Всего новостей: 2402633, выбрано 884 за 0.154 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 22 февраля 2018 > № 2506541

В этом году на Сахалине переведут на общероссийский стандарт 52,4 километра железной дороги, сообщается на сайте правительства Сахалинской области.

Новая рельсошпальная решетка будет уложена на перегонах западного побережья острова между Чеховым, Новоселово и Томари, а также от Ильинского до Арсентьевки. Помимо перешивки на участках дороги от Арсентьевки до Буюклы предстоит построить 32 новых моста и реконструировать ряд станций. Продлятся работы с 25 апреля по 1 октября.

Напомним, что в прошлом году в рамках Восточного экономического форума – 2017 было подписано соглашение о сотрудничестве между ОАО «РЖД» и правительством Сахалинской области в период производства работ по переустройству инфраструктуры с колеи 1067 мм на колею 1520 мм до 2020 года. Документ предусматривает взаимодействие, направленное на сохранение уровня транспортной обеспеченности Сахалинской области на период частичного прекращения железнодорожного сообщения при производстве работ по переустройству инфраструктуры в рамках проекта «Модернизация железнодорожной инфраструктуры острова Сахалин». В частности, стороны намерены совместно совершенствовать управление грузопотоками, в том числе за счет оптимизации логистических схем и привлечения альтернативных видов транспорта.

Полностью завершить реализацию проекта планируется в 2020 году. Однако для этого, как не раз отмечалось на совещаниях всех уровней, необходима более тщательная проработка схем и технологии доставки на остров соответствующих материалов и техники, графиков основных работ с учетом периодов остановки движения и минимизации потерь для клиентов компании.

Бэлла Ломанова

Россия. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 22 февраля 2018 > № 2506541


Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 21 февраля 2018 > № 2503821

Якутия выделяет дополнительные «дальневосточные гектары».

Более 7,6 тысяч гектаров в течение прошлого года оформили якутяне в рамках реализации проекта «Якутский гектар», сообщает сайт регионального правительства.

Напомним, «Якутский гектар» — это комплекс мероприятий для оказания поддержки гражданам, ведущим крестьянское хозяйство, личное подсобное хозяйство, сайылычное хозяйство, лесное хозяйство, и гражданам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, утвержденный Указом Главы Республики Саха (Якутия) по оказанию дополнительных мер поддержки гражданам при реализации ФЗ «О дальневосточном гектаре».

Сегодня граждане, решившие осваивать и развивать производство на земле, могут воспользоваться и рядом специальных мер поддержки.

В 2018 году участникам программы «Дальневосточный гектар» доступен ряд субсидий, в том числе по поддержку начинающих фермеров, поддержке семейных ферм, строительству коневодческих баз, субсидирования части затрат, связанных с уплатой первоначального взноса при заключении договора лизинга оборудования с российскими лизинговыми организациями, части расходов субъектов малого предпринимательств, занятых производством местной продукции. Представителям малого и среднего бизнеса предоставляются поручительства и микрозаймы.

Одним из положительных примеров является хозяйство предпринимателя из Эмисского наслега Амгинского района Егора Константинова, который более 5 лет совместно с братьями занимается коневодством и скотоводством. В прошлом году он решил расширить свое домашнее хозяйство и заняться разведением лошадей и крупного рогатого скота. По программе “Дальневосточный гектар” предприниматель оформил 5 гектаров. Еще 100 Га получил по проекту “Якутский гектар”. Сейчас он активно осваивает землю. В планах расширение производства мяса до 4 тонн в год.

Как отметил на Восточном экономическом форуме президент страны Владимир Путин, «люди, получив землю, не только начинают свое дело, но и, объединяясь, впервые за десятилетия основывают на Дальнем Востоке новые поселения. Правительству и регионам необходимо оказывать им финансовую помощь, содействовать в создании коммунальной инфраструктуры». Формирование таких поселений на особо контроле у вице-премьера правительства РФ Юрия Трутнева. На состоявшемся 14 февраля заседании правительственной подкомиссии по вопросам реализации инвестиционных проектов на Дальнем Востоке и в Байкальском регионе рассмотрены в том числе и проекты по строительству инфраструктуры для формирующихся поселений на дальневосточных гектарах.

В Плане социально-экономического развития Дальнего Востока на 2018-2019 выделено финансирование на обустройство территорий скопления «дальневосточных гектаров». Речь идет о территориях, где будут формироваться новые поселения. Сегодня в Якутии ведется работа по планированию инфраструктуры для формирующимся поселений на «дальневосточных гектарах» в трех населенных пунктах Якутии (село Булун Амгинского района, село Нижний Бестях Мегино-Кангаласского районеа и село Антоновка Нюрбинского района).

Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 21 февраля 2018 > № 2503821


Россия. ДФО > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 13 февраля 2018 > № 2494227 Сергей Иванов

Встреча с главой компании «АЛРОСА» Сергеем Ивановым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с генеральным директором акционерной компании «АЛРОСА» Сергеем Ивановым. Обсуждались результаты деятельности алмазодобывающей корпорации за 2017 год и январь текущего года, а также планы работы на перспективу. Отдельно Сергей Иванов рассказал о произошедшей в минувшем году аварии на руднике «Мир» и ликвидации последствий чрезвычайного происшествия.

В.Путин: Сергей Сергеевич, добрый день!

Что это Вы такое принесли интересное?

С.Иванов: Владимир Владимирович, в конце прошлого года добыли два уникальных алмаза. Это самые дорогие по стоимости алмазы, добытые за всю историю российской и советской алмазодобычи. Это уникальный розовый алмаз – 28 карат – уникальных цветовых характеристик.

В.Путин: Это большой считается?

С.Иванов: Да, и самое главное, розовые всегда самые дорогие на аукционах.

В.Путин: Редкие?

С.Иванов: Да, и жёлтый, очень интенсивный цвет. Это уникальные характеристики. Природа помогла нам в конце прошлого года.

В.Путин: Не скажешь даже, что это алмазы.

С.Иванов: Да, выглядят, как стёкла. Это [добыто] на наших россыпных месторождениях нашей дочерней компанией «Алмазы Анабара».

Владимир Владимирович, разрешите доложить результаты деятельности компании за 2017 год и январь текущего года. Компания вышла на рекордный уровень алмазодобычи по итогам 2017 года. Такой объём был в последний раз зафиксирован в 1990 году. Мы добыли почти 40 миллионов карат алмазов.

Компания продолжает оставаться крупнейшим налогоплательщиком в бюджет Республики Саха. Налоги в бюджеты всех уровней составили свыше 66 миллиардов рублей по прошлому году.

Компания выплатила также рекордные дивиденды: около 22 миллиардов рублей в бюджет республики, соответственно, в федеральный бюджет – тоже около 22 миллиардов рублей.

Компания продолжает создавать рабочие места. Мы запускаем наш уникальный проект – новое месторождение Верхне-Мунское. Там будет создано около 700 рабочих мест. Осенью приглашаем Вас на торжественный запуск месторождения.

Техника, автопоезда будут возить руду на нашу 12-ю фабрику в городе Удачный, 150 километров. Уже прошло опробование первой партии руды, мы перевезли 75 тысяч тонн, хорошее содержание, будет хорошая экономика, и хорошая дополнительная поддержка республике [Саха], и дополнительные мощности по «АЛРОСА».

Сегодня коллектив группы составляет более 36 тысяч человек. У нас достаточно хорошая средняя зарплата, она выше в три раза, чем в среднем по Российской Федерации. Мы продолжаем индексировать оклады в соответствии с коллективным договором.

Продолжаем инвестировать в объекты социальной инфраструктуры, наши курортные объекты, реабилитационный центр, больницы. По итогам прошлого года такого рода инвестиции составили более девяти миллиардов рублей.

В.Путин: Как удалось справиться с аварией?

С.Иванов: Для нас это было серьёзное испытание. После того как закончилась аварийно-спасательная операция, в первую очередь была оказана поддержка родственникам погибших шахтёров. Нам удалось вывести на поверхность 143 человека, восемь человек, к сожалению, остались под землёй.

После этого, в соответствии с Вашими указаниями, была немедленно организована работа по трудоустройству сотрудников, которые были заняты на руднике «Мир», более тысячи человек.

Хотел доложить, что свыше 700 человек нам уже удалось устроить в группе «АЛРОСА», мы этим занимались четыре месяца. Несколько сотен человек, которые приезжали на заработки из других регионов, предпочли получить солидное выходное пособие и вернулись в те регионы, из которых они приезжали на работу.

Сейчас у нас под вопросом остаётся трудоустройство около 50 человек. При этом в банке вакансий компании сегодня у нас более 350 вакансий, поэтому мы проблему точно решим. Плюс часть сотрудников у нас будет устроена на нашем месторождении Верхне-Мунское в IV квартале.

В.Путин: Причины аварии ясны?

С.Иванов: Владимир Владимирович, работала комиссия Ростехнадзора. С Алексеем Алёшиным мы вместе вылетели сразу после аварии. Были привлечены более 16 самых авторитетных российских экспертных организаций. Расследование шло совершенно объективно. В результате расследования единогласно все эксперты пришли к трём причинам.

Первое – это проектные ошибки, допущенные в 2000-х годах. Второе – это подтопление карьера в 2011 году, когда сломалось несколько насосов. И третье – это гидрогеологическая сложность месторождения. По всем выводам комиссии организована работа.

Мы сейчас серьёзно перестраиваем систему промышленной безопасности внутри компании, все инциденты немедленно сканируются, по ним принимается решение. Это наша основная задача на 2018 год.

В.Путин: Семьям погибших как вы помогаете?

С.Иванов: Всем семьям обеспечены выплаты: это и страховые выплаты, и прямая поддержка от компании «АЛРОСА», поддержка бюджета Республики Саха.

Там было четыре семьи, которые непосредственно проживали в Мирном, и четыре семьи белгородских подрядчиков. Губернатор Белгородской области также принял решение оказать отдельную адресную поддержку из бюджета Белгородской области.

В.Путин: Вы с ними встречались?

С.Иванов: Да, с семьями были встречи. Конечно, пока шла спасательная операция, все погибшие шахтёры были признаны пропавшими без вести, поэтому на плечи семей легла очень тяжёлая нагрузка.

В.Путин: Пропавшие без вести – это значит, что им не выплачивают соответствующие деньги.

С.Иванов: Владимир Владимирович, все вопросы были решены оперативно. Мирнинские суды в минимальные сроки приняли соответствующие решения, и мы в течение нескольких недель осуществили первые выплаты и дальше держали на контроле поступление всех оставшихся выплат. Все выплаты осуществлены.

В.Путин: Хорошо. Какие у Вас планы на ближайшее время?

С.Иванов: Запуск Верхне-Мунского месторождения. Нам также удалось увеличить пакет нашей дочерней компании в Анголе до 42 процентов; в своё время, в 90-е годы, доля «АЛРОСА» была «размыта».

В Анголе мы планируем освоение одного из крупнейших в мире месторождений – Луаше. Сейчас мы работаем над технико-экономическим обоснованием. Была встреча с Президентом Анголы. Мы движемся по графику. Уверен, что это тоже будет серьёзное подспорье с точки зрения сохранения лидерских позиций.

В.Путин: Мы договариваемся с Президентом о его визите в Россию, и сейчас, думаю, в ближайшее время, во всяком случае в этом году, это должно произойти. Будем обсуждать наверняка и тему вашей работы на ангольском рынке.

Сейчас на мировом рынке как «АЛРОСА» смотрится?

С.Иванов: Владимир Владимирович, мы остаёмся мировым лидером с достаточно серьёзным отрывом от ближайших конкурентов. Авария, безусловно, повлияет на добычу компании в ближайшие годы, но при этом мы сохраним лидерские позиции.

При этом у компании накоплен достаточно солидный объём запасов, часть этих запасов будет реализовываться в следующие годы, поэтому в части продаж «АЛРОСА» покажет небольшое снижение.

В части технологий мы внимательно следим за теми проектами, которые организуются по всему миру, имею в виду доступ ко всем новейшим технологиям.

Мы переводим часть объектов энергетики на сырую нефть, экономим тем самым на доставке дизельного топлива, мы внедряем технологии сухого сгущения хвостов. В части закупок и издержек нам удалось удержать издержки на уровне 2016 года. Отработали практически без инфляции по издержкам.

В компании запущены серьёзные программы по импортозамещению. Мы ушли на отечественные масла, переходим на отечественные насосы и заменили часть американской специальной техники, грузовиков «Катерпиллер», на белорусские «БелАЗы».

Сегодня у нас в структуре закупок около 43 процентов составляет доля субъектов малого и среднего бизнеса и около 23 процентов – это так называемые преференциальные закупки для малого и среднего бизнеса, на которые приглашаются только компании МСБ. Здесь мы являемся одной из передовых компаний и плотно работаем с корпорацией по малому и среднему бизнесу.

В.Путин: Хорошо.

Россия. ДФО > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 13 февраля 2018 > № 2494227 Сергей Иванов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 9 февраля 2018 > № 2496215 Денис Коцюк

К прогнозам на Амуре сохранится предосторожный подход.

Горбуша Охотского моря в этом году дает основания науке для оптимистичных рекомендаций и обещает хорошие подходы. Однако это не повод забывать уроки прошлогодней лососевой путины, уверен руководитель Хабаровского филиала ТИНРО-Центра Денис Коцюк. О том, в каких объемах красную рыбу стоит ждать на Амуре и к чему готовиться рыбопромышленникам края, он рассказал в интервью Fishnews.

– На совете директоров рыбохозяйственных институтов были утверждены рекомендации по вылову лососей в 2018 году на уровне 492 тыс. тонн, в том числе 323 тыс. тонн горбуши. Денис Владимирович, какова оценка по возможным заходам красной рыбы в реки Хабаровского края?

– Действительно, съемка ТИНРО-Центра показала, что учтены рекордные запасы горбуши в Охотском море. Но сразу возникает несколько вопросов. Во-первых, все-таки, чья это горбуша? Общие тенденции по горбуше Охотского моря таковы, что в нечетные годы подходит урожайное поколение северо-западной части материкового побережья, т.е. от Сахалинского залива до залива Шелихова – это Хабаровский край, Магаданская область, район до Западной Камчатки, иногда работает Восточный Сахалин.

В четные годы, что как раз и показала учетная съемка, высокоурожайные поколения – это Западная Камчатка, Амур и Приморье, поэтому горбуша в этом году может оказаться либо на Западной Камчатке, либо у нас.

Другой вопрос: как именно горбуша распределится по побережью Хабаровского края, насколько точно мы сможем это спрогнозировать? Не скажу, что это будет самый север края. По Северо-Охотоморской подзоне, например, у нас прогноз 2–4 тыс. тонн – это, конечно, очень скромная цифра. Многочисленные подходы ожидаются в Японском море и Татарском проливе – в районе 6–10 тыс. тонн. В Амуре и Амурском лимане мы прогнозируем вылов в 20–30 тыс. тонн горбуши. По меркам Западной Камчатки, это тоже немного, но для нас это очень значимые величины.

Скорее всего, в этом году мы откроем для промысла район устья реки Тумнин. Это большая, значимая для края река, где раньше была сконцентрирована значительная доля запаса лососевых, но оказалась серьезно подорвана. Сегодня есть объективные показатели восстановления и благополучного состояния запаса горбуши в районе, поэтому небольшие объемы к вылову на этот район мы будем рекомендовать, в том числе чтобы наблюдать за подходами. Безусловно, будут определены мониторинговые невода, кроме того, на реке наши сотрудники будут проводить исследования с целью оценки численности по подходам этого вида.

Но все-таки полагаем, что основная масса горбуши, которую учли в Охотском море, пойдет именно на Западную Камчатку. Этого же мнения придерживается и совет директоров рыбохозяйственных институтов. При этом не исключаем, что в случае значительных подходов к нам, в Хабаровский край, объемы, рекомендуемые к вылову, будут корректироваться, но не думаю, что вылов горбуши превысит 45 тыс. тонн.

В любом случае наука будет придерживаться предосторожного подхода. Практика 2017 года показала: промышленники к путине готовятся основательно – прежде всего, это касается перерабатывающих мощностей, которые явно превышают потребности; в то же время комиссия по регулированию добычи (вылова) анадромных видов рыб обладает весьма ограниченными полномочиями в части установления дополнительных мер регулирования промысла для обеспечения оптимального пропуска производителей на нерестилища, а главное, не всегда добросовестное соблюдение рыбопользователями ограничений приводит к низкой эффективности принятых комиссией мер. Как следствие, может возникнуть проблема с заполнением нерестилищ.

– Каковы ожидания по кете?

– Традиционно значимые подходы кеты по Хабаровскому краю – это материковое побережье Охотского моря (реки Тугур, Уда, Охота, Кухтуй и др.). В этом районе отмечаем хорошие, стабильные запасы, благоприятные условия.

Безусловно, на Амуре в 2018 году ждем небольшие подходы летней кеты. К вылову мы будем прогнозировать порядка 6–8 тыс. тонн, это очень немного, но и не самый минимум (в 90-е годы – начале 2000-х летней ловили всего 1,5-2 тыс. тонн). Однако стоит учитывать, что часть амурской кеты, порядка 10%, уйдет на Северо-Западный Сахалин и к вылову на Амур будет рекомендован меньший объем.

В целом оснований для закрытия промысла летней кеты на Амуре нет. Тревожные заявления общественности о пустых нерестилищах откровенно не соответствуют действительности – безусловно, рыбы на нерестилищах немного, но вполне достаточно для воспроизводства этого вида.

И самое главное: мы считаем, что особенно в четные годы вводить запрет на летнюю кету нельзя. Она идет приловом к горбуше, и запрет будет тормозить промысел этого высокоурожайного вида.

Осенняя кета – вполне стабильный вид, несмотря на проблему недозакладки икры лососевыми рыборазводными заводами Амуррыбвода. В чем причина: общие условия, перераспределение стад или, не исключаю, несоблюдение пользователями мер регулирования – сложно сказать.

Тем не менее вылов 2017 года – 20 тыс. тонн осенней кеты – вполне соответствует показателям последних лет. Полагаю, что вылов текущего года также может составить в районе 19,5 тыс. тонн.

– Какие выводы, на ваш взгляд, помогла сделать путина-2017 на Амуре?

– В принципе мы ожидали непростую путину. Возросшие объемы рыбодобывающих мощностей и рыбопереработки, ограниченные полномочия комиссии, правила рыболовства, которые мы имели на тот момент, такой результат и обусловили. Те сложности, с которыми мы столкнулись, четко показали недостатки существующей системы регулирования промысла, прежде всего несовершенство правил рыболовства. Этот вопрос был тщательно проработан, внесены соответствующие корректировки, выработаны новые меры регулирования.

В частности, хотим опробовать на Амуре (и по этому предложению есть поддержка Росрыболовства) введение минимальных промысловых нагрузок на орудие лова.

Конечно, предстоит очень большая работа, наверно, наши рыбопромышленники будут вынуждены научиться работать по-новому, но, я думаю, другого пути нет. В первую очередь даже не состояние запаса, а сам настрой вокруг промысла очень напряженный, и даже агрессивный, обуславливает потребность в жестких правилах игры, к которым мы, скорее всего, и идем.

– В принципе и сами рыбаки высказывались за введение определенных ограничений на промысле. Принятие обновленных правил рыболовства должно уже на практике показать, насколько они готовы к этому.

– Да. Кстати, в конце года, по поручению заместителя руководителя Росрыболовства Петра Савчука, в рамках работы над изменениями в правила рыболовства мы дополнительно рассмотрели предложения одной из рыбопромышленных ассоциаций края. Большую часть этих предложений так или иначе мы уже рассматривали и комментировали ранее, но одно из них оказалось действительно интересным. Речь идет об установке видеонаблюдения на стационарных неводах для контроля проходных периодов. Это, так сказать, в противовес ТСК (датчикам) на плавных сетях.

Подобная мера сегодня уже применяется на практике: в соответствии с приказами Росрыболовства ведется обязательная видеорегистрация всех работ по добыче осетровых, по их содержанию. Все осетровые заводы у нас снабжены видеонаблюдением, отлов в целях аквакультуры, в научно-исследовательских, контрольных целях – все это обязательно фиксируется на камеру, и по любому запросу теруправления Росрыболовства или из Москвы мы предоставляем эту информацию. Это же и наша безопасность.

Конечно, еще существует масса технических вопросов к реализации подобных мер на лососевом промысле. Но, я думаю, что в этом был бы определенный компромисс между конкурирующими сторонами: каждый, взяв на себя определенную ответственность, показал бы свою добросовестность.

– В этом году планируется урегулировать вопрос о распространении проходных периодов и на стационарные орудия лова, для которых в прошлую путину предусматривались исключения?

– Вопрос распространения проходных периодов на стационарные орудия лова имел юридическую коллизию. Наверное, это справедливо, чтобы ограничения были установлены для всех видов рыболовства и всех типов орудий лова. Мы к этому пришли уже в прошлом году, когда начала складываться напряженная ситуация с обеспечением оптимума пропуска. В тот момент уже не говорили об исключениях – все проходные периоды должны были быть едиными для всех орудий лова. И пользователи заездков были обязаны вместе со всеми поднимать ловушку. Недовольств было много, но все соблюдали то, что установила комиссия. Насколько мне известно, ни на одного пользователя по данному пункту не было оформлено ни одного протокола.

– Озабоченность состоянием осенней кеты по прошлому году высказали и китайские коллеги. Есть ли у науки планы на совместную работу, исследования в этом направлении?

– Вопрос на самом деле не такой простой. Я думаю, что наши китайские партнеры начинают говорить о проблеме тогда, когда она им выгодна.

Например, еще в начале 2000-х КНР осуществляла промышленный лов осетровых в погранводах. Мы говорили о плохом состоянии запасов, предупреждали, нас услышали, и только после того, как Китай лишился квот решением СИТЕС, китайские партнеры согласились на проведение работ по оценке запаса осетровых. С того времени они взяли новый темп в развитии аквакультуры, интерес к этому вопросу был потерян. Лишь год назад была отработана согласованная методика исследований по осетровым. Каждая сторона проводит исследования в пограничных водах на своей территории, затем в рамках сессий Смешанной российско-китайской комиссии происходит обмен полученными данными. Сотрудничество между КНР и Россией осуществляется и в вопросах искусственного воспроизводства: ежегодно проводятся совместные мероприятия по выпуску молоди – мы приглашаем представителей Китая к нам, они – к себе, обмениваемся информацией.

Что касается тихоокеанских лососей, если мы вступим в цикл их пониженной численности на Амуре, с большой долей вероятности китайские партнеры поставят вопрос о том, что к ним не возвращается «их кета». На самом же деле на территории Китая нет ни одного притока, где бы нерестилась кета. Это следствие активной антропогенной деятельности в КНР. Все естественное воспроизводство происходит в российских водах, и те 50-100 тонн, которые они облавливают (а в прошлом году действительно меньше – всего 20-30 тонн), – это тоже наши стада Биры, Биджана, Уссури.

Да, объективно в Верхнем Амуре кеты стало меньше, но меньше ее стало и у нас. Китай со своей стороны пытается предпринимать меры по восполнению запаса кеты, но мы видим, что эти меры недостаточны. В Фуюане есть лососевый рыборазводный завод, который ежегодно выпускает 1 млн молоди, но действующие в КНР нормы искусственного воспроизводства тихоокеанских лососей, по мнению наших специалистов, не позволяют говорить о высокой эффективности работы данного предприятия. Вызывает серьезные сомнения у наших специалистов и качество молоди – китайские рыбоводы выпускают ее под лед, т.е. большая ее часть обречена на гибель.

Вопрос о проведении совместных с китайскими коллегами исследований по лососям кажется мне неоднозначным и требует серьезной проработки как с научной, так и политической точки зрения. В любом случае такие решения принимают официальные делегации КНР и России в рамках ежегодных сессий смешанной российско-китайской комиссии.

В целом хочется выразить надежду, что проведенная в 2017 году серьезная работа по совершенствованию системы регулирования промысла, прежде всего внесение существенных изменений в правила рыболовства по снижению промысловой нагрузки, будет иметь положительный результат: позволит нам в текущем году избежать конфликта общественности и представителей рыбного бизнеса, ну и главное, сохранить вверенные нам природные ресурсы.

Наталья СЫЧЕВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 9 февраля 2018 > № 2496215 Денис Коцюк


Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров

Арктика. Величие проекта

Русская цивилизация в её арктическом исполнении

Вячеслав Штыров

Почти полтора столетия назад исследователи обнаружили удивительное совпадение представлений о географии, центре мира и месте происхождения человека в мифологии и эпосе самых ранних цивилизаций. Философские концепции древних египтян и иудеев, аккадцев и вавилонян, индийцев и иранцев, греков и финикийцев, германцев и финно-угров примерно одинаково описывали положение небесного зенита и ход движения планет на небосводе, годовой цикл дня и ночи, особенности водных потоков на прародине человека, относя её к району Северного полюса. Именно там, по их мнению, находился первоначальный рай земной, ныне покрытый толщами вод и льдов океана и ставший прибежищем богов. Конечно, с точки зрения науки климатологии во время появления на планете человека современного вида рай этот был довольно суровым. Но археологические находки и блестящие научные исследования конца прошлого века российских археологов С. Федосеевой и Ю. Мочанова подтверждают неоднократно ранее высказывавшуюся выдающимися учёными М. Вагнером, И. Мюллером, А. Анучиным, В. Вернадским и другими точку зрения о внетропической прародине человечества. Такой прародине, в которой экстремальные внешние условия заставили наших человекоподобных предков овладеть огнём, освободиться от животного состояния и стать людьми. Возможно, заложенная в генах человека тяга к родине и ведёт извечно романтиков и сильных духом к мистическим кругам полярных областей. Туда, где сходятся силовые линии магнитного поля Земли и во взаимодействии с космическими частицами зажигают грандиозные северные сияния, где заканчиваются океанические течения и рождаются ветры, куда каждый год летят миллионы и миллионы птиц. Арктика давно стала классической обителью мужества, страсти к постижению неведомого и сути бытия. Потому-то во всех странах, представители которых принимали когда-либо участие в полярных исследованиях, есть посвящённые им музеи или памятники.

***

Мир современности стал далёк, к сожалению, от романтической метафизики и руководствуется чисто прагматическими соображениями. Вот и нарастающий всеобщий интерес к скованным льдами северным широтам объясняется осознанием новых возможностей их утилитарного использования в геополитических, военных и экономических целях.

Ещё два десятилетия назад всё происходящее в северных полярных пустынях и тундрах считалось делом арктических государств, то есть тех стран, часть территории которых находится за Северным полярным кругом. К их числу относятся Россия, США, Канада, Дания (через Гренландию), Исландия, Норвегия, Швеция и Финляндия. В 1996 году они учредили Арктический совет в качестве форума высокого уровня для регулярного межправительственного рассмотрения вопросов экологии, рационального использования природных ресурсов, взаимодействия в обеспечении безопасности в воздушном и морских пространствах, устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера. В соответствии с учредительными документами Арктического совета список его членов-государств является закрытым, но за последние годы двенадцать других стран получили в нём статус наблюдателя. Причём многие из них географически расположены весьма и весьма далеко от северных широт. Например, Сингапур и Индия, Япония и Южная Корея, Испания и Польша. Претендентом на получение статуса наблюдателя является и Евросоюз. Помимо участия в работе Арктического совета, целым рядом стран развёрнута интенсивная практическая деятельность в Арктике: организуются целевые научные экспедиции; создаются полярные станции – дрейфующие и на островах; проводятся многогранные исследования атмосферы, льдов и вод; проектируются и строятся специальные типы судов и морское технологическое оборудование ледового класса для геологоразведки и добычи полезных ископаемых. Особую активность проявляет Китайская Народная Республика, где создан специализированный научный институт, построен и успешно эксплуатируется для исследовательских целей мощный ледокол «Снежный дракон», осуществлены проводки коммерческих судов по нашему Северному морскому пути, организована научная база на Шпицбергене. Беспрецедентную программу по изучению Арктики, в том числе в районах полярных владений России, с масштабным использованием атомных подводных лодок, оснащённых новейшими системами для картографирования морского дна и донных отложений, проводили Соединённые Штаты Америки. Заметна интенсификация разнообразной деятельности в высоких широтах Норвегии, Индии, Германии, Южной Кореи.

Прямой и непосредственной причиной всплеска интереса к Арктике и последовательного наращивания усилий разных стран по её изучению и освоению послужил, безусловно, начавшийся в конце прошлого столетия процесс глобального потепления на нашей планете. Его наиболее ощутимым результатом стало повышение температур воздуха в высоких широтах северного полушария и, как следствие, подтаивание материковых ледников и уменьшение площади льдов в Северном Ледовитом океане. Экстраполяция наблюдаемых климатических изменений в будущее даёт основания некоторым авторитетным специалистам считать, что с большой долей вероятности океан полностью освободится от ледового покрова в течение нескольких ближайших десятилетий. Даже если считать эти прогнозы слишком радикальными, уже сегодняшнее положение дел заметно улучшило условия для судоходства и работ по освоению шельфа и прибрежных зон в арктических морях. Это открывает совершенно новые возможности для мировой экономики.

В первую очередь речь идёт об ископаемых природных ресурсах. По мнению геологов, Арктический регион планеты представляет собой крупнейший в мире циркумполярный минерагенический пояс, насыщенный нефтегазовыми и рудными месторождениями. Уже сегодня здесь добывается значимая часть углеводородов, а потенциал месторождений нефти и газа оценивается в почти четверть от мировых прогнозных ресурсов. И на шельфе, и на побережье арктических морей прогнозируются или уже открыты планетарного масштаба запасы угля, никеля, меди, кобальта, платиноидов, алмазов, фосфора, серебра, золота, полиметаллов, урана, олова, железной руды, хрома, марганца, титана, редкоземельных металлов и элементов, причём значительная их часть сосредоточена в уникальных гигантских месторождениях.

Экономическая целесообразность добычи природных ресурсов в Арктике становится обоснованной в связи с повышением эффективности логистики их разработки из-за улучшения условий судоходства в северных морях в ходе глобального потепления. Не меньшее значение для мировой экономики имеют и появившиеся перспективы превращения существующих морских путей в Северном Ледовитом океане – Северо-Западного прохода вдоль берегов Канады и США и Северного морского пути России – в постоянно действующие трансконтинентальные магистрали. Тогда значительно сократятся расстояния, время и стоимость перевозок грузов из Юго-Восточной Азии в Европу (по сравнению с перевозкой через Суэцкий или Панамский каналы). Революционные же изменения в мирохозяйственных связях дадут северные кроссполярные маршруты, организация которых всё более осуществима.

Есть ещё одно важное последствие глобального потепления в Арктике, уменьшения площади ледовых покровов, изменения структуры и толщины льдов. Оно заключается в том, что отдельные страны или военные блоки союзных государств, имеющие в составе своих вооружённых сил мощные ударные военно-морские группировки, получают дополнительные возможности для их эффективного использования. В свободных ото льда прибрежных зонах они могут разместить свой флот для боевого дежурства непосредственно у границ территориальных морей вероятного противника. А границы эти, как известно, отстоят всего на двенадцать миль от исходных береговых линий. В этой связи прибрежные государства вынуждены будут затрачивать немалые средства для укрепления безопасности своей территории от ударов с моря.

***

Интерес и внимание мирового сообщества к открывающимся в Арктике новым ресурсным, логистическим, военным возможностям закономерно привёл к активизации международных контактов разного уровня. В целом это позитивный процесс, идущий в русле тенденций демократизации и многополюсности принятия глобальных решений, которым привержена Российская Федерация. В то же время всё более явными становятся и противоречия между отдельными странами или их группами по ряду важных вопросов.

Прежде всего, это противоречия между арктическими и неарктическими государствами. Первые в рамках Арктического совета и своих двухсторонних отношений активно развивают региональный правовой режим, в основание которого заложены обычные нормы международного права, считают его достаточным и обеспечивающим неарктическим государствам равные возможности. Вторые оспаривают такой подход, считая, что на Арктику должны быть распространены стандартные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, хотя известно, что она разрабатывалась главным образом для Атлантического, Тихого и Индийского океанов. Такую позицию заняли Евросоюз, НАТО и – открыто или неявно – целый ряд неарктических государств. Её модификацией является высказанное Евросоюзом предложение о необходимости заключения международного договора по Арктике по аналогии с действующим договором по Антарктиде. Понятно, что и в том, и в другом случае целью является максимальная интернационализация Арктики, объявление всех или хотя бы части её пространств международным достоянием, чтобы получить беспрепятственный доступ к новым природным ресурсам и логистическим возможностям.

Противоречия же арктических государств между собой в основном сфокусированы на взаимных территориальных притязаниях. Неурегулированность вопросов пространственных владений в Арктике имеет исторический характер. Общего разграничительного документа нет, двусторонние договоры заключались в разные исторические эпохи, содержат неопределённости, имеют формулировки и трактовки понятий, соответствующие своему времени, а не современным правовым нормам. В этих обстоятельствах арктические страны, прежде всего, пятёрка прибрежных к Северному Ледовитому океану, развернули масштабные и дорогостоящие географические, исторические, геологические, океанографические, гляциологические исследования с целью обоснования своих существующих территориальных прав или претензий к соседям. Помимо этой чисто практической работы все арктические государства приняли национальные доктринальные документы, в которых сформулировали свою стратегию действий в регионе. В них также в ряде случаев содержатся положения, прямо затрагивающие интересы других стран. К примеру, документы стратегического планирования Соединённых Штатов Америки предусматривают требования об интернационализации проливов Северо-Западного прохода и Северного морского пути. Это противоречит позициям Канады и России, рассматривающих эти проливы как находящиеся в их юрисдикции исторические воды.

Наличие противоречий и взаимных претензий у арктических государств приводит к пристальному и недоверчивому вниманию к действиям друг друга. Так, прямо скажем, нервную реакцию официальных властей наших соседей вызвала в своё время установка экспедицией под руководством А. Чилингарова флага Российской Федерации на дне Северного Ледовитого океана на Северном полюсе. И хотя в целом обстановка в Арктике остаётся мирной, под влиянием всеобщего интереса к возможностям региона и нерешённости территориальных проблем градус напряжённости в международных отношениях по поводу Арктики постепенно и постоянно повышается. Об этом красноречиво говорят названия книг и заголовки статей в периодических изданиях, отечественных и зарубежных: «Битва за Арктику», «Третий передел Арктики», «Сражение за Арктику», «Начат раздел Арктики», «Наше право на Арктику неоспоримо», «Россия теряет Арктику?» и тому подобные. А по мнению некоторых аналитиков, ситуация в студёных приполярных просторах напоминает старинную борьбу европейских стран за жаркие африканские колонии.

***

Коль скоро сверхактивность в Арктике всех заинтересованных стран обусловлена новыми экономическими и геополитическими возможностями, открывающимися в результате глобального потепления, то не может не возникнуть вопрос: а будут ли оправданы прилагаемые сейчас усилия, если оно носит циклический характер и сменится глобальным похолоданием? Этот вопрос тем более имеет право быть заданным, что, по практически единодушному мнению учёных-глобалистов, мы живём в начавшуюся несколько миллионов лет назад Великую Ледниковую эпоху, когда климат стал значительно более холодным, чем на протяжении большей части истории нашей планеты. Конкретно сейчас уже порядка двенадцати тысяч лет длится слегка тёплый быстротечный интервал между двумя глобальными оледенениями планеты – мгновение в геологической летописи Земли. Через следующие десять-двенадцать тысяч лет надо ожидать очередного похолодания, в ходе которого с высокой долей вероятности ледяной панцирь километровой толщины покроет места нахождения европейских и североамериканских столиц, где сегодня кипят страсти по Арктике. Причины, обусловившие начало Великой Ледниковой эпохи и ведущие когда-нибудь к её завершению, носят глобальный характер: изменение положения материков в ходе перемещения литосферных плит; связанные с этим перемены в направлениях океанических течений и господствующих ветров; цикличность интенсивности солнечного излучения; резонанс периодических изменений движения оси и орбиты вращения Земли. Они не зависят от деятельности человека.

Инструментально же фиксируемое нынешнее потепление отличается лишь незначительным повышением температур относительно средних за почти полуторавековой период задокументированных метеонаблюдений. Может быть, оно носит циклический характер. По косвенным признакам и историческим свидетельствам, такое неоднократно было в наш короткий межледниковый период. Достаточно вспомнить описанные Л. Гумилёвым циклические колебания климата в Северном полушарии, приводившие к образованию сменяющих друг друга империй гуннов, тюрков и монголов. Или климатический оптимум в конце первого тысячелетия нашей эры, позволивший викингам основать свои поселения в Гренландии и Северной Америке. Или «малый ледниковый период» в средние века, прямым следствием которого стали зарождение капитализма в Европе и Смута в России.

Но даже если нынешний наблюдаемый период глобального потепления имеет циклический характер и скоротечен, это не означает, что активность разноплановой деятельности заинтересованных государств в Арктике снизится. Во-первых, в мире увеличивается дефицит всех видов природных ресурсов, растёт их цена, ранее неэффективные по природно-климатическим и экономико-географическим условиям добычи месторождения становятся вполне рентабельными. Это общемировая тенденция, она касается и Арктики. Во-вторых, совершенно новые организационные и технологические возможности для успешной деятельности в экстремальных условиях высоких широт даёт развитие в рамках нарождающегося шестого технологического уклада производства материалов с заранее заданными свойствами, робототехники, систем связи, автоматизированного и дистанционного управления. Это именно то, что необходимо для Крайнего Севера. Нет никаких сомнений, что развитые в технологическом отношении страны используют все возможные новшества для продвижения своих интересов в Арктике. Поэтому не только не снимается, но актуализируется при любых возможных климатических переменах провозглашённый в далёкие 1930-е годы в стенах американского Конгресса тезис: «Кто владеет Арктикой, тот управляет миром».

Российская Федерация, имеющая самую протяжённую береговую линию Северного Ледовитого океана, пока ещё владеющая самым большим по площади сектором в Арктике, создавшая мощнейшую в высоких широтах многоотраслевую промышленность и крупнейшие на планете города за Северным полярным кругом, в наибольшей степени заинтересована в укреплении и преумножении своих геополитических и экономических позиций в арктическом регионе. В этой связи президентом и правительством страны принят целый ряд документов стратегического характера, чётко обозначающих наши интересы, устанавливающих приоритеты и цели государственной политики в Арктике, определяющих механизмы их достижения. Среди них основополагающие: «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (2008г.), «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (2013 г.), Государственная программа Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» (2014 г., далее по тексту – Госпрограмма). Для координации деятельности участников выполнения сформулированных этими документами задач создана Государственная комиссия по вопросам развития Арктики.

Разработка и практическая реализация арктической стратегии и тактики позволили в последние годы упорядочить, поставить на системную основу и несколько активизировать решение текущих и некоторых перспективных проблем огромного макрорегиона страны, включившего в соответствии со специальным указом президента Российской Федерации полярные владения России и территории выходящих на побережье морей Северного Ледовитого океана муниципальных районов девяти субъектов Федерации от Чукотки до Мурманской области. Но срок действия принятых документов стратегического планирования подходит к завершению, и становится совершенно очевидным, что многое из намеченного уже не будет выполнено. Учитывая это, в 2017 году была принята новая редакция Госпрограммы развития Арктики, на пять лет продлён срок её реализации. Однако в условиях ресурсных ограничений резко сужен круг программных мероприятий. Это означает, что целый ряд стратегических целей достигнут не будет. В то же время новые геополитические реалии и социально-экономическая обстановка в стране требуют уточнения приоритетов и в самой нашей арктической политике. Вот почему пришло время разработки и принятия новых стратегических решений по развитию Арктической зоны Российской Федерации. Одновременно необходимо продолжать упорно выполнять усечённую Госпрограмму, но по мере принятия новых документов стратегического планирования расширять и сферу, и временной горизонт её действия.

Круг главных задач, которые необходимо решать в Арктике, остаётся для нашей страны широким и разноплановым.

***

Среди других первоочередной задачей является работа по закреплению границ Российской Федерации в Арктике. На первый взгляд, это давно решённый вопрос. Ведь каждый из нас ещё со школьных уроков географии помнит пунктирные линии на картах, идущие от крайних северо-западной и северо-восточной точек нашей территории по меридианам к Северному полюсу. Они очерчивают полярные владения России – сектор морского и покрытого льдами пространства Северного Ледовитого океана с расположенными в нём землями, архипелагами и отдельными островами, на которые распространяется суверенитет государства Российского. Секторальный принцип раздела Арктики сложился исторически в ходе заключения двусторонних договоров прибрежных арктических государств, был закреплён их национальными законодательствами и совместным заявлением по итогам Парижской конференции 1924 года, никем не оспаривался. Казалось бы, в условиях глобального потепления, когда новые экономические и логистические возможности Арктики стали объектом внимания многих государств, в том числе неарктических, в интересах Российской Федерации было бы организовать работу по закреплению секторального подхода специальным актом международного права с целью сохранения контроля над своим исторически сложившимся сектором.

Однако события пошли по другому руслу. Подписав в 1997 году Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года, Российская Федерация первой из прибрежных арктических государств приняла решение о применении статьи 76 этой Конвенции к Северному Ледовитому океану и в 2001 году подала соответствующую заявку в Комиссию ООН по границам континентального шельфа. Этим наша страна, по сути дела, отказалась добровольно от части своих полярных владений в районе Северного полюса площадью 1,7 миллиона квадратных километров. Этот покрытый льдами участок приобретает статус открытого моря, то есть становится ничейным пространством. Иными словами, сделано то, чего добивались Евросоюз и целый ряд неарктических государств. Теперь нам предстоит ещё доказать главное: что именно России принадлежит потенциально богатый углеводородами шельф на дне этого вновь образованного открытого моря. Для этого необходимо завершить масштабные и дорогостоящие океанографические и геологические исследования, которые позволили бы представить подводные поднятия дна Северного Ледовитого океана продолжением наших материковых геологических структур. Направляя материалы в Комиссию ООН, придётся ещё и раскрыть секретную картографическую информацию, полученную в ходе сотен сложнейших походов советских и уже российских подводников.

Ситуация осложняется тем, что в ответ на действия России Канада и Дания проводят собственные исследования по доказательству того, что подводные океанические поднятия являются продолжением геологических структур Гренландии и канадского Севера, а не принадлежащих России территорий. При этом возникают взаимоперекрывающиеся правопритязания с неопределённым исходом.

Надо отметить, что многие специалисты считают начатую Россией в 2001 году «гонку доказательств» по статье 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года нашим ошибочным решением, продолжением горбачёвско-шевернадзевской и ельцинско-козыревской внешнеполитической линии пренебрежения долгосрочными интересами страны ради каких-то пропагандистских сиюминутных выгод.

Как бы то ни было, нам необходимо решительно действовать по двум направлениям.

Прежде всего, раз уж начали, завершить работу по всестороннему и полному обоснованию заявки на участки шельфа дна Северного Ледовитого океана, поданной в Комиссию ООН, и продолжить там упорное доказательство своих притязаний. Одновременно, на основании статьи 83 всё той же Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, дающей возможность разграничения морских пространств и шельфа в рамках отношений прилежащих и противолежащих прибрежных стран, начать двусторонние и многосторонние переговоры с США, Канадой, Данией, Норвегией. Учитывая, что у всех у них есть не только трения с Россией, но и взаимные претензии, возможно, следует выступить с инициативой о созыве специальной конференции прибрежных арктических стран. Иными словами, перенести принятие решения по вопросам разграничения в плоскость международно-правовых отношений пятёрки морских арктических государств, а не всего мирового сообщества. Тем более что такой опыт есть: в 2008 году эти страны уже выступали совместно с Илулиссатской декларацией по правовым вопросам Арктики.

Оптимальным вариантом для России была бы договорённость о возврате к секторальному делению Арктики и закреплению за морями Лаптевых, Карским, Восточно-Сибирским и частью Чукотского (от острова Врангеля до Берингова пролива) статуса наших исторических вод.

***

Такой же важнейшей задачей является продолжение работы по укреплению обороноспособности наших северных рубежей. Усилия, которые прилагаются в этом направлении Российской Федерацией в последние годы, зачастую воспринимаются зарубежными, а иногда и отечественными аналитиками как «милитаризация» Арктики. На самом деле, это не так.

Ещё в годы «холодной войны» с появлением стратегических ядерных сил и Советский Союз, и Соединённые Штаты Америки рассматривали северные полярные пространства как наиболее вероятное направление удара наиболее вероятного противника. Это обусловлено тем, что именно через Северный полюс проходит самый короткий путь из Северной Америки к Евразии и обратно. В этой связи обе стороны развернули в Арктике мощные системы раннего обнаружения межконтинентальных ракет и самолётов противника и обеспечения контроля над движением своих носителей ядерного оружия, создали сеть аэродромов для размещения или обслуживания стратегических ядерных бомбардировщиков и истребителей-перехватчиков, организовали постоянное боевое патрулирование подводных лодок в Северном Ледовитом океане. После окончания «холодной войны» Соединённые Штаты продолжали развивать и совершенствовать свои наступательные и оборонительные силы и средства, в то время как в ходе реформ в России происходил упадок и системный развал армии и флота. Он не мог не коснуться, прежде всего, арктических группировок вооружённых сил, для содержания которых требовались особые организационные усилия и значительные денежные средства. Поэтому нынешние шаги по усилению нашего военного присутствия в Арктике являются только восстановлением утраченного, но никак не её «милитаризацией».

А между тем складывающаяся в настоящее время военно-политическая обстановка настоятельно требует уже не только восстановления, но и существенного повышения арктического оборонного потенциала России. Это связано с тем, что открывающиеся с глобальным потеплением потенциальные экономические и логистические возможности Арктики обусловили значительное повышение разноплановой активности в регионе заинтересованных стран и в сфере военной. Так, стратегия национальной безопасности Соединённых Штатов Америки определяет арктический регион как зону жизненно важных национальных интересов этой страны, а соответствующие директивы прямо указывают, что интересы эти должны отстаиваться любыми, в том числе односторонними действиями. В соответствии с ними на Аляске создаётся новая военно-морская база, укрепляются силы береговой и глобальной противоракетной обороны. Новые военные базы на островах Северного Ледовитого океана создаются Канадой. Соответствующими нормативными документами расширена операционная зона действий НАТО в Атлантике с включением в неё Арктики. Обсуждается вопрос о создании военного блока североевропейских стран.

Современные военные доктрины Соединённых Штатов Америки и НАТО особую роль отводят военно-морским силам. Раньше перед ними ставились задачи по обеспечению береговой обороны, взаимодействию с сухопутными войсками в ходе прибрежных наступательных и оборонительных операций и контролю над морскими коммуникациями. Условием успеха в выполнении этих задач считалось достижение превосходства над флотом противника, то есть предполагалось, что борьба на море будет вестись по принципу «флот против флота». С развитием ракетно-ядерного оружия и палубной авиации военно-морские силы получили в дополнение к прежним новую, более важную задачу: «флот против берега». Выполняя эти доктринальные установки, Соединённые Штаты Америки осуществили ряд беспрецедентных по масштабам программ по строительству атомных подводных лодок стратегического назначения и ударных авианосцев. Они оснащены самым современным оружием для уничтожения любых оборонительных или промышленных объектов вероятного противника, расположенных как на море, так и на берегу в глубине его территории. Кроме того, созданы высокоэффективные противоракетные системы морского базирования. По своему потенциалу военно-морские силы Соединённых Штатов Америки сегодня многократно превосходят любого вероятного противника, особенно на фоне развала и разграбления нашего флота в первое постсоветское десятилетие. Возможности эффективного использования этого потенциала значительно повышаются по мере освобождения акватории арктических морей от ледового покрова в ходе глобального потепления. Это несёт новые угрозы безопасности России, особенно в связи с принятием в 2004 году Соединёнными Штатами Америки авантюрной концепции «быстрого глобального удара». Эта концепция предполагает уничтожение ядерного потенциала вероятного противника (читай – России) превентивным массированным ударом с разных направлений высокоточным оружием сухопутного и морского базирования. Очевидно, что реализуемость такого сценария теоретически резко повышается в случае максимально равномерного размещения оружия вдоль границ объекта нападения. И если ещё некоторое время назад ударные группировки военно-морских сил с высокоточным оружием на борту могли быть размещены в Норвежском, Северном, Баренцевом, Беринговом и Японском морях, то по мере таяния льдов они могут быть введены и в моря Лаптевых, Карское, Восточно-Сибирское и Чукотское. В этом случае возрастает опасность не только из-за повышения степени уязвимости нашей территории, но и за счёт появления у противника дополнительных иллюзий относительно эффективности своего превентивного глобального удара и новых соблазнов нанести его.

Самым эффективным ответом на нарастающие угрозы является последовательное наращивание морской мощи России, как военной, так и гражданской её составляющих. В военной части приоритетом, безусловно, должно остаться выполнение программ строительства атомных подводных лодок стратегического назначения и обеспечивающих их боевую службу многоцелевых, поскольку только опасность получить ответный удар может предостеречь нашего вероятного противника от агрессивных авантюр. В то же время с военно-морских сил не снимаются и их традиционные задачи по береговой охране, поддержке действий сухопутных войск, охране государственных границ и морских коммуникаций. Это требует сбалансированности флота и по его родам, и по размещению. В этой связи актуальной становится задача по созданию новых крупных военно-морских баз в Арктической зоне России.

В необходимости этого убеждает и наш собственный опыт Великой Отечественной войны. Широко известны героическая оборона от немецко-фашистских захватчиков Кольского полуострова, морские сражения в Баренцевом море, Арктические конвои союзников. Но в те же годы не менее драматические и героические события происходили в Карском море. Немецкому командованию удалось создать на островах Франца-Иосифа, Визе, Подкова, Новая Земля базы для своих подводных лодок и системно проводить минирование устьев рек Обь и Енисей, проливов, соединяющих моря Карское, Баренцево и Лаптевых, регулярно атаковать конвои судов на трассе Северного морского пути. Автономность авиации и подводного флота, надёжность систем связи в те времена были несопоставимы с нынешними, но урон нашей экономике, военному и гражданскому флоту был нанесён огромный.

Сегодня значение этого района Арктики для всей нашей страны многократно возросло. Именно здесь, на Ямале, Гыдане и Таймыре расположены крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой промышленности, энергетики. Поэтому в районе Енисейского залива необходима новая военно-морская база, обеспечивающая, с одной стороны, защиту созданных огромными усилиями промышленных комплексов, а с другой – выход стратегических ракетоносцев в Северный Ледовитый океан. Вторая база должна быть размещена в Восточном секторе Арктики. Обе они не потеряют своего значения и в случае, если глобальное потепление сменится похолоданием, поскольку ледовые покровы будут только способствовать скрытности действий подводного флота России.

***

Нет лучше способа подкрепить и дипломатическую, и оборонную составляющие защиты национальных интересов России в Арктике, чем усиление экономической активности, наше постоянное деловое, не праздное присутствие в регионе.

Надо сказать, что на протяжении всей истории Российского государства при мощном покровительстве и протекционизме властей шло непрерывное освоение и заселение северных окраин страны. Особенно быстрое развитие Арктическая зона получила в годы Советской власти, когда здесь были созданы не имеющие аналогов на планете крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой, лесной и деревообрабатывающей, рыбной и пищевой промышленности, судостроения и судоремонта, энергетики, транспортно-логистические комплексы. И сегодня она вносит существенный вклад в экономику страны, обеспечивая четыре пятых добычи газа, треть улова рыбы, большую часть производства цветных и благородных металлов, лесопродукции, сырья для чёрной металлургии и химической промышленности. По показателям валового внутреннего продукта, добавленной стоимости и экспортной продукции на душу населения макрорегион занимает верхние строки в Российской Федерации.

В то же время многие арктические районы субъектов Федерации до сих пор находятся в крайне депрессивном состоянии после рыночных реформ. Оно и понятно, ведь ранее системообразующие для них предприятия создавались не по критериям их рыночной эффективности, а исходя из необходимости самообеспечения страны всеми видами ресурсов в условиях всевозможных санкций и ограничений, наложенных на Советский Союз геополитическими противниками с самого начала его существования. Брошенные на произвол рыночной стихии, они, где быстрее, где в затянувшейся агонии, были разорены и обанкротились, породив вокруг себя множество социальных проблем. Относительно устойчиво работает только небольшое число крупных предприятий, специализирующихся на добыче и первичной переработке таких видов природных ресурсов, мировые рынки которых исторически сложились как олигопольные с небольшим числом товаропроизводителей. Отдельными оазисами благополучия они расположены в некоторых районах Арктической зоны.

Груз накопленных за четверть века народнохозяйственных проблем велик. Они требуют незамедлительного решения, особенно с учётом новых возможностей в Арктике, с одной стороны, и геополитических угроз – с другой.

Именно поэтому Арктическая зона является одним из немногих макрорегионов российской Федерации, развитие которых определяется специально разработанными документами стратегического планирования. Сформулированные в них национальные интересы, приоритеты, цели и индикаторы их достижения определяют будущий облик российской Арктики. В качестве механизма реализации стратегических задач утверждена Государственная программа «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации». В своей последней редакции она включает три подпрограммы, посвящённые формированию опорных зон развития в арктических субъектах Федерации; обеспечению функционирования Северного морского пути; созданию новых подотраслей машиностроения для освоения минерально-сырьевых ресурсов Арктики. Кроме того, в четырнадцати других государственных и восьми федеральных целевых программах, направленных на решение общегосударственных или отраслевых проблем, содержатся значимые мероприятия, которые будут реализовываться в Арктической зоне.

Надо отметить, что и срок действия Госпрограммы развития российской Арктики – до 2025 года, и выделяемые на её реализацию средства федерального бюджета – порядка 200 млрд. руб. – невелики. Но важно то, что впервые в постсоветской России Арктическая зона стала предметом особого внимания, выделена в качестве самостоятельного объекта управления и статистического учёта. Выполнение Госпрограммы в полном объёме станет небольшим, но плацдармом для дальнейшего более масштабного развития макрорегиона.

В этой связи особого внимания заслуживает программное решение о создании специальных опорных зон развития в арктических субъектах Федерации. В отсутствие финансовых возможностей для сплошного комплексного социально-экономического развития всего макрорегиона именно они выступят в роли центров организации транспортного обслуживания и социальной жизни на огромных северных пространствах, образуют каркас фундамента поддержки новых инвестиционных проектов в высоких широтах. Каждая опорная зона будет представлять собой самостоятельный объект планирования – комплексный долгосрочный проект, включающий в себя отдельные промышленные, сельскохозяйственные, логистические и социальные проекты. Конкретный набор намечаемых к реализации проектов в разных опорных зонах индивидуален в зависимости от складывающейся в том или ином субъекте Федерации ситуации и наборе потребностей и возможностей. Так, в Воркутинской опорной зоне планируется ввод новых мощностей в угледобыче взамен выбывающих, усиление геологоразведочных работ на металлические и неметаллические полезные ископаемые с целью отраслевой диверсификации экономики, развитие функций транспортно-логистического центра для Северного Урала и Тимано-Печорской нефтегазовой провинции, реконструкция систем жизнеобеспечения. Чукотская опорная зона сориентирована на реализацию проектов в области развития морского, авиационного и автомобильного транспорта, горнодобывающей промышленности, традиционных отраслей сельского хозяйства.

Надо особо отметить, что создание опорных зон развития в новейшей управленческой практике – дело новое. Само это понятие имеет собственное содержание, не совпадающее со смыслом ставших уже традиционными «территорий опережающего развития» или «особых экономических зон». Опорные зоны развития, выступая в качестве комплексных проектов, при необходимости будут включать в себя и те, и другие, равно как и иные инструменты, повышающие привлекательность инвестиционных проектов. Новизна дела требует незамедлительного принятия специального федерального закона. Его проект подготовлен, но, как водится в последние годы, погребён в недрах правительственного аппарата.

С точки зрения отраслевой Госпрограмма предусматривает модернизацию и ускоренное развитие в Арктической зоне рыбодобывающей, рыбоперерабатывающей промышленности и аквакультуры; судостроения и судоремонта; деревообработки; арктического туризма; традиционных для Севера отраслей сельского хозяйства; здравоохранения и образования с использованием технологий телемедицины и дистанционных систем обучения. Но почти две трети всех запланированных к реализации проектов приходится на геологоразведку, добычу и первичную переработку полезных ископаемых.

Авангардную роль будет играть нефтегазовый комплекс: главные в стране центры добычи углеводородов последовательно смещаются с Крайнего Севера за Полярный круг. В рамках Ямало-Ненецкой опорной зоны продолжится освоение месторождений на Ямале, на очереди – Гыданский полуостров. Предстоит увеличение объёмов геологоразведочных и добычных работ в Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции в Ненецкой и Воркутинской опорных зонах, на севере Красноярского края в Таймыро-Туруханской опорной зоне. Принципиально новый этап в развитии отечественной нефтяной и газовой промышленности с точки зрения техники, технологии, организации производства начался с освоением месторождений арктического шельфа. Эта работа будет продолжаться во всё более расширяющемся масштабе. Уже сегодня ПАО «Газпром» и ПАО «НК Роснефть» получили лицензии на право пользования десятками нефтегазоносных участков на побережье всех омывающих берега России морей Северного Ледовитого океана – от Баренцева на западе до Чукотского на востоке. Получены и первые хорошие результаты развёрнутых геологоразведочных работ, например, на участках Хатангский и Хара-Тумус шельфа моря Лаптевых.

Что касается добычи твёрдых полезных ископаемых, то Госпрограммой предусмотрена реализация ряда проектов по модернизации действующих производств и наращиванию минерально-сырьевой базы для них в Кольской, Воркутинской, Таймыро-Туруханской, Северо-Якутской и Чукотской опорных зонах развития. Планируется и организация новых предприятий по добыче угля, цветных, благородных и редкоземельных металлов.

Главным проблемным вопросом для развития природно-ресурсного комплекса Арктической зоны России остаётся недостаточная геологическая изученность этого громадного и до сих пор труднодоступного макрорегиона страны, особенно его восточной части – от Енисея до Берингова пролива. Решение этого вопроса возможно через возврат к трёхстадийной системе планирования и проведения геологоразведочных работ. В этой схеме первая стадия – региональные работы, целью которых является не открытие конкретных месторождений, а общегеологическое изучение территории и выявление перспективных на те или иные полезные ископаемые площадей или провинций – должна осуществляться за счёт средств государства. Проведение же следующих стадий работ – поиск месторождений на выявленных перспективных площадях и их разведку – целесообразно возложить на недропользователей за счёт их собственных средств или, в особо сложных условиях, на принципах государственно-частного партнёрства. Естественно, платежи за недропользование и условия выдачи лицензий на стадию поиска должны быть значительно более льготными, чем на стадию разведки уже опоискованных месторождений. Такая ранее существовавшая и хорошо себя зарекомендовавшая схема позволила бы стимулировать интерес частных компаний, в том числе малого и среднего бизнеса, к вложению средств в геологоразведку. Источником средств для финансирования государственной доли работ могут послужить отчисления части природоресурсных налогов и платежей в специальный фонд геологического изучения территории страны. Здесь можно провести прямую аналогию с дорожными фондами. В своё время от них отказались, но деградация дорожного хозяйства почти до крайней черты заставила восстановить и федеральный, и региональные дорожные фонды. В геологии ситуация полностью идентична.

Есть все основания полагать, что при правильной постановке дела по изучению недр прибрежные районы и шельф арктических морей станут надёжной минерально-сырьевой базой для народного хозяйства России в XXI веке. В то же время необходимо отчётливо понимать, что все виды природных ресурсов на планете конечны и их использование должно быть крайне рачительным. В этой связи настало время законодательными решениями полностью прекратить вывоз из страны тех видов сырья, использование которых будет определять научно-технический прогресс уже в ближайшее время, - например, редкоземельных металлов и элементов, некоторых цветных металлов. В случае если такое сырьё не находит пока спроса на внутреннем рынке, его месторождения должны быть просто зачислены в государственный резерв. К сожалению, в силу сложившегося в последнюю четверть века механизма вхождения России в систему мирохозяйственных связей, сегодня рано ставить вопрос о количественных ограничениях экспорта традиционных продуктов отечественной добывающей промышленности. Но необходимо прекратить хотя бы стимулирование его наращивания. Речь идёт, к примеру, о льготных режимах налогообложения на территориях опережающего развития, создаваемых сейчас на Дальнем Востоке специально для добычи предназначенных для экспортных поставок угля, руд цветных и чёрных металлов, других полезных ископаемых. Их организация бессмысленна и там, и даже в более сложной для освоения Арктической зоне Российской Федерации. Ведь, при практически нулевых доходах государства от принадлежащих всему народу природных ресурсов, в финале мы получим только снижение цен на них за счёт усиления конкуренции со своими же производителями из других регионов страны на мировых рынках – и лунные пейзажи отработанных карьеров. Стоит ли лишать будущие поколения россиян ресурсов ради галочек в отчётах об увеличении физических объёмов валового национального продукта? Нет, конечно. Вот почему минерально-сырьевой потенциал российской Арктики должен использоваться по мере государственной необходимости или созревания такой мировой рыночной конъюнктуры, когда эксплуатация месторождений частным капиталом обеспечивает выплату в бюджет всех положенных рентных платежей. Как известно, в настоящее время они имеют форму налога на добычу полезных ископаемых. Надо взять за правило, что никто и никогда не может быть освобождён от этого налога без крайней государственной нужды. В этом смысл общенародной собственности на недра.

***

В сознании большинства россиян слова «Арктика» и «Северный морской путь» уже давно стали почти синонимами. Это вполне объяснимо, ведь героическое освоение морских просторов высоких широт для крайне необходимой транспортной связи запада и востока страны стало одним из значимых достижений Русской цивилизации. Но до самого последнего времени Северный морской путь был, по сути дела, каботажной трассой с очень сложной в организационном отношении схемой караванной проводки судов в своём восточном секторе. Использование его в таком виде в качестве международной транзитной транспортной магистрали было, прямо скажем, маловероятной фантазией. Грузоотправителям требуется надёжный постоянно действующий путь, а не сезонный с зависящими от ледовой обстановки сроками навигации.

Ситуация коренным образом изменилась с активным освоением нефтегазовых месторождений Ямала и строительством в Обской губе двух новых морских портов для отгрузки сжиженного газа и сырой нефти – Сабетта и Новый Порт. Создаваемая газовиками и нефтяниками грузовая база уже сегодня требует ежесуточной отправки судов из этих портов по Северному морскому пути. Причём движение должно быть организовано как на запад, так и на восток. Если к этому добавить увеличивающийся в связи с геологическим изучением шельфа и созданием опорных зон развития в Арктике поток традиционных грузов, становится ясно, что Северный морской путь должен приобрести новое качество. Образно говоря, он должен превратиться в подвижный, но постоянно действующий канал в морских льдах. Именно в этом качестве наша арктическая морская магистраль одновременно с удовлетворением потребностей отечественного народного хозяйства может стать привлекательной для европейских и азиатских грузоотправителей.

Такая задача – дело инновационное, по степени сложности не имеющее аналогов в мировой практике. В рамках Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации начато создание материальной базы для её решения. Строятся три мощных атомных ледокола, проектируется их новая, ещё более технически совершенная и энерговооружённая серия. Проводятся мероприятия по повышению надёжности и степени освещённости арктических морей гидрометеорологическими данными. Планируется ввод в эксплуатацию модернизированной ледово-информационной системы «Север» и ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс» с размещённым на ней современным исследовательским комплексом. Готовятся к запуску спутники для обеспечения надёжной связи в самых северных широтах. По заказам работающих в Арктике российских компаний запущено строительство дизель-электрических ледоколов для обслуживания подходов к морским портам и устьям судоходных рек, серий морских судов ледового класса дедвейтом от 40 до 120 тыс. тонн для перевозки контейнеров, негабаритных грузов, нефти, сжиженного газа, начата их эксплуатация. Реализуется и целый ряд других важных программных мероприятий. В совокупности они дадут Северному морскому пути новое качество транспортной магистрали мирового уровня.

Но для полнокровного его функционирования необходимо не только обустроить собственно морской путь, но и самым существенным образом укрепить береговую инфраструктуру. Прежде всего, речь идёт о портовом хозяйстве. Программными документами по Арктике предусмотрена реконструкция морских портов Диксон, Тикси, Певек и Провидения. С ростом объёмов перевозок по Северному морскому пути новые возможности для развития получат наши главные океанские центры – Мурманск и Петропавловск-Камчатский. В них предполагается организовать логистические хабы для перегрузки контейнеров и наливных грузов с судов ледового класса на обычные и наоборот. Такой комбинированный способ перевозок на разных участках межконтинентальных трасс разными типами кораблей экономически пока наиболее обоснован. Важнейшим шагом не столько макрорегионального, сколько общегосударственного значения станет создание в западной части российской Арктики новых морских портов с подводящими железнодорожными линиями в Архангельске, Индиге, Усть-Каре и Беломорске. Необходимость их создания вытекает в том числе из складывающихся геополитических обстоятельств. Как известно, с распадом Советского Союза целый ряд крупных портов на Балтике, к которым с 1860-х годов на протяжении почти полувека строились железнодорожные линии из Центральной России для экспортно-импортных операций, оказался за рубежами нашего государства. Для компенсации потерянных логистических мощностей в последние два десятилетия значительное развитие получили морские порты восточной части Финского залива – от Усть-Луги до Выборга. Но ни действующие, ни потенциальные возможности этой группы портов не в состоянии переработать весь нарастающий грузопоток, и его существенная часть направляется конечным потребителям через транспортные системы теперь уже иностранных и далеко не дружественных нам государств. Таким образом, российский Балтийский транспортный узел и по мощности недостаточен, и уязвим для всякого рода санкций и блокад. Вот почему есть настоятельная необходимость в новых портах в Европейской части страны с прямым выходом в океан. Их можно создать только на арктическом побережье. Здесь уместно провести прямую аналогию с событиями времён Первой мировой войны. Тогда блокада германским флотом заливов Балтийского моря отрезала Россию от союзников, и срочно было принято решение о строительстве в тяжелейших военных условиях морского порта в Кольском заливе и железной дороги Петрозаводск-Мурманск.

Наиболее масштабным проектом развития арктической морской портовой инфраструктуры является строительство многофункциональных глубоководных портов в районе Архангельска и в Индиге с двумя новыми подводящими железнодорожными линиями. Первая из них – Белкомур – по маршруту Соликамск – Сыктывкар – Вендига – Карпогоры – Архангельск обеспечит прямой доступ промышленной продукции предприятий Урала к океанскому побережью. Вторая линия Индига – Сосногорск с дальнейшим выходом через Ивдель на планируемую к сооружению Северо-Сибирскую железнодорожную магистраль создаст новый транспортный коридор для экспортно-импортных грузов Сибири. Обе линии имеют выходы на действующую Северную дорогу и будут использоваться для экспорта части угля и углеводородов, добываемых в Воркуте и на Ямале. Таким образом, грузовую базу для вновь создаваемых глубоководных морских портов составит промышленная и сельскохозяйственная продукция собственно арктических Архангельской, Ненецкой, частично Ямало-Ненецкой и Воркутинской опорных зон, а также Урала и Сибири. Её прогнозный объём превосходит планируемые мощности глубоководных портов Архангельска и Индиги и потребует переадресовки части грузов в Мурманск и российские порты на Балтике. Расчётная стоимость обоих проектов создания новых арктических портов и железнодорожных подводящих к ним линий велика, составляет порядка половины триллиона рублей для каждого. Но сравнительно быстрая окупаемость делает их привлекательными для инвесторов, и уже прорабатываются вопросы финансирования строительства Белкомура и Архангельского порта на условиях концессии. На очереди – Индига.

***

Динамика развития геополитических событий, связанные с этим усилия по укреплению обороноспособности наших северных рубежей, планы по развитию Арктической зоны Российской Федерации настоятельно выдвигают в повестку дня вопрос о необходимости создания сквозной от Мурманска до Анадыря Трансарктической железнодорожной магистрали. На первый взгляд, на сегодняшний день такой проект кажется нереальным. Но более детальное рассмотрение показывает его осуществимость в ближайшие десять-двенадцать лет. В самом деле, связь Мурманска с Северной железной дорогой уже существует (Мурманск – Беломорск – Обозёрская – Коноша). Реконструкция с увеличением провозных возможностей Северной железной дороги от Коноши до Лабытнанги предусмотрена инвестиционными программами ОАО «Российские железные дороги». Строительство нового участка Лабытнанги – Коротчаево начинается в рамках одобренного специальной межведомственной рабочей группой правительства России проекта «Северный широтный ход». Его финансирование будет осуществляться совместно правительством Ямало-Ненецкого автономного округа, ОАО «Российские железные дороги», ПАО «Газпром» с использованием механизмов государственно-частного партнёрства в форме концессии. По такой же схеме с участием заинтересованных компаний нефтегазового сектора, горнодобывающей промышленности, энергетики вполне реально построить и следующий участок от Коротчаево до Игарки и Дудинки. Это уже половина пути. А дальше – на восток, к минерагеническим провинциям месторождений платины, меди, никеля и кобальта Восточного Таймыра, алмазов и редкоземельных элементов северо-западной Якутии, цветных и благородных металлов северо-востока Якутии и Чукотки.

Трансарктическая железнодорожная магистраль станет опорным хребтом для намечаемых к строительству линий Белкомур, Индига – Сосногорск, Воркута – Усть-Кара, Обская – Бованенково – Сабета, значительно повысит эффективность использования меридианных внутренних водных путей по рекам Обь, Енисей, Хатанга, Анабар, Лена, Яна, Индигирка, Колыма для обеспечения жизнедеятельности материковых районов Арктики и Крайнего Севера. Как показывает опыт создания Западно-Сибирского нефтегазодобывающего территориально-производственного комплекса, кратно снизятся затраты на освоение месторождений углеводородов и твёрдых полезных ископаемых шельфа и побережья морей Северного Ледовитого океана. Ещё больше, чем в экономическом плане, трансарктическая магистраль будет иметь значение для обеспечения обороны северных рубежей, связанности и политической целостности Российской Федерации.

Госпрограммой развития Арктической зоны России, кроме развития внутренней автодорожной сети в опорных зонах, предусматривается и строительство межрегиональных дорог федерального значения. В качестве наиболее важных из них можно выделить Нарьян-Мар – Усинск и Колыма – Омсукчан – Омолон – Анадырь.

Необходимо особо отметить, что развитие в Арктике железнодорожного и автомобильного транспорта не является альтернативой морскому. Напротив, снимая с него небольшую часть нагрузки по логистическому обслуживанию внутренней жизни макрорегиона, они значительно усиливают экспортную и транзитную функции Северного морского пути, обеспечивая надёжность работы береговой инфраструктуры, способствуя созданию для него новой грузовой базы.

Разреженность пространства с точки зрения размещения поселений предопределяет особое значение для Арктики воздушного транспорта. Однако малая авиация, обслуживающая небольшие населённые пункты, находится в крайне запущенном состоянии. Эксплуатируются использующие дорогостоящее топливо морально и физически устаревшие летательные аппараты, рейсы выполняются нерегулярно, цены на билеты запредельны с точки зрения платёжеспособности населения, ежегодно прекращают своё существование многие местные аэропорты и авиаплощадки. Зачастую транспортные связи северных посёлков с остальным миром восстанавливаются только с наступлением сильных холодов, когда открываются ледовые переправы через реки и автозимники.

Такое положение дальше становится нестерпимым. Вот почему, несмотря на то, что в последней редакции Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации ещё и чернила не высохли, необходимо уже сейчас дополнять её специальным разделом о Полярной авиации. Она должна включить в себя и порядок отнесения воздушных линий к социально-значимым, субсидируемым; и план восстановления и принципы финансирования содержания местных аэропортов и площадок; и программу разработки и выпуска новой авиационной техники.

***

Развитие Арктической зоны окажет позитивное влияние на экономическое состояние других макрорегионов России, обеспечивая их предприятия углеводородным и минеральным сырьём, создавая транспортные возможности для выхода на рынки произведённых ими товаров. Но реализация арктических проектов приведёт ещё к одному важному последствию: макрорегион сам становится крупнейшим потребителем продукции высоких технологий. Потребуются отвечающие особым условиям работы в экстремальном климате надёжные средства связи и автоматизации производственных процессов, экономичные автономные энергоисточники, подводные и подземные роботы, беспилотные транспортные средства и множество других новейших материалов, приборов, устройств, машин и механизмов. Всё это может быть создано только с использованием возможностей шестого технологического уклада. Таким образом, Арктика рождает спрос на продукцию производств нового уклада. Это важнейший стимул для активизации работы научных центров, реконструкции на новейшей технологической основе всего транссибирского промышленного пояса от Урала до Владивостока.

В этом контексте особенно важно развитие транспортного машиностроения. К сожалению, на сегодняшний момент все его подотрасли далеко не удовлетворяют потребности страны даже в стандартных моделях транспортных средств, не говоря уже о специальном арктическом исполнении.

Если атомные ледоколы для Северного морского пути строятся на отечественных судоверфях, то почти все дизель-электрические, а также танкеры и сухогрузы ледового класса заказываются в Южной Корее, Германии или Финляндии. Закупки подвижного состава для высокоскоростных железных дорог сориентированы на немецкие образцы. Автомобильная техника высокой проходимости в северном исполнении выпускается не серийно, а мелкими партиями. Но в особенно тяжёлой ситуации находится авиапарк местных воздушных линий. Старые испытанные «рабочие лошадки» внутрирегиональных авиаперевозок – самолёты АН-2 и АН-24 – доживают свой век. Последние экземпляры этих выдающихся по конструкции и исполнению машин вырабатывают остатки своего индивидуального ресурса. Им на смену приходит разношёрстная импортная рухлядь.

В качестве причин отсталости отечественного транспортного машиностроения обычно называют перезагрузку производственных мощностей оборонными заказами, недостаток рабочих и инженерных кадров, отсутствие технологических компетенций. Но на самом деле это не причины, а объяснения. Ведь если нет свободных мощностей – надо строить новые заводы, нет кадров – необходимо их готовить, нет технологий – их можно купить, одновременно создавая отечественные. Причиной же является отсутствие в стране системы стратегического планирования и промышленной политики, выделения в их рамках главных приоритетов.

Достройка общенационального каркаса транспортных магистралей, в том числе арктических, создание с опорой на возможности шестого технологического уклада современной индустрии транспортных средств, обеспечивающей основные потребности страны их собственным производством, не могут не быть одним из таких приоритетов. Для гигантской по территории России это такой же важности задачи с точки зрения обеспечения единства, целостности и безопасности государства, как постоянное поддержание боеспособности вооружённых сил. Наш собственный опыт показывает, что они вполне решаемы. Достаточно вспомнить, что в 1880-е годы царской Россией строилось по две тысячи километров железных дорог в год; что в 1930-е годы в стране, буквально на пустом месте, были созданы автомобильная и авиационная промышленность; что в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны были построены и успешно работали десятки новых авиазаводов, модели выпускаемых самолётов менялись каждые полгода и было достигнуто полное превосходство над противником не только по количеству, но и по качеству летательных аппаратов; что вплоть до начала 1970-х годов продукция советского автопрома была вполне конкурентоспособна на мировом рынке; что первый в мире атомный ледокол был построен отечественным судопромом; что вышедший на линию Москва – Ленинград ещё в 1974 году наш электропоезд ЭР-200 имел скоростные характеристики, вполне сопоставимые с современным импортным «Сапсаном». Можно привести ещё множество примеров из истории промышленности и транспорта. Они все подтвердят общий вывод, что при наличии политической воли и концентрации усилий можно решить самые сложные задачи. А сегодня развитие транспорта и транспортного машиностроения выдвигаются в число самых первоочередных. Вот где должна быть истинная сфера применения всевозможных особых экономических зон, территорий опережающего развития и других механизмов стимулирования инвестиций, а не в добыче полезных ископаемых или отвёрточной сборке импортного ширпотреба.

Что касается специального транспорта в северном исполнении, то для России самой судьбой уготована необходимость стать лидером в производстве всех его видов в мировом разделении труда. Размещение же предприятий общего, специального и транспортного машиностроения в существующих, а при необходимости и вновь создаваемых промышленных центрах Урала, юга Сибири и Дальнего Востока даст мощный стимул для желаемого сдвига экономической активности в восточные регионы страны.

***

При всей важности других, ключевым всё-таки является вопрос о Человеке в Арктике: кто и почему продолжит дело её освоения в современной буржуазной России. Вопрос этот далеко не праздный, ведь начавшийся в первые же годы реформ процесс обезлюдивания северов продолжается и доныне. Разорение и гибель предприятий, брошенных в реформенное время на произвол судьбы, привели к обнищанию людей, деградации социальной сферы, запустению городов и посёлков. Конечно, и во многих других районах страны есть аналогичные проблемы. Но на Севере они гораздо острее. Из-за крайней дороговизны жизни в экстремальных природно-климатических и экономико-географических условиях здесь в значительно меньшей степени, чем в целом по России, доходы населения соотносятся с прожиточным минимумом. Возможности для развития малого бизнеса ограничены из-за повышенных издержек любого производства на северах и, как следствие, низкой конкурентоспособности большинства видов своей продукции перед привозной. Дороговизна и деградация транспорта обусловливают низкую динамику перемещения людей для поиска новой работы, учёбы, повышения квалификации. Переезд к новому месту жительства зачастую просто невозможен из-за отсутствия средств на покупку жилья, когда продажа имеющегося не может служить их источником в условиях полного отсутствия спроса на дома и квартиры в арктических населённых пунктах. Образуется замкнутый круг безысходности. Не будет преувеличением сказать, что в ряде районов Крайнего Севера происходит одичание жизни, а главным источником существования людей становятся те или иные формы бюджетной поддержки или примитивная самозанятость: охота, рыбалка, сбор дикоросов, случайные заработки.

Есть в Арктической зоне и относительно благополучные, и даже передовые в социально-экономическом отношении районы и целые субъекты Федерации. К их числу относятся крупные города с многопрофильным хозяйством, моногорода с предприятиями военно-промышленного комплекса, зоны деятельности горнодобывающих и нефтегазовых компаний.

Но в целом острота социальных проблем в северных районах страны, куда кроме Арктической зоны относятся Крайний Север и приравненные к нему местности, не снижается с течением времени. Старая советская система материальных стимулов давно превратилась в архаику и продолжает существовать лишь в качестве политической демонстрации заботы государства о северянах. Нормативные положения о государственных гарантиях льгот и компенсаций в более или менее полном объёме применяются только в отраслях бюджетной сферы. Да и здесь это применение во многом формально. Так, районные коэффициенты к заработной плате уже давно утратили свою функцию полной компенсации удорожания стоимости жизни, а абсолютная величина северных надбавок настолько мала, что никак не может служить стимулом к закреплению кадров. И те, и другие начисляются, чтобы хоть как-то прикрыть бедность бюджетников. Что касается бизнеса, то малые и средние предприятия из-за низкого уровня доходов в условиях жёсткой конкуренции с привозной продукцией и услугами не в состоянии взять на себя ещё и выполнение государственных, по сути своей, гарантий и льгот. Крупные же компании выстраивают собственные корпоративные системы оплаты труда, по своему усмотрению трактуя те или иные нормативные положения.

И на государственном уровне, и в общественном сознании уже давно существует понимание необходимости разработки и законодательного закрепления новой системы льгот и гарантий для северян, отвечающей рыночным реалиям. Но даже не череда политических событий или экономических кризисов, а сама сложность проблемы послужила препятствием для принятия уже явно перезревших решений. Ведь надо из множества несводимых к единому измерителю критериев отнесения тех или иных территорий к Арктике, Крайнему Северу и приравненным к нему районам выбрать один. С учётом разнообразных медико-биологических и иных факторов установить оптимальный и обоснованный набор льгот и преференций для северян, разработать методики измерения их стоимостного эквивалента. Разнести ответственность за соблюдение установленных норм между государством и бизнесом, организовать систему контроля над их соблюдением, найти источники финансирования новых бюджетных обязательств. Есть и много практических вопросов. Например, как компенсировать рост удорожания стоимости жизни: через увеличение выплат или посредством особого контроля над ценами на потребительском рынке, в том числе путём организации государственного завоза жизненно-важных товаров в районы с ограниченными сроками их доставки? Специальных решений требует и социальная проблематика коренных малочисленных народов Севера. Надо признать, наконец, что к их традиционным занятиям и промыслам неприменим чисто рыночный подход. Здесь требуются особые системы заготовок и закупочных цен.

Конечно, Север есть Север, и здесь не бывает простых задач. Но при всей их сложности нельзя откладывать принятие решений. А сейчас ситуация другая: при подготовке Госпрограммы развития Арктики подспудно полагалось, что рост экономики сам по себе снимет остроту социальных проблем за счёт увеличения доходов населения. На практике выяснилось, что это не так. Бизнес не может развиваться без рабочей силы, а человек не может воспроизводить свою способность к труду без должного уровня доходов, который не обеспечивает бизнес. Круг замыкается. Надо вовремя рубить «гордиевы узлы» проблем.

До сих пор не стихают дискуссии по поводу того, целесообразно ли дальнейшее содержание небольших городов и посёлков, созданных в советский период освоения Арктической зоны и Крайнего Севера, не лучше ли их ликвидировать и в дальнейшем использовать исключительно вахтовый метод работы. Очевидно, что правильный ответ заключается в том, что судьбу каждого населённого пункта надо решать в зависимости от перспектив расположенных там производств, особенно если хозяйство моноотраслевое. Но при любых конъюнктурных обстоятельствах надо оберегать и поддерживать все существующие поселения, выполняющие административные и логистические функции. Они должны быть выдвинутыми вперёд аванпостами в Арктике, осуществлять роль организаторов экономического, социального и культурного пространства. Поэтому в новых документах стратегического планирования необходимы специальные программы поддержки таких больших и малых арктических центров с точки зрения ликвидации аварийного и ветхого жилья, развития коммунального хозяйства, создания в них объектов здравоохранения и образования, обслуживающих всю окружающую территорию на основе новых телекоммуникационных технологий.

Непосредственно же при реализации удалённых инвестиционных проектов лучше использовать вахтовый метод. Уже накопленный опыт показал, что наиболее эффективны и безопасны для здоровья людей вахты в пределах одного часового пояса. Это означает, что центры формирования коллективов вахтовиков должны быть в южных районах Урала, Сибири, Дальнего Востока. Таким образом, транссибирский промышленный пояс станет тыловой опорой российской Арктики не только с точки зрения обмена ресурсами, но и в человеческом измерении.

Конечно, вахтовый метод имеет множество недостатков. Но его использование оправдано не только с экономической точки зрения, но и как инструмент формирования ценных личностных качеств человека. Арктика требует высокого уровня профессиональной подготовки, умения работать в коллективе, развитого чувства долга и ответственности, собранности и дисциплинированности, доведённой до автоматизма взаимовыручки. Эти ценные качества, приобретённые человеком на Севере, остаются с ним на всю жизнь.

***

После распада Советского Союза Россия стала ещё более северной страной, чем когда-либо в своей истории. Наверное, лучше всех это понимают космонавты, наблюдая с огромных расстояний, как держава наша приютилась на самой макушке Земли у Северного полюса. Разнообразная деятельность в Арктике уже стала нашей повседневностью, а не каким-то отдалённым эпическим явлением. По факту это давно так, достаточно посмотреть ресурсные и финансовые балансы страны. Постепенно приходит и осознание, что не только настоящее, но и будущее государства напрямую зависит от состояния дел на российском Севере. Вот почему должна быть продолжена работа по выработке и, самое главное, практической реализации стратегических и тактических решений по его динамичному развитию. Это особенно важно в условиях нарастания претензий наших геополитических соперников на доминирование в Арктике.

Некоторые могут возразить, что сегодня Россия не имеет финансовых ресурсов для экономического, логистического и военного укрепления позиций в столь отдалённом, сложном и ресурсоёмком макрорегионе. На самом деле, об этом смешно и говорить, когда наша страна уже четверть века является финансовым донором всего мира, а львиная доля вывозимых из России средств рождается именно на отечественных северах. Надо развернуть обратно могучие эти финансовые потоки и их мелкие ручейки. Как это сделать – давно известно и из теоретических разработок многих наших экономистов, и из опыта других стран. Нужна только политическая воля к изменению действующего сейчас в России компрадорского хозяйственного механизма.

Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > amurmedia.ru, 2 февраля 2018 > № 2492808 Денис Корнев

Денис Корнев: Клуб миллионеров - не волшебная палочка

О том, как можно поменять жизнь людей и научить их строить свое благосостояние, рассказал руководитель хабаровского Клуба миллионеров

Очень многие люди мечтают о том, чтобы изменить свою жизнь, как говорится, "в корень". Для этого в современном мире нужны, конечно же, деньги. И речь не идет о десятках, или сотнях – речь идет о миллионах. Для тех, кто хочет научиться грамотно управлять своими финансами и хочет лучшей жизни для себя и своих близких существует программа обучения финансовой грамотности в "Клубе миллионеров". О том, какими инструментами этого можно достичь, в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал тренер "Клуба Миллионеров" в Хабаровске Денис Корнев.

Я родился в обычной советской семье, папа мой – офицер армии, мама – бухгалтер, у нас никогда не было мегадоходов, жили, как все. Учился в школе, после школы служил в армии, после армии работал в правоохранительных органах, затем перешел в банковский сектор. Случайно, в период своего глубокого финансового кризиса я попал на тренинг личностного роста "Матрица. Перезагрузка", где познакомился с Максимом Темченко (автором и создателем международной франшизы Курса личных финансов "Клуб Миллионеров" — ред.). И вот после этого тренинга в моей жизни стали происходить изменения. Сначала я пересмотрел отношение к миру, к людям, потом стали появляться мысли о миссии, цели в жизни и так далее. Но уверенности в том, нужен ли мне "Клуб миллионеров", не было. Прийти в Клуб меня, можно сказать, заставил мой друг Павел, который к этому времени испробовал его, что называется, на себе. Иди, говорит, в Клуб миллионеров, это тебе нужно, я это вижу по тому, как ты относишься к своим деньгам. Я думал: люди просто собираются, наверное, хорошо проводят время, и все. Не верил я в это. Думал, это что-то вроде секты, куда людей заманивают несбыточными обещаниями. Теперь я понимаю, что и само понятие "секта" у нас стало несколько размытым – по сути, сектой можно назвать любое сообщество людей, собирающихся по определенным интересам.

Первое впечатление от Клуба миллионеров – я просто обалдел от своей финансовой безграмотности, от того, насколько бездарно и безрассудно я распоряжался своими доходами и тратил деньги. Первое время после тренинга "Матрица" и после "Клуба" даже моя супруга относилась с иронией к тому, чем я занимался, но после она стала прислушиваться к моим мыслям. Я ей сказал: ты можешь сколько угодно смеяться надо мной, но давай посмотрим на десять лет назад и посчитаем, сколько денег за это время прошло через наши руки. И мы вместе оглянулись назад, посчитали… Ну, купили детям квартиры, гараж, ну, машину, дачу… Но денег-то было гораздо больше!

И когда стали осознавать, что эти деньги растворились бесследно, волосы зашевелились буквально везде. Я предложил супруге: давай ты тоже пройдешь курс в Клубе миллионеров, хотя бы для того, чтобы просто понимать эти процессы. Она прошла курс уже когда я сам стал тренером, и сейчас у нас есть общие цели, общее понимание процесса зарабатывания и траты денег. Позже к этому процессу я привлек всех своих ближайших родственников – сестру, детей – для того, чтобы мы ставили одинаковые цели и имели общий и всем понятный маршрут их достижения. У меня две дочери, младшей – 8 лет, и уже сейчас она участвует в тренингах, которые провожу я и мои партнеры, и имеет колоссальный ресурс экономии времени. Она знает, что такое подушка финансовой безопасности, что такое "денежная курица" и зачем она нужна. И не просто знает, а умеет всем этим пользоваться.

— Денис, Вы говорите, что Клуб миллионеров учит финансовой грамотности, способности самоорганизовываться и так далее… Но все равно это звучит несколько абстрактно. Что люди делают в Клубе миллионеров такого, что у них так меняется сознание? Что их толкает вперед?

— Существует достаточно много школ повышения эффективности бизнеса, школ зарабатывания денег, достижения целей. Все они хороши и по-своему уникальны. Чем отличается от них Клуб миллионеров? Есть определенные алгоритмы действий. Когда человек начинает их изучать, он говорит себе "да я же все это знал, но я не делал почему-то". Есть алгоритм действий: делай 1, 2, 3, 4, 5 и будет тебе счастье. Идешь, делаешь этот алгоритм, он входит в твою жизнь, и ты начинаешь постепенно достигать каких-то результатов.

Многие люди, прочитав какую-то книжку, решают: все, с завтрашнего дня я буду жить по-другому, думать по-другому и так далее. Потом через некоторое время человека будто течением сносит назад, на тот берег, откуда он отчалил. Ослабевает желание, иссякает энергия, возникшая после прочтения книги либо прослушивания курса лекций. Клуб миллионеров отличается тем, что не просто дает технологию, он меняет убеждения человека. И когда у человека меняются убеждения, меняется его жизнь.

Вот пример. Есть человек, так сказать, в нынешней ситуации, некий Я-1, и тот, каким он хочет стать, назовем его Я-2. И есть результаты, Р-1 и Р-2 – каждый человек имеет какой-либо результат, которого он добился здесь и сейчас, и есть результат, к которому он стремится. Каждый результат достигается путем неких действий. Действиям предшествуют мысли. Но каждый человек наверняка достигал когда-то других результатов. К примеру, всегда зарабатывал 100 тысяч рублей, а в один месяц заработал 200. Кажется, все просто – совершай другие действия и получишь другой результат. Но тут возникает барьер. Почему? Потому, что мышление осталось прежним. Очевидное решение – поменяй мысли, как пишет Наполеон Хилл, "думай по-богатому", и все будет. И человек такой: "все, я думаю по-богатому!", аА все равно его назад сносит. Почему? Потому что его убеждения не позволяют ему думать иначе. К примеру, у некоторых людей есть убеждение, что "в нашей стране честным трудом нельзя заработать больше 500 тысяч рублей". Какой предел заработка у этого человека? Правильно, 499 тысяч рублей. Как мыслит человек в позиции Я-2? "Как можно зарабатывать меньше 500 тысяч рублей в месяц? Как вообще можно жить на эти деньги?" Разница колоссальная.

То есть человек, который меняет свои убеждения, по-другому действует и достигает других результатов. Этим Клуб миллионеров и отличается от других: он не дает просто алгоритм действий, он меняет убеждения, и меняет их через цели. Очень важно, если у человека есть цели, которых он реально хочет достигнуть. Есть цели на уровне желаний – "хочу собственный самолет, яхту и остров", и на уровне потребностей. И задача Клуба – цели сверху, "хотелки", переводить в разряд потребностей.

И за время курса меняются убеждения человека. Например, человек говорил: я, в принципе, могу полететь в бизнес-классе, деньги позволяют, но я не полечу, потому что дорого. За время обучения в Клубе человек начинает мыслить как в позиции 2, делать как в позиции 2 и получать соответствующий результат.

Происходят изменения. Как это делается? Имеются определенные технологии. И в подтверждение того, что это возможно, вспомните себя 10-15 лет назад и людей, которые вас тогда окружали. Я более чем уверен, что прошло время, а есть такие люди, которые на том уровне и застряли. И им хорошо – доходы, уровень жизни – все устраивает. Они не хотят меняться. А вы поменялись за это время. Потому что у вас были определенные цели.

Это пример того, что можно менять свою жизнь и свои убеждения, когда у человека меняются цели. Вот в Клубе миллионеров один из блоков посвящен как раз постановке целей, пониманию, истинные ли они, действительно ли человек этого хочет, он этого хочет или хочет его жена и так далее. Благодаря тому, что мы разбираемся с целями, мы засаживаем человек в голову те убеждения, которые действительно позволят ему измениться и прийти к определенному результату. А конкретных примеров очень много. Все выпускники Клуба миллионеров пишут отзывы. Вот: "Несмотря на увольнение, мой доход вырос до 80 тысяч рублей в месяц. Долг уменьшился на 20 тысяч рублей. Создал новый источник дохода от недвижимости с инвестициями в 500 тысяч рублей. Ожидания от курса оправдались на 100%". Вот это вдохновляет. Когда благодаря внедрению в жизнь людей, казалось бы, элементарных вещей, видишь результаты этих людей, слышишь благодарности от них – хочется это дело продолжать.

— Какие люди к вам приходят?

Абсолютно разные. Спрашивают: нужно ли быть миллионером, чтобы прийти в Клуб миллионеров? Отвечаю: нет. Но вы им станете 100%. Кто-то через 3 месяца. Кто-то через полгода. Кто-то через три года, пять, но это неизбежно, потому что происходит изменение сознания, убеждений, и человек, прошедший курс, просто не позволит себе жить так, как он жил прежде, и относиться к деньгам так, как он относился раньше. Это неминуемо приведет к результату, в зависимости от той скорости, которую человек принимает для себя. Есть примеры, когда человек прошел курс и видит, что вроде ничего не поменялось. Проходит несколько лет, человек запускает свой прибыльный бизнес, избегая тех ошибок, которые он мог бы допустить. Человек может даже не понять, что это следствие тех трансформаций, которые были запущены в Клубе.

— Сколько времени существует Клуб и сколько людей прошло через него за это время?

— За 8,5 лет существования Клуба в Хабаровске выпустилось 673 человека. Это 43 группы в среднем по 15 человек. Каждая группа формируется волшебным образом под запрос людей, которые в нее входят. Там случайных людей не бывает. Иногда случается так, что человек записался в группу, и по каким-то обстоятельствам не пошел в нее. Попадает в другую и там находит себе партнеров по бизнесу, жену, друга – такие случаи бывают. В целом по России Клуб прошли около 3000 человек.

— Сама программа обучения меняется? Как часто и под влиянием чего?

— Под влиянием внешних факторов, разумеется. По-другому ведет себя экономика, появляются новые инвестиционные инструменты, другой опыт. Он анализируется экспертами, тренерами клуба и программа меняется. Вот сейчас я провожу Клуб в версии 2.0. И с 25 января в Москве стартует версия 3.0. Автор этой методики запускает третью версию клуба, в Хабаровске она появится к концу 2018 года, после того, как я сам познакомлюсь с ней, пройду дополнительное обучение и повышение квалификации.

— Чем версии отличаются друг от друга?

— Больше жизненных примеров, больше информации. Какая-то информация ушла, какая-то появилась… Важный момент: почему не часто обновляется? За 8,5 лет это всего лишь третья версия? Потому что в Клубе даются фундаментальные знания, которые позволяют в любой этап, в любой ситуации и в любом городе внедрять эти вещи и получать результат. Это не то, что меняется каждый месяц. Это не модные тренды, сиюминутные вещи. Мы говорим о фундаменте, который позволяет человеку осуществлять долгосрочное планирование, формировать капитал, управлять им, планировать свою жизнь на 100, 200 лет вперед – как будут вести себя дети, внуки. То есть задавать фундамент семейного богатства. Если создавать сейчас фундамент богатой семьи то результаты будут. Пусть я сейчас не стану долларовым миллиардером, но дети мои будут иметь гораздо больше шансов стать ими.

— То есть вы хотите сказать, что Клуб дает универсальные знания, которые можно применить в различных условиях. Но разве так бывает? К примеру, при переезде в другое место человек может столкнуться с абсолютно другими условиями для ведения бизнеса, жизни?

— Вот научились вы когда-то читать. Прошло время. Поменялась экономика, жизнь абсолютно по-другому развернулась… Читать вы все равно умеете. Да, вы скажете, на родном языке умею, а на иностранном – нет. Но вы же знаете общий принцип – речь состоит из предложений, предложения – из слов, слова — из букв. Значит, сумеете освоить и любой другой язык. В Клубе мы даем такие знания, которые остаются навсегда, и при правильном подходе человек может применять их в любой отрасли – для запуска своего дела, для карьерного роста в найме, для инвестиций и так далее. У Роберта Кийосаки есть четыре основных сегмента доходов – он о них много пишет. В Клубе миллионеров мы рассматриваем шесть источников дохода. Потому как все передовые знания объединены в одну систему. Это совокупность информации и адаптация ее под Россию.

— Сколько времени длится курс?

— Он длится три месяца, и за это время формируются новые финансовые привычки у человека. Но это не волшебная палочка – человек не проснется в одно прекрасное утро миллионером. Нужно пахать каждый день, выполнять задания, внедрять это в свою жизнь. Тогда будет результат. Конечно, есть результаты и у людей, которые не особо активно вникали в курс, получили, скажем, 40% знаний. У них тоже будет результат, но чуть позже.

Все от человека зависит. Если он реально хочет к чему-то прийти, он будет делать. Еще я очень часто говорю участникам Клуба: ребята, запомните одну простую истину – если вы сами о себе не позаботитесь, никто о вас не позаботится. И из этой позиции принимайте решение. Нужно работать над собой, делать, читать, пробовать, не бояться совершать ошибки.

Могу сказать еще такую вещь. Как у нас система образования работает? Человек получает академические знания и специальные. Есть еще жизненный опыт. Человек учится в школе, а потом получает профессию. У нас есть очень много умных людей – докторов наук, профессоров, которые, прямо скажем, не богаты. Хотя они очень умные. А деньги как раз лежат внутри этого треугольника – академическое образование – профессиональное – жизненный опыт (финансовая грамотность). Чем больше его плоскость, тем больше денег там. И наша задача, чтобы площадь этого треугольника становилась больше. Как? Либо увеличивая жизненный опыт (финансовую грамотность), либо повышая уровень образования. Как приобретается жизненный опыт? Путем совершения ошибок.

Когда человек ошибается, он извлекает из этого урок. И чем больше попыток он сделал, тем больше у него жизненный опыт, финансовое образование, а значит, и денег больше.

Смотрите, как учат детей в школе. Если ребенок ошибся, ему ставят низкий балл. Наказывают. У него формируется мысль – я лучше не буду делать вообще ничего, потому что если я ошибусь, меня накажут. Конечно, классно управлять людьми, которые ни к чему не стремятся. Люди, которые не боятся совершать ошибки, развиваются за счет приобретения нового опыта. Площадь треугольника становится больше. А если параллельно с практикой получаешь новые теоретические знания, она еще больше увеличивается.

— Какие задания вы даете слушателям Клуба?

— Самое первое – делать зарядку. Заниматься спортом. Это и есть начальное внедрение финансовых привычек и самодисциплины, которая позволяет достигать новых результатов. Заданий на самом деле много. К примеру, сделать плакат мечты. Поместить на него то, к чему ты хочешь прийти. Визуализация. Ведь когда-то не было самолетов – но кто-то же их нарисовал… Так и с любой другой вещью в нашей жизни. И это похоже, может, на сумасшествие, когда человек, заряженный какой-то целью, покупает кусок земли, пустырь. Он приходит на этот пустырь и видит там, к примеру, торговый центр. Или завод. Или еще что-либо. Он подходит, закрывает глаза и видит, как это будет. Потом приходит домой и рисует, потом заказывает проект, ищет инвестора, строит и так далее.. Такие бывают задания.

— Вы больше говорите о бизнесе, но будет ли полезен ваш курс тому, кто хочет развиваться в найме?

— Разумеется. Есть люди, которым в найме комфортно. Есть выпускники Клуба, которые в найме начинают увеличивать свои доходы в 10 раз. Есть инструменты привлечения доходов в найме. Например – карьерный рост. Мы говорим, как этого достичь. Почему человек либо растет, либо не растет. И что делать, если он считает, что в данной компании он "уперся в потолок". Есть выход и здесь. Поменять компанию, поменять начальника. Самому стать начальником. Методов много – простых, сложных, нужно просто не бояться и делать.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > amurmedia.ru, 2 февраля 2018 > № 2492808 Денис Корнев


Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 22 января 2018 > № 2466336 Георгий Карлов

Георгий Карлов: Высококлассные специалисты не поедут на ДВ за низкими зарплатами

Упрощенный порядок выдачи виз для «инработников», едущих на ДВ, не означает, что это будут исключительно высококвалифицированные «спецы»

Предлагается упростить порядок выдачи виз для иностранных работников, приглашённых на предприятия территорий опережающего социально-экономического развития (ТОСЭР) на Дальнем Востоке. В том числе предполагается увеличение срока действия рабочих и деловых виз до 10 лет. Инициатива Правительства РФ поступила в Госдуму на минувшей неделе. Мнения депутатов разделились, одни утверждают, что речь идёт о "высококвалифицированных" иностранных специалистах, другие полагают, что поедет, прежде всего, рабочая сила из ближнего зарубежья, сообщает корр. ИА PrimaMedia (Москва).

Георгий Карлов, депутат от Сахалинской области, считает наивными заявления о том, что упрощённые рабочие визы будут распространяться только на высококлассных иностранных специалистов.

– Если взять, например, Сахалин, квалифицированные иностранные работники приезжают только туда, где платят большие зарплаты. У нас это – проекты "Сахалин-1, "Сахалин-2". Это энергетический комплекс. Точно также и в других регионах Дальнего Востока. Далеко не каждое предприятие может позволить себе дорогих высококвалифицированных иностранных специалистов, это касается и проектов, существующих в рамках ТОСЭР и Сводного порта Владивосток. Поэтому повезут в основном "рабочие руки", – прокомментировал Георгий Карлов.

Сообщается, что многократную рабочую визу получат те иностранные граждане, которые будут приглашены резидентами Свободного порта Владивосток или ТОСЭР для трудоустройства. Долгосрочная виза распространяется и на членов их семей. Строгое условие только одно – обязанности рабочего должны быть связаны с реализуемым проектом.

Ранее представители комитета Госдумы по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству высказали уверенность, что законопроектом, в случае его вступления в силу, не смогут воспользоваться "чернорабочие", привлекать будут высококлассных иностранных инженеров.

Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 22 января 2018 > № 2466336 Георгий Карлов


Россия. ДФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 22 января 2018 > № 2466333 Вячеслав Шпорт

Шпорт: Я уволил директора одной из финансовых структур за нежелание работать с бизнесом

Чиновница, по словам губернатора, курировала выдачу микрозаймов и гарантий и возомнила себя слишком крутой для рядового малого бизнеса

Губернатор Хабаровского края рассказал, за что в прошлом году уволил директора одного краевого финансового учреждения. Чиновница отвечала за выдачу микрозаймов и не захотела выстроить диалог с бизнесом, работая лишь с перечнем избранных, сообщил Вячеслав Шпорт на встрече с предпринимателями, передает ИА AmurMedia.

Подводя краткие итоги сделанного совместно с бизнес-сообществом в крае в 2017 году, Вячеслав Шпорт особо подчеркнул важнейший итог, причем принципиально нематериального свойства.

— Нам удалось, на мой взгляд, на территории края создать некое своеобразное "одно окно", как бы площадку для диалога, площадку для обмена мнениями. Она у нас работает. И следующий наш шаг – создать площадки на муниципальном уровне. Край не может быть отдельно без муниципалов, также как страна без регионов тоже быть не может. Пока у нас там еще как бы есть проблемы, и мы с вами на примере города Комсомольска-на-Амуре уже попробовали несколько раз выездные совещания совета по предпринимательству и увидели, когда в первый раз приехали, там мы увидели древний мир. Здесь средние века, а там древний мир, — сказал Вячеслав Шпорт — И уже на втором заседании краевого совета в Комсомольске-на-Амуре мы увидели инициативу предпринимателей, мы услышали их голос, мы увидели, что они работают, мы увидели, что нет связки между некоторыми институтами власти и предпринимателями. И я даже по итогам одного из совещаний снял с работы директора нашего одного из институтов, который занимался микрозаймами, гарантиями и так далее. Просто снял с работы. Это надо было сделать, потому что невозможно так вести диалог. Раз я в городе Хабаровске, значит, я главная, я крутая, а вы тут сидите, вы хоть все машины свои заложите, так она сказала, хоть дачи свои заложите, квартиры, а кредит никогда не получите. Потому что у нее был перечень, по которому она должна была выдавать.

Вячеслава Шпорта не на шутку встревожило количество убывших за год из Комсомольска

По словам губернатора, чтобы связь с бизнесом не прерывалась, выездные совещания в районах будут практиковать и далее.

— Мы видим, есть обратная отдача. И предприниматели понимают, что мы их видим, мы их слышим, можем с них требовать сегодня отдачи, чтобы они работали, как положено, — отметил Вячеслав Шпорт.

Россия. ДФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 22 января 2018 > № 2466333 Вячеслав Шпорт


Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм > amurmedia.ru, 19 января 2018 > № 2466332 Георгий Карлов

Георгий Карлов: Надо наказывать рублём тех, кто на Дальнем Востоке обманывает туристов

Закон об обязательной классификации гостиниц прошёл третье чтение в Государственной Думе

Владельцы гостиничного бизнеса на Дальнем Востоке больше не смогут завышать "звёзды" своих объектах, как им вздумается. В пятницу, 19 января, закон об обязательной классификации объектов туристской индустрии на территории РФ прошёл третье чтение в Государственной Думе. Навести порядок в сфере гостиничного бизнеса поручил Президент Владимир Путин, – сообщает корр. ИА PrimaMedia (Москва).

В соответствии с принятыми поправками к федеральному закону "Об основах туристской деятельности в России" теперь официально вводятся понятия "гостиничные услуги", "гостинца и иное средство размещения", "классификация объектов туристкой индустрии". Депутат Госдумы от Сахалинской области Георгий Карлов рассказал, что к принятию данного закона подталкивает здравый смысл и представление о цивилизованности гостиничного рынка.

– Президент России и Председатель Правительства в рамках общего социально-экономического развития Дальнего Востока делают ставку и на туризм. А о каком большом притоке российских и иностранных туристов может идти речь, если гостиничный бизнес предлагает низкокачественный продукт. И это не только у нас на ДВ, это проблема всей России. Поправки об обязательной классификации должны позитивно отразиться на туристическом потенциале России и Дальнего Востока. А тех, кто будет обманывать туристов, завышать "звёзды", накажут рублём, – прокомментировал Георгий Карлов.

Обязательная классификация будет поэтапной: "с 1 января 2018 года — в отношении объектов с фондом более 50 номеров, с 1 января 2019 года — в отношении объектов с фондом более 15 номеров, с 1 января 2020 года — в отношении всех остальных объектов" – сказано в официальных документах.

Также вводится запрет на предоставление гостиничных услуг без свидетельства классификации и на использование категории, которая не соответствует той, что указана в документе. Существующее законодательство уже предусматривает перечень административной ответственности:

"За предоставление гостиничных услуг без свидетельства штраф в отношении должностных лиц составляет от 7 тыс. рублей до 10 тыс. рублей, в отношении юридических лиц — от 40 тыс. рублей до 50 тыс. рублей. За нарушения, предусмотренные частью 2 статьи 14.7 (введение потребителей в заблуждение), штраф в отношении должностных лиц составляет от 12 тыс. рублей до 20 тыс. рублей, а в отношении юридических лиц – от 100 тыс. рублей до 500 тыс. рублей" – сказано в официальных документах.

Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм > amurmedia.ru, 19 января 2018 > № 2466332 Георгий Карлов


Россия. ДФО > Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 19 января 2018 > № 2466313 Елена Соловьева

Мнение эксперта: Выгодно ли вкладываться в жилье и как подорожает недвижимость в 2018?

О перспективах рынка недвижимости в Хабаровске ИА AmurMedia рассказала начальник отдела продаж ООО "ФЖС" Елена Соловьева

Действительно ли вкладывать деньги в недвижимость так выгодно, как принято считать, подорожает ли жилье в Хабаровске в нынешнем году и отчего вообще зависит колебание цен на квадратный метр жилплощади? Начальник отдела продаж ООО "Фонд жилищного строительства" Елена Соловьева в интервью корр. ИА AmurMedia рассказала о перспективах рынка недвижимости краевой столицы.

Заселиться и не разориться — сколько стоит строящееся жилье в Хабаровске?

— Один из способов сохранить деньги — вложить их в нечто ценное, в те же драгоценные металлы или недвижимость. Но если золото из года в год только растет в цене, то как обстоят дела с жильем? Ведь это рынок, который может и упасть — не станет спроса и купленная квартира будет стоять "мертвым грузом". Может такое случиться или недвижимость всегда остается ликвидной?

— Разумеется, вкладывать в недвижимость не всегда рентабельно: было время, когда она неоправданно взлетела в цене, а потом произошло снижение цен на квартиры. Если говорить о сегодняшнем дне, то цены на недвижимость низкие, и это продолжается уже довольно долгий период.

По всем законам экономики, они не могут держаться на одном уровне долгое время, соответственно, рост цен не за горами. Такие тенденции наблюдаются уже сейчас.

— Если мы говорим о покупке недвижимости, как о вложении средств — есть ли разница в покупке "вторички" или "первички"?

— Покупать квартиру на этапе строительства было выгодно во все времена, так как она, априори, будет стоить дешевле, чем готовое жилье в той же новостройке. Плюс – она новая! Качество жизни населения растет с каждым годом, и люди, желающие приобрести жилье, все больше делают ставки на новостройки, чем на квартиры в старых домах. Играют роль низкая стоимость коммунальных услуг ввиду отсутствия износа дома, а значит, есть возможность экономить на отоплении, воде, электричестве и т.д. Но не стоит забывать и про эстетическую сторону вопроса, ведь жилье в новостройке означает и хорошее благоустройство, облагороженные места общего пользования и более бережное отношение новых соседей к месту, где они живут.

— Но ведь и новостройку можно взять на разных этапах. С одной стороны, покупка на этапе котлована — это всегда риск, ведь дом существует только на бумаге. С другой — чем дальше, тем дороже он стоит. Если брать средние суммы, то когда стоит приобрести квартиру (застройка, сдача дома, прочее) для того, чтобы покупка была наиболее эффективной?

— Каждый вариант по-своему хорош, и жизненные обстоятельства тоже разные, ниже приведу плюсы и минусы, и вы сами решите:

1) Застройка на этапе котлована. Плюсы: низкая цена 1 кв.м, большой ассортимент квартир по планировкам, этажам, видам из окон. Минусы: надо ждать окончания строительства, при этом, если привлекается ипотека, то идут платежи по ипотеке. А если еще и съемное жилье, то и за него тоже надо платить.

2) Приобретение недвижимости непосредственно перед сдачей дома. Плюсы: дом уже стоит и заселение произойдет в ближайшее время. Минусы: более высокая цена 1 кв.м, малое количество оставшихся свободными квартир, т.е. уже не выберешь жилье своей мечты — на желаемом этаже, более привлекательными видами из окон и разнообразием планировок квартир.

Поэтому, если деньги есть в наличии, но вы решили, что лучше им полежать на вкладе в банке, посчитайте экономику – ставки по вкладам сейчас низкие, стоимость квартир ближе к сдаче дома растет примерно пропорционально вашим вкладам, а выбор квартир уменьшается.

— Какие процессы в принципе влияют на рынок жилья? Колебания курса доллара, выборы президента страны, ограничение максимальной ставки по ипотеке?

— Все перечисленные процессы взаимосвязаны друг с другом, но в большей степени на рынок недвижимости влияет общая экономическая ситуация в стране, обуславливающая покупательскую способность населения. Резкое снижение курса рубля обычно приводит к всплеску продаж на рынке недвижимости, потому что это становится единственной альтернативой вложения денежных средств (мы это хорошо увидели на примере декабря 2014 года). В большей же степени рынок недвижимости действительно невероятно зависит от ставок по ипотеке. С учетом того, что сейчас 80% сделок по покупке квартир – это ипотечные сделки, размер ипотечных ставок и лояльность банков в выдаче кредитов – один из основополагающих факторов, влияющих на рынок недвижимости как строящегося, так и вторичного жилья. Этим объясняется рост спроса и количества сделок на рынке жилья в период реализации программ государственного финансирования ипотеки (2016 год), подъем ожидается и в 2018 году с началом действия государственной программы снижения ипотечных ставок до 6% для семей, родивших второго и последующих детей.

— В какую недвижимость стоит вкладываться? Есть ли разница для долгосрочного "хранения" денег при покупке коттеджа (таунхауса и т.п.) или квартиры в черте города?

— На самом деле оба варианта довольно привлекательны в отношении вложения денег, так как на каждый товар есть свой покупатель, все зависит от времени реализации того или иного жилья. На Дальнем Востоке, в частности, в Хабаровске, все-таки большим спросом пользуются квартиры в черте города. К сожалению, загородная инфраструктура пока слабо развита в нашем регионе и обслуживание индивидуального дома гораздо сложнее и затратнее, чем квартиры. Также немалую роль играет и возможность сдать квартиру в аренду: в черте города это сделать гораздо проще.

— Каковы перспективы рынка недвижимости Хабаровска в 2018 году — ждать ли нам повышения цен на жилье или, напротив, падения? Будут ли какие-то резкие потрясения в этой сфере?

Прогнозы экспертов и аналитиков относительно цен на рынке недвижимости в 2018 году предполагают разные сценарии развития событий, одно могу сказать точно – цены на строительные материалы растут, поэтому ждать снижения цен на первичное жилье не стоит.

Россия. ДФО > Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 19 января 2018 > № 2466313 Елена Соловьева


Китай. Корея. Азия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 января 2018 > № 2467596 Сергей Лелюхин

Российская рыбная биржа обретает прописку и международное имя.

За последние полгода вопрос развития биржевой и аукционной торговли рыбопродукцией в России вышел на иной, более высокий уровень. За проектом, который с 2014 года в этой сфере реализуют Биржа «Санкт-Петербург» и «Дальневосточный аукционный рыбный дом», теперь следят в госструктурах и крупных финансовых организациях Китая, Южной Кореи и, наконец, в самой России. О ключевых событиях последних месяцев, которые привели к таким результатам, журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал генеральный директор АО «ДАРД» Сергей Лелюхин.

– Сергей Егорович, о планах по строительству во Владивостоке комплекса для биржевой и аукционной торговли рыбопродукцией широко заговорили в июне на российско-китайском ЭКСПО в Харбине. Толчком для этого послужила не просто презентация проекта, но и переговоры с китайскими инвесторами?

– Важным событием для нас стало подписание соглашения с Хейлунцзянской корпорацией по технико-экономическому сотрудничеству КНР о схеме финансирования строительства биржевого комплекса во Владивостоке. В эти же дни мы презентовали наш проект на панельной сессии «Российско-китайское инвестиционное сотрудничество на Дальнем Востоке: первые истории успеха». Мероприятие действительно получило широкое освещение в российских и китайских СМИ, что привлекло к нам дополнительное внимание.

Более того, в эти же дни состоялись переговоры с руководством Харбинского филиала Банка развития Китая (China Development Bank). Результатом стало положительное решение о выделении нам через программу сотрудничества с Россельхозбанком 1 млрд рублей на строительство биржевого комплекса.

Таким образом, события в Харбине можно считать для нас переломным моментом, поскольку после этого к нам начали активно обращаться крупные китайские компании. Одна из них, созданная по инициативе российско-китайского делового совета и имеющая широкую сеть представительств, уже аккредитовалась на нашей биржевой площадке.

– Переговоры с иностранными партнерами продолжились на Восточном экономическом форуме в сентябре?

– Следующим ключевым событием года для нас стало приглашение Росрыболовства представить биржевую площадку на объединенном стенде федерального агентства и рыбопромышленников на площадке ВЭФ. Совместно с отраслевым выставочным оператором Expo Solutions Group и Биржей «Санкт-Петербург» в короткие сроки была проделана колоссальная работа. Мы одновременно работали с более чем 30 компаниями-производителями на предмет их регистрации в качестве участников торгов. А это и подготовка документов, и сбор различных материалов о продукции, и подготовка биржевых инструментов (в общей сложности мы завели в биржевую систему более 150 новых инструментов и изменили биржевую спецификацию). Активная работа проводилась с торговыми представительствами России в Южной Корее, Японии и Китае, а также с представителями Росрыболовства в этих странах. Была подготовлена и разослана информация по зарубежным компаниям – импортерам российской рыбопродукции, ряд из них включился в работу на бирже.

В результате по итогам двух дней торгов в рамках специальных сессий, которые транслировались на объединенном стенде, было заключено сделок на сумму свыше 51,5 млн рублей. Непосредственными участниками торгов стали 7 крупных российских компаний («Русская рыбопромышленная компания», НБАМР, «Океанрыблот», ПБТФ и другие) и 2 иностранных.

Но еще важнее, что к проекту удалось привлечь большое внимание со стороны посетителей стенда – российских и зарубежных бизнесменов и политиков. Так, с работой площадки подробно ознакомились губернатор Сахалинской области Олег Кожемяко, президент «Опоры России» Александр Калинин, сенатор от Приморского края Людмила Талабаева.

Но главное, что на ВЭФ нам удалось выполнить основную цель – популяризировать биржевую форму торговли рыбопродукцией среди наших партнеров из стран АТР. Достаточно большое количество иностранных участников форума ознакомилось с работой торговой площадки, но особо отмечу визит на стенд министра морских дел и рыболовства Республики Корея: г-н Ким Ён Чун детально изучил работу биржевой площадки, задавал много конкретных вопросов о принципах организации торгов и их возможностях. Его визит дал новый импульс нашим взаимоотношениям с Кореей.

– Сегодня на бирже зарегистрировано в общей сложности 32 компании, включая 5 иностранных. Какие-то дополнительные шаги вы предпринимаете для привлечения к биржевому проекту иностранных компаний?

– Мы понимаем, что для более активного вовлечения в проект иностранцев нам нужны некие опорные точки в этих странах. И первым шагом в этом направлении для нас стало соглашение с компанией «Глобал Бизнес Консалтинг», которая выполняет функции представителя «Дальневосточного аукционного рыбного дома» на территории Республики Корея. Эффективность нашего сотрудничества очень высока. За короткий срок нам удалось найти серьезных инвесторов, и в рамках ВЭФ мы подписали соглашение с корейской компанией DNG Global Co., Ltd., которая занимается импортом морепродуктов из России. Глава компании г-н КУ (Koo Byoung Jin) отдельно отмечал, что видит потенциал в развитии рыбной биржевой площадки в России, прежде всего для заключения прозрачных проектов, а также облегчения поиска новых поставщиков и упорядочения ценообразования.

Кроме того, за развитием нашей биржевой площадки и биржевой торговли рыбопродукцией в России в целом сейчас внимательно следят в Министерстве морских дел и рыболовства Южной Кореи и в соответствующем комитете парламента республики.

Хочу отметить, что два этих события, в Харбине и во Владивостоке, подтолкнули иностранных участников к большей активности в направлении биржевой торговли на территории России. На сегодня у нас есть значительное число заявок со стороны южнокорейских и китайских компаний на приобретение российской рыбопродукции.

– Помимо того, что биржа вызывает большой интерес у представителей зарубежного бизнеса и властей, какие еще выводы о роли этой торговой площадки можно сделать сегодня?

– Прежде всего, мы можем говорить о роли биржи в качестве ценового индикатора, в том числе на международном рынке. Работа площадки показала, что это достижимо при регулярном выставлении предложений от наших производителей и заявок от покупателей. Например, анализируя заявки, которые поступают нам от иностранных покупателей, мы уже можем судить о тех ценах, по которым российская рыбопродукция должна продаваться. И в ряде случаев мы видим, что на экспорт отечественная продукция уходит по более заниженной цене.

В ходе работы с иностранными компаниями мы столкнулись с еще одним важным моментом. Заявки от них мы не просто выставляем на биржу, а пытаемся находить компании-продавцов, у которых есть интересующая зарубежных покупателей продукция. В результате выяснилось, что зачастую у крупных производителей вся продукция законтрактована, т.е. она перекупается более мелкими компаниями, которые, в свою очередь, могут не давать никаких гарантий на качество, сроки и вообще сам факт поставки товара при последующей перепродаже. И иностранцы очень боятся рисковать в подобной ситуации.

Хочу сказать, что такие мелкие компании-перекупщики не идут на биржу, а иностранные покупатели из-за высокого риска не идут на такие внебиржевые сделки.

– То есть российским компаниям пока недостает понимания сути и значения биржевой торговли рыбопродукцией?

– Российские компании по-прежнему часто задают нам вопрос, зачем им идти на биржу. Иностранный бизнес таких вопросов не задает – он идет на биржу, потому что понимает преимущества и возможности такой формы торговли.

Во-первых, биржа может обеспечить дополнительное число покупателей как из числа российских компаний, так и компаний – нерезидентов РФ. Т.е у производителя расширяется круг потенциальных клиентов, что положительно отражается на цене товара.

Второй и очень важный момент: совместно с Биржей «Санкт-Петербург» мы готовы проводить как адресные сделки, так и безадресные, т.е. сделки с участием клиринговой организации. Она в этом случае берет на себя все финансовые риски, и это стопроцентная защита и покупателя, и продавца от мошенничества, риска непоставки товара, несвоевременных поступлений денег и т.д. Вы понимаете, что возможность заключения таких сделок для иностранных клиентов особенно важна. Привлекая клиринговую организацию, мы способны в итоге создать на территории Приморского края полноценную биржу мирового уровня по реализации товаров из ВБР.

– А могут компании-нерезиденты участвовать в биржевых торгах не только в качестве покупателей?

– К нам уже начали поступать подобные запросы от зарубежных компаний. Речь идет о том, чтобы иностранные компании – производители продукции из водных биоресурсов – выставляли свой товар на бирже, а покупателем при этом выступали компании как из России, так и любых других стран.

Мы видим, что российская биржевая площадка способна выступить связующим звеном не только между российским и азиатским рынком, но с тем же успехом привлечь к торгам и европейский, и американский рынки. Таким образом, реализация подобной схемы имеет еще и важное геополитическое значение, причем не только для укрепления позиции России в АТР как серьезного игрока на рынке рыбопродукции, но и в качестве страны, обладающей регулятором движения товарных потоков из рыбопродукции.

Но для того чтобы биржа работала эффективно, необходима соответствующая инфраструктура, с собственными современными холодильными мощностями, складами и смотровыми площадками.

– Одним словом, нужен современный комплекс для биржевой и аукционной торговли рыбопродукцией, о котором вы упоминали в начале разговора.

– Да. Такой комплекс будет выполнять несколько важных функций. С одной стороны, это базис поставки, куда продукция поставляется до начала биржевых торгов. С другой – это дополнительная проверка качества продукции и обеспечение надлежащих условий хранения. И, наконец, это безопасность сделок: понятно, если продукция будет находиться на биржевом складе, отгружена она будет оттуда только покупателю.

Использование такого комплекса выгодно и государству (прозрачная система, которая легко контролируется), и покупателям (доверие биржевой площадке становится на порядок выше), и даже конечным потребителям (за счет уменьшения числа посредников цены становятся ниже).

И, могу сказать, этот проект имеет хорошие перспективы. На сегодняшний день у нас есть более чем трехлетний опыт проведения биржевых и аукционных рыбных торгов, мы приступили к активной фазе реализации проекта строительства самого комплекса во Владивостоке. Проведена серия переговоров с руководством Россельхозбанка, который всячески поддерживает создание такого комплекса.

Кроме того, серьезное влияние на решение вопроса быть или не быть международной бирже в Приморском крае оказали события последних месяцев – смена главы Приморья внесла очень позитивную струю в этот процесс. Тема биржевых торгов Андрею Тарасенко знакома из личного опыта, поэтому в ходе первой же нашей встречи с врио губернатора разговор проходил на одном языке. Он поддержал идею создания международного биржевого центра во Владивостоке, который, на его взгляд, будет иметь колоссальное значение для развития торговли рыбой и морепродуктами в целом.

– В администрации Приморского края нам сообщили, что конкретные аспекты участия краевых властей в проекте создания биржевого комплекса пока еще обсуждаются. Но в целом о чем идет речь, вам уже известно?

– Эти вопросы обсуждались на отдельном совещании в администрации, окончательные решения пока еще не вынесены. Но планируется, что проект будет реализовываться в рамках государственно-частного партнерства, доля государства в проекте при этом может составить не менее 30%. Вероятнее всего, компанией-оператором создаваемого комплекса станет «Дальневосточный аукционный рыбный дом». В настоящее время по указанию врио губернатора ведется подбор площадки для размещения комплекса.

Безусловно, реализовывать такой проект без участия государственных властей было бы весьма затруднительно. И особенно для иностранцев это очень важный ориентир. Поэтому проявленную активность со стороны края уже позитивно оценили наши иностранные партнеры, как китайские инвесторы, так и южнокорейские, а также в Министерстве морских дел и рыболовства Республики Кореи.

По сути, реализация данного проекта способна стать ярким примером межгосударственной интеграции, сближения интересов России, Китая и Южной Кореи. Такое сочетание само по себе является уникальным, я думаю, что это первый случай взаимодействия наших стран в сфере биржевой торговли, и тем более водными биоресурсам.

– А есть ли какие-то подвижки в направлении организации государственных закупок рыбопродукции на площадке «рыбной» биржи?

– В октябре этот вопрос мы поднимал на парламентских слушаниях в Госдуме по вопросу осуществления госполитики в сфере рыболовства и сохранения ВБР. Мы предложили внести изменения в федеральное законодательство, которые позволили бы заключать договоры для государственных нужд на биржевых торгах. Это позволит напрямую производителям рыбной продукции, в том числе и рыбодобытчикам, обслуживать заказы государственных учреждений (а сегодня в силу специфики законодательства не все имеют такую возможность). Результатом этого должно стать повышение качества закупаемой в резерв продукции и оптимизация расходов государства.

Наталья СЫЧЕВА, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Китай. Корея. Азия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 января 2018 > № 2467596 Сергей Лелюхин


Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча. Транспорт > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466328 Сергей Цивилев

Глава "Колмара" Сергей Цивилев стал контролирующим акционером холдинга

Доля генерального директора группы «Колмар» увеличилась до 70%

Гендиректор и совладелец группы "Колмар" Сергей Цивилев выкупил долю Андрея Бокарева, которому через ООО "Аростан" принадлежит 30% "Колмара". Таким образом, доля Сергея Цивилева в "Колмаре" увеличилась до 70% (в настоящее время он через ООО "Антэ Холдинг" владеет 40% "Колмара"), оставшиеся 30% принадлежит ООО "Волга Груп", сообщили ИА PrimaMedia в пресс-службе группы "Колмар".

По словам представителя компании, переговорный процесс с Андреем Бокаревым длился более полутора лет. При этом стоимость и другие детали сделки не раскрываются.

"Я намерен продолжить активно участвовать в развитии "Колмара" и способствовать укреплению позиций компании на международных рынках. Реализация строительства обогатительных фабрик на ГОКах "Инаглинский" и "Денисовский", а также транспортно-логистического комплекса мощностью 24 млн тонн в бухте Мучке Ванинского района даст компании серьезные конкурентные преимущества в работе на приоритетных направлениях бизнеса, к которым относятся страны АТР", — рассказал Сергей Цивилев.

Ранее со ссылкой на источник сообщалось, что гендиректор и совладелец группы "Колмар" Сергей Цивилев ведет переговоры о покупке доли Андрея Бокарева, которому через ООО "Аростан" принадлежит 30% "Колмара". Тогда представитель Андрея Бокарева сообщал СМИ что "предприниматель готов рассматривать различные сценарии в отношении своих инвестиций", отказавшись комментировать возможную продажу Андреем Бокаревым доли в "Колмаре".

Справка: Группа "Колмар" объединяет угледобывающие предприятия, трейдинговые и логистические компании. Компании группы обладают лицензиями на разработку участков Чульмаканского и Денисовского каменноугольных месторождений. Балансовые запасы — более 1 млрд тонн коксующегося угля.

Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча. Транспорт > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466328 Сергей Цивилев


Россия. Азия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466315 Сергей Караганов

Дальний Восток станет модным, всё только начинается – Сергей Караганов

Главный автор идеи «поворота на Восток», политолог и экономист рассказал, когда ждать «реальных экономически мощных результатов» в регионе

Как сделать Сибирь и Дальний Восток модными и поможет ли в этом Москва. Какую выгоду эти регионы могут извлечь из своего холода. Чего уже удалось добиться на пути развития дальневосточных территорий и когда ждать "реальных экономически мощных результатов". Об этом и многом другом в интервью ИА AmurMedia рассказал, как говорят, главный автор идеи "поворота на Восток", политолог и экономист, учёный-международник, почётный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, декан факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ Сергей Караганов.

В Азии мы теперь свои

– Сергей Александрович, в уходящем году в России была широко заявлена дальневосточная повестка. Немало говорилось и говорится на тему развития Дальнего Востока. По Вашим оценкам, многого ли удалось достичь в практической плоскости?

– На разговоры мы мастаки. Но и на дела тоже горазды – русские долго запрягают, потом быстро поедут. В 2017 году началось и реальное движение. Начали работать ТОРы, открылись новые предприятия. Пока это начало. Однако маховик экономического развития Дальнего Востока раскручивается.

Думаю, реальные экономически мощные результаты мы получим через 3-4 года.

Сейчас определённые изменения к лучшему на Дальнем Востоке происходят, но отток жителей пока не остановлен. Хотя в некоторых регионах – на Чукотке, в Якутии – начался прирост населения, что уже неплохо. Тем не менее, повторюсь, всё только начинается.

– Владимир Путин определил, что "развитие Дальнего Востока – национальный приоритет для Российской Федерации в XXI веке". Также глава государства назвал среди прочих исторических вызовов, на которые нашей стране предстоит достойно ответить, развитие Арктики, Дальнего Востока, Сибири. Если с "приоритетом" всё понятно, то что означает в данном контексте "исторический вызов"? Брошенная нам перчатка? Или – если не мы, то кто-то другой?

– Когда в 2009 году мы начинали новый тур обоснования экономического поворота на Дальний Восток, залезли в глубокие тенденции мирового развития и выяснили, что Россия получила благодаря объективным тенденциям развития Азии конкурентные преимущества, которые может и должна использовать. Прежде всего, благодаря спросу на водоёмкие и энергоемкие товары. Сибирь и Дальний Восток были бы либо колонией, либо тылом в противостоянии с Западом и, иногда немножко фронтом– с Японий, потом с Китаем. Взрывное развитие Азии, особенно Китая, создаёт новые рынки. Мы должны понимать, что 35-40 лет тому назад условный центр мировой экономики находился к западу от Великобритании, сейчас он находится в районе Турции, через 10-15 лет будет на границе с Китаем.

Поворот на Восток не является отказом от Европы, а движением в сторону новых, прогрессивных рынков.

У Китая, Индии в 90-х годах появились огромные возможности, которые мы проспали. Занимались совсем не тем, были не слишком образованы, увлечены только европейскими веяниями. Сейчас мы только раскручиваем новую восточную политику в экономической и политической сферах.

А нужно ещё заняться культурно-идеологической повесткой дня. Всё только начинается. Но совершенно очевидно, что центр мира переместился в Евразию и частично в Тихий океан. Там главные рынки – политические, экономические, любые другие.

Что касается Арктики, это потенциальная мощнейшая кладовая всех ресурсов. Мы немного не понимаем, что эти ресурсы в нынешних обстоятельствах – хайтек. Если мы добываем, перерабатываем и продаём современные, интересные, сложные ресурсы, то это одно из наших конкурентных преимуществ. Четыре года тому назад все с негодованием говорили: как же так, наши Сибирь и Дальний Восток станут аграрно-сырьевым придатком. А Канада? Аграрно-сырьевой придаток США? Австралия, весьма развитая страна, является аграрно-сырьевым придатком Азии? Просто надо смотреть на наши конкурентные преимущества. Мы начинаем, наконец, к ним обращаться.

– Центр мирового экономического развития смещается в Азию. Следует ли из этого, что долговременное ухудшение отношений с Западом не является причиной курса России на Восток?

– Первые попытки повернуть на Восток в экономике и политике предпринимались в 1999 году. Тогда какие были отношения с Западом? Все ещё в целом хорошие. В наших расчётах конца прошлого десятилетия, то есть 2000-х годов, было заложено замедление развития Европы. Тогда же возникло понимание того, что структура внешнеэкономических связей, сложившаяся в развале 1990-х и хаотического восстановления экономики под золотым дождём 2000-х годов, не очень выгодна России. Мы продавали нефть и газ, а покупали дорогие и очень часто из-за этого экономически неэффективные товары. Мой любимый пример – вот эти очки (снимает их). В немецком исполнении они стоят 450 евро, в южнокорейском – 50. Качество, между тем, одинаковое. Но главное во всём этом – экономическая составляющая. Мы говорим, что Азия поднимается, и нам необходимо выходить на их рынки, меняя нездоровую структуру внешнеэкономических связей. Наравне с экономической историей, есть и политическая.

Нам нужно быть в Азии, потому что там – будущее. Это не антиевропейская позиция. Ухудшение отношений с Западом тенденцию к повороту на Восток усилило, придало ей внешнеполитический и в какой-то мере идеологический характер. Я рад этому.

В прошлом году мы констатировали, что наиболее передовая и руководящая часть российской элиты, стала из периферийно-европейской, стремящейся к центру и готовой платить за это приближение, считать себя центрально-евразийской. Соответственно, она больше ни за что платить не хочет и предлагает дружить с Европой в больших евразийских рамках, учитывая Китай, Японию и так далее. Плохо, что в Азии нас не считали своими.

– А сейчас?

– Сейчас начали считать. Перелом наступил в 2017 году. Мы уже вышли в плюс. У нас ещё недостаточно активности в региональных группировках, не хватает экономической активности, но там уже вопрос "свой-чужой" не стоит. В 2016-2017 годах его вообще перестали задавать. Это означает шаг к привлечению инвестиций, запрос на нашу активность.

"Национальная идея – в силе и здоровье народа"

– Поворот на Восток и развитие Дальнего Востока – грани одного камня. Возможно их свести в национальную идею?

– Если один Дальний Восток, то нет. В нашей политике по развитию дальневосточных земель есть пока очень слабая черта. Замыслив поворот на Восток, мы указывали на Сибирь и Дальний Восток. Вообще, Дальним Востоком англичане назвали для них дальний, а Ближним – для них ближний. А для нас Дальний Восток является более чем близким. И в то же время для многих из нас Дальний Восток – непонятная сущность. Нужно, по-моему, переименовать.

Я бы все дальневосточные территории назвал тихооокеанской Сибирью или тихооокеанской Россией.

Нужна единая политика по развитию Зауралья. Сибирь и Дальний Восток развивались как единый организм, не было двух регионов изначально. Вся история региональной программы по развитию Дальнего Востока возникла из-за бюрократической борьбы между министерствами – вот они и выделили Дальний Восток. А сибирский промышленный потенциал, который мог бы сильно подпирать развитие Дальнего Востока, находится всё-таки в Центральной Сибири. Она подвержена так называемому континентальному проклятию. То есть, у неё нет близкого рынка. Если же развивать всё вместе, то будет образование синергии и для восточных, и для западных регионов Сибири. Эту задачу мы будем ставить перед обществом и государством уже в наступающем году.

– Какие у вас ещё ожидания от 2018 года?

– В моих личных планах – попытаться помочь нашему правительству и обществу в сибиризации Дальнего Востока. Нужно запускать процесс, который через три-пять лет превратит Сибирь и Дальний Восток в единое целое.

– Может, в этом процессе сформировать национальную идею?

– В ней есть место повороту к Азии.

Вообще, национальная идея – быть здоровым, мощным народом, суверенной и великой страной, ощущающей себя в безопасности. Что невозможно в 21 веке без ускоренного развития Сибири.

Хвост головастика

– После выступления главы Минвостокразвития России Александра Галушки в Совете Федерации вышел перечень рекомендаций сенаторов к различным органам власти. Одно из пожеланий предполагает расширение полномочий министерства, в частности по развитию Сибири.

– Это абсолютно оправдано. Нонсенс, что сегодня говорят только о Дальнем Востоке. Давайте сейчас обкатаем там новые модели хозяйственной и не только деятельности, развития, потом запустим их для всей Сибири в едином пространстве, работающем, в первую очередь, на азиатские рынки. Не только Китая, в большей степени Японии, Кореи.

Если развивать один Дальний Восток, то можно нарваться на очень неприятные вещи и ещё больше запереть Сибирь. Потеряют от этого все.

В принципе, совершенно понятно, что Россия всё-таки немного головастик. С огромным хвостом, на конце которого – больший потенциал роста. Но мало населения. Надо думать, как решать не демографический вопрос, а как задержать людей, улучшить качество их жизни, наконец, создавать условия тем, кто может и хочет эффективно работать. Кстати, наши исследования конца 2000-х годов показали, что в Сибири и на Дальнем Востоке лучше человеческий капитал, чем в центре России.

– По каким показателям?

— По многим. В частности, по здоровью, образованию, готовности к риску, к предпринимательской деятельности. Ведь кого раньше посылали за Уральские горы? Авантюристов, разбойников, революционеров. В Сибири не было крепостных. То есть поднимал Сибирь самый живой и деятельный народ страны. Там трудно выживать, поэтому выживали сильнейшие. Понимая это, нужно развивать те направления деятельности, которые целесообразны именно в Сибири и на Дальнем Востоке. Делать это нужно привлекая внешние источники развития как из Азии, так в потенциале из США. Как можно скорее нужно затягивать сюда и европейский капитал. Проект всеобъемлющего партнёрства Большой Евразии – это общее пространство от Токио или Шанхая либо Сингапура до Лиссабона. История длинная, но, думаю, она состоится.

– Вы первый, кто применил к Дальнему Востоку слово "модный". Скажите, почему молодёжь, – а именно ей очень важно следовать моде, – должна туда поехать? Что искать на Дальнем Востоке? Раньше туда ехали за рублём, а сегодня?

– Дальний Восток должен быть модным и будет. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Нельзя из Москвы это придумать. Должны заняться идеей такие люди, как вы – неравнодушные к проблемам Дальнего Востока журналисты, ученые, профильные ведомства. Из Москвы можно только помочь или не помешать. Когда место становится модным, люди начинают приезжать туда и с большим удовольствием оставлять там деньги. В центральной России должны знать тихоокеанскую Россию. Там уже много интересного, вкусного, передового. Там потрясающая природа. Там должен заиграть русский кураж, о котором мы в центре подзабыли.

Надо обязательно перенести часть столичных министерств и ведомств, головных офисов крупных, особенно государственных корпораций в Сибирь и на Дальний Восток. У нас уже было такое решение, но в очередной раз заглохло. Но мы всё равно будем проталкивать решение о переносе ряда ведомств. В России должно быть минимум три, а лучше четыре столицы: Владивосток, Красноярск, Петербург и, конечно, Москва.

С оглядкой на советский опыт

– Не скоро забудутся оргнабор, великое переселение в дальние города, комсомольские ударные стройки. Создаётся нефтегазовый комплекс – едет народ. Нужны колхозы – государство перевозит туда семьи. Повсюду высокие темпы и впечатляющие результаты. А сегодня чем мы располагаем, чтобы замахнуться на подобное передвижение трудовых ресурсов? Ведь уже не та страна, не те люди, не те правители.

– Мы смотрим на советский опыт. Знаю, что в Минвостокразвития, в Агентстве по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке тоже смотрят. Советские управленческие технологии дали стране многое, молодёжь была заряжена замечательным энтузиазмом. С другой стороны, был лагерный набор, гибли сотни тысяч людей. Мы должны быть благодарны тем, кто построил дороги, порты ценой своей жизни. В Москве воздвигли большой памятник жертвам политических репрессий, в других крупных городах том числе дальневосточных, тоже должно быть такие.

Новое освоение Сибири и Дальнего Востока нужно придумывать, возрождать. Это перспективное дело.

В Европу нужно ездить отдыхать и любоваться картинными галереями. А на Восток нужно ехать работать, развивать регион, строить, реализовывать амбициозные проекты. Это нужно понять нескольким десяткам тысяч людей.

На самом деле, многого не надо. Если хотя бы один миллион россиян поймёт, то качественно всё усилится. Это должны быть молодые люди. Они поймут, что там здорово, интересно и есть к чему стремиться.

Что касается опыта, мы в большей степени изучаем имперскую эпоху. Там были фантастические волны. Как только давали экономическую свободу на окраинах, всё развивалось сумасшедшими темпами. В какие-то моменты цари ограничивали свободу – и тут же темпы роста падали. Сегодня Дальний Восток и Сибирь должны развиваться в первую очередь как земля экономической свободы, особенно для малого и среднего бизнеса. Это зависит от общей ситуации в стране.

Правда, есть ограничения: более высокая, чп в среднем по стране криминализация экономики в регионе. С этим надо срочно что-то делать.

В концепции ТОРов заложена идея экономической свободы. Там даются свободные условия.

Заложена эта идея и в Свободном порту Владивосток (СПВ, статус свободного порта с привлекательным, облегчённым таможенным режимом. – Ред.). Хотя СПВ применяется локально, но его тоже нужно распространять, только для новых предприятий. Хотя мы знаем, сибирские промышленники точат зубы на то, чтобы получить ТОРы под уже существующие предприятия.

Чиновников рать

– Вы говорите о важности экономической свободы для бизнеса. Как сочетается с этой идеей чиновный догляд за преобразованием на Дальнем Востоке? Согласитесь, количество ведомств, занимающихся дальневосточной тематикой, велико. Вот они, только по памяти: министерство по развитию Дальнего Востока, полпредство президента в ДФО, управление Агентства стратегических инициатив и девять его региональных отделений, Корпорация по развитию Дальнего Востока и филиалы в девяти дальневосточных субъектах, Агентство по привлечению инвестиций и поддержке экспорта на ДВ также с девятью аналогами, Агентство по привлечению человеческого капитала на ДВ, Фонд по развитию Дальнего Востока и Байкальского региона, Торгово-промышленная палата, Российский экспортный центр, Корпорация развития малого бизнеса, Общественный совет СПВ, Корпорация развития малого и среднего бизнеса...И вся эта масса на шесть с небольшим миллионов жителей Дальнего Востока. Не избыточно ли?

– Думаю, что должно быть оптимальное сочетание государственного вмешательства и ограничений с экономической свободой. Без государства, как ни крути, мы ничего не сможем. Кстати большинство ведомств, которые вы упомянули, подразделения Минвостокразвития. А оно последние четыре года работает мощно. Нужна и ротация чиновников, о которой недавно говорил Путин. Чтобы не происходило сращение, особенно на Тихоокеанском побережье, с криминалом.

Я считаю, чиновников всегда в избытке. Другое дело, если их не будет, то всё рухнет, поэтому нужно систематически ограничивать их компетенции, уменьшать их возможность вмешиваться в бизнес, особенно силовое давление на бизнес.

В Сибири и Дальнем Востоке нужно создавать или апробировать абсолютно независимые экономические суды. Судопроизводство – одна из самых существенных проблем в России. Мы перешли к капитализму, создали крупную частную собственность, но не создали ей защиту. Получается, либо вы обращаетесь к государству за поддержкой, либо к бандитам, либо отправляетесь "в гости" за границу. При этом судопроизводство у нас неэффективно. Может, нужно создавать специальные экономические суды из новых людей, про которых сейчас уже говорят, для того, чтобы пытаться решать данные проблемы. Можно сделать в Сибири и Дальнем Востоке новую модель экономического развития. Совершенно понятно, что одними государственными вливаниями и за счёт увеличения бюрократического давления мы уже развиваться не можем.

– В связи с этим примечателен путь, по которому пошло Минвостокразвития, "вытягивающее" на себя некоторые функции. Например, оно добилось того, что уже ни одна внеплановая проверка не может пройти без согласования с ведомством. В Совете Федерации звучат предложения наделить министерство еще более широкими полномочиями. Насколько это оправдано?

– Абсолютно оправдано. Министерство по развитию Дальнего Востока – один из лучших институтов, потому что борется, защищая оазисы экономической свободы. Это один из специальных способов, без которых ничего бы не получилось в государственной политике. Надо сказать, Минвостокразвития меня приятно изумляет. Реально начав работать лишь несколько лет назад, оно добилось почти удивительных результатов.

Прорывы-2018

– Каковы главные успехи Минвостокразвития, которое, по вашим словам, добилось фантастических показателей?

– Приняты и вступили в силу многие законы, запущены ТОРы. В том, как работают дальневосточники, я вижу что-то символичное. За ними идёт министерство иностранных дел. У меня прекрасные отношения с МИДом, поскольку я занимаюсь не только Дальним Востоком, но и всей российской политикой. И я вижу, как физически уменьшается интерес к старому, европейскому политическому и экономическому рынку и как растёт к азиатскому.

Надеюсь, вскоре мы увидим новые прорывы, в частности российско-китайские крупные договорённости о создании масштабного партнерства, открытого для других.

Очень хорошо, что дальневосточники работают также с Японией, Южной Кореей со странами АСЕАН. Есть потрясающе перспективная Индия, с которой также нужно широко работать. В 1990-х и начале 2000-х годов мы потеряли из виду перспективы экономического развития на Востоке. Сейчас наверстываем, но многое из того, что можно было сделать в количественном отношении, упущено навсегда. Следующая задача – нужно усиливать университетскую базу Дальнего Востока, налаживать связи тамошних вузов с ведущими университетами России и АТР.

– Какими вы видите партнёрство со странами АТР в 2018 году?

– Китай – это привилегированное партнёрство с быстрым ростом. Отношения с Японией, Кореей, Индией поднимаются на уровень выше. Мы ведём внешнеэкономическую политику более многостороннюю, вовлекаем Россию в Азию. Надеюсь, так и будет. Есть для этого очень хорошие шансы.

– Освоимся в Азии и сделаем Дальний Восток модным?

– Это тоже. Бывая в ваших краях, я удивился, какой потрясающий город Владивосток, какие там отличные театры. Я совершенно не знал об этом.

А какой музей краеведческий! Был в России в трёх-четырёх десятках краеведческих музеев. Лучший, считаю, во Владивостоке. О нём нужно знать всей стране.

– Вас очень впечатлил музей имени Арсеньева?

– Я просто обалдел. Талантливейшие люди за небольшие деньги сделали музей на мировом уровне. Я провёл в нём несколько часов – так увлёкся просмотром и беседой с сотрудниками. Хотя там всё равно есть очень смешные вопросы, которые нужно решать самим. У нас нет как раскрученной истории Дальнего Востока, так и своей исторической концепции в дальневосточных городах. Заметьте, музейная экспозиция во Владивостоке заканчивается событиями, датированными 1922 годом.

– Издержки провинциального музея?

– Скорее, данность. Мы ещё не создали единую бесшовную целебную историю России с ее великими достижениями и с гигантскими трагедиями. Особенно в прошлом веке. Приезжаешь в провинцию – в музейных залах всего понемножку. Во Владивостоке хотя бы есть 19-й век, в иных местах и того нет. Уже есть Первая мировая война, по революционному периоду непонятно, что происходило, потом провал, Великая Отечественная война, снова провал и… появляется нынешний губернатор. Такова комическая правда среднего краеведческого музея. Нам надо и на этом уровне восстанавливать нашу общую историю в её абсолютной целостности. Я долго занимался проектом "Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении", в прессе получившего неправильное название "десталинизация". Концепцию памяти жертв политических репрессий приняли. Недавно общенациональный памятник открыли. Это наше прошлое, мы должны быть благодарны людям того кровавого периода.

Мы должны их признать, выразить им свое признание. Когда закрываем глаза на это прошлое, — а мы закрывали их, – тем самым мы не хотим снять эту тяжесть с наших душ. У нас многое, в том числе на Дальнем Востоке, построено руками заключённых, среди которых были сотни тысяч, миллионы незаконно репрессированных.

Свет шахтёрской лампы

– Эксплуатация труда репрессированных — это про Дальний Восток, конечно.

– И про Север. уран, между прочим, добывали на Магадане. Вот эта старая лампа (показывает на неё, стоящую на журнальном столике) привезена с урановых родников Магадана. Подарок на мой день рождения. Она уже не фонит, карбидная, в рабочем состоянии. На Магадане с 1948-го по 56-й год добывали уран для бомб, а первые урановые рудники были в Казахстане. Эта лампа светила кому-то на Колыме. Адский труд, вечная мерзлота, дикий холод. Люди умирали. Из рудников все хотели попасть на обогатительные фабрики, а именно там радиация была высока. Но они создали ядерный щит Родины.

— О таких исторических фактах мало знают даже сами дальневосточники.

— Нужно широко рассказывать, продвигать историю Дальнего Востока, в том числе на интернет-ресурсах. У нас ведь много лакун. Например, учёный Бляхер (Леонид Ефимович, заведующий кафедрой философии и культурологии Тихоокеанского госуниверситета в Хабаровске, профессор. – Ред.)написал о том, что о замечательной истории Дальнего Востока знают либо крайне мало, либо ничего. Мы изучаем историю о нашей стране, как и весь мир, в значительной степени читая западные источники. Не потому, что они плохие. Когда Запад побеждал в военно-политической борьбе, мы тоже были частью Запада, но потом из неё выпали. И Западу неинтересно, как мы завоёвывали Дальний Восток. Мы же по-прежнему черпаем из их источников. А через 20-30 лет ситуация будет другая.

Поскольку Запад теряет военное, а затем и идеологическое, духовное превосходство, мы получим ситуацию, когда нарратив начнут писать китайцы. И будем знать историю Дальнего Востока и Сибири с позиции китайцев.

Вместе с экономическим влиянием на Китай будет создавать и свою картинку истории Дальнего Востока. В этом нет никакой агрессивности. Всё нормально. Но у нас должна быть собственная картина.

– Надо купировать эту "картинку" уже сейчас.

– Не только купировать. Надо понимать, что нужна совершенно понятная история нашей страны, изложенная нами. Про Дальний Восток, покорение и развитие Сибири есть очень любопытные, блистательные истории. На этих территориях было не так много поражений, по сравнению с действиями России в других частях света. Вот о чём надо рассказывать. Нужно развивать единое информационное пространство, делать Дальний Восток и Сибирь снова модными. Как? Несколькими фильмами, которые раскручивают историю. Мы изучаем, в том числе, европейский опыт. Так вот, Барселону сделали центром мирового туризма два-три хорошими фильмами про этот город. А ведь он не самый красивый, зато его сделали модным. Если бы сейчас снимали "Дерсу Узала", то совершенно другая история была бы. Когда-то были комсомольские фильмы. Но их не встроишь в сегодняшний контекст, даже снимая римейки.

– Сегодня нужно другое кино.

– А также комплексная работа по идейному освоению Дальнего Востока, которая подтолкнёт его экономическое освоение. Мы только начинаем преобразования.

Молодым энергичным людям из центральной России, которых здесь слишком много и которые киснут от скуки, нужно дать возможность двигаться на Дальний Восток. Некоторые дальневосточники, кстати, против этого, потому что боятся конкурентов.

Понять свои плюсы и не ныть

– Какие места на Дальнем Востоке вам наиболее интересны?

– Мне везде любопытно бывать. Недавно ездил на Камчатку поохотиться, в честь своего 65-летия. Я всегда на юбилейный день рождения устраиваю себе эту радость. Славная была охота, но о трофеях умолчу. Меня поразила история про оборону Петропавловска-Камчатского. А ещё местные мужики поведали великолепную историю о том, как в 1998 году наделали шороху стоявшие в Петропавловске подводные ракетоносцы Тихоокеанского флота. Камчадалы с гордостью рассказали, как всё было уже хуже некуда, есть нечего, а командование решило вывести стратегический флот на учения, чем повергло в панику американцев. Те не могли себе представить, что русские, в таком унынии и с мыслями о сытной еде, могут выйти в море на манёвры. Они ведь тогда были очень хорошо осведомлены, что в России всё развалилось. А тут русские вывели свои подлодки, не знаю, правда ли это. Но история красивая. И, наверняка таких историй немало. О таких событиях мы должны знать и помнить.

– Хочется, чтобы наши города перестали пустеть, а люди – голодать.

– Дальневосточные города, кстати, не пустеют. Они в 90-х пустели. Большинство городов Дальнего Востока и Сибири сегодня прирастают жителями. Но проблема в том, что города стягивают население из маленьких поселений. Но это неизбежно.

– Как бы не возник "эффект Москвы".

– Это уже другой вопрос, который нужно решать московским и российским властям. А с точки зрения развития Дальнего Востока, я не исключаю необходимости агломераций. Рынок развивается только там, где есть города-миллионники.

Азиатские партнёры говорят: если бы у вас было два-три трёхмиллионника, то такой рынок нам понятен, но у вас их нет, поэтому рынок очень маленький.

– Похоже, понимание этого есть в Приморье. В рамках муниципальной реформы там создано несколько агломераций. Например, Владивостокский городской округ и несколько районов объединили в одну административную единицу. Пока трудно сказать, пошло ли на пользу такое укрупнение...

– Время покажет. Очевидная польза уже в том, что уменьшили количество бюрократов, плюс чётко обозначен центр принятия решений. Подобные реформы неизбежны. Вопрос только в пропорциональности. Совершенно не обязательно на Дальнем Востоке иметь очень много народа. Современное сельское хозяйство не требует множества рабочих рук. Несколько человек могут 10 тысяч гектаров обрабатывать. В Австралии, например, такие сельхозпроизводства можно увидеть.

Когда мы начинали работать над проектом "Поворот на Восток", выяснили, что самый главный ресурс у нас в Азии – вода. Дальний Восток – водоизбыточный и вододостаточный регион. А вода, как известно, это всё. Сельское хозяйство на дальневосточных землях ждёт интенсивное развитие. Но развивать его нужно в современном формате.

Кстати, в тех же самых исследовательских работах мы пришли к выводу, что ресурсом может стать холод.

– Неужели Сибирь и Дальний Восток могут разжиться на своём холоде?

– Именно так. Мои молодые коллеги пришли к выводу, что нужно строить фабрики по хранению биг дейта (Big Data, "большие данные". Калька англоязычного термина, обозначающего хранение и обработку данных. – Ред.), которые в основном расположены в Азии в районе большого Шанхая. Каждая из фабрик — хранилищ информации, потребляет для охлаждения энергию как завод по производству алюминия. Первое такое предприятие у нас построили около Иркутска. По сравнению с Шанхаем, у него в несколько раз ниже себестоимость хранения.

– Кто бы знал о пользе холода на благо российского Дальнего Востока!

– Просто нужно понимать свои преимущества. Чтобы видеть их, внимательно смотреть по сторонам, нужны свежие мозги. А ещё надо прекратить всё время жаловаться на свои слабости. Мы, русские, очень полюбили жаловаться. Нужно возвращать свою лихость, кураж.

Россия. Азия. ДФО. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 16 января 2018 > № 2466315 Сергей Караганов


Россия. ДФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 12 января 2018 > № 2466304 Александр Шишкин

Александр Шишкин: Жилищные условия для жителей Крайнего Севера надо улучшать

На жилищные субсидии претендует более 198 тысяч семей с Крайнего Севера

Жители Крайнего Севера при отсутствии жилых помещений за пределами Крайнего Севера должны иметь право на получение жилищной субсидии. Об этом заявил в четверг, 11 января, сенатор от Хабаровского края Александр Шишкин, передает корр. ИА PrimaMedia из Москвы.

— По состоянию на 1 января 2017 года на получение жилищных субсидий только для выезда из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей претендует 198 863 семей. Это 461 739 человек. На эти средства необходимы средства в объеме свыше 350 млрд рублей. Однако в 2017 году было выделено лишь 3,9 млрд рублей. На 2018 и 2019 годы было предусмотрено финансирование 5,6 млрд рублей и 5,3 млрд рублей. За счет указанных средств планируется обеспечить жильем не более 7,1 тыс человек. При таком финансировании потребуется до 100 лет для обеспечения всех стоящих в очереди жильем, — отметил сенатор.

По его словам, необходимо обеспечить всех нуждающихся в субсидиях жильем, при этом при получении субсидий не должно быть злоупотреблений и мошеннических схем.

Член комитета Госдумы по региональной политике и проблемам Севера и Дальнего Востока Валентина Рудченко, выступая на заседании комитета, заявила, что законопроект направлен на исключение неоднозначных толкований.

— В соответствие с действующим законодательством жители Крайнего Севера имеют право на получение жилищной субсидии на приобретение жилья в комфортных регионах. Для получения субсидии есть ряд условий – стаж работы на Крайнем Севере и отсутствие других жилых помещений за пределами районов Крайнего Севера. Претенденты на субсидию должны нуждаться в улучшении жилищных условиях и не получать субсидию на эти цели. Последнее условие и проводило к двояким толкованиям при постановке на учет на получение субсидии, — сказала Валентина Рудченко.

Она добавила, что граждане нашли лазейку и научились обходить закон, несмотря на наличие жилья за пределами Крайнего Севера.

— Закон и направлен на закрытие этой лазейки, — заключила парламентарий.

Напомним, комитет Госдумы по региональной политике и проблемам Севера и Дальнего Востока обсудил поправки в закон о жилищных субсидиях граждан, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей. Документ касается жилищных субсидий для граждан, выезжающих из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей.

Поправки устанавливают две категории граждан – выезжающих и уже выехавших за пределы Крайнего Севера. Первые могут получить субсидию, если у них нет других жилых помещений на территории России за пределами Крайнего Севера. Вторая категория могут получить субсидию, если они нуждаются в улучшении жилищных условий и ранее субсидий они не получали.

Россия. ДФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 12 января 2018 > № 2466304 Александр Шишкин


Россия. ДФО > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 12 января 2018 > № 2455265

ДВФУ в поисках цифровых управленцев

Анна Устинова

Дальневосточный федеральный университет (ДВФУ) создает первый Центр цифровой экономики на Дальнем Востоке и объявил о наборе управленцев в команду. В числе задач центра будет формирование компетенций в области искусственного интеллекта (ИИ), квантовых технологий, робототехники, виртуальной и дополненной реальности (VR и AR), использования больших данных, создания цифровых двойников при инженерных разработках и нейротехнологий в управлении инженерной средой.

Как отметил ректор ДВФУ Никита Анисимов, создание в Дальневосточном федеральном университете такого центра - это веление времени. "Развитие цифровой экономики - мировой тренд, но мы должны не просто следовать в фарватере, а спроектировать будущее и сформировать его на Дальнем Востоке", - добавил он.

Отбор на позицию руководителя Центра цифровой экономики ДВФУ проводится по методике Агентства стратегических инициатив в три этапа: сначала кандидатам будет предложено решить удаленно рабочие кейсы, а затем лучшие из них получат приглашение на деловую игру, по итогам которой будут отобраны специалисты для прохождения финального собеседования.

Вице-президент по региональному и международному развитию фонда "Сколково" Юрий Сапрыкин поддержал инициативу ДВФУ. Он добавил, что любые инициативы, способствующие развитию Дальнего Востока в целом и цифровой экономики в частности, - полезны. Заместитель руководителя департамента регионального развития фонда "Сколково" Юрий Сибирский полагает, что одной из сильных сторон Центра цифровой экономики ДВФУ будет близость к странам Азиатско-Тихоокеанского региона и обмен опытом в этой области с университетами Японии, Китая и Южной Кореи.

Заместитель директора по коммуникациям и развитию департамента развития и планирования фонда "Сколково" Алексей Соколов считает, что данная инициатива похожа на "создание в хорошем смысле популярной вывески к тому, что уже давно работает". Он заметил, что формируемый центр - это образовательная и научно-исследовательская инициатива по вопросам сквозных технологий. По его словам, она важна для реализации направлений "Кадры и образование" и "Формирование исследовательских компетенций и технологических заделов" программы "Цифровая экономика РФ". Таким образом, резюмировал Алексей Соколов, создается образовательная и исследовательская инфраструктура цифровой экономики России, обеспечивающая кадровый и исследовательский потенциал.

Юрий Сапрыкин выразил готовность всячески содействовать развитию данной инициативы, тем более что у фонда с ДВФУ запущен совместный проект "Технопарк Русский", который позволит коммерциализировать разработки, создаваемые в стенах вуза.

Руководитель Экспертного центра электронного государства (ЭЦЭГ) Павел Хилов полагает, что такие центры будут создаваться и далее. Однако он отметил, что эту инициативу можно будет оценивать только после того, как будут видны и понятны итоги работы таких центров.

Среди аналогов Центра цифровой экономики на Дальнем Востоке Павел Хилов назвал несколько образований. Например, в июле 2017 г. в Московском государственном университете имени М.В.Ломоносова (МГУ) создали Национальный центр цифровой экономики. Главными задачами центра стали обеспечение научного и научно-методического сопровождения цифровой экономики России и подготовка необходимых кадров.

В августе прошлого года в Томском государственном университете систем управления и радиоэлектроники (ТУСУР) создан Центр цифровой экономики. А в сентябре 2017 г. в Московском государственном институте международных отношений (МГИМО) образован Центр цифровой экономики и финансовых инноваций.

Экспертные советы, центры компетенций, рабочие группы создаются в регионах. В частности, как напомнил эксперт ЭЦЭГ, в августе прошлого года была создана межведомственная группа по развитию цифровой экономики Свердловской области. Структура призвана уделить внимание созданию опорной инфраструктуры цифровой экономики, обеспечению всеобщей цифровой грамотности населения, поддержке компаний, являющихся центрами компетенций в сфере цифровых и других сквозных технологий.

Россия. ДФО > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 12 января 2018 > № 2455265


Россия. ДФО > Агропром. Рыба. Транспорт > energyland.infо, 12 января 2018 > № 2452941

За рыбу уголь

Врио губернатора Приморья Андрей Тарасенко заявил о новых планах по использованию и развитию мощностей порта Владивосток – с 2019 года вместо угольных терминалов здесь разместится рыбоперерабатывающий комплекс.

Андрей Тарасенко отметил, что самое главное сегодня – создать в регионе условия для перевалки рыбы. Для этого принято решение о возвращении порту Владивосток рыбной специализации. Сейчас здесь ведется перевалка угля, однако, по словам врио губернатора, уже в следующем году порт будет задействован под развитие рыбной промышленности.

«Нам предстоит восстановить соответствующую инфраструктуру порта: сделать биржу, построить холодильник, создать возможность рынка для прибрежного флота. Ведь почему рыбаки сюда не заходят – все занято углем. Вот до конца января мы подпишем соглашение с портом, и со следующего года уголь переваливать в порту не будут», – заявил Андрей Тарасенко.

Также, по словам врио губернатора, планируется переместить стивидоров из «Терминала Астафьева» в Находке. На освободившейся территории должен появиться мощный агропромышленный комплекс, который даст фермерам и сельхозпредприятиям долгожданную возможность экспортировать свою продукцию и наращивать объемы производства.

«Я уже провел переговоры с “Русагро”, “Гринагро” и другими агрохолдингами, они готовы заниматься перевалкой, но сейчас это невозможно, потому что все порты забиты. Будем создавать специализированные мощности», – отметил Андрей Тарасенко.

Россия. ДФО > Агропром. Рыба. Транспорт > energyland.infо, 12 января 2018 > № 2452941


Россия. СФО. ДФО > Образование, наука > ras.ru, 11 января 2018 > № 2456965 Валентин Пармон

Академик Пармон: «Наука для России и для региона»

Избранный в сентябре 2017 года председателем СО РАН академик Валентин Николаевич Пармон не подводит итоги года. Его интервью — о приоритетах и перспективах сибирской академической науки, о взаимоотношениях с ФАНО и реструктуризации институтов, образовании и популяризации научных знаний. А также — о развитии Новосибирского научного центра и о том, кому здесь следует поставить памятник.

— Валентин Николаевич, какой Вы видите миссию Сибирского отделения РАН в новых реалиях?

— Миссия СО РАН многопланова. Во-первых, как я неоднократно подчеркивал, известный «треугольник Лаврентьева» (наука — кадры — производство) сейчас должен дополняться тезисом «Наука — для России и для региона». Это можно сделать через реализацию не так давно утвержденной Президентом России Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации. В документе прописаны общие задачи для российской науки, обозначены так называемые большие вызовы и расставлены приоритеты для ответов на них. Конечно, перечень приоритетов (а они обозначены не как научные, а как социально-экономические, и это правильно) можно критиковать за его неполноту, но в том, что касается основы любых приоритетов, в Стратегии есть специальная отсылка. А именно, подчеркивается, что в основе всего лежат фундаментальные исследования, которыми нельзя управлять, им можно только помогать, — и для Академии наук это самое важное.

В настоящий момент существует достаточно значительная несогласованность в выполнении Академией наук и ее Сибирским отделением функции, предписанной федеральным законом № 253-ФЗ, — научно-методического руководства исследовательскими организациями, перешедшими в ведомство ФАНО России. Сейчас эта функция реализуется двумя путями. Во-первых, речь идет о влиянии на выборы руководящего состава академических институтов. Во-вторых, о согласовании планов работы этих организаций и, соответственно, экспертизе отчетов. Наибольший пробел здесь в том, что на сегодняшний день, по сути, исчезла координация в деятельности институтов, институты предоставлены сами себе. Как сейчас идет планирование?

Институты предоставляют свои предложения по госзаданиям в ФАНО, которое их аккумулирует в компьютере и затем открывает доступ Сибирскому отделению для экспертизы на срок менее десяти (!) дней. Ожидаемо, что за столь малое время ничего серьезного сделать нельзя. Но если СО РАН и даже РАН не поставят свои согласующие подписи, институты не будут профинансированы. Это прекрасно понимает новое руководство РАН. Поэтому первое, что сделал новый президент РАН академик Александр Михайлович Сергеев, — договорился с руководителем ФАНО Михаилом Михайловичем Котюковым о том, что существующий порядок должен быть исправлен. Новый формат экспертизы планов и отчетов уже обсуждался на совместном заседании президиума РАН и Научно-координационного совета при ФАНО России 26 декабря. Но тут есть и другая нерешенная проблема: хотя проекты полного цикла проще оценить, в существующей системе экспертизы выполнения госзаданий это делается абсолютно неправильно, поскольку сейчас единственным параметром является число публикаций. Если речь идет о чисто академических исследованиях, показателем хорошей работы являются статьи в журналах с высоким рейтингом. Однако проекты полного цикла в ряде случаев требуют конфиденциальности выполнения, и критерии их оценки должны быть совершенно другими.

« Во-вторых, миссия Сибирского отделения связана с тем, что мы, как зачинатели интеграционных междисциплинарных проектов, должны заняться их восстановлением. В течение последних трех лет считалось: после реформы Академии наук в рамках ФАНО подобное невозможно. Но на самом деле это не так. Мы предложили руководству ФАНО механизм осуществления таких проектов и получили поддержку.

Влияние на рейтингование институтов — также очень важная составляющая нашей миссии. Сейчас система отрабатывается, завершается первый тур, и он уже вызвал большое недовольство в региональных отделениях РАН. Почему? Потому, что логика построения сети научных учреждений в регионах была не только в создании крупных институтов, но и тех НИИ, главная роль которых — поддержка научного и интеллектуального потенциала в регионах, особенно в национальных субъектах Федерации. Такие институты сейчас получают оценку «три». А по соответствующему постановлению Правительства РФ научные организации, попадающие в третью категорию, подлежат либо упразднению, либо присоединению к другим (хотя в декабре было объявлено, что им будет дан немалый срок для решения обнаруженных проблем). Вопрос состоит в том, каким образом производилась оценка, по каким параметрам институты попали в эту группу. Есть общедоступная статистическая информация: данные о публикациях, отчеты и так далее, но какие замечания делали эксперты на втором этапе — мы пока не знаем. Это больная тема не только для нас, но и для наших дальневосточных коллег. К примеру, на Камчатке есть единственный в своем роде и превосходный Институт вулканологии и сейсмологии ДВО РАН, очень полезный, но совсем маленький. Поэтому роль Сибирского отделения я вижу в том, чтобы попытаться повлиять как раз на систему оценки важности институтов не только по формальным «наукометрическим» показателям.

Еще одна миссия, которую Сибирское отделение РАН только начинает осуществлять, — научно-методическое руководство исследованиями, проводимыми в университетах. Эта функция предписана всё тем же Федеральным законом 253-ФЗ, но как это конкретно делать, в законе не разъясняется. Мы сейчас работаем с очень многими сибирскими университетами — там, где в числе преподавателей либо сотрудники академических институтов, либо члены Академии наук. Но существуют вузы, в которых нет ни тех, ни других. Недавно мы договорились с председателем Совета ректоров Новосибирска о том, что следует наладить совместную работу в этом направлении.

То же самое относится к влиянию СО РАН на научную деятельность, финансируемую за счет региональных бюджетов. Яркий пример — Академия наук Республики Саха (Якутия), президент которой, доктор геолого-минералогических наук Игорь Иннокентьевич Колодезников, недавно введен в состав президиума Сибирского отделения РАН с правом совещательного голоса. А Ямало-Ненецкий автономный округ прислал нам для экспертизы свою региональную программу научных исследований — раньше такого не было.

Ну а самое главное — влияние СО РАН на социально-экономическое развитие Сибирского макрорегиона. Большой интерес к этому проявляет и полномочный представитель Президента России в Сибирском федеральном округе Сергей Иванович Меняйло: он заинтересован в том, чтобы Сибирское отделение могло вести очень крупные проекты — федерального и мирового значения. По итогам первой встречи с полпредом был подготовлен короткий перечень важнейших для макрорегиона программ — в первую очередь связанных с освоением сырьевой базы, агробиотехнологиями, наращиванием экспортных и высокотехнологичных позиций в экономике. Есть крупные проекты, которые финансируются не за счет госбюджета, но будут сильно влиять на экономику Сибири. Примером может служить проектируемый катализаторный завод в Омске с инвестициями «Газпромнефти» в размере более 22 миллиардов рублей. Он будет опираться на технологии, разработанные в Институте катализа им. Г.К. Борескова СО РАН и Институте проблем переработки углеводородов СО РАН. В результате Россия получит крупномасштабное производство импортозамещающих отечественных катализаторов нового поколения. То же самое относится к проектам класса «мегасайенс», таких как Национальный гелиогеофизический центр РАН в Байкальском регионе или Центр бор-нейтронозахватной терапии онкологических заболеваний на базе Института ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН в новосибирском Академгородке или Нижней Ельцовке.

« И, наконец, неизменным и вновь консолидированным должно быть единство всех наших научных дисциплин и направлений, потому что крупные междисциплинарные работы можно делать только сообща. В СО РАН сложился уникальный для нашей страны и даже для мировой практики конгломерат различных научных направлений, институтов, лабораторий и отдельных специалистов.

Что должно измениться, точнее, подкорректироваться? Взаимоотношения между руководством Академии наук и ФАНО. ФАНО по сей день сплошь и рядом критикуют. Но, согласитесь, есть много упущений и с нашей стороны. ФАНО выполняет функцию, предписанную государством. При этом могут возникать конфликты. Но вы знаете, что конфликты бывают двух типов. Производственные — когда ругаются, чуть ли не дерутся, но в конце концов приходят к компромиссу, к решению, которое никому не нравится, но позволяет идти вперед. А есть личностные конфликты, когда с обиженными друг на друга людьми уже ничего нельзя поделать — только развести в разные стороны. Нам сейчас очень важно, чтобы неизбежные конфликты между СО РАН и ФАНО никогда не выходили за рамки производственных.

— В своих предвыборных тезисах Вы говорили, что СО РАН должно стать лидирующим центром поисковых и фундаментальных исследований. Как эта цель будет реализована с учетом того, что институты сейчас фактически подчиняются ФАНО?

— Еще раз подчеркну: ФАНО является официальным учредителем институтов, а учредитель имеет право финансового контроля. Через ФАНО идет бюджетное финансирование выполнения госзаданий. Что касается научной составляющей работы НИИ, то сейчас в системе ФАНО — Академия наук формализовано, в том числе со стороны Сибирского отделения, несколько так называемых комплексных планов научных исследований (КПНИ). КПНИ объединяют госзадания, которые уже утверждены для институтов. Но при этом у КПНИ есть вневедомственный наблюдательный совет (НС), который рассматривает эти работы с точки зрения перспективности для реальной экономики. Например, есть КПНИ «Ресурсо- и энергосберегающие катализаторы и технологии». Головной организацией там выступает Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН, участвуют около десяти НИИ, причем не только сибирские, но и московские. А в наблюдательный совет входят два отраслевых замминистра и руководители компаний — потребителей разрабатываемых материалов и технологий.

Однако согласуя те направления, по которым работают научные академические учреждения за счет госбюджета, и проводя экспертизу, Академия наук в той или иной мере должна влиять и на распределение ресурсов. Формат этого влияния сейчас тоже на стадии согласования.

— На расширенном заседании президиума СО РАН Вы упомянули, что в Москве рассматривается вопрос о том, чтобы научные институты из государственных бюджетных учреждений превратились в учреждения автономные. Расскажите, пожалуйста, что в этом случае должно измениться для НИИ?

— Я считаю, что автономные учреждения — достаточно прогрессивная форма существования НИИ, позволяющая выйти из многих ограничений, которые сейчас окружают госбюджетные учреждения. В частности, появится возможность открывать счета в разных банках, брать кредиты и так далее. Иными словами — будет больше свободы действий. Сейчас по маневру финансами мы зажаты Федеральным казначейством. Часто деньги по договорам приходят после окончания проекта. А исследования должны идти, их нужно авансировать, своих средств у институтов не всегда хватает. Тут было бы хорошо использовать кредиты. В принципе, сейчас госбюджетные учреждения имеют право их брать, но на практике банки не видят всего оборота средств, которые могли бы быть представлены в качестве залога. Автономное учреждение в этом смысле более свободно. Конечно, есть и осложняющие обстоятельства: многие решения, в том числе по финансовой деятельности, должны согласовываться с наблюдательным советом, то есть появляется дополнительная управляющая структура. Впрочем, для многих институтов, которые ориентированы на практические разработки, наличие НС — очень полезно, потому что в НС можно привлекать тех, кто потенциально заинтересован в создаваемых технологиях.

Есть еще сложный момент: если учреждение госбюджетное, то до тех пор, пока его не ликвидируют, оно обязано получать финансирование от государства (увеличенное либо уменьшенное). В автономном же учреждении гарантированного бюджета нет, но имеются средства, которые выделяются для реализации государственных заданий. С другой стороны, мы сейчас ведь именно так и финансируемся! Я считал бы целесообразным в этой сложной ситуации выбрать несколько пилотных институтов, чтобы проверить, как будет работать схема. В такие моменты бывает очень полезно стать первопроходцем.

— В предвыборных тезисах Вы говорили о восстановлении координирующей роли объединенных ученых советов. Как должны, по Вашему мнению, работать ОУСы?

— Исторически задачей ОУСов была координация работы институтов в рамках сходных научных дисциплин. После того как ОУСы стали структурами, относящимися только к региональным отделениям Академии наук, но не к ФАНО, встал вопрос — каково их отношение к НИИ? Собственно, мы пытаемся наладить работу так, как было раньше, поскольку основная наша обязанность — экспертиза и научно-методическое руководство. Соответственно, планируется снова вернуться к тому, чтобы знакомиться с планами и отчетами институтов и всесторонне всё это экспертировать. Далее — ОУСы должны утверждать кандидатов на должность директоров институтов.

Кстати (и эта точка зрения теперь принята и в «большой» Академии наук), если речь идет об академическом институте, то в качестве претендента на пост руководителя не может выдвигаться кандидат наук. Степень доктора наук показывает, что человек — лидер в каких-то направлениях, и должен собственным примером показывать, что и как необходимо делать. Хотя категорически отрицать возможность для кандидата наук быть лидером научной организации тоже нельзя. Например, есть Байкальский музей, директор которого Владимир Абрамович Фиалков — кандидат географических наук. Он — душа музея, и именно он обеспечил становление этого уникального объекта. Думаю, подобные ситуации должны приниматься во внимание: не надо категорично запрещать кандидатам наук быть директорами, нужно предусмотреть и такую возможность, но в особых случаях.

— В предвыборных выступлениях Вы отдельно выделили экологическую тематику, какие шаги Вы планируете предпринять, чтобы сохранить экосистему региона?

— Сибирский макрорегион является одним из самых неблагоприятных в стране по экологическому состоянию городов. В СО РАН до 1990 года функционировала специальная программа «Экология городов Сибири». Ее стоит попытаться восстановить, потому что сейчас есть возможность задействовать административный ресурс. Практически все руководители субъектов Федерации несут ответственность за экологическую обстановку в своих регионах. Финансирование этой программы, увы, нельзя провести ни из средств ФАНО, ни из средств Сибирского отделения — но это могут быть региональные деньги.

Отдельные вопросы связаны с жемчужиной Сибири — озером Байкал. Здесь ситуация очень любопытная. Есть крупные деньги, выделенные АО «Росгеология» на решение проблемы утилизации отходов закрытого Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. На прошедшем недавно большом совещании с участием специалистов СО РАН было принято решение: до того, как «Росгеология» предпримет какие-либо действия, должна быть проведена мощная экспертиза конкретной задачи и разумных технологических подходов к ее решению силами сибирских ученых, которые знают проблемы ЦБК не по бумагам.

Если говорить о проблеме твердых бытовых отходов, то она касается всех стран, не только России. Главный вопрос здесь состоит в том, что чисто жить — дорого. Есть разные варианты действий: например, экологически чистое сжигание мусора. Но комплексное решение не может быть реализовано до тех пор, пока не будет налажена сортировка (так называемая классификация) отходов. Твердые бытовые отходы зачастую, особенно в нашей стране, сбрасывают в одну кучу: и кирпичи, и металл, и стекло, и пластик, и горючие материалы. Собственно, это и есть самая затратная стадия. Разделив мусор, можно дальше с ним уже что-то делать.

— Что Вы думаете о так называемой «мусорной концессии», обсуждение которой активно идет в новосибирских СМИ (с привлечением общественности) и органах власти?

— Тема концессии поднималась недавно на расширенном заседании президиума СО РАН академиком Сергеем Владимировичем Алексеенко. Основной вопрос здесь, на мой взгляд, заключается в регулировании с помощью местного законодательства и в понимании того, что населению придется за всё это платить. Моя личная точка зрения такова: Новосибирская область имеет свою специфику, у нас много оврагов, и если бы можно было организовать цивилизованное захоронение мусора в них — разумеется, со всеми возможными предосторожностями, выстилая грунт водонепроницаемыми тканями либо пленками, — то емкости этих оврагов хватило бы, по крайней мере, на несколько десятков лет.

— Не так давно прошел II Съезд ученых Республики Беларусь, в котором Вы принимали участие. Скажите, пожалуйста, планируется ли дальше развивать отношения с академиями наук бывших союзных республик?

— Если мы не будем развивать эти отношения, то не сможем воплотить роль Академии наук в сфере научной дипломатии. Я все-таки человек Советского Союза, для меня даже после того, как СССР распался, всё равно осталось понятие «большой Родины». Поэтому могу сказать так: возможность решать возникающие вопросы и проблемы, а также улучшать взаимоотношения с научным сообществом бывших союзных республик у СО РАН, безусловно, есть. Самый высокий наш приоритет — Беларусь; мы с ней состоим в одном Союзном государстве, при этом у Союзного государства есть собственный бюджет на науку. Кроме того, близкие нам страны — Казахстан, Кыргызстан, Армения, Узбекистан, Таджикистан. Конечно, мы не будем забывать и остальные республики, в том числе и Украину, с учеными которой у институтов Сибирского отделения реализовывались прекрасные проекты. Надеюсь, что наши отношения с Украиной, несмотря на существующие объективные трудности, рано или поздно нормализуются.

— А есть ли на данный момент какие-либо соглашения или договоренности?

— Конечно, соглашения есть практически со всеми бывшими союзными республиками. Но этим документам нужно «сделать апгрейд», возможно, дополнить. Мы уже договорились об этом с Национальной академией наук Беларуси.

« Я думаю, что международное сотрудничество СО РАН будет продвигаться прежде всего в рамках восстановления интеграционных проектов: есть научные области, где мы можем друг друга дополнять, в ряде случаев нужны компетенции и наши, и наших соседей.

В числе приоритетных стран — государства Азиатско-Тихоокеанского региона. Кроме того, на мой взгляд, очень важно установление научных контактов с Израилем. Почему? Во-первых, там очень много выходцев из России, в том числе и из Академгородка. Кроме того, в Израиле очень хорошо налажена инновационная система — передача результатов науки в практику. Здесь, я считаю, нужно устанавливать сотрудничество с участием Новосибирского государственного университета, с учетом его возможностей и уже имеющейся заинтересованности, и, конечно, с привлечением технопарка новосибирского Академгородка. «Академпарк» — уникальная структура, которая может содействовать развитию научно-технологических связей с теми странами, с которыми нет прямого научного контакта.

— Вы уже упоминали взаимодействие с вузами Сибири в плане научно-методического сопровождения их исследований. Скажите, пожалуйста, каким образом планируется углубить сотрудничество с университетами?

— Это вопрос многосторонний. Если говорить о НГУ, то тут для нас важна дальнейшая интеграция, в том или ином ее виде. Допустим, если раньше можно было без больших проблем, например, научное оборудование, приобретенное университетом, передавать в институты для обучения студентов и аспирантов на базовых кафедрах либо наоборот, то сейчас это стало затруднительным.

Если оставить НГУ за рамками (у него и СО РАН все-таки исторически сложившиеся особые отношения), то теснее всего взаимодействие академической науки и вузов проявляется в Новосибирском государственном техническом университете, а также в томских университетах. Перспективен с этой точки зрения Сибирский федеральный университет в Красноярске, а также Северо-Восточный федеральный университет в Республике Саха (Якутия) и Иркутский госуниверситет. Есть заинтересованность во взаимодействии с СО РАН у Тюменского государственного университета, в Омске как минимум два вуза сейчас имеют кафедры, организованные специалистами из институтов СО РАН. Везде свои особенности и, что немаловажно, потребности.

— Президент РАН академик Александр Михайлович Сергеев сказал, что будет поддерживать региональные отделения, намечены ли уже какие-то программы такой поддержки?

— Александр Михайлович Сергеев сам из региона (Нижнего Новгорода. — Прим. ред.), поэтому понимает многие наши проблемы и прислушивается к мнению Сибирского отделения. Например, он согласен с нами в том, что есть институты особой категории, являющиеся, несмотря на свой небольшой размер, форпостами науки на определенной территории. Я знаю, что правительства Республики Саха (Якутия) и Алтайского края вышли с предложением создать представительства Российской академии наук в этих регионах. Однако здесь возникает двойственная ситуация. С одной стороны, представительства РАН по уставу — прерогатива только «большой» Академии, у региональных отделений нет такого права. С другой стороны, научно-методическое руководство на этой территории осуществляет Сибирское отделение, хотя только один из названных субъектов находится в Сибири, другой — в Дальневосточном федеральном округе. Мы постараемся урегулировать эти сложности.

— Как, по Вашему мнению, после реформы изменилась роль региональных научных центров?

— Изначально региональные научные центры выполняли важнейшую задачу — консолидировали возможности академической науки в тех регионах, где создавались. В Сибирском отделении была четко организована координация работ региональных институтов через эти научные центры. Руководители центров избирались и согласовывались президиумом СО РАН, в их руках были также недвижимость и инфраструктура центра.

« После 2014 года понятие «научный центр» из закона выпало: в смысле, оно там есть, но теперь научный центр встал на одну ступень с входившими в него учреждениями, хотя исходно структура, которая называлась «научный центр», была управляющая, координирующая. Поэтому сейчас важно понять, что может в регионах объединять институты.

Здесь я вижу два пути — консолидация вокруг комплексной программы научных исследований, как это произошло в Томске по инициативе члена-корреспондента РАН Сергея Григорьевича Псахье, или придание региональному научному центру статуса федерального исследовательского (ФИЦ), как в Красноярске. Вообще, Красноярск — удачный пример, потому что самостоятельность институтов практически не исчезла: организации вошли в ФИЦ со статусом обособленных подразделений. ФАНО финансирует госзадания, которые СО РАН утверждает каждому институту, входящему в ФИЦ, отдельно, но деньги проходят через единую бухгалтерию. При этом обособленные подразделения имеют право заключать хоздоговоры, выходить с заявками на гранты, получать грантовое финансирование и так далее. Но при этом сохраняется единство инфраструктуры, что крайне важно.

На мой взгляд, небольшим институтам лучше всё же объединяться. Обратите внимание: хотя всех пугают, что при вхождении в ФИЦ самостоятельность институтов исчезает, тем не менее каждый институт свое название сохранил. Правда, вместо наименования «институт N Сибирского отделения», теперь «институт N ФИЦ Сибирского отделения». Безусловно, есть и проблемы. Например, ранее СО РАН определяло руководителей научных учреждений, сейчас мы оказываем влияние только в тот момент, когда возможные кандидаты выдвигаются на должность. (Вообще, с моей точки зрения, руководство научных институтов вообще должно не избираться, а назначаться президиумами РАН или региональных отделений РАН. Но для этого необходима подготовка руководящих кадров, как это было в Советском Союзе например).

Сейчас в СО РАН осталось два региональных научных центра — Томский и Иркутский, не охваченные реорганизацией. В Якутске уже договорились, что объединяться в ФИЦ будут не все институты, три — сохранят свою самостоятельность.

Кстати, есть поручение премьер-министра РФ о создании Байкальского природного музея на основе существующего Байкальского музея Иркутского научного центра СО РАН. Проблема заключается в том, что пока ни в какой бюджет это поручение не попало — а речь идет о нескольких миллиардах рублей. Над разрешением ситуации Академии наук и правительству Иркутской области придется работать вместе: сначала необходимо получить деньги на проектные работы, так как выделение средств на строительство может рассматриваться только при наличии проведенной экспертизы.

— Вы неоднократно говорили о создании интегрированного научного центра федерального значения на базе ныне разобщенного Новосибирского научного центра. Каким должен быть такой центр?

— На расширенном заседании президиума СО РАН врио губернатора Новосибирской области Андрей Александрович Травников отметил, что он видит в качестве одного из трех главных приоритетов Новосибирской области развитие новосибирского Академгородка. Но на самом деле и Новосибирский научный центр (ННЦ), и Академгородок — понятия широкие, которые все понимают по-разному. Здесь важна цель и задачи, а не территории. В Новосибирской области уникальная для страны и для мира агломерация науки. Поэтому я считаю, что нужно создавать центр не общефедерального, а общемирового значения, используя те возможности, которые у нас есть. Между СО РАН, ФАНО России и руководством Новосибирской области подписано рамочное тройственное соглашение о взаимодействии. В ближайшее время будет создан координационный совет для подготовки уточняющих документов. Во-первых, нужны формулировки цели и конкретных задач, во-вторых — конкретизация понятия «Новосибирский научный центр», поскольку сегодня сюда входит не только Академгородок, но и Нижняя Ельцовка, Краснообск. На заседании врио губернатора подчеркнул, что к агломерации «ННЦ» должен присоединиться и наукоград Кольцово. Кроме того, в программе развития ННЦ нужно выделить особо крупные проекты, например такие есть в ИЯФ СО РАН, готовится большая программа создания агробиотехнопарка. Естественно, необходимо прописать управляющую роль в комплексном развитии ННЦ: кто возьмет на себя право принимать решения и отвечать за них. Также надо понимать, в рамках каких федеральных законов будет действовать такая структура.

— Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН под Вашим руководством стал уникальной организацией, владеющей каталитическими технологиями, которые есть лишь в нескольких странах. Какие из Ваших удачных управленческих решений Вы бы хотели применить в управлении Сибирским отделением?

— Вопрос непростой. Всё начинается с подготовки кадров, тем более в управлении. К нему должны привлекаться сравнительно молодые специалисты, которым даются достаточно большие полномочия — важно, чтобы таковые были четко прописаны. И далее молодой (хотя это понятие растяжимое) руководитель чувствует себя ответственным за определенную зону деятельности. При управленческой машине, отлаженной по этому принципу, директору института не приходится вникать в частности. Его основная задача, повторюсь, — кадры. Поэтому вторым пунктом своей программы на выборах председателя СО РАН я обозначил системное и многоуровневое решение кадровых вопросов.

Если говорить об опыте непосредственно Института катализа, то утверждение о прорыве в каталитических технологиях сформулировано не очень корректно. Институт обеспечил прорыв не по каталитическим технологиям. По ним Россия еще долго будет «на нуле» — пока руководство страны не возьмется, наконец, за решение проблемы создания мощных инжиниринговых структур. Специфика института — работа с крупнотоннажными производствами, это нефтепереработка и нефтехимия, где единичная мощность промышленного агрегата доходит до одного миллиона тонн в год. Чтобы заявиться с технологиями такого масштаба, разработчик должен продемонстрировать действие опытной установки мощностью порядка десяти тысяч тонн в год (по входному сырью). Можете посчитать, сколько это эшелонов сырья! В России такая инфраструктура полностью отсутствует, и пока она не будет создана (что возможно только с помощью государства), мы этот вопрос не решим.

Однако у ИК СО РАН сформировалась другая, очень удачная ниша — разработка новых поколений катализаторов. Производство катализаторов — обычно малотоннажное, поэтому с точки зрения внедрения нового здесь намного проще. В Институте катализа (прямо на территории института) есть даже собственное малотоннажное производство катализаторов для промышленности. Полторы тонны производимых в ИК блочных катализаторов обеспечивают всю нашу азотную промышленность. Это тоже управленческий опыт — в плане отработки моделей взаимодействия академической организации и предприятий. Как раз недавно мы обсуждали с Андреем Травниковым необходимость создания инжиниринговых структур типа лаврентьевского «пояса внедрения» вокруг академических институтов. Только с важным отличием. Если раньше конструкторские бюро «пояса внедрения» принадлежали крупным министерствам, то теперь это независимые, частные компании. У них есть свои интересы, их нужно «приручать», доказывать потенциальную эффективность каждой предлагаемой разработки. Совсем не случайно на последнем заседании Наблюдательного совета НГУ я поставил перед ректором членом-корреспондентом РАН Михаилом Петровичем Федоруком вопрос о возможности создания в стенах университета структуры, которая бы занималась рыночным анализом и квалифицированно определяла потребности отдельных отраслей в тех или иных инновационных продуктах, отвечала на вопрос, нужно вот такое или не нужно.

Это предложение тоже, кстати, опирается на опыт Института катализа: на одной из наших базовых кафедр в НГУ студентам требуется написать реферат, излагающий тему дипломного проекта в формате предложения потенциальным заказчикам на результат работы. Задача — на понятном языке доказать: то, чем ты занимаешься, может принести практическую пользу. Это относится и к фундаментальным исследованиям. Если говорить о медицине и так далее, то следует показывать социальную отдачу.

— Как, на Ваш взгляд, нужно развивать социальную инфраструктуру головного научного центра СО РАН — новосибирского Академгородка?

« Прежде всего, замечу: не только в новосибирском Академгородке, но и везде, где находятся структуры СО РАН, среда обитания должна быть комфортной.

— Что касается Новосибирска, то в 2013—2016 годах началась реализация областной адресной программы развития Советского района. Но затем эта программа была закрыта. Сегодня с Андреем Травниковым и мэром города Анатолием Евгеньевичем Локтем достигнута договоренность к этой программе вернуться. Она многосторонняя и многосубъектная, относится далеко не только к СО РАН. Для реализации программы должен быть создан координационный совет, где мы также будем оказывать влияние.

Первоочередная задача — это, конечно, дороги внутри Академгородка, в чем я согласен с главой Советского района Дмитрием Михайловичем Оленниковым. Дальше речь должна идти о пространстве между жилыми домами. Кому оно принадлежит, кто должен его обслуживать — вопрос весьма специфический.

С моей точки зрения, еще одна важнейшая работа — привести в порядок нашу лесопарковую зону, которая пребывает в таком запущенном состоянии, что на нее просто невозможно смотреть. Ведь санитарной вырубки, расчистки не было много лет… Поэтому я повторяю призыв к нашей экологической общественности — сообща начать облагораживать лесные участки. Начать хотя бы с рощи за Домом ученых СО РАН. Вторая проблемная зона — больной лес между НГУ и Институтом вычислительных технологий СО РАН. Можно договориться с лесничеством, свалить и распилить сухие деревья, а дрова отдать дачникам — заберут сами и спасибо скажут. Другие объекты, которые нуждаются в пристальном внимании — Центральный пляж и дорожка к нему, они тоже требуют обновления.

Если говорить о крупных объектах инфраструктуры, то Академгородку не хватает современного конгресс-центра вместимостью в тысячу и больше человек, которые могли бы работать не только в одном зале, а параллельно в нескольких, по секциям. В Новосибирске, за исключением Экспоцентра, такого места нет. Но Экспоцентр находится вблизи аэропорта Толмачево, а у потенциальных инвесторов высокотехнологичного бизнеса интерес вызывает именно Академгородок. Близкий вопрос — это, безусловно, наличие хорошей гостиницы. У «Золотой долины» класс максимум две звезды. И когда серьезные люди приезжают в Новосибирск, то селятся не у нас. Да, Верхняя зона Академгородка признана объектом культурного наследия, здесь есть ограничения по строительству. Но Верхняя зона Академгородка очень компактна, поэтому для решения указанных вопросов можно и нужно выходить за границы охранной зоны.

Далее, с точки зрения комфорта семейной жизни, — наши детские учреждения. Что касается детских садов, то, со слов главы района, пока мест в функционирующих детских садах хватает, тем более что в ближайшие годы намечается очередной демографический спад. Работающие садики сейчас переданы в систему ФАНО либо находятся в муниципальной собственности, их нужно просто привести в надлежащее состояние. Однако ощущается нехватка спортивных объектов для детей: есть прекрасный фехтовальный клуб «Виктория», но нет, к примеру, большого, современного гимнастического зала.

Очень серьезна ситуация со школами. В Академгородок тянутся дети и родители из разных районов Новосибирска. Обучение здесь считается качественным и престижным. Но даже знаменитая «стотридцатка» (лицей № 130 им. акад. М.А. Лаврентьева. — Прим. ред.) не отвечает современным требованиям. Есть прекрасный план расширения «стотридцатки», и необходимо добиваться его осуществления, равно как и строительства нового здания для музыкальной школы.

Если говорить о медицине, то ЦКБ (Центральная клиническая больница, в прошлом ЦКБ СО РАН. — Прим. ред.) будет нормально развиваться, она перешла в ведомство области, там деньги есть. Есть прогресс и в решении вопросов академического диспансера. В целом я с умеренным оптимизмом предполагаю: все вопросы медицинской помощи будут решены — особенно если состоится решение о создании на базе Академгородка крупного центра международного значения.

— Раз уж речь зашла о детском образовании и досуге… Нужно ли, на Ваш взгляд, Сибирскому отделению и институтам СО РАН увеличивать свое присутствие в школах (научно-популярные лекции, встречи с ведущими учеными, шефство над классами или школой)? Планируется ли что-то сделать в этом направлении?

— Безусловно. Свое присутствие мы должны наращивать. Как это сделать — вопрос отдельный. Я хотел бы подчеркнуть позитивный опыт ИЯФа: вы знаете, что этот институт поддерживает стипендиями более ста учеников СУНЦ НГУ — ФМШ, проводит для школьников увлекательные экскурсии. В мире это делается также путем создания на территории институтов постоянных музеев, а в больших городах есть специальные музеи науки и техники — мне посчастливилось побывать в подобных местах в Сингапуре, Милане, Москве. С моей точки зрения, у нас в Академгородке также должен появиться музей науки. Чтобы дети могли прийти, потрогать экспонаты, послушать лекции. Но для этого нужны достаточно большие помещения. Вряд ли это учреждение будет способно жить только за счет бюджетных средств, здесь должны быть задействованы и частные структуры.

— В новосибирском Академгородке установлены памятники двум председателям СО РАН — Михаилу Алексеевичу Лаврентьеву и Валентину Афанасьевичу Коптюгу, есть ли мысли или планы установить памятник Гурию Ивановичу Марчуку?

— Этот вопрос, я думаю, будет вскоре обсуждаться. Что же касается новых памятников, у меня уже лежит предложение об установке памятника Михаилу Васильевичу Ломоносову. Я считаю, что, действительно, первый памятник, который должен появиться после названных двух, должен отражать роль этого великого ученого в развитии Сибири. Мы всегда о нем говорим, цитируем, а перед глазами, на улице, памятника Ломоносову до сих пор нет.

«Наука в Сибири»

Россия. СФО. ДФО > Образование, наука > ras.ru, 11 января 2018 > № 2456965 Валентин Пармон


Россия. Арктика. СФО. ДФО > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > ras.ru, 9 января 2018 > № 2456978 Николай Похиленко

Задачи и сверхзадачи СО РАН

Заместитель председателя Сибирского отделения РАН и научный руководитель Института геологии и минералогии им. В.С. Соболева СО РАН академик Николай Петрович Похиленко — о приоритетах в научном обеспечении экономического развития Якутии.

— Недавно в Мирном состоялось совещание ведущих специалистов России по алмазным месторождениям, на котором были запланированы межведомственные экспедиции на сравнительно мало обследованных территориях. Эти шаги как-то сопряжены с проведением в Якутии, согласно поручению Президента России, комплексной научной экспедиции?

— Честно говоря, сегодняшняя версия программы Второй комплексной экспедиции в РС (Я) является суммой обычных планов работы исследовательских учреждений на территории республики. Ничего принципиально нового там нет, кроме некоторого дополнительного финансирования. Я считаю, что эта работа необходима и полезна, но она должна стать базисом для новых крупных проектов, привязанных к перспективам развития экономики региона. И здесь нужно быть реалистами, вести речь прежде всего о горно-добывающей и обрабатывающей промышленности. Климат Якутии, особенно центральных и северных территорий, таков, что сельское хозяйство, как его ни совершенствуй, будет способно лишь частично обеспечить потребность населения республики в продовольствии — фрукты и овощи там можно, в принципе, выращивать, но в ограниченных объемах, а главное — это намного дороже, чем доставка. Для открытия высокотехнологичных производств критичной является кадровая проблема: чтобы построить в Якутии, к примеру, авиационный или хотя бы автомобильный завод, необходимо будет завозить извне не только оборудование, но и почти весь персонал.

— Но сможет ли огромная территория как-то развиваться без собственных индустриальных производств?

— Республика богата полезными ископаемыми — и не только алмазами, золотом, редкими и редкоземельными металлами. Не так давно там было открыто месторождение марганцевых руд — по существу, единственное такого типа в России, поскольку мелитопольский марганец стал недоступен. И реальную перспективу развития экономики РС (Я) составляет разработка новых месторождений и переделы полезных ископаемых. Например, выпуск изделий из промышленных алмазов и огранка ювелирных — в республике почему-то эти производства не получили должного размаха. Кстати, о перспективах гранильно-ювелирной подотрасли высказывался зампред Совета Федерации, сенатор от Якутии и бывший глава «АЛРОСЫ» Вячеслав Штыров.

— Речь идет о развитии промышленности «ровным слоем» или о крупных территориальных проектах?

— На северо-западе Якутии может быть создан новый промышленный кластер, аналогичный норильскому — проработка всех аспектов такого проекта и может стать сверхзадачей научных организаций. Так, Институт физико-технических проблем Севера им. В.П. Ларионова СО РАН способен предоставить новые «арктические» материалы для машин и конструкций с заданными свойствами, Институт мерзлотоведения им. П.И. Мельникова СО РАН — досконально исследовать устойчивость грунтов, вести мониторинг климатической и почвенной ситуации. Такой подход обеспечивает постановку задач для ученых-медиков, биологов и экологов, геологов и геофизиков различного профиля. И, разумеется, экономистов — стратегические решения по развитию экономики Якутии должны быть обоснованы и просчитаны. Это относится и к инфраструктуре: нужно понять, насколько следует увеличить мощности арктического порта Тикси, требуется ли строить еще один, Урун-Хая в устье Анабара. Для прогнозируемого кластера именно он, предположительно, может стать основным.

В РС(Я) фактически нет отраслевой науки (за исключением узконаправленного исследовательского сектора «АЛРОСЫ»). Но академические институты Якутии и Сибири в целом могут взять на себя весь спектр и объем работ по научному обоснованию и сопровождению новых индустриальных и инфраструктурных проектов. Это и стало бы, по существу, выполнением поручения Президента РФ о Второй комплексной экспедиции.+

Беседовал Андрей Соболевский, Наука в Сибири

Россия. Арктика. СФО. ДФО > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > ras.ru, 9 января 2018 > № 2456978 Николай Похиленко


Россия. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 6 января 2018 > № 2451630 Александр Галушка

Галушка: Россия без Дальнего Востока немыслима, здесь люди реализуют себя через подвиг

О популяризации среди россиян восточного форпоста страны и о многом другом в интервью с главой министерства по развитию Дальнего Востока

Значение "Дней Дальнего Востока в Москве", историческая преемственность в деле освоения восточных земель, особенности характера дальневосточника и о самой большой стройке на ДВ – лишь некоторые из тем, которые затронул министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка в интервью. Отдельной темой беседы стало экономическое и инфраструктурное развитие региона – инвестиции, рабочие места, авиасообщение, пункты пропуска на государственной границе и международные транспортные коридоры, сообщает корр. ИА AmurMedia в Москве Сергей Михайлин.

– Здравствуйте, Александр Сергеевич. Мы находимся в Москве, где уже в течение недели проходит выставка под названием "Дни Дальнего Востока в Москве". Скажите, для чего была создана эта программа и как, по Вашему мнению, жители центральной части России отнеслись к этой выставке?

– Мы очень хотим сделать Дальний Восток ближе к Москве, а Москву к Дальнему Востоку. Вообще хотим, чтобы он не "дальний" был, а свой, родной, знакомый, близкий. И для того, чтобы москвичи могли познакомиться с тем, что происходит на Дальнем Востоке, с тем, что происходит в каждом дальневосточном регионе: как они развиваются, какие проекты реализуются, как гектары предоставляются, что на гектарах этих делается, какие новые возможности открываются, – вот ровно для этого мы организовали и проводим это мероприятие в Москве.

– Я сам с Дальнего Востока, родился и прожил там большую часть жизни. Мне всегда говорят, что мы, дальневосточники – открытые, добрые, интересные. Вот скажите, занимаясь вопросами самой большой территории РФ, всё-таки это 36% нашей страны, как Вы можете охарактеризовать людей? Какие они по Вашему мнению?

– В любом уголке России есть те или иные отличия. Это замечательно, что у нас такая большая, разнообразная и вместе с тем единая, общая страна. На Дальнем Востоке, конечно, чувствуется дух того, что Дальний Восток – это подвиг. Это люди, которые реализовывали себя через подвиг. Это здесь чувствуется. На Дальнем Востоке происходит соприкосновение цивилизаций, когда европейская цивилизация сталкивается с азиатской. Когда такое соприкосновение происходит, обостряется чувство идентичности. Ты понимаешь своё отличие – другая ментальность, структура мышления. Ещё чувство идентичности связанно с тем, что Дальний Восток – это форпост страны. И все это вместе с прекраснейшей природой, с ощущением стихии Тихого океана, свободы, пространства складывается в особую характеристику жителей Дальнего Востока.

– Почему сегодня государство решило уделить столь огромное внимание Дальнему Востоку? Я знаю, что существовал ещё давний план, в советское время, и там была описана большая стратегия развития и, насколько я знаю, Вы уделили много времени анализу этого документа, и там действительно важные вещи написаны, но они не были реализованы. А сейчас мы вернулись к истории.

– На мой взгляд, в 90-е годы мы пережили кризис государственного мышления и в условиях этого кризиса даже звучали такие голоса – "А зачем нам Дальний Восток вообще?". Сегодня, когда исторически ответственное мышление возрождается, то становится ясно, что Россия без Дальнего Востока немыслима. Это наша территория, освоенная подвигом предыдущих поколений. Мы обязаны развить её. Сделать успешной, процветающей, благоприятной, желанной для людей, для жизни и самореализации. Мы привыкли основательно подходить ко всему, и, конечно, историю вопроса, "волны" освоения Дальнего Востока мы изучили. Посмотрите, мы реализуем по духу те идеи, которые применялись, например, в эпоху порто-франко (итал. porto franco — свободный порт ), который во Владивостоке существовал до 1907 года. Но мы не буквально воспроизводим, то, что было в начале 20-го века, а делаем это сообразно сегодняшним реалиям. Мы анализируем — а что сегодня происходит, как "свободные порты" в мире организованы, какие лучшие практики существуют? И вот на этом синтезе – с одной стороны своя история, с другой стороны лучшая мировая практика – родился закон о Свободном порте Владивосток. И у нас, как некоторые сказали, порто-франко вернулся во Владивосток.

Что касается советской программы 1987 года, которую Вы упомянули, мы показали её инвесторам, и реакция сегодняшнего бизнеса на ту программу развития Дальнего Востока, знаете, какая была? Они сказали, что это "бизнес-навигатор". У нас теперь механизмы только другие, мы ставку делаем на частный бизнес и на частные инвестиции. В этом разница.

– Я слушал Ваше выступление перед Советом Федерации с отчетным докладом, меня поразила цифра, что 3,7 триллиона рублей инвестиций привлечено на Дальний Восток.

– Эти суммы привлечены на Дальний Восток благодаря ТОРам, благодаря Свободному порту Владивосток. Уже вложено почти 120 миллиардам рублей по итогам 2017 года, 86 новых предприятий запущено, 7 тысяч новых рабочих мест создано. Такой объем инвестиций, как 3,7 триллиона рублей не может быть реализован одномоментно, это проекты, которые реализуются шаг за шагом. Они воплощаются в новые предприятия, инфраструктуру, фабрики и бизнес. Массив инвестиций, который привлечен, это уже 1009 проектов, это резиденты ТОРов и Свободного порта Владивосток.

– Предлагаю посмотреть вот этот интересный стенд. Это Амурская область, проект современнейшего газоперерабатывающего завода. По Вашим оценкам, примерно, сколько этот проект стоит?

– Не просто примерно, а этот проект стоит 950 миллиардов рублей, это крупнейшая стройка страны, ничего более масштабного сегодня в стране не строится. И это происходит на Дальнем Востоке. По газопроводу "Сила Сибири" мы отправляем газ, и мы строим вот такой огромный газоперерабатывающий завод на границе с Китаем. И в Китай уже не просто газ поставляем, а перерабатываем его у себя на территории, оставляем у себя добавочную стоимость, новые рабочие места и налоги, а в Китай уже продаем продукты передела. Более того, в орбите таких крупных производств вырастает мощный кластер малого и среднего бизнеса. Потому что здесь нужны новые сервисы, услуги, поставщики. Всем выгодно здесь локализоваться, и мы потенциал такой локализации оценили – это порядка 100 проектов в среднем по 5 миллиардов рублей.

Это модельная ситуация, у нас же в Приморье тоже очень большой проект – создается восточный нефтехимический комбинат. В декабре стройка начинается в Находке, это 10 млн. долларов США — очень крупный проект. И то же самое, мы нефтепереработкой занимаемся у себя на территории.

Глобальная экономика стимулирует форсированное развитие Дальнего Востока. Мир уже стал азиатско-тихоокеанским, центр развития мира сместился. И, конечно, мы должны использовать эти возможности, чтобы развивать Дальний Восток и Россию. В конечном итоге все стройки, предприятия, проекты набирают критическую массу, и сейчас количество должно перейти в качество. Мы уже видим, что в 2017 году объем инвестиций возрос на 10%, строительства — на 11%.

– Проекты, о которых Вы говорите – это же несколько десятков тысяч рабочих мест. Начиная с 90-х, много жителей мигрировало с Дальнего Востока в центральную Россию, но в советское время было наоборот – за благами люди ехали на Дальний Восток. Как вы считаете, какие ещё дополнительные шаги должно сделать государство для улучшения жизни людей на Дальнем Востоке?

– Сегодня наша задача – создать новые возможности для людей, возможности для самореализации. У ТОРов, и у Свободного порта Владивосток, у инвестиционных проектов, которые реализуются, есть понятное человеческое измерение — новые современные рабочие места. Более того, когда возникает такая плотность проектов на территории, плотность новых предприятий, то возникает спрос на людей. Конечно, все сопутствующие вопросы — жилье, инфраструктура, социальные условия, культура, транспортная доступность – тоже важны. Хочу отметить, что мы, сфокусировавшись в начальной точке на новых рабочих местах, понимали все это прекрасно и готовили предложения, чтобы перейти ко второму этапу развития ДВ. И президент ключевую цель поставил – KPI. Уровень и качество жизни на Дальнем Востоке должны быть не средними, а выше среднего российского. Работа государства разложена по корзинам — здравоохранение, социальная сфера, жилье, образование, ЖКХ и другие. Эти корзины называются государственными программами, и в них по указанию Президента должны выделяться разделы по развитию Дальнего Востока. Сегодня такая фундаментальная работа ведется по поручению председателя правительства РФ, сроки ее определены, и весь процесс идет по согласованию с министерством развития Дальнего Востока.

– Как Вы считаете, какая средняя заработная плата должна быть на территории Дальнего Востока, чтобы люди чувствовали себя комфортно?

Я бы всё-таки говорил о качестве жизни. Если мы при существующей заработной плате решаем проблемы дороговизны и наполняем услугами и товарами ту зарплату, которая есть, то это хорошо. А второй вопрос – какого качества услуги мы получаем? Мы сейчас завершили разработку индекса развития человеческого капитала на ДВ. В ближайшее время он будет презентован, и там главное – именно качество жизни. Когда и безопасность, и социальные условия, и инфраструктура, и дороговизна вместе собраны и оптимально оцениваются. Мы действительно хотим на новом этапе развития ДВ предложить это в качестве ключевой вещи.

– Поговорим о Владивостоке. Это наши пограничные территории, порты, транспортные коридоры "Приморье-1" и "Приморье-2". Какие задачи вы ставите перед бизнесом в этом регионе? Какие планы на ближайшие несколько лет?

– Дальнему Востоку, его южной части, нужны порты и логистическая инфраструктура нового качества и уровня. Движущей силой такого развития, конечно, является развитие проектов транспортных коридоров (МТК) – "Приморье-1" и "Приморье-2". Грузовую базу мы можем получить благодаря этим проектам мощнейшую. И под это нам нужны порты и инфраструктура. Уходящий год, на мой взгляд, стал переломным. Председатель КНР заявил, что Китай поддерживает развитие МТК-1 и МТК-2. Я могу сказать, что работа после этого пошла по-другому. Готовится межправительственное соглашение, чтобы для транзитных грузов фактически "бесшовный режим" сделать. Наша оценка – минимум 45 миллионов тонн грузов мы можем получить благодаря МТК-1. Таким образом, мы зарабатываем на грузовой базе, а они зарабатывают на том, что у них меньше "логистическое плечо". Очень хороший взаимовыгодный проект.

– Недавно председатель правительства РФ Дмитрий Медведев негативно отозвался о логистической внутренней инфраструктуре Дальнего Востока, в том числе об инфраструктуре аэропортов. Что Вы думает по этому поводу?

– Речь шла о 15 пунктах пропуска, которые касаются границы с Китаем. Это те пункты пропуска, где у нас самые узкие места есть в развитии торгово-экономического сотрудничества. Это как раз на границе, они по югу идут. Также Дмитрий Анатольевич Медведев высказался о 40 аэропортах, которые не были построены. Юрию Петровичу Трутневу дана задача разобраться в этой ситуации. Но главное – другое. Нам пункты пропуска нужны, аэропорты нам нужны, нам транспортная связанность Дальнего Востока нужна. Мы сегодня, не дожидаясь никаких решений, отрабатываем концессионные модели, задача которых – найти решение, как эти пункты пропуска можно быстрее построить, модернизировать. Конечно, это очень важная задача, и это было наше предложение на уровне премьера её рассмотреть, дать трезвую оценку положению дел, для того, чтобы дальше этим можно было заниматься.

– Сейчас мы коснулись темы аэропортов. У Приморского края есть результаты внутреннего проекта, когда стоимость перелёта на внутренних линиях равна стоимости проезда на автобусе. Что сегодня мы скажем дальневосточникам, о развитии внутреннего авиасообщения в их регионах? Например, Якутии, где Мирный, Нерюнгри и Якутск находятся на расстоянии друг от друга порядка тысячи километров.

– Да, есть практика Приморского края, это лучший пример, когда за счет правильной и разумной модели организации авиамаршрутов восстановили всю сеть авиаперевозок, которая существовала еще в советское время, и расширяют ее. Очень разумно, когда используют самолеты малой авиации, и мы не вбухиваем деньги в содержание огромных взлетно-посадочных полос, получаем экономию и покупаем новые самолеты. Даже деньги остаются, чтобы просубсидировать людям авиаперелет. Сегодня поставлена задача – распространить разработанную в Приморье модель на другие районы Дальнего Востока

– А сколько времени понадобится, чтобы на 80-90% выполнить эту задачу?

– Это пятилетняя программа, опыт Приморья показывает, что необходимо 3-4 года целенаправленной работы.

– Сегодня все говорят о суперджетах. Как Вы думаете, какое будущее ждёт завод в Комсомольске-на-Амуре, где такие самолёты производят?

– Действительно, современная и высокотехнологичная продукция выпускается в Комсомольске-на-Амуре. Президент страны специально уделил внимание в послании Федеральному собранию Комсомольску-на-Амуре. План специальный принят, который последовательно реализуется, и шаг за шагом новые позитивные изменения происходят в Комсомольске-на-Амуре. Создан ТОР под локализацию поставщиков, чтобы они могли своё производство размещать, и от этого масштаб экономики Комсомольска-на-Амуре вырос.

– Люди в большинстве своём далеки от экономики, долгосрочных перспектив развития, инвестиций. Существует ли простой язык, с помощью которого можно рассказать о том, что реально создаётся сегодня на Дальнем Востоке?

– Вот для этого и проходят "Дни Дальнего Востока" в Москве, для этого мы с вами ходим здесь и все это показываем. У нас идея – и в других регионах устроить такую выставку, чтобы продвигать среди граждан России Дальний Восток, чтобы все увидели перспективы, которые там открываются. В дополнение к Восточному экономическому форуму мы решили организовать Дни Дальнего Востока в столице, потому что ведь не все москвичи могут приехать на ВЭФ. Но ВЭФ – это мероприятие в основном для инвесторов, бизнеса, а здесь — для всех граждан. В Москве мы даже и в метро поезд Дальнего Востока запустили, чтобы наш регион стал ближе к людям и понятнее.

– Как Вы считаете, готовы ли простые люди, которые живут на этих территориях многими поколениями, действовать, совершенствовать себя и свое государство?

– Человеку вся жизнь дана для развития и совершенствования. По факту, посмотрите насколько предприимчивые, активные, деловые люди живут у нас в Приморье. И конечно же, мы рассчитываем на то, что во всех тех новых возможностях, которые открываются, себя найдут жители Приморского края и других регионов Дальнего Востока. У нас даже по статистике в два раза выше уровень желания заниматься предпринимательством, чем в среднем по стране. Это очень хорошая основа, культурная, ценностная и ментальная.

Россия. ЦФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 6 января 2018 > № 2451630 Александр Галушка


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 29 декабря 2017 > № 2466306 Александр Соколов

Александр Соколов: в уходящем году было много важных событий.

Градоначальник выступил перед городскими депутатами с отчетом о работе муниципалитета в 2017 году

Мэр Хабаровска на заседании городской думы отметил, что в уходящем году было много важных событий. Например, утверждение Стратегии социально-экономического развития Хабаровска до 2030 года. За разработку методики проведения мониторинга реализации Стратегии-2030 муниципалитет Хабаровска был отмечен дипломом Х Международного смотра-конкурса городских практик городов СНГ и ЕАЭС "Город, где хочется жить". Помимо этого, Хабаровск был отмечен еще в 14 номинациях этого конкурса. Всего, по словам мэра, Хабаровск был отмечен наградами, попал в рейтинг или занял призовые места в более 800 различных конкурсах, сообщили ИА AmurMedia в пресс-службе городской администрации.

"В 2017 году в абсолютных приоритетах деятельности муниципалитета была реализация федеральной политики по формированию благоприятного инвестиционного климата, что нашло отражение в "Стратегии-2030". Это особый объем работы. Внимание от правительства Российской Федерации – максимальное. Включившись в эту работу, мы сделали немало, чтобы Хабаровский край поднялся в рейтинге регионов на 30 позиций в этой сфере", — отметил Александр Соколов.

Рассказал глава города и о других положительных тенденциях. Например, небольшой рост наметился в муниципальном секторе экономики. На несколько процентов возросли объем услуг и производительность труда на предприятиях. В этом году в городе отремонтировали и построили 37 км дорог. Открыли 3 детских сада и второе здание школы №37 после капитального ремонта. В городе появилось несколько скверов, завершились этапы реконструкции парков "Северный" и Дома офицеров флота. За год было проведено свыше тысячи акций, ярмарок и спортивных мероприятий, направленных на формирование здорового образа жизни у жителей города. В Хабаровске сохраняется стабильно низкий уровень безработицы. Улучшается демографическая ситуация. В 2018 году ожидается, что численность населения города превысит 621 тысячу человек.

"Главное в работе муниципалитета – повысить качество жизни горожан. Забота о человеке всегда стоит на первом месте. Поэтому и бюджет города социально ориентированный", — заявил мэр.

Александр Соколов отметил, что в несколько раз удалось сократить по времени ряд процедур, таких, как получение разрешения на строительство, оформление договоров на подключения к сетям.

"Есть проблемные точки, которые в некоторых аспектах тормозят развитие города. Например, на сегодня отсутствует программа по сносу ветхого жилья. На муниципальном или региональном уровне эту проблему не решить. Другая проблема – недостаточное финансирование полномочий, которые переданы муниципалитету от вышестоящих уровней власти. В числе проблемных вопросов – развитие строительного комплекса. Хотя это касается не только Хабаровска, но и всей страны. Хотелось, чтобы жилья вводилось в строй больше", — сказал Александр Соколов.

В своем выступлении мэр отметил достойное исполнение бюджета и сокращение кредитного портфеля. Среди отраслей, которые в этом году отработали на "отлично", глава города отметил здравоохранение, образование и благоустройство.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 29 декабря 2017 > № 2466306 Александр Соколов


Россия. ДФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 29 декабря 2017 > № 2443972

Министерство связи и массовых коммуникаций Российской Федерации сообщает о том, что в начале 2018 года стартует строительство подводной волоконно-оптической линии связи (ПВОЛС) по маршруту Южно-Сахалинск — Курильск — Крабозаводское. Протяженность новой линии связи составит около 850 км, из них более 750 км пройдет по дну Охотского моря. Новая глубоководная магистраль, ввод которой в эксплуатацию запланирован на второй квартал 2019 года, позволит оказывать услуги широкополосного доступа в интернет населению Курильских островов, где проживает суммарно около 20 тысяч человек. Это будет завершающий этап в работе по устранению цифрового неравенства на Дальнем Востоке, которая проводится под руководством Минкомсвязи России.

С 2012 года по волоконно-оптическим линиям связи были подключены все населенные пункты РФ, вплоть до малых городов с населением 15 тысяч человек. Так, в декабре 2012 года к широкополосному доступу в интернет был подключен город Якутск, в июле 2016 года — город Мирный в Якутии. В марте 2017 года была введена в эксплуатацию ПВОЛС протяженностью свыше 1800 км по маршруту Сахалин — Магадан — Камчатка, которая также прошла по дну Охотского моря. В сентябре 2017 года скоростной интернет пришел в Норильск.

Наиболее населенным городом, который до сих пор не имеет подключения, является Анадырь — столица Чукотского автономного округа, самый восточный город России, расположенный в зоне вечной мерзлоты, где сегодня живет свыше 15 тысяч человек. В настоящее время разрабатываются планы обеспечения современной связью этого города и аналогичных ему населенных пунктов.

Кроме того, с 2014 года в России ведется работа по устранению цифрового неравенства между городом и деревней. В рамках этой работы к настоящему моменту к скоростным каналам связи подключено около четырех тысяч населенных пунктов, где проживает от 250 до 500 человек. С 2017 года согласно посланию Президента РФ Владимира Путина Федеральному собранию, также обеспечиваются современными каналами связи все медицинские учреждения страны. По итогам 2017 года около трех тысяч больниц и поликлиник получат современную связь.

Справка

Строительство ПВОЛС по маршруту Южно-Сахалинск — Курильск — Крабозаводское пропускной способностью 40 Гбит/с пройдет в рамках Федеральной целевой программы «Социально-экономическое развитие Курильских островов на 2016–2025 годы». Реализацией проекта занимается компания «Ростелеком». Оценочная стоимость проекта — 3,3 млрд рублей.

Россия. ДФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 29 декабря 2017 > № 2443972


Россия. ДФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 29 декабря 2017 > № 2441459 Сергей Зюбр

Амурметалл произвел 180 тыс. т металлопродукции в 2017 г.

Исполнительный директор Группы компаний «Торэкс» Сергей Александрович Зюбр рассказал об итогах работы металлургического комбината Амурметалл в 2017 г.

Под руководством Группы компаний «Торэкс» завод работает уже 11 месяцев. Можно ли подвести промежуточные итоги работы в этом году?

Группа компаний «Торэкс» приобрела имущественный комплекс 30 января этого года в ходе публичных торгов. Процесс переоформления длился полгода. Принимали на работу людей из ОАО «Амурметалл» в Торэкс, получали лицензии и другие необходимые для начала производства документы. Завод заработал в июле. И это большая заслуга рабочего коллектива. Да, на момент, когда мы «зашли» на завод, там уже не было каких-то запасных частей для ремонта, расходных материалов. Но все основное оборудование было на месте, в рабочем состоянии. Работающий коллектив его сохранил. Мы еще раз убедились, что завод сможет работать. В этом году мы произвели 180 тыс. т металлопродукции.

С какой программой заходили на завод? И приходилось ли менять стратегию?

Естественно, программа была и, надо сказать, она за это время кардинально не поменялась. Первая задача – зайти на завод и сохранить производство. Мы это сделали. Дальше – нарастить объемы производства. Задача на следующий год – 1 млн т готовой продукции. Помимо этого, в инвестиционной программе предусмотрена модернизация сортопрокатного цеха. Первый этап работ запланирован на 1 февраля 2018 г.

Что конкретно будет обновлено и как это отразится на процессе производства?

Речь идет о модернизации прокатного стана и увеличение его производительности до 700 тыс. т сортового проката. Также планируем установить упаковочную машину для продукции, которая экспортируется сегодня в страны АТР. Это одно из современных правил мирового рынка. Заказчики желают получать металлопродукцию с антикоррозионной защитой. Наша продукция соответствует всем мировым стандартам. Правильная упаковка защитит от механического воздействия при транспортировке и погрузо-разгрузочных работах. Более того, это дает нам возможность реализовывать именно металлопрокат за границей.

То есть завод ориентирован сегодня больше на экспорт продукции?

Сейчас соотношение продаж на внутренний и внешний рынки – 40х60%. Но приоритетное направление – Дальний Восток. Завод готов обеспечивать внутренний рынок металлопрокатом здесь на 100%. В этом году среди потребителей продукции Группы компаний «Торэкс» крупнейшие строительные организации и государственные предприятия Дальнего Востока и России. Металл завода сегодня используют на судоремонтном заводе Звезда в Приморском крае, при строительстве автомобильного моста в Китай в Амурской области, нашу металлопродукцию закупают инвесторы, которые сегодня реализуют свои проекты в ТОСЭР «Хабаровск».

Завод работал с перебоями с 2009 г. За это время произошел передел рынка. Удастся ли его вернуть?

Те комбинаты, которые зашли сюда, успели укрепить свои позиции. Нам приходится собственный рынок буквально отвоевывать. У конкурентов есть преимущество – по тарифу на железной дороге. Мы сейчас ведем работу с федеральными органами власти по этому вопросу. Чтобы игра была честной, преференции должны быть для всех одинаковы.

Неоднократно поднимался вопрос о запрете на экспорт лома с территории Дальнего Востока. Известно, что проект постановления находится на рассмотрении в федеральных профильных ведомствах.

Это постановление для нас, безусловно, одна из ключевых мер поддержки. Так как лом черных металлов для производства стали – основное сырье. Но сейчас львиная доля металлолома уходит в Южную Корею. И чтобы этот поток не снижался, южнокорейские заводы делают все – завышают цены на металлолом для экспортеров. Таких цен на металлолом за всю историю этого рынка не было никогда. Мы считаем, что это недобросовестная конкуренция. Еще одна проблема, с которой мы столкнулись в этом году – дефицит электродов. Они необходимы для выплавки стальной заготовки. В России электроды производит только один завод, и он перегружен. Мы вынуждены закупать в Китае. Однако за последние полгода там произошло резкое сокращение производства на 30% из-за ужесточения экологического законодательства. Цена на этот расходный материал выросла в 10 раз. Раньше была альтернатива – графитовые электроды также производит Индия. Однако в свое время на их импорт была наложена антидемпинговая пошлина.

В какие сроки, по вашему мнению, это постановление о запрете на экспорт лома будет принято?

Мы думаем, что при поддержке губернатора Хабаровского края, Минпромторга, Минвостокразвития это постановление будет принято уже в первой половине 2018 г. Но в то же время мы продолжаем работать и развивать собственное производство. Для этого в нашей стратегии есть второй этап модернизации. Он начнется в сентябре 2018 г. Это установка мини-доменной печи для производства жидкого чугуна. Это позволит нам снизить производственные издержки и на 40% увеличить объем производства, а также получить качественно новый продукт за счет использования перворудного сырья.

Кто будет поставлять перворудное сырье?

На Дальнем Востоке есть несколько месторождений - Гаринское в Амурской области, Кимкано-Сутарское в Еврейской автономии. Месторождения железной руды развивают сейчас и в Якутии. Их освоение включено в инвестиционный проект. Установка доменной печи должна завершиться в 2019 г. Ее запуск обеспечит увеличение объемов производства до 1,5 млн т готовой продукции в год.

Россия. ДФО > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 29 декабря 2017 > № 2441459 Сергей Зюбр


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 декабря 2017 > № 2445896 Роман Витязев

Атака на марифермеров Приморья – банальный передел рынка.

В Приморском крае предприятия марикультуры уже больше года не могут спокойно работать на рыбоводных участках в границах региональных памятников природы, образованных еще в 1974 году. О недопустимости такой деятельности говорит региональный департамент природных ресурсов и охраны окружающей среды, территориальное управление Росрыболовства отказывается фиксировать выпуски молоди. Между тем ученые утверждают, что аквакультурные хозяйства благотворно влияют на природу и дикие популяции гидробионтов. О битве пользователей за право работать на своих участках и о других проблемах отрасли Fishnews рассказал сопредседатель координационного совета Дальневосточного Союза ассоциаций аквакультуры, заместитель председателя НО «Дальневосточный Союз предприятий марикультуры» Роман Витязев.

ОБЪЕДИНИЛИСЬ В БОРЬБЕ

- Недавно Дальневосточная ассоциация «Аквакультура», Дальневосточный Союз предприятий марикультуры и Ассоциация марикультурных организаций Приморского края создали координационный совет. Роман Сергеевич, чем вызвана эта необходимость?

– Уходящий год показал, что у ведущих марикультурных ассоциаций Приморского края практически одинаковые позиции по проблемным вопросам в отрасли. И, соответственно, одинаковое видение путей их решения. У нас возникали трудности, связанные с прохождением экологической экспертизы, деятельностью хозяйств на ООПТ, браконьерством, выделением земли пользователям. Также проблемами, безусловно, стали завышенные обязательства по договору пользования РВУ в части выращивания минимального объема товарной продукции, недоработки в методике с коэффициентами изъятия и ряд других вопросов. Вызывает сомнения необходимость присутствия специальных комиссий при выпусках молоди для пастбищной аквакультуры, ведь для индустриальной такого требования нет. Все это не только мешает развитию марикультуры в Приморье, но и может ударить по аквафермерам в любой части России. Обо всех проблемных точках мы рассказали в обращениях к главе Росрыболовства, Илья Шестаков в курсе этих вопросов.

Мы решили, что целесообразно объединить три ассоциации в единый совещательный орган – координационный совет Дальневосточного Союза ассоциаций аквакультуры. По сути, те, кто активно занимался решением проблемных вопросов, продолжат заниматься, но уже под эгидой единого координационного совета. Само по себе его создание – лишь формальность, потому что ведущие ассоциации аквакультуры Приморья выступают с консолидированной позицией уже давно.

ОТРАСЛИ ПОДСТАВЛЯЮТ ПЛЕЧО

– Чувствуется ли поддержка со стороны федеральных органов власти?

– Сейчас в этом плане наблюдается положительная тенденция. Усилия аппарата полпреда президента в ДФО, Минвостокразвития и его структурных подразделений направлены на создание цивилизованных предприятий марикультуры. Мы видим, что они ведут активную работу по формированию перспективных участков, которые действительно будут работать.

На сегодняшний день, на наш взгляд, выстраивается достаточно понятная схема, участки формируются под конкретных инвесторов по заявкам, в рамках правового поля осуществляется поддержка со стороны федеральных органов власти. Пользователю помогают правильно подать заявку, сформировать свои желания с учетом специфики конкретной акватории. Ведь есть масса нюансов с точки зрения и науки, и ограничений, например, в части наличия судоходных морских путей. Мы видим, что предприятия не бросают не произвол судьбы – не просто «сформировали участок, выставили на аукцион, государство получило деньги, и все!» Поддержка идет на постоянной основе, причем хочу отдельно отметить действенную помощь со стороны Минвостокразвития и краевого департамента рыбного хозяйства.

ПЕРО ЧИНОВНИКА ВМЕСТО ПУЛИ БАНДИТА

– Сегодня один из основных вопросов для аквакультуры Приморского края - проблемы с работой хозяйств, оказавшихся в границах еще советских памятников природы. Насколько сильно ударила эта ситуация по марикультурным предприятиям?

– Затронуты интересы практически всех пользователей – и действующих, и потенциальных инвесторов. «Заморожено» порядка 80 тыс. га самых пригодных для марикультуры акваторий!

Нам фактически сорвали все плановые работы текущего года. Как я уже рассказывал ранее, часть предприятий весной выпустила молодь трепанга, но акты выпуска терруправление так и не подписало. В связи с этим завод, с которым был заключен долгосрочный договор, прекратил поставки молоди до урегулирования ситуации. Его условие – как минимум, подписание весенних актов. Отмечу, что есть положительная позиция Росрыболовства по данному вопросу, краевая прокуратура препятствий для подписания тоже не видит. На совещании в теруправлении 17 октября было предложение: акты подписать, зафиксировать выпуск, но с примечанием, что решение по изъятию выращенной товарной продукции будет принято после окончательного урегулирования ситуации. Это было, на мой взгляд, очень здравое предложение от науки, ведь выпуск молоди трепанга в любом случае природе не вредит. Трепанг растет минимум четыре года, этого достаточно, чтобы разрешить спорную ситуацию по ООПТ.

Однако начальник отдела аквакультуры и воспроизводства водных биоресурсов теруправления Росрыболовства Константин Гарбушин упорно отказывается направить сотрудников на выпуски молоди. Причем это противодействие, насколько мне известно, идет вразрез с позицией главы теруправления Александра Громова. В результате сорваны и весенний, и осенний выпуски. При том что еще в ноябре прошлого года вице-премьер – полпред президента в ДФО Юрий Трутнев дал поручение: проработать вопрос о возможности размещения хозяйств марикультуры в границах морских ООПТ.

Отмечу, что практически все трепанговые заводы Приморья сейчас работают по схеме нереста один раз в год – летом, и, соответственно, выпуск молоди в основном проводят только осенью. И это очень обидно, фактически потерян год. Мы говорим на всех совещаниях, что, по нашему мнению, краевой департамент природных ресурсов в лице его руководителя Александра Коршенко и начальник отдела аквакультуры теруправления Росрыболовства Константин Гарбушин своими действиями фактически создают предпосылки для одностороннего расторжения договоров пользования РВУ, а также причиняют серьезный репутационный ущерб действующим предприятиям. Ведь если пользователи не проводят выпуски, срываются графики выращивания товарной продукции и, соответственно, не выполняются условия договоров пользования участками.

И последствия уже наступили. Предприятия потеряли на определенном этапе веру в государство, потеряли деньги, теряют время, к тому же на развитие нашей ситуации ведь смотрят и потенциальные инвесторы! В крае и так неважно с инвестиционной привлекательностью, азиатский бизнес к нам не идет. Все просто боятся того, что в России не соблюдаются правила игры. И наш пример – достаточно серьезный маркер для инвесторов. Где гарантия, что завтра какой-нибудь очередной «ретивый» чиновник не вытащит еще один древний документ, и, прикрываясь интересами государства, природы и будущих поколений, не начнет перекраивать очередной лакомый кусок действующего бизнеса?

Понимаете, в чем выигрышность положения чиновника: с формальной точки зрения он может быть прав. Можно поставить под сомнение легитимность деятельности предприятий, например, «Жилсоцсервиса», который уже 20 лет работает, и ничего чиновнику за это не будет, он же может ошибаться! А у нас отрасль лихорадит второй год, фактически убираются конкуренты в нашем лице. Ведь у всех предприятий, которые сейчас находятся в границах морских ООПТ, возникли проблемы. От кого-то отказались партнеры, кто-то не смог реализовать планы по развитию...

В одном из своих выступлений краевой прокурор Сергей Бесчастный применил замечательную формулировку, правда, не в привязке к проблемам марикультуры: «Злоупотребление властью в контексте, который пока не оценивается с точки зрения уголовно-процессуальной системы. Это использование несовершенства законодательства и лазеек, но формально – злоупотребление, потому что каждый сидящий во власти должен работать только для людей. Как только его действия перестают в этом направлении работать, они становятся тормозом и ведут к стагнации». Это как раз наш случай.

Сложившуюся ситуацию с «отжатием» морских участков можно сравнить с девяностыми годами. Только раньше вопросы решались силовым путем на «стрелках», а сейчас все это делает чиновник, не выходя из кабинета. Ведь можно без стрельбы, взрывов и рейдерских захватов одним росчерком пера лишить действующее предприятие имущества и возможности работать!

Когда департамент природных ресурсов прошлой осенью возбудил административное дело в отношении одного из пользователей за работу на ООПТ, мы приходили к Александру Коршенко, предлагали провести совещание с пользователями и заинтересованными органами государственной власти для поиска решения, но глава департамента заявил, что ему это не надо. Ответом на наш визит стала попытка со стороны департамента инициировать возбуждение уголовного дела в отношении генерального директора компании-пользователя. Благо в Следственном комитете не пошли на поводу у департамента.

Прокурор Приморского края Сергей Бессчастный прямо заявлял, что административное дело должно быть прекращено. Но департамент фактически проигнорировал поручение краевого прокурора и продолжал настаивать на том, что компания нарушила законодательство. К счастью, Хасанский районный суд разобрался в этом вопросе непредвзято, и дело было прекращено в связи с отсутствием состава правонарушения. Департамент не представил доказательств того, что деятельность предприятия марикультуры вредит природе.

Примечательно, что на момент создания участков для аквакультуры в границах в ООПТ в 2009 году у департамента природных ресурсов возражений по этому поводу не было. Не возражал департамент и до этого, когда на памятниках создавались участки для рыболовства.

КТО ГЛАВНЫЕ «ЗЛОДЕИ»?

Противодействие проявляется и в мелочах. Во-первых, пытаются занизить число предприятий, участки которых оказались в границах морских ООПТ. На совещаниях называются разные цифры: два, три, пять… А их двенадцать! Во-вторых, все пытаются сконцентрировать внимание на заливе Посьета, хотя проблемные акватории им не ограничиваются. Считаю, что атака идет персонально на меня за то, что наш союз занял принципиальную позицию и активно отстаивает свои права. Я действительно являюсь учредителем двух предприятий марикультуры, которые работают в заливе Посьета, в бухте Новгородская.

Также подвергается нападкам первый вице-президент Дальневосточной ассоциации «Аквакультура» Елена Януш, а в последнее время в негативных публикациях стала фигурировать фамилия представителя Минвостокразвития Андрея Майорова. Он курирует направление аквакультуры в Приморском крае и прикладывает массу усилий для развития новых предприятий и поддержки действующих.

Наши оппоненты уже договорились до того, что аквакультура якобы наносит экологический ущерб памятникам природы. Но это значит, что она вредит не только в водах ООПТ, а везде. Значит, аквакультуру надо полностью запрещать! Когда нет фактов, нет конкретных аргументов, начинается словоблудие и передергивание фактов, и мы видим и слышим это на различных площадках.

ВЕРДИКТ НАУКИ – ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ

– Кто-то еще пытается разобраться в ситуации? Обсуждение на различных площадках приносит плоды?

– 12 декабря прошло совещание у врио вице-губернатора Валентина Дубинина, его позиция однозначная: в границах морских памятников природы должны и работать действующие предприятия, и создаваться новые рыбоводные участки. Департаменту рыбного хозяйства поручено совместно с отраслевыми ассоциациями подготовить варианты решения возникших нормативно-правовых противоречий. Готовится проект постановления о внесении изменений в решение исполкома Приморского краевого Совета народных депутатов от 29 ноября 1974 года № 991. Также отраслевым и профильным ученым наконец-то направили запрос – наносит ли марикультура вред? Свою позицию вице-губернатор будет доносить до главы региона.

Кроме того, 14 декабря проблему рассмотрели на заседании краевого общественного экспертного совета по экологической безопасности. Мероприятие было достаточно знаковым: на вопрос обратили внимание, мы увидели желание членов совета разобраться в ситуации.

Я задал логичный вопрос: почему за полтора года баталий никто из органов власти не направил элементарный запрос отраслевым ученым: вредна марикультура для природы или нет? Ведь у нас есть ТИНРО-Центр, Национальный научный центр морской биологии морской биологии ДВО РАН, масса компетентных специалистов, наработанной информации. Но почему-то до последнего времени слушали людей, которые весьма опосредованно имеют отношение и к морю, и к экологии, и к пониманию сути вопроса.

На заседании предельно четко высказались специалисты. Так, заместитель директора департамента рыбного хозяйства Валерий Корко сообщил, что когда в заливе Посьета создавались участки в 2009 году, никаких замечаний по этому поводу не было, и до этого существовавшие на протяжении многих лет РПУ никому не мешали. Он озвучил позицию департамента рыбного хозяйства: занятие аквакультурой не противоречит режиму ООПТ, более того, данный вид деятельности полностью соответствует тем целям и задачам, для которых и формировались памятники природы.

Так же считают и ученые ТИНРО-Центра. Руководитель института Алексей Байталюк в очередной раз подтвердил, что марифермы, находящиеся в границах памятников природы, выполняют функцию по восстановлению подорванных запасов морских гидробионтов не только в границах своих РВУ, но и за их пределами, факты нанесения какого-либо вреда природе отсутствуют. И никаких оснований, для того, чтобы прекращать деятельность этих хозяйств, нет.

С коллегами солидарен и руководитель Центра аквакультуры и прибрежных биоресурсов Национального научного центра морской биологии ДВО РАН Сергей Масленников. Он рассказал, что трепанг, разведение которого, по мнению псевдоэкологов, якобы вредит природе, – самый нейтральный объект, он утилизирует донные отложения. Специалист обратил внимание, что большую роль в обезлесивании берегов, заиливании дна и сокращении популяций гидробионтов на памятниках природы сыграло как раз население прилегающих к морю районов. Ученый подчеркнул, что все данные о вреде пастбищной аквакультуры основаны на ложной информации. Часть выпущенной на участки молоди гидробионтов самостоятельно или с помощью течений покидает пределы РВУ. Ученые подтверждают, что марифермы фактически являются «донорами» моря. И именно на легальных участках марикультуры есть режим охраны.

ОПТИМИЗМА ПРИБАВИЛОСЬ

– Каковы перспективы положительного решения вопроса на сегодняшний момент?

– Они достаточно высокие, гораздо выше, чем весной, когда пользователи были настроены пессимистично. В конце мая краевая прокуратура вынесла протест администрации Приморья на постановление губернатора 2009 года, которым был сформирован большой блок участков, в том числе и спорных, находящихся на ООПТ. И, по нашей информации, краевая администрация планировала этот протест удовлетворить. Тогда теруправление Росрыболовства либо самостоятельно, либо по представлению прокуратуры признало бы заключенные договора ничтожными. И не было бы на этих акваториях никаких марикультурщиков, были бы одни браконьеры.

Но на круглом столе при Генеральной прокуратуре РФ в Хабаровске мы привлекли внимание заместителя генпрокурора Юрия Гулягина к проблеме. Он поручил краевому прокурору Сергею Бессчастному взять вопрос на контроль. Сергей Алексеевич занял конструктивную позицию, которую неоднократно подтверждал на различных совещаниях: действующие предприятия, попавшие в эту ситуацию, являются законными пользователями, никаких ограничений на них накладываться не должно.

Есть еще и такой вариант развития событий: возможно, в границах памятников природы оставят только действующие предприятия. Но мы очень надеемся, что вопрос решится не «половинчато» и 80 тыс. га акваторий на ООПТ будут введены в легальный оборот, на новых предприятиях марикультуры будут созданы рабочие места. Надежду на это дает и конструктивная позиция, которую сейчас занимает администрация Приморского края в этом вопросе. Нам оказывает содействие Законодательное собрание региона, в частности, председатель комитета по природоохранной политике и природопользованию Евгений Зотов. Также надеемся, что с «разморозкой» акваторий поможет сенатор от Приморья Людмила Талабаева, Координационный Совет Дальневосточного Союза ассоциаций аквакультуры направил ей обращение с описанием сложившейся ситуации.

ГРАНИЦЫ – ЗАДНИМ ЧИСЛОМ?

– Ваши оппоненты тоже не сидят, сложа руки?

– Да, сейчас в частности, проходит оценку регулирующего воздействия проект постановления администрации Приморья о внесении изменений в 991-е решение, подготовленный департаментом природных ресурсов. Этот документ предполагает уточнение географических названий ООПТ, а также их границ и площадей по итогам проведенных кадастровых работ. Ведь при создании памятников природы в отношении в частности ООПТ бухты залива Посьета было указано лишь местонахождение: «В Посьетском заливе, ограниченной прямой, соединяющей м. Дегера и м. Острино». В соответствии с кадастровым паспортом эта ООПТ занимает 300 га, при этом границы и место не определены. Однако постановка на кадастровый учет географических координат на водной акватории требует соблюдения действующего законодательства «О навигационной деятельности» и нанесения координат памятников природы на морские навигационные карты. Кадастровые работы инженеров по установлению границ и площади морских ООПТ по сухопутным ориентирам, будут заведомо некорректны и неточны, что подтверждается заключением Гидрографической службы ТОФ. Кроме того, согласно российскому законодательству, охранные зоны памятников природы регионального значения не могут быть расположены в границах внутренних морских вод и территориального моря РФ.

Мы считаем, что нарушены сроки определения границ и площади морских ООПТ, которые были установлены нормативными актами, действующими на момент создания этих памятников природы. Департамент пытается спустя более 40 лет установить границы и площадь этих ООПТ, хотя за десятилетия законодательство в этой части было существенно изменено. Принятие этих поправок значительно усугубит сложившуюся конфликтную ситуацию и позволит расторгнуть договоры с законными пользователями РВУ. Координационный совет направил соответствующие обращения краевому прокурору и врио вице-губернатора Валентину Дубинину.

Ситуацию рассмотрели на Приморском рыбохозяйственном совете 27 декабря. Было принято единогласное решение: рекомендовать врио губернатора Андрею. Тарасенко в нынешнем виде до комплексного урегулирования сложившейся ситуации проект постановления не подписывать.

МИРНЫЙ «РАЗВОД» МАРИФЕРМЕРОВ УСТРОИТ

– А если все-таки работать на ООПТ запретят? Какие последствия ожидают предприятия, получившие там участки, и в целом марикультуру Приморского края?

- Возможно, даже четкого запрета не будет, все просто затормозится, решение вопроса зависнет на текущем уровне. Это тоже на руку нашим оппонентам. Ведь органы власти и надзора, к сожалению, до сих пор не заняли единой конкретной позиции по данному вопросу. Уже второй год - ни туда, ни сюда. Наши оппоненты пользуются этим и продолжают выживать законных пользователей с акваторий ООПТ.

И глава Росрыболовства Илья Шестаков, и Минсельхоз в курсе ситуации, но они недооценивают серьезность проблемы и не прилагают достаточно усилий для ее решения, думая, что это региональный, несущественный вопрос. Мы будем привлекать их внимание к этой проблематике так как вопрос связан с федеральной собственностью, внутренним водным объектом, где по заключенным с ФОИВ договорам работают предприятия. Да и интересы государства здесь в первую очередь должны отстаивать федеральные органы власти.

Однако есть вероятность и того, что Минприроды отклонит проект изменений в 991-е решение, который готовит департамент рыбного хозяйства Приморского края. Ранее министерство с подачи регионального департамента природных ресурсов заняло позицию, согласно которой аквакультура вредит природе.

С другой стороны, хоть наши оппоненты и называют ответ Минприроды заключением, это не заключение. Это всего лишь позиция отдельно взятого, пусть и высокопоставленного, чиновника, которая ни на чем не основана, и она может измениться на прямо противоположную.

Итак, допустим, определенные силы будут противодействовать, и Минприроды не согласует этот проект. Тогда теруправление - самостоятельно либо по представлению прокуратуры - признает заключенные договоры ничтожными. Предприятия с акватории памятников природы уберут, и, безусловно, пользователи пойдут в суд.

Это будут долголетние судебные тяжбы: я сомневаюсь, что государство добровольно возместит компаниям убытки и за потерянную товарную продукцию, которая сейчас находится в воде, и за высаженную молодь, и за неполученную прибыль. Ведь минимальный срок, на который были заключены договоры, – 20 лет. Понятно, что предприятия планировали свою деятельность, рассчитывая на получение дохода. Итогами судебных процессов станут разорение компаний и снижение инвестиционной привлекательности отрасли после этого ниже ноля.

Возможен и второй вариант, цивилизованный и более благоприятный для инвестиционной привлекательности: государство честно компенсирует компаниям все расходы и недополученную прибыль за счет бюджета.

На самом деле многие собственники предприятий, попавших в эту ситуацию, предпочли бы вариант с добровольным расторжением договоров и получением адекватной компенсации, потому что работать в таких условиях в принципе невозможно. А после приведения законодательства в соответствие с реалиями, безусловно, те пользователи, которые работали на этих акваториях, должны будут иметь приоритетное право на повторно вводимые в оборот участки. Но я слабо верю в такое развитие событий.

А «вакуума» на этих акваториях не будет. Никто не будет охранять эти ООПТ, их и сейчас никто, кроме пользователей участков не охраняет, потому что у государства нет на это денег. Туда хлынут криминальные элементы, которые, я считаю, нам и противодействуют.

Заметили, что «общественность» и псевдоэкологи вдруг в унисон резко озаботились этим вопросом? Таких совпадений не бывает, видно, что узкая группа псевдозащитников природы фактически лоббирует интересы третьих лиц. При этом никого не волнуют реальные экологические проблемы залива Посьета, связанные с постоянным жестким негативным воздействием угольного терминала порта Посьет, который сбрасывает в воды памятника природы неочищенные сточные воды и угольную пыль. Однако в его случае Минприроды не только не настояло на прекращении негативного воздействия на природу, но и с легкостью согласовало вывод морской акватории порта из границ памятника природы. В довесок департамент природных ресурсов наделил порт Посьет обязательствами по охране этого ООПТ, причем бессрочно. Двойные стандарты?

CUI PRODEST?

- Получается, запрет на работу мариферм в границах памятников природы на руку только браконьерам?

– Имеются и признаки недобросовестной конкуренции. У нас есть информация, что группой инвесторов готовится к возрождению одно из старейших предприятий на юге Хасанского района. И, безусловно, им нужны акватории для развития. Есть мнение, что браконьеров используют втемную для «зачистки». Катализатором противостояния стали планы теруправления сформировать участки в бухте Экспедиции, наши оппоненты говорят об этом практически в открытую.

Я думаю, первоначальный план был таким: с участков убирают пользователей, а затем в законодательство все-таки вносятся соответствующие изменения, чтобы на спорных акваториях можно было заниматься марикультурой. Пока решается этот вопрос, браконьеры выбирают весь трепанг и гребешок на никем не охраняемых памятниках природы, получая сверхприбыль, а потом формируются новые участки под конкретного инвестора. Это наше мнение, основанное на знании ситуации и определенных нюансов. Государство все равно не допустит, чтобы такие площади, пригодные для марикультуры, простаивали. На мой взгляд, происходящее сейчас перетряхивание 991-го решения - это банальный передел рынка.

При таком исходе событий в проигрыше, как обычно, останется государство, которому придется выплачивать компенсации, нести репутационные потери и терять потенциальных инвесторов.

Алексей СЕРЕДА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 декабря 2017 > № 2445896 Роман Витязев


Россия. ДФО > СМИ, ИТ > rossvyaz.ru, 27 декабря 2017 > № 2443503

В Якутии запущен пилотный проект по организации высокоскоростных спутниковых каналов связи

26 декабря 2017 года в рамках пилотного проекта в п. Белая Гора Абыйского улуса запущен в эксплуатацию дополнительный спутниковый канал связи, который позволит расширить существующие каналы связи до 10 Мбит/с в прямом и 2 Мбит/с в обратном канале. Данный проект реализуется в тестовом режиме с использованием емкости космического аппарата «Экспресс-АМ5». Подъем сигнала осуществляется с центральной спутниковой станции подведомственного Россвязи ГП КС в Центре космической связи «Хабаровск». Для предоставления услуг связи используется ресурс Ка-/Ku- диапазонов.

Вопрос развития систем спутниковой связи в Якутии стал одной из главных тем, которые обсуждались в феврале 2017 года в ходе рабочего совещания при участии руководства Минкомсвязи России, Федерального агентства связи, ГП КС и главы Республики Саха (Якутия).

В рамках исполнения принятых на этом совещании решений Министерство связи и информационных технологий Республики Саха (Якутия) совместно с ФГУП «Космическая связь», ЗАО «Сатис ТЛ-94» и ГУП «Технический центр телевидения и радиовещания» Республики Саха (Якутия) выработали предложения для использования современных технических решений и нового подхода к организации спутниковых каналов связи в целях устранения цифрового неравенства в регионе. В июле 2017 года было принято решение об осуществлении в Якутии пилотного проекта по организации высокоскоростных спутниковых каналов связи, в том числе по предоставлению доступа в сеть Интернет.

Как отметил Министр связи и информационных технологий Якутии Александр Борисов, такой вариант использования спутниковых каналов связи реализуется впервые и призван снизить себестоимость организации каналов связи и маршрутизации запросов абонентов через порталы в Якутске и Хабаровске. «В ближайшее время аналогичные станции будут установлены в с. Усун-Кюель Верхнеколымского и с. Хатынгнах Среднеколымского улусов, жители которых настоящее время испытывают трудности в доступе к сети Интернет», – добавил глава Минсвязи Якутии.

Генеральный директор ГП КС Юрий Прохоров подчеркнул, что «многолетний опыт эксплуатации космической орбитальной группировки ГП КС подтверждает, что в сложных природно-климатических зонах и труднодоступных регионах, к которым относится Якутия, системы спутниковой связи остаются наиболее оптимальным средством для организации сетей цифрового телевидения, предоставления современных услуг связи и ШПД».

Проект реализуется в тесном взаимодействии операторов спутниковой связи ФГУП «Космическая связь», ЗАО «Сатис ТЛ-94» и ГУП «Технический центр телевидения и радиовещания» Республики Саха (Якутия). По итогам тестовых испытаний новых объектов связи под руководством Министерства связи и информатизации Республики Саха (Якутия) планируется разработать краткосрочную программу устранения цифрового неравенства и расширения спутниковых каналов связи в удаленных населенных пунктах республики.

Россия. ДФО > СМИ, ИТ > rossvyaz.ru, 27 декабря 2017 > № 2443503


Корея. США. ДФО > Армия, полиция > amurmedia.ru, 26 декабря 2017 > № 2466301 Георгий Карлов

Георгий Карлов: В современных условиях обороноспособность Дальнего Востока должна расти

В Госдуме РФ прокомментировали слова Владимира Путина о «конфликтном потенциале» в зоне АТР

Дальний Восток занимает особое место в стратегии обеспечения безопасности страны в условиях роста военного потенциала в зоне АТР, связанного с напряжённостью на Корейском полуострове. Об этом во вторник, 26 декабря, заявил член Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Георгий Карлов. Эксперты продолжают комментировать речь Президента Владимира Путина с ежегодного расширенного заседания коллегии Министерства обороны РФ, состоявшегося в пятницу, 22 декабря, в Военной академии Ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, – сообщает корр. ИА PrimaMedia (Москва).

Одним из приоритетов Минобороны РФ президент назвал отслеживание изменения баланса сил в регионах, граничащих с Россией. На западе это наращивание инфраструктуры НАТО и США, на востоке – высокий конфликтный потенциал вокруг Корейского полуострова.

– Самым тщательным образом нужно отслеживать изменение баланса сил и военно-политической обстановки в мире, прежде всего вблизи российских границ, а также в ключевых, стратегически важных для нашей безопасности регионах. В том числе это касается Ближнего Востока, Корейского полуострова, где сохраняется высокий конфликтный потенциал, а также, безусловно, Европы, где ускоренными темпами идёт наращивание инфраструктуры НАТО и США, – сказал Владимир Путин на расширенном заседании коллегии Министерства обороны РФ.

Георгий Карлов, депутат Госдумы РФ от Сахалинской области и член Комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции, заявил, что наращивание военного потенциала со стороны НАТО сегодня для оборонного ведомства является озабоченностью номер один.

– В современных условиях в стратегии безопасности России особое место занимает Дальний Восток. Очевидно, что усиление военного потенциала в Азиатско-тихоокеанском регионе связанно с нарастанием напряженности на Корейском полуострове. И сегодня решение вопросов обороноспособности страны в стратегически важном регионе – не терпит отлагательств, – пояснил Георгий Карлов.

Напомним, что осенью этого года было заявлено о принятом решении по созданию современной базы на Курильских островах. Тогда же министр обороны РФ Сергей Шойгу заявил на четвертом совещании стран-членов Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), что в Азиатско-Тихоокеанском регионе происходит непропорциональный рост военных сил и распространение террористических угроз, что ставит под удар безопасность АТР. В Госдуме РФ отмечалось, что принятый федеральный бюджет на 2018 год и плановый период 2019-2020 предполагает, что в ближайшие годы военные объекты Дальнего Востока получат дополнительное финансирование и будут модернизированы.

Корея. США. ДФО > Армия, полиция > amurmedia.ru, 26 декабря 2017 > № 2466301 Георгий Карлов


Россия. ДФО > Рыба > amurmedia.ru, 26 декабря 2017 > № 2447343 Евгений Наздратенко

Исторический принцип» хорош для рыболовства, его нужно сохранить - Евгений Наздратенко

Гибельное для отрасли «Аукционное безумие» начала 2000-х ни в коем случае нельзя повторять, уверен экс-глава Приморья и Госкомрыболовства

Идея о продаже прав на вылов водных биоресурсов в начале 2000-х годов пришла в головы людям, которые ни во что не ставили огромный потенциал российского рыболовства и интересовались только сиюминутной выгодой. Такую оценку тогдашней "аукционной лихорадке" в ходе интервью редакции ИА PrimaMedia (полная версия которого появится на сайте в ближайшее время) высказал бывший губернатор Приморья и экс-глава Госкомрыболовства Евгений Наздратенко. Такая практика привела к массовому браконьерству, упадку рыболовецкого флота, разорению предприятий, и поэтому не должна повториться вновь. Залог успешного развития отрасли – сохранение "исторического принципа" по строгим контролем государства, уверен собеседник агентства.

Справка: НАЗДРАТЕНКО Евгений Иванович, губернатор Приморского края (1993-2001), председатель Государственного комитета по рыболовству (2001-2003), заместитель секретаря Совета Безопасности РФ (2003-2004).

— Я еще работал губернатором, когда придумали эти аукционы. Я тогда подумал "Боже мой, не дай бог кому оказаться на этих аукционах", — рассказал в ходе интервью Евгений Наздратенко. — Вспоминаю, что шло совещание у Касьянова (Михаил Касьянов, премьер-министр РФ в 2000-2004 годах — ред.), и все губернаторы Дальнего Востока сказали ему: "Слушайте, это такой бред, эти аукционы!". Рыбацкие подразделения в Магадане, на Сахалине, Камчатке, где они деньги возьмут на эти аукционы, чтобы приходить и покупать это все? Что это вообще за чушь такая — рыбу в воде продавать?! Это могут позволить себе какие-нибудь Либерия, Перу — те страны, у которых нет своего флота, своей науки, своего судостроения, нет своих кадров и системы их подготовки. Разве их можно сравнить с Россией, где такой огромный потенциал? Те, кто это придумал, они не очень понимали, какой страной они руководят. И они радовались. Придешь на заседание правительства, а они радуются: "Вот, 8 млрд рублей внесли в бюджет!". Какая чушь, какое безумие... Это был какой-то кошмар.

По оценке экс-губернатора Приморья и экс-главы Госкомрыболовства, этим решением – распределять права на вылов ВБР на аукционах — тогдашние руководители правительства спровоцировали скачкообразный рост браконьерства и "теневого сектора" в отечественном рыболовстве.

— Вспоминаю картинку: аукцион по треске мурманской, стартовая цена — 2 тысячи долларов за тонну. Сидит иностранец, а его представляет русский. Делаются ставки — 3 тысячи долларов, 3 тысяч за тонну в воде… Иностранец уже почти в обморок падает, потому что при такой цене рентабельность — нулевая. А русский ему говорит: "Сиди, не дергайся, мы сейчас лот получим, а поймаем не тонну, а 40 тонн. Нам просто право выхода в море нужно получить, а дальше подкупим кого-нибудь". А вся эта гоп-компания из министерства экономики радуется, что вон, оказывается, какая реальная цена. Вот и весь аукцион, — делится воспоминаниями Наздратенко.

Аукционы начала 2000-х годов, уверен собеседник редакции, привели к массовому разорению предприятий, упадку и откровенному разграблению рыболовецкого флота.

— Сколько предприятий просто разбомбили! Везде картина одинаковая: нет денег ни у кого, корабли уходили за границу за бесценок. Нельзя допустить этого вновь. Надо держаться той системе, которая хорошо работала — когда те, кто сейчас ловит, должны получить право ловить и в дальнейшем. Но, безусловно, у них должна быть и ответственность перед страной,

— резюмировал Евгений Наздратенко.

Напомним, что в ноябре этого года ряд федеральных СМИ распространили информацию о предложениях вывести распределение прав на добычу крабов из действующего порядка, закрепленного законом "О рыболовстве". Неизвестные пока авторы письма президенту РФ Владимиру Путину предлагают с 2019 года предоставлять доступ к ценному ресурсу исключительно по результатам аукционов и, кроме того, однозначно не использовать крабовые квоты как стимул к обновлению рыбопромыслового флота и развитию инфраструктуры по рыбопереработке в прибрежных регионах страны. Позднее наличие "аукционных инициатив" подтвердили ряд представителей федеральных министерств и ведомств.

Реакция отраслевого сообщества на "инициативы", судя по публикациям в прессе, была и остается весьма негативной. Рыбаки считают, что "изъятие" хотя бы одного объекта промысла из системы "исторического принципа" распределения квот чревато серьезным коллапсом для всего рыбохозяйственного комплекса страны – в виде банкротств предприятий, заморозке инвестиционных программ, падением кредитного доверия со стороны банков, ростом безработицей и потерей квалифицированных кадров.

В защиту "исторического принципа" выступил ряд руководителей приморских регионов ДФО и СЗФО — врио губернатора Приморского края Андрей Тарасенко, губернатор Камчатского края Владимир Илюхин, губернатор Сахалинской области Олег Кожемяко, губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт, губернатор Архангельской области Игорь Орлов.

Отметим также, что 14 декабря в ходе ежегодной пресс-конференции президент Российской Федерации Владимир Путин высказался против резких изменений в действующей сейчас (и закрепленной законодательно) системе распределения прав доступа к водным биоресурсам.

"Так называемый исторический принцип, который сложился в отрасли уже достаточно давно, его нельзя резко менять. Иначе мы подорвем саму добычу рыбы",

— подчеркнул глава государства, комментируя актуальные вопросы и проблемы рыбохозяйственного комплекса страны.

Россия. ДФО > Рыба > amurmedia.ru, 26 декабря 2017 > № 2447343 Евгений Наздратенко


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 25 декабря 2017 > № 2451602 Эдгар Запашный

Эдгар Запашный: На границе с Китаем надо построить второй Лас-Вегас

О будущем циркового искусства в интервью с директором Большого Московского Цирка и генпродюсером Всемирного фестиваля «ИДОЛ»

Артист с мировым именем и директор Большого Московского государственного цирка Эдгар Запашный в интервью корр. ИА AmurMedia в Москве рассказал о тонкостях организации гастролей в регионах, о мировых турах, о развитии циркового искусства на Дальнем Востоке и поделился планами выхода Всемирного фестиваля циркового искусства "ИДОЛ" за пределы Москвы и России. Кроме этого Эдгар Запашный предложил бизнес-стратегию для развития Дальнего Востока.

– Сегодня мы не будем говорить об артистической части Вашей деятельности, об этом и так все знают. Хотелось бы поговорить с Вами как с менеджером. Есть Министерство развития Дальнего Востока, где только 20% — чиновники, а 80% — менеджеры, бизнесмены. Вы – артист с мировым именем, и вот сейчас стали менеджером очень крупного предприятия. Как вы к этому пришли?

– Признаюсь честно, для того, чтобы стать успешным артистом, надо быть и хорошим менеджером. Я это очень рано понял. Когда знаний не хватало, все время у кого-то учился. Я переступил пороги всех наших продюсеров. Появился "Витас" – я пошел к его продюсеру Сергею Пудовкину. Появился Александр Ванштейн, который сделал мюзикл "Метро" – я пошел к нему. Я ходил к людям, которые создают, творят. И везде получал один и тот же ответ: "Эдгар, цирк – это не то. Это бесперспективно и финансово не выгодно!". Я с этим никогда не соглашался.

В 97-м году в Екатеринбурге ко мне пришел мой друг и принес запись ирландского шоу "Lord of the Dance". Я взахлеб посмотрел и влюбился в Майкла Флэтли, потом на протяжении нескольких лет следил за его творчеством. Через некоторое время я получил информацию, что он – единовластный владелец этого шоу. И вот я понял, что если бы Майкл Флэтли обратился бы ко всем тем людям, к каким обращался я, и сказал, что будет бить чечетку и собирать стадионы по 50 тысяч, они бы его точно также послали, как и меня. Но сейчас у него состояние в 400 миллионов долларов. Он поверил в успех своего предприятия. Я понял, что нужно стать Майклом Флэтли. Надо взять всё в свои руки. И с момента, когда мы с братом стали сами себя продюсировать, сами стали вкладываться в собственное творчество и заявлять о себе, началось очень быстрое развитие. Теперь мне больше никто не нужен, кроме меня самого, брата и мамы. Я себя называю человеком, заточенным под деньги. Из нас двоих брат – творец, а я – деньги.

– Как успешный менеджер, какую бизнес-стратегию Вы могли бы предложить Дальнему Востоку?

– Я вот иногда думаю, если бы я был президентом страны, какие бы вещи поменял, чтобы страна начала зарабатывать деньги. Я убежден, что на Дальнем Востоке в пределах границ Китая нужно обнести бетоном город, сделать его свободным для посещения одних китайцев и построить там второй Лас-Вегас. При этом Китай на юге у себя сделал Макао, я уже три раза там был, туда китайцы едут тратить деньги. Потому что на территории Китая казино запрещены. И у нас они запрещены. При этом у нас есть отдельные свободные игровые зоны, которые вообще не работают.

— Во Владивостоке, кстати.

– Они не работают, просто выкачивают деньги у местного населения, чего не должно происходить. Поэтому я и говорю – нужен город с бетонной границей.

— Как аэропорт в Израиле?

– Вроде того. Нужно чтобы китайцы свободно и легально пересекали границу, не нарушая своего законодательства. Сегодня это неимоверно богатая нация, это люди, которые лихо тратят деньги. Они – это мы 2000-го года. Я не понимаю, почему этот проект не реализуется. Я не понимаю, что это за четыре игровые зоны, которые правительство пытается реализовать. В Сочи, наверное, более-менее какая-то ясность есть. Туризм, действительно, начинает как-то существовать. Но точно такую же игровую зону надо делать в Калининграде, объявив ее свободной. Эту небольшую территорию контролировать мы сможем. Уверен, что в кратчайшие сроки это даст очень сильные дивиденды финансового характера.

– Сейчас ввели электронную визу для стран АТР и она уже работает.

– И это очень хорошо. Ведь сейчас у нас всё внимание туристов сконцентрировано на "Золотом кольце" и других городах центральной России. Есть ряд американских городов, которые мы с вами знаем наизусть: Лас-Вегас, Лос-Анжелес, Сан-Франциско, Чикаго. Любой житель нашей страны назовет как минимум 10 американских городов. При этом я уверен, что не любой американец назовет даже три русских города.

– Когда Демиса Руссоса приглашали во Владивосток, он спросил: "Владивосток – это Япония?". Для меня это было шоком.

– А для меня – нет. Это неправильный PR, как говорится. Новосибирск – огромный мегаполис – 2,5 миллиона жителей, Иркутск – богом забытый город, хотя стоит на Байкале, в шаговой доступности к одному из самых лучших природных мест в мире. Поэтому Дальний Восток требует особого к себе отношения. Но все продолжает течь в Москву. Самое главное – отток кадров, людям на местах не создаются условия.

– Раз мы затронули тему Дальнего Востока, как обстоят дела с цирками в регионах? В Иркутске, Уссурийске, Владивостоке, Хабаровске стоят полноценные цирки, за последние 10 лет было вложено много денег. Что с ними? Чего им не хватает? Ведь там есть и люди, и традиция.

– Цирк, как и любое другое искусство, напрямую зависит от экономической ситуации в стране. Римская пословица "Хлеба и зрелищ народу" как работала, так и работает. Народ живет в двух направлениях: обеспечения себя, семьи и второе – развлечения. Иначе жизнь становится неинтересной. Если в региональных городах общий доход населения падает, то автоматически падает посещение любого театрального искусства, любого спортивного мероприятия. Это априори. В крупных городах вроде Новосибирска, Екатеринбурга, Владивостока ситуация с цирками более-менее нормальная. Конечно, это проблема внутреннего обустройства компании "Росгосцирк", цирки принадлежат этой компании. Есть серьезные географические сложности. Транспортировка любой программы, особенно во Владивосток – это серьезные затраты. Например, чтобы сегодня братьям Запашным со своими 20 фургонами только оборудования оказаться во Владивостоке, надо либо продать билеты тысяч по 100 каждый, либо добраться туда гастролируя пошагово – Тюмень и пошли дальше. Точно так же обратно вернуться. Поэтому Владивосток – это отдельная история.

Но у Владивостока есть одно географическое преимущество. Все программы, которые идут в Японию на гастроли, идут через Владивосток. И это хорошо. Поэтому владивостокский зритель избалован хорошими программами. Наверное, в связи с этим и руководство города, и руководство "Газпрома" приняли беспрецедентное решение взять на временный баланс цирк Владивостока, отремонтировать его и вернуть "Росгосцирку". Надеемся, что скоро состоится открытие.

Конечно, продукт, который представляется зрителю, должен быть высокого качества, потому что цирк – это искусство, очень сильно отличающееся от кино. Если вы сходили на неудачный фильм, вы говорите: "Фильм – дерьмо". А если вы сходили на неудачную программу, вы говорите: "Цирк – дерьмо". И затащить вас на более интересную и раскрученную цирковую программу уже будет тяжело. Поэтому здесь ни в коем случае нельзя допускать зрительского разочарования. С чем и борется новое руководство компании "Росгосцирк", убирая весь непрофессиональный балласт, борясь с некачественными номерами, проводя непопулярные реформы, и с этим связано большое количество скандалов. Сейчас на рынок вышел Большой Московский цирк, и вот в Екатеринбурге закончились гастроли нашего шоу "Снежная королева" в постановке брата Аскольда. Наши артисты уже отработали в Туле, в Нижнем Новгороде. Уверен, это будет пользоваться успехом, и мы будем готовы выпустить еще одно шоу.

Московский цирк является хорошей кузницей для создания новых спектаклей. Здесь у нас налажен диалог с компанией "Росгосцирк". Но, к сожалению, мы до сих пор не имеем ни одного международного проекта при поддержке государства. Ни Росгосцирк, ни цирк Никулина, ни Большой Московский цирк не имеют сегодня нужной идеологической и финансовой поддержки государства для того, чтобы мы могли преодолеть серьёзное сопротивление и вывозить наш продукт за границу.

— А Дягилевские недели в Париже?

– Это капля в море. За последние два года мы провели гастроли в Латвии, Эстонии, Болгарии, Дубаях, Белоруссии, Монте-Карло. Нам есть чем похвастаться. Но это вылазки. А “Cirque du Soleil”, например, когда делает тур, то через год по этому же маршруту едет вторая программа, третья, пятая… У них уже всё отлажено и государство им очень сильно финансово помогло.

– У Вас большой цирк, где есть животные, аттракционы, что усложняет ситуацию с транспортировкой, логистикой. Считаете ли Вы, как менеджер, что рано или поздно придется уходить в формат канадского цирка, не аренного, а сценического? Они в основном возят воздушную акробатику, шоу, музыку и ушли от содержания животных, аттракционов.

– В этом успеха нет. Я вам могу привести небольшой, но очень поучительный пример. Мы в этом году в Болгарии провели гастроли. Ровно через неделю на этом же стадионе-десятитысячнике работал "Cirque du Soleil". Если тысячи полторы сидело на их шоу, то и слава богу. Мои менеджеры очень боялись, так как мы запустили рекламные кампании вместе с "Cirque du Soleil”. Они говорили: "Эдгар, на них пойдут, а к нам – нет". Я говорю: "Будет наоборот. Мы первый раз сюда едем, и у нас есть животные". Так оно и произошло. Посмотрите, все реже и реже "du Soleil" приезжает к нам в страну.

– Последние два шоу у них были провальными.

– Потому что интерес зрителей падает. Есть ограниченность жанра – клоуны и акробаты. У них шикарно гастроли проходят там, где они выступают первый и второй раз. Сходить на них престижно, это считается уровнем, хорошим тоном. Но, как четко подметила моя бывшая девушка, мама моих детей, когда посмотрела первый раз "du Soleil": "Я все поняла. Икра заморская, баклажанная". Помните, как в фильме люди ею дивились? Но потом, когда ты ее пробуешь, понимаешь, что это просто баклажанная икра. Я не умаляю их достоинства. Это величайший цирк в истории. Он занял свою нишу, у него высокий бюджет. Но нам надо завоевывать именно свою нишу. Просто доказывать свою состоятельность, просто показывать, что должно быть и как. Потому что Малевич есть Малевич. Он – один. Но это не значит, что Айвазовского надо прятать за шкаф. Есть классика, которая была и будет.

– Всем понятно, что для любого приезжего основное зрелище – это два места – Третьяковская галерея и Красная площадь. Что делать цирку в регионе? Он так и должен жить за счет "Дай бог, приедут Запашные? Свои программы делать или ждать, когда "Росцирк" привезет свои готовые аттракционы?

– Во-первых, надо понять людям на местах, что цирк – это одно из немногих искусств, которое объединяют семью. Вот я вчера со своими детьми пошел на мультик "Эмоджи". Спал весь фильм, но пошел. С семьей. Губернаторы и мэры должны понимать, что цирк обязан блестеть, ему надо помочь хотя бы из тех соображений, что публика – это электорат. Бабушки и дедушки будут голосовать, мамы и папы будут голосовать. И когда они приходят, а там сидушки плохие, в туалетах воняет, они говорят: "Это всё губернатор виноват…". И всё. Президент Удмуртии Александр Волков, экс-губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев поняли это в своё время. Они всё отремонтировали, навели порядок. Во Владивостоке наконец-то это тоже поняли. Ведь куча всяких проектов, социальную рекламу разрешают где попало. Почему в любом городе не выделить на постоянной основе 30 бесплатных рекламных щитов для цирка? Город-то не обеднеет, все равно в качестве налога с продажи билетов все это потом вернется. Люди хотят куда-то ходить с семьей. А во многих городах нет зоопарка, нет достойных детских театров. И в принципе детей некуда водить.

– А кадры где брать?

– Одно вытекает из другого. Когда цирк начнет потихонечку осознавать, что ему создали условия, он начнет подтягиваться под них. Нас с братом зовут по всей стране. Например, я знаю, что цирк в Костроме в ужаснейшем состоянии, но я приеду, и зритель мне поверит, скажет, что это те самые Запашные и надо брать билеты. Но они придут туда на сидушки, которые видел еще Хрущев, на то качество звука, которым можно только мышей распугивать. Тогда они скажут: "Запашные, вы неправы. Нельзя нас так не уважать". Нельзя идти в туалет и бояться дотронуться до ручки. А между тем, наш зритель очень благодарный. Я работал более чем в 30 странах мира. И знаю, что наш зритель – один из самых требовательных. И когда он аплодирует, ты знаешь, что ты это заработал, заслужил. Это очень важно.

– В одном из интервью Вы говорили, что проводите глобальную работу по ценообразованию. То есть вы хотите, чтобы искусство было доступным для всех. Как быть с региональным ценообразованием? Не всякий себе может позволить средний концерт от 5000 рублей за билет и выше. Стас Михайлов – до 20 тысяч. Бабушки кредиты берут, чтобы сходить на Ваенгу.

– В цирке таких цен нет и никогда не было. Самые дорогие билеты, которые вообще в истории цирка продавались – на братьев Запашных в "Лужниках", где мы работаем 10 лет. Да и то, официальные билеты мы с братом ни разу дороже 10 или 15 тысяч не поднимали. В Большой Московский цирк самые дорогие билеты стоят 2500-3000 на первые ряды, и 5000 – в вип-ложу. Я себе как директор Большого Московского цирка установил табу: не поднимать цены, делать искусство доступным, за счет заполняемости зала мы будем жить и развиваться. И это у нас получается. Средняя цена билета у нас где-то 700 рублей. Для московского зрителя это вполне реально. Но у нас и самые дорогие программы выступлений, меньше 100 человек у нас не работает. При этом для нас личный заработок не стоит в таком приоритете, как у звезд. Мы все-таки работаем в большей степени на развитие, на доступность.

– Готовы ли братья Запашные взять на себя миссию популяризации цирка в России? Сейчас есть международный фестиваль "ИДОЛ". Сможет ли он поехать в регионы?

– Уверен, что у международного фестиваля "ИДОЛ" огромное будущее, он уже поднялся выше топовых фестивалей мира. Мы действительно видим невероятное желание людей участвовать в нашем фестивале. Я приятно удивлен, что несколько наших звезд за последнюю неделю мне позвонили и сказали: "Эдгар, а почему ты меня не приглашаешь в члены жюри?". Они уже понимают уровень. У меня есть идея проводить фестиваль "ИДОЛ" в нескольких странах. Первая страна, с которой я решил начать – Белоруссия. У меня с ней очень теплые отношения. Я уже неоднократно разговаривал с руководителем аппарата президента и министром культуры о проведении фестиваля. Там в двух городах находятся цирки. Это в Гомеле и в Минске. И как раз руководство Белоруссии заинтересовано в развитии других городов. Что касается фестивального движения в нашей стране, то оно неплохо развито. Всемирный фестиваль циркового искусства "Идол" проходит на протяжении 5 лет, всемирный фестиваль клоунов в Екатеринбурге пройдет в 10-ый раз, а Ижевскому международному цирковому фестивалю исполнится 11 лет. При этом я вижу, что "Монте-Карло", имеющий самые большие традиции, в январе пойдет уже 42-ой раз. С каждым годом он сталкивается с серьезными проблемами. И зоозащитные организации давить начинают, и телевизионное их лобби теряет позиции. Хотя раньше это транслировалось более чем в 20 странах мира. Я убежден, что в ближайшие пять лет центр циркового искусства, как фестивальное движение, переедет в Москву. Если не в 5, то в 10 лет однозначно.

Я не хочу, чтобы про Москву знала только Москва. Цирк надо продвигать в принципе. Надо поддерживать, поднимать его имиджевую составляющую. Есть стереотип, что цирк посещаю два раза в жизни: когда тебя ведут и когда ведешь ты. Либо люди идут на имена: на Куклачева, на Запашных, а этих имен, к сожалению, не очень много. Поэтому надо создавать имена и повышать общий интерес зрителя к цирку. Времена изменились, стали более коммерческие, пиар-ориентированные. Если я буду говорить: "Приходите, у меня акробаты из Монголии", вряд ли прессы много поднимется. А если Эдгар Запашный скажет, что женится на 80-летней бабушке, то в цирк я уже не зайду – столько прессы будет.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 25 декабря 2017 > № 2451602 Эдгар Запашный


Россия. СФО. ДФО > Медицина > ach.gov.ru, 25 декабря 2017 > № 2444171

Коллегия Счетной палаты Российской Федерации под председательством Татьяны Голиковой рассмотрела результаты контрольного мероприятия «Проверка реализации в 2017 году приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации».

Объекты проверки: Минздрав России (камерально), Правительстве Республики Саха (Якутия), Правительстве Республики Бурятия.

Проверяемый период: истекший период 2017 г.

В 2017 г. в рамках приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации» (далее – Проект) 34-м регионам предоставлена субсидия в размере 3,3 млрд руб. на закупку авиационной услуги в целях оказания скорой специализированной медицинской помощи. На настоящий момент регионами использовано 82% выделенных средств (2,7 млрд руб.). Правила предоставления субсидий утверждены Правительством Российской Федерации в приложении 8 к госпрограмме «Развитие здравоохранения».

Результаты проверки свидетельствуют о недостаточности нормативно-правового регулирования и отсутствии должного контроля со стороны Минздрава России за расходованием регионами предоставленных бюджетных средств.

В частности, проверка показала, что, в действующем законодательстве отсутствует понятие «авиационная услуга», используемое в Правилах предоставления субсидий. Как пояснил в ходе своего выступления на Коллегии аудитор Александр Филипенко, Воздушный кодекс устанавливает понятие только авиационной работы в целях оказания медицинской помощи, а в Федеральном законе 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» дано понятие санитарно-авиационной эвакуации с использованием воздушного судна. «Счетная палата уже направляла свои замечания по этому вопросу в Правительство, но Минздравом они учтены не были», - подчеркнул аудитор.

Также Воздушным кодексом не определен статус пациента и медицинского работника на борту вертолета. Из-за этого на них не распространяются нормы по страхованию ответственности перевозчика за причинение вреда их жизни и здоровью. Такое страхование предусмотрено только в рамках добровольного. При этом в Бурятии в нарушение Воздушного кодекса перевозчиком не был заключен даже договор добровольного страхования, в Якутии заключен, но стоимость возмещения вреда по нему минимальна.

Правилами предоставления субсидий установлено 5 критериев отбора регионов. Один из них - отнесение регионов к труднодоступным по наличию хотя бы двух из трех установленных признаков (плотность населения менее 17 человек на кв. километр; наличие районов, в которых отсутствует круглогодичное сообщение населенных пунктов с районным центром в связи с отсутствием автомобильных дорог с твердым покрытием и (или) железнодорожного сообщения; принятие в регионе мер государственной поддержки по обеспечению для сельского населения транспортного сообщения с организациями здравоохранения).

При этом не может быть подтверждена обоснованность отбора Минздравом России для предоставления субсидий Республики Татарстан и Волгоградской области. Так, по данным Росстата, они имеют плотность населения выше 17 человек на 1 кв. км и высокую плотность автомобильных дорог. Первичные документы, подтверждающие наличие у них районов, в которых отсутствует круглогодичное сообщение населенных пунктов с районным центром, Минздравом не представлены.

Также Минздравом в нарушение Правил предоставления субсидий были отобраны Омская область и Республика Калмыкия, которыми на момент выхода распоряжения о предоставлении субсидий не были утверждены региональные программы или мероприятия по оказанию медпомощи с использованием санитарной авиации. Данные документы были утверждены только в конце февраля 2017 г. уже после выделения им субсидий.

Республике Бурятия субсидия в размере 237 млн руб. была предоставлена в отсутствие документов, подтверждающих начало в первом полугодии 2017 г. строительства или реконструкции вертолетных площадок. На настоящий момент вертолетная площадка в Улан-Уде отсутствует. Вертолет базируется на площадке завода – производителя.

Аналогичная ситуация выявлена и в отношении республик Крым, Татарстан и Хакасия, которым также в нарушение Правил были предоставлены субсидии на сумму свыше 180 млн руб.

К критериям отбора регионов также отнесен показатель «невозможность соблюдения без использования воздушных судов сроков оказания медицинской помощи в экстренной форме, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по соответствующим профилям, заболеваниям или состояниям, в связи с затрудненной транспортной доступностью, а также с климатическими и географическими особенностями субъектов». При этом статистический инструментарий для оценки данного критерия отсутствует. Как показала проверка, для отбора регионов Минздрав использовал сведения о проценте госпитализаций по экстренным показаниям пациентов с инфарктами и инсультами в первые сутки, то есть только по 2 заболеваниям из 64, по которым утверждены порядки оказания медицинской помощи. Данные о фактически сложившихся сроках оказания медпомощи по иным профилям Минздравом не анализировались, что также не соответствует Правилам.

«Таким образом, процедура отбора регионов непрозрачна, что привело к предоставлению свыше 560 млн руб. регионам, не отвечающим всем критериям», - констатировал Александр Филипенко.

На Коллегии также было отмечено, что, согласно паспорту Проекта регионы должны утвердить схемы маршрутизации пациентов. Однако на текущий момент такие схемы утверждены лишь в 5 регионах, в Бурятии – не на все заболевания. В остальных, в том числе в Республике Саха (Якутия), такие схемы планируется утвердить только к 2019 г., что создает риски снижения доступности и госпитализации в непрофильные медицинские организации при санитарно-авиационной эвакуации.

Санитарно-авиационная эвакуация входит в программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медпомощи. Однако в территориальных программах данная медицинская услуга отдельно не выделяется и включена в общие расходы на скорую медицинскую помощь. При этом 9 регионов в расходы терпрограмм включили субсидию на закупку авиационной услуги, а 25 регионов – не включили. Это создает риски искажения показателей терпрограмм и непрозрачность расходов на оказание медицинской помощи в рамках санитарно-авиационной эвакуации.

По мнению Минздрава России, оплата работы медицинской бригады в рамках санитарно-авиационной услуги должна оплачиваться за счет средств ОМС, что противоречит 323-ФЗ и 326-ФЗ, согласно которым санитарно-авиационная эвакуация не входит в систему ОМС и оплачивается за счет региональных бюджетов.

Согласно Правилам предоставления субсидий авиационная услуга состоит из летного часа и часа дежурства вертолета, оснащенного медицинским модулем. При этом нормативная база по расчету стоимости летного часа и часа дежурства отсутствует. Стоимость услуги определялась на основе коммерческих предложений перевозчиков по результатам проведенных конкурсных процедур. Как следствие, стоимость авиационной услуги различается по регионам в несколько раз. Например, в Якутии летный час стоит почти 340 тыс. руб., а в Бурятии в полтора раза ниже. При этом в сопоставимом Ханты-Мансийском автономном округе – только 94 тыс. руб.

Как было установлено в ходе проверки, основные причины таких различий - это ограниченное количество перевозчиков на рынке услуг, а также различия в методиках, используемых ими при обосновании затрат на выполнение авиационных работ.

Например, в Якутии перевозчик определил расходы на оплату авиационной услуги на основании рекомендаций Федеральной службы воздушного транспорта 1999 г.. При этом данные расходы включают 11 статей затрат и не учитывают затраты на медицинскую поверку и амортизацию медицинского оборудования, входящего в медицинский модуль, установленный на борту вертолета, что, например, в Бурятии равняется около ста рублей в стоимости часа. То есть за реанимационное оборудование в случае его выхода из строя в Якутии никто ответственности не несет.

В Бурятии расчет авиационной услуги проводился на основании рекомендаций Ассоциации Вертолетной Индустрии, которые по затратам значительно отличаются от рекомендаций 1999 г. и включают уже 15 расходных статей. При этом себестоимость часа полета без учета дежурства вертолета в Якутии при неполных расходах составляет около 200 тыс. руб., а в Бурятии дешевле - почти 159 тыс. руб.

Также на стоимость услуги в Республике Саха (Якутия) оказали влияние различия в цене топлива, размер лизинговых платежей из-за разного количества используемых вертолетов.

Если в Бурятии все полеты выполнялись на одном вертолете типа Ми-8, то в Якутии - 6 таких вертолетов. В среднем за сутки вертолет летал около 1,5 часов, а в Бурятии – около 5 часов, остальное время вертолеты находились в режиме ожидания вылета (дежурство), что также входило в стоимость услуги. Так, в Бурятии час дежурства вертолета стоил 52 тыс. руб., а в Якутии – 140 тыс. руб. То есть в структуре затрат основные расходы регионов приходятся не на сам полет, а на оплату ожидания вылета.

В ходе проверки в трех регионах был проведен сравнительный анализ стоимости летного часа вертолетов с медицинским модулем со стоимостью такого часа в подразделениях МЧС России. Если в Магаданской области по контракту это 185 тыс. руб., то расходы по МЧС России не превысили 150 тыс. руб., что требует дополнительного анализа Минздрава России. «В данной связи предлагаем Правительству разработать отдельные правила определения начальной цены контракта на закупку летного часа и часа дежурства вертолета», - отметил аудитор.

Проверка также показала, что регионы закупают только услуги перевозчика. На оплату медицинской помощи им выделяются дополнительные средства. При этом если летный состав за один летный час получает около 300 руб. на человека, то зарплата медработника, находящегося на борту, за этот же час – около 50 руб. в Бурятии и 140 руб. в Якутии.

Всего в проверенных регионах за период контрольного мероприятия осуществлено почти 500 вылетов. В среднем проводится 2 вылета в день, в ходе которых медпомощь оказывается 3-5 лицам. При этом, например, в Бурятии ночные вызовы не обслуживаются и переносятся на следующий день или через день.

Структура вызовов - это роженицы, больные с инфарктами, инсультами, травмами. Основная причина - отсутствие в отдаленных малонаселенных пунктах возможности получить специализированную медпомощь и низкая оснащенность местных медицинских организаций. То есть сеть оптимизировали, а рентабельность (что менее затратно – содержать ФАП или вертолет) не просчитана.

При проверке закупочной деятельности выявлено, что в Бурятии больница провела конкурс и заключила договор в нарушение собственных Правил закупочной деятельности при отсутствии в представленных перевозчиком на конкурс документах сертификата эксплуатанта на вертолет. Кроме того, в нарушение 174-ФЗ данная закупка, относящаяся к крупной, не была согласована с наблюдательным советом учреждения.

При проверке в Бурятии также было установлено, что в нарушение Правил предоставления субсидии средства, которые выделены на закупку авиационной услуги, были доведены до больницы им. Семашко в виде госзадания на оказание скорой медпомощи, не включенной в ОМС, что создает риск их нецелевого расходования. При этом Минздрав России и Управление Федерального казначейства, которые должны осуществлять контроль за расходованием субсидий, данные нарушения не выявили. По указанному факту Счетная палата направит письмо в Минфин России и Федеральное Казначейство.

И в Якутии, и в Бурятии были выявлены случаи, когда перевозчиками в нарушение госконтрактов предоставлялись авиационные услуги на вертолетах, не оснащенных медицинским модулем (в Бурятии в течение 13 дней и 10 млн руб. посреднических услуг, в Якутии – в течение 51 дня или 48 млн руб.) При этом меры ответственности к перевозчикам не применены.

В рамках контрольного мероприятия дополнительно также был проведен анализ закупки авиационных услуг другими регионами, по результатам которого в Курганской области установлена разная стоимость летного часа и часа дежурства в течение 2017 г.

Как показала проверка, первоначально в аукционе на закупку авиауслуги участвовали 2 перевозчика – ДОСААФ и Русские вертолетные системы. В ходе аукциона начальная максимальная цена контракта была снижена Русскими вертолетными системами на 83%, летный час и час дежурства составили 14 и 5 тыс. руб., соответственно. Действие госконтракта с данной стоимостью продолжалось всего 2 месяца и завершилось по взаимному согласию сторон.

При объявлении Курганской областью повторного аукциона были внесены изменения в документацию в части требований, предъявляемых к вертолетам, на основании которых ДОСААФ был отстранен от участия в аукционе. То есть заказчиком были созданы условия ограничения конкуренции, что позволило области заключить госконтракт с Русскими вертолётными системами по цене летного часа и часа дежурства уже 83 и 29 тыс. рублей. При этом в нарушение Методических рекомендаций Минэкономразвития России при определении начальной цены контракта учреждением не была принята в расчет цена услуг, содержащихся в предыдущем госконтракте.

По данному факту подготовлено письмо в ФАС России.

На Коллегии также было отмечено, что оценка эффективности использования субсидии осуществляется Минздравом России исходя из показателя результативности «доля лиц, госпитализированных по экстренным показаниям в течение первых суток». При этом данный показатель не соответствует цели предоставления субсидий и не позволяет оценить число вызовов скорой медпомощи, осуществленных с помощью воздушных судов. Так, в проверенных регионах из 53 тыс. таких госпитализаций только чуть более 800 осуществлено при использовании воздушных судов. При этом в Якутии и Бурятии целевые значения этого показателя были достигнуты еще по итогам первого полугодия 2017 г., т.е. до начала расходования предоставленной субсидии.

Материалы направлены:

Коллегия приняла решение направить представления в Минздрав России, Правительство Республики Саха (Якутия), Правительство Республики Бурятия, информационное письмо в Правительство Российской Федерации, ФАС, Минфин России и Федеральное казначейство. Отчет о результатах проверки направляется в палаты Федерального Собрания.

Справочно:

Паспорт приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации» утвержден в октябре 2016 г. С марта 2017 г. Проект включен в подпрограмму «Развитие скорой медицинской помощи» государственной программы «Развитие здравоохранения».

В результате реализации Проекта к 2019 г. должны быть:

- утверждены региональные программы развития оказания медицинской помощи в экстренной форме с использованием санитарной авиации;

- построены в рамках государственно-частного партнерства 34 вертолетные площадки при медицинских организациях;

- отработаны схемы маршрутизации пациентов, госпитализируемых по экстренным показаниям в течение первых суток при жизнеугрожающих состояниях;

- заключены соглашения с субъектами Российской Федерации на закупку дополнительного 8 571 вылета для всех субъектов Российской Федерации в течение трех лет (срок реализации проекта).

Россия. СФО. ДФО > Медицина > ach.gov.ru, 25 декабря 2017 > № 2444171


Россия. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 22 декабря 2017 > № 2433736 Александр Поздняков

Об уроках лососевой путины.

Лососевая путина на Амуре в этом году привлекала широкое внимание: большие уловы последних лет, видимо, остались позади. В рамках бассейновых правил рыболовства предполагается предусмотреть новые ограничения промысла. Обсуждаются и меры повышения эффективности рыбоохраны. О позиции рыбаков рассказал в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Амурского бассейна Александр Поздняков.

– Александр Иванович, первый вопрос – уроки лососевой путины. На Амуре в этом году она оказалась непростой, хотя ученые, в общем-то, уже давно говорят о том, что подходы лососей на Дальнем Востоке будут снижаться. Как вы считаете, какие выводы можно сделать? Что нужно предусмотреть при организации промысла следующего года?

– Те пики лососевых подходов, которые наблюдались на протяжении последних пяти-шести лет, дали возможность сформировать дополнительные рыбопромысловые участки, создать дополнительные мощности по переработке в тех местах, где никогда на Амуре промышленное рыболовство не осуществлялось. Но сейчас промысловую нагрузку надо снижать. Это осознают и власти, и наука, и ответственные рыбопромышленники. Однако молодые компании, которые, в общем-то, не до конца сформировались, не хотят понимать, что они вычерпывают рыбу, которая должна была дойти до нерестилищ и обеспечить воспроизводство ресурса.

О необходимости снижения нагрузки лова было сказано на заседании Дальневосточного научно-промыслового совета, в частности делегацией Хабаровского края: в случае слабых подходов лососевых надо очень оперативно принимать меры по закрытию отдельных районов добычи. Это в состоянии делать комиссия, которая занимается регулированием вылова анадромных видов рыб. Закрытие нужно начинать, наверное, с верхних районов, которые ближе к нерестилищам, если есть угроза, что оптимальный объем производителей не дойдет до нерестилищ.

– Ранее вы отмечали, что рыбопромысловые и рыбоводные участки формируются слишком близко к нерестилищам.

– К счастью, нас услышали, и сейчас принято решение полностью убрать промысел с нерестовых притоков. Единственное, пока останется традиционное рыболовство для представителей коренных малочисленных народов (КМНС) в местах компактного проживания. Это первая мера. Если она не будет действовать, будут дальше приниматься другие решения по сохранению популяции.

– На заседании ДВНПС руководитель краевого комитета рыбного хозяйства Кирилл Фирсов отметил, что профильная региональная комиссия за год не сформировала ни одного РПУ. Была такая информация.

– Да, действительно, комиссией было принято такое решение. Для бассейна Амура, на мой взгляд, это правильно.

– То есть сейчас нужно прийти к мысли, что таких подходов лосося, как в предыдущие годы, уже не будет, и надо больше заботиться о том, чтобы рыба как полагается отнерестилась и обеспечила возвраты?

– Да, именно так. Наши общие действия в этом вопросе – залог успеха. Главное, чтобы популяция оставалась в хорошем состоянии и сохранялось промышленное рыболовство. Это важно и по летним лососям, и по осенней кете.

– А как в целом Николаевский район отловился по лососевым объектам?

– Скажем так, отловились все неважно, но те предприятия, которые имеют современные базы переработки и выпускают продукцию высокого качества, отработали не с минусовой экономикой, ситуация у них нормальная.

– На ноябрьском заседании ДВНПС были одобрены важные изменения бассейновых правил рыболовства, в том числе по регулированию лососевого промысла на Амуре. Как вы их оцениваете?

– Все решения, в общем-то, понятны, в большей степени мы их поддерживаем и считаем очень своевременными. Мне кажется, приняты даже достаточно мягкие меры, можно было бы еще жестче сделать.

– Росрыболовство ранее заявило о готовности проанализировать работу региональных комиссий по анадромным, сделать выводы, и, возможно, порядок деятельности комиссий будет пересмотрен. Как вы считаете, какие изменения необходимы?

– К работе комиссий нужно подключить как можно больше профессионалов. Неважно, будут ли это представители государственных учреждений, общественных организаций или промышленных предприятий. Важно, что это должны быть те, кто имеет профессиональное образование, опыт работы в рыбной либо смежных отраслях. Нужны люди, которые разбираются в ситуации, а не статисты.

– Тема, напрямую связанная с путиной, – это охрана водных биоресурсов. Мы уже не раз писали о той работе, которую в Хабаровском крае ведут власти и предприятия, чтобы обеспечить пропуск рыбы на нерестилища, защитить ее от браконьерских бригад. Как в нынешнем году готовились к лососевому сезону?

– Сохранение биоресурса – важнейший для нас вопрос. Мы начали обсуждать его с госорганами задолго до начала промысла. Решили организовать информационно-наблюдательные посты на путях миграции лососевых и в местах основных нерестилищ. В летнюю путину таких групп было порядка 16, в сезон хода осенних лососей – около 40. Они охватили практически все места, куда заходит рыба в амурском бассейне. Для меня самое страшное было осознать, что нерестилища на постоянной основе не охраняются практически никем.

Амурское территориальное управление, в общем-то, уже в открытую говорит о том, что оно не в состоянии обеспечить охрану. Но делать что-то все равно надо. Поэтому я считаю правильным, что Росрыболовство сегодня прорабатывает вопрос о перекрестных полномочиях с другими ведомствами, занимающимися охраной природных ресурсов. Очень хорошее предложение, его реализация позволит увеличить численность инспекторского состава в несколько раз – за счет привлечения сотрудников лесоохраны и охотнадзора.

Не нужно забывать еще и о правоохранительных органах, Росгвардии, с ее силовым блоком, – она обеспечена большим количество техники, вертолетов и так далее. Поэтому, на мой взгляд, чтобы обеспечить эффективную охрану нерестилищ, необходимо организовать совместную работу Росрыболовства, лесоохраны, охотнадзора, подключить силовой блок – МВД, Росгвардию. Совместный план действий надо составить уже в этом году, чтобы предусмотреть численность личного состава.

И в эту работу могут быть вовлечены силы промышленных предприятий. Мы обладаем техникой, знаниями, у нас есть специалисты, что позволяет обеспечить информационное сопровождение. Мы расскажем рассказать, какие места заслуживают особого внимания в плане охраны нерестилищ. Мы готовы поделиться такими данными.

– Насколько я понимаю, в рамках работы информационно-наблюдательных постов рыбопромышленники могут сообщать о подозрительной активности на тех или иных участках, чтобы госорганы могли оперативно среагировать и принять меры.

– Да, именно так. Сейчас, учитывая, что принято решение о снижении промысловой нагрузки на лососе, может освободиться большое количество катеров, водителей. Их можно привлечь к работе по сбору информации.

– Чтобы ограничения по лососевому промыслу на Амуре принесли результат, важно контролировать их соблюдение. И тут как раз встает вопрос об эффективной рыбоохране.

– Конечно. Но, пообщавшись с людьми, я могу сказать, что большинство будет соблюдать ограничения. Ну а с теми, кто пойдет на нарушения, будут разбираться правоохранительные структуры. Это тяжелая работа, но ее необходимо делать.

– Также Росрыболовство ранее сообщало, что прорабатывается вопрос о направлении определенного процента от суммы штрафа на поощрение инспекторов. Как вы считаете, это одна из мер, которая могла бы помочь?

– Да, это очень хорошее предложение. Если оно пройдет, инспекторы и другие проверяющие будут напрямую заинтересованы в результатах.

– Ассоциация и предприятия уже запланировали сотрудничество с государственными органами в сфере рыбоохраны на следующий год? В прошлом году, я помню, обсуждения велись с самых первых месяцев.

– Мы этот процесс и не останавливаем. По нашему мнению, он должен идти на круглогодичной основе. Возможно, непосвященным кажется, что путина закончилась, но на самом деле нерест будет продолжаться чуть ли не до конца декабря. Поэтому мы и сейчас находимся на нерестилищах, следим за обстановкой. И после Нового года либо продолжим мероприятия по другим видам, либо начнем готовиться к новому сезону. Работа не останавливается.

– То есть главный урок лососевой путины – это необходимость сохранения биологического ресурса?

– Не будет сохранения ресурса – не будет и промышленного рыболовства. Мы это понимаем, хотелось бы, чтобы поняли все.

Справка: Вылов лососей в Хабаровском крае в 2017 году составил более 48 тыс. тонн. Добыча традиционно осуществляется в нескольких районах – в подзоне Приморье (к северу от мыса Золотой), Амуре и лимане, на охотоморском побережье. На Амуре и в лимане в рамках промышленного лова освоено около 23 тыс. тонн.

Маргарита КРЮЧКОВА, журнал «Fishnews – новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 22 декабря 2017 > № 2433736 Александр Поздняков


Россия. ДФО. СФО > Транспорт > gazeta.ru, 22 декабря 2017 > № 2433287 Алексей Васильченко

«Россия остро нуждается в развитой сети узловых аэропортов»

Интервью с управляющим директором по авиации компании «Базовый элемент» Алексеем Васильченко

Группа «БазЭл» Олега Дерипаски расширяет географию своего присутствия: в этом году компания стала акционером аэропорта Владивостока и намерена всерьез побороться за строительство нового терминала в Иркутске. С кем «БазЭл» готов создать консорциум для реализации иркутского проекта, где в России не хватает хабов и на каких принципах строит свои взаимоотношения с авиаперевозчиками в интервью «Газете.Ru» рассказал управляющий директор по авиации компании Алексей Васильченко.

— Алексей Игоревич, этот год стал прорывным для отрасли авиаперевозок, можно ли его назвать таким же для аэропортов? Как вы оцениваете результаты работы аэропортовых комплексов группы «Базовый элемент»?

— Практические все аэропорты, входящие в сферу интересов «Базового Элемента», демонстрируют прекрасную динамику. Аэропорты Краснодарского края традиционно в лидерах по пассажиропотоку — они уже обслужили более 10 млн пассажиров. При этом за 11 месяцев рост международного трафика в наших южных аэропортах составил 65% по сравнению с январем-ноябрем прошлого года. Вообще, пассажиропоток в аэропортах Краснодарского края за последние 10 лет вырос почти в три раза, а Сочи не только вошел в пятерку крупнейших аэропортов России по объемам перевозок, но признан одним из лучших аэропортов по качеству обслуживания пассажиров по итогам исследования Международной ассоциации аэропортов.

Кроме того, международный аэропорт Владивосток (Кневичи) впервые за всю свою историю в этом году обслужил 2 млн пассажиров. Так что год можно назвать вполне удачным.

Мы ожидаем, что по его итогам пассажиропоток всех аэропортов группы достигнет 13 млн человек.

— Расскажите подробнее про Кневичи: как вы оцениваете перспективы развития этого аэропорта?

— «Базовый элемент» вошел в состав акционеров аэропорта Владивосток в этом году вместе с Changi и РФПИ. Кневичи — абсолютный лидер по пассажиропотоку среди аэропортов Дальнего Востока, а по международным направлениям он первый во всей Восточной Сибири. За 11 месяцев пассажиропоток владивостокского аэропорта вырос на 18%, выручка увеличилась на 23%. Мы расцениваем результаты первого года как вполне позитивные. Дальнейшее развитие Кневичи напрямую зависит от продвижения самого Владивостока как делового, туристического и транзитного центра, в том числе для стран АТР. И здесь очень важны совместные усилия власти и бизнеса.

Аэропорт Владивостока уже сегодня можно рассматривать как полноценный международный грузопассажирский хаб: доля международных пассажиров здесь составляет 36% от общего пассажиропотока, а полноценная реализация режима «открытое небо» существенно повысит его потенциал.

— Мог бы, на ваш взгляд, еще какой-нибудь аэропорт стать хабом в России? Где еще, кроме Дальнего Востока, нам сегодня нужны узловые аэропорты?

— Хабы — это не просто красивое название и статус, прежде всего, это авиапотоки и авиакомпании. Именно при наличии достаточного количества мощных перевозчиков и коммерческих прав на полеты можно строить хабы в региональных аэропортах. Сильных авиакомпаний, способных стать базовыми для создания хаба, в России осталось не так много. При этом важно понимать, что для развития хабов необходима поддержка государства, без нее не обойтись. Нужны федеральные и региональные инвестиции в базовую инфраструктуру. Расходы на строительство, ремонт и реконструкцию плоскостных сооружений — взлётных полос, перронов, рулежек, пунктов пропуска через госграницу — они играют решающую роль в международном трафике.

Россия, в силу размеров своей территории, остро нуждается в развитой сети узловых аэропортов. Исторически таковыми выступают крупные аэропорты региональных центров – Новосибирск, Владивосток, Красноярск, Краснодар, Екатеринбург, Казань, Самара, Иркутск и другие.

При наличии базовых авиаперевозчиков, коммерческих прав и терминальных мощностей они способны развивать российский и международный трансфер.

— «Базэл» неоднократно говорил о своем интересе к участию в конкурсе на строительство нового аэропорта в Иркутске. В каком формате вы могли бы войти в этот проект? Может это быть консорциум с другими компаниями, с учетом того, что правительство области заявляло о желании привлечь несколько инвесторов?

— Аэропорт Иркутска мы рассматриваем как перспективный объект инвестирования. Сроки и суммы инвестиций у всех инвесторов могут различаться, но большинство сходятся на основных принципах — конкурсный отбор. Консорциум профильных игроков рынка, аэропортовых холдингов, маловероятен. У каждого профильного оператора свой специфический опыт реализации проектов, свои принципы работы с персоналом, авиакомпаниями, арендаторами и другими партнерами.

На наш взгляд, вполне реалистичной могла быть схема консорциума профильного аэропортового оператора с финансовым институтом или международным оператором.

Но для того, чтобы этот проект был интересным для инвесторов и профессиональных аэропортовых операторов, необходимо сделать процесс обсуждения планов развития авиаузла максимально открытым и профессиональным. Как минимум, нужно обнародовать условия и провести их публичное обсуждение. Последние события позволяют нам надеяться на правильно выбранную стратегию со стороны Иркутской области.

В начале ноября была создана рабочая группа, куда были приглашены все заинтересованные инвесторы. Уже прошли слушания, где, в частности, обсуждался вопрос развития аэропорта. Мы представили свое видение проекта и дали свои предварительные оценки.

Пока ключевые вопросы проекта — организация в кратчайшие сроки конкурса по выбору инвестора при содействии профильной консалтинговой компании, а также объединение в единый проект как строительство нового терминала в действующем аэропорту, так и нового аэропорта в другом месте.

Учитывая сумму инвестиций, а это около 50 млрд рублей, только при готовности всех сторон проекта — федеральных и региональных властей и инвестора — можно решить эту большую задачу строительства нового аэропорта.

— Как вы видите общее развитие рынка аэропортовой деятельности, перспективы приватизации аэропортов, в том числе малых, привлечение российских и международных инвесторов?

— Я считаю, что все аэропортовые активы, входящие в круг интересов инвесторов и имеющие потенциал для развития, должны реализовываться через конкурсы, с предварительным обсуждением условий и оценки реализуемого имущества с потенциальными инвесторами.

Это сделает процесс отбора и схему реализации проекта более предсказуемой и объективной.

По формам существующие проекты развития аэропортов также разнообразны — от классических форм приватизации до концессии. Практика показывает, что проекты в аэропортовой сфере должны реализовываться на основе государственно-частного партнерства, когда инвестиции в проект поступают как от инвестора, так и от государства. При этом зона ответственности государства – это строительство или реконструкция аэродромной инфраструктуры, а частного инвестора – прочие аэропортовые активы: терминалы, грузовые склады, объекты служебно-технической территории, специальная техника и т.п.

— Руководство «Базэл Аэро» заявило о готовности оказывать поддержку недавно вышедшей на рынок авиакомпании «Азимут». В чем именно будет выражаться эта поддержка? Проявляют ли другие авиакомпании интерес к базированию в аэропорту Краснодара? По какому принципу «Базэл» допускает базовых перевозчиков?

— Мы открыты навстречу любым идеям и новому сотрудничеству. Поэтому то, что «Азимут» выбрал Краснодар в качестве второй базы для развития маршрутной сети на юге России, — это очень хороший показатель правильности нашей политики во взаимоотношениях с авиаперевозчиками. Мы сотрудничаем с авиакомпаниями на принципах взаимной выгоды и открытых возможностей, у нас есть специальная программа мотивации, которая учитывает скидки на развитие маршрутной сети, управление слотами для организации удобных стыковок, маркетинговую поддержку и т.п.

— В какие еще регионы было бы интересно зайти группе? Как вы видите стратегию развития аэропортового сегмента «Базэла» в ближайшие пять лет?

— Мы делаем ставку на модернизацию, повышение уровня комфорта для пассажиров, а также на развитие приаэропортовых территорий. Что касается перспективных инвестиций, то мы очень избирательно относимся к вопросу приобретения аэропортов. Выбор строится на основании стратегии развития бизнеса в соответствии с интересами группы, а также перспективности самого актива и формы владения. Нам по-прежнему интересны аэропорты с пассажиропотоком не менее 500 тыс. человек в год. Сейчас наш интерес сосредоточен вокруг аэропорта Иркутска. Мы ожидаем от региональных властей открытого диалога и прозрачных условий модернизации существующей инфраструктуры, а также активного обсуждения проекта по строительству нового аэропорта.

Россия. ДФО. СФО > Транспорт > gazeta.ru, 22 декабря 2017 > № 2433287 Алексей Васильченко


КНДР. ДФО > Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 21 декабря 2017 > № 2435903 Андрей Ланьков

Россия глазами Пака. Каким видят Дальний Восток рабочие из Северной Кореи

Андрей Ланьков

Россия поразила товарища Пака, причем удивило его не материальное процветание, а развитая инфраструктура и уровень личных свобод. Покрытые асфальтом российские дороги показались ему сказочными, а беспрерывное снабжение электроэнергией было просто чудом. А в то, что любой человек может путешествовать по стране без всяких разрешений, и вовсе было невозможно поверить

Давайте познакомимся с господином или скорее товарищем Паком. Имя это, конечно, не настоящее, но товарищ Пак – вполне реальный человек, один из тех 30–35 тысяч северокорейских рабочих, которые сейчас трудятся на стройках, заводах и фермах России, в основном на Дальнем Востоке. Впрочем, как мы увидим дальше, товарищ Пак не совсем рядовой рабочий: ему удалось выйти в начальство, пусть и относительно мелкое.

Родился господин Пак в начале 1970-х годов. Для Северной Кореи это были времена крайне ограниченной социальной мобильности. Головокружительные карьеры делались в революционные сороковые и военные пятидесятые, и вновь – в условиях хаоса девяностых (хотя речь уже шла не о чиновничьих, а о предпринимательских карьерах). Но та Северная Корея, в которой родился товарищ Пак, была страной стабильной, очень бедной (по крайней мере по меркам СССР и Восточной Европы) и не дававшей особых возможностей для социального продвижения. Дети начальников стабильно становились начальниками, а рабочих – рабочими. Социальные лифты застряли намертво.

Впрочем, товарищу Паку отчасти повезло: он родился в семье, принадлежавшей, скажем так, к низу верхних 20% северокорейского общества. Небольшое начальство, конечно, но все равно – семья, которая в жесткой иерархии, столь характерной для КНДР времен развитого кимирсенизма, находилась существенно выше среднего уровня.

Как и большинство детей из таких семей, товарищ Пак пошел в армию, где и отслужил положенные десять с лишним лет срочной службы. В армии товарищ Пак служил неплохо. Ему повезло попасть в хорошее подразделение, так что голод 1996–1999 годов он почти не заметил. Родители его тем временем стали заниматься мелкой торговлей – как и большинство северокорейских семей в девяностые.

В результате, когда товарищ Пак отслужил и вернулся в родительский дом, перед ним открывалось две перспективы. Он мог поступить в вуз и выйти в чиновники, менеджеры младшего звена. Или заняться мелким бизнесом, работая со своими родителями. Но товарищ Пак не пошел ни по той, ни по другой дороге. Связи отца помогли ему устроиться в фирму, которая занималась отправкой северокорейцев на работу за границу.

Еще с шестидесятых все жители КНДР знали: работа за границей – это едва ли единственный путь к успеху для простого человека. Лесорубы, которые с конца шестидесятых годов стали появляться в сибирской и дальневосточной тайге, работали в тяжелейших условиях и получали, по тогдашним советским меркам, совершенно мизерные деньги. Но даже на эти деньги они могли покупать то, что тогда в КНДР считалось престижными потребительскими товарами, – от цветных телевизоров до эмалированных тазиков и электрических утюгов.

Товары эти частично «дарились» тем чиновникам, которые помогли получить работу за границей, а частично – продавались с высокой прибылью, так что дома иностранных рабочих были полной чашей, и это знали все. В северокорейских городах 70–80-х было обычным, когда о ком-то говорили с завистью и восхищением: он работал в Советском Союзе, он очень богатый, у него есть даже мотоцикл!

Путь в Россию

Ситуация не особенно изменилась и в наши дни. Конечно, благодаря развитию частного бизнеса у простых жителей КНДР появились и другие возможности разбогатеть. Но большинство северокорейцев заниматься частным бизнесом не могут. Не у всех есть необходимые для этого качества, но главная причина в том, что «лихие девяностые» закончились и сейчас в Северной Корее начать бизнес без стартового капитала невозможно.

Стартового капитала у подавляющего большинства северокорейцев нет, а единственный способ этим капиталом обзавестись – отправиться за границу. Работа там тяжела и опасна, но она дает шанс вернуться с приличными деньгами. Именно поэтому уже третье поколение северокорейцев прилагают все усилия, чтобы только попасть в российские леса или арабские пустыни.

Товарищу Паку повезло. Поскольку работа за границей является престижной, попасть туда можно только за взятку. Уже с начала 1970-х годов подразумевалось, что кореец, удачно съездивший на лесозаготовки куда-нибудь в Хабаровский край, по возвращении подарит своему начальнику телевизор или магнитолу. В те времена, когда люди не особенно двигались не только по социальной лестнице, но и по стране и когда разбогатевший работяга не мог исчезнуть в неизвестном направлении, начальство было готово верить и порекомендовать человека авансом.

С тех пор ситуация изменилась, поэтому в деле отбора на работу за границу действует бессменный принцип Остапа Бендера «утром – деньги, вечером – стулья». Кроме того, взятки дают не магнитолами и телевизорами, а хрустящими американскими долларами (китайские юани тоже подойдут).

Сейчас северокорейские рабочие трудятся в основном в трех регионах: Россия, Китай и страны Ближнего Востока. Та фирма, куда с помощью родительских связей устроился товарищ Пак, Китаем не занималась, так что он мог выбирать только между Ближним Востоком и Россией. И Россия, и Ближний Восток считаются в КНДР куда более престижными местами работы, чем Китай: взятка за право поехать в Китай составляет всего пару сотен долларов, а вот поездка в Россию или на Ближний Восток стоит от 500 долларов.

В отдельных случаях взятка может составлять и 1000 долларов, но такие суммы приходится платить тем, у кого есть проблемы с анкетой и нет необходимых связей. Товарищ Пак решил проблемы на удивление дешево: право поехать рабочим в Россию было куплено им всего за 300 долларов. Сыграла роль и безупречная анкета товарища Пака, и связи его родителей.

Пройдя необходимую подготовку (как идейно-политическую, так и профессиональную), в середине 2000-х товарищ Пак оказался в России, в одной из северокорейских компаний, занимающихся строительными и отделочными работами в Приморском крае.

Вдаль по асфальту

Россия поразила товарища Пака, причем удивило его не материальное процветание. Скорее, наоборот: как и большинство северокорейцев его поколения, товарищ Пак много слышал о сказочном богатстве России и иных стран. Поэтому, как товарищ Пак честно признается, уровень жизни в Приморье середины 2000-х его даже несколько разочаровал: Россия оказалась зажиточной, но не настолько, насколько он ожидал. Реально поразили его две вещи: развитая инфраструктура и уровень личных свобод.

Покрытые асфальтом российские дороги, которые вызывают столь много нареканий жителей Приморья, показались ему сказочными, а беспрерывное снабжение электроэнергией даже в небольших городках, с точки зрения товарища Пака, было просто чудом.

Если говорить о свободах, то товарища Пак привлекали не политические свободы, хотя его немало удивило, с какой резкостью пресса может писать о действиях правительства. Однако куда большее впечатление на него произвели обычные бытовые свободы – возможность отправиться за границу и даже просто путешествовать по стране без всяких разрешений на поездку и взяток на блокпостах.

Первые несколько лет пребывания в Приморье товарищ Пак был простым строителем и занимался отделочными работами. В некоторых случаях северокорейские рабочие жили организованно, непосредственно на объектах или рядом с ними. Но к тому времени в России стала обычной практика отпуска северокорейских рабочих, так сказать, на вольные хлеба – им разрешают искать работу самостоятельно. От рабочих требуется только делать определенные фиксированные взносы в государственный фонд и появляться на политических мероприятиях.

Размер взноса меняется и зависит от ряда факторов, но в целом в середине 2000-х северокорейский рабочий средней квалификации мог отложить 1000–1500 долларов в год. По тем временам это были основательные деньги, и, вернувшись домой после двух-трех лет отсутствия, такой рабочий мог купить торговую точку, делами которой занималась бы его жена. То есть одна поездка в Россию превращала простого рабочего в представителя среднего класса и деятеля малого бизнеса – неудивительно, что работа эта и тогда, и сейчас считается очень престижной.

Условия труда были, конечно, тяжелыми, хотя в большинстве случаев происходило это по инициативе самих рабочих. Северокорейцы едут в Россию зарабатывать деньги и готовы работать столько, сколько нужно, чтобы заработать как можно больше. Руководство не особо интересовалось, что они делают после рабочего дня. Как выразился по этому поводу товарищ Пак, который, как мы увидим, впоследствии стал руководителем: «Хоть они по бабам ходят, хоть работают всю ночь где-то, это не наше дело. Главное, чтобы основная работа выполнялась как следует».

Перед отъездом в Россию рабочим объясняли, что им ни в коем случае не следует общаться с южнокорейцами, которые, дескать, все без исключения являются сотрудниками южнокорейской разведки. Действительно, контакты с гражданами Юга служили основанием для немедленного вывоза человека в Северную Корею, если необходимо, то вывоза насильственного (похищение людей за границей – это давнее хобби северокорейских спецслужб, так что методика там отработана хорошо).

Теоретически рабочим также запрещалось слушать иностранное радио, но этот запрет, как и многие другие, игнорировался. У руководства не было ни возможности контролировать поведение рабочих до таких деталей, ни необходимости делать это.

Подавляющее большинство северокорейских рабочих не проявляют никакого интереса к политическим вопросам. Это не означает, что политические вопросы их совсем не интересуют, но они приезжают в Россию с конкретной задачей – заработать как можно больше денег для себя и своей семьи. Они отлично понимают, что любое политически подозрительное поведение приведет к катастрофическим последствиям, от которых пострадают и сам рабочий, и его семья, и связанные с ними люди. Поэтому подавляющее большинство рабочих ведет себя надлежащим образом, разве что потихонечку смотрит южнокорейские сериалы и слушает южнокорейское радио. Так обстояли дела десять лет назад, так они обстоят и сейчас.

Под американской защитой

Примерно в 2009 году в жизни Пака случились серьезные перемены. К тому времени товарищ Пак, обладавший немалыми способностями к языкам, неплохо освоил русский. Вдобавок те несколько лет, которые ему пришлось провести в Северной Корее, ожидая отправки за границу, он активно работал в родительском бизнесе, торгуя аккумуляторными батареями (очень важное устройство в КНДР, где отключение электроэнергии – часть повседневной жизни) и морепродуктами.

У товарища Пак от природы была коммерческая жилка, которую немало обогатил опыт работы в частной коммерции, так что с конца 2000-х, по-прежнему формально числясь простым рабочим, он стал одним из тех посредников, которые ищут работу для автономных северокорейских строительных бригад и неплохо зарабатывают на этом.

У товарища Пака появился офис с русской секретаршей и неплохие контакты в деловых кругах Приморья. Большинство его российских знакомых и партнеров были уверены, что товарищ Пак – большой начальник и, скорее всего, вообще сотрудник страшного «северокорейского КГБ». Сам товарищ Пак подобные мнения не опровергал. Связи товарища Пака с северокорейскими спецслужбами действительно были весьма близкими и дружественными, но все-таки никак не делали его кадровым сотрудником Министерства охраны безопасности государства. Особистам товарищ Пак периодически делал щедрые подарки, чтобы они не задавали слишком много вопросов, а также помогал им, делясь информацией о северокорейских рабочих и о российских партнерах, с ними сотрудничавших.

Изменение статуса существенно повлияло на доход товарища Пака. Раньше его чистый доход составлял чуть более 1000 долларов в год, но, став посредником, он зарабатывал 7–10 тысяч долларов в год. По северокорейским меркам это огромные деньги, которые позволили ему приобрести хорошую квартиру и обеспечить образование детей. Как и все северокорейские рабочие, товарищ Пак был женат – наличие семьи по понятным причинам является обязательным требованием для всех, кого отправляют работать за границу.

Товарищ Пак относится к тем десяткам и даже сотням тысяч жителей КНДР, кто благодаря работе за границей сумел и существенно улучшить свое материальное положение, и подняться в северокорейской иерархии. К сожалению, похоже, что времена людей, подобных товарищу Паку, подходят к концу. Новый раунд санкций против КНДР, введенный Совбезом ООН, предусматривает ограничения на использование труда северокорейских рабочих, и Вашингтон изо всех сил давит на заинтересованные страны, добиваясь от них высылки рабочих домой.

Эта кампания обычно подается как борьба за права северокорейских трудящихся, которые, дескать, являются «рабами наших дней». Самозваных защитников прав рабочих не смущает то, что все до единого северокорейские рабочие за границей не только приехали туда добровольно, но и заплатили немалые деньги за право быть отобранными для якобы «рабского труда». Этот факт обычно замалчивается – слишком уж явно он противоречит стройной и, главное, высокоморальной картине, которая позволяет представить усилия, направленные на развал экономики и снижение уровня жизни в КНДР, как благородную борьбу за интересы и права народных масс.

Понятно, что усилия по выдворению северокорейских рабочих в целом увенчаются успехом – слишком уж неравны силы. Так что десяткам тысяч людей, похожих на товарища Пака, надо готовиться к тому, что сытой и относительно благополучной жизни и их самих, и их семей приходит конец. Как заметил недавно знакомый автора, «северокорейские официантки в ресторанах Китая пакуют чемоданы и ходят заплаканные». Товарищи товарища Пака вряд ли плачут – не мужское это поведение, но на сердце и у них, и у их семей тяжело.

КНДР. ДФО > Миграция, виза, туризм > carnegie.ru, 21 декабря 2017 > № 2435903 Андрей Ланьков


Россия. ДФО > СМИ, ИТ > comnews.ru, 21 декабря 2017 > № 2431083

ТТК и РТРС оцифровали Якутию

Мария Андреева

АО "Компания ТрансТелеКом" (ТТК) и ФГУП "Российская телевизионная и радиовещательная сеть" (РТРС) реализовали в Якутии масштабный проект по обеспечению доступа жителей региона к цифровому телерадиовещанию в рамках ФЦП "Развитие телерадиовещания в Российской Федерации на 2009-2018 гг.". Доступ к цифровому ТВ и радио получили 95% жителей Якутии. Как заверили участники проекта, строительство сети наземного цифрового телевещания в Якутии стало самым большим по масштабу проектом в России и в мире.

Заместитель генерального директора РТРС Олег Адамов во время торжественного мероприятия, посвященного завершению проекта, уточнил, что РТРС завершила строительство сети вещания пакета цифровых телеканалов РТРС-1 (первый мультиплекс) в Республике Саха. 95% жителей республики получили доступ к 10 общероссийским обязательным общедоступным телеканалам.

Что касается остальных 5%, то, как отметил министр связи и информационных технологий Республики Саха Александр Борисов, в настоящее время руководство республики ведет переговоры с двумя крупными спутниковыми операторами - ООО "НТВ–Плюс" и НАО "Национальная спутниковая компания" ("Триколор ТВ"). Они должны будут обеспечить оставшимся жителям республики доступ к спутниковому телевидению. "Наша основная задача на сегодняшний день - это первый мультиплекс. И она практически решена. Следующая наша задача - это второй мультиплекс, которую, я надеюсь, решим до конца следующего года", - добавил он.

ТТК выступил подрядчиком по строительству объектов связи в Якутии. По контракту, оператор запустил в эфирное вещание 150 телевизионных станций на территории региона. В настоящий момент около 1 млн жителей республики получили возможность бесплатно смотреть телеканалы и слушать радио в цифровом формате. В ТТК и РТРС корреспонденту ComNews не уточнили, какова стоимость проекта.

Александр Борисов сообщил, что ТТК построил 150 объектов наземного цифрового телерадиовещания из 211. "Каждая построенная в Якутии станция является уникальной инженерной единицей с учетом особенностей рельефа, метеорологических условий и расстояний, с которыми справлялись специалисты. Участие в реализации ФЦП для нашей компании является ответственной и масштабной задачей, с которой мы, несмотря на сложности, с успехом справились", - подчеркнул президент ТТК Роман Кравцов. Он отметил, что территория республики сопоставима с размером Индии, но команда подрядчиков справилась с масштабом работы.

"Основной сложностью при реализации проекта была транспортная логистика. Потому что расстояние до объектов, куда мы доставляли оборудование и материалы, могло достигать 3000 км. Кроме того, нам приходилось работать на объектах при температуре ниже минус 50 градусов. У нас останавливалась техника, не могли работать краны, а люди продолжали работать даже в таких погодных условиях", - сказал президент ТТК. Он уточнил, что для реализации проекта на территории республики ТТК мобилизовал более 200 специалистов, оснащенных всеми необходимыми материально-техническими ресурсами.

И в ТТК, и в РТРС отметили, что проект по доступу к цифровому ТВ и радио в Якутии стороны должны были реализовать в кратчайшие сроки, до конца текущего года. Всего за три года специалисты ТТК построили телевизионные станции на всей территории республики, площадь которой составляет более 3 млн кв. км. "Строящиеся объекты связи находились на расстоянии до 2,7 тыс. км от центра управления проектом и основного логистического хаба в Якутске с различной степенью транспортной доступности. Строительные бригады, многотонная техника и конструкции антенно-мачтовых сооружений перебрасывались по земле, воде и воздуху", - заметили в ТТК. Напомним, что ранее ТТК завершил строительство сети цифрового наземного телерадиовещания в Псковской области и Республике Карелия. По итогам работ, выполненных компанией в различных регионах, доступ к цифровому телевизионному вещанию получат 1,8 млн россиян.

Другие операторы связи также реализуют проекты совместно с РТРС по доступу к цифровому телерадиовещанию. В ПАО "Ростелеком" рассказали, что большую работу по взаимодействию с РТРС оператор проводит на местном уровне между Областным радиотелевизионным передающим центром (ОРТПЦ) и филиалами "Ростелекома". "В частности, в августе мы рассматривали возможность обеспечения наземной сети доставки до объектов РТРС в Ярославской области между Ярославским ОРТЦ и филиалом "Ростелекома", - отметили в компании.

Россия. ДФО > СМИ, ИТ > comnews.ru, 21 декабря 2017 > № 2431083


КНДР. ДФО > СМИ, ИТ > mirnov.ru, 19 декабря 2017 > № 2487944 Никита Кричевский

КОСМОС КАК ПРЕДЧУВСТВИЕ. НЕ САМОЕ ХОРОШЕЕ

Никакая страховка не может оправдать неудачи в запуске ракетной техники.

Как известно, очередной неудачей для отечественной космонавтики закончился запуск с космодрома Восточный ракеты-носителя «Союз-2.1б» с разгонным блоком «Фрегат». Он должен был доставить на орбиту российский спутник «Метеор-М» и еще 18 малых космических аппаратов. Должен был, однако разгонный блок со спутниками упал в океан.

Причины неудачного запуска аварийная комиссия Роскосмоса озвучила. Согласно выводам специалистов, к падению «Фрегата» привело «непрогнозировавшееся поведение разгонного блока после его отделения от ракеты-носителя». А глава Роскосмоса Игорь Комаров на конференции «Космос как бизнес», состоявшейся 12 декабря, поспешил успокоить общественность тем, что сумма страховки - 2,6 млрд рублей - полностью покроет все понесенные убытки.

Тем временем интернет продолжает бурлить и иронизировать по случаю очередной неудачи: «Разгонный блок столкнулся с небесной твердью», «Так мы ж доказали, что Земля плоская!» Но мы решили выслушать и мнения серьезных людей.

- На мой взгляд, существуют две взаимоисключающие причины того, почему наши ракеты падают, а северокорейские, наоборот, успешно запускаются, - говорит доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский. - Первая - чисто техническая: ошибки совершаются из-за несовершенства техники и оборудования. Вторая причина «зарыта» в технологической и общей дисциплине труда. Будь в России такой же строгий режим, как в Северной Корее, при котором за любую погрешность, а тем более за воровство или просто разгильдяйство сажали в тюрьму, подобных случаев было бы значительно меньше. Впрочем, я не исключаю и фактор случайности.

- Сравнивать Россию с КНДР в плане развития ракетной техники смысла нет - слишком большая разница, - вступает в разговор директор Института актуальной экономики Никита Исаев. - Отправить баллистическую ракету без полезной нагрузки на 960 км в море - это совсем не то же самое, что поддерживать собственную пилотируемую программу, иметь собственные уникальные спутники и регулярно совершать запуски.

Однако это не отменяет системных проблем в отрасли. Россия действительно теряет позиции в том, в чем всегда была сильна, - в доставке грузов в космос. Последние срывы и аварии происходят по совершенно нелепым оплошностям. То припой не тот использовали при постройке двигателей для «Протона», то при подготовке к пуску ангольского спутника забыли вытащить заглушки из трубопровода. Вот и в последнем неудачном запуске, возможно, виноват человеческий фактор. Налицо снижение качества производства.

И проблема не только в том, что при аварии теряются спутники и заказчикам приходится терять время и ждать изготовления новых. Каждая авария увеличивает стоимость страховки. В итоге заказчики стремятся выбирать другие варианты.

Тем временем частная компания SpaceX в этом году совершила 15 пусков, и все успешные. В планах еще три. То есть весь Роскосмос тягается с одной частной компанией, создавшей ракету-носитель за несколько лет, потратив на это почти в семь раз меньше средств, чем было потрачено на «Ангару», которая так пока и не летает.

Преимуществом «Союзов» всегда была низкая цена. Но теперь с учетом страховки она сравнима со стоимостью отправки груза на более тяжелом «Фальконе» от SpaceX. Что имели - не сохранили, а новое не создали.

Андрей Князев,

Евгений Малякин

КНДР. ДФО > СМИ, ИТ > mirnov.ru, 19 декабря 2017 > № 2487944 Никита Кричевский


Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 19 декабря 2017 > № 2447389 Сергей Цивилев

Сергей Цивилев: Компания "Колмар" создает комфортные условия для жизни в ДФО

Проблема кадрового дефицита стала одной из горячих тем прошедших в Москве Дней Дальнего Востока

Угледобывающая комания "Колмар" ведет работу над привлечением сотрудников со всей России для работы на Дальний Восток и реализует ряд социальных проектов в регионе. Об этом заявил в пятницу, 15 декабря, генеральный директор компании "Колмар" Сергей Цивилев на пресс-брифинге в рамках Дней Дальнего Востока в Москве, передает корр. ИА PrimaMedia.

— Проблема развития человеческого капитала стоит перед нами особенно остро. Наша компания развивается быстрыми темпами. На сегодня у нас работает 2600 человек. На обогатительной фабрике "Денисовская", запускаемой в феврале этого года, будет работать 400 человек. На "Инаглинскую-2" мощностью в 12 млн тонн нужно будет еще 3000 человек. К концу 2019 число сотрудников в порту Ванино будет увеличено на 440 человек. К 2021 годы планируется мы будем перерабатывать до 20 млн тонн угля, — сказал Сергей Цивилев.

По его словам, потребность в кадрах на Дальнем Востоке колоссальная.

— Мы стараемся завлечь людей, предлагая им интересную работу. Мы закупаем самую современную технику, используем самые передовые технологии в отрасле. Стараемся создать условия для проживания людей, чтобы они захотели работать на нашем предприятии. Стараемся заинтересовать молодых людей, которым не интересно работать на старой технике. И те рабочие места, которые мы предоставляем, очень интересны для молодежи, — подчеркнул директор компании.

Сергей Цивилев добавил, что у компании есть своя гимназия, однако 9695% ее выпускников поступают на бюджетное обучение в вузы по всей стране и обратно на Дальний Восток мало кто из них возвращается.

— Вслед за детьми из региона уезжают и их родители. Это тенденция, к сожалению. Необходимо ее менять. Надо создавать комфортные условия жизни на Дальнем Востоке. Этот регион имеет огромный потенциал. Там красивая природа и много возможностей для развития, — сказал Сергей Цивилев. — Для молодых людей, чтобы они оставались в регионе, нужны не только высококвалифицированные рабочие места, но жилье, медицина, образования, места отдыха. Когда все это будет создано, тогда в регион поедет множество людей из других субъектов РФ.

Заместитель генерального директора компании "Колмар" Анна Цивилева обратила внимание на то, что социальный пакет, предоставляемый компанией, является одни из лучших на Дальнем Востоке.

— Мы не только оплачиваем образовательные программы, но заботимся и о здоровье, организуем досуг нашим сотрудникам и их семьям. Мы построили "ледовый дворец", где сотрудники могут заниматься спортом. Дети из нашей гимназии в прошлом году смогли занять призовое место на соревнованиях по хоккею. Кроме того, мы занимаемся оздоровлением наших сотрудников, оплачиваем им занятия спортом, фитнесом.

Наши сотрудники отдыхают в оздоровительных лагерях и санаториях, получают хорошую медпомощь. Мы заключили соглашение с Центральной дирекцией здравоохранения — филиалом ОАО "РЖД". Теперь сотрудники "Колмар" смогут проходить периодические, предрейсовые и предсменные медицинские осмотры на базе поликлиник и медпунктов "РЖД". Кроме того, при необходимости их будут экстренно госпитализировать в клиники "РЖД" в Красноярске, Хабаровске, Иркутске и Новосибирске. Мы делаем все, чтобы они жили комфортно и интересно в таком регионе, как Дальний Восток, — заключила Анна Цивилева.

Напомним, на Днях Дальнего Востока в Москве поднималась проблема дефицита квалифицированных кадров в регионе. В ходе ВЭФ-2017 президент РФ Владимир Путин поручил разработать программу подготовки кадров для ключевых отраслей дальневосточной экономики. — Я прошу правительство, Минвостокразвития, Минобрнауки совместно с Агентством по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке разработать соответствующую программу. Причем особый упор сделать на развитие образования, профессиональные ориентации, поддержку молодежи на рынке труда, — сказал президент.

Дальний Восток сегодня – один из наиболее динамично развивающихся регионов страны, — заявили участники мероприятия. Вместе с развитием дальневосточных предприятий, торгово-экспортных отношений со странами Азиатско-Тихоокеанского региона, растут и кадровые потребности инвесторов, но региональный рынок труда не вполне отвечает им.

В Республике Саха (Якутия) сегодня дефицит кадров достиг 9 000 человек. К 2021 году эта цифра может вырасти в несколько раз. После выхода на полную мощность инвестиционных проектов компании "Колмар" для работы в угледобывающей компании необходимо будет привлечь еще 3000 человек. Для того чтобы обеспечить кадрами новые предприятия, компания "Колмар" подписала Соглашение о стратегическом партнерстве с Агентством по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке, созданном правительством для обеспечения кадрами предприятий ТОР и СПВ.

Россия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 19 декабря 2017 > № 2447389 Сергей Цивилев


Россия. ДФО. ЦФО > Химпром > amurmedia.ru, 15 декабря 2017 > № 2447375 Вячеслав Барков

Наши дезсредства применялись для подготовки космических аппаратов - директор АО Новодез

Вячеслав Барков рассказал о продукции своей компании и перспективах развития производства дезинфицирующих средств на Дальнем Востоке

Дезинфицирующие средства от АО НПО "Новодез" единственные были отобраны итальянскими специалистами для обработки космического аппарата, запущенного на Марс, поведал аналитическому обозревателю ИА AmurMedia Евгению Никитенко генеральный директор компании Вячеслав Барков. Руководитель предприятия, недавно открывшего в Хабаровске новый завод по производству дезсредств, рассказал о достижениях компании, причинах выбора Дальнего Востока для размещения нового производства и возможностях регионального рынка.

— Когда появилась компания "Новодез"?

— Компания "НПО Новодез" создана и начала работать в 2001 году. Мы единственная в своем направлении компания в России с полным циклом производства, начиная с синтеза одного из основных компонентов сырья и заканчивая большим ассортиментом готовой продукции. "Новодез" может похвастаться более чем 100 наименованиями видов продукции, официально зарегистрированными в установленном порядке через Роспотребнадзор, как того требует законодательство. Компания вкладывает огромные ресурсы в развитие науки и новые продукты, в частности речь идет об использовании новейших действующих веществ и химических соединений, которые могут повлиять на качество и эффективность продуктов. Мы выпускаем, как правило, высококонцентрированные продукты, включающие всю линейку используемых в медицине дезинфицирующих средств.

— Наверняка сфера применения вашей продукции намного шире...

— Так и есть. Нами, к примеру, разработана большая линейка чистящих и моющих средств, также направленная на противомикробное воздействие. Есть у нас моющие и дезинфицирующие средства для потребительского и профессионального рынков, а их антимикробное действие уменьшает возможность инфицирования в быту, в различных учреждениях, предприятиях сельского хозяйства и пищевой промышленности.

— Значит условно продукцию "Новодез" можно охарактеризовать как "профессиональная бытовая химия"?

— Да, в первую очередь это профессиональная химия и бытовая химия со всеми необходимыми профессиональными добавками, что также улучшает ее качества для бытового применения.

— Вы ориентируетесь исключительно на российского потребителя? Не задумывались ли о выходе на международный рынок?

— Каждый год мы выделяем большие ресурсы на разработку, апробацию и проведение дополнительных испытаний нашей продукции во многих отраслевых институтах, что дает возможность проверять эффективность данных препаратов в различных направлениях. Плюс те технологии, которые применяются на производстве, позволяют смело отвечать за качество препаратов и стабильность применяемых растворов. Кроме того, мы единственное в России предприятие по производству дезинфицирующих и моющих средств, лицензированное по стандарту GMP. По российскому законодательству, он не требуется для подобных предприятий. Однако без этого стандарта менеджмента качества невозможно поставлять продукцию за рубеж, потому что любая, даже африканская страна, с которой мы вели переговоры, при рассмотрении возможности экспорта продукции задавала вопрос о его наличии. Стандарт GMP на нашем предприятии проверяется Институтом стандартов Израиля, который ежегодно присылает к нам свою делегацию, проверяющую, как происходит производство продукции, как осуществляется менеджмент качества, и то, соответствует ли предприятие установленному стандарту. Мы успешно проходим эти проверки, и в последний раз даже получили сразу двухгодичный сертификат соответствия. Подразумевается, что специалисты все равно будут каждый год проводить проверки, но сам сертификат будет выдан на более длительный срок.

— Продукция "Новодез" поставляется во все регионы или только туда, где физически присутствуют ваши заводы?

— В России наша продукция используется во всех регионах. Более того, она применяется даже для такой программы, как "ЭкзоМарс". Когда на Марс запускался последний спутник по международной программе, площадкой стал Байконур, а оборудование и спутник были европейскими, и поэтому в Россию приезжали итальянские конструкторы. Согласно европейскому стандарту "ЭкзоМарс", любой летательный аппарат, отправляемый в космос, должен обладать особой чистотой. Итальянцы, готовившие спутник, привезли с собой итальянские же средства для обработки, но в процессе подготовки аппарата и сопутствующих научных исследований выяснилось, что при помощи итальянских средств добиться должной стерильности не удалось. Тогда в срочном порядке работники НПО им. Лавочкина кинулись искать похожие средства в России. В независимой лаборатории была проверена продукция многих производителей, но остановились только на одном, которое производится нами. Оно и использовалось для обработки данного спутника. Отмечу, что многие ученые и специалисты в области эпидемиологии исследовали и использовали наши средства как антисептики для обработки ран пациентов.

— Вы упоминали, что применяете инновационный подход к разработке новых моющих средств и выделяете деньги на развитие науки — о чем конкретно идет речь?

— Помимо того, что мы широко инвестируем деньги в науку, в лабораторную базу, у нас также осуществляется и собственный входной контроль сырья, поступающего на предприятие, и выходной контроль продукции. Мы гарантируем качество каждой партии и соответствие всем высоким стандартам, которые мы заявляем. Далеко не все предприятия, выпускающие дезинфицирующие средства, обладают собственной лабораторной базой, полностью оснащенной для осуществления входного и выходного контроля, у нас все это есть. Плюс образец того или иного средства с каждой партии хранится более того срока, что указан на упаковке, потому что мы проводим систематические испытания на возможность расширения и увеличения срока годности продуктов и влияния на них внешних факторов, таких как температура замерзания и нагревания, возможность сохранения этими средствами физико-химических свойств при экстремальных температурах.

— Для РФ это очень важный вопрос, потому что, допустим, при транспортировке в зимний период из Москвы и Хабаровск средства проходят такой длительный путь в контейнерах, что не факт, что после замерзания физико-химические свойства средства будут сохранены. Институтами дезинфектологии и микробиологии, которые серьезно занимаются этой проблемой, доказано, что при замерзании и доведении средства до определенных отрицательных температур с последующим размораживанием его физико-химические свойства могут меняться, как и эффективность. Думаю, никому не хотелось бы попасть в больницу, где обработку проводили неэффективными средствами или средствами, которые потеряли свои свойства из-за перепадов температурных режимов. Не забывайте и про такие ситуации, как хранение средств на улице в жару или мороз, даже в момент перегрузки или транспортировки из контейнера на склады. Продукция "Новодез" сохраняет свои свойства даже в таких экстремальных условиях.

— Вы заявляли, что открытие производства в Хабаровске позволит снизить стоимость дезинфицирующих средств на 30, а возможно и 40% для потребителя. Как это возможно?

— Еще в 2015 году мы приняли внутреннюю программу развития предприятия. И одна из ключевых задач в ней — приблизить производителя к потребителю. Сегодня тенденция на рынке дез. средств такова, что в основном ими торгуют фирмы-дилеры, представители и перекупщики. Естественно, это ведет к удорожанию дезинфицирующих средств. В условиях дефицита и проблем с бюджетом это приводит к необоснованности затрат, в том числе и транспортных, потому что в любом средстве наиболее важным компонентом является вода. И не просто вода, а вода, прошедшая определенную водоподготовку, практически на уровне дистиллированной.

— Но вода остается водой, и ее перевозка потребителю, особенно в таких регионах, как Хабаровский край, ведет к заметному увеличению конечной стоимости продукции. Поэтому возможность создания подобных предприятий, таких, как наш инвестпроект по производству дез. средств на Дальнем Востоке, приведет к экономии бюджета и уменьшению стоимости самих средств для потребителей и неважно медучреждение это или обычный покупатель. Мы, как бизнесмены, заинтересованы в прибыли, поэтому хотим сэкономить средства и повысить рентабельность, а предприятия-потребители смогут сэкономить бюджет и на те же деньги купить больше дез. средств. Не секрет, что во многих регионах в больницах дез. средства покупаются по остаточному принципу, и далеко не всегда они могут купить то количество, которое предписано санитарными правилами и нормами. Поэтому они вынуждены либо покупать меньше, либо более концентрированные средства для того, чтобы уложиться в имеющуюся сумму денег. Именно эту проблему мы и поможем решить.

— Какие из заводов компании вы могли бы отметить?

— Наш основной завод находится в Ногинске. Сейчас, кстати, на этапе запуска находится предприятие в Казани. Это большой завод, и первый его пуск намечен на конец декабря, а войти в серийное производство он должен уже в январе. Завод же, открытый недавно в Хабаровске, – это лишь первая часть проекта, но уже на этом этапе он позволяет не только фасовать, но и производить продукты, тем самым экономя средства. Причем этот завод полного цикла может полностью обеспечить потребности Хабаровского края и близлежащих регионов. Следующий этап развития хабаровского завода предусматривает увеличение мощностей, чтобы обеспечить потребности всего Дальнего Востока и выйти, возможно, на экспорт в Китай, который у вас "за речкой", что также позволит сохранить транспортную составляющую и быть конкурентоспособными в том числе на китайском рынке.

— Если открытый в Хабаровске завод — это только первый этап развития производства, то в какую сумму обойдется весь проект?

— Программа развития данного инвестпроекта предусматривает вложение в общей сложности более 120 миллионов рублей. Уже было вложено свыше 10 миллионов рублей. При этом развитие завода — это поэтапный процесс, четко прописанный в программе, утвержденной "Корпорацией развития Дальнего Востока" в рамках развития ТОР. Было подписано соглашение, данный инвестпроект оказался значимым и существенным для развития и освоения территории опережающего социально-экономического развития, ведь вовлечение малого и среднего бизнеса, коим мы являемся, в данную инвестпрограмму – серьезный фактор как с нашей точки зрения, так и с точки зрения правительства дальневосточного региона, Хабаровского края и "Корпорации развития Дальнего Востока".

— Почему выбрали именно Хабаровск, который на тысячи километров удален от основных рынков? Ведь очевидно, что практически любой западный регион куда интереснее с точки зрения развития продаж хотя бы в силу более развитой инфраструктуры и в разы большего населения.

— Президент России Владимир Путин назвал развитие Дальнего Востока одним из приоритетных направлений политики и мы верим, что регион действительно сможет развить свой потенциал и воспользоваться предложенной ему поддержкой государства. Поскольку мы ответственно подходим к этому бизнесу, мы не могли не откликнуться на призыв президента по поводу развития ДВ. Поэтому, отвечая на ваш вопрос, — мы, как бизнес, ориентируемся на вектор государственной политики.

Наша компания ответственно подходит к этому бизнесу. Мы не просим никакой финансовой поддержки, стараемся развиваться за счет собственных средств, приносить в регионы собственные инвестиции.

— Конечно, мы не стали прыгать в новый для себе регион с "завязанными глазами". Нами заранее были проведены переговоры с полпредом президента на Дальнем Востоке Юрием Петровичем Трутневым. С нашей стороны было высказано предложение инвестировать средства в развитие ДВ. Он заинтересовался проектом. Хотим подчеркнуть, что на территории ДФО сегодня, кроме этого нового предприятия, нет ни единого завода, ничего из дезсредств на ДВ не производится. Естественно, он отозвался положительно, предложил посмотреть площадку именно на территории Хабаровского края, после чего и начался этот инвестиционный проект.

— На рынках, в том числе и дальневосточных, представлено множество известных зарубежных брендов. При этом ранее вы говорили, что собираетесь охватить не только наш регион, но и Китай. Вы уверены, что продукция "Новодез" сможет конкурировать с всемирно известными компаниями?

— Хороший вопрос, но раз уж вы об этом заговорили, давайте затронем еще один важный момент — импортозамещение. Мы в первую очередь импортозамещающее предприятие. Помимо той большой линейки, которую мы производим, и которая ранее была представлена в России, мы зарегистрировали и начали успешно производить те средства, которых раньше не было у нас, а только на Западе. Мы заявляем, что наши средства нисколько не уступают по качеству, по некоторым параметрам даже превосходят, при том, что в цене по некоторым позициям в 3 раза ниже. Более того, мы уже больше года назад подали весь перечень своей продукции со всей необходимой документацией в Министерство промышленности и науки РФ для того, чтобы подтвердить страну происхождения наших средств. Буквально неделю назад мы получили окончательное заключение. Несколько управлений министерства рассматривали нашу продукцию в зависимости от ее принадлежности к тому или иному ведомству. Мы получили официальное заключение о том, что вся наша продукция, поданная для признания ее российской, таковой признана. А это гарантия того, что несмотря на любые геополитические проблемы, регионы всегда будут обеспечены качественными и доступными дезинфицирующими средствами.

Россия. ДФО. ЦФО > Химпром > amurmedia.ru, 15 декабря 2017 > № 2447375 Вячеслав Барков


Россия. ДФО > Медицина > amurmedia.ru, 11 декабря 2017 > № 2451608 Сергей Фургал

Сергей Фургал: В медицине должен быть первичен человек, а не деньги

О проблемах здравоохранения региона - в интервью с депутатом Госдумы от Хабаровского края Сергеем Фургалом

Депутат Государственной Думы (ГД) от Хабаровского края, первый заместитель председателя комитета ГД по охране здоровья Сергей Фургал рассказал в интервью AmurMedia о своём видении решения самых актуальных проблем медицины в регионе. Были затронуты темы жалоб пациентов психоневрологических диспансеров, длинных очередей в районных больницах, нехватки врачей на селе и телемедицины. Отдельными темами разговора стали необходимость вакцинации от гриппа и регулярно появляющийся смог в Хабаровском крае, который, помимо прочего, провоцирует обострение хронических заболеваний у граждан, передаёт корреспондент ИА AmurMedia из Москвы.

Сергей Иванович, нам известно, что до того, как вы стали депутатом, вы работали врачом. Расскажите коротко о себе, своём профессиональном опыте.

Я родился в многодетной семье, 10 ребёнок. В 16 лет я поступил в Благовещенский государственный медицинский институт, закончил его. 8 лет проработал врачом, сначала терапевтом, потом неврологом.

После стал депутатом Хабаровского краевого собрания, затем – депутатом Госдумы, где работаю уже 3 созыв. Изначально я работал зампредседателя комитета по делам федерации и региональной политики. Потом комитет выполнил свои функции и был реформирован, и я перешёл в комитет по охране здоровья. Сейчас я первый заместитель председателя этого комитета. Помимо медицинского, имею второе высшее образование – закончил Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

С проблемами медицины, в том числе в регионе, вы знакомы более чем хорошо. Наверняка вам известно, что в Хабаровском крае поступают жалобы от пациентов психоневрологических интернатов на плохое обращение. Иногда даже доходит до уголовного разбирательства, как в КГБУ "Комсомольский-на Амуре дом-интернат для престарелых и инвалидов", где идёт проверка по уголовному делу о мошенничестве в особом крупном размере. Как решить эту проблему? Ведь тут необходимо учитывать специфику больных…

Эта проблема была ещё во времена СССР. Надо понимать, что психоневрологическая служба в то время была подчинена не Минздраву, а КГБ. Соответственно, служба была полностью закрытой, никакой информации никуда не поступало. Даже бытовало мнение, что всё это вроде как лишнее, бесполезное. Сегодня же ситуация тоже плачевная: финансирования нет практически никакого, зарплаты сотрудников очень низкие, сами помещения диспенсеров ветхие, как правило деревянные.

Но главная проблема в том, что вопрос психоневрологических интернатов никому не интересен, в прессе поднимается мало. Вот и получается, что больные, которые там находятся, ущемлены в своих правах. Они не могут пожаловаться, а если и жалуются, то жалобы не являются основанием для проверок и так далее. С одной стороны, этот вопрос не хотят решать те структуры, которые должны это делать, с другой стороны — общество за этим не следит, СМИ не освещают проблему. Как было это направление закрытым в СССР, так и осталось.

Как решить вопрос? Только кардинальным образом. Необходим новый закон и реформирование все системы медицины. Нужны новые помещения, новые условия содержания и лечения и другие, мотивированные, сотрудники. Но самое главное – надо изменить отношение общества к этой важнейшей проблеме.

Ещё один вопрос. В районных больницах Хабаровского края очень большие очереди. Из-за того, что не хватает врачей на местах, люди вынуждены приезжать в районные больницы, тратить на это большое количество времени и сил. Почему сложилась такая ситуация?

Об этой проблеме я говорю уже больше 10 лет. Почему это произошло? С одной стороны, в России началось развитие высокотехнологичной медицинской помощи, и добились хороших результатов. Но с другой стороны, было практически полностью уничтожено первичное звено в медицине — фельдшерско-акушерские пункты, участковые больницы.

Объясню вам на примере. Возьмём Михайловский район Амурской области. В длину этот район порядка 90-100 км. Как раньше было: центральная районная больница, плюс в одном конце района была одна участковая больница, на другом – другая, и в каждом населённом пункте были фельдшерско-акушерские пункты. Сейчас же участковые больницы закрыли, ФАПы сократили. И в районе, где проживает 19-21 тысяча человек, осталась только одна центральная районная больница. Естественно, её не хватает. Как врач скажу вам, что принять 50 человек за день невозможно.

Вторая причина нехватки врачей — оплата труда медработников. Если человеку мало платят, у него нет жилья, мотивации к дальнейшему продвижению на работе, он работать и не будет. В итоге, работающие врачи уходили на пенсии, а новые приезжать на село перестали. Они предпочитали оставаться в крупных городах или вообще уходить из медицины. Возник тотальный дефицит врачей. И для того, чтобы решить ситуацию, была запущена программа "Земский доктор", согласно которой врач, переезжающий работать в сельскую местность, получает 1 миллион рублей на благоустройство.

Однако тут надо понимать специфику Дальнего Востока. В регионе проживает 6,2 миллиона человек, идёт отток населения. Есть тотальная нехватка медперсонала. Возникает вопрос: можно ли решить проблему перераспределением врачей? Ведь если откуда — то убирается, то где-то прибавляется. Если в какое-то село приехали врачи, то в других их будет по-прежнему не хватать. Поэтому проблему надо решать комплексно. Если создавать хорошие условия для приезжих, но плохие для местного населения, можно получить социальный конфликт. Значит, нужно создавать условия для местных. Но закон един для всей страны, а должна быть региональная специфика. В этой связи, по моему мнению, для развития региона, и в том числе, решения проблем медицины, необходим специальный закон о Дальнем Востоке. После этого можно будет преступать к решению конкретных задач.

Не так давно глава региона Вячеслав Шпорт заявил о том, что "Ростелеком" планирует начать строительство новых линий связи, которые позволят подключить к высокоскоростному интернету больницы в отдаленных поселках Хабаровского края, а их жителям воспользоваться услугами телемедицины. Как вы оцениваете этот шаг и явление телемедицины в общем?

Телемедицина – вещь очень хорошая. Но важно помнить, что при онлайн диалоге пациента и врача должен быть ещё один врач, который занимается непосредственно лечением и вживую наблюдает больного. То есть, при отсутствии первичного медицинского звена в населённом пункте, оттого, что больной получит консультацию даже самого высококвалифицированного специалиста из другого региона, вряд ли можно ждать весомых результатов.

Простой пример. Человек вышел в интернет, врач провёл консультацию и сказал: у вас язвенная болезнь желудка. И что дальше? Лечение тоже будет проходить по интернету? Кто будет делать капельницы, уколы, брать анализы? Да, врач более высокой квалификации помогает в постановке диагноза и разработке тактики ведения больного. Но лечение – вещь крайне ответственная, тут нужно учитывать множество факторов. Проконсультироваться с более высококвалифицированным специалистом полезно, но окончательное лечение должен назначить врач на месте.

Хабаровский край часто страдает от задымления, дым приходит с китайской стороны. Из-за плотного смога растет число случаев обострения хронических заболеваний. Власти региона ни один раз направили официальное обращение в адрес губернатора провинции Хэйлунцзян о предотвращении пожаров и недопущении пожогов травы. Как можно повлиять на эту ситуацию?

Хабаровский край, Амурская область и Приморье попадают в так называемое "дымовое кольцо": горит не только в Китае, но и в регионах России. И это двойная нагрузка. Но вопрос задымлений с китайской стороны нельзя решить на уровне региона. Должны быть межправительственные договорённости с КНР.

Причём это касается не только дыма. Есть трансграничные реки, которые очень грязные, в КНР туда сбрасываются стоки, отходы. А ведь Хабаровск, например, берёт воду из Амура, в который впадает китайская Сунгари. Поэтому эту проблему без внимания тоже оставлять нельзя – на кону здоровье людей.

Давайте поговорим о ещё одной актуальной теме – гриппе. В этом году специалисты ожидают первых "ласточек" в Хабаровске – лабораторно подтвержденных случаев гриппа – намного раньше, чем обычно приходится всплеск заболевания, в январе-феврале. Почему сложилась такая ситуация? И нужна ли вообще вакцинация?

Что такое грипп? Это вирусное заболевание, которое активизируется, грубо говоря, после холодов. То есть, пока морозы, он находится в спящем состоянии. Плюс ослабление организма, авитаминоз. Что касается вакцинации – я считаю, что прививаться надо. Но не всем, конечно, перед прививкой врач должен оценить состояние организма и так далее. Ну и не стоит забывать о традиционных способах закаливания, конечно.

С какими вопросами к вам чаще всего обращаются граждане во время приёмов?

Основной вопрос, с которым ко мне обращаются – оказание медицинской помощи. Люди хотят знать, когда и как они смогут получить бесплатное качественное лечение.

Очень много вопросов по медицинскому образованию. В последнее время в этой сфере произошли серьёзные изменения, которые я не поддерживаю. Так, по новому закону, отменена интернатура. Предполагалось, что таким образом увеличится количество врачей. Но на самом деле это глубокое заблуждение, потому сегодня у нас в стране тотальный дефицит узкопрофильных специалистов, а этим законом мы ещё больше уменьшаем их число.

Расскажу об одном случае, над которым я сейчас работаю. В Хабаровском крае перестали выдавать пациентам-диабетикам инсулин по рецептам, бесплатно. Это катастрофа, но катастрофа, которая почему-то происходит каждый год. Отсутствие инсулина приводит в итоге к ухудшению состояния людей, смертям и так далее. Конечно, вопрос надо решить. Но вообще это говорит о том, что мы недостаточно внимательно относимся к системе здравоохранение, нет понимания, что первичен человек. Не бюджет, деньги, а именно человек. И если мы сможем поменять отношение, приоритеты, решатся многие проблемы здравоохранения и улучшится качество жизни. Ведь известно, что нет ничего важнее здоровья.

Россия. ДФО > Медицина > amurmedia.ru, 11 декабря 2017 > № 2451608 Сергей Фургал


Россия. ДФО. ЦФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418365

Камчатка покажет свои преимущества в Москве.

Камчатский край собирается представить в рамках выставки «Дни Дальнего Востока в Москве» более 30 масштабных инвестиционных проектов, в том числе в рыбной отрасли.

Дни Дальнего Востока в Москве будут проходить с 8 по 16 декабря на разных площадках города. «Для выставки отобраны наиболее крупные и значимые для экономики края проекты. Их направления самые различные – это и развитие туристической отрасли, и создание новых производств в агропромышленном комплексе, и модернизация портовой инфраструктуры и аэропортов края. Часть проектов уже реализуется на площадках ТОР «Камчатка» и «Свободный порт Владивосток», – рассказали Fishnews в агентстве инвестиций и предпринимательства Камчатского края. – Для презентации проектов будут использованы современные мультимедийные технологии. На выставке регион представит интерактивный проекционный макет, который позволяет наглядно и информативно в анимированном виде показать основные данные о проектах с их привязкой к географической карте».

Посетители стенда узнают о 24 перспективных проектах площадок «Зеленовские озерки» и «Паратунка» территории опережающего развития «Камчатка» и 7 проектах, заявленных к реализации в свободном порте. Среди них – проект по созданию порта-хаба по комплексному обслуживанию рыбопромысловых судов и организации перевалки рефрижераторных и сухих контейнерных грузов, проекты по созданию рыбоперерабатывающих комплексов, переоборудованию и модернизации рыбопромысловых судов и ряд других.

«Также на региональном стенде Камчатского края в течение всей выставки будут работать информационные киоски с сенсорным управлением. Каждый посетитель самостоятельно, благодаря простой и понятной навигации, сможет познакомиться с предложениями от Камчатского края в области туризма, вакансий и получения дальневосточного гектара. Теме освоения земель Дальнего Востока уделено особое внимание организаторов. В инфокиоске «1 га на Камчатке» все желающие смогут получить исчерпывающие данные о свободных к предоставлению участках, узнают о примерах ведения успешного бизнеса на гектаре, все о процедуре получения земли и специальных мерах поддержки предпринимательства в крае. Посетить наш стенд приглашаем всех, кто рассматривает возможность связать свою жизнь и работу с удивительной Камчаткой», – отметили в агентстве.

Столица увидит красоты «земли вулканов»

На выставке будет представлена мультимедийная выставка уникальных фотографий и видеороликов красивейших видов Камчатки. Кроме того, все желающие смогут испытать свои силы на современном горнолыжном тренажере: его аналог стал одним из основных экспонатов края на Восточном экономическом форуме в сентябре.

В рамках культурной программы посетители познакомятся с творчеством национальных коллективов Камчатки: эвенским ансамблем «Нулгур» и ительменским фольклорным ансамблем «Эльвель». Фотозона региона будет посвящена традиционной камчатской гонке на собачьих упряжках «Берингия». На стенде «Рестораны регионов» Камчатка представит новую концепцию быстрой и функциональной еды из продуктов, которыми одаряет людей «земля вулканов». «Блюда из камчатского меню будут созданы по специальным рецептам, позволяющим сохранить всю пользу продуктов для организма», – отметили в агентстве.

Выставочная экспозиция в «Экспоцентре» будет работать с 14 по 16 декабря включительно. «Дальневосточная ярмарка» на Тверской площади будет проходить с 8 по 13 декабря.

Россия. ДФО. ЦФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418365


Россия. ДФО > Рыба. Судостроение, машиностроение. Транспорт > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418360 Владимир Бардык

Причина трагедий на море – нарушение элементарных правил.

Владимир БАРДЫК, Начальник Дальневосточного экспедиционного отряда аварийно-спасательных работ.

С января в Охотском море стартует сезон «А» минтаевой путины, а значит, на север вновь устремится более полутора сотен судов. Пока освобождать винты от намотанных снастей и чинить заглохшие двигатели будет только буксир «Преданный». ЛСС «Сибирский» выйдет в море весной, после капитального ремонта. О планах спасателей на ближайшее время и о том, как рыбопромышленникам уберечь флот и экипажи на непростом промысле, Fishnews рассказал начальник Дальневосточного экспедиционного отряда аварийно-спасательных работ Владимир Бардык.

– Владимир Викторович, в этом году остро встала проблема с финансированием отряда, три ледокольно-спасательных судна – «Суворовец», «Сибирский» и «Справедливый» – были выведены в отстой. Впоследствии Росрыболовство обещало помочь с деньгами на ремонт. Получится ли в ближайшее время вернуть спасательный флот в строй?

– «Сибирский» сейчас проходит первый этап ремонта, 25 декабря нам должны сдать пароход, уже объявлен аукцион на последующий ремонт. Судну нужно продлить документы на класс Российского морского регистра судоходства, это говорит о большом объеме работ. Надо отдать должное Росрыболовству, ведомство все-таки выделило деньги – 90 млн рублей, еще около 30 млн рублей отряд направил из собственных средств. 11 декабря пройдут торги, в которых будут участвовать три компании Приморского края: Находкинский судоремонтный завод, Славянский судоремонтный завод и ООО «СК Первомайское».

Планируем, что 31 марта 2018 года «Сибирский» отправится на дежурство. Такую задачу поставил заместитель руководителя Росрыболовства Петр Савчук.

У нас сменился главный инженер в составе аппарата управления, в отделе закупок новые люди, они стараются. Служба технической эксплуатации флота (СТЭФ) с приходом нового инженера «подтянулась» – и на пароходах бывают, и ремонтом занимаются, и судоремонтные предприятия подгоняют, все на контроле. Поэтому все должно пройти по плану.

В апреле в док зайдет уже «Преданный», его тоже нужно будет предъявлять регистру, деньги на этот ремонт опять-таки выделило Росрыболовство. Так что в итоге в строю будут два спасателя. К сожалению, не знаю, поставит ли федеральное агентство нас в целевую программу по «Справедливому», отряд подал документы на 2018 год. Если получим субсидии на ремонт, там, правда, большая сумма, то к концу следующего года у нас будут уже три спасателя на ходу. Если средств на «Справедливый» не найдется, тогда придется обходиться двумя судами. Но, конечно, все же это лучше, чем одно!

Сейчас мы берем курс на то, что спасательные суда будут находиться в море не по три-четыре месяца, а дольше, месяцев по шесть. Уже есть перевозчик для доставки продуктов и топлива. Экипажи будут меняться или с помощью транспортных судов, или во время захода спасателей во Владивосток на профилактический ремонт. К этому моменту уже будут проведены аукционы для верфей, быстрый ремонт – и вперед, на дежурство! Постараемся создать максимум комфортных условий для работы рыбаков.

– «Преданный» сейчас в Охотском море?

– Да, он вышел в очередной рейс 8 ноября, и будет в море до 15 апреля. Судно находилось на Южных Курилах, обеспечивало путину сайры, скумбрии и дальневосточной сардины (иваси). Сейчас «Преданный» поднимается на Северные Курилы, юг Камчатки. Правда, там ужасная погода: северо-западные ветра до 30 метров в секунду и высота волны метров до шести. Поэтому переход получается небыстрый, спасатель вынужден прятаться за островами.

– А как прошла пелагическая путина с точки зрения обеспечения безопасности? Много аварий было?

– Происшествий было немного, последние случаи: заглох главный двигатель и отправили на берег заболевшего члена экипажа. В целом пелагическая путина прошла достаточно спокойно: к нам не поступало ни аварийных радиограмм, ни другой информации о серьезных проблемах. За предыдущий рейс «Преданного» – с июля по конец октября – был только один аварийный случай – намотка на винт.

– Можно ли говорить, что ситуация на промысле сайры, скумбрии и иваси улучшилась в сравнении с предыдущими годами?

– В 2016 году эта путина тоже прошла спокойно, намоток не было. Да и флота в последние годы выставляется значительно меньше, чем при Советском Союзе. Тогда на сайре работало порядка ста судов! Сейчас сайры мало, и судовладельцы не особо хотят направлять суда на ее промысел. Когда флота было много, было больше и аварий, например, кошельковые неводы на винты наматывали. А сейчас и «кошельками» почти никто не ловит: оказалось, что добывать иваси близнецовым тралом лучше.

– А какие аварии наиболее характерны для минтаевой путины?

– Намотки на винт. Могут еще возникнуть проблемы с главным или вспомогательным двигателями, но в основном – намотки на винт. Потому что флоту приходится работать в тяжелых условиях, особенно когда лед уже становится. Они же в полыньях ловят: по 10-15 судов там друг за другом ходят, и кто-то может зацепить соседа.

Бывает, и свои тралы наматывают. Такое, например, на прошлой минтаевой путине случилось с БМРТ «Бородино». Я смотрел видеозапись – никогда такого раньше не видел: на винт намотали всю сеть полностью! Выручал рыбаков спасатель «Сибирский», водолазы около недели ныряли, резали и распутывали трал. Капитан траулера сначала удивлялся, почему так долго, а когда ему показали видео, схватился за голову. Таким образом судно потеряло и орудие лова, и много промыслового времени.

Наверное, мы от таких случаев никуда не уйдем, потому что намотки практически всегда происходят из-за человеческого фактора. Важны профессионализм, опытность капитана, судоводителя, людей, управляющих постановкой и выборкой трала.

– Неоднократно поднималась проблема с выбрасыванием за борт негодных сетей, которые потом возвращаются на винты.

– Выброшенных сетей очень много, в прошлом году Петр Степанович даже поставил вопрос о том, чтобы суда начали вести учет: куда они девают отработанный сетной материал. Чтобы его складировали на борту и учитывали вплоть до килограмма. Брошенные орудия лова – это серьезная проблема в экспедиции, поэтому мы начинаем за этим внимательно следить. В отряде есть капитаны старшего поколения, например, мои заместители Иван Павлович Лаптев и Анатолий Владимирович Цыганков. Они говорят, что раньше таких нарушений было гораздо меньше. А сейчас целые большие куски выбрасываются.

– В советское время лучше контролировали такие вопросы?

– Раньше никто особо не контролировал, просто менталитет, наверное, у людей меняется. Квалификация кадров понижается, кроме того, моряков почему-то не волнуют последствия. В прошлом все осознавали: пройдет другой пароход – рыбак или транспортное судно, – намотает на винт. А сейчас: «Мне все равно!» – отрезал, выбросил, побежал дальше.

Между тем негодную сеть можно применить с пользой. Я работал на транспортах, и мы выписывали на складах специальную дель для сепарации груза. Ее можно было заменить бэушным сетным материалом, который брали у рыбаков и тоже использовали для сепарации, отделяли сетью одну партию продукции от другой. Почему сейчас так не делают, не знаю. В трале несколько разных частей, возможно, какие-то из них все же используют, а что-то выбрасывают.

– Ожидается, что возможностей одного «Преданного» хватит, чтобы справиться с возникающими проблемами на путине?

– В советские времена на охотоморской путине работали два буксира. Но это далеко не первая путина, когда приходится обходиться одним. Прошлый год примечательный: время было тяжелое, и в Охотском море дежурили два спасателя – «Суворовец» и «Сибирский». Так как они сейчас ждут ремонта, то «Преданный» пока будет сопровождать экспедицию один. И это очень плохо, потому что ЛССы у нас имеют усиленный ледовый класс, они более мощные, более автономные, а у буксира «Преданный» и корпус более слабый, и двигатели. Но на безрыбье и сам рыбой станешь. Деваться некуда, и мы рады, что хотя бы этот пароход на путине будет, ведь охотоморская экспедиция – самая сложная. Поэтому постараемся как можно скорее вывести в море «Сибирского». Уже к концу ремонта мы намерены снабдить судно и продуктами, и водой, и топливом, обеспечить экипажем, чтобы на следующий день после принятия работ ЛСС уже было в море.

– Учитывая непростые условия со спасательной поддержкой, что бы вы могли пожелать, посоветовать рыбакам, на что им обратить особое внимание для безопасного промысла?

– Тут каких-то особых рекомендаций быть не может, нужно просто соблюдать установленные правила безопасности мореплавания. Не надо ничего придумывать, не надо быть семи пядей во лбу. Все уже прописано, причем кровью! Если не нарушать требования безопасности мореплавания, «нормативку», прописные истины из учебников, то вероятность трагического происшествия становится очень мала.

Вот почему произошла авария «Дальнего Востока»? Были нарушены элементарные требования по остойчивости судна и другие нормы безопасности. Кроме того, судовладелец набрал на работу низкоквалифицированных иностранцев, эти люди, может быть, даже не знали русского языка.

Это тоже проблема. Росрыболовство нам поручает проверять в отношении безопасности мореплавания компании, которым нужно согласование для привлечения иностранной рабочей силы. Они, кстати, должны согласовывать это и с профсоюзами, но почему-то не согласовывают.

В марте в Охотском море был пожар на судне «Каролина-33». Подошел «Сибирский» – увидели, что на палубе стоят то ли малазийцы, то ли филиппинцы. Капитан тут же пересадил иностранцев на другое судно, потому что они никакие в борьбе с огнем: ничего не знают, не обучены. Если приглашаешь работников из-за рубежа – будь добр, обучи их русскому языку и элементарным правилам техники безопасности.

Это сделать вполне реально, есть добросовестные компании, легально нанимающие иностранцев, например, северных корейцев. Как-то, проходя медкомиссию, я встретил в поликлинике человек 40-50 индонезийцев или малазийцев, получающих медкнижки для работы на судне. Судовладелец нашел на это время и средства. Знаю, что другая компания организовала специальные курсы для своих иностранных обработчиков – их обучают, как отрезать минтаю голову, а не себе руки. Кадры должны быть подготовленными и квалифицированными!

Алексей СЕРЕДА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. Судостроение, машиностроение. Транспорт > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418360 Владимир Бардык


Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 8 декабря 2017 > № 2417725

Более 1 тыс. участников программы «Дальневосточный гектар» обратились за господдержкой за последний год.

Господдержкой в рамках программы «Дальневосточный гектар» в этом году воспользовались 1 тыс. 95 ее участников, сообщил заместитель гендиректора Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке (АРЧК ДВ) Денис Кузин.

«По мерам поддержки: 1 тыс. 95 участников программы воспользовались этими мерами поддержки, общая сумма составила 158,7 млн рублей «, — сказал Д.Кузин, отвечая на вопрос агентства «Интерфакс — Дальний Восток» на пресс-конференции в Москве, посвященной «Дням Дальнего Востока в Москве».

Он также отметил, что на получение «дальневосточного гектара» подано более 106 тыс. заявок.

«На сегодня подано более 106 тыс. заявлений. Два дня назад было подано 106 тысяч 700 заявлений, выдано 33 тысячи земельных участков и еще по 8 тысячам принято решение о выдаче — сейчас они проходят кадастровый учет, поскольку это вновь образуемые участки», — пояснил заместитель гендиректора АРЧК ДВ.

По его словам, лидерами по заявкам на получение «дальневосточного гектара» стали Москва, Московская область, Санкт-Петербург, Ленинградская область и Краснодарский край.

«Москва и Московская область подали в целом около 3,5 тыс. заявок на «дальневосточный гектар». Санкт-Петербург и Ленинградская область — 1,2 тыс. заявлений. На третьем месте Краснодарский край — 672 заявления, но это тоже не удивительно, потому что в Краснодарском крае живет много дальневосточников, а земли там мало», — рассказал Д.Кузин.

По его словам, если в прошлом году большинство участников программы планировали использовать гектар для строительства жилых домов, то теперь акцент интереса сместился на сельское хозяйство.

«Сейчас 38% определившихся выбрали сельское хозяйство, 25% выбрали индивидуальное жилищное строительство, 15% выбрали личное подсобное хозяйство», — сообщил заместитель гендиректора АРЧК ДВ.

С 1 февраля получить в безвозмездное пользование участок на Дальнем Востоке может каждый россиянин. Согласно закону, земельный участок предоставляется на 5 лет на основании договора безвозмездного пользования. По истечении 5 лет участок можно арендовать или получить в собственность.

Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 8 декабря 2017 > № 2417725


Россия. ДФО > Транспорт. СМИ, ИТ > gudok.ru, 8 декабря 2017 > № 2416723

На Сахалине начнет курсировать «Книжный вагон». Во время поездки в пригородном поезде пассажиры могут воспользоваться его услугами, выбрав по вкусу интересный роман или поэтический сборник, сообщает пресс-служба пассажирской компании «Сахалин».

Проект инициирован пассажирской компанией «Сахалин» и Сахалинской областной универсальной научной библиотекой. Железнодорожники и сотрудники областной библиотеки поставили перед акцией цель поднять культуру чтения у пассажиров и помочь им провести с пользой время в пути.

На первом этапе реализации проекта библиотка передала в дар ПК «Сахалин» более 240 изданий различных жанров и направлений. Это произведения классиков, фантастика, детективы, исторические и любовные романы, научно-популярная литература, сборники рецептов по кулинарии. Кроме этого, для пассажиров будут проводиться интерактивные акции («Стихи в кармане», Буккроссинг и др.), знакомство с информационными материалами, посвящёнными творчеству известных писателей, принимавших участие в литературных проектах Сахалина.

Периодичность поступления новых изданий на полки «Книжного вагона» будет зависеть от пожеланий читателей. В специальной книге отзывов и предложений пассажиры смогут оставлять свои пожелания организаторам проекта и рассказывать о книжных пристрастиях и новинках, которые им хотелось бы прочесть. «Книжный вагон» будет пополняться литературой тех отраслей и жанров, которые интересны пассажирам. Библиотекой планируется также передача железнодорожникам и краеведческих изданий, рассказывающих об истории этого удивительного региона.

АО «Пассажирская компания «Сахалин» является перевозчиком пассажиров в дальнем и пригородном сообщении на железнодорожном транспорте на территории Сахалинской области.

Учредители компании – ОАО «Российские железные дороги» и Автономная некоммерческая организация «Центр организационного обеспечения структурной реформы на железнодорожном транспорте».

Компания оказывает услуги по перевозке пассажиров железнодорожным транспортом в дальнем и пригородном сообщении и реализации проездных документов в дальнем и пригородном сообщении.

Ирина Таранец

Россия. ДФО > Транспорт. СМИ, ИТ > gudok.ru, 8 декабря 2017 > № 2416723


Россия. ДФО > Транспорт. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449022 Александр Шишкин

Александр Шишкин: Развитая инфраструктура сделает ДФО интереснее для инвесторов

Зарубежные бизнес-миссии анализируют транспортную доступность регионов, отметил сенатор

Аэропорты на Дальнем Востоке должны быть способны увеличить пассажиропоток. Об этом заявил в среду, 6 декабря, сенатор от Хабаровского края Александр Шишкин, сообщает корр. ИА PrimaMedia (Москва).

- Развитие Дальнего Востока, масштабные проекты, развернутые в регионе, требуют современной инфраструктуры и повышения транспортной доступности. Это сделает привлекательнее регион не только для иностранных туристов, но и для различных бизнес-миссий. Потенциальные инвесторы, приезжающие на Дальний Восток из стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), смотрят, в том числе на транспортную доступность различных дальневосточных субъектов. Чем развитее в регионах логистика, транспортная инфраструктура, тем субъекты привлекательнее для инвесторов, — отметил сенатор в комментарии PrimaMedia.

По его словам, мероприятия по реконструкции дальневосточных аэропортов были учтены в "дальневосточном разделе" госпрограммы "Развитие транспортной системы РФ". В этом разделе также предусмотрены меры по господдержке обновления парка воздушных судов на Дальнем Востоке, используемых на местных воздушных линиях, добавил Александр Шишкин.

— Общий объем финансирования госпрограммы "Развитие транспортной системы России на 2010-2020 годы" на территории Дальнего Востока в 2017-2020 годах запланирован в размере 542,2 млрд руб., в том числе из федерального бюджета 215,6 млрд руб. Это значительные средства, — сказал сенатор, добавив, что необходимо контролировать их распределение.

Полпред президента в Дальневосточном федеральном округе, вице-премьер РФ Юрий Трутнев сообщил, что поручил провести служебное расследование после того, как на реконструкцию аэропортов Дальнего Востока не дошла часть бюджетных средств.

— Я дал поручение провести служебное расследование. Очень хорошо помню, как развивалась эта ситуация. Представители Минтранса сообщили, что деньги выделены, проекты разработаны, но госэкспертизу не прошли. Я задаю вопрос: почему не прошли? Они отвечают: экспертиза сочла, что они плохо разработаны, не соответствуют требованиям законодательства РФ", — сказал вице-премьер.

Напомним, председатель правительства РФ Дмитрий Медведев ранее на заседании Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона заявил, что транспортная доступность – это одна из основных проблем, с которой сталкиваются дальневосточники, и особенно это касается строительства и модернизации аэропортов.

— Понятно, что регион очень большой, слабозаселённый, работа малой авиации имеет критическое значение. Состояние инфраструктуры большинства объектов вообще не отвечает современным требованиям и становится препятствием при реализации инвестиционных планов и развитии туристических направлений, – сказал Дмитрий Медведев.

Россия. ДФО > Транспорт. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449022 Александр Шишкин


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449021 Ольга Курилова

Ольга Курилова: Наша задача - сделать Дальний Восток лучшим регионом для ведения бизнеса

ИА AmurMedia представляет интервью руководителя дальневосточного представительства Агентства стратегических инициатив

Агентство стратегических инициатив в пятницу, 8 декабря проведет в Хабаровске мероприятие, на котором подведет итоги и обсудит планы работы в Дальневосточном федеральном округе. В преддверие события руководитель дальневосточного представительства Агентства Ольга Курилова дала эксклюзивное интервью корр. ИА AmurMedia.

— Ольга Сергеевна, расскажите про деятельность АСИ на Дальнем Востоке. Какие сегодня приоритеты у АСИ? В каком направлении вы двигаетесь?

— Приоритеты у нас остаются прежними – улучшение инвестиционного климата в регионе. И перед нами стоит масштабная задача – к 2020 году вывести Дальний Восток в число регионов с лучшими в стране условиями ведения бизнеса, войти в ТОП-30. Сегодня ни один из дальневосточных регионов не входит в эту тридцатку по национальному рейтингу. Лучший из них, Хабаровский край, занимает 40-е место.

— Что нужно сделать регионам, чтобы улучшить свои показатели?

— Нужно перестроить свою работу, уйти в проектный формат, и как можно быстрее снизить административные барьеры, перевести все межведомственное взаимодействие в электронную форму. Это то, что поможет субъектам сократить количество процедур для бизнеса и сроки их проведения – ведь зачастую мы видим, что сроки получения различных разрешений сокращаются, но в то же время увеличивается количество шагов, которые необходимо предпринять бизнесу для налаживания полноценной работы. И власти стремятся нарастить это количество, что никак не идет на пользу бизнесу.

— Такая практика распространена только в регионах или это общефедеральный тренд?

— Год от года мы видим разную практику правоприменения федерального законодательства. Вроде бы вот он – закон, и на первый взгляд все понятно. Но внутри него есть масса отступлений, подзаконных актов, которые каждый субъект трактует по-своему, а дальше на региональном и муниципальном уровне появляются свои нормативные акты, отступления, регламенты и прочее, которые выгодны какому-то конкретному направлению. Отсюда возникают барьеры. Мы же просим исключить избыточность в этом плане. Для бизнеса важна скорость, темп работы, для него время – это деньги. Есть предприниматели, которые пытаются зайти в регион по два года, ждут различных согласований и разрешений, а потом разворачиваются и уходят. В итоге мы видим где-нибудь на Урале новую медицинскую клинику, которая должна была быть построена на Дальнем Востоке.

— И много таких случаев?

— Достаточно. Но за последние два года их количество уменьшилось, потому что региональные власти развернулись к бизнесу. На различных совещаниях мы говорим о том, что властям на местах нужно выполнять социальные обязательства, улучшать качество дорог, строить инфраструктуру и так далее. Для чего это нужно? Деньги в бюджет идут не только от того, что в регионе реализуются крупные инвестпроекты, а еще и от того, что здесь есть хорошие условия для малого и среднего бизнеса. Эти небольшие предприятия дают работу людям, платят налоги, заботятся о городах и их привлекательности: кто-то облагораживает двор, строит спортивную площадку, кто-то улучшает скверы и так далее. Одни показывают свою работу – в СМИ, в соцсетях, а другие нет, потому что считают, что так и должно быть. Когда наше агентство работает по части благотворительности, то зачастую узнаем, что бизнес уже помогает тем, кто нуждается. Есть вещи, которые нужно менять в сознании людей. Безусловно, для любого дела важна прибыль, даже, к примеру, для государственного медицинского учреждения – им важно заработать на коммерческой деятельности, разрешенной им законодательно, чтобы впоследствии улучшить оснащение и материально-техническую базу. Но для успешной работы бизнеса в социальной сере нужно ликвидировать избыточность контрольно-надзорной деятельности, пресечь кляузничество в отношении предпринимателей. И власти зачастую не замечают этих моментов. Наша же цель – создать условия для развития предпринимательства. Решил человек открыть кофейню – ему должно быть предельно понятно, какие шаги предпринять и какие результаты это принесет. Он заходит на портал и видит, как получить субсидию, какие документы собрать и какие отчеты подготовить. А то получается так: там приостановили, здесь неправильно документ заполнили, ошиблись, и так далее – и вместо недели процедура растягивается на месяц. Если мы хотим создать условия для развития предпринимательства, то должны понять, что время посредников уходит. Электронный документооборот позволяет это сделать. Нам важно, чтобы бизнес получил услугу быстро. Сейчас возникло много вопросов по долевому строительству, и наше представительство тоже принимало участие в разрешении проблем. Так вот, я скажу – строителям тоже должны много денег – региональные, муниципальные власти, другие структуры. И процедуры получения технических условий везде разные. Я сижу на совещаниях и слышу, какие недобросовестные у нас предприниматели, что перестали строить. Наверное, нужно понять, почему они это перестали делать?

— Как правило, это происходит тогда, когда органы власти не дорабатывают и пытаются списать свои неудачи на население либо на бизнес. И наоборот.

— Конечно. И это очень плохо, когда такой футбол происходит. Почему у Дальнего Востока были низкие позиции в рейтинге инвестпривлекательности? Мы три года слышали "рейтинг для нас не подходит, он неправильно считает, потому что наш регион особенный". В итоге время потеряно. Кавказ тоже был особенным, но работал. Северо-Запад, Калининград, Псков, Сибирь, Ямал – все считают себя особенными. Но на самом деле – в чем особенность? Географическое положение субъекта не влияет на его позиции в рейтинге. Разве другие правила регистрации прав собственности? Почту голубями доставляют? Законы по-другому работают? Нет. Когда стали разбираться, то выяснилось, что большая часть показателей, влияющих на рейтинг, зависит от работы местных властей. Важно захотеть поменять ситуацию. Но власти не всегда готовы признавать свои недоработки. Три года назад мы проводили совещание с губернатором и правительством Хабаровского края, и Вячеслав Шпорт сказал: "коллеги, есть моменты, в которых мы не дорабатываем". Когда мы поняли, в какой точке находится Хабаровский край, работа кардинально поменялась. Важно понять, где находится субъект, провести аудит и начать работать.

— То есть по сути губернатор изменил формат взаимодействия?

— Самым важным в истории успеха стал момент, когда в работу включились губернаторы. Бизнес – это же тоже часть населения. Экономика, бюджет. Это то, что формирует социальную инфраструктуру. Поэтому когда губернаторы стали заниматься, к примеру, глава Хабаровского края Вячеслав Шпорт и глава Амурской области Александр Козлов, чьи регионы существенно улучшили свои позиции в рейтинге, у нас вообще перестали возникать вопросы. Александр Левинталь, когда возглавил правительство Еврейской автономии, сразу погрузился в проблему. Олег Кожемяко понял, что без его решения процедура реформирования запущена не будет, и результаты появились. Бизнес должен видеть отклик в глазах властей, а не поручения, которые остаются на бумажке. Почему предприниматели перестали обращаться к властям? Потому что они не видели результатов. Сейчас, когда власть развернулась в их сторону, и бизнес видит результаты этого взаимодействия, картина стала меняться.

— АСИ на Дальнем Востоке реализует проекты и в социальной сфере. Хотелось бы узнать более подробно о них. Для чего это нужно АСИ?

— Когда создавалось агентство, 6 лет назад, у нас было три направления работы. Первое направление касалось нового бизнеса – его появление неизбежно в связи с возникновением новых трендов. Второе направление – молодые профессионалы, подготовка кадров, "World skills", который сейчас популярен во всей стране. Третье направление – социальные проекты. Так была сформирована повестка агентства. Сейчас социальные проекты выходят на первый план. Раньше было сложнее.

— С чем это связано?

— Появился 422 закон по социальному обслуживанию граждан. Появился доступ СО НКО в социальную сферу. Обсуждается статус социального предпринимательства, возникает необходимость законодательно утвердить понятие "социальный предприниматель". Это связано с тем, что федеральные власти увидели ресурс в НКО и предпринимателях, занятых в социальной сфере, увидели, что они смогут создать конкуренцию тем структурам, которые находятся в государственном ведомстве, взять полномочия для того, чтобы сэкономить бюджетные средства и обеспечить качество услуг. К примеру, по полису ОМС вы можете получить услуги и в негосударственной медицине – многие частные клиники идут на это. Вам выдали сертификат – вы отправили ребенка в лагерь на лето. И не важно, в какой – государственный или частный. Деньги возместит бюджет. По сути, не важно, куда пойдут деньги, важно, чтобы человек получил качественную услугу. Это и президент подчеркивал в своем послании Федеральному собранию еще в 2014 году.

— Есть ли риски этой системы? Многие государственные учреждения во многом не готовы конкурировать с бизнесом. Они привыкли работать больше на потоке денег, который идет от государственных структур. Есть ли в этом риск?

— Время продиктовало, что пора меняться. Без конкуренции развиваться никто не будет. Во всем мире так принято. Мы можем приехать в больницу и не понять, частная она или нет. Получаете услугу и потом узнаете, то больница принадлежит субъекту. Это показывает, что в регионе существует конкуренция между социальными учреждениями. Законодательство меняется. И перестраивается вся система. Мы также видим, что бизнес может оказывать более качественную социальную услугу, нежели государственное учреждение. Речь идет о том, что 10% таких услуг нужно передать СО НКО и бизнесу. Остальное остается в государственном ведомстве.

— Выгодно ли бизнесу заходить в эти сферы и начинать развиваться, предоставлять социальные услуги?

— Если в конкурентном поле — то выгодно. По большей части — нет. Если в крупных городах идет развитие в этом направлении, то в небольших муниципальных районах есть проблемы. Когда мы начинали проект по рейтингу инвестпривлекательности, увидели исключения. Мы поняли, что региону необязательно находиться в центральной части России и иметь огромный бюджет, чтобы эффективно работать. Оказалось, что можно сокращать административные барьеры для предпринимателей, улучшать качество предоставляемых им услуг, предотвращать их отток из региона и без дополнительных вливаний. Та же история и с социальной сферой. Сейчас много в прессе информации о том, что государство уходит из социальной сферы. Но этого никогда не будет. Бизнес не сможет взять на себя государственные обязательства, так принято во всем мире. Но есть проблемы, с которыми государство без помощи бизнеса не справится.

— Какие проекты социального направления планируется реализовать в Хабаровском крае?

— Буквально недавно обсуждали, и нас поддержал губернатор, проект для людей с ограниченными возможностями здоровья. Он связан с сопровождением людей с ОВЗ по принципу "одного окна" при установлении инвалидности и обеспечением техническими средствами реабилитации. Здесь необходимо сокращать сроки прохождения процедур и получения медицинских заключений. Получение инвалидности у людей занимает несколько месяцев, и наша задача – совместно с министерством социальной защиты населения Хабаровского края сделать так, чтобы эти сроки сократились. Подобный проект реализуется в Самарской области.

— Можно ли назвать АСИ мостиком между властью и обществом?

— Изначально мы задумывались как площадка для диалога власти и бизнеса. Но мы сейчас стали партнерами, как с органами власти, так и с бизнесом. У нас есть возможность донести до властей проблемы бизнеса. У нас очень много проектов в сфере образования, социальной сфере, национальной технологической инициативы. Наша задача – донести до регионов важность реализации проектов и добиться, чтобы агентство было не только площадкой для диалога, но и партнером для решении социально-экономических проблем. Мы – за доверие между нами, властью и бизнесом. Если мы объединим усилия, то достигнем совершенно других результатов.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449021 Ольга Курилова


Россия. ДФО > Экология > ach.gov.ru, 7 декабря 2017 > № 2444172

Коллегия Счетной палаты Российской Федерации под председательством Татьяны Голиковой рассмотрела результаты контрольного мероприятия «Проверка использования в 2014 - 2016 годах и истекшем периоде 2017 года государственных средств, направленных на организацию и функционирование комплексной системы управления водными ресурсами на территории Дальневосточного федерального округа и выполнение задач Водной стратегии Российской Федерации» (с Контрольно-счетной палатой Хабаровского края)».

Объекты контрольного мероприятия: Правительство Хабаровского край, Амурское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов, Правительство Магаданской области.

Проверяемый период деятельности: 2014-2016 гг. и истекший период 2017 г.

Проверка в целом показала, что контроль со стороны Росводресурсов за расходованием средств федерального бюджета, направляемых регионам Дальневосточного федерального округа на организацию и функционирование комплексной системы управления водными ресурсами*, а также их использование регионами, остается по-прежнему не на должном уровне, о чем свидетельствуют многочисленные нарушения и недостатки, выявленные в ходе проверки.

По итогам проверки отмечены факты недостижения регионами Дальнего Востока целевых прогнозных показателей и показателей результативности, предусмотренных соглашениями о предоставлении субвенций и субсидий, что приводит к неэффективному использованию бюджетных средств, срыву своевременной реализации мероприятий и переносу срока ввода объектов в эксплуатацию.

При проверке реализации мероприятий по предотвращению негативного воздействия вод, обеспечению эксплуатационной надежности и безопасности гидротехнических сооружений установлены нарушения Федерального закона «О безопасности гидротехнических сооружений», что создает угрозу возникновения чрезвычайной ситуации и свидетельствует о невыполнении государственными заказчиками обязанностей по обеспечению соблюдения обязательных требований при строительстве и эксплуатации гидротехнического сооружения:

Так, в Российском регистре отсутствует информация по 47 гидротехническим сооружениям (90,4% от 52), расположенным на территориях Хабаровского края и Магаданской области.

25 ГТС на территории ДФО эксплуатируются при отсутствии утвержденной декларации безопасности и разрешений на эксплуатацию. При этом восемь ГТС являются бесхозяйными (Магаданская область, Приморский и Хабаровский края), 4 из которых находится в Хабаровском крае. Работы по ним не проводятся.

Несмотря на ежегодные паводки с серьезными последствиями, Администрацией Приморского края не заявлялись мероприятия по строительству и капитальному ремонту ГТС, имеющих неудовлетворительный уровень безопасности, что приводит к неоднократному возникновению чрезвычайных ситуаций.

Проверка также показала, что строительство части объектов осуществляется на земельных участках, на которые отсутствуют правоустанавливающие документы, а на построенные объекты до настоящего времени не зарегистрированы права собственности. Не обеспечивается страхование опасных объектов.

Кроме того, проверкой установлено, что на территории Дальневосточного федерального округа почти половина объема водных ресурсов используется без приборов учета, что создает риски недопоступления в федеральный бюджет соответствующих доходов.

В ходе проверки заключения и исполнения государственных контрактов и договоров на строительство и капитальный ремонт ГТС, экологическую реабилитацию и осуществление водоохранных мероприятий на территории ДФО установлены многочисленные нарушения и недостатки, в том числе:

- нарушения закона о контрактной системе, Гражданского кодекса и условий государственных контрактов на общую сумму 468 млн руб., что привело к необоснованному использованию бюджетных средств и ущербу в размере 298,2 млн руб.;

- нарушения при формировании начальной (максимальной) цены контрактов на общую сумму 226 млн руб., приведшие к удорожанию стоимости строительства на общую сумму 24,4 млн руб.;

- факты оплаты невыполненных работ на сумму более 156 млн руб.;

- неприменение заказчиками мер ответственности за неисполнение обязательств по контрактам на сумму 18,8 млн руб.

Кроме того, выявлены факты, свидетельствующие о признаках нецелевого использования бюджетных средств на общую сумму 756 млн руб., в том числе направление субсидий на финансирование объекта капитального строительства «Защита от затопления территории Южного округа г. Хабаровска на участке ул. Пионерская от Дендрария до ул. Союзной», проектом строительства которого предусмотрены элементы, не относящиеся к определению гидротехнического сооружения (инженерные сети и сооружения водоснабжения, водоотведения, теплоснабжения и газоснабжения), а также на реконструкцию портового сооружения, владельцем которого является ЗАО «Хабаровская ремонтно-эксплуатационная база флота».

В ходе проверки состояния бухгалтерского учета и отчетности установлены нарушения правил ведения бухгалтерского учета на общую сумму более 1 млрд руб.

Проверкой также установлено неэффективное использование проектной документации, а также Правил использования водохранилищ и Правил использования водных ресурсов водохранилищ, разработанных за счет средств федерального бюджета, на общую сумму 125 млн руб. «Документация не используется, а мероприятия, для которых она разрабатывались, не реализуются, что ведет к рискам потери ее актуальности. Указанные правила в установленные сроки и на момент окончания контрольного мероприятия не утверждены», - констатировал в ходе своего выступления на Коллегии аудитор Бато-Жаргал Жамбалнимбуев.

Кроме того, регионами не используется проектно-сметная документация по 19-ти мероприятиям по защите от негативного воздействия вод, разработанная ими в рамках исполнения Указа Президента, после крупномасштабного наводнения на Дальнем Востоке в 2013 г., стоимостью 364 млн руб.

Проверка показала, что разработанные проекты не включены в региональные программы и не реализуются на паводкоопасных территориях, что создает риски утраты их актуальности. При этом надлежащего контроля за этой ситуацией со стороны Росводресурсов нет.

Нарушения, выявленные на объектах проверки

Амурское бассейновое водное управление Росводресурсов

В 2014-2017 гг. Управлению были предоставлены бюджетные ассигнования в объеме 1,2 млрд руб.

Проверка показала, что в 2016 г. по трем контрактам, заключенным Управлением с ООО «Компания Дальстройпрогресс» в рамках реализации мероприятий ФАИП средства в сумме 13 млн руб. были направлены на цели (оплату проектно-изыскательских работ и элементов объекта строительства, не относящихся к гидротехническому сооружению), не соответствующие условиям их предоставления (строительство ГТС на реке Амур в Амурской области у сел Орловка, Красная Орловка и Чесноково,Гранитная).

По одному из трех контрактов (на строительство объекта «Стабилизация левого берега р. Амур у с. Орловка Амурской области (870,0-872,0 км судового хода)») Управлением допущено завышение начальной максимальной цены контракта на 1,7 млн руб., что привело к дополнительному расходу средств федерального бюджета, а также оплата фактически невыполненных подрядчиком строительных работ на сумму 5,5 млн руб.

Кроме того, по этому же контракту Управлением принят объект, не соответствующий проектной документации (не соответствие высотных отметок верха упорной призмы на 2,3 метра, уменьшению ширины откоса берегоукрепления), что является нарушением условий госконтракта. При этом проектная документация Амурским БВУ вновь не утверждалась, что противоречит Градостроительному кодексу. Необходимое, в таких случаях заключение Ростехнадзора и утвержденная декларация безопасности отсутствуют. Объект в запланированные сроки в эксплуатацию так и не введен.

В 2017 г. Управление оплачено ООО «Компания Дальстройпрогресс» по контракту на строительство инженерной защиты берега у сел Красная Орловка и Чесноково 130 млн руб. при отсутствии у организации свидетельства о допуске саморегулируемой организации (СРО).

Кроме того, Управлением финансировались работы по строительству сооружения на реке Гранитной в границах государственного природного заказника «Полтавский» на территории Приморского края на сумму 54 млн руб. без положительного заключения государственной экологической экспертизы, что противоречит Федеральному закону «Об экологической экспертизе».

Требования о наличии лицензии на осуществление работ со сведениями, составляющими государственную тайну при работе подрядных организаций на объектах, расположенных в пограничной зоне Российской Федерации, не устанавливались. По данному факту Счетная палата направит обращение в ФСБ России.

Кроме того, до настоящего времени Управлением не утверждены правила использования 9 водохранилищ (в том числе крупнейшие на Дальнем Востоке водохранилище Зейское в Амурской области и Колымское в Магаданской области), на разработку которых (в 2011-2014 гг.) были использованы средства федерального бюджета в объёме 75 млн руб., не обеспечено внесение в Государственный водный реестр 10 гидротехнических сооружений.

Не реализуются Управлением и три проекта на дноуглубительные работы на реках Амур и Зея,стоимостью 16 млн руб., разработанные в 2015 г.

Проверка также показала, что в проверяемый период Управлением по всем заключенным контрактам, требования о выплате неустойки (штрафа) на сумму 2,2 млн руб. к подрядным организациям, нарушившим условия их выполнения, не предъявлялись

Кроме того, Амурским БВУ недостаточно эффективно осуществлялись полномочия по распоряжению водными объектами, отнесенными к федеральной собственности, в результате чего, в зоне его деятельности в проверяемом периоде 19,7% (173) хозяйствующих субъектов осуществляли нелегитимное водопользование, что привело к ежегодному непоступлению в федеральный бюджет более 1,5 млн руб. платы за пользование водными объектами, находящимися в федеральной собственности.

Хабаровский край

Хабаровскому краю на строительство 3-х объектов водохозяйственного комплекса в 2014-2017 гг. было предоставлено 2,6 млрд руб. На момент проверки использовано 2,2 млрд руб. или 82% предоставленных средств.

В ходе проверки были выявлены нарушения при строительстве объекта «Защита от затопления города Хабаровска».

Так, в нарушение условий предоставления субсидии Правительством Хабаровского края не был обеспечен уровень финансирования строительства объекта в 2014 г. на сумму 388 млн руб., в 2015 г. – на 34 млн руб.

КГКУ «Служба заказчика Минстроя Хабаровского края» заключило контракт с ООО «Тутта» на строительство объекта на сумму 2,9 млрд руб. с превышением объема финансирования, установленного краевой адресной инвестиционной программой, в 32 раза (91 млн руб.).

При заключении и исполнении контракта были допущены финансовые нарушения на сумму более 1,3 млрд. руб., в том числе:

- увеличение стоимости объекта на 394 млн руб. без согласования с Росводресурсами и при отсутствии заключения Главгосэкспертизы на корректировку проекта;

- оплата работ, не предусмотренных проектной документацией, на сумму 60 млн руб.;

- отсутствие корректировки стоимости контракта при сокращении объема используемых материалов на сумму более 117 млн руб.;

- необоснованное увеличение начальной максимальной цены контракта на 18 млн руб.

Проверка также показала, что строительство объекта ведется без основного элемента сооружения – батопорта. При этом предусмотренные контрактом штрафные санкции к исполнителю заказчиком не предъявлялись.

В условиях отсутствия надлежащего контроля со стороны заказчика, с марта 2017 г. строительство объекта осуществляется подрядной организацией, не имеющей свидетельства о допуске саморегулируемой организации (СРО). Правоустанавливающие документы на земельные участки (площадью 16,4 тыс. кв. м), необходимые для строительства объекта, у заказчика отсутствуют.

Проверка также выявила отдельные нарушения, допущенные заказчиками при выполнении водохозяйственных мероприятий на территории Хабаровского края.

Так, заказчиком (КГКУ «Служба заказчика Минстроя Хабаровского края) по двум дамбам в поселке имени Полины Осипенко и селе Бичевая были приняты и оплачены невыполненные работы на сумму 1,6 млн руб., что привело к сокращению протяженности этих дамб на 62 метра. В результате с декабря 2014 г. муниципалитеты отказываются принимать их на собственный баланс.

Созданная в 2014-2015 гг. за счет бюджетных средств проектная документация по 4-м защитным мероприятиям (расчистки, дноуглубление рек, капремонты ГТС) стоимостью 8 млн руб. Минприроды Хабаровского края не используется, что создает риски потери ее актуальности.

Нарушены правила ведения бухгалтерского учета на сумму 440 млн руб., включая постановку на бухгалтерский учет не зарегистрированных в реестре недвижимого имущества ГТС, что привело к переплате налога на имущество краевым учреждением «Хабаровскуправтодор» на сумму более 25 млн руб.

Кроме того, по 8-ми вновь построенным в Хабаровском крае объектам инженерной защиты отсутствовали декларации безопасности и разрешения на их эксплуатацию, а по семи из них не обеспечено страхование владельцами гидротехнических сооружений как опасных объектов.

Магаданская область

В 2014-2017 гг. Магаданской области были предоставлены субсидии на строительство трех объектов водохозяйственного комплекса в размере 540 млн руб. и капитальный ремонт шести объектов на сумму 190 млн руб.

Как показала проверка, в связи с поздним заключением контрактов субсидии в размере 125 млн руб. Правительством Магаданской области не использованы и возвращены в Росводресурсы. Указанный факт ведет к переносу срока ввода объектов в эксплуатацию с учетом сезонности работ на водных объектах.

В ходе проверки были установлены нарушения заказчиками правил ведения бухгалтерского учета, а также расчетов при выполнении работ по строительству и капитальному ремонту гидротехнических сооружений на сумму 320 млн руб.

При строительстве объектов: «Берегоукрепление и устройство дамбы обвалования в городе Сусуман на реке Берелех, Магаданская область», «Водоограждающие дамбы на реке Сеймчан в районе поселка Сеймчан, на реке Ола в районе пос. Гадля-Заречный – Ола», «Капитальный ремонт дамбы на реке Ола в селе Клепка и плотины водохранилища № 2 на реке Каменушка в городе Магадане» и др. - заказчиками, в том числе муниципальными, оплачены невыполненные работы на общую сумму 46 млн руб.

Выявлены признаки нецелевого использования средств на сумму 37 млн руб., в том числе оплата реконструкции объекта на сумму 29 млн руб. за счет субсидий на капитальный ремонт.

Заказчиками по 8 контрактам приняты и оплачены работы по перевозке строительных материалов в объеме 290 тыс. тонн на сумму 46 млн руб. при отсутствии необходимой документации (товарная накладная, путевой лист).

Коллегия приняла решение направить представления в Правительство Хабаровского края, Правительство Магаданской области, Амурское бассейновое водное управление Росводресурсов, обращения – в ФСБ и Генеральную прокуратуру, Следственный комитет, информационные письма – в Правительство Российской Федерации, Ростехнадзор, Росприроднадзор, Федеральную налоговую службу, Федеральное казначейство, уведомления о применении бюджетных мер принуждения в Министерство финансов Российской Федерации. Отчет о результатах контрольного мероприятия будет направлен в палаты Федерального Собрания.

Россия. ДФО > Экология > ach.gov.ru, 7 декабря 2017 > № 2444172


Россия. ДФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 7 декабря 2017 > № 2417984

Ученые Приморского НИИСХ приняли участие в Международном форуме «Пчеловодство в тигрином крае»

Ученые Приморского научно-исследовательского института сельского хозяйства (далее – Приморский НИИСХ), подведомственного ФАНО России, приняли участие в Международном форуме «Пчеловодство в тигрином крае».

Организаторами мероприятия выступили Союз пчеловодов Приморского края, Амурский филиал Всемирного фонда дикой природы (WWF) и Каталонский научно-исследовательский центр лесов (Испания).

Участников Форума приветствовали старший координатор лесных проектов Амурского филиала WWF России Евгений Лепешкин и председатель союза пчеловодов Приморского края Рамиль Еникеев.

Испанскую сторону представляли сотрудники Каталонского научно-исследовательского центра лесов Марта Равира, Астрид Ван Гинкель и Ева Моа. Сотрудники Центра много лет занимаются исследованиями в области развития устойчивого лесопользования в Испании, поэтому особый интерес для них представляет изучение вопросов, связанных с пчеловодством региона и выращиванием медоносных культур. С этой целью год назад испанцы побывали на научно-экспериментальной пасеке Приморского НИИСХ численностью 200 пчелосемей, где заведующий лабораторией пчеловодства Максим Шаров рассказал о своих научных разработках, связанных с подготовкой к зимнему периоду дальневосточных пчел и способами их зимовки в условиях Приморья.

Михаил Шаров в своем докладе на тему: «Дальневосточная пчела. Особенности, преимущества породы» отметил, что дальневосточные пчёлы представляют собой богатый гетерогенный материал для дальнейшей селекции. «С целью получения чистопородного материала нужно организовать работу лаборатории по инструментальному осеменению пчелиных маток с использованием современного технологического оборудования, а для обеспечения массовой репродукции маток и пакетов дальневосточных пчёл необходимо создать селекционно-матковыводную пчелоферму», – подчеркнул он.

Участники форума обсудили вопросы производства и реализации лекарственных растений: особенности внутреннего и внешнего рынков сбыта продукции из лекарственных трав, проблемы законодательства в сфере заготовки и торговли лекарственными травами, международный опыт в продвижении продукции из лекарственного растительного сырья, потенциал Приморского края в развитии отрасли.

На форуме также была представлена выставка образцов продукции местных пасечников и переработчиков продукции пчеловодства с дегустацией и проведением конкурса на самый вкусный мед.

Кроме этого, в ходе работы форума состоялся круглый стол на тему: «Пчеловодство Приморья. Современные требования к качеству продукции - залог повышения экспортной привлекательности».

С докладами выступили:

- Олег Демин, уполномоченный представитель Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке - «Дальневосточный гектар в пчеловодстве Дальнего Востока и развитии устойчивого природопользования»;

- Татьяна Заречневая, директор по развитию дестинации и спецпроектам Тихоокеанского туристического союза - «Приморский мед в общей системе брендов, направленных на развитие Дальнего Востока»;

- Эвелина Чавес (Коста-Рика) - «Требования международных рынков к качеству меда. Лабораторные исследования при обороте меда»;

- Галина Леготкина, специалист по исследованию качества, разработчик отраслевых стандартов, представитель ООО «Федерал» - «О стандартах качества продукции пчеловодства в России и требованиях зарубежных стран, методика исследований, проблемы»;

- Арай Жакупбекова, научный сотрудник лаборатории химических методов исследования НПО «Антиген» (Казахстан) - «Практический опыт создания современной лаборатории по исследованию продукции пчеловодства в Казахстане»;

- Елены Пулинец, заведующая кафедрой пчеловодства ПГСХА, кандидат сельскохозяйственных наук - «Возможность создания современно оснащенной лаборатории по проведению исследований продукции пчеловодства на территории Приморского края»;

- Михаил Щелканов, заведующий лабораторией экологии микроорганизмов Школы биомедицины ДВФУ, профессор, доктор биологических наук - «Особенности местных вирусов и инфекций – вредителей пчел» и другие.

Справочно:

Сегодня на территории Приморского края работает около 7 тыс. пасечников, всестороннее научное обеспечение которым оказывается учеными лаборатории пчеловодства Приморского НИИСХ. Оно охватывает селекцию, репродукцию и реализацию здоровых племенных пчелиных маток и пчелосемей, освоение технологий их производства и получение маточного молочка, разработку рекомендаций и методических указаний по условиям содержания, использования подкормок, проведения зимовки и еще широкий спектр вопросов.

Россия. ДФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 7 декабря 2017 > № 2417984


Россия. Весь мир. ДФО > Экология. Химпром. Образование, наука > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445431

В Приморье нашли способ очистки моря от радиоактивного цезия

Ученые Дальневосточного федерального университета и Института химии Дальневосточного отделения Российской академии наук нашли новый эффективный способ очистки морской воды от радиоактивного цезия. Как сообщает пресс-служба вуза, они предложили использовать сорбенты, в состав которых входит химическое вещество ферроцианид никеля-калия и природный хитозан из панцирей морских животных — крабов и креветок.

В ходе международной морской экспедиции «ACE Maritime University» в Атлантическом океане разработку апробировали. С ее помощью у берегов Великобритании, у французского мыса Аг, к северу от Кейптауна и в ряде других районах были выявлены места с завышенной радиоактивностью по цезию.

Как сообщил участник экспедиции, аспирант департамента ядерных технологий Школы естественных наук ДВФУ Эдуард Токарь, цезий-137 — один из самых опасных радиоактивных элементов. В результате аварий на атомных электростанциях он может попасть в океан, а затем — в организм человека. Сейчас существуют несколько методик извлечения цезия из морской воды, но каждая имеет свои недостатки.

— Предложенный нами способ на данный момент является самым оптимальным, так как позволяет концентрировать цезий с эффективностью до 99 процентов. Вступая в реакцию с сорбентом, цезий образует нерастворимый осадок, — пояснил Эдуард Токарь. — Большинство строящихся и уже действующих АЭС в Азиатско-Тихоокеанском регионе находятся в прибрежной зоне и используют морскую воду для прямого охлаждения. Это создает опасность выброса радиоактивных веществ в Мировой океан в случае аварии. Поэтому извлечение цезия-137 из воды является важной технологической задачей радиоэкологического мониторинга в регионе.

Исследования проводятся при поддержке Программы повышения конкурентоспособности ДВФУ и Российского фонда фундаментальных исследований. Сейчас на новую технологию оформляется патент. После испытаний во время океанической экспедиции разработка была отмечена дипломом конференции Национального исследовательского центра «Курчатовский институт».

Как отмечают в вузе, в будущем году ученые ДВФУ намерены провести аналогичную работу в Тихом океане.

Россия. Весь мир. ДФО > Экология. Химпром. Образование, наука > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445431


Россия. ДФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены > fishnews.ru, 6 декабря 2017 > № 2418400 Сергей Подолян

О новой должности и ответственности перед жителями Сахалина и Курил.

В сентябре 2017 года бывший зампред правительства Сахалинской области Сергей Подолян был избран депутатом областной думы, но уже в конце ноября принял предложение вернуться в исполнительную власть в новом статусе – заместителя губернатора. В сферу его ответственности вошла координация деятельности правительства области по реализации федеральной целевой программы социально-экономического развития Курильских островов, вопросы ТОР «Курилы» и свободного порта Владивосток, а также организация взаимодействия региона с федеральными органами исполнительной власти, в том числе с Федеральным агентством по рыболовству и Минсельхозом России.

В беседе с главным редактором журнала «Fishnews – Новости рыболовства» Эдуардом Климовым он рассказал о новых задачах, приоритетных направлениях работы и ответственности перед жителями области.

– С сегодняшнего дня вы – вице-губернатор Сахалинской области. Бесспорно, у вас накоплен огромный опыт в период работы мэром на Курилах, заместителем губернатора, статс-секретарем Росрыболовства, в том числе последние несколько лет работы зампредом областного правительства. Но избирательная кампания – это совсем другой сюжет. В августе-сентябре вы много встречались и общались с жителями округа. Что вы вынесли из этого общения? Удалось ли взглянуть на проблемы жителей одного из самых рыбных регионов страны другими глазами? Вы планировали поработать законодателем?

– Законодателем поработать, конечно же, планировал, однако сразу после выборов были приняты изменения в бюджетный кодекс, что повлекло резкое уменьшение доходной части бюджета области, и губернатор предложил мне вернуться в исполнительную власть, так как требуется перенастройка работы регионального правительства. Однако ваш вопрос – в точку. Для того чтобы почувствовать реальный нерв, понять, чем живут и как на самом деле относятся жители к тому, что делается органами исполнительной власти, нужно прямое общение. На выборы я пошел в сложном округе самовыдвиженцем, а так как я не партийный человек, то, поверьте, все было более чем откровенно. Выслушал все претензии.

– Самовыдвижение – это один на один с избирателями?

– Да. Было очень много встреч. На рыборазводных и рыбоперерабатывающих заводах, судах рыбопромыслового флота, в рыболовецких станах в бригадах прибрежного лова, конечно же, в школах, больницах, просто во дворах и т.д. Несколько тысяч человек. За месяц.

С учетом же того, что мой округ объединяет Курильский, Южно-Курильский и Корсаковский районы и за меня проголосовало подавляющее число избирателей, видимо, у меня нашлись аргументы, для того чтобы убедить людей.

– И какие выводы можно сделать? О чем обычно спрашивают люди?

– Диапазон вопросов, как вы понимаете, огромен, но, учитывая, что Fishnews – отраслевое издание, могу перечислить вопросы по рыбной тематике, звучавшие почти на каждой встрече: «Что с горбушей и кетой, почему мало?», «Много ли будет сельди иваси и скумбрии?», «ЛРЗ – это вред или польза?», «Почему нельзя ловить лосося местным без ограничений?», «Когда закончится мораторий на проведение конкурсов на участки спортивно-любительского рыболовства?», «Когда победим браконьерство?» и так далее.

Мой первый вывод: мы слабо работаем. Мы не разъясняем, к сожалению, людям, чем занимаемся. Иногда не находим времени, может быть, не находим аргументов, да и компетентных чиновников больше не становится. Как-то замкнулись сами в себе: комиссии – подкомиссии – рабочие группы, а о жителях забыли. Мы спорим на совещаниях, пикируемся на страницах различных изданий, а с людьми-то не разговариваем. Я бы сказал, что вот этой разъяснительной работы с населением – через прямые разговоры – очень не хватает. Это при том, что губернатор Олег Кожемяко на самом деле встречается с людьми постоянно.

Но очевидно, что только встречами не обойтись. Интернет, СМИ выдают такие «рыбацкие страсти», что от рыбаков шарахаются, как от чумных. К сожалению, времена, когда в порту рыболовецкие суда встречали с оркестром, а жители приморских регионов гордились этой профессией, закончились. Лихие браконьерские 90-е давно в истории, а черную метку с отрасли никак не снимем. Мы не предпринимаем шаги к популяризации профессии, очень мало рассказываем о тяжелом труде российского рыбака. Фермер-кормилец, а рыбак-браконьер – вот такую картинку видит россиянин.

И еще о картинках. На доступных каналах мы смотрим документальные сериалы о тяжелом труде рыбаков США в Беринговом море в Атлантике и… сопереживаем, а своих обливаем грязью, хотя наши ребята в этих же водах делают такую же работу. Мне представляется, что пришло время, когда надо именно на медиасоставляющую в отрасли поднажать. Если хотите, на агитацию и пропаганду. Выставки и конференции – это хорошо, конечно, но неплохо бы о рыбаках и об их суровых буднях рассказать жителям страны.

– Уровень функционала и сфера ответственности вашей новой должности практически совпадают с ареалом избирательной кампании – территория опережающего развития и ФЦП «Курилы», и рыба.

– Собственно, поэтому губернатор и пригласил меня вернуться в исполнительную власть в новом статусе – с несколько изменившимися полномочиями и, скажем так, расширенным сектором вопросов, которые нужно курировать. Очевидно, что реализация законов, принятых год-два назад, и распоряжения правительства о федеральной целевой программе, пролонгированной до 2025 года, столкнулась с трудностями.

Изменения, внесенные в бюджетный кодекс, серьезно урезают возможности региона, и задача представительства в Москве – централизовать работу органов исполнительной власти субъекта Федерации и перенастроить ее на другие цели. Условно говоря, нам предстоит не столько презентовать новые инвестиционные проекты, сколько выбивать деньги из министерств.

Другой пример – закон «О свободном порте Владивосток». Территория Корсаковского городского округа входит в зону свободного порта, шесть резидентов есть, запланировано создание транспортно-логистического узла, но на практике это пока не работает. А вот как сделать так, чтобы применение закона стало заметно и на самой территории, чтобы эти предприятия – резиденты порта не просто номинально туда вошли, а работали и приносили пользу? Вот этот вызов я увидел на месте, в Корсакове. Будем пытаться эту ситуацию менять. И в моих новых полномочиях конкретно прописана координация работы правительства в части реализации закона о свободном порте Владивосток.

Несколько слов о территории опережающего развития и ФЦП «Курилы». Надо понимать, что Курилы – это не просто геополитическая история. Это территория, на которой живет и трудится уже не одно поколение людей. И они не хотят слышать только красивые лозунги, они хотят видеть изменения и улучшения, хотят, чтобы все работало сейчас, а не через двадцать или пятьдесят лет. Хотя двадцать лет назад, в 1998 году, я и мечтать не мог, что на Итурупе будут такие дороги, школа, больница, новые жилые дома, новый аэропорт. Но еще очень много предстоит сделать, и моя задача в этой должности – в силу своих полномочий, компетенций, профессионализма максимально реализовать эти планы.

– Еще один совпавший сектор – рыба.

– Если уж говорить применительно к рыбной отрасли, то давайте не будем забывать, что в депутаты я был избран от трех районов, которые по большому счету являются основными рыбными районами Сахалинской области. Достаточно посмотреть на карту и станет понятно, что именно на юге Сахалина и Курилах размещаются основные производственные мощности по переработке водных биоресурсов, рыборазводные заводы, порты и портопункты. Было бы сложно представить, что заместитель сахалинского губернатора, работая в Москве, не будет обращать внимания на вопросы развития рыбопромышленного комплекса. Разумеется, я буду этим заниматься.

И потом, что лукавить, после почти семь лет работы в руководстве Росрыболовства, думаю, это логично, что я буду координировать работу правительства региона в этом секторе. Анализ практики применения закона о рыболовстве и закона об аквакультуре в Сахалинской области входит в сферу моей ответственности. Вот и будем анализировать.

– Сахалинская область, как мне кажется, сейчас выглядит несколько активнее других прибрежных регионов в плане различных инициатив. В ходе заявочной кампании по инвестиционным квотам и предстоящего перезаключения договоров о закреплении долей квот областная администрация планирует оказывать поддержку сахалинским рыбакам?

– Я думаю, что инициатив достаточно в любом регионе. Но важна не столько инициатива, сколько умение доводить ее до логического завершения. Хотя порой мы и выступаем с проектами, иногда не очень комфортными для исполнителей и контролирующих структур: с этими нашими «тремя хвостами», «шестью милями»…, но ведь внесенные изменения в правила рыболовства в рамках прибрежного эксперимента принесли реально ощутимую пользу для рыбаков. Считаю, что мы стараемся находить какие-то ходы, чтобы рыболовство не застаивалось, не костенело, и, главное, чтобы и рыболовы, и рыбопромышленники, и жители Сахалина и Курил почувствовали эффективность принятых управленческих решений.

Что же касается заявочной кампании, то мы не будем вмешиваться в компетенцию рабочих органов, которые будут созданы Росрыболовством, – рабочей группы и межведомственной комиссии. Но, естественно, для нас имеет большое значение, как будет проходить заявочная кампания по инвестиционным квотам, потому что, насколько мне известно, наши предприятия проявляют определенную заинтересованность к участию в этих проектах. И это замечательно, потому что, если в рамках этой программы будут построены заводы или суда, это напрямую будет влиять на экономику региона.

Конечно, правительство Сахалинской области и я лично будем этому содействовать в рамках существующего законодательства. Это моя прямая обязанность – организовать взаимодействие с федеральными органами исполнительной власти максимально эффективно.

Вообще хотелось бы отметить внимание к нашему региону со стороны Росрыболовства. Накануне Дня рыбака руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков посетил Курилы, а буквально через месяц в Соловьевке принял участие в совещании под председательством премьер-министра. Заместитель руководителя Росрыболовства Петр Савчук в ноябре провел в Южно-Сахалинске заседание Дальневосточного научно-промыслового совета, что, в общем-то, случается не так часто, а летом он был активным участником конференции по техрегламенту.

Росрыболовство видит нашу энергию, инициативность нашего губернатора, и при всех сложностях мы находим взаимопонимание с регулятором.

– Вы упомянули сахалинские проекты. Как вы оцениваете итоги «шестимильного» эксперимента с «прибрежкой»? Не с точки зрения руководства области, которое уже отчиталось в положительном ключе. А вот местные жители ощутили перемены?

– Честно скажу, мои районы в силу географии меньше всего оказались вовлечены в эксперимент. Но в целом отношение к нему было позитивное. Прежде всего, это касается вопросов возможности заполнения промыслового журнала на берегу и увеличения процента прилова – предприятия это оценили.

Нельзя не сказать о ярмарках – да, более дешевая и доступная рыба – да, безусловно. Хотя многим хотелось бы еще дешевле. Люди почувствовали эту энергию и отдачу от бизнеса, получившего преференции. Мы хотели больше, и все хотели больше, но те ярмарки, которые я увидел, и те магазины позволяют мне говорить, что далеко не в полной мере, но частично то, что мы задумывали, воплотить удалось.

– Все прибрежные регионы призывают органы федеральной власти расширить рамки прибрежного эксперимента, ссылаясь на сахалинский опыт.

– Ну а чья, по-вашему, была идея тиражировать? Это ведь мы готовили правила рыболовства для эксперимента. Получилось то, что сейчас может быть использовано и в других регионах. Да, можно копировать, но не под кальку, потому что есть нюансы, и не бездумно, потому что в 2019 году мы приходим к совершенно иной формуле работы в промышленном рыболовстве, когда уже без каких-то нюансов будет единое промысловое пространство.

На мой взгляд, нужно думать и говорить не об экспериментальном режиме – это было сказано полгода назад, – а ставить вопрос шире. Нужно серьезно работать с правилами рыболовства, понимая, что 2019 год будет другим. Рыбная промышленность начнет жить в новых реалиях и наверняка не обойдется без встряски. Росрыболовство сейчас активно занимается этими вопросами, и мы обязательно присоединимся к рабочей группе.

– К сожалению, рыболовство завязано на очень большое количество контролирующих органов. Это и пограничники, и таможня, и причалы, и Россельхознадзор. Руководители всех этих служб сидят здесь, в Москве. Соответственно, как выстраиваются контакты с ними?

– Если вы говорите о возможностях субъекта Федерации относительно снижения административного пресса на предприятия рыбопромышленного комплекса, то, опять же, мы можем действовать только в секторе своих полномочий. Августовское совещание на Сахалине под председательством главы правительства Дмитрия Медведева четко расставило акценты в этой части. В протоколе еще раз было подчеркнуто, где у нас основная горячая точка.

Понятно, что, пока есть контролирующие органы, будут и барьеры. Барьеры нужны, но они не должны быть избыточными. Это разные вещи. Должны быть барьеры, чтобы не пускать контрафакт, чтобы выпускалась качественная продукция. Ну как можно без контроля в сфере ветеринарии или санитарии гражданину быть спокойным относительно того, что он приобретает?

Проблема не в барьерах, проблема в их избыточности. И вот эту дельту мы можем и должны постоянно исследовать. Конечно же, мы поддерживаем постоянный контакт с руководством Россельхознадзора, Роспотребнадзора и других ведомств и направляем им информацию, которая касается барьеров, непосредственно влияющих на работу предприятий. Будем и дальше эти сигналы выдавать. И хочу сказать, что федеральные органы на это реагируют, хотя и не любят признавать свои ошибки.

Эдуард КЛИМОВ,

Анна ЛИМ,

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ

Россия. ДФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены > fishnews.ru, 6 декабря 2017 > № 2418400 Сергей Подолян


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Транспорт. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2451572 Юрий Чайка

Рекомендую инвесторам поспешить в Хабаровский край, пока есть свободная земля — Юрий Чайка

В интервью корр. ИА AmurMedia чиновник рассказал о том, как в регионе привлекают "гостевые" деньги

Хабаровский край привлекает новых инвесторов благодаря обширному пакету выгодных преференций, позволяющих бизнесу не только быстро реализовать задуманный проект, но и получить прибыль. Вместе с тем, важную роль играет и непосредственно сопровождение предпринимателя на каждой стадии работы с Правительством региона — от разработки плана до выхода на рынок. О том, как привлечь выгодные проекты, предложить им оптимальные условия работы и получить выгоду для всех участников партнерства, в беседе с корр. ИА AmurMedia рассказал первый заместитель Председателя Правительства Хабаровского края по вопросам инвестиций и приоритетных проектов Юрий Чайка.

— Юрий Афанасьевич, когда мы говорим о привлечении инвестора в Хабаровский край – как, собственно, работает этот механизм?

— Начну с того, что инвесторы приходят и сами. Обычно это крупные, дорогостоящие проекты сырьевой или логистической направленности. В крае хороший пакет преференций – льготы, упрощенный режим работы, много других возможностей. Особенно те возможности, которые дает новая политика государства в отношении Дальнего Востока. Они общеизвестны. Потенциальный инвестор изучает возможности, площадки, просчитывает сроки, в течение которых его вложения окупятся, ориентируется на время, которое ему нужно для реализации проекта, и приходит к нам. Механизм тут довольно простой: мы заинтересовали инвестора, выполнили первую задачу. Он все взвешивает, оценивает возможности рынка и условия, которые мы ему предлагаем, и принимает решение об инвестировании.

Если говорить о проектах меньшего масштаба – ищем их везде. Но привлечение, опять же, в первую очередь идет благодаря пакету преференций и льгот. У нас есть профильная организация – Агентство инвестиций и развития Хабаровского края, которое ведет этот процесс от А до Я. Используют различные технологии для выстраивания коммуникаций — "холодные" звонки, переговоры, приглашения. Агентство сопровождает новые проекты, которые реализуются на территории края, по принципу "одного окна", что помогает упростить многие процедуры оформления благодаря индивидуальному подходу. Кроме того, Агентство продвигает наши инвестиционные возможности за пределами Хабаровского края – вот сейчас готовимся к Дням Дальнего Востока в Москве, это перспективная площадка. Ну и не стоит забывать о поддержке инвесторов после начала реализации проекта – мы и этим тоже занимаемся. Особенно это важно в работе с инвесторами, которые ничего не знают о Хабаровском крае и раньше не работали здесь. Они обращаются к нам за помощью, и Агентство помогает им решить различного рода вопросы, практически любой сложности.

— Вы отметили, что инвестора привлекают преференции, льготы и упрощенный механизм формальных процедур. Этот пакет оправдывает ожидания?

— Безусловно. Достаточно большая часть компаний откликнулась именно на эти преференции. Даже по примерным оценкам, инвестор экономит до 20 процентов средств – на налогах, на платежах, при расчете проекта. Я говорю о "белых" схемах, конечно же. Новое предприятие не платит налог на прибыль, землю и имущество. Эта выгода достаточно ощутима. Есть проекты, большую часть себестоимости которых составляет заработная плата (например проекты в сфере АйТи) – инвестор серьезно сэкономит на обязательных платежах. Все механизмы льгот, которые существуют, действуют на Дальнем Востоке по максимуму. Но основное, конечно – это территории опережающего развития и Свободный порт. Эти два механизма стали самыми эффективными. Кроме пакета льгот они дают ряд механизмов сопровождения.

Есть разовые случаи, когда инвестор дополняет другими, более продвинутыми механизмами поддержки. Это, например, режим свободной таможенной зоны. Он подходит для проектов, требующих вложений в импортное оборудование. Режим свободной таможенной зоны поможет хорошо сэкономить на таможенных пошлинах и перечне других платежей. Но это, еще раз обращу внимание, касается более глобальных проектов. Даже оборудование свободной таможенной зоны (обнесение забором, разметка границ, создание постов) это вложения. Их кто-то должен, образно говоря, "купить". Как правительство, так и потенциальный инвестор тщательно просчитывает выгоду.

— За последние 5-7 лет были случаи, когда инвестора не устраивали предложенные льготы, и он уходил?

— Чтобы именно из-за пакета преференций?

— Да.

— Не было такого. Мы провели опрос среди своих резидентов, у нас сформирована определенная статистика. Льготы и преференции, которые предоставляются, носят для бизнеса не главный характер. Есть и определенная проблематика, которая оказывает влияние на реализацию инвестиционных проектов. Это тарифная политика, транспортные расходы, стоимость электроэнергии, отсутствие доступного финансирования. Преференции начинают играть роль, когда эти проблемы решены. И самое главное – рынок. Если есть, куда сбывать результат производства, то инвестор вбирает в себя все возможности, и это будет выгодно. Он может и без преференций открыться и работать.

Рынок – это ключевой момент. Как в Хабаровском крае зарождалось предпринимательство? Здесь раньше были военные, казаки. Они стояли, основывали посты по Амуру – в XVIII-м, в XIX-м веке. А потом пришли купцы, первые предприниматели. Они обнаружили, что тут можно дешевле покупать пушнину, которая востребована в западной части страны. Покупали шкурки здесь, продавали там. И этим выгодно было заниматься, несмотря на логистику и все остальные расходы. Уже потом появились торговые дома, местные производители все остальное. Но это естественный процесс инвестирования — он случился и начал развиваться.

Сегодня то же самое может произойти, к примеру, при наличии понятного рынка сотовой связи. Сначала пришли крупные компании, которые стали на этом зарабатывать – это бизнес федерального масштаба. Если появятся какие-то местные компании, более мелкие, конкуренцию крупным они не составят. Но они могут захватить рынок благодаря новой технологии связи. Конечно, свою вышку тут, как МТС и "Билайн", не поставят, но какая-то "фишка" для обмена информацией и выхода на рынок у них будет.

— Неделю назад вы выступали на расширенном заседании Правительства Хабаровского края. В своем докладе вы приводили график потока инвестиций с 2010 по 2017 год и озвучили, что сейчас у нас объем инвестиций снизился относительно 2010 года. Расскажите подробнее о том, почему так вышло.

— Завершены крупные, системообразующие проекты по созданию транспортных мощностей и модернизации крупных производств. Например, нефтепровод "Восточная Сибирь – Тихий океан", модернизация двух нефтезаводов – в Хабаровске и Комсомольске-на-Амуре. Но приходят новые: "РЖД" вкладывает серьезные инвестиции в модернизацию БАМа и Трансиба. Развитие Ванинских и Советско-Гаванских портовых мощностей напрямую зависит от пропускных возможностей железной дороги.

Много более мелких проектов – они более стабильны, приносят нам определенный объем инвестиций. Мы еще говорили о снижении этой планки по отношению к валовому региональному продукту. Я тогда объяснял, что ВРП – это то, что экономика зарабатывает. Мы оценивали, какая часть средств от этих заработков вкладывается и сколько остается. Так что это относительный показатель. Какого-то серьезного спада у нас нет, но и выраженного роста – тоже.

— Вы упоминали, что рост ВРП в последние три года – это отголоски как раз тех крупных проектов, которые сейчас ушли.

— В том числе. Некорректно говорить, что только по этой причине, но и это тоже влияет. То, что наша экономика сейчас зарабатывает (я говорю о ВРП), это как раз и связано с реализацией таких проектов. Условно, построенная железная дорога, которая увеличила пропускные мощности, напрямую увеличивает и объем перевозимых грузов. Количество грузоперевозок по БАМу увеличилось в три, или даже в четыре раза. Все это переваливается в порту, грузится на пароходы. Эта связка позволяет экономике зарабатывать, все это превращается в зарплаты, а они дают свой мультипликативный эффект.

— То есть, мы не можем говорить сейчас, что в Хабаровском крае с инвестициями все плохо?

— Нет. Это жизнь, это волны — они так и должны сменяться. У нас по сырьевому сектору очень много проектов, мы не снижаем обороты по добыче полезных ископаемых, в лесной отрасли есть хорошие проекты, в рыбопереработке – на площадке ТОР "Николаевск". Там рыбу не просто вылавливают и продают тут же, на берегу. Ее вывозят и перерабатывают. Все неплохо, просто нет таких доминирующих проектов.

— Вы упоминали о том, что многих инвесторов интересует транспортная сфера. С чем это связано?

— Хабаровский край логистически очень выгодно расположен. У нас железные дороги очень развиты. Сейчас вот дорога к морю построена, в асфальте, магистраль к морскому порту открывает много возможностей.

— Нас не зря называют центром Дальнего Востока.

— Да, мы центр. И у нас, к тому же, очень хороший транзитный потенциал. И нас ожидает еще много транспортных проектов. Хочу отметить: развитие транспорта тянет за собой и другие проекты. В нашем случае это путь к морю, где есть все соответствующие мощности для перевалки грузов, переработки и так далее. Сфера транспорта со многим связана.

— А где не хватает инвестиций, в какой сфере?

— В сельском хозяйстве. Я уже говорил, что мы оцениваем ситуацию по рыночному принципу: сейчас мы менее чем на 20 % себя кормим, остальное завозим из соседних регионов и государств. Но производить на месте дешевле, чем откуда-то везти. Потому что есть еще и такое понятие как свежесть продукта. Для примера возьмем японские огурцы и помидоры. Почему они вкуснее? Не только из-за уникальных технологий, а из-за того, что помидор сорвали с ветки – и он сразу поехал на полку магазина. Все, что привозится из других регионов, срывается зеленым и дозревает в коробке. Технологии разные, суть одна.

— Модернизация Хабаровского аэропорта – это тоже проект в формате ГЧП, не так ли?

— Да, у нас там государство строит взлетную полосу, а частная компания – терминалы. Помогаем вести переговоры с инвесторами. В Японии было подписано соглашение по вхождению в этот проект японских компаний. А со стороны нашего государства была оказана серьезная поддержка: утверждены инвестиционные тарифы, включили проект в ТОР, решили все земельные вопросы.

— Там уже и здание старого аэропорта снесли.

— Да. После этого очень много публикаций было и в социальных сетях, и в СМИ. Я по этому поводу думаю так: Хабаровску нужно современный аэропорт. Не так давно приезжала к нам контрольная закупка — программа "Агент Бизнеса", которая проверяет уровень делового гостеприимства регионов. И единственное замечание к Хабаровскому краю, которое они озвучили – к зданию действующего аэропорта. Нужно современное, комфортное здание, которое отвечает современным стандартам.

Также запланирована модернизация международного терминала, реализуется концепция выставочного центра. Будет гостиница, проект здания уже прошел экспертизу. Ждем начала строительства почтового логистического центра.

– То есть, это комплекс сооружений логистики?

— Да, мы говорим о масштабном комплексе дополняющих друг друга объектов.

— Вернемся к преференциям, которые предлагают инвесторам для реализации проектов на территории Хабаровского края. В противовес пакету льгот, есть ли механизмы, которые препятствуют развитию бизнеса?

—На основании своей практики в инвестиционной сфере я могу сказать, что прямых жалоб, связанных с какими-то препонами, уже практически нет. Я являюсь еще и инвестиционным уполномоченным по Хабаровскому краю. Многие вопросы, конечно, приходится решать. Но они чаще всего организационного характера. Например, жалоба на невыдачу технических условий для подключения к теплу на том участке, где оно даже не подведено. Чтобы появилось отопление, нужна какая-то модернизация, и мы начинаем вторгаться в деятельность сетевых компаний. Но и в таких ситуациях я не знаю ни одного инвестора, кто отказался бы у нас работать.

— А как же история с ГК "Невада" и корейским соинвестором, которая год назад много шума наделала?

— Конфликта корейского соинвестора с администрацией Хабаровска там не было. Был вопрос предоставления земельного участка, который на тот момент не был готов к предоставлению. Юридически землю можно было использовать по одной статье, участок хотели использовать немного иначе. Смена статуса земельного участка затянулась, это довольно длительный процесс. В решении этого вопроса нам всем нужно было просто быстрее бегать для того, чтобы не возникло проблем.

— Вы наверняка помните, что и Юрий Трутнев на эту ситуацию обратил внимание.

—Да. Сейчас там, насколько я знаю, идет переупаковка проекта. Что касается взаимодействия с корейским соинвестором, тут у меня информации нет, к сожалению. С нами этот корейский инвестор не общался. Все контакты были через российскую сторону. Инвестор не обязан делиться своими коммерческими вопросами, идет борьба за рынок.

— Помните самый долгоиграющий инвестпроект в Хабаровском крае за последние несколько лет?

— Модернизация железной дороги. Он до сих пор продолжается, потому что логистика и транспортная структура постоянно развиваются. Не хватает пропускной способности, начинается работа, она тянет за собой новые проекты. Важная деталь: инвестиции — это не только создание новых заводов, но еще и вложения в самих себя. Покупка оборудования, модернизация производства – все это тоже инвестиции.

— То есть, обучение и подготовка кадров производства сюда тоже входят?

— Хороший вопрос. Инвесторы, когда планируют реализовать проект, в первую очередь решают задачу: кто будет у них работать? Соответственно, нужно решать вопрос, где сотрудники будут жить и в каких условиях. Эта ситуация может затянуться, поэтому мы пытаемся помочь инвестору и сократить путь решения. Кадровый вопрос на повестке дня в Хабаровском крае – это едва ли не первый пункт. Потому что инвестор, когда приходит в регион, в первую очередь ориентируется на местный кадровый рынок. И мы прикладываем к этому усилия.

— Или инвестор настроен на то, чтобы везти своих специалистов.

— Либо возможен третий вариант: инвестор сам занимается обучением кадров из того ресурса, который есть. То есть, это подготовка сотрудников под конкретный проект. Такая схема актуальна, если к нам заходит, к примеру, проект с эксплуатацией нового оборудования: с большей вероятностью, в крае людей не учили на нем работать, а инвестор в этом заинтересован и организует обучение. Обращу внимание еще и на разницу в кадровом подходе. Допустим, раньше токарем был человек, который в фартуке и очках стоит и крутит ручки. Сегодня это человек в белой рубашке, который за стеклом с помощью одной кнопки управляет целой линией. В нормальном инвестиционном проекте такой формат будет отражен, например, в виде обращения к вузам с просьбой подготовить конкретных специалистов. Есть компании, располагающие своими учебными центрами. Это нефтезаводы, наш "Технониколь". И они обучают не только сотрудников, но и потребителей своей продукции. В любом случае мы видим интересный подход, который нельзя назвать усредненным, типовым.

— А вопрос к инвестору по обеспечению рабочих мест?

— Это не главный вопрос. Вообще он важен, но у нас, в Хабаровском крае, низкая безработица. Кроме того, речь идет не только об обеспечении мест, но и об эффективности. О производительности труда. Любой современный проект подразумевает, что в нем задействовано меньше людей, которые выполняют больший объем работы. Есть примеры, когда один оператор управляет линией производства, с которой сходит продукция на миллиарды рублей. То есть, мы делаем акцент на качество. И оцениваем эффект для экономики края: он измеряется налогами. У нас главная задача – это пополнение бюджета Хабаровского края, а он у нас на 70 % социальный. И мы должны его обеспечить, должны гарантировать. Это нужно заработать.

— Вернемся к налоговым льготам. В Хабаровском крае инвесторы получают заметные послабления по выплате налогов, в том числе и земельного. При этом, если инвестор придет непосредственно в Хабаровск, он столкнется с недавно принятыми поправками. Городская дума подняла налог на землю промышленных производств в пять раз. Не противоречит ли это стремлениям создать привлекательный инвестклимат?

— Я думаю, что определенные противоречия тут есть. И, вероятно, инвесторам где-то станет тяжелее. С другой стороны, мы говорим о том, что самый обширный пакет льгот предоставляется резидентам ТОР. Там земельный налог как раз обнуляется. Таким образом, мы предлагаем инвестору в первую очередь участок в ТОР. Мы объясняем, что это привлекательно для бизнесмена: чем быстрее он туда зайдет, тем быстрее он окупит свои инвестиции. Бывают и такие ситуации, что инвестор заходит в ТОР, реализует проект, и пакет преференций компенсирует его затраты. А инвестор рассчитывает, что ему удастся как можно быстрее свои вложения вернуть назад и заработать на этом.

— На ваш взгляд, каких преференций и льгот сейчас не хватает в Хабаровском крае для инвесторов?

— Для Комсомольска-на-Амуре сейчас точно не хватает решения вопроса, связанного с обязательными "северными" платежами. Это надбавки, взносы и компенсация проезда, то есть обязательные вещи. Каждый работодатель должен их выплачивать. Но малому бизнесу это сделать сложнее. Не каждый проект обеспечивает такой заработок, чтобы предпринимателю удавалось без проблем платить "северные" взносы. Рабочая сила на Дальнем Востоке, особенно в северных районах, стоит дороже. Поэтому нам все-таки нужно возвращаться к компенсационному механизму.

Второе: нужно решать вопрос с преференциями по государственным заказам для местных производителей. Было бы хорошо, если бы работал механизм в сфере государственных закупок. Например, крупные госзаказчики могли бы размещать конкретные заказы только под дальневосточников. Это было бы выгодно и с точки зрения кластерных моделей, если именно о Комсомольске говорить. Главное – не нарушать антимонопольное законодательство.

Здесь есть еще один нюанс: причины, которые я назвал, потенциально делают местный продукт гораздо дороже. И мы вновь возвращаемся к ситуации, когда товар дешевле привезти, чем производить в Хабаровском крае. Экономика Дальнего Востока в принципе не конкурентная сейчас. Очень много местных компаний закрылись из-за того, что не выдержали конкуренции с западным производителем.

— Возвращаясь к вашему докладу в Правительстве края: инвестор из Владивостока упомянул, что есть проблемы с работой на земельных участках Министерства обороны. Как решается этот вопрос?

— Здесь стоит обратить внимание на то, что земельное законодательство в России нормально заработало лишь в начале 2000х годов, с появлением Земельного Кодекса. За 15 лет оно сильно модернизировалось. Но одно дело – внести изменения в закон, и совсем другое – догнать эти изменения на практике. Кроме того, у нас до сих пор остается много участков, которые не были вовремя занесены в реестр, не поставлены на учет. Постепенно эта процедура выполняется и, что логично, проявляются истории, такие как с Министерством обороны. Такая же ситуация с лесными территориями. Когда мы запускали проект "Дальневосточный гектар", очень много участков занесли в федеральную информационную систему, внесли в систему более 700 тысяч таких объектов. База земли у нас была, но она на тот момент не была консолидированной. Все "серые" участки, которые сейчас есть, закрыты своим значением, своей семантикой, ссылкой на какое-то событие.

Что касается Министерства обороны, там похожая ситуация. Эта проблема за день не решается, а инвестор приходит к нам и говорит: "Мне земля нужна сейчас". На сегодняшний день мы работаем по выведению из запретных зон примерно по 20-30 земельным участкам. Этот вопрос возник еще в феврале. Проблема обозначилась летом. И мы начали ее решать, учитывая масштабность задачи. Сейчас документы рассматривают в Минобороны. Мы планируем этот вопрос вскоре решить.

Еще одно направление в этом плане: земли лесного фонда. В Хабаровском крае 93 % участков – это лес. Чтобы там реализовать инвестпроект, нужен перевод земли в другой статус. Самый оптимистичный прогноз, который можно дать на эту процедуру, – полтора года. Очень долго все делается. Я надеюсь, что для "Холдоми" мы уложимся хотя бы в восемь месяцев, и это уже будет прорыв. Тут серьезная проблема в том, что этот процесс – он многоступенчатый, много звеньев задействовано. Участвуют и инвестор, и региональное правительство. И федеральные структуры. Один и тот же пакет документов несколько раз туда-сюда ходит. А если какая-то ошибка. И упрощающего механизма пока нет. Юрий Петрович Трутнев в октябре проводил в Хабаровске совещание и тоже обращал на это внимание.

— Вы говорите об истории с инвестором, который семь лет оформляет участок?

— Да, именно об этом. Наше предложение по решению таких проблем крайне простое: сократить цепочку участников. В первую очередь это нужно делать для резидентов ТОР и Свободного порта, потому что система получается очень сложной и долго реализуется.

— Что хотите сказать инвесторам, которые рассматривают Хабаровский край как перспективный для вложений регион?

— Мы уже построили все дороги к нашим ТОРам, ведем строительство объектов инфраструктуры, почти все они спроектированы. У нас еще есть места на площадках ТОР "Ракитное" и "Парус". Пока есть свободная земля. У инвесторов есть шанс занять ее и начать работу.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Транспорт. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2451572 Юрий Чайка


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2448922 Вячеслав Шпорт

Вячеслав Шпорт: Бизнесу на Дальнем Востоке нужны дополнительные меры поддержки

Глава региона принял участие в дискуссии «Дальний Восток: работа институтов поддержки предпринимателей»

В Москве состоялась ежегодная конференция Агентства стратегических инициатив "100 шагов к благоприятному инвестиционному климату". Мероприятие объединило представителей власти и деловых кругов, ведущих экспертов страны. Одной из площадок конференции стала дискуссия "Дальний Восток: работа институтов поддержки предпринимателей". Об опыте региона рассказал губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на сайт регионального правительства.

Он, в частности, отметил, что в крае работают немало институтов поддержки бизнеса – как местных, так и федеральных. В то же время, по многим направлениям требуется дополнительные, точечные меры. Причем речь идет зачастую не о финансовых вливаниях, а об административных или законодательных механизмах.

Одно из предложений – развитие кооперации на "дальневосточном гектаре".

"Мы создали краевой сельскохозяйственный фонд. Он предоставляет беспроцентные оборотные средства для потребительских обществ, если они принимают сельхозпродукцию на переработку от "гектарщиков". Считаем, что нужно внести соответствующие изменения и в федеральный закон "О потребительской кооперации". Кроме того, предлагаем выделить специальный раздел по этой теме в федеральных программах по поддержке проекта "Дальневосточный гектар", — отметил губернатор края.

Также глава региона коснулся внедрения лизинговых механизмов, которые сейчас набирают популярность. Он предложил для обсуждения идею создания единой лизинговой компании на Дальнем Востоке. Дополнительные меры поддержки, по мнению Вячеслав Шпорта, также нужны малым компаниям для участия в закупках у крупнейших заказчиков.

"По нашим оценкам, объем закупок в крае составляет около 240 млрд рублей. При этом малый бизнес осваивает всего 30 млрд рублей. Правительством края активно проводится информационная работа, с привлечением крупнейших заказчиков и субъектов малого бизнеса. Мы заинтересованы по ключевым продуктам организовать производство на площадках ТОСЭР", — отметил Вячеслав Шпорт.

По его словам, реализация комплекса этих мер позволит существенно повлиять на улучшение делового и инвестиционного климата в крае.

Отметим, что к 2020 году регионы Дальнего Востока должны войти в ТОП-30 Национального рейтинга инвестиционного климата. Реализовать соответствующий комплекс мероприятий Президент России Владимир Путин поручил руководству территорий совместно с Агентством стратегических инициатив.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2448922 Вячеслав Шпорт


Россия. ДФО > Экология > ecolife.ru, 1 декабря 2017 > № 2445415

Как дальневосточные регионы пытаются решить проблему свалок

Власти Дальнего Востока пытаются решить проблему мусора традиционно, строя новые полигоны и площадки или повышая эффективность существующих структур утилизации отходов. Но этого недостаточно

На протяжении всего 2017 года — Года экологии — по всей стране проводились уборки загрязненных территорий, ликвидация свалок, в которые превратились окрестности многих населенных пунктов. И сейчас уже можно констатировать, что на Дальнем Востоке решить проблему несанкционированных свалок пока не удалось. Почему это произошло, какие новые разработки утилизации отходов готовы внедрять в регионах и где взять денег на исправление ситуации, корреспонденты ТАСС узнали у представителей региональных властей, экологов и ученых.

Чистота требует средств

Региональные власти Дальнего Востока строят новые полигоны и площадки для мусора или пытаются повысить эффективность уже существующих структур утилизации отходов. При этом в регионах работают так называемые территориальные схемы обращения с отходами, которые устанавливают нормы сбора и утилизации мусора.

Так, согласно камчатской схеме, регион должен реализовать три новых проекта: построить полигон с комплексом по сортировке и захоронению мусора в поселке Радыгино и сортировочно-перерабатывающий комплекс в Ключевском сельском поселении, а также разработать типовой проект документации для будущих муниципальных полигонов ТБО. В рамках работы якутской территориальной схемы власти сейчас определяют нормативы накопления ТБО в республике, приняли порядок их сбора и провели конкурсный отбор региональных операторов для Южной, Центральной и Западной зон республики.

Но даже эти проверенные схемы экологи не везде оценивают положительно. Как рассказал ТАСС эколог и директор частной транспортной компании по вывозу мусора Константин Дроздов, в территориальной схеме обращения с отходами Приморского края изначально были заложены некоторые ошибки.

«Многие данные в ней просто не соответствуют действительности, а заложенные нормативы кажутся подчас просто смешными. К примеру, на весь Надеждинский район, где живет около 40 тыс. населения, этим документом предусмотрено в схеме всего три контейнера по сбору мусора», — говорит Дроздов.

Он также отмечает, что сегодня в Приморском крае правильно утилизировать мусор даже при желании непросто и главное — дорого. По региональному закону это могут делать только юридические лица. Частным лицам приходится платить за вывоз, например, строительного мусора слишком высокую цену.

В Магаданской области действует собственная программа по развитию системы обращения с отходами, предполагающая строительство новых площадок для мусора и приобретение транспорта для его перевозки. А вот внедрять новые практики или технологии на территории Магаданской области мешают слишком малая численность населения и труднодоступность поселков, утверждают в минприроды региона.

Пока не до новых технологий

По мнению и.о. руководителя агентства по обращению с отходами Камчатского края Максима Колосова, строительство новых площадок для хранения и утилизации мусора — только часть необходимой работы, на которую в целом Камчатке взять средства негде. Одно только строительство новых полигонов не решит проблему свалок в регионах, тут нужен комплексный подход.

«Своевременная ликвидация свалок, не отвечающих требованиям природоохранного законодательства, требует программного подхода с включением данных мероприятий на долгосрочную перспективу с проведением необходимых проектных работ, работ по ликвидации накопленного вреда окружающей среде, проектированию и строительству мест размещения отходов, отвечающих современным требованиям. Но для этого субъектам необходим постоянный источник финансирования», — считает Максим Колосов.

Откуда взять деньги

Таким источником, полагает Колосов, может служить Экологический фонд субъекта Российской Федерации, формируемый наподобие Дорожных фондов субъектов Российской Федерации. Источником наполнения экологического фонда могут выступать неналоговые отчисления от платы за негативное воздействие на окружающую среду, суммы уплаченного экологического сбора, иные поступления.

Проблему отсутствия в России экологических фондов обсуждали специалисты и на прошедшем в октябре во Владивостоке международном форуме «Природа без границ». Экологи настаивают на необходимости создать такой фонд, который ранее был «поглощен» Министерством финансов, для решения не только мусорных проблем, но многих других экологических задач в России.

«В свое время, когда система экофондов существовала, я немало поработал в этой системе. Деньги шли на экологическое образование, а остальное — на ликвидацию негативного воздействия на природу, в том числе от промышленных предприятий. Они, кстати, могли работать по взаимозачету и вместо отчислений и штрафов самостоятельно проводить восстановительные мероприятия. Сейчас же все экологические сборы идут в обезличенные фонды и уже не имеют целевого характера, соответственно, и распределяются на нужды, которые государство сочтет более актуальными», — подчеркивает важность подобных фондов заслуженный эколог РФ, почетный советник WWF России Юрий Дарман.

Как растут свалки

Пока власти решают, какие меры принять, проблема незаконных свалок в регионах проявляет себя все ярче. Так, в Приморском крае, который лидирует среди субъектов ДФО по количеству несанкционированных свалок, их насчитывается уже 380. Разрешенных и включенных в государственный реестр из них только девять.

Не лучше ситуация и на Камчатке, где из 48 поселковых и городских свалок и полигонов только три включены в государственный реестр, сообщил и.о. руководителя агентства по обращению с отходами Камчатского края Максим Колосов.

«Остальные 45 поселковых и городских свалок не имеют даже перспективы быть включенными в реестр и должны быть закрыты. Основная проблема — отсутствие проектной документации и экологической экспертизы», — говорит Колосов.

По его словам, несанкционированные, или стихийные, мусорные свалки на Дальнем Востоке свойственны не только густонаселенным районам. Например, территория Камчатки фактически поделена на две части — северную и южную, и между этими частями почти отсутствует дорожная связь. Все официальные полигоны сосредоточены на юге региона, поэтому утилизация отходов в северной части края практически невозможна. Сегодня там мусор просто хоронят на не оформленных по закону свалках.

Загрязнение твердыми бытовыми отходами в Якутии кажется на первый взгляд невысоким и составляет 2%. Однако, как считает кандидат технических наук Института естественных наук Северо-Восточного федерального университета Мария Слепцова, с учетом уязвимости хрупкой экологии Севера даже этот показатель является тревожным.

Россия. ДФО > Экология > ecolife.ru, 1 декабря 2017 > № 2445415


Россия. ДФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 30 ноября 2017 > № 2410081

Во Владивостоке состоялось совещание с директорами дальневосточных институтов

30 ноября руководитель ФАНО России Михаил Котюков и вице-президент РАН Андрей Адрианов провели совещание с директорами организаций, расположенных на территории, относящейся к ведению Дальневосточного территориального управления Агентства.

Выступая с приветственным словом, Михаил Котюков напомнил, что в этом году академической науке Дальнего Востока исполнилось 30 лет. «Уверен, что совместно с РАН мы найдем самые оптимальные формы дальнейшего динамичного развития науки на Дальнем Востоке. Это касается, в том числе, активного участия академических институтов региона в реализации Стратегии научно-технологического развития России», - добавил он.

В свою очередь, Андрей Адрианов подчеркнул, что сегодняшнее сотрудничество Агентства и РАН позволяет решать возникающие спорные вопросы практически в режиме реального времени. «Такая совместная работа, конструктивный диалог, позволят и сейчас, и в будущем создавать максимально комфортные условия для работы научных институтов».

Врио руководителя Дальневосточного ТУ ФАНО России Александр Юрченко в своем докладе рассказал о том, что на сегодняшний день в ведении управления находятся 62 организации, 54 из них – это научные институты. Он отметил, что работа по постановке на государственный кадастровый учет земельных участков, предоставленных в пользование подведомственным бюджетным учреждениям, проведена на 98,8% (251 земельный участок из 254 имеющихся в ведении Дальневосточного ТУ). Постановка на государственный кадастровый учет земельных участков, закрепленных за предприятиями, завершена в полном объеме.

Кроме того, Александр Юрченко, рассказал о ходе реструктуризации сети научных организаций в регионе. «В настоящее время в стадии завершения реструктуризации находятся два проекта – Федеральный научный центр агробиотехнологий Дальнего Востока им. академика А.К. Чайка и Хабаровский федеральный исследовательский центр ДВО РАН».

Заместитель руководителя ФАНО России Александр Степанов в ходе своего доклада по имущественному комплексу подчеркнул, что показатели Дальневосточного ТУ ФАНО России по учету объектов федерального недвижимого имущества выше, чем средние по России. Он также отметил, что в следующем году важно сконцентрировать усилия по включению в специализированный жилищный фонд жилых помещений, находящихся в ведении организаций, расположенных на территории деятельности Дальневосточного ТУ ФАНО России.

Начальник Финансово-экономического управления ФАНО России Наталья Сибирякова выступила с докладом о финансовом обеспечении деятельности учреждений в 2017 году и проекте бюджета на 2018-2020 годы. Она рассказала, что течение года первоначальный бюджет ФАНО России был увеличен на 15 млрд рублей. Преимущественно эти средства направлены на зарплату научных сотрудников и иных категорий, включенных в Указ Президента №597, а также на высокотехнологичную медицинскую помощь.

В ходе совещания также состоялась церемония вручения ведомственных наград сотрудникам институтов, расположенных на территории, относящейся к ведению Дальневосточного ТУ ФАНО России. Почетными грамотами «За безупречный труд и высокие достижения в профессиональной деятельности» награждены:

- Асеева Татьяна Николаевна, директор Дальневосточного научно-исследовательского института сельского хозяйства;

- Журавлев Юрий Николаевич, главный научный сотрудник Федерального научного центра биоразнообразия наземной биоты Восточной Азии ДВО РАН;

- Крыжановский Сергей Петрович, главный врач Медицинского объединения ДВО РАН;

- Синеговская Валентина Тимофеевна – директор Всероссийского научно-исследовательского института сои;

- Стоник Валентин Аронович, директор Тихоокеанского института биоорганической химии им. Г.Б. Елякова ДВО РАН.

Справочно:

Дальневосточное ТУ ФАНО России было зарегистрировано 7 июля 2014 года. В его ведении находятся подведомственные Агентству научные организации, расположенные на территории Камчатского, Приморского, Хабаровского краев, Амурской, Магаданской, Сахалинской областей, а также Еврейской автономной области и Чукотского автономного округа.

Россия. ДФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 30 ноября 2017 > № 2410081


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter