами и сборниками рассказов. Нет больше такой книги, где бы Набоков столько рассказывал о себе, своем и чужом творчестве. Для Набокова идеальное интервью могло обходиться без вмешательства интервьюера и читаться как небольшое эссе о каком-то определенном этапе творчества или чьей-либо жизни.

С учетом любви Набокова к симметрии не вызывает удивления тот факт, что книга под названием «Неколебимые суждения» (Opiniones contundentes), опубликованная испанским издательством Anagrama в новом дополненном издании (ранее она публиковалась издательством Taurus), включает в себя 22 интервью и 22 текста разных жанров: пролог, письма к главным редакторам разных издательств и статьи на разные темы: от энтомологических экспедиций Набокова до его литературного творчества.

Здесь можно выделить рецензию Набокова на роман Жан-Поля Сартра «Тошнота» и эмоциональное воспоминание о первом приливе вдохновения при написании романа «Ада». Так как большую часть интервью у Набокова брали неспециализированные СМИ (Vogue, Playboy, BBC), писателю часто приходилось бороться с ветряными мельницами, в которых воплотились эти гиганты. Ему приходилось убеждать, что какой-то его роман или творчество в целом имеют социальную направленность, что важную роль в нем играет психоанализ, рассказывать про тяготы жизни в эмиграции. Он должен был доказывать очевидное, напоминая, что автор отличается от своих героев и что созданный им образ Гумберта Гумберта («Лолита») вовсе не свидетельствует о том, что сам Набоков — чудовище (от этого подозрения он не мог избавиться в течение всей своей жизни).

Вызывают интерес его стычки с издателем Морисом Жиродиа (Maurice Girodias), опубликовавшим в 1955 году «Лолиту». После того, как роман завоевал мировой успех, Жиродиа начал распространять нелицеприятные слухи о Набокове из-за того, что писатель постоянно напоминал о своих авторских правах на это произведение, чтобы дать ему популярность, которую якобы не могло принести ему парижское издание в двух томах. И представляется достаточно занудной его теория буквализма (в своих аргументах он доходит до абсурда, настаивая, что нельзя осуществлять никакой другой перевод текста, кроме буквального, который лишает души любое произведение, переведенное с одного языка на другой).

В книге Набокова встречаются неколебимые суждения, негативные высказывания (в отношении творчества Селина, Конрада, Достоевского), выражение уверенности в том, что искусство есть самоцель, высшая форма сознания и эмоций, так как только оно может вступить в схватку со временем — боксером, отправляющим в нокаут всех. Он борется с нерадивыми критиками, сводящими все к символизму (как-то Набоков поставил неудовлетворительную оценку одной студентке, написавшей, что в романе Джейн Остин листья была зелеными, потому что для автора этот цвет был символом надежды). Но Набоков часто смягчает тон своих заявлений, чтобы его не сочли выразителем общественного мнения (хотя иногда именно это он и делает, клеймя, например, студенческую революцию, называя студентов «глупыми драчунами» и выступая против хиппи).

И, конечно, очаровывает проза Набокова, вереница его блестящих образов, счастье, излучаемое воспоминаниями, легкость иронии. Отвечая как-то на вопрос одного из своих интервьюеров о том, какое место занимает он среди писателей современности, Набоков сказал, что нам не хватает специального знака пунктуации для выражения улыбки и что если бы такой знак существовал (а сегодня он есть), это и был бы его ответ на данный вопрос. Сейчас, спустя 50 лет, эта улыбка сменилась смехом.

США. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228323


США. Россия. Чехия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228321

Попался ли Стоун на удочку Путина?

Известный американский режиссер, российский президент и необъяснимая цензура «Фейсбука» - крайне взрывоопасная смесь, из которой вот что вышло

Аничка Ванчова (Anička Vančová), Krajské listy, Чехия

Весь вчерашний день телеканал Prima выяснял, почему на протяжении почти шести часов было заблокировано онлайн-обсуждение, которое телеканал транслировал на Фейсбуке. Это была передача, посвященная документальному фильму «Мир глазами Путина», последнюю серию которого телеканал Prima показал вчера. Сегодня обсуждение опять было открыто… Какие еще сюрпризы преподнесла эта история и сам фильм?

«Сначала в репортаже в передаче Newsroom ČT24, показанной в воскресенье 18 июня, респонденты раскритиковали телеканал Prima за то, что после документального фильма «Мир глазами Путина» (его демонстрировали на Prima ZOOM) не было критического обсуждения», — рассказала пресс-секретарь Мракотова. Она также заявила, что во вторник 20 июня в 21.00 в рамках передачи «Мнения без цензуры» на Фейсбуке была открыта онлайн-дискуссия, однако на протяжении почти шести часов она оставалась заблокированной. «Телеканал Prima уже обратился к администраторам Фейсбука с требованием объяснить, почему или по чьему распоряжению обсуждение было заблокировано», — сказала пресс-секретарь Яна Мракотова. Она также извинилась перед телезрителями.

По ее словам, телеканал считает блокировку обсуждения атакой на независимую дискуссию, к которой, кстати, призывали респонденты и критики. «Мы потребуем объяснений, кто и почему блокирует дискуссию, — заявила пресс-секретарь решительно. — Сейчас мы проверяем, могла ли к этому привести какая-то техническая проблема, или случившееся на самом деле была чьей-то попыткой цензурировать обсуждение или заблокировать его». Эти слова были сказаны в среду, а в пятницу пресс-секретарь Prima заявила: «Поэтому мы решили пригласить гостя опять и повторить обсуждение. Мы начинаем в 14.00 и вещаем на трех каналах».

С Котрбой и Фиштейном

Упомянутым гостем был Штепан Котрба, социальный демократ, медиа-консультант и публицист, который преподает в нескольких вузах и часто публикуется, в том числе, на портале Parlamentní listу.cz, который многие критики называют пророссийским дезинформационным сайтом. «„Мир глазами Путина" не пропагандистская болтовня. Это шахматная партия чемпиона с начинающим, который не должен проиграть», — так Котрба отозвался о фильме на своей странице в Фейсбуке. Из этих слов можно составить представление о взгляде Котрбы на предмет… В студии с Штепаном Котрбой встретился публицист Ефим Фиштейн. Он, еврей по происхождению, родился в Киеве, но живет в Чехии и пишет на чешском языке публицистические тексты, эссе и сценарии. Фиштейн наиболее известен тем, что долгое время работал в редакции «Радио Свободная Европа». Также на протяжении двух лет он был главным редактором газеты Lidové novinу. Его воззрения схожи с позицией известного аналитического центра «Европейские ценности».

Вот некоторые вопросы и заявления, прозвучавшие на программе.

— Попался ли Стоун на удочку Путина?

Ефим Фиштейн: В фильме много интересных деталей, наблюдений, и нет общего видения. В подаче Стоуна Путин — человечное и любящее существо, которое прошло через тяжелые испытания, что совершенно не соответствует реальности. Он преподносит нам Путина как человека, гуманиста, а все остальное остается в стороне. Меня удивила готовность Стоуна верить старым трюкам. К примеру, когда Путин приходит на съемки с двумя чашками кофе: явная наигранность. Стоун постоянно попадается на это. А потом оказывается в неприятной ситуации, когда эксперты начинают разбирать его фильм. Например, Путин показывает Стоуну фальшивые кадры с другой войны. Это «фейк». И таких вещей там миллион.

Штепан Котрба: Это была достойная, но неравная схватка. Партия между чемпионом и начинающим. Он казался мне рассеянным болтуном, который избегал резких слов, проникающих в самую суть проблемы. Мне все это кажется пособием для учащихся средней школы по «Основам гражданственности». Фильм сделан так, чтобы заурядный зритель понял, что такое Россия и Владимир Путин. Сериал поверхностный, но в нем даже тот, кто глубже знаком с ситуацией, найдет удивительные для себя моменты. Так, меня удивило, что и теперь Путин отказался прокомментировать свою работу в КГБ. Мне эти попытки утаить что-то показались даже смешными. Также удивило, с какой дипломатичностью и легализмом Путин подходит ко всем переговорам, которые ведет.

— Кто на самом деле был режиссером документального фильма Стоуна?

Штепан Котрба: Оливер Стоун думал, что режиссер он, потому что в его руках были ножницы для монтажа материала, а Путин знал, что говорит только то, что хочет.

Ефим Фиштейн: Российские критики назвали фильм Стоуна «Прямой линией с Владимиром Путиным». Это была пропагандистская акция, которой руководил Путин.

— Путин ищет равновесия или конфликта?

Ефим Фиштейн: Он ищет возможности для своей экспансии там, где есть шанс: в Грузии, в Крыму и в других местах. Он не хочет равновесия, а добивается места державы для своей страны.

Штепан Котрба: Не припомню, чтобы я видел российских солдат в Мексике или на Кубе. Зато я вижу войска НАТО прямо у границ России, что на протяжении полувека просто невозможно было себе представить. Идея о том, что Россия обойдется без Крыма, мне кажется утопичной, потому что военные базы, которые там есть у РФ, и которые она должна держать под контролем, ей необходимы с геостратегической точки зрения.

— Попадал ли в какие-то моменты фильма Путин впросак?

Ефим Фиштейн: Будучи американским режиссером, Стоун не способен подметить несоответствия, потому что он не знает эту среду детально. Стоун не способен подловить Путина в нужный момент. Режиссер проглатывает все, даже когда Путин заявляет, что не наклонился бы в душе из-за гомосексуалистов. Он не способен возразить Путину и сказать: «В Америке все не так».

Штепан Котрба: Интервью было не конфронтационным, а познавательным. В нем не было предвзятости со стороны режиссера, который хотел бы конфронтации. Если привести пример интервью Кубалы с Асадом, то и там не было конфликта.

Телеканал Prima одним из первых в мире показал все четыре серии фильма. Мы инструмент пропаганды, или, напротив, хорошо, что мы показали этот сериал?

Ефим Фиштейн: Вы сделали правильно, показав фильм и организовав дискуссию. Путина не нужно бояться или превозносить. Он смешон.

Штепан Котрба: Когда людей научили правильно считывать и понимать факты, показывать в эфире можно что угодно. Это произведение американского режиссера, и вне зависимости от того, хороший он или плохой, следуя демократическим принципам, фильм нужно показать. Даже инструкция по созданию атомной бомбы должна быть в интернете в свободном доступе. Любой, кто сегодня пытается получить монополию на информацию, просто смешон.

Мир глазами Путин на Primа

Телекомпания Primа на канале Prima Zoom показала четырехсерийное интервью, которое американский режиссер Оливер Стоун взял у российского президента Владимира Путина. «В этом году для всех читателей конспиративных сайтов и «аналитиков» с портала Parlamentní listу, а также для всех тех, чьи глаза загораются, как только послышится слово «чекист», Рождество наступило чуть раньше. Все остальные могут обратить на этот новый шедевр некоторое внимание, хотя тратить на просмотр целых четыре часа не стоит. Но дело даже не в Путине, который в фильме Стоуна только делает свою работу, говорит и говорит с каменным лицом, преподнося тот вариант видения мира и событий в нем, который характерен для российского истеблишмента. Звучат заявления, которые многим из тех, хоть сколько-нибудь интересуется предметом, уже известны (либо от Путина, либо от его многочисленных местных «рупоров»). Однако фильм Стоуна интересен как автопортрет режиссера — человека, соответствующего определенному типу людей. Речь о типе прогрессивного представителя искусства, пребывающего в плену ложных представлений о себе и своей „роли в истории"», — так на портале ECHO 24 фильм охарактеризовал комментатор и известный сценарист Ондржей Штиндл.

Он добавил еще кое-что в адрес режиссера: «Четыре года назад Оливер Стоун получил награду за вклад в мировой кинематограф на фестивале в Карловых Варах. Он получал ее, будучи очень взволнованным и восхищенным, прежде всего самим собой. Он говорил о себе как о прирожденном исследователе, который должен изучать неосвоенные территории, и помешать ему в этом может только смерть. Однако манера, в которой он общается с Путиным, совершенно противоречит роли исследователя. Стоун рад всему, и на самом деле заискивающе кивает на все, что бы ни говорил президент. Отчасти Стоун делает так потому, что зачастую речь идет о вещах, о которых режиссер не имеет даже общего представления, и вести с главой Кремля диалог, проявляя осведомленность, не в его силах. Да и Стоун даже не пытается это делать. Он не хочет ничего исследовать и без возражений принимает слова президента. Иногда Стоун даже завершает за Путина его мысль, а задаваемые вопросы часто являются не вопросами, а просто связками».

Взгляд с другой стороны

Вероника Сушова-Сальминен — историк-компаративист, который с 2010 года живет и работает в качестве независимого исследователя в Финляндии. Сушова-Сальминен публикует комментарии, эссе и анализы в некоторых чешских СМИ, а недавно у нее появился собственный сайт argument.cz. Там она и опубликовала свой комментарий к сериалу режиссера Оливера Стоуна. В качестве эпиграфа Сушова-Сальминен воспользовалась цитатой Путина: «Я не друг, не невеста и не жених, я президент Российской Федерации. 146 миллионов человек — у этих людей есть свои интересы, и я обязан их отстаивать».

«Этот документальный фильм, разумеется, многих напугал еще до показа. Сразу после первой серии наши СМИ осветили эту тему, как и всегда, критически. Для одних фильм — пропаганда, для других — скука, банальность и ложь, и вообще казалось, что высказывающиеся журналисты куда лучше справились бы со съемками… Возможно, и так, хотя это впечатление постепенно стало покидать меня в третьей и четвертой серии интервью, когда в некоторые моменты Стоун задавал острые вопросы. Сам он сказал, что хотел запечатлеть взгляд Путина на события (не свой, не западный и даже не объективный взгляд), и в этом смысле, несомненно, режиссеру все удалось», — написала Сушова-Сальминен.

Она добавил: «В третьей и четвертой серии Стоун задавал Путину трудные вопросы, будь то о действиях российского правительства, направленных на слежение и сбор данных о собственных гражданах (спорный пакет законов Яровой), или о продолжении президентства Путина (власть коррумпирует, как сказал Стоун Путину прямо в глаза). Был также задан прямой вопрос, правда ли, что Путин — самый богатый человек в мире, как утверждают критики. Другими словами, Стоун спрашивал Путина о тех вещах, которые вызвали больше всего критики в адрес России и лично президента. Правда, могло помешать и, скорее всего, многим мешало то, что в большинстве случаев сам Стоун относится к этим проблемам скептически и критически», — объясняет Сушова-Сальминен.

Критический взгляд на Путина, согласно Веронике

«В чешских СМИ прозвучало, что интервью скучное, хотя в социальных сетях люди, напротив, выражали восторг и поддержку. Стоун и Путин определенно не делали ставку на информационно-развлекательный жанр и скандальные разоблачения, поэтому темп изложения взглядов президента, конечно, некоторым мог показаться скучным. Однако скукой все это было лишь при поверхностном взгляде, учитывая, что Россия привыкла не только говорить… А такие дипломатические бомбы, как заявление, что члены НАТО не союзники, а «вассалы», за которыми США еще и шпионят, звучали отнюдь не скучно (не потому ли, что это сказал Путин?). А тем более не были скучными шокирующие слова о том, что Россия сделает все для восстановления стратегического равновесия. Замечание о том, что сегодня к России применяются те же методы, которые использовались во времена антисемитизма, было некоторым преувеличением. Однако это утверждение отразило то раздражение, которое у России вызывает западный дискурс в духе „эта плохая Россия"», — так оценивает Вероника Сушова-Сальминен реакцию чешских СМИ на фильм.

«Владимир Путин — политик, и он не обязан быть откровенным, как на исповеди. Его слова и заявления нужно воспринимать критически со здоровым скептицизмом и не относиться к ним как к новой песне популярной группы, которая нам так сильно нравится своей цепляющей мелодией. В фильме Путин просто преподносит взгляд на проблемы с точки зрения России и ее интересов. Кстати, Путин никогда не скрывал, что всегда заботится о российских национальных интересах. То, что рассказал Путин, это «вершина айсберга» внешней политики, которая делается в основном в скрытом режиме и в рамках международных отношений, которые не демократичны», — так по существу закончила публицистка свой комментарий.

Американский несносный ребенок Оливер Стоун

«Оливер Стоун — художник, который всячески избегает типичных продуктов Голливуда. Он пишет, снимает и выпускает очень популярные, но при этом крайне спорные фильмы, в которых очень часто затрагивает щекотливые для Америки темы, такие как вьетнамский синдром («Взвод», «Рожденный четвертого июля»), президенты («Никсон», «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе») и американский футбол («Каждое воскресенье»)», — такую информацию приводит сервер ČSFD.cz. Оливер «проказничал» еще смолоду: он поступил в престижный Йельский университет, который, однако, покинул через год и уехал преподавать английский этническим племенам в Сайгон во Вьетнаме. В 1967 году там же он вступил в армию. Но вскоре его первый восторг от того, что он борется за правое дело, прошел. Через две недели после начала службы на Стоуна напали члены «Вьетконга» и ранили в шею. Он выжил, а все ужасы, пережитые во Вьетнаме, отразил в фильме «Взвод». Оливер Стоун был награжден «Бронзовой звездой» и «Пурпурным сердцем» за ранение.

Девид Хэлберстам, который получил Пулитцеровскую премию за свои репортажи из Вьетнама, назвал «Взвод» первым реалистичным фильмом о Вьетнаме и одним из лучших военных фильмов всех времен. Премьера фильма состоялась в 1986 году, и в главных ролях снялись Чарли Шин, Уиллем Дефо и Том Беренджер. Критики восторгались фильмом. «Взвод» заработал 136 миллионов долларов только в Америке. Он был номинирован на восемь «Оскаров», из которых четыре получил, в том числе за «Лучшую режиссуру». Известность приобрел и другой фильм — «Уолл-Стрит». За него соавтор сценария и исполнитель главной и до сих пор легендарной роли Майкл Дуглас получил «Оскар» как лучший актер. В 1989 году Стоун снял «Рожденный четвертого июля», который номинировался на «Оскар» в восьми категориях и получил четыре статуэтки. Одна из них досталась опять самому Стоуну. А теперь совсем коротко: «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе», фильм как дань уважения любимому Джиму Моррисону «Дорз», «Прирожденные убийцы», «Никсон»… Возможно, в Голливуде Стоуна не любят, но успехи его неоспоримы.

Путин был не первым, кто заслужил неоднозначные отзывы. Та же участь постигла и документальную ленту «Команданте», работая над ней, Стоун лично посетил одного из злейших врагов Америки Фиделя Кастро. Режиссер преподнес Кастро как человека, которого тяготит управление государством, и показал, что быть диктатором не так уж просто… Также Оливер Стоун снял документальный фильм об Уго Чавесе и политических лидерах латиноамериканской «розовой волне», а также понравившийся критикам фильм «Нерассказанная история США».

США. Россия. Чехия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228321


США. Евросоюз. Франция. Весь мир > СМИ, ИТ. Армия, полиция > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228313

Кибератаки, большие данные и фэйковые новости: оборотная сторона цифровой революции

Жан-Поль Эмети (Jean-Paul Aimetti), Le Figaro, Франция

Никто не может поставить под сомнение достоинства цифровой революции, когда речь идет об улучшении нашего здоровья, контроле над потреблением энергии или оптимизации наших поездок. В свою очередь растущая диктатура цифровых и больших данных имеет тревожные последствия, по крайней мере, в двух областях.

Первая плохая новость: новые средства цифровой связи необыкновенно увеличивают возможности и радиус действия разного рода мошенников. Речь может идти об отдельных личностях или вредоносных сообществах, кибермошенниках и организациях, мечтающих о мировом господстве. Список преступлений в интернете постоянно растет. Тут и домогательства в социальных сетях, и взлом цифровых данных во время выборов, и вирусные атаки.

После вируса Wannacry, тысячи компаний и организаций стали жертвами новых масштабных кибератак с помощью вируса-вымогателя под названием NotPeyta. Потенциальный ущерб чрезвычайно серьезен в таких жизненно важных отраслях, как промышленность, здравоохранение, банковский сектор, авиация и прочее.

И этот феномен набирает обороты по многим причинам. С одной стороны, глобальная взаимосвязь компьютерных сайтов в Интернете и «облаках» облегчает почти мгновенное распространение вирусов, с другой — бесконечная гонка между непрекращающимися инновациями киберпреступников и систем безопасности.

Агентства по обеспечению цифровой безопасности существуют во многих странах, как например Национальное агентство по безопасности информационных систем во Франции. Но чтобы проанализировать источники этих атак требуются длительные исследования и международная координация, которая пока находится в зачаточном состоянии. Более того, рост в будущем числа связанных между собой объектов значительно облегчит цифровое пиратство, так как будет гораздо легче расшифровать принцип действия программного обеспечения аппаратуры находящейся в свободной продаже, чем механизм работы информационных центров.

В худшем случае представим себе один из возможных катастрофических сценариев развития сайта Alibaba, который теперь предоставляет большинство услуг, предлагаемых в сети. Поисковые системы, социальные сети, электронная коммерция, торговля товарами, система оплаты, подключение к интернету различных объектов, — все это находится в ежедневном контакте с сотнями миллионов китайцев, а завтра, может быть, с половиной земли. Что произойдет через несколько лет, если выяснится, что этот гигант преследует иные цели, нежели торговое господство, с благословения китайского правительства?

Вторая плохая новость: наша свобода мышления и действий ограничивается каждый день. Горы утренней электронной почты, навязчивая реклама, бесконечные перебои со связью или поиск необходимой информации в лабиринте «фейковых новостей» и фальшивок, оставляют нам все меньше и меньше времени для размышлений и творчества, и даже могут понизить производительность труда. Наши малейшие действия, а завтра и мысли, измеренные при помощи физиологических датчиков и расшифрованные по выражению наших лиц, теперь оцифрованы и каждую секунду пополняют гигантские базы данных, чтобы кормить ненасытные big data. Таким образом, веб-гиганты черпают информацию из этих бездонных хранилищ и вторгаются в нашу личную жизнь, предлагая, якобы специально подобранные для нас продукты и услуги, влияя тем самым на наше поведение и постепенно программируя наши поступки. И, в конечном счете, непрерывный поток ученых слов и почти магические алгоритмы искусственного интеллекта распространяют ореол таинственности и вбивают в память неоспоримые научные достижения, чтобы скрыть свои неприглядные махинации.

Организации по контролю, по примеру Национальной комиссии по информатике и свободам во Франции, были созданы в большинстве стран, чтобы защитится от пагубных действий в интернете и избежать ежедневного воровства наших персональных данных. Однако эффективность их действия ограничена из-за колоссальных финансовых ресурсов международных лидеров в области цифровой экономики и непрекращающихся новых разработок хакеров, работающих из дальних стран. Проблеск надежды может появиться в 2018 году с введением ЕС новых Общих положений о защите персональных данных, которые существенно ужесточат требования к компаниям и санкции к нарушителям.

Можно также подумать, что информационно-технологические компании ведут себя безупречно, чтобы лучше обслуживать клиентов, уставших от рекламы и домогательств и ищущих информационной открытости. Безусловно, эти компании часто демонстрируют безупречный имидж, занимаясь гуманитарной помощью или финансированием медицинских исследований. Но, увы, длинный список хищений в очередной раз доказывает, что путь к этике в цифровой экономике будет долгим. Довольно часто крупные компании уличаются в воровстве и штрафуются проверяющими службами. Среди многочисленных примеров: booking. com, мировой лидер в бронировании гостиниц, который берет слишком большую комиссию, доходящую до 30%, чтобы занять верхнюю строчку с фиктивными положительными оценками. Затем — программное обеспечение AdblockPlus, которое, как выяснилось, блокирует все объявления в интернете, за исключением тех, которые поступают от компаний входящих в «белый список» и избегающих контроля благодаря многомиллионным выплатам.

Совсем недавно власти нескольких европейских стран подали иски к Facebook за нарушение политики передачи конфиденциальности личных данных между крупнейшей социальной сетью и WhatsApp.

В связи с этим необходимо срочно провести различные реформы, чтобы противодействовать неуправляемому распространению вездесущих цифровых технологий на работе и в личной жизни.

Теперь, что касается киберпреступности. Во-первых, компании и организации должны в обязательном порядке улучшить защиту своих сайтов и связанных с ними объектов, во-вторых — национальные и международные структуры надзора должны быть значительно усилены. К сожалению, не исключено, что на все это потребуется много времени, и пока мы не защищены от серьезных кибератак.

Что касается наших личных свобод — тут можно начинать действовать уже сейчас.

Прежде всего, как наркоман, который пытается завязать, каждый пользователь интернета должен уметь сокращать время своего присутствия в сетях. И в целом должен уметь лучше управлять своим временем, чтобы в «реальной» жизни иметь время на размышления, отдых и медитацию. Также жизненно важно освоить комплекс мер, чтобы противостоять информационным перегрузкам, более осторожно пользоваться социальными сетями и защищаться от навязчивых или криминальных посягательств.

Во-вторых, необходимо предпринимать совместные ответные действия. Как дзюдоист использует силу своего противника, чтобы его дестабилизировать, мы должны мобилизовать всю мощь цифровых технологий в совместных действиях, создать зоны оповещения и даже создать групповые сайты реагирования или бойкотирования. В продолжение к этому, совместные платформы могут стать прекрасной альтернативой господству мировых лидеров партисипативной экономики. Мы приводим здесь данные компании fairbooking, которая объединяет около двух тысяч владельцев гостиниц, желающих вырваться из- под натиска booking. com, или других компаний, как, например, кооперативы таксистов, мечтающих спастись от диктатуры Uber. Эти совместные контрмеры должны предприниматься при безупречном соблюдении правил этики и открытости, поскольку только это может гарантировать предоплату или финансирование со стороны известных и независимых спонсоров.

И в-третьих, в то время как наши руководители задаются вопросом относительно места латыни в современном образовании, нам представляется более актуальным запустить уже в начальной школе широкомасштабную программу по обучению «информационно свободных граждан».

И эта программа должна быть рассчитана, как на учеников, так и на их преподавателей и родителей.

Основные тезисы правильного индивидуального и коллективного использования цифровых технологий изложены выше и могут быть дополнены вопросами этики.

Этот переходный период для усвоения беспрецедентных технологических и социальных изменений в истории человечества, несомненно, будет долгим. Надеемся, что наше послание окажется более эффективным, чем нелепые дамбы, возведенные для борьбы с неизбежным повышением уровня океанов.

США. Евросоюз. Франция. Весь мир > СМИ, ИТ. Армия, полиция > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228313


Казахстан. США. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 30 июня 2017 > № 2232633 Юрий Булуктаев

Чем чреват межпоколенческий разрыв в Казахстане?

Автор: Кенже ТАТИЛЯ

Проблема «отцов и детей» существует с незапамятных времен. Но то, что случилось с нашим обществом в 90-е годы прошлого века, когда произошел страшный разрыв между поколениями на ментальном уровне, может считаться явлением беспрецедентного характера. И хотя это был бескровный процесс, вряд ли кто возьмется предсказать, насколько долго его последствия будут сказываться на морально-нравственном состоянии общества.

Причин тут немало. Рухнула всепроникающая идеология, и общество в одночасье предалось философии потребительства. А на смену так называемой морали строителей коммунизма, которая жестко табуировала поведенческие стандарты, ничего вразумительного никто предложить не смог. Сегодня, судя по некоторым тенденциям, этот ментальный разрыв не сокращается, а, наоборот, грозит превратиться в непреодолимую пропасть между поколениями.

Мы попросили высказать свое мнение по этому поводу известного эксперта, профессора Юрия Булуктаева.

– Проблему межпоколенческого разрыва у нас кто-то изучает? Есть ли шанс как-то выправить ситуацию? Если да, то что необходимо для этого сделать?

– Разрыв поколений можно рассматривать как социологический феномен, при котором культурные ценности младшего поколения («детей») сильно разнятся с культурными и прочими ценностями старшего («родителей»). Дети и родители могут воспринимать друг друга как представителей совершенно иной культуры, чуждых интересов, взглядов и мировоззрений.

В 90-е годы прошлого века в Казахстане в молодежной среде (и не только в ней) начался процесс формирования новых культурных (в широком смысле) ценностей, никак не связанных с разрушенной общественно-политической формацией, а поэтому резко отличных от тех ценностей, которыми прежде руководствовались представители старшего поколения. Например, людям в возрасте сложно было на ментальном уровне осуществить идеологический сдвиг от главного принципа социализма – коллективизма – к главному принципу либерализма – индивидуализму. Однако существенного межпоколенческого разрыва и ценностных конфликтов не было, потому что новым ценностям молодые люди обучались, а старики, которые были носителями прежней ценностной системы, к тем же новым ценностям приспосабливались. Иначе они бы не выжили в условиях перехода от плановой экономики к рыночным методам хозяйствования. И, конечно же, было нечто такое, что всех объединяло и нивелировало разрыв между поколениями – это обретение независимости. Именно независимость вдохновляла людей на поиск новых путей развития, на новые дела и свершения. И в этот процесс единовременно включились представители всех поколений – условно говоря, старшего, среднего, молодого. Причем для старшего поколения это было напрямую связано с осознанием перемен, с определением ситуации как изменившейся, с необходимостью жить в новое время.

Здесь следовало бы заметить, что ситуация поколенческого (генерационного) сдвига, когда одновременно одно поколение теряет силу своего влияния на жизнь общества, а другое обретает ее, – это естественный процесс, происходящий во всех без исключения государствах.

То есть можно говорить о смене поколений как о важнейшей динамике, заложенной в истории. Если спроецировать этот принцип на сегодняшний день, то, к примеру, некоторые эксперты утверждают, что суть прошедших в этом году выборов в США и Франции заключается в образовавшемся в этих странах поколенческом разрыве. В США сегодня 30-летние граждане беднее своих сверстников из 1969 года на 30%, а во Франции – на 20%. В то же время у них проявляется чувство исторической боли за грехи, совершенные отцами и дедами – за колониализм, рабовладение, евгенику, мировые войны, пауперизм и прочие вещи. Срок деятельности поколения составляет порядка тридцати лет и распадается на два периода: сначала оно распространяет свои идеи и склонности, а затем последние утверждаются и становятся господствующими. Таким образом, в качестве базовых черт поколения выступают единство возраста (это совокупность сверстников) и общее жизненное пространство.

Ученые выделяют три характеристики поколения: как объективного возрастного статуса, определяемого включенностью в биологический ритм жизни и смерти; как социологически значимой реальности, основанной на общей исторической и социальной судьбе; как духовной общности, единства ценностей и идеалов, предполагающего осознание индивидами своей принадлежности к одному поколению. Для человека возраст – важный компонент самоидентификации. Отсюда как бы объединяющие и идентифицирующие людей термины: «сверстники», «ровесники», «одноклассники», «однокурсники», «однополчане» и так далее. Но ведь можно выделять или противопоставлять поколения и по социальному (типам жизненных стратегий и ценностей), а не по возрастному критерию. Социальный смысл поколения может быть раскрыт через понимание его как определенного местоположения (позиции) в социальном пространстве. Эта позиция определяется тем, что люди одного возраста в определенный период (наиболее значимый для формирования мировоззрения, освоения моделей поведения и усвоения идей) объективно оказываются в конкретно-исторической ситуации, которая характеризуется «ограниченным» набором представленных в обществе образцов поведения, стилей, идей и т.д., то есть общим культурным и историческим контекстом. Именно такой конкретно-исторической ситуацией и таким контекстом для казахстанцев и стало обретение независимости.

Значимые общественные события могут объединить несколько демографических когорт в одно символическое поколение, так же как хронологические сверстники по своим социальным установкам могут сформировать разные. Например, советское поколение так называемых «шестидесятников» – не демографический феномен, а меньшинство среди сверстников, включавшее в себя и представителей других возрастных когорт, элитарное общественное движение образованного слоя, в основном гуманитарной интеллигенции, достаточно пестрое по идеологическим воззрениям, но сильное по своей поколенческой идентичности, групповому доверию. Об этом писал в своих воспоминаниях Мурат Ауэзов, который в бытность студентом МГУ, в те самые 60-е годы основал в Москве движение «Жас Тулпар»: «Дух «жастулпаровского» товарищества и сегодня крепко связывает участников движения. Они сохранили верность своим идеалам, нравственный стержень, готовность служить истине. Пока они живы, им важно передать новому поколению высокий заряд духовности и потребность действовать на пути к достойному будущему». Здесь как раз сформулирована и выражена одна из важнейших функций старшего поколения – передавать свой жизненный опыт новым поколениям.

Поколенческая проблематика давно уже является предметом пристального внимания ученых во всем мире. Еще древнегреческий философ Демокрит говорил: «Благоразумие отца есть самое действенное наставление для детей». Огюстом Контом, французским философом и одним из создателей позитивистской философии и социологии, в первой половине 19-го века впервые была выдвинута идея о взаимосвязи межпоколенной динамики и темпов социального прогресса: рост продолжительности жизни и медленное обновление поколений приводят к инертности и доминированию консерватизма; сокращение жизни и быстрая смена поколений не позволяют стабилизировать инновации и нарушают общественный порядок.

Известен и марксистский подход, в соответствии с которым «история есть не что иное, как последовательная смена поколений»: «поколение, с одной стороны, продолжает унаследованную деятельность при совершенно изменившихся условиях, а с другой – видоизменяет старые условия посредством совершенно измененной деятельности». Постклассический этап поколенческого анализа связан с работами американских социологов второй половины ХХ века. Поколение в них трактуется либо как объект социализации (Т. Парсонс, Ш. Айзенштадт, М. Мид, П.А. Сорокин), либо как субъект социально-политического конфликта. Имеет право на существование и точка зрения сторонников обоснования причины всех межпоколенных конфликтов извечным соперничеством отцов и сыновей («эдиповым комплексом» по Фрейду). Например, в наше время некоторые из исследователей обозначили в современном западном обществе довоенное (1910-1930 г.р.), молчаливое (1930-1940), поколение протеста (1940-1955), потерянное (1955-1970) и поколение «икс» (родившиеся после 1970 г.).

В российском обществе отдельные эксперты выделяют околовоенное (1920-1940 гг.р.), доперестроечное (1940-1960), поколение переходного периода (1960-1970) и послеперестроечное поколение (родившиеся после середины 1980-х гг.). И хотя подобная поколенческая периодизация истории различных обществ весьма условна, она позволяет обозначить проблему специфики и неоднородности поколенческих общностей, определяющую различные типы мышления и поведения людей.

Если мне не изменяет память, в Казахстане специально поколенческая проблематика (и разрыв между поколениями в частности) за последние два с половиной десятка лет практически не поднималась. Но фрагментарно отдельные вопросы рассматривались в ходе научных проектов и исследований, посвященных в основном молодежи, реже – проблемам старшего поколения. Вообще же, любой уважающий себя и свою профессию социолог, проводя опрос населения, соблюдает стандартную выборку респондентов, которая включает и возрастной срез. Поэтому при желании в ходе изучения общественного мнения по тому или иному вопросу всегда можно отследить динамику становления поведенческих стереотипов и ценностей различных возрастных когорт, механизмы наследования культурных устоев и т.д. Оптимальной тактикой качественного исследования в рамках поколенческого анализа является также биографический метод, ведь именно биографические характеристики (жизненный путь, ценностные ориентации, поведенческие образцы, причины межпоколенческих конфликтов) составляют специфику каждого конкретного поколения. Например, как считают некоторые исследователи, историями жизни всего двух женщин – матери и дочери – может быть показан поколенческий разрыв в видении гендерных ролей.

– Если предположить, что в наших условиях точка бифуркации в этом смысле уже пройдена, то чем это может грозить обществу? И что нужно делать в таком случае?

– Несмотря на участившиеся в последнее время случаи геронтологического насилия, растущее отставание представителей старшего поколения от молодежи в деле освоения IT-технологий и интернет-пространства, а также факты вопиющего игнорирования норм морали и нравственности в поведении людей различных возрастных когорт, межпоколенческий разрыв в Казахстане не огромен и не является критическим. К примеру, связь и преемственность поколений, стремление хранить в памяти народной подвиги своих предков демонстрирует массовый характер акции «Бессмертный полк». Это действительно всплеск общественного сознания, ведь люди всех возрастов идут на гражданский парад Победы с портретами отцов, дедов и прадедов не по принуждению, а по зову сердца и души. И потому уж совсем жалкими выглядят провокационные потуги некоторых «диванно-фейсбучных батыров» (как их нарекли в соцсетях) вбросить в сознание масс лозунги типа «это не наша война», «9 мая – это не праздник, а день скорби» и т.п. К счастью, большинство вменяемых людей, представителей разных поколений, понимает, что говорить «это не наша война» просто кощунственно, а день скорби – это 22 июня, день начала Великой Отечественной войны.

Если бы в сегодняшней ситуации сохранялся огромный разрыв между поколениями, то это могло бы стать фактором дестабилизации общества в будущем. Поскольку преемственность и солидарность поколений не только в огромной мере формируют социум, но и являются условием, мерилом и важным элементом общественного прогресса. Поэтому так важно крепить межпоколенческую связь и солидарность. Необходимо в рамках объявленной модернизации социогуманитарного знания, наряду с актуализацией ряда научных направлений и тем, вычленить и предмет поколенческого анализа – «Возрастные группы как агенты социального изменения». Ну и конечно, в целом на динамику и качество межпоколенческих связей решающее воздействие будут оказывать системные процессы воспитания, образования, социализации.

Казахстан. США. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 30 июня 2017 > № 2232633 Юрий Булуктаев


Россия. КНДР. США > Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 30 июня 2017 > № 2232554 Андрей Ланьков

Рабство мечты. Зачем Госдеп борется с северокорейскими лагерями в России

Андрей Ланьков

США, обеспокоенные ядерной программой Пхеньяна, имеют все основания стремиться финансово удушить Северную Корею. Но попытки называть корейскую трудовую миграцию «рабством» и изображать борьбу с ней как заботу о северокорейских гражданах не имеют никакого отношения к реальности

Госдепартамент США опубликовал очередной доклад, посвященный проблеме торговли людьми (human trafficking), и там обнаружились неожиданные претензии к России. В докладе сообщается, что на территории России находятся «трудовые лагеря», в которых содержатся северокорейские рабочие.

Сама формулировка – «трудовые лагеря» – вызывает в воображении страшные картины, заставляя вспоминать о Колыме 1937 года. Вдобавок в докладе Госдепартамента говорится о том, что десятки тысяч северокорейских рабочих подневольно трудятся по 20 часов в сутки за скудный паек. Вывод делается вполне однозначный: Россия, как и ряд других стран, где находятся северокорейские рабочие, использует подневольный труд и должна немедленно отказаться от этой порочной практики.

Автор этих строк занимается Северной Кореей уже более трех десятилетий, и за это время мне не раз доводилось беседовать с теми гражданами КНДР, которые работали – или сейчас работают – за границей. В том числе с теми, кто из лагерей бежал и потом перебрался в третьи страны. Поэтому, ознакомившись с докладом Госдепартамента, я не могу удержаться, чтобы не задать один простой вопрос: а как именно рабочие оказываются в этих лагерях, на каком основании этих якобы рабов XXI века отбирают для отправки в «трудовые лагеря»?

Ответ может удивить многих. Формально на работу в Россию, Китай и Ближний Восток власти КНДР направляют квалифицированных рабочих, которые вдобавок отличаются идейно-политической устойчивостью. Но на практике важнейшим критерием отбора уже давно является способность кандидата заплатить взятку местному начальству, причем речь идет о весьма внушительной, по северокорейским меркам, сумме.

Мне как-то не приходилось слышать, чтобы африканцы в XVII веке платили работорговцам за право подняться на борт судна, увозящего их трудиться на сахарных плантациях Карибских островов. Не попадалось историй и о том, чтобы черные рабы, вернувшись после нескольких лет работы на этих плантациях, оставляли часть заработанного там для того, чтобы по прошествии нескольких лет вновь заплатить за право подняться на борт уходящего в Америку корабля.

Сам по себе факт, что за возможность поработать в этих «трудовых лагерях» в Северной Корее нужно платить немалые деньги, показывает: какими бы тяжелыми ни были там условия труда, рабским этот труд считать не приходится.

Для подавляющего большинства северокорейцев работа за границей означает возможность радикально улучшить имущественное и социальное положение – и свое собственное, и своей семьи. Более того, для многих из них это вообще единственный шанс на социальную мобильность.

Традиции лесорубов

История северокорейских рабочих в России-СССР началась еще до формального провозглашения КНДР. Первые группы рабочих были завербованы для работы на рыбных промыслах и лесозаготовках Дальнего Востока в 1946 году, когда северная часть Корейского полуострова находилась под прямым управлением Советской армии. Речь идет о весьма масштабной миграции: за период 1946–1949 годов на работу в СССР прибыло 26 тысяч человек. Многие из них по истечении срока контракта постарались не возвращаться домой. Некоторым это удалось – они благополучно влились в сахалинскую корейскую общину.

Однако по-настоящему история трудовой миграции началась после того, как в 1966 году на закрытой встрече Ким Ир Сена и Брежнева во Владивостоке было принято решение регулярно отправлять в СССР северокорейских рабочих. Проект этот благополучно пережил распад СССР, голод в КНДР, неоднократную смену высшего руководства и частые изменения политического курса обеих стран. Он продолжает функционировать и сейчас.

В этом нет ничего удивительного: большинство проектов советско-северокорейского (а потом и российско-северокорейского) сотрудничества были экономически малоцелесообразными, осуществлялись исключительно по политическим соображениям и в силу этого оказались нежизнеспособными. Но к поставкам рабочей силы это не относится: с самого начала речь шла об экономически оправданном и взаимовыгодным проекте. От него выигрывала и российско-советская сторона, получавшая дешевую и дисциплинированную рабочую силу, и Северная Корея, которая могла зарабатывать валюту, и сами северокорейские рабочие.

В 1970–1990-х годах количество северокорейских рабочих, находящихся в каждый конкретный период на территории СССР, колебалось между 15 и 20 тысячами человек. В основном они были заняты на лесозаготовках в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке.

Поначалу, как вспоминают северокорейцы старшего поколения, мысль о поездке зимой в сибирскую тайгу особого энтузиазма не вызывала, и рабочих действительно приходилось направлять туда в принудительном порядке. Но не прошло и нескольких лет, как ситуация радикальным образом изменилась: жители КНДР обнаружили, что их соседи, отработав в Сибири положенные два года, возвращались в родные места настоящими богачами – конечно, по скромным меркам тогдашней Северной Кореи. Корейцы старшего поколения до сих пор с удивлением вспоминают, как на улицах их городков в семидесятые вдруг стали появляться парни на собственных мотоциклах – ИЖ и «Явы» были привезены их владельцами из СССР.

Платили рабочим действительно очень мало – в начале 1980-х водитель тяжелого грузовика или лесоруб зарабатывал 50–80 рублей в месяц, то есть раз в пять меньше, чем за такую же работу получал бы гражданин СССР. Но рабочим предоставляли жилье и еду, так что деньги эти особо не тратились, и за два года – именно столько длилась тогда типичная командировка – у жившего на всем готовом рабочего скапливалась тысяча-другая советских рублей.

На эти деньги покупались товары, которые пользовались спросом в КНДР, – от холодильников и мотоциклов (в те времена – символы крайней роскоши, аналог «Порше», а то и собственного самолета) до телевизоров, эмалированных тазов и кастрюль. Все это грузили в контейнеры и отправляли домой для последующей перепродажи, так что два года в Сибири гарантировали 5–8 лет спокойной и сытой жизни всей семье. Конечно, под «сытой жизнью» подразумевается возможность почти ежедневно есть рис, а временами и свинину, но в Северной Корее семидесятых такое имели далеко не все.

Разумеется, за право быть отобранным нужно было платить и тогда: стандартным вознаграждением начальнику, который порекомендовал тебя на работу в СССР, служил телевизор – сначала черно-белый, а потом, примерно с 1980–1985 годов, все чаще цветной.

Конечно, особой идиллией считать жизнь рабочих не приходилось. Северокорейские лагеря лесорубов с самого начала представляли собой государство в государстве, и присутствовавшие там представители северокорейских спецслужб внимательно следили за настроениями и поведением рабочих. За отклонения от предписанных правил поведения лесорубов ждало суровое наказание. По возможности виновных и подозрительных вывозили из СССР на родину и разбирались с ними уже там, а для их временного содержания в самых крупных северокорейских лагерях лесорубов были оборудованы тюрьмы. В тех случаях, когда вывоз был затруднен, а человек казался действительно опасным, северокорейские компетентные органы без особых колебаний прибегали и к физической ликвидации – советским властям сообщали, что человек стал жертвой несчастного случая или вовсе пропал без вести.

Впрочем, подобное происходило редко. В своем большинстве северокорейские рабочие не были склонны обсуждать сообщения «ревизионистской советской прессы» и вообще беседовать на политические темы, да и законы они в целом старались не нарушать. Главная их задача была проста и понятна – заработать денег для семьи, и с этими деньгами благополучно вернуться домой. Немалую роль играло и то, что с самого начала на работу за рубеж отправляли только тех, у кого дома остаются жены и дети, – им есть к кому возвращаться, а в случае нежелательного поведения рабочего в распоряжении властей имеются заложники.

На ситуацию с северокорейскими рабочими перестройка повлияла на удивление мало. Потребность в дешевой рабочей силе никуда не делась. Хотя в кризисные девяностые количество северокорейских рабочих ожидаемо сократилось, после 2000 года их численность опять стала расти и сейчас доходит примерно до 30 тысяч человек.

Правда, характер работы изменился: ныне лесорубы составляют лишь небольшую часть всех северокорейских рабочих. Граждане КНДР работают в строительстве, сельском хозяйстве, пищевой и легкой промышленности, сфере обслуживания.

Оброком легким заменил

Северокорейские власти стремятся как можно плотнее контролировать своих граждан за рубежом, поэтому обычно расселяют их компактно, в общежитиях или, если они работают в сельской местности, в пресловутых лагерях. Но значительная часть северокорейских рабочих в России с конца 1990-х годов оказалась «отпущенной на оброк». Им разрешено не только свободно перемещаться по российской территории, но и самим искать себе работу.

Подразумевается, что они будут отдавать государству некоторую фиксированную сумму, а все заработанное сверх оставят себе. В большинстве случаев таким правом свободного поиска пользуются небольшие бригады сельскохозяйственных или строительных рабочих, выполняющие мелкие частные заказы. Во многих случаях дополнительную внеурочную работу на стороне ищут и те, кто работает организованными группами на крупных предприятиях и стройках.

Размер «оброка» фиксирован и зависит от ряда факторов, включая квалификацию рабочего, условия местности, где он находится (например, выплаты на Сахалине, с его нефтегазовым благополучием, обычно выше, чем на материке). В России в большинстве случаев выплаты, формально именуемые «плановым взносом», сейчас составляют от 500 до 900 долларов в месяц.

Некоторая часть этих денег оказывается в карманах северокорейских менеджеров и спецслужбистов, которые окормляют рабочих, но в основном они все-таки поступают в северокорейский государственный бюджет. Именно эти поступления, в сумме составляющие несколько сотен миллионов долларов в год, и являются основной причиной того, что КНДР активно посылает рабочих за рубеж, а Госдепартамент США пытается эту практику прекратить.

Впрочем, внакладе не остаются и те, кого в докладе Госдепартамента назвали «рабами». Обычной для России является ситуация, когда рабочий, сделав обязательные платежи, а также оплатив повседневные расходы, питание и жилье, может откладывать 150–300 долларов в месяц. Чтобы понять значение этой суммы, надо иметь в виду, что средняя зарплата мужчины-рабочего в КНДР сейчас составляет 50–70 долларов в месяц, и с этого еще нужно кормить семью. Если учитывать, что большинство рабочих находится на территории России в течение двух-трех лет, то вполне реально вернуться домой с 4000–6000 долларов.

Сумма эта, по северокорейским меркам, весьма внушительная, а до недавнего времени была вообще огромной. В большинстве случаев рабочий использует эти деньги на то, чтобы купить своей жене торговую точку, минимальная стоимость которой в Пхеньяне сейчас составляет около пяти тысяч долларов (в провинции стандартная торговая точка, или 75 см прилавка на рынке, стоит существенно меньше). Если ситуация благоприятствует, то на эти деньги можно открыть и что-то более серьезное – например, столовую или швейную мастерскую.

Деньги эти можно использовать и иначе – например, потратить на образование детей, оплатив занятия с репетиторами и увеличив их шансы поступить в хороший вуз. Наконец, их можно потратить на жилье. Конечно, в последние годы цены на недвижимость в крупных северокорейских городах выросли чрезвычайно, и пяти тысяч долларов сейчас не хватит даже на хибарку на дальней окраине столицы, но в сельской местности за эти деньги все еще можно решить квартирный вопрос.

Вместо пенсии и стипендии

Понятно, что просто так поехать за границу невозможно. Прошли те патриархальные времена, когда советский телевизор, подаренный секретарю партбюро после поездки в Хабаровский край, воспринимался как адекватное выражение благодарности. Сейчас в ходу всеобщий эквивалент – американский доллар и его собрат, китайский юань.

Стандартная взятка за право выехать на работу в Россию составляет 500–700 долларов. Это, кстати, существенно больше, чем взятка за выезд в другие страны, которые тоже принимают северокорейских рабочих: за выезд в Китай достаточно заплатить 200 долларов, право на «рабский труд» в одной из стран Ближнего Востока обойдется желающему в 400–500 долларов.

Среди северокорейских рабочих Россия считается страной с очень хорошими зарплатами и неплохими условиями жизни. Привлекательности ее способствует и та свобода, которой в России пользуются северокорейские рабочие: в Китае, например, им практически запрещен выход с территории предприятий. Понятно, что за право поработать в России многие в Северной Корее готовы хорошо заплатить.

После возвращения из-за границы рабочие проходят интенсивный курс идеологической переподготовки, который должен нейтрализовать то вредное знание об окружающем мире, которое неизбежно проникает в их головы. Потом на протяжении примерно года им полагается потрудиться по прежнему месту работы – и после этого они опять могут быть отобраны для поездки за границу. Подавляющее большинство мечтает именно о таком варианте, тем более что оставшиеся от прошлой поездки деньги облегчают общение с начальством и компетентными органами.

Впрочем, даже скромная торговая точка, которой заправляет жена удачно съездившего за границу северокорейца, приносит его семье доход, существенно превышающий средний, так что и одной поездки достаточно для того, чтобы гарантировать семье скромный достаток.

Это важно в том числе и потому, что в Северной Корее закончились времена «бури и натиска», когда, с одной стороны, ты мог вполне реально умереть от голода, а с другой – даже при отсутствии особых связей прогрызть себе дорогу в «верхние 3%». Сейчас даже скромный бизнес невозможно начать без стартового капитала, а у большинства населения страны этого капитала нет. Поэтому для рядового северокорейца, без особых связей и образования, но с умелыми руками и готовностью работать много (если нужно, и по 20 часов, здесь Госдепартамент прав), несколько лет работы за границей – это едва ли не единственный шанс подняться на пару ступенек по социальной лестнице, гарантировать семье относительную имущественную стабильность, дать детям образование и купить антибиотики больным родителям.

Не надо строить иллюзий: условия, в которых трудятся северокорейские рабочие, крайне тяжелые, но они, как правило, все равно заметно легче, чем те, в которых им пришлось бы трудиться дома, причем за меньшие деньги. Нет сомнений, что и рабочий день продолжается «столько, сколько надо», и отношение к технике безопасности весьма безответственное. Только дело тут не в том, что злобные северокорейские спецслужбисты заставляют рабочих бесплатно трудиться по две смены – рабочие делают это сами, потому что им за это платят столько, сколько они никогда не смогли бы заработать дома.

Да, северокорейские спецслужбы тщательно отслеживают поведение рабочих, и любые проявления вольнодумства караются ими весьма жестоко. Но и вольнодумства, и побегов среди рабочих на удивление мало. С одной стороны, рабочие знают, что в случае побега пострадает оставшаяся на родине семья. В наши либеральные времена жену и детей беглеца больше не отправляют в лагеря, но вот ни о какой хорошей работе и о праве жить в большом городе они могут больше не мечтать. С другой – большинство рабочих, включая и тех, кто не слишком хорошо относится к существующему в КНДР режиму, едут за границу, чтобы заработать деньги на решение проблем своей семьи, и вовсе не хотят ставить эту главную задачу под угрозу.

Цели и фразы

Однако сейчас, как мы видим, у них нашлись защитники – как в Госдепартаменте, так и среди западных либералов, которые хотят запретить северокорейскую трудовую миграцию.

С позицией США все понятно: администрация Трампа сделала ставку на экономическое давление на Северную Корею. Расчет на то, что Пхеньян, столкнувшись с международными санкциями и ухудшением экономического положения, решит отказаться от ядерного оружия. Расчет этот, конечно, неверен: от ядерного оружия руководство КНДР не откажется ни при каких обстоятельствах, даже если сохранение ядерной программы будет означать новый голод и гибель значительной части населения страны.

Однако в Вашингтоне сохраняются по этому поводу немалые иллюзии, и сейчас американская дипломатия последовательно работает над тем, чтобы закрыть все каналы финансирования северокорейского режима, включая и поставки рабочей силы, которые являются заметным источником валютных доходов Пхеньяна.

Тут, как говорится, американцы «в своем праве»: у них, как и у других стран, включая и Россию, есть все основания опасаться и самой ядерной программы Северной Кореи, и того негативного влияния, которое эта программа оказывает на стабильность режима нераспространения. Конечно, для экспертов очевидно, что санкции не приведут к желаемому результату, но сам факт их введения понятен и не вызывает принципиальных возражений.

Возражения вызывает другое – попытки представить усилия, направленные на финансовое удушение Северной Кореи, в виде заботы о правах северокорейского населения. Прекращение трудовой миграции вовсе не означает, что северокорейские рабочие вернутся домой и будут там трудиться в кондиционированных цехах по 8 часов в день с соблюдением всех правил техники безопасности. Нет, условия работы дома будут у них, скорее всего, гораздо хуже, чем те, с которыми они сталкиваются в России, а вот зарплаты будут меньше во много раз. Их дети не смогут получить качественное образование, их родители умрут раньше времени без импортных лекарств, а их семьи вместо риса и временами жареной свинины будут питаться опостылевшей вареной кукурузой.

Конечно, США не обязаны заботиться о благополучии страны, на улицах которой время от времени появляются плакаты, оптимистически показывающие горящий Вашингтон. Но было бы куда лучше, если бы акт экономического противостояния не подавался в упаковке из высокоморальной риторики. Впрочем, понятно, что надеяться на это не приходится: подобная риторическая упаковка используется большими и малыми странами для продвижения собственных интересов с незапамятных времен.

Россия. КНДР. США > Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 30 июня 2017 > № 2232554 Андрей Ланьков


США > Медицина > forbes.ru, 29 июня 2017 > № 2226160 Егор Гончаренко

Нутригеномика и персонализация диет: решение для мирового здравоохранения или очередная коммерческая идея?

Егор Гончаренко

сооснователь компании Gettable

С помощью углубления исследований можно обеспечить потребителей большим количеством информации о личном обмене веществ и подходах в питании для оздоровления организма. Это подстегивает рост ниши персонализированных диет.

Идея персонализация диет и кастомизации меню «по запросу» интригует западный рынок последние пару лет. Это направление захватило медицину, производителей девайсов, рестораны и ритейл.

Один из громких трендов — использование генетического тестирования для формирования питания. В основу подхода лег, например, парадокс, которое долгое время привлекал исследователей инуитов (коренных народов Северной Америки). Эта этническая группа по большей части питалась рыбой, китовым и тюленьим мясом. Но несмотря на обилие жиров они никогда не страдали сердечными приступами. Ученые считают, что наши современники, которые унаследовали гены северных народов могут позволить себе лишний кусочек жирного без вреда для здоровья.

В целом суть концепции персонализированного питания заключается в том, что есть гены, которые влияют на ожирение, сытость и склонность к определенным болезням. Получило широкое распространение исследование, в котором приняли участие 1000 европейцев. Оно показало, что персонализированные диеты подтолкнули к здоровому образу жизни большее количество участников экспериментов по сравнению с эффектом от общих рекомендаций по диетическому питанию. Однако не все было так однозначно. Оказалось, что обычные предпочтения людей и их здравомыслие в еде давали аналогичные положительные результаты.

В этом плане интересен еще один нюанс — работа глубокого поведенческого эффекта от применения персонализированного питания. Об этом говорит другое исследование от компании Nutrigenomix, которое выявило, что если людям давался совет ограничить потребление натрия — они в большинстве случаев этого не делали. Но если к рекомендациям добавлялась строка «У вас есть ген, который увеличивает риск гипертонии из-за потребления натрия», — рекомендация сразу начинала беспрекословно исполняться в течение многих лет.

Сейчас на основе своих разработок Nutrigenomix анализирует набор из 45 генов для подготовки плана здорового и спортивного питания (стоимость теста — 400 $). Основатель стартапа, профессор и исследователь Университета Торонто Ахмед Эль-Сохеми, например, выделяет ген CYP1A2, который влияет, в том числе, на то, принесет ли кофе человеку вред или пользу. Так, известные факты, что несколько чашек кофе в день может помочь защититься от рака простаты. Оно полезно для работы кишечника. А также этот тот самый напиток, из которого большинство американцев получают большую часть своих антиоксидантов. Но есть и негативный эффект. Благодаря анализу гена CYP1A2 компания выявляет людей, которых кофе доведет до сердечного приступа и диабета.

Эль-Сохеми и его команда далеко не единственные последователи персонализированного питания. Израильский иммунолог Эра Эвиан планирует развивать бизнес в сфере консультирования по разумному потреблению сахара. Она утверждает, что совет не есть сладкого не одинаково эффективен для всех. Именно поэтому США имеет слабые результаты в борьбе с ожирением. Так, согласно ее исследованиям среди 800 человек одно и то же мороженое давало совершенно разный уровень повышение сахара (гликемический отклик). Ее подход не основывался на генетическом анализе, но учитывал анализ крови, вкусовые привычки, антропометрию, физическую активность и кишечную флору.

Вслед за тенденцией индивидуального меню на рынок вышли проекты, ориентированные на определенный возраст человека. Так, Plumorganics берет на себя вопрос правильного питания детей. Меню стартапа зачастую состоит из капусты, лебеды и моркови. Основатели проекта верят в свой успех и не останавливаются на достигнутом. С ориентацией на взрослых они разработали приложение для анализа ДНК на дому Habit. Пользователю необходимо проколоть палец и провести им по экрану телефона и смочить вату слюной и также приложить его к своему гаджету. Результатом станут подробные рекомендации питания (стоимость — 299 $). Например, вам могут предложить есть ту самую лебеду из детского меню. Меню «под вас» приготовит и доставит эта же компания на дом за 15 $ за прием пищи.

Существуют проекты, которые работают уже с заболевшими людьми. Так, Icdietproject на основе собственных исследований подбирают питание для борьбы с циститом. В США работает сервис по доставке еды для больных раком Savorhealth.

Под занавес стоит отметить, что наука еще не доверяет связи между нашими генами и питанием. Международный журнал эпидемиологии отмечает, что пока нет доказательных статистических данных об ощутимом эффекте от такого подхода.

Однако, вероятнее всего, следуя за коммерциализацией персонализированного питания и нутригеномики, эта ниша будет углубляться — ведь простор для исследований велик. Если сейчас анализируется 45 генов, то всего человек носит информацию 25 000 активных генов. С помощью углубления исследований можно будет обеспечить потребителей большим количеством информации о личном обмене веществ и подходах в питании для оздоровления организма. И в таком случае, если персонализированные диеты станут ключом к решению проблемы общественного здравоохранения, борьбы с ожирением, важно дать возможность получить информацию о себе миллионам людей. Это означает сделать тесты генов доступными. Но возможен и другой вариант развития событий, при котором от идеи персонализации как массового подхода откажутся. И, как показало европейское исследование, разумный выбор и умеренность в еде, физическая активность, ориентация на собственные потребности и анализ реакций организма на тот или иной продукт и останутся самой лучшей персонализацией.

США > Медицина > forbes.ru, 29 июня 2017 > № 2226160 Егор Гончаренко


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter