Всего новостей: 2626021, выбрано 1071 за 0.172 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 11 октября 2018 > № 2755651 Юрий Трутнев

Инвестпривлекательность регионов ДФО: данные зависят от необходимости?

Кому верить – Трутневу или АСИ?

Дальневосточники всё больше путаются в заявлениях федеральных структур, отвечающих за развитие Дальнего Востока. Так, полпред президента в ДФО Юрий Трутнев, продолжая отстаивать позицию переноса столицы Дальнего Востока из Хабаровска во Владивосток, заявил, что в плане инвестпривлекательности Хабаровск значительно уступает Владивостоку. Между тем в национальном рейтинге инвестиционной привлекательности, который был к тому же представлен на Петербургском международном экономическом форуме, содержится информация прямо противоположная: Хабаровский край единственный из регионов Дальнего Востока, вошел в топ-20 российских регионов по инвестпривлекательности, заняв 18 строчку и оставив далеко за бортом Приморье, которое в этом рейтинге занимает только 76 место. Кому должны верить дальневосточники, для которых развитие региона — вопрос не праздный?

Полпред президента в ДФО Юрий Трутнев поддержал идею врио губернатора Приморья Олега Кожемяко о переносе столицы ДФО из Хабаровска во Владивосток. Но речь сейчас не о переносе столицы, а о том, как именно полпред президента на Дальнем Востоке аргументирует эту инициативу.

Так, в интервью ТАСС Трутнев заявил следующее:

«Это связано с объективным развитием территории, нам нужно видеть, куда стекаются инвестиции, где больше потенциал в будущем. Хабаровск — трудовой регион, я глубоко уважаю людей, живущих в Хабаровском крае. Но там практически нет новых крупных инвестиционных проектов. Там сейчас идёт обсуждение строительства целлюлозно-бумажного комбината. Вот, собственно, и всё. Пока не улучшилось положение дел в Комсомольске-на-Амуре, хотя мы вкладываем достаточно существенные средства в то, чтобы Комсомольск-на-Амуре поднялся с точки зрения условий жизни людей. Планировалось построить дороги, набережную, возвести инженерную школу, театр. Руководство области (имеется в виду Хабаровский край, прим. ИА REGNUM ) говорило нам, что в городе будет размещено производство комплектующих для производства самолётов, но ничего не возникло, пока ничего никуда не сдвинулось. Поэтому, да, в динамике ситуация довольно сильно изменилась. Владивосток, Приморский край сегодня развиваются быстрее. Наконец, все мы прекрасно понимаем, что именно Владивосток — это «восточные ворота России».

Трутнев также отметил, что Приморье превосходит Хабаровский край в 5−10 раз по различным показателям в сфере инвестиций — в Хабаровском крае реализуется 83 проекта на сумму в 251 млрд, а в Приморье, по версии полпреда, 879 проектов на сумму в 1,8 трлн рублей.

Согласно Национальному рейтингу инвестиционной привлекательности, в 2018 году Хабаровский край стал единственным регионом Дальнего Востока, попавшим в топ-20: в первой «двадцатке» он занимает 18-строчку. Приморье же, между тем, находится на 76 месте. Рейтинг был представлен на площадке Петербургского международного экономического форума, прошедшего в мае 2018 года. Тогда же глава АСИ Светлана Чупшева отметила успехи Хабаровского края в росте инвестпривлекательности.

«Это результат совместной работы всех органов власти, особенно на местах. Нам удалось разрушить стереотип, что регионам Дальнего Востока в силу своей удаленности и климатических особенностей не удастся конкурировать с центральными. Но Хабаровский край уже в 20-ке лучших по стране», — сказала руководитель АСИ.

Но, возможно, попадание Хабаровского края в топ-20 инвестпривлекательности регионов России было связано с приближающимися выборами губернатора края и призвано было сработать на имидж теперь уже бывшего главы региона Вячеслава Шпорта? Будем честными — такое порой случается…

Однако выборы прошли. Новым губернатором Хабаровского края стал Сергей Фургал. И уже в ходе встречи с ним руководитель дальневосточного представительства АСИ Ольга Курилова подтвердила выигрышные по сравнению с Приморьем инвестиционные позиции Хабаровского края.

«Хабаровский край практически по всем позициям стал пилотным регионом. Именно здесь нам удалось выстроить правильную систему всех органов власти, ориентировать её на инвесторов. Мы реализовали в крае упрощенный режим «одного окна», когда бизнес может получить максимум услуг в одном месте», — отметила Ольга Курилова.

Сергей Фургал в ответ сообщил, что в крае будет уделяться повышенное внимание малому бизнесу, новые проекты могут появиться в сельскохозяйственной сфере, которой власти региона будут уделять особое внимание.

В данной ситуации интересен вовсе не вопрос переноса столицы. Этот-то вопрос как раз и не интересен. Единственное, чего добился полпред — он сумел обидеть очень многих жителей региона. Когда врио главы Приморья заявил о желании перенести столицу во Владивосток, это было воспринято нормально — Олег Кожемяко, как руководитель Приморского края, обязан хотеть всего самого лучшего для своей территории. И ответ губернатора Хабаровского края Сергея Фургала — «пусть попробуют» — это тоже нормально. Конкуренция равных — это всегда нормально.

А вот вмешательство полпреда Трутнева хабаровчане сочли грубостью и «местью за неправильные выборы».

Но в данной ситуации интересно совсем другое: а кому, собственно, должны верить дальневосточники — хабаровчане и приморцы? Полпреду Трутневу, который говорит, что Хабаровский край в инвестиционном плане не привлекателен, а Приморский, наоборот, впереди планеты всей? Или они должны верить АСИ, которое утверждает обратное? Для дальневосточников вопрос не праздный — от этой самой инвестпривлекательности зависит уровень их жизни, качество жизни, рабочие места, новые школы и больницы, хорошие дороги. Так какой из версий верить?

Честного ответа на этот вопрос — нет.

По итогам форума «Сообщество», прошедшего на Сахалине, заместитель секретаря Общественной палаты РФ, президент Центра прикладных исследований и программ Александр Точенов сказал, что Дальний Восток был и остался для федеральной бюрократии «дальним».

"На мой взгляд, одна из проблем в том, что чиновники, бюрократия, так называемые «элиты» (в большинстве своем) не чувствуют страну и не понимают её. Именно поэтому Дальний Восток для них был и будет дальним. И это касается не только Дальнего Востока — вся страна для них «дальняя». Именно поэтому не идут национальные программы и проекты. Они разрабатываются, деньги выделяются, структуры создаются, иногда они (программы) даже выполняются. Правда, не учитываются в них люди и их интересы. Нет, интересы отдельных граждан, этих самых «элит», скорее всего, учитываются и обеспечиваются, а вот остальных — вряд ли. С остальными не советуются, их интересы не учитываются, их не спрашивают. А потом «элиты» удивляются: что же произошло на выборах осенью этого года? Президент им уже давно говорит, вы что, сидя в кабинетах, лучше знаете потребности людей? Идите в народ. Но они не идут, мало того, еще и вводят президента в заблуждение своими докладами (не скажу, что сознательно обманывают, возможно, они считают, что им подготовили правдивые отчеты, и они сами искренне заблуждаются)», — привел слова Александра Точенова портал «Выбор народа».

Как сообщало ИА REGNUM, манипулирование с цифрами и фактами по инвестпривлекательности регионов Дальнего Востока со стороны федеральных чиновников, отвечающих за развитие ДФО, не впервые шокирует дальневосточников. Так, в апреле 2018 года полпред президента в ДФО Юрий Трутнев обвинил дальневосточных губернаторов в том, что они не смогли сделать свои субъекты инвестиционно привлекательными.

«Позиции ДФО настолько плохи, что ниже падать уже некуда», — заявил полпред.

Между тем в тот самый день, когда Трутнев это заявил, на сайте Минвостокразвития была размещена информация, сообщавшая о том, что Дальний Восток по инвестпривлекательности, напротив, впереди всех регионов России.

«На Дальнем Востоке в 2017 году зафиксирован беспрецедентный рост инвестиций в основной капитал. Дальний Восток является лидером по росту прямых инвестиций в экономику округа. Дальний Восток показал рост прямых инвестиций на 17%, что составило 117,1%, когда в среднем по России этот показатель равен 104,4%. На Дальнем Востоке — лучший показатель в стране», — сообщало Минвостокразвития в апреле 2018 года.

Так Дальний Восток процветает? Или не процветает? Дальневосточники считают, что их регион стагнирует, и голосуют ногами. Или руками — на провальных выборах.

Но федеральные чиновники продолжают удивлять изумительной «гибкостью» цифр, которые меняются в зависимости от… политической необходимости?

Ольга Демиденко

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 11 октября 2018 > № 2755651 Юрий Трутнев


Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 октября 2018 > № 2755443 Максим Крылов

Почему провалилось сближение России и Японии

Максим Крылов

Несмотря на разговоры о «новом подходе» к России, Абэ взял на вооружение старую схему «экономика в обмен на политику», опробованную предшественниками. Просто в отличие от предшественников, иногда сменявших друг друга чаще, чем цифры на календаре, у него было достаточно времени, чтобы попытаться довести эту схему до логического завершения. Это логическое завершение мы и увидели во Владивостоке: схема не работает

В январе 1990 года старожил японской политики, бывший министр иностранных дел Японии Синтаро Абэ во главе делегации Либерально-демократической партии отправился с визитом в Москву. Холодная война закончилась, советско-японские отношения ощутимо теплели, и многим в Токио тогда казалось, что до благополучного разрешения территориального спора если не рукой подать, то уж в тройном прыжке долететь можно точно.

Два первых прыжка уже были намечены: во-первых, надлежало установить доверительные личные отношения с советским руководством; во-вторых – договориться об организации первого официального визита советского лидера в Японию. За тем и полетели.

Как и положено политику высокого ранга, Синтаро Абэ взял с собой личного секретаря, которого при первой возможности представил Горбачеву. Михаил Сергеевич внимательно рассмотрел секретаря, перевел взгляд на Синтаро Абэ, сравнил увиденное и вынес вердикт: «Можно перепутать».

В другом контексте подобное наблюдение можно было бы счесть очередной неделикатной вариацией на тему «все японцы на одно лицо», но в данном случае шутка Горбачеву действительно удалась. Личным секретарем Синтаро Абэ был его сын Синдзо, который и правда поразительно похож на отца.

Так или иначе, тогдашний визит увенчался успехом, пусть и временным. Доверительные отношения были установлены, Горбачев годом позже действительно посетил Токио, но третьего прыжка мир так и не увидел, а невинная шутка советского лидера даже стала своеобразным дурным пророчеством.

История российско-японских политических отношений с тех пор напоминает собой не столько прыжки в длину, сколько забег по ленте Мебиуса: движение есть, прогресса нет, маршрут все тот же, и поверхность только одна. Каждый сезон этого сериала настолько похож на предыдущий, что даже имена актеров повторяются: когда к апрелю 2013 года история описала очередной полный круг, очередной японский политик высокого ранга с фамилией Абэ (тот самый сын первого) снова отправился в Москву устанавливать отношения и договариваться о визите.

Правда, на сей раз возникли некоторые непредвиденные осложнения. Мировая история внезапно решила, что она ничем не хуже истории российско-японских отношений, и отправилась в свое собственное турне по дурной бесконечности. Россия вступила в новую холодную войну, в которой и Японии пришлось пару раз пальнуть холостыми в направлении ДНР, ЛНР и Крыма, в результате чего очередное потепление между Москвой и Токио было отложено на неопределенный срок. Туман войны рассеялся лишь к маю 2016-го, когда японский политик высокого ранга с фамилией Абэ (все тот же сын первого) в третий раз отправился устанавливать и договариваться. «Можно перепутать».

Чтобы не перепутать

На всякий случай, чтобы никто ничего не перепутал, Абэ-сын окрестил очередной поход по ленте Мебиуса «новым подходом», чем немало заинтриговал наблюдателей. Со стороны, впрочем, все выглядело до боли знакомо: многочисленные саммиты, еще более многочисленные контакты уровнем пониже, заверения в дружбе, росте торгового оборота и расширении экономического сотрудничества.

Из новшеств невооруженному глазу были видны, пожалуй, только встречи министров обороны и иностранных дел в формате «2+2» да переход двух лидеров на «ты» и обращение друг к другу по имени. Не «господин президент», а «Владимир», причем с ударением на последнее «и», что, безусловно, представляет собой новый подход к орфоэпии. Но не более того.

Тем не менее стараниями японского премьера за следующие два года российско-японские контакты заметно активизировались. В Японии был даже учрежден пост государственного министра по вопросам экономического сотрудничества с Россией, а на должность заместителя министра иностранных дел, курирующего российское направление японской внешней политики, был назначен еще один сын первого Абэ, но его с отцом перепутать сложнее, потому что зовут его Нобуо Киси.

Скорость движения ощутимо возросла, но у ленты Мебиуса есть одна неприятная особенность: чем быстрее ты по ней движешься, тем быстрее вернешься к исходной точке. Примерно это и случилось 11 сентября, когда «новый подход» благополучно почил в бозе во Владивостоке, не выдержав испытания неожиданным предложением Путина заключить мирный договор до конца года.

Следует заметить, что первый тревожный звонок для «впоследствии покойного Берлиоза» прозвучал днем раньше, во время официальной встречи двух лидеров. Вопреки установившейся за два года контактов практике Синдзо и Владимир (с ударением на последнее «и») внезапно вернулись к официальным обращениям «господин президент» и «господин премьер-министр», а на совместной пресс-конференции говорили друг о друге исключительно как о «президенте Путине» и «господине Абэ».

Синхронный демарш наводил на мысли о предварительной договоренности, инициированной российской стороной, поскольку японский лидер до сих пор настаивал на втором лице единственного числа и личных именах, несмотря на то что это противоречит не только требованиям протокола, но и нормам японского языка.

Тем, кого смена тональности и подчеркнутая дистанция в личном общении ни на какие мысли не навели, на следующий день диспозицию объяснил сам Путин, в присутствии Абэ публично предложивший как можно скорее раскурить трубку мира без предварительных договоренностей о содержимом трубки. Абэ посмеялся, российские новостные ленты поспешили сообщить о возможном дипломатическом прорыве, официальный Токио поспешил заявить, что не курит, а за скобками осталась одна простая истина: «новый подход» премьер-министра Абэ увенчался оглушительным провалом. И вот почему.

Позиция «давайте заключим мирный договор без предварительных условий до конца года» отличается от всех предыдущих российских позиций только словами «до конца года». Никакого прорыва здесь нет, поскольку этот самый вариант Япония отвергает уже не первое десятилетие; с тем же успехом российский президент мог предложить сделать это до полуночи, пока карета не превратилась в тыкву, а точечные инвестиции – в секторальные санкции (запрещены на территории РФ).

Японская точка зрения предельно ясна: мирного договора до сих пор нет, потому что не урегулирован территориальный спор; никаких иных препятствий не существует. Следовательно, благополучное разрешение спора является необходимым условием для заключения договора. А предложение Путина даже хуже формулы, определенной в Московской декларации 1956 года («мирный договор плюс два острова из четырех»), которая и сама по себе для Токио весьма неприятна.

Итого в сухом остатке: после двух лет интенсивных контактов стороны ни на миллиметр не сдвинулись с крайних точек, о чем одна из них и заявила городу и миру в довольно провокативной форме.

Справедливости ради отметим, что некоторые вариации и гипотетические сценарии, по всей видимости, все же обсуждались, но никого не удовлетворили. Так, одна из многих высокопоставленных японских делегаций, посетивших за эти два года Москву, на прямой вопрос российской стороны, будет ли действие американо-японского Договора о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности от 1960 года (по которому США имеют право размещать военные базы на всей территории Японии) распространяться на Южные Курилы в случае передачи их целиком или частично под японский контроль, вынуждена была ответить утвердительно. Тут и сказке конец, а кто не слушал, тому российская сторона охотно пересказала краткое содержание, продолжив развивать военную инфраструктуру на островах, к немалому недовольству Токио.

Два года разницы

На этом очевидные выводы заканчиваются и начинаются менее очевидные. Например, подобное возвращение на исходные позиции может служить косвенным свидетельством, что никакого фундаментально нового подхода и не было вовсе.

Вполне вероятно, что Абэ взял на вооружение старую схему «экономика в обмен на политику», опробованную предшественниками; просто в отличие от предшественников, иногда сменявших друг друга чаще, чем цифры на календаре, у него было достаточно времени, чтобы попытаться довести эту схему до логического завершения. Это логическое завершение мы и увидели во Владивостоке: схема не работает.

Второй вывод: в отличие от ситуации двухлетней давности Япония сейчас почти не нужна России. Или по крайней мере гораздо меньше, чем Россия нужна Японии и лично Синдзо Абэ, вложившему немало политического капитала в этот раунд сближения.

Два года назад, в исходной точке процесса, Путин был почти в полной международной изоляции, и активные контакты с одним из лидеров G7 были для него весьма кстати. Теперь он спокойно летает на свадьбы в Австрию, встречается с Трампом в Хельсинки и играет ключевую роль в сирийском урегулировании, а из мировых столиц ему сейчас закрыты, пожалуй, лишь Киев, Лондон и Вашингтон.

Единого антироссийского фронта нет и в помине, империалистические ястребы разлетелись по своим империалистическим делам, от Украины все устали. Япония же кроме денег ничего ценного предложить не может; это фундаментальная слабость японской внешней политики, не сводящаяся к ее российскому направлению, но именно на российском направлении она видна особенно отчетливо.

Наконец, вывод третий: забег по ленте Мебиуса, вне всякого сомнения, продолжится. Уже в октябре японский парламент будет созван на внеочередную сессию, и в своем послании обеим палатам японский премьер, как и каждый раз до этого, подобно Катону Старшему, скажет, что Карфаген (территориальный спор) давно должен быть разрушен.

Несмотря на очевидный конфуз (за который по Абэ уже прокатилась либеральная пресса), Япония продолжит соблазнять Россию экономическим сотрудничеством, а Россия продолжит слать ей mixed signals до востребования. Первый был послан уже на прошлой неделе: в поздравительной телеграмме по случаю переизбрания Абэ лидером Либерально-демократической партии Путин вернулся к столь любимому японским премьером второму лицу единственного числа и формуле «дорогой Синдзо». Тут и до нового «нового подхода» если не рукой подать, то уж в тройном прыжке долететь можно точно. Он будет тоже «новый», но новый. Главное – не перепутать.

Япония. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 10 октября 2018 > № 2755443 Максим Крылов


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 10 октября 2018 > № 2754483 Олег Кожемяко

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Приморского края Олегом Кожемяко

Обсуждались, в частности, ход ликвидации последствий недавнего наводнения в крае, а также меры по недопущению таких происшествий в будущем. Глава региона также доложил Председателю Правительства о планах по интенсификации жилищного строительства.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Олег Николаевич, Вы у нас бывалый губернатор, руководили разными субъектами Российской Федерации. Сейчас Вам доверено исполнять обязанности губернатора в Приморском крае. Край Вам этот хорошо знаком, потому что Вы родом оттуда, знаете там всё. Там есть и очень хорошие перспективы развития, и очень существенные проблемы, которые накоплены были за последние годы, даже десятилетия. На чём хотели бы сейчас сконцентрироваться? Имею в виду решение неотложных задач – знаю, что у вас есть реестр определённых приоритетов, которые вы считаете важным реализовать в ближайшее время.

О.Кожемяко: Да, Дмитрий Анатольевич, проблем действительно очень много, как Вы сказали, – в социальной сфере, здравоохранении, образовании. Мы их будем поэтапно решать на встречах с руководителями министерств. Сейчас необходимо завершить работу, связанную с ликвидацией последствий наводнения. По населённым пунктам очень много разрушенных дорог, есть ещё места, которые отрезаны от сообщения: не восстановлены мосты, людям приходится пользоваться переправами.

Д.Медведев: Сколько мостов разрушено?

О.Кожемяко: Порядка 600 мостов. Поэтому, конечно, необходима помощь федерального центра, и финансовая, с тем чтобы в установленном порядке, шаг за шагом восстанавливать мосты, дороги, потому что нет даже по многим населённым пунктам автобусного сообщения.

Конечно, это временные меры. Необходимо кардинально решать вопросы, особенно по ряду муниципальных образований, по ряду городов, таких как Уссурийск, Лесозаводск, Дальнегорск, Спасск-Дальний, – это строительство дамб и берегоукрепление.

Последние шесть лет Приморье подвергается наводнениям ежегодно. В этом году несколько раз было наводнение. Мы выделяем большие средства на выплату пострадавшим. Но самое главное, что люди уже теряют веру в то, что можно будет когда-нибудь защитить их от наводнений. Покидают насиженные места, потому что каждый год приходится восстанавливать свой дом.

Д.Медведев: Здесь должно быть рациональное решение, потому что в ряде случаев, может быть, и есть смысл подумать о том, чтобы где-то в другом месте строиться. То есть это должен быть комплексный план, связанный с угрозами наводнений, которые существуют, и мы их с вами административными актами не ликвидируем, естественно.

О.Кожемяко: Да, мы подготовили план по строительству водозащитных дамб, который позволяет прикрыть большую территорию Приморья, берегоукрепление провести по ряду муниципальных образований. Необходимо Ваше поручение Министерству природных ресурсов и Министерству финансов о выделении необходимых средств для строительства таких дамб. И в течение нескольких лет мы бы эту проблему кардинальным образом решили.

Кроме того, у нас большая проблема с жилищным строительством, очень много обманутых дольщиков. Их более 4 тысяч сейчас в реестре. И отсутствуют какие-либо площадки для комплексной застройки.

Д.Медведев: Да, эту проблему я знаю. Она исторически существует во Владивостоке и некоторых других частях Приморского края. Просто нет свободных земель для жилищного строительства. Как Вы предполагаете её решать?

О.Кожемяко: У нас есть ряд предложений по передаче земли, принадлежащей «ДОМ.РФ» (АИЖК), на которой нет застройки и где при комплексном подходе со стороны Минстроя России и администрации Приморского края можно было бы решить вопросы инфраструктуры. Можно было бы предоставить застройщикам эти территории. Они бы взяли на себя часть проблем, в том числе по дольщикам. И мы бы эту задачу шаг за шагом решали. Мы её и сейчас будем решать, со стороны бюджета поддерживать по социальным выплатам, потому что некоторые дольщики уже 20−25 лет решают свои вопросы.

Конечно, это огромная проблема. Мы подготовили материалы для того, чтобы Вы дали соответствующие указания и эти участки перешли в собственность администрации Приморского края.

Д.Медведев: Это позволит не только решить проблему обманутых дольщиков, как я полагаю, но и в целом интенсифицировать темпы жилищного строительства. Так?

О.Кожемяко: Да, это и программа «Молодая семья», и жильё для бюджетников и других граждан. Мы начали вводить элементы социальной ипотеки. Думаю, эту программу необходимо расширять, но без площадей это, конечно, невозможно сделать. И это было бы большим шагом в жилищном строительстве, в решении этих насущных вопросов.

Д.Медведев: Хорошо, давайте посмотрим. Действительно, эта проблема существует для Владивостока. И нужно посмотреть, каким образом создать новые, дополнительные мощности для строительства жилья для всех категорий граждан, в том числе тех, кто пострадал от мошеннических схем, – для того чтобы решать жилищную проблему, реализовывать различные ипотечные продукты, включая те, о которых Вы сказали, – для молодых семей, для специалистов. Это, безусловно, важно в целом для сохранения потенциала Приморского края. Надеюсь, что у вас это получится.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 10 октября 2018 > № 2754483 Олег Кожемяко


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > ria.ru, 4 октября 2018 > № 2749117

Мэр Владивостока Виталий Веркеенко, заявивший об уходе в отставку, объяснил РИА Новости свое решение сложившейся системой отношений между муниципалитетом, краем и федеральным центром.

"Безусловно, мне это решение далось совсем не просто, но в сложившейся ситуации у меня нет ни права, ни желания подводить или обманывать жителей, да и не умею я этого. Я вижу и чувствую кризис доверия к власти, для того чтобы его преодолеть, важно выполнять обещания, данные людям. Но в сложившейся системе это, к сожалению, невозможно. В ней заложена программная ошибка, в отношениях между муниципалитетом, краем и федеральной властью", — привела слова Веркеенко его пресс-секретарь Юлия Шатина.

Мэр отметил, что во Владивостоке ежегодно собирают налогов на 56 миллиардов рублей, но в городском бюджете остается всего шесть миллиардов. Еще шесть миллиардов город получает в виде субсидий и субвенций, и это, по словам Веркеенко, несправедливо.

"Владивостоку, чтобы иметь возможность развиваться и подтверждать звание тихоокеанской столицы России, нужен статус города федерального значения. Он этого действительно достоин. Можно сколько угодно говорить о восточном векторе развития государства, но это неосуществимо, пока не изменится сама система", — добавил он.

Второго октября Веркеенко написал в Facebook, что уходит в отставку по собственному желанию. По его словам, "есть силы бороться за благополучие города, но уже нет мотивации". Врио губернатора Приморского края Олег Кожемяко назвал это решение странным, отметив, что в органах власти "так не делается".

Городская дума рассмотрит заявление Веркеенко 11 октября. Нового мэра выберут по конкурсной процедуре.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > ria.ru, 4 октября 2018 > № 2749117


Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 октября 2018 > № 2747153

Асахи симбун (Япония): Владивосток — место унижения и единения

«Российско-китайские отношения вступили в лучший период за всю историю». Такое заявление сделал китайский лидер Си Цзиньпин на Восточном экономическом форуме, прошедшем в сентябре во Владивостоке, и крепко пожал руку президенту Путину. Скорее всего немало китайцев в этот момент испытывали смешанные чувства. Дайсукэ Нисимура решил разобраться, что значит Владивосток для китайцев.

Дайсукэ Нисимура (Daisuke Nishimura), Асахи симбун, Япония

«Российско-китайские отношения вступили в лучший период за всю историю». Такое заявление сделал китайский лидер Си Цзиньпин на Восточном экономическом форуме, прошедшем в сентябре во Владивостоке, и крепко пожал руку президенту Путину. Он продемонстрировал администрации Трампа дружеские отношения с главой России на фоне обострения торгового конфликта с США.

Форум проходил в виде панельных дискуссий с участием премьер-министра Японии Синдзо Абэ и лидеров других стран. Си Цзиньпин, отвечавший на острые вопросы российского журналиста, который был ведущим, и напряженно высказывавший собственное мнение, выглядел свежо.

Ранее в ходе дипломатической деятельности Си ни разу не отвечал на вопросы во время пресс-конференций. Очевидно, что это было сделано для того, чтобы спасти репутацию Путина, который организовал мероприятие.

За день до этого они прогулялись по набережной, где, надев фартуки, приготовили блины с икрой и, улыбаясь, запивали их водкой. Скорее всего немало китайцев, наблюдавших за этим, испытывали смешанные чувства.

На китайской карте после китайской транслитерации Владивостока в скобках пишется «Хайшеньвэй». Власти Китая требуют, чтобы название города писалось именно так. Это место получило такое название во времена империи Цин. Оно означает «залив трепанга». По всей видимости, там добывалось большое количество трепанга.

В 1860 году Российская империя подписала с Цин Пекинский договор, получив по нему Приморский край. В его южной части был построен военный порт, который был назван Владивосток, что означает «владей Востоком».

В 2008 году была проведена окончательная демаркация границ, и несмотря на то, что территориальный спор был урегулирован, Китаю сложно принять это название.

Несмотря на то, что китайская провинция Гирин находится неподалеку, Владивосток отличается европейской архитектурой. Сейчас город посещает большое количество китайских туристов, однако все они называют его Хайшеньвэй. Многие даже не знают русского названия города. Когда я посетил популярный Музей трепанга, гид рассказал, что это место принадлежало Китаю, однако отошло России по неравноправному договору. Китайский турист из провинции Хэйлунцзян, осматривавший город со смотровой площадки, расположенной неподалеку, недовольно проворчал: «Это унизительно».

Владивосток также является местом примирения

В 1949 году, вскоре после провозглашения КНР, СССР и Китай стали социалистическими братьями, однако в 1950-х годах у них возник конфликт вокруг политического курса. Дело дошло даже до военных столкновений.

Генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачев, провозгласивший новую дипломатию, посетил Владивосток в 1986 году и заявил: «Я хочу, чтобы граница, разделяющая нас, стала границей мира и дружбы». Тем самым он выразил намерение положить конец 30-летнему конфликту.

Через три года Горбачев посетил Пекин. Дэн Сяопин заявил ему: «Российская империя захватила китайскую территорию площадью 1,5 миллиона квадратных километров. Китайцы были унижены. Тем не менее, надо забыть прошлое и открыться для будущего». Тем самым он взял курс на улучшение отношений.

В этот раз Владивосток стал местом демонстрации единства двух держав, которые будут противостоять администрации Трампа. Возможно, портовый город, находящийся на краю российской территории, будто бы вонзившей клыки в северо-восточную Азию, из-за его географических особенностей постигнет судьба места, где разыграется историческая драма.

Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 октября 2018 > № 2747153


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 сентября 2018 > № 2748979 Глеб Кузнецов

Реванш патерналистов. Чему угрожают победы оппозиции на региональных выборах

Глеб Кузнецов

В регионах, которые якобы породили «новую политическую реальность», избиратель, рассчитывающий на себя, а не на государство, так и не пришел на участки 9 и 23 сентября. Пришли традиционалисты и патерналисты, недовольные нарушением статус-кво, изменениями как таковыми, их скоростью

Высокий уровень протестного голосования в четырех из 22 регионов, где проходили губернаторские выборы, быстро окрестили наступлением «новой политической реальности». Каждый придает этой реальности свой оттенок, густо замешанный на спекуляциях вокруг страхов прошлого и надеждах на будущее. Кто говорит о неминуемом крахе всей системы управления, кто о новом рынке политтехнологий, кто пророчит репрессии, кто слышит треск медленно отмирающего патернализма. Но за обобщенными трактовками важно не упустить реальность конкретных региональных кампаний.

Несмотря на то что «Единая Россия» стала проводником закона о повышении пенсионного возраста, в 13 из 16 избирательных кампаний в региональные заксобрания «Единая Россия» получила большинство по партийным спискам и обеспечила себе контроль во всех 16 законодательных собраниях за счет одномандатников. 25 сентября депутаты городской думы Екатеринбурга – преимущественно единороссы – избрали мэром города заместителя губернатора Свердловской области Александра Высокинского. Так что несложно заметить, что своеобразный краш-тест система прошла.

Два года направленных усилий по убеждению «разочарованного избирателя» в важности участия в выборах и чистоте процедуры выборов вернули живую политическую атмосферу. Похоже на идущий в сети флешмоб о девяностых, когда пользователи размещают фотографии себя, вроде узнаваемые, но юные. Также и события в Приморье заставляют вспомнить мэра Владивостока Виктора Черепкова – снятие, митинги, голодовки, отмена выборов. А выборы во Владимире напоминают 1996 год, разве что результат у Светланы Орловой сейчас лучше, чем у тогдашнего «ставленника Кремля». Уместнее говорить не о явлении «новой политической реальности», а об эндемичной каждому конкретному региону политической флоре, которая пробивается между серыми бетонными плитами.

Приморье, Хабаровский край и Владимирская область – три территории с традиционно протестным голосованием на региональных выборах, при этом относительно лояльные на выборах федеральных. В абсолютных числах избирателей здесь столько же, сколько в одной Свердловской области, маловато для вынесения вердикта об общероссийской тенденции.

Тем не менее оседающая пыль оставляет несколько вопросов. А что это было? Что означают победы оппозиции? Выразителем чего являются победившие Сергей Фургал (Хабаровск) и Владимир Сипягин (Владимир), а также Андрей Ищенко (Приморье) и Валентин Коновалов (Хакасия), чья политическая судьба пока не решилась?

Интересных для рассмотрения сценариев, пожалуй, два: модернизационный вызов и популистская волна, накатывающая с востока.

Модернизационный вызов?

Разговоры про «модернизационный вызов системе» (требование новых лидеров и подходов, иных темпов и качества развития региона, протест «модернизированного города» и запрос новых классов на расширение политического участия) разбиваются о данные электоральной статистики. Что «город», что «село» с одинаковым единодушием поддержали Сипягина и Фургала. Владимир отдал кандидату от ЛДПР лишь на 0,7% голосов больше, чем область в целом. А в Хабаровске поддержка Фургала оказалась всего на 1,5% выше, чем по краю без учета столицы. При этом в 2013 году на выборах губернатора Хабаровского края за Сергея Фургала наиболее активно голосовала как раз глубинка, районы без крупных городов – Верхнебуреинский, Ульчский, Нанайский, Бикинский районы с административным центром 18 тысяч жителей.

Будь политические предпочтения в России устойчивыми в течение хотя бы полутора столетий, мы бы безошибочно узнавали консервативных дальневосточных избирателей. В душе своей дальневосточники – традиционалисты, охранители. Эти люди объясняют свою жизнь на Дальнем Востоке, как правило, интересами страны – «мы держим эту землю для России». Дальневосточникам обидно, что московское начальство не понимает их любви и преданности к далекой Родине («у вас в России» – частый оборот, особенно на Сахалине и в Приморье), не признает подвига: «меня царицами соблазняли» (это про мегаполисы Китая, Кореи, Японии), а «я вам верен», уравнивает с западом все, что лежит дальше Новосибирска, и с тоской смотрит на юг – теплый тучный рай Краснодарского края.

Сама жизнь в непростых условиях Дальнего Востока требует особого вознаграждения – «длинного рубля» и профсоюзного санатория. Все новое часто воспринимается в штыки. Изменения, которые навязывает Москва, тревожат привычный образ жизни, экологию, пейзаж.

Именно на этой, абсолютно традиционалистской и консервативной карте исключительности людей, населяющих Дальний Восток, построил свою кампанию Сергей Фургал. «Дальний Восток – это особая территория: здесь трудно жить, тяжело вести бизнес и заниматься сельским хозяйством и крайне сложно что-то планировать. Поэтому особый статус региона я предлагаю закрепить законом, который бы гарантировал постоянные комфортные условия жизни и работы. Если не будет особого отношения к дальневосточникам, то скоро здесь никого не останется» – его слова из официальной предвыборной программы.

Владимир – та же консервативная песня, но с другим оттенком исторической миссии: «Отсюда есть пошла русская земля, не надо нас ничему учить». На первых прямых губернаторских выборах в 1996 году Юрия Власова, ельцинского назначенца, по нынешним меркам – молодого технократа (в 1983 году окончил Московский институт управления, кандидат экономических наук, назначен губернатором в 40 лет; в последние годы работает в РАНХиГС), владимирцы с треском прокатили, отдав 62% голосов коммунисту Николаю Виноградову, который и руководил областью следующие 17 лет. Победа Светланы Орловой в 2013 году – уникальный случай для электоральной истории Владимирской области, и связана она была не с региональной спецификой, а со спецификой администрирования выборов на том этапе развития политической системы.

Мы все еще рассматриваем версию модернизационного вызова? Очевидно, не стоит.

Антиистеблишмент?

Популистская волна докатилась до России? Степень схожести с мировыми процессами примерно как между коровой и божьей коровкой. Это даже не межвидовой барьер, а иной класс.

Современный популизм – это вызов истеблишменту, апелляция к расширению участия граждан в принятии решений в противовес традиционному политическому классу. По сравнению с флорентийскими пополанскими статутами современный популизм лишь более технологичен и менее сосредоточен на традиционных институтах. Для него скорее важны новые формы политического участия и вовлечения в принятии политических решений.

Единый день голосования 2018 года отчасти можно назвать примером успеха современного типа популизма. Но только в муниципальных кампаниях, на что закрывают глаза парламентские оппозиционеры, считая себя исключительно победителями региональных выборов 2018 года. Так победила, например, Сардана Авксентьева на выборах главы Якутска. Она получила 40% голосов, на 8,3% обойдя кандидата от «Единой России».

Авксентьева не говорила о пенсионной системе. Зато активно вела кампанию в интернете со слоганами «Все решает человек!» и «Народный мэр». Упирала на неправильное расходование городского бюджета, бездействие управленцев, которые «и тронуть бояться» проблемы города, на отказ от привилегий, дорогих машин и сокращение расходов на содержание мэра Якутска и его аппарата. Отбила Сардана Авксентьева и традиционную гендерную тему: «Какая «женская рука»? Судя по количеству накопившихся проблем… нужен твердый кулак». В наборе технологий – работа с «новыми средами»: блогерами, молодежью; постоянная демонстрация открытости, противопоставление себя политическому классу.

А вот семья Фургал в соседних c Якутией регионах – плоть от плоти истеблишмента. Бизнесмены-депутаты, профессиональные лоббисты, могучий клан элиты. Сам Сергей Фургал в Госдуме второй созыв. Два брата – депутаты заксобраний Хабаровского края и Амурской области. Еще один – в городской думе города Зеи. Сын Антон Фургал в 2014 году баллотировался от ЛДПР в Хабаровскую городскую и краевую думы. Люди, знакомые с ситуацией на Дальнем Востоке сколько-нибудь глубоко, сильно бы посмеялись, что в Москве победу Фургала продают в качестве кейса на тренингах по использованию популистской антиистеблишментной риторики.

Это больше похоже на тренировочный матч первого состава спортклуба с дублем. Может ли дубль выиграть у звезд? Редко, но может, когда создаются определенные условия. Такие условия сложились в нескольких матчах: «стареющие звезды»; разрядка после «матча десятилетия» в марте; объявленные реформы – для Приморья и Хабаровска это было не только повышение пенсионного возраста и НДС, но и изменение принципов распределения квот на вылов краба, из-за чего летом в регионе прошли протесты; красные карточки – международные санкции, затронувшие предприятия оборонного комплекса, расположенные в Хабаровском крае и Владимирской области. Стоит ли на основании этого делать вывод, что игра пошла другая? Одной победы дубля недостаточно. Да и честолюбивые дублеры, судя по всему, готовы и даже хотят играть в высшей лиге по ее правилам.

Но напор молодых волков, пожалуй, ощущается. Только вот в 16 регионах власть сама двинула вперед новый состав, сыграв на опережение, и победила.

Русский чавизм

В России популизм чаще понимается в искаженном смысле. Из стигматизирующего «он популист», то есть заигрывает с народом, превращает политику в шоу, выросла полноценная политическая технология, которой не гнушаются ни мэтры, ни молодая поросль. И вот Андрей Ищенко превращает выборы в шоу «Холостяк», объявляя конкурс на роль первой леди Приморья.

Победители вторых туров – это не никому неизвестные люди, как нередко пытаются показать федеральные эксперты, выдавая за реальность собственный московский изоляционизм. Эти люди вели кампанию, выступали на митингах, заваливали почтовые ящики агитационными материалами, продвигали себя в соцсетях.

Их нарративы, ценности и лозунги, подкупившие избирателей, не представляют собой загадки, хотя не являются ни модернистскими, ни популистскими. Это традиционалистско-патерналистский дискурс, ориентированный вовсе не на локомотивный класс горожан, а скорее на традиционный властный электорат – пенсионеров, желающих сохранить статус-кво распределительной пенсионной системы и льгот, которые, как известно еще с 2005 года, выходят налогоплательщикам дороже стоимости получаемых услуг за счет издержек на администрирование.

В первую очередь все кандидаты использовали тему пенсий. Фургал обострял: «Покойникам пенсия не нужна». Ищенко шел с баннерами «За наши пенсии!». Сипягин уже инициирует рассмотрение законопроекта в заксобрании Владимирской области, призывая голосовать против пенсионной реформы, участвует в митингах и выступает в СМИ. В Амурской области коммунистка Татьяна Ракутина, хоть и уступила в первом туре, набрала больше, чем Андрей Ищенко в Приморье, использовав в последние две недели слоган «Нам не нужны послабления в пенсионной реформе! Нам нужна ее отмена».

Из других предложений – возвращение льгот. Бесплатный проезд в общественном транспорте в Хабаровском и Приморском краях; специальные дальневосточные коэффициенты для расчета подъемных по программе «Земский доктор» для врачей, льготы для детей военного времени и так далее.

Третьей линией атаки для претендентов становится «почва», подчеркивание исключительности региона и, соответственно, необходимости быть местным, чтобы чувствовать регион и управлять им. Мир не открыт, Россия не едина, а процессы регионального развития не взаимосвязаны. Секрет успеха губернатора – это «связь с почвой» и «гением места». Вот такой «прогрессивный» нарратив во второй декаде XXI века.

Сипягин строил на этом всю кампанию, к тому же заявляя, что Орловой надо вернуться на родину и растить внуков (она не просто плохая, она – иная и по происхождению, и по полу, чужая, гений места – не ее). В большинстве западных стран такого рода предвыборный нарратив – противопоставление правильного мужского слабому и некомпетентному женскому началу в политике – был бы не просто неэффективен, а незаконен, да и у нас настолько откровенно сексистской кампании я не припомню. Как вам понравилась бы газета с заголовком «Баб к управлению градом Владимиром не подпускать»? Но для традиционалистской российской глубинки это приемлемый и даже одобряемый ход, мачизм, продаваемый в качестве экзистенциальной компоненты управленческой и политической компетентности.

Итак, распределение, льготы, традиционализм вплоть до сексизма, бытовой регионализм вплоть до изоляционизма – в итоге, как мы видим, «истеблишмент 2.0» берет на вооружение патерналистский нарратив старших товарищей, адресуясь даже не к началу 2000-х, а к кампаниям, характерным для красного пояса середины 90-х годов прошлого века. Если всерьез рассматривать произошедшее в идеологической рамке, то победили чависты. И именно с этим вызовом власти сегодня придется иметь дело.

Угроза модернизации

В России в отличие от большинства европейских стран «буржуазное сознание» не является ценностным консенсусом среднего класса. Базовые ценности и ориентации этой якорной части российского общества остаются левыми по сути. Они специфичны не только для людей старших возрастных когорт, но почти для всех остальных электорально значимых групп населения. Системные левые просто не были способны мобилизовать всех избирателей, которым свойственны эти настроения, в том числе потому, что в левой повестке успешно работали и президент Владимир Путин, и партия «Единая Россия».

Модернизационный нарратив президентской избирательной кампании, построенной на переходе от идеи культа стабильности к идее прорыва, и последующие за ней инициативы, в первую очередь – повышение пенсионного возраста, лишили президента и представителей партии власти статуса главных социальных консерваторов. И это место понемногу занимают гибкие представители истеблишмента 2.0, держатели местных франшиз системных оппозиционных партий.

Если победа Фургала и Сипягина действительно чему-то угрожает, то не стабильности политической системы и не ценностному консенсусу, сложившемуся вокруг фигуры президента страны, а его попытке повернуть госаппарат и избирателя лицом к реальным вызовам XXI века, лицом к модернизации и модернизационному настрою. Указ президента №204 как попытка закрепить новый политический консенсус вокруг задач развития пока не нашел читателей в электоральной провинции. Люди не хотят изменений, если они не приводят к их большему участию в действующей распределительной модели.

В регионах, которые якобы породили «новую политическую реальность», избиратель, рассчитывающий на себя, а не на государство, так и не пришел на участки 9 и 23 сентября. Пришли традиционалисты и патерналисты, недовольные нарушением статус-кво, изменениями как таковыми, их скоростью. Стоит ли это считать «политической катастрофой» – личный выбор, вопрос веры, а не знания. Не стоит лишь закрывать глаза на то, что густонаселенные территории и города-миллионники не подтверждают катастрофизм фургаловедов и фургалолюбов, а опровергают его – своими делами и своими голосами.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 сентября 2018 > № 2748979 Глеб Кузнецов


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 26 сентября 2018 > № 2748978 Наталья Зубаревич

Политэкономия проигрыша в Приморье. Откажется ли центр от варягов-технократов

Наталья Зубаревич

Несмотря на поражение власти в Приморье, центр продолжит использовать присланных сверху варягов-технократов на губернаторских выборах ближайших двух лет, только с более тщательной подготовкой и отбором кандидатов. Клиническое недоверие федеральных властей к местным кадрам, более тесно связанным со своим регионом и имеющим больше обязательств перед местными элитами, никуда не делось

Провалы представителей власти на губернаторских выборах в четырех регионах справедливо объясняются негативным влиянием на настроения избирателей трех базовых факторов: повышение пенсионного возраста, длительное падение доходов населения, общая усталость от несменяемой власти.

В трех регионах проиграли давно работающие, слабые и непопулярные губернаторы. Где тонко, там и рвется. Намного успешнее для власти прошли выборы в регионах, куда назначили новых и.о. губернаторов – молодых варягов-технократов. Технология обновления губернаторского корпуса через назначение молодых технократов и последующее автоматическое их избрание стала массовой в 2017–2018 годах (более 30 регионов). Провал пока только один – Приморский край. Это случайный сбой или системный риск для технологии, нацеленной на обновление региональных элит сверху и еще более жесткий контроль над регионами?

Попробуем разобраться, почему этот провал случился именно в Приморье. Никакой предопределенности не было, но в крае больше факторов, способствовавших провалу кандидата от власти на губернаторских выборах, чем в других регионах. Основными можно считать три.

Экономика, элиты и население Приморья

Первый – это экономические интересы и специфика региональных элит. В Приморье велика роль ресурсодобывающей экспортной экономики, главный ресурс – рыба. В отличие от добычи нефти и газа этот ресурс не сконцентрирован в локальных точках, а распределен пространственно. При распределенном ресурсе бизнесу проще уходить из-под контроля государства – превышать квоты на вылов, продавать улов прямо в море или портах соседних стран, не заходя в родную гавань.

Квоты на рыбу и морепродукты распределяют теперь в Москве, и в дележе участвуют сильные лоббистские группы, но у губернатора есть свои рычаги влияния на этот бизнес. Недаром рыболовецкая компания Сергея Дарькина была столь успешной в период его губернаторства. Конечно, отрасль стала менее криминальной по сравнению с девяностыми, бизнес постепенно концентрируется, но до олигополии далеко, экономических игроков немало, и все они имеют ресурсы и интересы.

Именно в этом базовое отличие Приморья от большинства регионов, где местный бизнес, имеющий ресурсы и интересы, представлен в основном девелопментом, торговлей и все реже – региональными банками. Федеральные и региональные власти имеют множество рычагов давления на них. Крупный российский бизнес не интересуется выборами губернаторов, он решает вопросы на федеральном уровне.

Второй фактор – более сильная региональная идентичность, особенно во Владивостоке, где сохранился дух мореманской вольницы и явная нелюбовь к начальникам-варягам. Все это проявлялось и в местной политике. В девяностых федеральные власти никак не могли убрать одиозного губернатора Евгения Наздратенко, потом выборы губернатора против воли центра выиграл Сергей Дарькин. Можно добавить к этому букет мэров Владивостока – уходившего в астрал Виктора Черепкова, проворовавшегося Юрия Копылова, выходца из криминальных структур Владимира Николаева. Их снимали, кого-то сажали, но население все равно выбирало своих, а не чужих.

Попытка направить в край москвича Владимира Миклушевского (сначала на пост ректора Дальневосточного федерального университета, потом – губернатора) закончилась войной с региональными элитами, посадкой мэра Владивостока Игоря Пушкарева и досрочным уходом Миклушевского с поста губернатора из-за низкой популярности. Федеральные власти решили, что еще технократ Андрей Тарасенко сможет додавить региональные элиты и сделать край более управляемым. Вот и получили…

Жители края сильнее сопротивлялись экономически невыгодным для них федеральным решениям: вспомним массовые митинги против ограничения импорта праворульных машин из Японии в 2009 году. Это решение подрывало и местный бизнес в этой сфере (действительно, он был сильно теневым и криминализованным), и занятость, а также доходы примерно ста тысяч жителей края. Пришлось привозить ОМОН из Москвы и Мордовии, местный разгонять людей отказался.

Федеральная политика

Третий фактор – сильное разочарование жителей края в политике «поворота на восток». Обещаний много, результатов мало. Пик федерального внимания к региону пришелся на период подготовки к саммиту АТЭС во Владивостоке в 2012 году, город получил большие инвестиции. Были и большие ожидания. Однако за шесть последующих лет огромные вложенные средства не привели к ускоренному развитию города и края.

Миграционный отток населения остается устойчивым. Инвестиции с 2013 по 2017 год сократились в реальном выражении на 21%. По объему инвестиций в 2017 году самые крупные по численности населения Приморский и Хабаровский края в два-три раза отставали от Якутии и Сахалина и в полтора раза – от Амурской области. В краях не добывают нефть и газ, а новые индустриальные проекты пока остаются на бумаге.

Федеральные власти пытаются улучшить условия для бизнеса, но крошечные «территории опережающего развития» малопривлекательны для инвесторов, как и режим свободного морского порта, введенный для пятнадцати муниципалитетов Приморского края. Льготы не компенсируют высокие издержки плохой инфраструктуры, дорогой электроэнергии, повышенной стоимости и структурного дефицита рабочей силы.

На Дальнем Востоке прибылен в основном сырьевой сектор, барьеры для обрабатывающих производств слишком высоки, но федеральные власти продолжают делать ставку на их развитие. Экономику не обманешь, что-то получается только при выделении больших бюджетных и квазибюджетных денег (гособоронзаказ) или добровольно-принудительном привлечении инвестиций крупнейших госкомпаний (судостроительный завод в городе Большой Камень).

Проект строительства нефтеперерабатывающего завода под Владивостоком остается в подвешенном состоянии уже несколько лет. «Роснефть» не хочет брать на себя риски и предлагает китайцам стать основными инвесторами, торгуясь за свою долю в собственности. Российский крупный бизнес, в основном угольный и металлургический, инвестирует в дальневосточные порты для вывоза на экспорт своей продукции и без указки властей, ему это нужно.

Попытка закрепить местное население и привлечь мигрантов с помощью программы «Дальневосточный гектар» также оказалась малоуспешной: две трети из 122 тысяч заявок подали сами жители Дальнего Востока, притока мигрантов эта программа не обеспечила. И не могла – Россия столыпинских времен с ее аграрным перенаселением европейской части осталась в далеком прошлом.

Программа все же помогла дальневосточникам оформить землю под гаражами, сараями, другие уже использовавшиеся участки. Но взявшие новые земельные наделы в основном не могут их использовать из-за отсутствия дорог и электроснабжения. Пока оформлено только 40 тысяч участков на весь Дальний Восток.

С большой вероятностью раздражения жителям Приморья добавил сильнейший диссонанс между реальной жизнью и победными реляциями на Восточных экономических форумах, последний из которых проводился накануне губернаторских выборов. Пожалуй, только Петербургский экономический форум сопоставим с Восточным по масштабам государственного пиара.

Четыре форума и четыре года обещаний больших инвестиций, очередной приезд высокого столичного начальства и лидеров азиатских стран с перекрытием дорог, мерами безопасности, парализующими жизнь Владивостока на несколько дней. А после этого ничего не происходит, тишина. Население не только раздражается, оно не понимает: если государство готово на огромные инвестиции, то почему нет денег на пенсии и нужно повышать пенсионный возраст?

Сочетание всех этих факторов нетипично для других регионов: им столько не обещали, они не получали такого большого притока инвестиций несколько лет назад (саммит АТЭС) без заметного эффекта для последующего социально-экономического развития, их элиты укрощены и сопротивляются слабее, население менее активно и сильнее задавлено, поэтому добиться нужного результата на выборах легче.

Будущие риски

Значит ли это, что Приморский край – одиночный прокол в технологии губернаторов-варягов и технократов? В этом конкретном случае просто недостаточно учли специфику региона, а в других местах такое не повторится? Для электорального цикла 2017–2018 годов это так. Скорее всего, та же технология будет использована и на губернаторских выборах ближайших двух лет, только с более тщательной подготовкой и отбором кандидатов от власти.

Клиническое недоверие федеральных властей к местным кадрам, более тесно связанным со своим регионом и имеющим больше обязательств перед местными элитами, никуда не делось. Только повышенные риски заставляют отказаться от варягов. Таким исключением в произошедшей замене губернаторов в 2017–2018 годах был большой и очень непростой Красноярский край, где и.о. губернатора был назначен опытный и известный местный политик Александр Усс, который затем выиграл выборы.

Какими будут следующие выборы для отправленных в регионы губернаторов-варягов и технократов? Некоторые предположения уже можно сделать. Результаты будут разными, поскольку среди варягов-технократов есть и управленцы с неплохим опытом, и силовики, у которых нет соответствующих компетенций, и даже политтехнолог. Картина пестрая, ведь назначения были обусловлены влиянием лоббистских групп в федеральной власти.

Многие губернаторы-технократы надеются, что их сослали в регионы ненадолго и после такого жесткого испытания вернут в федеральную власть. Мотивация временщиков и профнепригодность части губернаторов для управления регионом усиливают риски ошибочных управленческих решений, конфликтов с муниципалами и региональными группами интересов из-за жесткого давления на них. Это уже происходит, например, в Ярославской области.

Кроме того, через пять лет эффект ожиданий от «молодого и новенького» перестанет работать, накопится усталость и разочарование. Опять придется подыскивать новых губернаторов-технократов?

Пока федеральные власти еще уверены, что проблемы управления регионами можно и нужно решать сверху, используя политтехнологические (выборы), силовые (посадки) и финансовые (бюджетные пряники или кнуты) инструменты. До последнего времени такой набор инструментов позволял держать регионы под жестким контролем, сбои появились только сейчас.

Проблемы будут нарастать, потому что доведенная до предела жесткости вертикальная система управления, в которой губернаторы-технократы отправляются центром в регионы чуть ли не как наместники, не способна балансировать интересы двух уровней власти, особенно в условиях сжимающихся ресурсов и снижающегося уровня поддержки.

Стоит ожидать, что в 2020-х будет много интересного, федеральным властям не помогут даже улучшенные политтехнологии. А пока посмотрим на первую попытку замены варяга-технократа в Приморском крае на представителя местной элиты как кандидата в губернаторы от власти. Кремлю придется решать эту задачу в ближайший месяц, а полученный опыт очень пригодится и в будущем.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 26 сентября 2018 > № 2748978 Наталья Зубаревич


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 26 сентября 2018 > № 2740882 Олег Кожемяко

Рабочая встреча с Олегом Кожемяко

Обсуждалась социально-экономическая ситуация в Сахалинской области. Глава государства также сообщил о решении назначить Олега Кожемяко временно исполняющим обязанности губернатора Приморского края.

В.Путин: Олег Николаевич, тема нашей встречи традиционная – социально-экономическое положение на Сахалине.

В целом ситуация известна, везде есть вопросы, которые подлежат решению, особому вниманию со стороны руководства и страны, и субъекта Федерации. Но в целом ситуация на Сахалине хорошая и даже выгодно отличается от многих других субъектов Российской Федерации, в том числе на Дальнем Востоке.

Тем не менее проблемные вопросы всё равно остаются, давайте сегодня об этом тоже поговорим.

О.Кожемяко: Хорошо.

Правильно, Владимир Владимирович, у нас растёт демография, я докладывал на президиуме [Госсовета] во Владивостоке о социально-экономическом положении.

Хотелось бы коротко доложить о федеральной целевой программе развития Курил. Как Вы знаете, она переутверждена на [период] 2016–2025 годов в размере 72 миллиардов [рублей], идёт её плановое выполнение.

На сегодняшний день освоено 20,3 миллиарда рублей: 8,7 – из регионального бюджета, 2,6 – из федерального. Это прокладка оптового волокна: «Ростелеком» закончит прокладку уже в конце этого года, такие они взяли обязательства. И часть средств инвесторов. Идёт строительство рыбоперерабатывающих заводов на Шикотане: один сдаётся в октябре, другой будет на следующий год сдаваться. Соответственно, требуется жильё для работников, требуется социальная инфраструктура, детские садики, требуются дороги.

Кроме того, на встрече с Вами Вы поддержали идею о переносе посёлка Горное на Курилах и строительство автодороги до [села] Горячие Ключи, строительство объектов социальной инфраструктуры.

Сейчас необходимо немножко изменить программу, ФЦП [развития] Курил, расширить её, с тем чтобы была возможность выполнить все эти пожелания населения и решить те вопросы, которые сейчас возникли. Поэтому хотелось бы её актуализировать, и я бы уже после Вашего поручения с Правительством на месте доработал.

Думаю, что это дало бы жителям дополнительные возможности жить в лучших условиях, иметь гарантированную работу, иметь социальную инфраструктуру – и для работников рыбной отрасли, для бюджетников, для военных. Это положительно сказалось бы на развитии всех Курильских островов.

В.Путин: Хорошо. Давайте поговорим об этом чуть позже поподробнее.

О.Кожемяко: Владимир Владимирович, будучи во Владивостоке на форуме, я, как человек, который родился в Приморье, вырос там и начинал работать, конечно, смотрел на ситуацию, которая там возникла, она не очень хорошая.

В.Путин: Что Вы имеете в виду?

О.Кожемяко: Я имею в виду ситуацию, связанную с выборами.

В.Путин: Почему нехорошая? Нормальная ситуация.

О.Кожемяко: Нормальная ситуация. Но в целом потенциал, который есть у Приморского края, – он достаточно большой, это самый густонаселённый регион на Дальнем Востоке. То есть, безусловно, есть и экономика определённая, и есть рыбохозяйственный комплекс, сельское хозяйство развитое, стратегическое расположение Дальнего Востока к странам АТР.

В.Путин: Конечно, это ключевая территория.

О.Кожемяко: Да. И, безусловно, очень много было сделано в рамках [подготовки к форуму АТЭС] в 2012 году, особенно Владивосток и ближайшие окрестности преобразились.

Конечно, у населения большие ожидания, ожидания перемен к лучшему. И, видя эту ситуацию, понимая экономическую составляющую, имея определённый опыт работы в субъектах, безусловно, хотелось бы согласовать с Вами, в силу того что я сейчас действующий губернатор Сахалина, возможность участия в выборах губернатора Приморского края – с тем чтобы оправдать и ожидания жителей, и действительно сделать так, чтобы динамика развития соответствовала тем задачам, которые сегодня стоят перед Дальним Востоком.

Это, безусловно, и выполнение указов, которые затрагивают все сферы деятельности. Здесь, конечно, потребуется совместная работа: и органов федеральной власти, безусловно, и Ваша поддержка, и само желание населения жить лучше, перемен к лучшему. Поэтому хотел бы с Вами согласовать такие решения.

В.Путин: То есть, я Вас правильно понял, Олег Николаевич, что Вы хотите принять участие в выборах губернатора Приморского края?

О.Кожемяко: Да, Владимир Владимирович.

В.Путин: Хорошо.

О.Кожемяко: Родной мой край, поэтому да.

В.Путин: Вы там родились?

О.Кожемяко: Родился и вырос, и учился, и работал. Делал первые шаги: был и депутатом, членом Совета Федерации оттуда, то есть край мне знакомый.

В.Путин: Вы были членом Совета Федерации от Приморья?

О.Кожемяко: Да.

В.Путин: Понятно. То есть Ваш родной дом.

О.Кожемяко: Поддерживаю отношения с одноклассниками, с теми, с кем учился, занимался спортом, с кем работал.

То есть для меня эта ситуация, конечно, была несколько, так скажем, не то что тревожная, но, думаю, что весь свой опыт, знания, силы я мог бы применить – безусловно, при поддержке.

В.Путин: Хотите вернуться домой?

О.Кожемяко: В принципе, да.

В.Путин: Олег Николаевич, у Вас действительно большой опыт и весьма позитивный. Вы ведь были руководителем Корякского округа на Камчатке, потом успешно отработали в качестве губернатора в Амурской области, и вот уже несколько лет, три года, Вы работаете на Сахалине, и тоже с хорошими показателями каждый год заканчивается.

Что ж, если Вы хотите попробовать свои силы с большим объёмом работы… Безусловно, Приморье – это больший объём работы, без всяких сомнений, это очень перспективный, стратегически важный для России регион, Приморский край.

Вы видите, сколько мы прилагаем усилий в последнее время, для того чтобы поддержать там соответствующий уровень производства, создать для людей комфортные условия. Это касается и тарифов на электроэнергию во многих субъектах на Дальнем Востоке, это касается других ключевых направлений деятельности: инфраструктуры, образования, здравоохранения. Разумеется, там ещё очень много проблем, на которые мы должны обратить особое внимание, имея в виду значимость этой территории.

Я не возражаю, пожалуйста. Но только есть одно обстоятельство, которое мы с Вами должны учитывать: месяца через два выборы должны быть…

О.Кожемяко: Короткий очень промежуток.

В.Путин: Да, но в чём вопрос – вопрос в том, что такой важный регион, как Приморье, не может оставаться без руководства. Исполняющий обязанности Тарасенко уже попросился на другую работу – и понятно почему. Оставлять такую значимую территорию, такой важный для страны регион, как Приморский край, без руководства, невозможно не только на два месяца – на один день невозможно.

Поэтому нужно будет принимать административные решения, связанные и с руководством Сахалина, Сахалинской области, и с руководством Приморского края. Если Вы для себя такое решение приняли окончательно, тогда я должен буду назначить Вас исполняющим обязанности руководителя Приморского края и, соответственно, решать вопрос по Сахалину. Это окончательное решение?

О.Кожемяко: Я готов, и это выверенное решение с пониманием того, что предстоит очень много работы, предстоит оправдать большое желание людей перемен к лучшему, но тем не менее я готов.

В.Путин: Хорошо. Я желаю Вам удачи.

О.Кожемяко: Спасибо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 26 сентября 2018 > № 2740882 Олег Кожемяко


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 сентября 2018 > № 2753627

Путин теряет российский Дальний Восток

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Меньше двух недель назад президент России Владимир Путин расхваливал аудитории азиатских лидеров успех своей политики по восстановлению российского Дальнего Востока. После этого выступления поддерживаемые Кремлем кандидаты не смогли выиграть губернаторские выборы в двух крупнейших дальневосточных регионах, что поставило под сомнение контроль Путина над обширными стратегически важными территориями, которые расположены ближе к Токио, Сеулу и Пекину, чем к Москве", - пишет колумнист Bloomberg Леонид Бершидский.

"И Ищенко, и Фургал представляют парламентскую оппозицию, которая, как правило, без проблем сотрудничает с Кремлем. И все же их успех знаменует важный слом политического механизма, поддерживающего режим Путина", - считает журналист.

Фиаско Кремля можно списать на непопулярность плана по повышению пенсионного возраста. Во Владимире губернатор Светлана Орлова проиграла националисту Владимиру Сипягину, по-видимому, во многом из-за пенсионного вопроса. Но провалы на Дальнем Востоке - другое дело, потому что эту часть страны Путин осыпал деньгами, преференциями и политическим вниманием. "Несмотря на все это, Москва не расположила к себе местных жителей", - отмечает автор статьи.

Бершидский приводит мнение бывшего кремлевского советника Алексея Чадаева. В своем блоге тот написал, что к поражениям привел растущий разрыв между тремя уровнями управления Дальним Востоком: на первом верховный главнокомандующий решает глобальные геополитические проблемы, на втором корпорации бьются за подряды и бюджеты, на третьем бизнес и местное население выживают как умеют.

"Ищенко и Фургал - местные бизнесмены, которые мало получили от всех тех проектов, которые курирует Москва; в этом они похожи на большинство местных жителей. Государственные деньги просвистели над их головами подобно снарядам, летящим в какую-то другую цель. Москва все так же далеко, как и в тот момент, когда Путин начал пытаться сделать ее ближе", - считает автор статьи.

"По всей России огромна дистанция между великодержавной риторикой Путина, его мнением о стабильности российской экономики, его огромными правительственными инвестиционными программами и повседневной жизнью народа. В большинстве регионов этот разрыв заполняет апатия. На Дальнем Востоке, однако, есть острое ощущение жизни на краю империи, на границе, где послушание не является добродетелью. Отсюда совсем недалеко до сопротивления, если не до сепаратизма. Попытки его подавить, скорее всего, будут иметь столь же нежелательные последствия, как и недавняя кампания по фальсификации голосов во Владивостоке", - пишет журналист.

"На Дальнем Востоке у Путина проблема, которую он не может решить привычными методами. Будет интересно посмотреть, осталась ли у него гибкость для испытания других подходов. Если нет, угроза его системе и ее централизующим импульсам будет нарастать", - резюмирует Бершидский.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 сентября 2018 > № 2753627


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 25 сентября 2018 > № 2745804 Мартин Ананян

В Хабаровске нет безработицы, а критическая масса замечаний приносит успех – Мартин Ананян

Как увидеть возможности для бизнеса и почему кризис изменил мышление покупателей ИА AmurMedia рассказал генеральный директор ООО «ДВ Групп»

Общаясь с владельцами бизнеса, на вопрос "С какого момента вы считаете себя владельцем компании?", обычно можно услышать "С момента регистрации компании". Но ответ генерального директора ООО "ДВ Групп" Мартина Ананяна немного удивил корр. ИА AmurMedia.

Сначала идея, потом всё остальное

— Я считаю, что компания начинает свое существование с того момента, когда возникла идея ее организовать. К нам идея пришла в мае 2009 года, а летом того же года мы уже открыли нашу хабаровскую организацию "Дверь Город", — начал свой рассказ Мартин Ананян.

После возникновения идеи об организации компании по продаже входных дверей, как рассказывает предприниматель, он вместе с женой, своей верной и бессменной помощницей по бизнесу, начали проводить тщательный мониторинг хабаровского рынка товаров для ремонта, тем более, что опыт в продажах стройматериалов у супругов уже был.

— У нас был опыт работы со строительно-отделочными материалами, в том числе и с дверями. На тот момент в Хабаровске были крайне скудные предложения — от силы три поставщика входных дверей, то есть три торговые марки были здесь представлены. Мы решили дополнить то, что здесь предлагают и привезли одну из торговых марок, которые в городе не были представлены, — вспоминает Мартин Ананян.

С определением профиля компании, как признается генеральный директор, во многом помогли и налаженные связи с производителями из Новосибирска и Москвы.

— Имея эти контакты, мы сравнили предложение, которое нам сделали производители, потом провели анализ хабаровского рынка и поняли, что продажа дверей наиболее эффективна в экономическом плане, чем, например, окна. Мы организовали коллектив, наняли руководителя филиала, руководителя отдела продаж, доставщиков, и начали работать, — пояснил Мартин Ананян.

Если другие не хотят меняться, то надо менять стратегию

Изначально предприниматель планировал работать как оптовый поставщик входных дверей для местных розничных сетей, которые на тот момент существовали в Хабаровске. Но затем было принято решение изменить концепцию торговли.

— В 2009 году у нас был арендуемый склад, и наш наемный менеджер ездил и предлагал поставки местным розничным сетям. Но в 2010 году мы поменяли свою политику и решили сделать ставку на создание розничной сети, открыв сразу три магазина. К 2012 году у нас уже было пять магазинов, и количество точек оставалась прежней приблизительно до 2016 года. Потом мы открыли шестой магазин в Хабаровске, а 2017 году – два во Владивостоке. А изменить политику мы решили, потому что за год работы мы собрали много информации из первых рук владельцев розничных сетей, — продолжает гендиректор компании.

Так, предприниматель выяснил, что не все розничные точки работают над расширением ассортимента, кто-то не отслеживает тенденции в этом направлении, другие не принимают во внимание пожелания своих покупателей, которым нужно и наличие дверей на складе, и доставка, и установка за 1-3 дня. А некоторые в то время еще и делали наценку до 100%.

— Да, у местных ребят был тогда свой менталитет. Они считали, чем больше наценка, тем лучше для них. Но сейчас многих из них уже нет на рынке. А свою стратегию мы изменили, поняв, что местные ребята не будут развиваться в том ключе, как мы представляем развитие. Прислушавшись к потребителям, чего они хотят и как, мы, во-первых, уделили большое внимание наличию дверей, — подчеркивает Мартин Ананян.

По твердому убеждению бизнесмена, товар, образцы которого выставлены на витрине, в обязательном порядке должен присутствовать на складе.

— И мы стали привозить больше дверей, чтобы они были здесь и сейчас, чтобы выбрав и посмотрев дверь в магазине, покупатель не ждал, что когда-нибудь ему привезут дверь, а мог ее получить в ближайший день. На данный момент практически 90% дверей, представленных у нас на витрине, есть на складе.

При этом в компании количественный показатель не ставят во главу угла, а постоянно работают и над расширением ассортимента.

Бизнес как творчество

— Мы ежегодно ездим на специализированные выставки в Москве, которые там проходят в апреле и изучаем те предложения, которые там представлены. Кроме того, наша компания уже довольна известна и в нашем регионе, и в соседних, поэтому поставщики сами нас ищут — звонят, приезжают в город, мы общаемся, находим какие-то общие знаменатели. И если в начале нашей работы в Хабаровске у нас было два-три поставщика, то сейчас мы работаем уже с десятком производителей. В основном, это Новосибирск, Москва, Уфа, Ульяновск.

Как отмечает генеральный директор, работа с поставщиками не ограничивается лишь схемой "товар-деньги-товар". Большое значение придается и творческой составляющей, и обратной связи.

— Приблизительно два-три раза в год специалисты от заводов-изготовителей приезжают в Хабаровск и проводят свое обучение маркетингу, продажам, рассказывают, как надо раскрывать технические характеристики дверей, чем их продукция отличается от продукции других изготовителей. Программа обучения включает в себя и обмен опытом, то есть наши ребята, продавцы, менеджеры, рассказывают о том, что люди хотят видеть в дверях или, наоборот, чем покупатель недоволен. На мой взгляд, такое сотрудничество дает неплохие результаты, — уверен Мартин Ананян.

Критическая масса замечаний ведет к успеху

Стоит отметить, что своего рода аккумулирование предложений просьб и даже претензий от покупателей, которые поступают продавцам при выборе двери, в компании отлажено почти до автоматизма.

— Это происходит в ежедневном режиме, и вся информация поступает руководителю отдела продаж. Так накапливается "критическая масса" замечаний. Например, проработали месяц, ко мне подходит руководитель отдела продаж и говорит "У нас в этом месяце 10 раз спрашивали такую-то дверь". Тогда я понимаю, что надо что-то предпринимать, чтобы такая дверь появилась у нас в продаже. Кроме ежедневного сбора информации, я в декабре ставлю задачу нашим менеджерам — по итогам года сообщить все свои предложения по поводу изменений в работе на следующий год. В январе-феврале мы анализируем, делаем выводы и принимаем решения, — рассказал генеральный директор компании.

Кризис меняет мышление покупателей

Творческий подход к работе компании и к сотрудничеству с поставщиками позволил не только удержать оборот компании на достойном уровне, но и увеличить его. Как пояснил генеральный директор ООО "ДВ Групп", выручка в магазинах не падала даже в годы, которые российский бизнес считает кризисными.

— Ни в 2014, ни в 2015, ни в 2016, ни в 2017 году у нас падения продаж не было. Кризис произошел где-то в конце 2013 года. И тут не причем ни "крымский вопрос", ни санкции. Наша компания продает товар для внутреннего потребления, и мы никак не связаны с заграницей. Лично мое мнение, что это просто поменялось мышление у людей. Люди насторожились и поменяли свое потребление в сторону накопления. Если вы посмотрите статистику Центробанка с 2013 года, вы увидите, что депозиты населения растут каждый год. Это говорит о том, что люди откладывают. Кто-то положил, 5 тысяч, кто-то 10, 50. Деньги у людей есть. Кризис просто поменял мышление людей. Они стали меньше потреблять, больше накапливать, — выразил мнение Мартин Ананян.

Это не безработица, это лень

Разговор с предпринимателем получил неожиданный поворот, когда речь зашла о кадровой политике компании и о кадрах в целом. Мартин Ананян твердо убежден, что в Хабаровске безработицы как таковой нет вовсе, но при этом есть много людей, не желающих меняться, обучаться, чтобы найти работу.

— В Хабаровске приходилось и приходится преодолевать трудности, связанные с кадровыми вопросами. Вы удивитесь, но я скажу, что в нашем городе нет безработицы. В Хабаровске ее ноль, а не 5%. Например, человек ищет работу бухгалтера, а ему говорят, что бухгалтер не нужен, но нужен кассир. Он не хочет переквалифицироваться, обучиться за месяц и пойти работать. Люди не готовы меняться, и в Хабаровске много таких. За девять лет я проинтервьюировал около тысячи человек. Могу сказать, что 80% из них не готовы меняться. Я считаю, это не безработица, это лень, — категорично заявил Мартин Ананян.

Обучение — это риск

Сейчас штат в компании укомплектован полностью, а процесс ухода-прихода сотрудников, который принято назвать "текучкой кадров", генеральный директор считает скорее обновлением кадрового состава. Кстати, менеджер по продажам при поступлении на работу обучение, как правило, проходит непосредственно в компании.

— Люди, конечно, меняются, но не так, чтобы каждый год. В год один-два человека может уйти, тем более, что мы выбираем людей, которые реально понимают свою работу. Я всю свою сознательную жизнь занимался бизнесом и прекрасно понимаю, что есть определенная доля риска в любом деле. А обучение — это тоже риск. Например, сотрудника мы обучаем, вкладываем в него душу, силы, время, а он потом уходит к конкурентам. Как минимизировать такой риск? Ответ и прост, и сложен одновременно — нужно сделать так, чтобы он не пошел к конкурентам. А при каких условиях он не уйдет к конкурентам? Если компания будет сильнее, чем компания конкурентов. У нас тоже были такие случаи, но я не видел, чтобы эти люди потом добились каких-то высот в конкурирующих компаниях, — поделился гендиректор.

Возможность есть

В разговоре с журналистом вскользь коснулся гендиректор и темы оттока населения с Дальнего Востока, в частности, из Хабаровского края.

— Мне совершенно непонятна хабаровская паника по поводу того, что все ребята поехали срочно в южные края, в Краснодар, а кто посмелее, едет в Питер и Москву. Им там кажется привлекательнее, и море близко, и продукты дешевле. А то, что будет зарплата меньше, чем здесь? Мы приехали сюда в 2009 году из сибирского города, который в два-три раза больше, чем Хабаровск, потому что увидели возможность и приехали ее осуществить. А местные почему-то не видят здесь возможности, хотя их в Хабаровске и крае гораздо больше, чем в том же Краснодаре, — уверен предприниматель.

Нужно стремиться к справедливости

Говоря о возможностях, которые открываются перед жителями дальневосточных регионов в плане открытия собственного дела, Мартин Ананян затронул и вопрос выведения из тени определенной части российского бизнеса.

— Нельзя, чтобы одни предприниматели платили налоги, а другие имели возможность их не платить. Компания, у которой есть несколько магазинов, не сможет никогда скрываться. Они же на виду, поэтому платят налоги. А есть компании, ИП, ООО с одним учредителем и работником, которые не платят налоги. Например, они размещаются на интернет-ресурсах, привлекают к себе клиентов, при этом не выписывая и не выдавая клиентам никаких кассовых чеков. Просто сделайте контрольную закупку и увидите, что он вам ничего не выпишет. Такие предприниматели не обелены. Это очевидная вещь, любой предприниматель откроет, допустим, Фарпост, Юлу или Авито, то увидит кучу объявлений, которые продают аналогичный продукт. УФНС действует правильно, последовательно, она всех обеляет. Так и должно быть. Все должны платить налоги.

Начиная, помни — только 6%!

А для тех, кто только начал или еще планирует начать свое дело, предприниматель подготовил несколько советов, основанных на собственном опыте.

— Изначально человек, который хочет заняться бизнесом, должен понять одну простую вещь, которую уже статистически выявили во всем мире. Максимум 6% из 7 миллиардов человек имеет свой собственный бизнес. Все остальные не имеют. Если он хочет заняться бизнесом, пусть просто знает эту цифру и пусть будет готов морально. Второе — не надо ничего бояться. Если решение принято, то надо делать дело и не сдаваться. Сдаваться вообще никогда нельзя. Решил, взял на себя ответственность — вперед, до самого конца. Бьешь в одну точку, и распыляться не надо, как некоторые — сегодня окнами торгуют, завтра дверьми, а послезавтра компьютерами. Только в одной области можно стать хорошим специалистом. Вот тогда можно сделать из себя что-то стоящее.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 25 сентября 2018 > № 2745804 Мартин Ананян


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740463 Леонид Бершидский

Bloomberg (США): Путин теряет российский Дальний Восток

На выборах губернаторов на Дальнем Востоке побеждают кандидаты от оппозиции, а перед президентом Владимиром Путиным возникла проблема, которую привычными для него способами решить нельзя. Сможет ли он проявить гибкость и использовать другие методы? Если нет, то угроза для его власти будет усиливаться, пишет Bloomberg.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Менее двух недель назад президент России Владимир Путин расхваливал перед азиатскими лидерами успешность своей политики по восстановлению российского Дальнего Востока. Однако после этого выступления президента поддерживаемые Кремлем кандидаты не смогли победить на губернаторских выборах в двух крупнейших областях Дальнего Востока, что поставило под сомнение способность Путина контролировать обширные стратегически важные территории, расположенные ближе к Токио, Сеулу и Пекину, чем к Москве.

Обращаясь к президенту Китая Си Цзиньпину, премьер-министру Японии Синдзо Абэ и премьер-министру Южной Кореи Ли Нагён на Восточном экономическом форуме во Владивостоке, Путин похвастался, что объем промышленного производства на российском Дальнем Востоке вырос почти на 22%. Благодаря правительственным программам развития, заявил он, на Дальнем Востоке появилось 130 новых компаний и было создано 16 тысяч рабочих мест. Он мог бы добавить еще один важный пункт: в 2017 году Дальний Восток, к которому относятся девять из 93 субъектов РФ (из 95, если считать те два субъекта, которые появились после аннексии Крыма), занял первое место в России по уровню инвестиций в частный сектор — он привлек 1,2 триллиона рублей (18,4 миллиарда долларов).

Подобные оптимистичные доклады звучат уже несколько лет, с начала его предыдущего президентского срока в 2012 году, и являются отражением сосредоточенности внимания Путина на Дальнем Востоке. Призвав Россию «поймать китайский ветер в паруса нашей экономики», он создал государственную корпорацию, призванную ускорить развитие этого региона, создал безналоговые зоны и бесплатные порты и заставил государственные корпорации (чьи инвестиции учитываются в официальных данных об инвестициях в «частный сектор») уделять больше внимания Дальнему Востоку. Еще до начала этой стремительной кампании по развитию на Дальнем Востоке России было реализовано несколько мегапроектов, профинансированных государством, таких как строительство двух внушительных мостов во Владивостоке общей стоимостью в 1,6 миллиарда долларов.

Централизация власти была фирменным знаком Путина с того момента, как он впервые стал президентом в 2000 году, и те усилия, которые он вложил в дальневосточные проекты, вполне объяснимы, учитывая, что между Владивостоком и Москвой — около 6,5 тысяч километров, а между Владивостоком и Пекином — 1,3 тысячи километров. Разрыв России с Западом после ее наступления на Украину повысил стратегическую важность Дальнего Востока: наращивание присутствия Москвы там необходимо для успешного поворота к Тихоокеанскому региону.

Тем не менее, усилия Кремля пока не увенчались успехом.

16 сентября в Приморском крае, к которому относится Владивосток, — крупнейшей области на Дальнем Востоке с населением около 2 миллионов человек — состоялся второй тур губернаторских выборов, в котором приняли участие путинский кандидат Андрей Тарасенко и его противник от Коммунистической партии Андрей Ищенко. Последний лидировал до того момента, когда было посчитано 95% голосов, но затем внезапно он уступил Тарасенко. Путинского кандидата ненадолго объявили победителем, однако даже покорная Федеральная избирательная комиссия не смогла закрыть глаза на массу свидетельств того, что результаты выборов были сфальсифицированы. Председатель комиссии Элла Памфилова даже расплакалась, отвечая на вопросы журналистов о результатах голосования, которые быстро были отменены. В Приморском крае пройдет новое голосование (его точная дата еще не определена), однако у Кремля нет сильного кандидата.

В воскресенье Вячеслав Шпорт, назначенный Путиным губернатор Хабаровского края — второго крупнейшего региона на Дальнем Востоке с населением 1,3 миллиона человек — потерпел сокрушительное поражение в борьбе против Сергея Фургала от Либерально-Демократической партии. Фургал набрал почти 70% голосов.

В России нет честных и справедливых выборов. Обычно те кандидаты, которым отдает предпочтение Кремль, побеждают благодаря огромным ресурсам, опыту работы в соответствующих должностях и фальсификациям результатов голосования. Кандидатам, представляющим радикальную оппозицию, зачастую просто не позволяют участвовать в выборах. И Ищенко, и Фургал представляют парламентскую оппозицию, которая как правило благополучно сотрудничает с Кремлем. Тем не менее, их успех стал свидетельством важного сбоя в политической машине, которая поддерживает режим Путина.

Оба этих фиаско Кремля можно списать на непопулярность предложенного Путиным плана по увеличению пенсионного возраста. И Ищенко, и Фургал выступали против этого плана, поставив московских кандидатов в невыгодное положение. Другие путинские кандидаты тоже столкнулись из-за этого с определенными проблемами. Во Владимире — центральная часть России — в воскресенье губернатор Светлана Орлова проиграла националисту Владимиру Сипягину, и ее поражение во многом объясняется именно непопулярностью пенсионной реформы у населения.

Однако поражения на Дальнем Востоке — это иное дело: несмотря на огромное количество вложенных денег и политического внимания, которое Путин оказывал этой части России, Москва не смогла завоевать сердца местных жителей.

Алексей Чадаев, бывший политический советник Кремля и один из немногих российских интеллектуалов, сохранивших верность Путину, написал в своем блоге, что эти поражения объясняются растущими разрывами между тремя уровнями, на которых Дальним Востоком управляют: «На первом Верховный решает глобальные геополитические задачи; на втором корпорации бьются за подряды, бюджеты и потоки; на третьем бизнес и население «крутится» и выживает-как-умеет. И все эти три процесса находятся в жесткой рассинхронизации друг с другом».

И Ищенко, и Фургал — это местные бизнесмены, которые практически ничего не получили от проектов Москвы, и в этом смысле они ничем не отличаются от местных жителей. Правительственные деньги просвистели над их головами подобно пулям, выпущенным по другим мишеням. Москва сейчас так же далека от них, как и в тот день, когда Путин инициировал попытки сблизиться с ними. Как пишет Чадаев, местные жители видят «мегапроекты корпораций — на фоне еле сводящего концы с концами магазинчика запчастей, с которого поочередно собирают дань пожарники, налоговая, бандиты и таможня».

«Поживешь в этом — пожалуй, и сам проголосуешь хоть за черта лысого, лишь бы назло», — добавляет Чадаев.

Разница между путинской риторикой о сверхдержаве, его убежденностью в том, что российская экономика стабильна, его гигантскими правительственными инвестиционными программами и тем, как живут простые люди, огромна во всех регионах России. В большинстве регионов этот разрыв заполняет апатия. Но на Дальнем Востоке у людей еще сохранилось острое ощущение того, то они живут на краю империи, на границе, где покорность не является достоинством. А отсюда всего один шаг до сопротивления — хотя и не до сепаратизма. Попытки подавить сопротивление, как правило, приводят к таким негативным результатам, как недавняя кампания против фальсификации результатов выборов во Владивостоке.

На Дальнем Востоке перед Путиным стоит проблема, которую он не может решить привычными ему методами. Будет довольно любопытно посмотреть, осталась ли в нем гибкость для того, чтобы попробовать применить другие подходы. Если этого не случится, угроза для его системы и ее стремления к централизации будет нарастать.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740463 Леонид Бершидский


Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 24 сентября 2018 > № 2738358 Андрей Перцев

Президент не ошибается. Как власть отреагирует на итоги губернаторских выборов

Андрей Перцев

В Кремле, очевидно, понимают, что выборы по старым правилам обернутся новыми поражениями. Значит, правила нужно отменить. Вспомним 2013–2014 годы, когда выборы мэров начали выигрывать представители оппозиции. Кремль приветствовал их победу, а потом наделил региональные заксобрания правом отменять выборы мэров. В итоге они сохранились всего в семи из 83 региональных центров. Похожая судьба может ждать и выборы губернаторов

Казалось, что за шесть лет после возвращения прямых губернаторских выборов Кремль успел выработать идеальную формулу их проведения. Муниципальный фильтр, договорные матчи с системными партиями, админресурс и личная поддержка президента – все это обеспечивало победу в первом туре даже неудачным кандидатам от власти, а удачные вообще набирали по 70–80%. Эту формулу выработали еще при прежнем кураторе внутренней политики Вячеславе Володине, но не стали сдавать в утиль и при его сменщике Сергее Кириенко. Но региональные выборы этого года, когда власти не удалось обеспечить победу своих кандидатов в губернаторы сразу в четырех регионах, показали, что старая схема больше не работает. Ее составные части устарели, и теперь Кремлю предстоит срочно придумывать что-то новое.

Устаревшие правила

Первое потерявшее силу правило: кандидат от власти обязательно выиграет у технических соперников. Региональные выборы теперь может выиграть кто угодно. В Хакасии действующего главу победил муниципальный депутат от КПРФ Валентин Коновалов; во Владимирской области вышел во второй тур выдвиженец ЛДПР Владимир Сипягин, который прошел в Думу за счет имени Владимира Жириновского. Фамилию коммуниста Андрея Ищенко, который долгое время лидировал во втором туре отмененных выборов в Приморье, до выдвижения мало кто знал. Проблемы власти обеспечили заведомо слабые кандидаты, которые (кроме, пожалуй, Коновалова) по-настоящему не вели кампанию.

Второе правило, которое уже не работает: удачно подобранный кандидат от власти обязательно получит отличный результат. Тут показателен пример бывшего спикера заксобрания Красноярского края Александра Усса на выборах губернатора региона. Двадцать лет краем управляли варяги, и тема местного патриотизма была очень актуальной. Выдвижение Усса казалось точным попаданием. Но на деле спикер получил в свою поддержку меньше голосов, чем чужак Виктор Толоконский в 2014 году. И это при очень слабых соперниках от ЛДПР и «Справедливой России» и отсутствии кандидата от КПРФ. А против Толоконского в 2014 году боролись статусный коммунист Валерий Сергиенко и кандидат от «Патриотов России» Иван Серебряков, которого поддерживал авторитетный предприниматель Анатолий Быков.

Молодые бюрократы Василий Орлов (Амурская область) и Виктор Томенко (Алтайский край) едва выиграли в первом туре. Станислав Воскресенский в Иванове и Глеб Никитин в Нижнем Новгороде (тот же типаж) тоже не показали выдающегося результата. Привычные образы: «местный, наш», «молодой технократ», «мощный лоббист» – уже не имеют значения. На первый план выходит главная маркировка «кандидат от власти»; какой бы он ни был – людей тянет голосовать против.

Также перестала работать поддержка федерального центра и лично Владимира Путина. Со всеми главами, кто вышел во второй тур, он встретился еще до единого дня голосования – магии не случилось, хотя центр обещал новые проекты, увеличение финансирования и другие плюшки. С Тарасенко в Приморье президент встретился даже дважды – перед вторым туром выборов, и понадеялся (или пообещал), что у врио губернатора все будет в порядке. «Сие есть сын мой возлюбленный», – указал жителям Приморья Путин. «Ага», – пожали плечами избиратели и проголосовали за проблемного бизнесмена Ищенко.

На плакатах главы Хакассии Зимина стоял штамп – «одобрен президентом». «Команда президента» – это был главный лозунг кампании Вячеслава Шпорта во втором туре. Но нарочитое указание на поддержку верхов не дало эффекта.

В штабах кандидатов власти прямо говорят, что катализатором протеста стала пенсионная реформа. Она потянула за собой и другие источники недовольства: предстоящее повышение налогов, люди вспомнили о проблемах в социальной сфере, росте цен. Второй тур, проигрыш кандидатов власти – это упреки Кремлю.

Лояльные власти эксперты могут сколько угодно говорить об отдельных неудачных кандидатах и традиционной протестности Дальнего Востока – выборка получилась слишком разнообразной, чтобы вписаться в эти оправдания. Ведь речь идет не только о четырех регионах, где дело дошло до второго тура. Коммунисты показали неожиданно хорошие результаты и на муниципальных выборах. А самые высокие проценты в губернаторских кампаниях получили справоросс Александр Бурков (82,5%) в Омской области и коммунист Андрей Клычков (83,5%) в Орловской области. У них, как и у единороссов в других регионах, тоже не было серьезных конкурентов, но настолько высокие результаты явно были обеспечены еще и тем, что оба публично выступали против пенсионной реформы.

Реакция власти

Чем чреваты для центра итоги региональной кампании? Главный вывод – центр уже не может предугадать, за кого поставит галочку недовольный гражданин, он играет с неизвестным, а значит, не может пресечь нежелательные итоги.

Для влиятельных местных групп новые особенности голосования дадут немало поводов для размышлений. Оказывается, провести своего кандидата в губернаторы на протестной волне совсем не сложно: нужно подыскать речистого политика, выдвинуть его от системной партии, убедив администрацию, что этот кандидат не опасен. Человек проходит фильтр, начинает яркую кампанию (главное, хорошо ее финансировать) и почти гарантированно выигрывает. На фоне отторжения центра региональные группы влияния могут задуматься, зачем им вообще партия власти?

В такой атмосфере своевольничать стала даже вечно лояльная ЛДПР: поначалу ее кандидаты во втором туре почти не вели кампанию, а Сергей Фургал в Хабаровске и вовсе принял предложение губернатора пойти к тому первым заместителем. Но в итоге партия направила на выборы своих наблюдателей и даже начала говорить о непризнании итогов голосования (после победы Фургала в Хабаровске эти претензии улетучились).

Единственный ход, который пока придумал центр, чтобы хотя бы формально не проиграть – отменить результаты голосования, как это случилось в Приморье. сославшись на многочисленные нарушения. Но постоянно применять его невозможно, это абсурд. В Хабаровске и Владимире решили уже не рисковать. Во главе регионов оказались люди, которые не хотели победы. Если они будут побеждать и впредь, с управляемостью в стране возникнут проблемы.

Сложно представить себе, что российская власть будет готова отказаться от путиноцентризма в региональных выборах. Что она признает, что имя президента уже не служит гарантией поддержки граждан и даже может ей навредить. Что региональные выборы вдруг начнут проводить на относительно конкурентной основе, тщательно прорабатывая кампании кандидатов от власти или договариваясь о сосуществовании с губернаторами от системной оппозиции.

Скорее система будет всеми силами держаться за старые основы: Путин и центр все решают. Это видно по тому, как оправдывают итоги региональной кампании в лояльных власти СМИ и блогах. Все пытаются списать на контролируемую демократизацию и недоработки местных властей. Но масштабы провала и последующая реакция власти убедительно опровергают оба эти оправдания.

В Кремле, очевидно, понимают, что выборы по старым правилам обернутся новыми поражениями. Значит, правила нужно отменить. Вспомним 2013–2014 годы, когда выборы мэров начали выигрывать представители оппозиции, – на всю страну стали известны имена Галины Ширшиной (Петрозаводск), Анатолия Локотя (Новосибирск), Евгения Ройзмана (Екатеринбург). Кремль приветствовал их победу, а потом взял и наделил региональные заксобрания правом отменять выборы мэров. В итоге они сохранились всего в семи из 83 региональных центров.

Сейчас самый простой первый шаг – отменить двухтуровость выборов губернаторов, как это уже делали для выборов мэров. Ведь в первом туре кандидат власти почти всегда набирает простое большинство голосов, а результат ведущего оппозиционера проще разбавить с помощью спойлеров. Но надолго этого вряд ли хватит – уже сейчас в двух из четырех вторых туров в первоначальном голосовании выиграли кандидаты не от власти. Будет расти недовольство граждан – будут расти протестные проценты.

Поэтому более надежный вариант – отмена губернаторских выборов вообще. Такие предложения уже осторожно звучат. В пользу того, что центр над ними думает, говорит то, как подают новости о выборах на федеральных каналах. Они идут первыми сюжетами в прайм-тайм, но их краткое содержание таково: нарушений море, нарушает в основном оппозиция, но региональные власти тоже не без греха. Даже самый идеальный президентский кандидат портится, погрузившись в эту грязную пучину публичной политики. Что делать? Не проводить выборы.

В тактике отмена прямого голосования за губернаторов дает выигрыш. В стратегии последствия неизвестны. Непредсказуемость итогов голосования заинтересовала граждан – выборы глав регионов попали в топ новостей. Отмени их – получишь негативную реакцию, правда, доза этого негатива пока не очень ясна. Может дойти и до протестных акций, которые явно заинтересуют местные влиятельные группы и системные партии, почуявшие кровь.

Все решения несут проблемы. Впрочем, Сергей Кириенко – методолог, а один из главных приемов методологов – проведение организационно-деятельностных игр. В них проблема может быть намеренно доведена до абсурдно острой фазы, чтобы участники решали предельно кризисную ситуацию. Кризис налицо: в двух регионах власть находится в подвешенном состоянии. Еще в двух главами стали случайные люди. Игра в самом разгаре, только откатить ее к изначальным вводным уже не получится.

Россия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 24 сентября 2018 > № 2738358 Андрей Перцев


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 20 сентября 2018 > № 2746384 Екатерина Шульман

Превратится ли «приморская волна» в цунами

После метаний обоих лидирующих кандидатов и слез Эллы Памфиловой новые выборы в Приморье решено провести через три месяца. «Сноб» поговорил с политологом Екатериной Шульман о том, почему политический пейзаж уже никогда не будет прежним

Екатерина Шульман

?. Что происходит в Приморье: местный конфликт или проявление кризиса политической системы?

Как любое общественно-политическое событие, выборы в Приморье существуют одновременно на нескольких уровнях, и вовлеченные в каждый из них, разумеется, считают свой главным.

Вероятно, для местной публики это схватка двух кланов. Для федерального политического менеджмента — сложная ситуация на местах, которую устроили исполнители и которую сейчас приходится судорожно исправлять. Для наблюдателей со стороны, экспертов — это закономерное событие, связанное с фундаментальными изменениями общественного мнения, которое рано или поздно должно было произойти — не так важно, где именно.

Трансформация социальных настроений фиксировалась давно, но не была, как выражаются врачи, манифестной. Поскольку способов политического действия существует чрезвычайно мало, выразить себя такой разворот общественного мнения просто не мог: легальные методы низкоэффективны, трудозатратны и потому непопулярны, все остальные — опасны. Соответственно, напряжение копилось и, достигнув определенного уровня, вылились в виде такого протестного голосования.

И системе теперь придется иметь с этим дело.

?. Есть ли хорошие новости во всей этой истории? Отразится ли она на выборах в других регионах и политической жизни страны в целом?

Отмену результатов голосования можно назвать неплохим решением, хоть я назвала бы его вторым по разумности. Оно снимет напряжение, даст некоторый запас времени, чтобы центр смог придумать, что делать со своим не добившимся успеха кандидатом. Но главное, что в такой ситуации очевидные выборные фальсификации не будут легитимизированы задним числом.

Конечно, еще более разумным вариантом развития событий был бы пересчет голосов на сомнительных участках, ведь любые фальсификации вычленямы: они точно и подробно зафиксированы, есть введение протоколов в систему «ГАС-Выборы», есть физические бюллетени, за каждый из которых получивший их избиратель должен был расписаться в списке. То есть все можно проверить. Так что самым близким духу закона решением было бы все пересчитать, продемонстрировать верную цифру и объявить новые результаты. Это входит в пределы полномочий краевой избирательной комиссии.

Тем не менее отмена итогов явно сфальсифицированных выборов лучше, чем их признание. В таком виде «приморский казус» действительно будет иметь последствия для всей страны. Уже в это воскресенье второй тур выборов глав регионов пройдет в Хабаровском крае, Хакасии и Владимирской области. С учетом случившегося на Дальнем Востоке всем участникам этих кампаний станет понятно, что федеральный центр слишком откровенных фальсификаторов покрывать не будет. Этот сигнал можно считывать так: «Делайте аккуратно или не делайте вообще, мы вас не спасем, если вы попадетесь». Это внимательно слушают все те, от кого зависит черновая работа фальсификации, те, чьими руками она производится. И это люди, которые в большинстве своем лично не заинтересованы в том или ином исходе избирательной кампании. Они становятся частью этой игры только потому, что так положено, так делают все, «начальство намекнуло», а не из собственных политических или аппаратных аффилиаций. Если они поймут, что дальнейшее участие в фальсификационной деятельности сопряжено для них с персональными рисками, они его прекратят.

?. То есть изменения в самом процессе выборов все же грядут? Если даже в старой, полной фальсификаций системе на первые места выходят подставные кандидаты-спойлеры, то можно представить, что будет, если «на передовую» выйдут реальные и активные оппозиционные политики.

Разумеется, эта справедливое замечание. И вы описали тот самый «новый разворот общественного мнения», который постепенно развивался с 2014 года, а сейчас проявился в Приморье. И он уже не развернется в другую сторону в обозримой перспективе. Очень важно, что эти новые настроения не связаны с какими-то симпатиями к конкретным политикам или партиям, это пока в чистом виде голосование «против». К этому привязаны снижения рейтингов всех органов власти, в том числе и президента, и тех фигур, которые в силу объективных политических факторов с ним связаны: министра обороны и министра иностранных дел. Это были, по опросам, самые популярные публичные лица в России по уровню доверия на протяжении всех последних лет. Они символизировали общественное одобрение внешнеполитического курса, и логично, что все втроем они пошли вниз, когда внешняя политика перестала быть точкой общественного консенсуса и из предмета гордости превратилась в раздражающий фактор «лишних расходов» и оттягивания ресурсов от того, что люди считают более важным: социальной сферы, здравоохранения и качественной инфраструктуры.

?. Можно ли сказать, что в таких обстоятельствах системная оппозиция чувствует зыбкую позицию партии власти и пытается пойти в некое политическое наступление, чтобы захватить новые позиции?

Естественно, что бенефициарами изменений выборного процесса будут именно те партии, которые физически допущены к участию в нем.

?. Получается, что «путинская стагнация» подходит к концу?

Мне этот термин представляется бессмысленным в обеих его частях. Мы наблюдаем за длительными социально-политическими процессами, которые не останавливаются никогда. Всегда есть что-то, что трансформируется. Но, действительно, сейчас те движения, которые были «подземными реками», вырываются на поверхность, поэтому то, что до этого знали лишь представители социальных наук, теперь становится очевидно и широкой публике — от телезрителей до еще более далеких от реальности составителей телепрограмм (впрочем, до них все всегда доходит последним).

Беседовала Арина Крючкова

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 20 сентября 2018 > № 2746384 Екатерина Шульман


Россия. ДФО > Электроэнергетика. Судостроение, машиностроение > neftegaz.ru, 20 сентября 2018 > № 2742925

Физический пуск 1-го реактора плавучего энергоблока Академик Ломоносов запланирован на октябрь 2018 г

Росэнергоатом, дочка Росатома, планирует начать физический пуск 1го реактора плавучего энергоблока (ПЭБ) Академик Ломоносов в октябре 2018 г.

Об этом 19 сентября 2018 г сообщил замгендиректора - директор по производству и эксплуатации АЭС концерна Росэнергоатом А. Дементьев.

1 реактор ПЭБ уже полностью загружен топливом, готовится к загрузке 2й реактор.

Сейчас идет активная фаза подготовки к началу комплексных испытаний.

Росэнергоатом планирует в октябре 2018 г начать физический пуск 1го реактора ПЭБ.

Это будет ознаменовать начало комплексных испытаний энергоблока.

ПЭБ Академик Ломоносов проекта 20870 - головной проект серии мобильных транспортабельных энергоблоков малой мощности.

Это 1й в мире плавучий энергоблок.

ПЭБ предназначен для работы в составе плавучей атомной теплоэлектростанции (ПАТЭС), которая обеспечит замещение выбывающих мощностей Билибинской АЭС в Чукотском автономном округе.

ПЭБ которая оснащена реакторными установками КЛТ-40С, способными вырабатывать до 70 МВт электроэнергии и 50 Гкал/ч - тепловой.

В настоящее время ПЭБ находится на площадке ФГУП Атомфлот в г Мурманск.

25 июля 2018 г на энергоблоке стартовала загрузка ядерного топлива в реакторы.

В 2019 г ПЭБ Академик Ломоносов будет отбуксирован в морской порт г Певека, где в настоящее время ведутся все необходимые строительные работы по созданию инфраструктуры на берегу.

Береговая инфраструктура ПАТЭС включает комплекс зданий, гидротехнических сооружений (ГТС) и береговую площадку, призванных обеспечить безопасную стоянку ПЭБ и приемку с него энергомоста в месте, где будут проходить электрические связи и выдача энергии на берег.

Россия. ДФО > Электроэнергетика. Судостроение, машиностроение > neftegaz.ru, 20 сентября 2018 > № 2742925


Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 сентября 2018 > № 2734217

Гуаньча (Китай): Передовая времен холодной войны станет последним фронтом в Северо-Восточной Азии

Фэн Шаолэй, Гуаньча, Китай

За последние годы Путин сосредоточил все силы на востоке страны, и произошедший там прогресс заставил взглянуть на регион по-новому. Китайский ученый Фэн Шаолэй — под впечатлением от этих изменений. Если все пройдет успешно, то регион станет неотъемлемой частью торговли во всем азиатском регионе. А «Азиатское Средиземное море» в скором времени расширится на Север.

В период непрекращающихся глобальных и региональных перемен председатель КНР Си Цзиньпинь посетил Восточный экономический форум. Его приезд во Владивосток не только способствовал продвижению направленных на модернизацию долгосрочных отношений между Россией и Китаем, но также имел большое значение для процесса глобализации и установления межрегионального сотрудничества.

Взаимодополняемость в глобальных делах

Разработка Дальнего Востока и Сибири началась российскими учеными несколько десятилетий назад. Этот район стал последней надеждой страны преодолеть упадок экономики, окрепнуть и осуществить амбиции крупного государства. В то время как европейская часть России находится под давлением со стороны западных стран, было решено развивать обширные отсталые территории на востоке, откуда должны были черпаться силы для будущего продолжительного развития.

За последние годы Путин сосредоточил все силы на востоке страны и произошедший там прогресс заставил взглянуть на данный регион по-новому.

В 2012 году было создано Министров по развитию Дальнего Востока. Данный правительственный орган стал олицетворять собой идею открытости этого региона. С 2012 года было создано 18 районов опережающего развития и свободный порт во Владивостоке. Были созданы законодательные нормативы, регулирующие иностранные инвестиции и безвозмездное предоставление гражданам России земельных участков. Таким образом за последние три года уровень развития Дальнего Востока превысил средней уровень по стране. Малонаселенный район, составляющий 5% всей территории страны, привлек 26% от полного объема иностранных инвестиций.

Развитие Дальнего Востока и Сибири оказало влияние как на развитие России и Северо-Восточной Азии, так и на весь азиатский континент и процесс глобализации в целом.

Обширные территории Дальнего Востока — не только одним из источников будущего развития страны, они связаны с будущим всего азиатско-тихоокеанского региона. Вслед за продолжительным экономическим ростом, который наблюдался в Азии, возросли потребности среднего класса, составлявшего основу экономики. Из-за этого образовалась нехватка ресурсов, экологических условий и пространства. На этом фоне и сложились отношения взаимодополняемости между Дальним Востоком, Сибирью и Азией.

По статистике на один квадратный километр на Дальнем Востоке приходится менее одного человека, также там находится самое большое пресное озеро Байкал, в то время как население Китая составляет 20% от мирового, на территории страны располагается только 6% всей пресной воды и 8% пахотных земель. Несмотря на то, что природные ресурсы, находящиеся на территории страны, по закону принадлежат только этой стране, в ходе консультаций, на которые страны пошли добровольно и проводили честно, Китай и Россия открыли для себя небывалые перспективы сотрудничества. Что же касается Японии, стран АСЕАН и Корейского полуострова, то они особо остро нуждаются в энергоресурсах, земледельческой и лесной продукции, а также улучшении экологии; повышен спрос в этих регионах на сельскохозяйственную и животноводческую продукцию без ГМО. Поэтому взоры этих стран и устремились в сторону Сибири и Дальнего Востока.

Полигон для всестороннего сотрудничества

Стоит отметить, что в деле открытия миру Дальнего востока и Сибири Россия упорно придерживается стратегии укрепления всестороннего экономического сотрудничества. Из опыта экономического развития логически следует, что те районы ускоренного развития, которые выдержали конкуренцию с другими и не сильно зависят от какой-то конкретной системы смогут стать объектом интереса со стороны иностранных держав. Таким образом мы можем заключить, что международное сотрудничество на Дальнем Востоке может стать началом сотрудничества стран Северо-Восточной Азии в сфере экономики и безопасности.

Сейчас все зависит от выбора модели для будущего межрегионального развития. С одной стороны, основываясь на историческом опыте, это может быть тот детерминизм, которого придерживались страны, устанавливая Ялтинскую систему, или сплочение в условиях конкуренции и интеграция, где предпочтение отдается странам Европы, с помощью которого произошел подъем в Германия. В первом случае приходится пренебрегать желанием средних и малых стран осуществлять развитие внутренних и внешних дел самостоятельно, а во втором, внимание не обращается на вопрос о суверенитете азиатских стран и на опыт стран ЕС, перенесших трудности, связанные с «избытком суверенности». В то время как метод, применяемый ШОС для осуществления межрегионального сотрудничества, уже показал свою эффективность. И все же для установления такого сотрудничества необходимо немного больше времени и усилий. На долгом пути установления межрегионального сотрудничества еще встретится немало препятствий.

С другой стороны, кардинальные изменения в межрегиональной обстановке заключаются в следующем: в процессе установления сотрудничества факторы, затрудняющие его, наслаиваются и переплетаются.

Во-первых, история России знает немало примеров, когда появившиеся возможности для сотрудничества использовались не сразу, о них не забывали и прилагали усилия по их использованию через некоторое время. Предположим, что в этом году представился случай, отложенный на будущее, что страна на время потеряла часть своих территорий, зато ее народ жив и стремиться возродить былое могущество. Сейчас стране как раз выпал такой шанс, взяв который за основу и приложив достаточно усилий в будущем можно получить добиться развития всей страны.

Во-вторых, перемены в ситуации на Корейском полуострове, могут искоренить оставшиеся настроения в духе Холодной войны. Готовность Ким Чен Ына во время президентского срока Трампа провести денуклиаризацию дает людям надежду на улучшение обстановки. В то же время в новостном агентстве «Франс Пресс» приводятся слова ведущего специалиста по вопросам Южной Кореи Андрея Ланькова: «Россия не принимает участие в развитии ситуации на Корейском полуострове», что расходится со следующими фактами: на протяжении многих лет ведется строительство железных дорог и трубопроводов из России на полуостров, а также осуществляется множество других планов в рамках экономического сотрудничества между Россией, Северной и Южной Кореей. А это значит, что обе Кореи возлагают большие надежды на сотрудничество с Россией.

В-третьих, российско-китайские отношения играют важную роль для соединения между собой двух описанных выше труднодостижимых возможностей. Если рассмотреть данную ситуацию, то получится, что многостороннее сотрудничество на Дальнем Востоке связывает Северо-Восточную Азию с такими факторами, как процесс социально-экономического развития всей России, делая его стабильным и предсказуемым. Сотрудничество со странами Корейского полуострова дает России больше времени на то, чтобы воспользоваться этой возможностью. Говоря о времени, нельзя не сказать, что обсуждение корейского вопроса предоставляет небывалые возможности для совместных действий в области развития безопасности. Таким образом Северо-Восточная Азия сможет избежать самую серьезную угрозу, базирующуюся на принципах холодной войны. С другой стороны, это дает новые возможности для развития и открытости внешнему миру Сибири и Дальнего Востока. В таком случае, Китай, будучи стратегическим партнеров и России, и Северной Кореи, сможет повысить уровень собственной значимости в данной ситуации.

Расширение «Азиатского Средиземного моря» на Север

В новых исторических условиях, когда поменялась обстановка в Сибири, на Дальнем Востоке и на Корейском полуострове, остается еще один важный фактор. Вместе с повышением роли северных морей новым долгосрочным критерием отбора становится сферы транспортировок и экономического сотрудничества в западной части тихоокеанского региона. Азиатско-тихоокеанский регион — это северные моря, прилегающие к Сибири и Дальнему Востоку, проход вдоль Японии, Корейский полуостров и вся западная часть Тихого океана, на Юге он доходит до Южно-китайского моря, стран АСЕАН и касается Австралии и Новой Зеландии. В этом районе всегда существовали и с большой вероятностью продолжат существовать возможности развития транспортной системы и экономического сотрудничества. В 2011 году французский ученый Франсуа Жипулю отметил, что оживление экономики в данном регионе можно сравнить с аналогичным явлением в Средиземном море, получается «Азиатское Средиземное море». Тогда Жипулю не имел в виду северную акваторию, его внимание было сосредоточено на водах к югу от Японии. В настоящее время значение северной акватории повысилось, особенно вслед за потеплением Северного Ледовитого океана. Перспектива сокращения трети новых рейсов в Европу и Азию ведет к тому, что «Азиатское Средиземное море» расширится и станет включать в себя Сибирь и Дальний Восток, что будет логично. Это будет касаться не только «морского Шелкового пути» и «арктического пояса Шелкового пути», но также и усиления сотрудничества и конкуренции между странами и регионами.

Последний фронт глобализации

Перед всем миром сейчас остро встал один вопрос: продолжать процесс глобализации или нет. От этого выбора не удастся уклониться ни одной стране. Количество новых возможностей, предоставленных открытием и развитием Сибири и Дальнего Востока, наводит на мысль, что поздно отказываться от этой идеи, глобализации не миновать. Но ведь можно ограничиться и успехом открытия миру Дальнего Востока и Сибири и не стремиться к неоглобализму по пути «Вашингтонского консенсуса». Модель «маленькое правительство — большой рынок» не соответствует такому затруднительному природному окружению и сложным задачам открытости внешнему миру. В ситуации существенных различий внутренних и внешних условий, продвижение стратегии слабого правительства не сможет принесли успеха в далекой перспективе.

В то же время за сотни лет Сибирь и Дальний Восток развились в самостоятельные территориальные образования, обеспечение безопасности которых составляет для России непростую задачу. Поэтому в деле развития и открытия Дальнего Востока и Сибири нельзя отказываться от принципов глобализации. С развитием транспортно-коммуникационной взаимосвязанности, у стран, участвующих в этом, появляются равные возможности. В то же время этот масштабный международный процесс по укреплению сотрудничества протекает на основе суверенного права, с согласия всех участвующих стран. С точки зрения международной политической экономии, процесс развития отсталого российского региона влияет на состояние всей страны. Если провести параллель с ходом глобализации в 80-90-х годах прошлого века, то такой сложный и длительный процесс отличается разнообразием аспектов, богатым содержанием, увеличением потребностей в сотрудничестве и взаимопонимании.

Таким образом отличительной чертой «новой» глобализации станет ее проявление на Дальнем Востоке и в Сибири. Существуют мнения, что одновременно не удастся достичь глобализации, демократизации и национализма. Возможно, приоритетные для одной страны цели развития окажутся недостижимыми, но Россия, новичок в глобальных делах, может стать исключением из правил. Может, у России и не получится добиться значительных успехов по всем трем направлениям, но всем видна непоколебимость позиции России в отношении национализма.

Понятие демократии в России отличается от западных стран, однако и в этом направлении наблюдаются некоторые сдвиги: в 2012 году Путин в третий раз одержал победу на президентских выборах, во время праздничной церемонии, на эмоциях, он заявил, что «демократия по-русски» — это не игрушки. Если России удастся продолжать процесс глобализации и вместе с тем изменить стратегию поведения правительства, частных и государственных субъектов, задействованных в процессе, установить новые виды сотрудничества, тогда можно смело прогнозировать успех открытости Дальнего Востока.

Затруднения внешнего и внутреннего характера в развитии Дальнего Востока

Великое дело развития Дальнего Востока и Сибири затронуло весь мир, его прошлое и настоящее, отразилось на ситуации внутри страны и между странами. Стоит отметить, что в день открытия Восточного экономического форума начались крупнейшие со времен холодной войны военные учения с участием Китая и Монголии. Не демонстрация ли это непримиримости России с Западом? Вряд ли. Как говорил бывший глава РЖД Якунин: почему бы России не продлить Транссибирскую магистраль до Берингова пролива, а оттуда до Аляски. Даже в самые трудные времена Россияне не перестают думать о будущих возможностях.

Конечно, мысли о светлом будущем не гарантируют его осуществления.

Во-первых, сможет ли Россия сделать упор на развитие Дальнего Востока в условиях ведения многомиллиардной торговли в Европой, и развить на этом основании еще более тесное сотрудничество со странами Азии. Дискуссии на этот счет ведутся в стране в настоящее время. Против развития Дальнего Востока и укрепления сотрудничества с Азией выступал уволенный из-за обвинения в коррупции бывший министр экономики Улюкаев. Однако под руководством Путина в стране укрепилась тенденция развития Дальнего Востока и усиления сотрудничества с Азией. Однако из-за споров о распределении ресурсов и выгоды остается неясным план построения сотрудничества по отдельным направлениям. Непреодолимой дилеммой остается территориальная принадлежность России как к Европе, так и к Азии.

Во-вторых, между правительствами всей страны и ее регионов еще не выработалось единого мнения: сделать развитие Дальнего Востока фронтом борьбы с Западом или употребить его богатства на благо страны, управлять им ради удовлетворения внутренних потребностей. Согласно опросу, более 40% жителей региона не довольны тем, что правительство не учитывает их интересы в данном вопросе, а более 30% опасаются наплыва в регион китайцев. Такое отношение жителей Дальнего Востока к центральному правительству вряд ли изменится в ближайшее время.

В-третьих, участие в развитии Дальнего Востока и Сибири не способствует смягчению контроля за иностранными инвестициями. Улучшение инвестиционного климата в дальневосточном регионе было проблемой на протяжение долгого времени. Инвесторы потянутся туда только после завершения этого процесса, иначе им придется бороться за получение выгоды от вложенных денег. Над этим вопросом еще предстоит поработать. Продвинуться в этом направлении возможно благодаря совместным исследованиям и поискам оптимальной модели сотрудничества, после чего станет возможным утвердить сферы сотрудничества, учитывая опыт прошлых лет. Такая работа потребует немало сил и времени.

У Китая уже есть многолетний опыт сотрудничества с развитыми западными рынками. Поможет ли это Китаю добиться успеха в непростых рыночных условиях данного региона? Если же двусторонне сотрудничество в этом регионе не удастся наладить таким странам как Россия и Китай, у которых существует преимущество в виде государственной поддержки, то об открытости региона другим странами и говорить нечего.

В-четвертых, усиление степени открытости внешнему миру внутреннего рынка Китая также является частью установления сотрудничества на Дальнем Востоке. Россия проявила большой интерес к Китайской международной импортной выставке, которая пройдет в ноябре в Шанхае. Ведь эта выставка важна в качестве первых шагов в рамках открытости России. Для сотрудничества будет выбрано немного сфер, но Китай не оставляет надежды, что выбор сфер сотрудничества заставит страны действовать сообща. Что же касается США, то это может стать поводом обменяться обещаниями на будущее. Очевидно, что это повлияет на общую ситуацию в сфере производства. В долгосрочной перспективе взаимное уважение и распределение выгоды между тремя странами: Россией, США и Китаем существенно снизится или же, наоборот, устремится в сторону взаимовыгодных отношений.

В-пятых, поддержка открытости Дальнего Востока на высшем уровне вовсе не подразумевает успешное гуманитарное сотрудничество на остальных уровнях. Ведь давние обиды и небольшие недопонимания могут сильно и надолго отразиться на отношениях между странами. Россия и Китай должны быть готовыми, что без того сложные условия сотрудничества усугубятся критикой или сопротивлением третьих сторон, которыми в том числе могут оказаться партнеры по сотрудничеству. Однако многие ученые и специалисты твердо уверены, что обстановка для сотрудничества улучшится.

Дальний Восток и Восточная Сибирь уже давно перестали быть «фронтом холодной войны», но в отношении к новой глобализации, этот регион должен стать «последней линией фронта», что будет сделать непросто.

Китай. Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 сентября 2018 > № 2734217


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Агропром > amurmedia.ru, 18 сентября 2018 > № 2745819 Александр Марченко

Статус сельхозпроизводителя открывает большие возможности даже мелким фермерам - КСФ

Заместитель гендиректора-руководитель центра кооперации АНО «Краевой сельскохозяйственный фонд» Александр Марченко дал интервью ИА AmurMedia

Процесс сельскохозяйственного кооперирования, активизация которого наблюдается в Хабаровском крае, придает новый статус личным подворьям на селе и мелким фермерам, что открывает для них широкие перспективы развития. О том, как работает "эффект масштаба", каким эхом откликнулись в кооперативном движении лихие 90-е и как преодолеть кризис доверия в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал заместитель гендиректора-руководитель центра кооперации АНО "Краевой сельскохозяйственный фонд" Александр Марченко.

— Кооперативное движение как таковое не ново. В разные времена оно то возрождается, то теряет свою популярность, как в России, так и в Хабаровском крае. Александр Сергеевич, если говорить о сельхозкооперации в нашем регионе, как бы Вы обозначили ее нынешнее состояние?

— Активная фаза процесса кооперации фермеров, сельхозпроизводителей в регионе началась с июля 2017 года, т.е. чуть более года назад. Во втором полугодии 2017 года при непосредственном участии было создано четыре сельскохозяйственных потребительских кооператива – "Исток", "Вяземские продукты", "Агродар" и "Вектор".

— Какие районы региона "вышли в передовики"? Расположенные ближе к краевому центру или отдаленные?

— Нам удалось активизировать сельхозкооперацию в районе им. Лазо, Хабаровском и два кооператива появились в Вяземском районе. Правда, сейчас один из вяземских постепенно перебрался в Хабаровск, и сейчас работает на территории Хабаровского района. В общем, кооперативы появляются пока в радиусе 150 км, так скажем. Мы говорили про 2017 год. А в этом, 2018 году, интеграция кооперативного движения расширилась. Был создан кооператив "Манома" в Нанайском районе, кооператив "Эльбанский" в Амурском районе, "Кооператор Комсомольска" в Комсомольске-на-Амуре, плюс ПСК "Ладия" в Вяземском и кооператив "Бикин-ДВ" в Бикинском районе. У всех статус сельскохозяйственных потребительских кооперативов, как правило, широкого профиля. Кооператоры указывают у себя в уставах и переработку, и снабжение, и сбыт.

— Кто был инициатором создания этих кооперативов? Приходилось ли вам проводить какую-то работу с фермерами? Искать инициативных людей с организаторскими способностями? Или люди сами к вам приходили?

— В разных случаях происходило по-разному. Но в большинстве начинаем отсчет с агитвыездов и групповых консультаций. Договариваемся с органами муниципального самоуправления, чтобы они организовали аудиторию местных сельхозпроизводителей. Едем, подготавливаем ликбез по поводу потребительской кооперации непосредственно. В данный момент у нас политика правительства направлена на развитие потребительской кооперации. Кооперативы не являются коммерческими структурами, их создание направлено на увеличение благосостояния каждого из членов кооператива. Теоретически кооператив может работать в ноль или иметь небольшую выгоду. При этом уровень благосостояния в силу оказываемых услуг, в силу эксплуатации неделимого фонда растет у каждого кооператора.

— При этом каждый член кооператива может вести свою предпринимательскую деятельность?

— Верно. Они никоим образом не связаны обязательствами. Члены кооператива оплачивают членские взносы, паи, для того, чтобы пользоваться услугами кооператива как агрегатора, например, сбора плодоовощной продукции, либо совместные закупки делать.

— То есть работает "эффект масштаба"?

— Это классика. Снижение издержек на единицу товара или услуги при росте их абсолютного объема. Это одно из ключевых направлений, для которых и существует потребкооперация. Собственно, для этого сельхозкооператив и организуется. Например, несколько фермеров имеют свои хозяйства, выращивают коров, корма, неважно. И есть проблема со сбытом или с переработкой продукции. Они объединились, минимум пять человек, так предписывает закон, и купили перерабатывающий мини-завод или коптильню для колбас, к примеру. Одному фермеру потянуть такое оборудование крайне сложно и накладно. А если собралось 5 или 20, то соответственно всё обойдется в 5-20 раз дешевле.

— Кому тогда принадлежит эта коптильня?

— Кооперативу. А все вопросы по ее эксплуатации решают члены правления, те самые фермеры, которые создали кооператив. В уставе, как правило, прописано какие решения могут быть приняты председателем единолично, а какие исключительно через правление кооператива. Обычно, все весомые денежные операции принимаются исключительно по решениям правления кооператива, коллегиально.

— С приобретением понятно. А как совместно реализовывать то, что выращено?

— Рассмотрим пример сбыта. Выкопал фермер картофель, загрузил мешок в коляску мотоцикла и повез на рынок. Расход бензина — минимум 100 рублей. А вот если бы фермеры объединились и загрузили в фуру 4-5 тонн, то доставка обошлась бы каждому уже в 10 рублей. И на рынке фермер может продавать свой картофель уже не по 15 рублей за килограмм, а поставить конкурентоспособную цену в рублей 10-12. И это только за счет того, что совместно организовали доставку до овощехранилища, либо до конечного потребителя.

То же самое относительно закупки удобрений, например. Если купить их в магазине в розницу, то они обойдутся в 150 рублей за килограмм, а если же заявку сформировать несколькими хозяйствами и заказать вагон этих удобрений, то они обойдутся в 5-6 раз дешевле. Также это оформление бумаг, общий бухгалтер. Или ты поодиночке несешь все эти издержки, или кооператив нанял одного бухгалтера и тебе эту услугу оказывает за твои паевые взносы.

— Вернёмся к созданию кооперативов. В районах фермеры охотно вступают или приходится проводить разъяснительную работу?

— Работу однозначно нужно вести, причем, бывает, выезжаем по нескольку раз, и только на второй-третий раз народ оживляется, начинает на контакт идти. Очень большой кризис доверия друг к другу и власти.

— С чем это связано? Все еще аукается развал СССР и лихие 90-е?

— По большому счету, наверное, 90-е сказались, когда у нас кооперативное движение находилось на волне, а потом пошли разборки, суды и прочее. Кто сколько должен получать, как делить прибыль и т.д. Контингент, по большому счету, еще не сменился. Много возрастных фермеров, которые в 90-е на эти грабли наступили. В Бикинском районе было несколько достаточно крепких кооперативов, которые потом очень некрасиво расставались, разорялись. Сейчас их заманить в кооперативное движение очень проблематично.

— Но известны же и положительные примеры… Ольга Мамонтова с "Вяземскими продуктами", например.

— Да, конечно, существуют лидеры мнений, на которых реально можно сослаться. И народ видит, что кооперация работает, и никакого обмана в этом нет. Но многие опасаются и субсидиарной ответственности. Это тоже один из аспектов сельхозкооперации, когда все члены кооператива несут равную ответственность по всем долгам кооператива. Если паевых взносов не хватило, а кооператив кому-то должен, то гасить этот долг должны все члены кооператива.

— Рискованно…

— На заре кооперативного движения были нечистоплотные председатели, которые брали многомиллионные кредиты и исчезали. Потом фермеры обязаны были все это возмещать. Сейчас все это регламентируется и записывается в уставах. В настоящее время сделать что-либо подобное очень проблематично, практически невозможно. Все решения принимаются собранием управленческого состава.

— Кооператив кооперативу рознь по направлению. Вы планируете расширять кооперативное движение в северные отдаленные территории? Там рискованное земледелие, но там охота, рыбалка, сбор дикоросов и т.д. Такое направление планируется?

— Безусловно. В данный момент у сельхозфонда с администрацией Нанайского района в разработке проект по созданию районного центра кооперации и кооператива для приемки и переработки рыбы у коренных малочисленных народностей Севера. У местных нанайцев, которые получают квоты, кормовые лицензии на каждого персонально. Но помимо рыбы им же нужны и другие товары, и живые деньги. Следовательно, рыбу нужно реализовать. И чтобы продавать свой улов на законных основаниях, а не где-то на обочинах дорог, необходимо рыбаков каким-то образом объединить и создать какой-то агрегатор непосредственно в районе. Сейчас мы как раз прорабатываем этот момент. Уже есть желающие, собираем пакет документов под это дело. Думаю, в этом году кооператив уже создадим.

— Александр Сергеевич, а другие районы региона подключаются с движению?

— Еще по подобному направлению подготовлены пакеты документов на регистрацию в Охотском районе. Специалист Фонда выезжал в район, проводил семинары, рассказывал о мерах поддержки, и после этого принято решение о создании в районе сразу двух кооперативов. Кстати, сейчас краевой Минсельхоз действует достаточно глобально, сельскохозяйственным потребительским кооперативам на развитие хозяйства выделяются гранты до 70 миллионов рублей. Это довольно крупные суммы, можно и ферму построить, и перерабатывающее производство.

— Много приходится ездить по районам?

— Да, часто бываем в дороге. Я сам лично ездил трижды в район Полины Осипенко, более 700 км по не очень хорошей дороге, чтобы провести разъяснительную работу. И уже после третьего выезда появилась первые ласточки. Дело в том, в северных районах ничего, кроме картошки, нормально не растет, но при этом картошка дает вполне достойный урожай, а сбывать ее личные подсобные хозяйства никуда не могут, потому что картошку выращивают все. Однако рядом находится артель, которая закупает огромное количество картофеля, причем по ценам в несколько раз дороже, чем местное население готово с радостью продавать. Но население не может торговать, потому что нет юридического лица и договор подписать не с кем. Местному населению был предложен путь решения проблемы — организовать овощехранилище, чтобы подвозили по заказу партиями. Нашлась инициативная группа, кто все это решил взять в свои руки. Сейчас подобрали двух фермеров, готовых возглавить и организовать поставку с территории района.

— В кооператив может вступить любой желающий фермер? И вообще, по какому принципу фермеры кооперируются?

— Как правило, это объединение на территории какого-то одного района, либо населенного пункта. Крайне редко у нас один фермер проживает в Нанайском районе, второй в Бикине, а третий в Совгавани. Таких практически нет. Но сложность тут, скорее, не в территориальности… Недоверие очень велико непосредственно друг к другу. А для того, чтобы начать общий бизнес, общее дело, организовать кооператив, нужно как минимум доверять друг другу. И это одна из основных причин того, почему до сих пор не начался бум кооперативного движения… Соседи вроде в прекрасных отношениях, здороваются, а когда речь заходит об общем виде деятельности, говорят "У меня две коровы, а у Васьки три козы. Как мы будем деньги делить?".

— Но они же конкуренты между собой…

— Они не столько конкурируют, сколько не видят путей совместного приложения сил. Можно продолжать доить своих коров, но при этом совместно покупать корма, привозить их и на этом экономить деньги. Или приобрести доильное оборудование и по очереди им пользоваться.

— Органы местного самоуправления на местах, администрации районов, сельских поселений способствуют развитию движения?

— Во всех районах по-разному. После того, как в крае вышел указ о развитии сельхозкооперации и организации центров кооперации в районах, деятельность немного активизировалась. До этого все было очень неравномерно. Допустим, наши южные районы, Вяземский, Хабаровский и имени Лазо, очень активно влились в это дело. Их сотрудники чуть ли не за руку приводили этих фермеров, очень активно взаимодействовали с сельхозфондом. На северных территориях все сложнее, проблематичнее, пишут письма, что "сельского хозяйства у нас нет, кооперативы создать невозможно". Такие тоже были.

— Личным подсобным хозяйствам, насколько известно, меры господдержки не оказываются. Крестьянско-фермерским иногда оказываются, но фермер должен из себя представлять крепкого хозяйственника. Как в этом плане обстоят дела с потребительским кооперативом?

— Вы правильно подметили. Господдержка — один из факторов, почему личным подсобным хозяйствам, мелким фермерским хозяйствам стоит объединяться в кооперативы, ведь они становятся статусными сельхозпроизводителями. Если отдельно взятое личное подворье на меры поддержки рассчитывать не может, потому что не имеет статуса сельхозпроизводителя, налоги не платит, государству по большому счету пользы не приносит, то есть что произвел, то и скушал. А объединившись в кооператив, у фермеров уже цели более глобальные — произведенная продукция поступает в торговые сети, ее покупают городские жители и так далее. Соответственно, статус сельхозтоваропроизводителя кооператива позволяет рассчитывать на субсидии и гранты, которые предоставляют по федеральным и краевым программам.

— Все сельхозкооперативы, которые существуют в крае, сотрудничают с Краевым сельскохозяйственным фондом?

— Нет, кто-то организуется самостоятельно, другие были созданы до того как сельхозфонд активизировал краевую кооперацию. Но о большинстве мы знаем, они обращаются к нам за поддержкой, потому что у нас беспрецедентные условия — пакет документов минимальный, риск-менеджер информацию проверяет достаточно быстро, помощь ощутимая. И в плане льготных условий предоставления помощи какой-либо структуре соревноваться с Фондом трудно.

Беседовала Руслана Страхова.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Агропром > amurmedia.ru, 18 сентября 2018 > № 2745819 Александр Марченко


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 17 сентября 2018 > № 2746379 Геннадий Зюганов

Геннадий Зюганов: Выборы в Приморье — это политический Чернобыль

Лидер КПРФ прокомментировал «Снобу» события в Приморье. Он утверждает, что итоги губернаторских выборов сфальсифицированы, и не исключает, что команда сделать это могла прийти из Москвы

Как случилось, что ваш кандидат Андрей Ищенко сначала выиграл, а затем проиграл выборы главы Приморья?

Ничего он не проиграл. Он выиграл, и мы отстоим результат. Это беспрецедентный случай: уголовники решили переписать итоги выборов. Результаты совершенно очевидные, они были показаны вчера по телевидению. Вся страна знает об этом.

Как технически «переписывали» итоги, о которых вы говорите?

В последнюю минуту кто-то дал грязную отмашку и начался полный шабаш. Например, в Уссурийске — там мэр Корж под следствием — полиция оцепила здание, выгнали всех по принципу «никого не впускать — не выпускать». И начали переписывать и переделывать.

В Советском районе Владивостока устроили такой шабаш, который трудно себе представить. Наши там окружили наблюдателей и говорят: «Давайте, вводите результаты!» (Они в этом районе по сей день не ввели результаты голосования в электронные системы — это уже криминальное нарушение!) В ответ на это требование местные чиновники срочно вызвали пожарных! Те приехали в масках, устроили цирк...

У меня есть список 19 участков, на которых за один час они приписали 15 тысяч голосов. Есть участки, где прибавляли по 500, 700, 1000 голосов и более. В 11 часов вечера ввели одни результаты — они есть у нас в электронной базе и у ЦИКа тоже, — а утром всем дали принципиально другие. Сопоставьте, наложите.

По нашим подсчетам, они дополнительно кинули 20 с лишним тысяч. Один только Уссурийск фальсифицировал столько, что можно отбрасывать 3–4% — и тогда в любом случае побеждает Ищенко!

Это уголовное преступление — захват власти. Цинично и мерзко.

В Приморье только что состоялся интереснейший форум, подписаны контракты на три триллиона! Мы все заинтересованы в том, чтобы Приморье развивалось — уникальный край, прекрасные люди. И вдруг такое. Надо срочно расследовать, приводить всех в чувства, наводить элементарный порядок. Это же дискредитирует страну, выборы и все вместе взятое.

Кого именно вы называете уголовниками в данном случае?

Тех, кто грубо нарушает закон. Это руководители разного уровня. И полицейский на своем участке, и глава города, и руководитель избиркома во Владивостоке. В данном случае это уголовное преступление. Воровство голосов, приписки. Это захват власти насильственным образом.

На ваш взгляд, это «перегиб на местах» или команда пришла из центра — администрации президента?

Я уверен, что такую прямую команду могли дать только провокаторы или сумасшедшие люди, или те, кто все делают, чтобы сгубить образ страны и навредить нам.

Что касается Центризбиркома, надо разбираться, кто там сидел, какие представители центра. Они, по крайней мере, все это видели, могли предупредить и Панфилову, и всех нас.

Еще раз: они начали эту операцию в 11 вечера. До этого стекались данные со всех регионов. И сельская местность, и города, и припортовые центры — все в основном голосовали за Ищенко. А по Владивостоку и другим отрыв был в полтора раза. Я не исключаю, что кто-то в последнюю минуту дал команду, которая и привела к такому беспределу.

Вы не исключаете, что эта команда пришла из Москвы?

Не исключаю, абсолютно. Но надо разобраться, кто ее дал.

Есть два варианта развития событий. Один — сейчас Элла Панфилова, как и обещала, разберется. Допустим, будут выявлены нарушения при подсчете вечерних и уже утренних голосов. Выяснится, что правда на вашей стороне, справедливость будет восстановлена...

Извините, что перебиваю: правда абсолютно на нашей стороне! У нас есть заверенные копии протоколов почти со всех участков. И если официальные власти и ЦИК проигнорируют это, они полностью дискредитируют выборы. Тогда нет смысла дальше проводить какие-либо выборы.

Вы однажды уже пытались оспорить итоги выборов — президентских 1996 года. У вас тогда ничего не вышло. Почему вы уверены, что получится сейчас?

Тогда я пытался проверить результаты выборов, и мне удалось только по Татарстану доказать… И то я в судах доказывал два года. А здесь у нас на руках все копии договоров, сотни наблюдателей. Вся страна видела результаты в 11 вечера. Люди у нас довольно грамотные и понимают, когда посчитали 97% и разница большая, это невозможно сделать на 33 участках.

То есть не могло произойти так, что в последний момент какой-то район целиком и полностью взял и проголосовал за единоросса Тарасенко?

Нет-нет. Это невозможно. Кто хотя бы школу заканчивал, понимает: невозможно на 33 участках ликвидировать разрыв в тысячи голосов. Стопроцентно мерзкая, отвратительная халтура.

Что будет делать компартия и вы лично, если власть скажет, что победил Тарасенко?

Я уверен, что не скажет. Сегодня прошла акция у здания администрации во Владивостоке. Завтра на 18 часов назначена новая. 22 сентября мы проводим всероссийскую акцию против пенсионного людоедства и этого политического Чернобыля во Владивостоке. Уверен, граждане поддержат нас активно. Власти услышат голос народа.

Вы уже выходили по этому поводу напрямую на президента?

Еще рано, но в ближайшие два дня, я уверен, будет встреча и обсуждение этой темы.

А на руководителя президентской администрации?

Я поговорил со всеми. Они спокойны. Срочно подключились к проверке фактов. Все материалы я отправил в АП, в СК Бастрыкину, в прокуратуру Чайке и в ЦИК Панфиловой. Панфилова сейчас срочно формирует комиссию и едет разбираться.

То есть Кириенко лично в курсе и обещал разобраться?

В курсе. Обещали не просто разобраться. Обещали разобраться и привести все в соответствие с законом.

Вы лично сейчас уверены, что справедливость восторжествует?

Уверен. Сейчас идет массовое просвещение граждан, и граждане если поддержат массово на улице, то любая власть это услышит. Поэтому я призываю всех проявить волю и мужество и поддержать все наши акции — тогда мы восстановим наше демократическое право на выборы.

То есть вы считаете, что только активная позиция граждан, которые должны выйти на улицу, сможет помочь?

Да. Она не только сможет помочь, но и заставит власть прислушаться. Мы провели две акции против пенсионного людоедства — и президент обратил внимание. Надо, чтобы 22 сентября все дружно вышли.

А если вам завтра все-таки скажут, что единороссы выиграли в последний момент. Что вы лично сделаете?

Нет, не скажут. Не скажут.

Беседовал Станислав Кучер

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 17 сентября 2018 > № 2746379 Геннадий Зюганов


Россия. ДФО > Армия, полиция. Транспорт > mvd.ru, 17 сентября 2018 > № 2732058 Александр Кем

Здесь «Путина» – круглый год.

На вопросы корреспондента «Полиции России» отвечает начальник Управления на транспорте МВД России по Дальневосточному федеральному округу генерал-майор полиции Александр КЕМ.

– Александр Владимирович, какая ситуация сложилась на сегодняшний день в зоне оперативного обслуживания транспортной полиции Дальнего Востока?

– Дальневосточный федеральный округ занимает более 36 процентов всей территории государства и включает в себя девять субъектов с совершенно разной транспортной инфраструктурой. Это более семи тысяч километров железных дорог, 500 железнодорожных вокзалов и станций, 47 воздушных, 39 морских и речных гаваней, которые входят в зону оперативного облуживания сотрудников нашего управления.

Для Дальнего Востока роль транспорта трудно переоценить: во многие места региона можно добраться только по железной дороге или по воздуху, автомобильное движение развито недостаточно. Поэтому где-то сотрудники транспортной полиции зачастую оказываются единственными представителями правоохранительных органов.

Если говорить о характере преступности на объектах ответственности транспортной полиции, то около трети всех совершаемых преступлений – это кражи личного имущества граждан в поездах и вокзальных комплексах, кражи деталей верхнего строения путей, цветного металла. Треть преступлений совершается в сфере незаконного оборота наркотиков и оставшиеся – это преступления экономической и коррупционной направленности, преступления в сфере незаконного оборота биоресурсов и оружия.

Статистика показывает, что увеличения преступности на объектах нашей ответственности не наблюдается, показатели колеблются в пределах плюс-минус одного-двух процентов, а раскрываемость прес­туплений составляет порядка 76 процентов.

– Прошёл год с момента вашего назначения на должность начальника Управления на транспорте МВД России по ДФО. Какие за прошедшее время достигнуты результаты и раскрыты резонансные преступления?

– За прошедший год сделано немало по самым разным, в том числе приоритетным, направлениям деятельности. Так, мы добились очень хороших результатов в сфере борьбы с незаконным оборотом наркотиков, удалось пресечь их крупные поставки из западных регионов России, например, единовременную поставку около 20 килограммов «синтетики». В дальнейшем в ходе расследования уголовных дел сотрудниками ликвидировано два интернет-магазина, занимавшихся распространением синтетических наркотиков в регионе, задержано около десяти человек. Будем доказывать, что действовала организованная преступная группа, а возможно, и преступное сообщество.

Кроме этого, в Якутии возбуждён ряд крупных уголовных дел коррупционной направленности. Сотрудниками транспортной полиции выявлен и задокументирован факт получения взяток генеральным директором акционерного общества «Аэропорт Якутск» на сумму свыше 14 миллионов рублей, уголовное дело сейчас находится в производстве Следственного комитета. В производстве наших следователей находится уголовное дело о хищении бюджетных средств на сумму свыше 45 миллионов рублей директором ООО «Ленатурфлот».

Есть и другие уголовные дела. Скажем, в сфере незаконного оборота биоресурсов мы направили в суд три уголовных дела, где доказали причастность задержанных к совершению преступлений в составе организованных групп. Это уголовные дела по незаконной добыче калуги и осетра в реке Амур, крабов, гребешков и трепангов в Приморском крае.

– Каковы особенности проведения оперативно-профилактической операции «Путина» на территории Дальневосточного региона?

– Специфика Дальнего Востока такова, что операция «Путина» проводится сотрудниками транспортной полиции практически круглый год. Начиная с ранней весны, когда идёт добыча корюшки, краба и других морепродуктов, летней и осенней лососёвой путины в реке Амур и других нерестовых реках, и заканчивая зимой, когда сотрудники полиции занимаются выявлением преступлений, связанных с транспортировкой незаконно добытых биоресурсов в большие города или западные регионы страны.

Только с начала года нами выявлено свыше 100 фактов, связанных с незаконным оборотом биоресурсов. Изъято более 20 тонн рыбопродукции, около 200 килограммов икры осетровых видов и порядка 10 тысяч экземпляров морских животных (гребешок, краб, креветка, трепанг и другие).

Так, например, в марте месяце сотрудники Находкинского ЛО МВД России на транспорте в бухте Шепалово Японского моря задержали браконьера, занимавшегося незаконным промыслом гребешка. Было изъято порядка двух тысяч особей. А в мае в Ванинском районе Хабаровского края задержан мужчина, незаконно добывший более двух тысяч экземпляров креветки. Только за июль в Ванинском районе возбуждено 12 уголовных дел по фактам незаконной добычи биоресурсов. К уголовной ответственности привлечено 15 подозреваемых, изъято свыше 300 экземпляров лососёвых видов рыб и более 150 особей различных видов краба, семь надувных и одна пластиковая лодка, пять лодочных моторов, GPS-навигаторы, приспособления для ловли краба, а также свыше десятка ставных сетей.

За последние годы значительно изменилось оснащение сотрудников транспортной полиции техникой. На сегодняшний день все подразделения, участвующие в операции, обеспечены современными, быстроходными катерами и современным навигационным оборудованием. Получили плавсредства на Сахалине и Камчатке и начинаем активно работать по прибрежным бухтам. В этих регионах незаконно вылавливают как различные виды ракообразных, так и лососёвые виды рыб, заходящих на нерест.

Современная техника, а также то, что наши сотрудники имеют большой опыт в пресечении преступлений и правонарушений, связанных с незаконной добычей биоресурсов, позволяет оперативно пресекать преступления данной категории.

– Как организована охрана общественного порядка на крупных международных мероприятиях, проводимых в зоне оперативного обслуживания транспортной полиции Дальнего Востока?

– Дальний Восток – зона пристального внимания руководства страны, и, конечно, ежегодно здесь проводятся различные крупные международные мероприятия, такие как «Международные интеллектуальные игры», «Дети Азии». Мы занимаемся обеспечением безопасности групп детей, которые следуют с Дальнего Востока железнодорожным и авиационным транспортом в южные регионы нашей страны к местам летнего отдыха. Принимаем группы детей, которые едут отдыхать в лагерь «Океан», расположенный в Приморском крае. Вся транспортировка и обеспечение безопасности ребят ложится на плечи сотрудников транспортной полиции.

Но самым крупным и объёмным по привлечению сил и средств для охраны общественного порядка является Восточно-экономический форум, проводимый ежегодно во Владивостоке в сентябре.

На него прибывает большое количество руководителей стран Азиатско-Тихоокеанского региона, первые лица нашего государства, много иностранных гостей. Сотрудники управления входят в межведомственный оперативный штаб в аэропорту «Кневичи» и в аналогичный штаб по обеспечению безопасности в водной акватории. Для охраны общественного порядка мы привлекаем личный состав всего Приморского гарнизона – Находки, Уссурийска, Владивостока – и направляем ряд полицейских из Хабаровска. Всего задействуются около 300 сотрудников, специа­лизированный автотранспорт и плавательные средства.

Наиболее трудоёмкой в вопросах обеспечения охраны общественного порядка является морская акватория. Время бархатного сезона и летних отпусков, на воде очень много отдыхающих на катерах и лодках. Поэтому мероприятия по охране порядка мы проводим в связке с другими правоохранительными органами.

Повторюсь: для Дальнего Востока транспорт – это всё. Поэтому ни одно большое мероприятие мимо сотрудников транспортной полиции не проходит.

– Расскажите о паводковой ситуации, которая сложилась на территории Дальнего Востока. Как подготовились транспортные полицейские к обеспечению охраны порядка?

– Паводковая ситуация на территории региона в этом году достаточно сложная. Районные, краевые и областные центры уже готовятся к приходу большой воды в период осенних ливней, и мы, конечно, тоже готовы. Провели смотр плавсредств для возможного патрулирования затопленных населённых пунктов, создали резерв из плавсредств, которые задействованы в операции «Путина». Мы уже принимали активное участие в охране общественного порядка во время паводка, поэтому практика наработана, опыт имеется. Однако надеемся, что ситуация не будет критической.

– Александр Владимирович, поделитесь своими планами на ближайшее время.

– Продуктивно работать! Основная проблема для нас сегодня – комплектование. Большой некомплект личного состава. К сожалению, грамотные специалисты уходят на пенсию и необходимо искать им достойную замену. А это непросто. Географические особенности округа накладывают определённый отпечаток на требования, предъявляемые к руководящему составу линейных отделов и пунктов полиции. Например, в Республике Саха (Якутия), в самом большом регионе страны, где находится одно из наших линейных управлений, есть линейные подразделения полиции, расположенные от головного подразделения на расстоянии двух–трёх часов лёта авиационным транспортом, и другого сообщения нет. Поэтому к руководителям, которые несут там службу, – особые требования. Это должны быть проверенные, опытные сотрудники, способные самостоятельно организовывать работу личного состава, умеющие быстро и чётко принимать верные управленческие решения.

Высокие требования предъявляются и к полицейским патрульно-постовой службы, сопровождающим поезда. Сотрудники также должны самостоятельно принимать решения, к тому же правильно фиксировать преступления и правонарушения, так как следственно-оперативная группа может добираться до места происшествия достаточно большой промежуток времени. Поэтому к транспортным полицейским мы предъявляем, возможно, даже более строгие требования, чем к сотрудникам территориальных органов внутренних дел.

Я всегда говорю о том, что задача руководителя – создать сильный и работоспособный коллектив, которому можно доверить любое дело и которому любое дело по плечу. Поэтому активно езжу в командировки по региону, смотрю, оказываю помощь на местах, направляю личный состав и руководителей. Вот недавно побывал на Курилах, посмотрел, в каких условиях несёт службу личный состав. К сожалению, очень часто мы не можем взять на службу сотрудников из других регионов страны потому, что отсутствует служебное жилье, а наём жилья на Дальнем Востоке очень дорогой, стоимость квадратного метра запредельна.

На мой взгляд, чтобы привлечь сюда желающих служить в органах внутренних дел, необходимо формировать фонд служебного жилья, подумать о строительстве домов для сотрудников, где часть жилых помещений будет выделена под служебное жильё.

Что касается ближайших планов, то сегодня мы рассматриваем несколько направлений усиления оперативно-служебной деятельности. Первое – борьба с коррупцией. Данное направление является одним из приоритетных. Второе, исходя из структуры преступности, – борьба с незаконным оборотом наркотиков. Разрабатываем и внедряем новые мероприятия с использованием современных технологий, направленные на пресечение поставок наркотиков на Дальний Восток. И третье – это, конечно, борьба с незаконным оборотом того, чем богат наш регион, – биоресурсов и природных ископаемых…

Беседу вела Ольга МИРОНЕНКО

(Полиция России № 9, 2018 г.)

Россия. ДФО > Армия, полиция. Транспорт > mvd.ru, 17 сентября 2018 > № 2732058 Александр Кем


Россия. ДФО > Рыба > fish.gov.ru, 14 сентября 2018 > № 2735518 Илья Шестаков

Глава Росрыболовства Илья Шестаков: «В этом году – рекорд по добыче красной рыбы за всю историю наблюдений».

Как дальневосточный лосось и горбуша попадут в центральную Россию, и сколько будут стоить на прилавках?

Для потребителей постоянные дебаты вокруг цен на рыбу остаются загадкой. Это всего лишь рыба – что может быть проще? Выловил, привез, продал. На самом деле, почти на каждом звене этой потребительской цепи есть большое количество нюансов. Они–то и влияют на итоговый ценник на прилавках магазинов. В этом году рыбакам улыбнулась удача – невиданный ранее улов лососевых на Дальнем Востоке. Глава Росрыболовства Илья Шестаков в интервью «КП» рассказал, как его довезут до покупателей со всей страны.

МАЛО РЫБЫ – ПЛОХО. МНОГО РЫБЫ – ТОЖЕ НЕ ХОРОШО?

– В этом году на Дальнем Востоке рекордный улов лосося. В прошлом году путина, вроде, тоже была рекордной. Это какая–то аномалия?

– Не совсем так. В прошлом году мы побили 25–летний рекорд в целом по вылову рыбы. А в этом году рекордная именно лососевая путина. Добыто уже порядка 612 тысяч тонн. Прошлый рекорд был в 2009 году, было добыто 520 тыс. тонн. Объемы добычи именно красной рыбы в этом году самые большие за всю историю наблюдений.

– За счет чего это произошло? Это какие-то изменения климата или просто удача?

– Конечно, много факторов влияет. С одной стороны – климатические. Рыба, с учетом потепления воды, поднимается чуть выше на север, поэтому такие большие уловы. Но, с другой стороны, это и работа нашего территориального управления на Камчатке вместе с региональными властями, связанная с обеспечением оптимального заполнения нерестилищ и работой по рыбоохране. Свой вклад внесли и рыборазводные лососевые заводы. Горбуша массово пришла на Камчатку и составила основную долю вылова. Она как раз реагирует на такие меры регулирования гораздо быстрее. Так что, та планомерная работа, которую мы вели по увеличению промысла, дает свои результаты.

– Есть шансы у тех, кто живет в Центральной части России эту рыбу у себя увидеть в магазинах? Как будет происходить доставка?

– Честно говоря, мы столкнулись с определенными трудностями. Не ожидали такого большого улова, и инфраструктура не была полностью готова. Холодильных мощностей было недостаточно. Сейчас они забиты под 100%, но ситуация нормализуется. Мы активно работаем с РЖД, и есть рост отправок именно в центральную часть РФ по этим видам рыб. С точки зрения доставки до основных регионов потребления все проблемы решены.

Цена, которая есть сейчас и на оптовом складе во Владивостоке и в Москве, достаточно низкая по сравнению с предыдущими годами. Цена горбуши во Владивостоке на складе – 80 руб. за кг, в Москве – порядка 110 руб. Конечно, здесь встает вопрос о том, насколько торговые сети будут снижать цены. Пока мы, к сожалению, этого не видим. Надо сказать, что рыба еще полностью не дошла до магазинов, но надеемся, что ритейлеры услышат наш призыв. Мы неоднократно проводили с ними переговоры, чтобы они напрямую у рыбаков брали рыбу. Минуя любых посредников.

– А есть какая–то возможность повлиять на наценку торговых сетей? Вы сказали, 80–110 рублей, какие–то фантастические цены. Мы таких цен в магазинах не видим.

– К сожалению, сейчас законодательно повлиять на работу торговых сетей невозможно. У нас полностью рыночные условия. Есть определенные механизмы, которые прописаны в законе о торговле. Это введение ограничений по наценке до 15%. Но оно, по–моему, за всю историю никогда не использовалось. Да и относится только к социально значимым продуктам питания.

РЕКОРД ДОБЫЧИ ИНВЕСТИЦИЙ

– Мы сейчас беседуем на Восточном экономическом форуме. Какие основные вопросы здесь будет обсуждать Росрыболовство?

– В рамках деловой программы у нас здесь несколько «круглых столов» по вопросам развития отрасли. Необходимо обсудить те тенденции, которые есть на Дальнем Востоке. Новое направление, которое активно развивается в Приморье – это марикультура (выращивание моллюсков, ракообразных и рыб в морях – прим. Авт.). Сейчас уже почти 60 тыс. гектар водной глади разыграно на аукционах для этого вида деятельности. Растут объемы производства, но остаются сложности – и с посадочным материалом, и с охраной этих участков.

Источник: kp.ru

Россия. ДФО > Рыба > fish.gov.ru, 14 сентября 2018 > № 2735518 Илья Шестаков


Китай. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730605 Александр Климентьев

Александр Климентьев: Ускорить СПГ-проекты можно за счет Восточной Сибири.

В условиях растущей конкуренции на азиатских рынках сжиженного газа российским компаниям следует ускорить реализацию дальневосточных СПГ-проектов. Намерение Китая ввести 25-процентные пошлины на американский СПГ пока только угроза, но в случае ее осуществления российские производители получат хороший шанс обойти на быстрорастущем китайском рынке поставщиков из США.

Китай в 2017 г. стал вторым по объемам импортером СПГ в мире. При этом США в 2017 г. обогнали Россию по поставкам сжиженного газа в эту страну и сравнялись с российскими поставщиками на рынке Южной Кореи. Инвестиции Китая должны стать основным источником финансирования проекта «Аляска СПГ», включающего в себя газопровод протяженностью боле 1200 км и завод СПГ в Никиски мощностью 20 млн тонн в год. Запуск производства СПГ на Аляске намечен на 2025 г.

Американский СПГ уже давно заставляет нервничать «Газпром» и других производителей природного газа.

Поставки СПГ с Аляски в танкерах большой вместимости и без необходимости ледовой поддержки могут существенно осложнить перспективы российских СПГ-проектов на Дальнем Востоке – третьей очереди «Сахалина-2», новых проектов «Дальневосточный СПГ» и «Владивосток СПГ», – которые и без того сталкиваются с проблемами.

Главная сложность этих проектов – нехватка газа. Несмотря на реанимацию «Газпромом» проекта «Владивосток СПГ», его планируемая мощность снижена с 15 млн тонн до 1,5 млн тонн в год. Но даже для такого среднетоннажного завода проблема обеспечения газом не решена, в том числе по причине существенного изменения планов по добыче на Южно-Киринском месторождении, оказавшемся под санкциями.

В числе других причин, тормозящих реализацию экспортно ориентированных СПГ-проектов на Дальнем Востоке, – социальные обязательства по газификации Приморья и Хабаровского края, ограниченные возможности газотранспортной системы на Сахалине и газопровода Сахалин – Владивосток, на доступ к которым накладываются корпоративные ограничения со стороны «Газпрома». Хотя «Роснефть» и «Газпром» публично заявили о наличии договоренностей по поставке газа на третью очередь завода СПГ в Пригородном («Сахалин-2»), а FEED третьей очереди прошла государственную экспертизу в 2017 г., решение о ее строительстве до сих пор не принято.

В настоящее время сжиженный газ поставляется в АТР с дфействующего завода «Сахалина-2», начаты поставки с проекта «Ямал СПГ». При этом остается незадействованным потенциал месторождений Восточной Сибири с запасами 2,5 трлн м3.

Кардинально решить проблему нехватки газа для нефтегазохимических и СПГ-проектов в Приморье и на Сахалине можно лишь за счет объединения строящегося газопровода «Сила Сибири» с действующим газопроводом Сахалин – Владивосток.

Необходимо обеспечить доступ к «Силе Сибири» независимых производителей и увеличить добычу газа в Восточной Сибири. Поставщиками по новому маршруту могут выступить компании «АЛРОСА-Газ» и «Ленск-Газ», которые ведут добычу природного газа в Западной Якутии, а также «Сургутнефтегаз», «Роснефть» и ИНК, добывающие попутный нефтяной газ.

Александр Климентьев

Эксперт WWF по СПГ

Китай. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730605 Александр Климентьев


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 13 сентября 2018 > № 2732286

На отшибе. Почему стратегия развития Дальнего Востока терпит крах

Сергей Дьячков Forbes Contributor, Владислав Иноземцев Forbes Contributor

Во Владивостоке завершает свою работу уже четвертый Восточный экономический форум. При этом регион за год покинет еще 30 000 человек

Несколько случившихся практически одновременно событий — региональные выборы, заседание Госсовета во Владивостоке и прошедший там же уже четвертый Восточный экономический форум — дают особенный повод задаться вопросом, почему терпит крах стратегия развития восточных регионов России.

Названные накануне в ходе статусных мероприятий факты и цифры говорят сами за себя. Несмотря на декларации и сопутствующие траты, люди с Дальнего Востока уезжают: по данным Росстата, на которые ссылается агентство Regnum, в 2018 году Амурская область, Хабаровский и Приморский края войдут в топ-20 лидеров по оттоку населения, всего регион за год покинут почти 30 000 человек (для сравнения, в 2016 году Дальний Восток покинуло, по официальным данным, 17 400 человек). И теперь чиновники утверждают, что для достижения поставленных ориентиров нужно привлечь сюда не менее 450 000 человек в ближайшие пять-шесть лет.

Чтобы оценить реалистичность задачи, достаточно вспомнить, что с 2016 года на «дальневосточный гектар» было подано всего 51 000 заявок, из которых лишь пятая часть пришлась на жителей центральных регионов России.

Реконструкция Владивостока, обошедшаяся почти в $20 млрд, пока не стала толчком к экономическому росту: аэропорт города загружен не более чем на 60%, а на свободную экономическую зону на острове Русский в период с 2013 по 2016 год не было подано заявки ни от одного потенциального резидента. Космодром «Восточный» стоимостью, превышающей $4 млрд, видел за два года своей истории всего три запуска. Из самого амбициозного промышленного проекта — завода «Звезда» — вышли южнокорейские партнеры, сроки большинства остальных проектов срываются. Однако все, что может ответить на это российская власть, сводится к очередным «вложениям в инфраструктуру», в том числе в модернизацию БАМа и Транссиба и в обсуждение проекта моста на Сахалин, на фоне даже не миллиардных, а триллионных заявок на инвестиции, массово поступающие от региональных начальников.

Зримым подтверждением того, как население региона относится к пропагандистской риторике Москвы и как воспринимает реальные изменения на местах, стали результаты состоявшихся 9 сентября выборов. Действующие губернаторы Хабаровского края и Хакасии, обещаниям которых жители узнали цену за их почти десятилетние пребывания на своих постах, проиграли первый тур выдвиженцам ЛДПР и КПРФ, в Приморье исполняющий обязанности губернатора единорос, представитель «Единой России» также не смог добиться победы в первом туре, а партия резко ухудшила свои показатели на выборах в региональные заксобрания и кое-где оказалась в меньшинстве.

Сами по себе такие результаты не являются уникальными. В 2013 году на выборах мэра Екатеринбурга победил выдвиженец «Гражданской платформы» Евгений Ройзман, в 2014 году на выборах мэра Новосибирска первым стал коммунист Анатолий Локоть, в 2015 году губернатором Иркутской области был избран кандидат КПРФ Сергей Левченко. Тогда стало очевидно, что народ готов выбирать не только единоросов и потенциал для победы есть у многих политических сил, несмотря на различные «муниципальные фильтры». А сегодня становится ясно, что «Единая Россия» теряет свои позиции из-за «грабительской», с точки зрения людей, социальной политики, и в менее благополучных сибирских и дальневосточных регионах это видно особенно отчетливо.

Жестокая правда состоит сегодня в том, что люди в массе своей не столько не хотят, сколько попросту уже не могут продолжать заставлять себя жить в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, несмотря ни на какие старания федеральных и местных властей. И на наш взгляд, эти усилия не приносят результата не столько из-за коррупции и некомпетентности властей, сколько по причине наличия в их действиях как минимум двух системных ошибок.

С одной стороны, в Москве повторили ту же ошибку, которую в свое время совершили советские руководители, положившись на «плановое» и «точечное» развитие. Регион сформировался еще в начале ХХ века и прожил больше ста лет в условиях очевидной оторванности от остальной страны, воспринимаясь как «геополитический форпост» (в отличие, например, от Западного побережья США, развивавшегося спонтанно и по сугубо экономической логике). Шанс на прорыв здесь появился лишь дважды: в конце XIX века, когда Россия воспринималась в регионе как «Европа», и на рубеже XX и XXI столетий, когда Дальний Восток мог вписаться в быстрорастущую экономику Восточной Азии. Но в Москве показалось, что «мы и сами можем», и регион так и не стал естественной частью тихоокеанской экономики. Мы отдали острова на Амуре Китаю, не получив взамен ничего, но не договорились хотя бы о частичном решении проблемы Курил с Японией, которое могло бы создать в этой части мира совершенно новую политико-экономическую связку. Мы не создали ни одной реальной СЭЗ по образцу того же Китая; разместили «открытый порт» не у границ Китая и Северной Кореи — в бухте Зарубино, а прямо в порту базирования Тихоокеанского флота; не поддержали инициативу бизнеса по введению региональных условий для предпринимательской деятельности — в общем, не сделали ничего из того, что следовало бы сделать, чтобы регион развивался сам.

С другой стороны, Москва сделала очевидно ошибочный выбор в пользу Китая, планируя свой «поворот на Восток». Ведь целью была не реализация экономических преимуществ, а создание «антизападного альянса» ради иллюзорного преодоления политической изоляции Кремля. В результате мы имеем растущий экспорт нефти и угля, подготовку к запуску «Силы Сибири» и переориентацию России как «энергетической сверхдержавы» с Европы на Китай, но без всякой модернизации своей экономики. По итогам 2017 года доля энергоносителей в российском экспорте в КНР (67,8%) уже превысила средний вес данной группы товаров во всем российском экспорте (59,2%), а ведь когда-то мы поставляли в Китай оружие и промышленное оборудование и имели профицит в торговле с ним. Москва не приняла во внимание ни то, что Китай, как индустриальная страна, не имеет никакого мотива способствовать индустриализации востока России и выращивать себе конкурента, ни то, что тесная экономическая кооперация Китая с США и Западной Европой не позволят Пекину игнорировать вводимые Вашингтоном и Брюсселем ограничения на сотрудничество с Москвой. В итоге китайских инвестиций в России как не было, так и нет, а южная часть Восточной Сибири и Приморье превращены в ресурсную зону Китая и прекрасно показывают местному населению, как надо развивать собственную страну и как этого делать не следует.

К этому добавляется еще один важный фактор. Российская колонизация Восточной Сибири и Дальнего Востока отражала собой проникновение в регион европейской цивилизации (китайцы до сих пор сохраняют русские кварталы в Харбине как памятники истории, безжалостно снося собственные устаревшие постройки). Русские на Дальнем Востоке воспринимали себя как европейцы в начале ХХ века и как провозвестники нового мира — в советский период. Сегодня население уезжает — и будет уезжать при сохранении нынешних трендов — в том числе и потому, что не считает себя культурно принадлежащим к азиатскому миру и не чувствует себя комфортно в его тени. Русские пришли на Тихий океан доминирующей силой, а сейчас выступают просителями, проигрывающими соревнование со всеми экономиками региона, кроме Северной Кореи. Единственным шансом на развитие мог бы стать Северо-Тихоокеанский союз с участием США, Канады, Японии и России для осторожного сдерживания Китая, но он давно упущен. И вместо поворота на восток — к Северной Америке, мы свернули на юг — к Китаю, как будто те, кто ведет за собой страну, никогда не смотрели на карту мира.

Если говорить о Сибири и Дальнем Востоке, то на выборах в прошлое воскресенье «Единая Россия» поплатилась, на наш взгляд, не столько за безумную пенсионную реформу, сколько за вопиющее несоответствие обещаний реальности. Кремль превращает Россию в аналог Китая с точки зрения несоблюдения прав человека, авторитарности управления, контроля за информацией и геополитических амбиций, но при этом не делает ничего, чтобы доказать обоснованность своих претензий реальным экономическим развитием или повышением уровня жизни граждан. Если в 2000 году ВВП Китая по рыночному курсу превышал российский в 3,6 раза, то сегодня он больше в 7,5 раз, а средняя зарплата в Китае, отстававшая тогда от российского показателя более чем вдвое, сегодня выше российской почти на четверть.

Сейчас вновь становится понятно то, о чем было забыто в 2000-х: сырьевая экономика не может обеспечить благосостояние страны масштаба России и получаемая рента недостаточна для развития «сверху», зато убивает желание развиваться «снизу». Поворот, сделанный нашей страной в последние два десятилетия от Запада к Югу и от экономической свободы к планово-бюрократической экономике, оказался ошибочным. И теперь наступает время прозрения — политического и хозяйственного. И первыми, похоже, начинают прозревать дальневосточники и сибиряки.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 13 сентября 2018 > № 2732286


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 13 сентября 2018 > № 2729337 Александр Стуглев

Глава Росконгресса: прямого бюджетного финансирования у Восточного экономического форума нет

«Форумы как экономический продукт себя окупают»: Александр Стуглев дал интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу

В четверг, 13 сентября, завершается Восточный экономический форум. Что изменилось за годы проведения этого мероприятия? Как определяется стоимость участия в форумах? Что дает присутствие на таких мероприятиях первых лиц государства? Обо всем этом с главой Росконгресса Александром Стуглевым беседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич.

За последние годы многие даже шутят, что по форумам мы абсолютные чемпионы. С шутками или без шуток, это действительно так. У нас возникло такое колесо форумов. Верх пирамиды — это питерский форум. Восточный, как мне кажется, сейчас занимает вторую строчку, и это вторая строчка среди еще очень многих событий, которые проводятся на высоком уровне в России. Многим кажется, что их слишком много. Другие обращают внимание на огромное количество участников. Очевидно, есть спрос, значит, есть экономика у самого события. Как бы вы ее охарактеризовали?

Александр Стуглев: Возьмем, форум как событие. Много их или мало, определяет, несомненно, целевая аудитория. Точно так же как в любом продукте спрос рождает предложение. Если мы говорим про форум, то существует несколько, наверное, видов спроса. Укрупненно-политический спрос, когда есть повестка, связанная с тем, что, например, государство хотело бы выразить мнение, допустим, по некоторым вопросам публично и при этом в достаточно открытой профессиональной среде.

Дать возможность соприкоснуться между собой.

Александр Стуглев: Конечно. В данном случае мы можем говорить про отраслевые форматы, когда проводится, например, форум медицинских работников, металлургов. Есть экономико-политические мероприятия, такие, как Петербургский-международный экономический форум, у которого повестка в большей степени обращена на открытую работу с иностранными инвесторами, с российскими крупными инвесторами. Где есть возможность как самим предпринимателям напрямую общаться с представителями российской власти. Но, между прочим, возникает уже такой интерес к представителям зарубежных государств, когда российские предприниматели выстраивают диалог с представителями страны гостя, например. Когда приезжает президент Франции и вокруг него министры, тоже складывается набор каких-то отношений между бизнесменами, бизнесом и властью, потому что во время форума можно задать прямые откровенные вопросы и получить достаточно быстрые ответы. Причем в одном месте в одно время собираются люди, которые принимают решение и в бизнесе, и в политике. Экономится время участника. Если мы поговорим про экономику форума, связанную с целевой аудиторией, с участниками, назовем бизнес, да.

Нет, просто интересно: в России действительно много форумов, и на них ездят крупные частные предприниматели. Здесь их, кстати, меньше, здесь, в основном, все-таки публичные компании с госучастием, плюс губернаторы и высшие госчиновники. В Питере — абсолютно все. Причем это стоит дорого. Вопрос мой, собственно, простой: форумы себя окупают как предприятие?

Александр Стуглев: Форумы как экономический продукт себя окупают. Работая с оргкомитетом, мы выступаем оператором и компании или команды, которая отвечает за развитие проекта. Мы должны ежегодно формировать продукт лучшего качества, нежели в предыдущие годы. Помимо конкуренции самих с собой, естественно, есть конкуренция с форматами, которые существуют в зарубежных странах, с форматами, которые существуют в России, поэтому для того, чтобы быть лучшими, надо всегда искать новизну. Лучшее предложение с точки зрения качества и комфорта среды во время форума, лучшее предложение с точки зрения возможностей для участника выстроить диалог.

Наблюдение за компаниями, которые участвуют, потому что на каждом форуме есть еще стенды, павильоны. Это те, кто хотят широко себя показать собравшейся аудитории. По моей непрофессиональной оценке, я по двум последним форумам сужу: Екатеринбург — «Иннопром» — и здесь. Сама стоимость выставочного материала или как это правильно называть — она заметно растет. Так ли это? И с чем, на ваш взгляд, это связано?

Александр Стуглев: Если говорить, например, про «Иннопром», коллеги очень хорошо растут в качестве и в объеме своей площадки. Здесь выставочная площадь является инструментом, который позволяет собирать доходную часть бюджета форума. Соответственно, если ты хочешь получить хороший, качественный продукт в современном мире, использовать информационные технологии, использовать возможности для продвижения своего продукта за рубежом, то этот бюджет тебе необходим. Соответственно, растет и цена. На ВЭФ динамика, возможно, не столь быстро растет, как другие наши продукты и, допустим, продукты, связанные с нашими коллегами. Здесь достаточно сжатая площадка с точки зрения ее объемов, то есть рост в площадях здесь практически невозможен. Мы растем только за счет качества программы, за счет улучшения аудитории, за счет новых форматов. Это в меньшей степени требует каких-то дополнительных затрат. Тем более, имея линейку из трех минимум таких крупных продуктов, как Российский инвестиционный форум, Петербургский международный экономический форум, Восточно-экономический форум и еще нескольких событий, которые мы делаем с Центральным банком, с Минэнерго. В принципе, если организовать международную программу продвижения, эти расходы уже тратятся не на одно мероприятие, а на пять, семь, восемь мероприятий в год. Соответственно, каждое из мероприятий с точки зрения статьи продвижения стоит дешевле.

А стоимость участия в наших форумах как определяется?

Александр Стуглев: Стоимость участия в наших форумах определяется исходя из затратной части на мероприятие и исходя из того, что мы стремимся сократить уровень государственной поддержки таких событий, потому что, как я сказал вначале, на мой взгляд, основной спрос все-таки формирует бизнес. Если бизнес рублем готов голосовать за такие мероприятия, то таким мероприятиям надо быть. Это же не чисто политический формат, как, например, саммит ШОС, саммит БРИКС или саммиты «двадцатки», где действительно государство вкладывает свои средства в то, чтобы такой формат состоялся на их территории. Здесь бизнес-мероприятие, где 90, наверное, процентов повестки все-таки формируется из интересов бизнеса и из интересов инвестиционных процессов. Да, там 10%, 15%, 20% политической повестки, которая формируется уже под глав государств, является притягательной с точки зрения и зарубежного бизнеса.

Нет, это только создает дополнительный интерес для бизнеса — как раз присутствие глав.

Александр Стуглев: Это создает иногда для отдельных целевых аудиторий, для крупнейших компаний, может быть, и ключевой интерес. Но тем не менее, как я и говорил, бизнес голосует рублем за такой формат. Если компании не приходят на форум, не платят регистрационные взносы и не оплачивают выставочную площадь, то, собственно говоря, нет доходной части бюджета, невозможно провести это событие.

По медийному освещению: я вижу, во-первых, здесь напротив стенд CNBC, это крупнейшая мировая телевизионная сеть. Bloomberg здесь присутствует — без личного павильона. И, конечно, освещение, по большой степени, вообще Восточный форум заметен в мировой повестке, в основном, конечно, с политической точки зрения на фоне встреч лидеров России, Китая и Японии. Корею и Монголию тоже не забудем. Конечно, первые страны играют ключевую роль. Каналы, которые я упомянул, довольно активно освещают работу иностранных компаний. Вот здесь тоже, какая динамика? Не помню, чтобы на первых форумах чтобы эти телевизионные сети здесь так широко выставлялись.

Александр Стуглев: Я думаю, если мы коснемся Восточного форума, в частности, то, конечно, тот политический формат, который сложился, о котором говорили сегодня, делает свое дело. Он становится привлекательным уже для крупнейших мировых СМИ, это во-первых. Во-вторых, конечно, растет количество зарубежных участников. Мы наблюдаем уже рост европейских участников, которым интересен и Дальний Восток. На самом деле, им интересны проекты в Монголии, проекты в Китае, а это уже становится местом встречи, где можно получить всю ключевую информацию по развитию бизнеса в Китае, в Монголии.

А конкурент в этом смысле в этом регионе есть или нет? Потому что здесь действительно очень большое иностранное участие, очень много английской речи. Причем чистой английской и американской.

Александр Стуглев: Конкуренты есть всегда, потому что в мире проводится, я сейчас боюсь ошибиться, но, наверное, несколько десятков тысяч подобного рода мероприятий с теми или иными объемами участия.

Я считаю, что их надо очень сильно делить по масштабу.

Александр Стуглев: Да, я и хотел сказать. Конкуренты в этих масштабах — существуют форумы в Китае, существуют бизнес-форматы в Японии, в Южной Корее, поэтому, конечно, да. И здесь необходимо быть привлекательным, в первую очередь.

Цифры какие-то назовете?

Александр Стуглев: Смотря какие цифры. Если говорить про расходование бюджетов подобных мероприятий они приближаются к 800 млн. Возможно, Петербургский форум гораздо дороже стоит с точки зрения объемов площадки. Здесь, опять же, если говорить про Восточный форум, нет бюджетных средств. Прямого бюджетного финансирования у Восточно-экономического форума нет. Но мы можем посмотреть, какой синергетический эффект от проведения крупных событий получает регион. И об этом говорят во всем мире. Если мы немножко посмотрим в прошлое — это проведение саммита АТЭС в 2011 году в этом регионе ровно на этой площадке. Все, наверное, помнят, что было во Владивостоке до 2010 года.

Скажем так, большинство из тех, кто здесь есть, не помнят, потому что они здесь не были. Им это просто неизвестно. Я был здесь в 1997 году.

Александр Стуглев: Возможно. Давайте просто по-крупному пройдемся: аэропорт, минимум два крупнейших моста в городе, которые работают на весь город, университет крупнейший.

Да, и облик центра тоже, на мой взгляд, совершенно другой.

Александр Стуглев: Конечно. Поэтому что касается экономики форума, здесь главное не бюджет события, которое состоялось. Здесь главное — что оно создает вокруг себя. Точно так же можно сказать про Петербургский форум, который в течение десяти лет, поменяв свой облик и став привлекательным, фактически вместе за собой потянул и инфраструктуру, которая складывалась уже вокруг форума. Это и гостиницы, это и развитие малого бизнеса транспортной компании, это регулирование такси. Первые вопросы, которые ставились на Петербургском форуме, это рестораны. Это, конечно же, если мы говорим про различного рода сервисные моменты, в том числе и аэропорт. Поэтому крупные события, я не говорю про те, которые мы сейчас с вами называли — Петербургский форум, Восточный экономический форум, форум в Сочи, — но и спортивные крупные события. Когда государство их проводит, в первую очередь, я считаю, это необходимо для того, чтобы развивать инфраструктуру региона.

Вы сказали важную вещь: бюджетных денег здесь, на Восточном форуме, нет. Это серьезно, то есть все-таки все оплачено участниками?

Александр Стуглев: Абсолютно все оплачено.

Среди них, правда, есть тоже государственные организации, но в данном случае они за организацию оплачивают свое личное участие в тех масштабах, которые считают нужным. Спасибо.

Александр Стуглев: Спасибо вам.

Илья Копелевич

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 13 сентября 2018 > № 2729337 Александр Стуглев


Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 сентября 2018 > № 2752687 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на встрече с участниками Диалога молодых дипломатов АТР "на полях" ВЭФ, Владивосток, 12 сентября 2018 года

Доброе утро,

Прежде всего, хочу поблагодарить за приглашение выступить перед столь интересной аудиторией. Как я понимаю, это первый опыт, когда в рамках ВЭФ проводится встреча молодых дипломатов.

Азиатско-Тихоокеанский регион – один из крупнейших мировых центров развития, локомотив глобальной экономики. В силу объективных географических и исторических факторов Россия является его неотъемлемой частью.

Президент Российской Федерации В.В.Путин неоднократное отмечал, что для нас взаимодействие с государствами и интеграционными объединениями АТР является неконъюнктурным, стратегическим и долговременным.

Последовательно продвигаем в этом регионе позитивную повестку дня, которая интегрирует внешнеполитическую и экономическую составляющие, продолжаем крепить стратегическое взаимодействие и всеобъемлющее партнерство с КНР. Координация подходов наших стран к ключевым проблемам современности доказала свою востребованность и утвердилась в качестве важного стабилизирующего фактора в мировых делах. Вчера об этом подробно говорили Президент Российской Федерации В.В.Путин и Председатель Китайской Народной Республики Си Цзиньпин.

Укрепляется особо привилегированное партнерство России с Индией, динамично развиваются связи с подавляющим большинством других коллег из АТР, в том числе с Вьетнамом и другими государствами АСЕАН.

Поддерживаем отношения с Республикой Корея, с КНДР, с Японией. «На полях» форума состоялась встреча Президента Российской Федерации В.В.Путина с Премьер-министром Японии С.Абэ. Сегодня предстоят встречи российского руководителя с коллегами из Монголии и Республики Корея.

При этом очевидно, что дальнейшее наращивание сотрудничества в регионе вряд ли возможно без укрепления здесь стабильности, без укрепления борьбы с многочисленными вызовами и угрозами. Россия выступает за формирование в АТР архитектуры равной и неделимой безопасности, которая основывалась бы на внеблоковых подходах, принципах международного права, мирного урегулирования споров и невмешательства во внутренние дела суверенных государств. Хочу с удовлетворением отметить, что именно такой подход сейчас рассматривается в рамках Восточноазиатского саммита, где создан специальный механизм рассмотрения проблем безопасности в регионе на открытых демократических началах.

В числе наших приоритетов, если говорить о конкретных кризисах и конфликтах, – содействие мирному политико-дипломатическому урегулированию ядерной проблемы Корейского полуострова и проблем Корейского полуострова в целом, потому что здесь речь идет о создании устойчивой системы мира и безопасности. На данный момент то, что происходит вокруг северокорейской ядерной программы, усилий по ее урегулированию, идет в русле российско-китайской «дорожной карты», которая более года назад была выдвинута Москвой и Пекином, предлагает поэтапную деэскалацию обстановки и создание устойчивой системы мира и безопасности в Северо-Восточной Азии, частью которой будет денуклеаризация Корейского полуострова. В этой связи мы приветствуем те встречи, которые состоялись на уровне лидеров КНДР и Республики Корея, КНДР и США.

В интересах обеспечения неделимости экономического развития мы продвигаем совместно с партнерами по Евразийскому экономическому союзу концепцию гармонизации интеграционных процессов. На это нацелена известная инициатива Президента Российской Федерации В.В.Путина о Большом Евразийском партнерстве, в котором могли бы участвовать государства-члены ЕАЭС, ШОС, АСЕАН. Весомый вклад в решение этой задачи вносят усилия России и Китая по сопряжению строительства ЕАЭС с одной стороны и китайского проекта «Один пояс, один путь» – с другой. Эти усилия уже начинают приносить практическую отдачу.

Разумеется, партнерство должно быть открытым для всех стран на нашем общем огромном материке, на пространстве Евразии. Это включает и страны ЕС, когда у них возникнет дополнительный стимул вернуться к многократно провозглашавшейся, но нереализованной идее формирования общего экономического и гуманитарного пространства от Атлантики до Тихого океана.

Очень полезный вклад в общие усилия по укреплению атмосферы доверия и взаимопонимания в АТР призван вносить диалог по линии молодежи, в том числе такой, какой сегодня вы здесь проводите. Это в полной мере предполагает, что молодые дипломаты должны быть профессионально заинтересованы в том, чтобы общаться друг с другом. Именно вам очень скоро предстоит обеспечивать преемственность в деле осуществления внешнеполитического курса своих государств, работать над утверждением в международных делах ценностей взаимного уважения, договороспособности и широкого равноправного сотрудничества.

Мне приятно видеть здесь проявление профессиональной солидарности. Эта встреча является еще одним результатом усилий Совета молодых дипломатов МИД России, который активно инициирует различные дискуссионные площадки с коллегами из разных стран и регионов по ключевым вопросам современности, в зависимости от того, какой регион в данном конкретном случае является предметом такого общения.

Хочу порадоваться, что география участников такого диалога постоянно расширяется. Есть устоявшиеся площадки молодых дипломатов из государств БРИКС, ОИС, стран Евразии. В Москве создан Московский дипломатический клуб.

В октябре прошлого года я имел удовольствие выступить перед молодыми дипломатами, которые участвовали в XIX Всемирном фестивале молодежи и студентов в Сочи. Там прошел Первый глобальный форум молодых дипломатов, собравший более 100 делегатов из 60 стран. По итогам этого форума принято решение создать Международную ассоциацию молодых дипломатов в целях дальнейшего сплочения профессионалов-международников.

Сейчас готовится проведение в Сочи в ноябре этого года Второго глобального форума молодых дипломатов. Очень рассчитываю, что такое количество структур не обернется бюрократией, и вы как люди молодые, задорные, не отягощенные какими-либо слишком строгими бюрократическими правилами, обеспечите живую дискуссию, которая будет полезна всем.

Желаю вам плодотворных дискуссий. Мне сказали, что у вас будет несколько вопросов, на которые я готов отреагировать.

Вопрос (перевод с английского): Россия является важным партнером стран Азии и участником многих азиатских форумов, таких как Восточноазиатский саммит, Региональный форум АСЕАН по безопасности и Совещанию министров обороны государств-членов АСЕАН с диалоговыми партнёрами. Какова, на Ваш взгляд, основная стратегическая роль России в Юго-Восточной Азии и Азии в целом на ближайшие 10 лет?

С какими возможностями и вызовами России предстоит столкнуться, играя стратегическую роль в Юго-Восточной Азии и Азии в целом?

С.В.Лавров: Это один из ключевых вопросов, если говорить о развитии ситуации в этом регионе. Россия здесь расположена, здесь огромная часть нашей территории. К сожалению, не так много населения там проживает. Об этом на днях говорил Президент Российской Федерации В.В.Путин на заседании Государственного совета во Владивостоке, которое было специальной посвящено развитию этого региона Российской Федерации.

Мы заинтересованы максимально использовать потенциал сотрудничества с нашими соседями для того, чтобы развивать Дальний Восток, согласовывать и воплощать в жизнь взаимовыгодные проекты.

Мы пока не достигли достаточного уровня экономического взаимодействия с АСЕАН, он явно ниже, чем уровень нашего политического партнерства. Это объясняется в том числе объективными факторами, прежде всего размером экономики. Мы пока еще не достигли того уровня, который отвечал бы нашим интересам. Однако, за последние 10-12 лет, с тех пор как мы стали активно сотрудничать в практическом плане с АСЕАН и состоялся первый саммит Россия-АСЕАН, мы многократно нарастили наш оборот, и сейчас он превышает 10 млрд. долл. Может быть, это не очень впечатляющая цифра, но по сравнению с тем, что было, это серьезный результат.

Между Россией и АСЕАН в рамках нашего диалогового партнерства подписана программа экономического сотрудничества, которая является одним из инструментов развития наших отношений. Она успешно реализуется и модернизируется в соответствии с теми решениями, которые были приняты позже на саммите в Сочи несколько лет назад, и с договоренностями, которых мы ежегодно достигаем с моими коллегами-министрами на министерских встречах России и АСЕАН.

У нас есть и другие инструменты сотрудничества с этой Ассоциацией, имею в виду, прежде всего, политологические формы нашего взаимодействия. В Москве создан Центр АСЕАН при МГИМО (У) МИД России, который занимается очень полезной научно-исследовательской работой. Есть целый ряд других форм взаимодействия ученых и представителей гражданского общества.

Конечно, по многим причинам приоритетными являются вопросы безопасности, не урегулировав которые трудно рассчитывать на полноценное раскрытие потенциала сотрудничества в интересах всех стран региона.

В этой связи подчеркну, что мы твердо привержены центральной системообразующей роли АСЕАН в тех процессах, которые связаны с обеспечением безопасности и урегулированием конфликтов в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Вы упомянули форматы, которые хорошо себя зарекомендовали, такие как Региональный форум АСЕАН по безопасности, Совещание министров обороны государств-членов АСЕАН с диалоговыми партнёрами, а также мероприятия Восточноазиатского саммита.

Мы сейчас готовимся к Восточноазиатскому саммиту в Сингапуре. В связи с этим мероприятием ожидается отдельный самостоятельный визит Президента Российской Федерации В.В.Путина в Сингапур. Это будет первый саммит после того, как были внесены некоторые новые идеи в сферу дискуссий о безопасности в АТЭС, имею в виду концепцию т.н. «Индо-Тихоокеанского региона». Этот термин не раз использовался в том числе Индонезией, если говорить о странах АСЕАН, Индией. Сейчас он активно вводится в дипломатический оборот США, Японией и Австралией.

Мы хотим понять, в чем состоит «добавленная стоимость» этого термина. Поскольку, если говорить об океанах, то Индийский океан не заканчивается на Индии, а распространяется до Восточной Африки. Означает ли этот термин именно такое прочтение нового формата, если о нем идет речь?

Мы готовы изучать любые идеи, но хотим, чтобы они были понятно артикулированы, в том числе с точки зрения принципов, на которых строится та или иная концепция. Имею в виду, во-первых, необходимость уважения того, что уже было сделано (все, что уже было сделано, является заслугой, прежде всего, стран АСЕАН). Во-вторых, нам бы очень хотелось видеть идеи, которые не опираются на «блоковое» мышление, не исключают кого бы то ни было из процесса дискуссий и уж тем более не нацелены на сдерживание кого бы то ни было.

При таком понимании будем заинтересованы в обсуждении любых конструктивных предложений.

Вопрос (перевод с английского): Сегодня мы много говорим о цифровых технологиях. Как к этому относятся в российском Правительстве?

С.В.Лавров: У нас в новом составе Правительства Российской Федерации есть даже Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций. Это отражает необходимость сегодняшнего дня, когда трудно представить себе экономику без достижений цифровых технологий. В Правительстве России есть целые программы, выполнением которых занимается самостоятельное министерство.

Если говорить про МИД, то здесь в рамках информационной работы цифровые технологии задействованы очень широко и глубоко. Во всех основных социальных сетях, таких как «Твиттер», «Фейсбук», «Вконтакте» и ряде других, у нас есть свои аккаунты. Число подписчиков в них растет.

Будущее за цифровыми технологиями до тех пор, пока что-нибудь еще не будет изобретено. Это очень важно. В двусторонних отношениях с нашими партнерами по всему миру, в том числе в Азиатско-Тихоокеанском регионе, тема взаимодействия в сфере цифровых технологий становится одной из приоритетных. Я думаю, что это еще даст позитивные результаты в практическом плане.

Вопрос (перевод с английского): Могли бы Вы рассказать о развитии «мягкой силы» в России, включающей продвижение культуры и языка в мире. Мы не видим существенного проявления этого в Тайланде.

С.В.Лавров: Значит, это наша недоработка, если этого не заметно в Таиланде.

Во времена Советского Союза традиционно применялось то, что сейчас называется «мягкой силой». У нас были обширные представительства во всех регионах с упором на развивающиеся страны, дома культуры и советской науки. После того, как Советский Союз перестал существовать, по понятным причинам у нас сложилась другая ситуация: не было достаточно возможностей, чтобы поддерживать такой же масштаб общения с зарубежными коллегами в сфере культуры, языка и науки. Сейчас ситуация существенно выправилась. С каждым годом увеличивается количество мероприятий, которые призваны продвигать общение на уровне гражданских обществ, деятелей культуры, науки и спорта.

Сочинская олимпиада в 2014 г. и недавно завершившийся Чемпионат мира по футболу были образцом народной дипломатии. Все те, кто посетил нашу страну за последние пару месяцев, наблюдая за футбольными баталиями, думаю, вынесли самые добрые впечатления. По крайней мере, ни одно СМИ, независимо от того, как оно относится к Российской Федерации, не обнаружило негативных комментариев.

Укрепляется также сеть центров российской науки и культуры, расширяется масштаб преподавания русского языка. При этом вокруг Российской Федерации в наших соседних странах есть очень интересные программы, которые реализуются по их же просьбе, такие, как подготовка учителей русского языка из граждан соответствующих стран, чтобы они потом сами преподавали наш язык среди своих граждан по российским методологиям.

В том, что касается иных сфер приложения усилий «мягкой дипломатии», у нас со многими странами, пока в основном с западными, есть такая практика проводить «перекрестные годы» (например, Год Франции в России, Год России во Франции, Германии, Италии).

Все чаще темой таких «перекрестных годов» выбираем языки и литературу. Сейчас с французами обсуждаем именно такое мероприятие — Год русского языка и литературы во Франции и Год французского языка и литературы в Российской Федерации.

Согласен с тем, что подобные процессы нам надо поддерживать и в отношении с нашими восточными соседями, тем более, что Таиланд и другие страны АСЕАН проявляют весьма большой интерес к российской культуре. Будем это учитывать.

Вопрос (перевод с английского): Хотелось бы узнать о выделении Россией средств на поддержание и достижение Целей устойчивого развития.

С.В.Лавров: Если коротко, то мы по статистике и критериям Организации экономического сотрудничества и развития ежегодно предоставляем официальную помощь развитию на несколько сотен миллионов долларов.

Боюсь назвать точные цифры, но это больше полумиллиарда долларов в самых разных формах. В основном это содействие идет странам, которые соседствуют с Российской Федерацией. Это наши близкие друзья и союзники, до недавнего времени, как Вы знаете, мы жили в одной стране. Значительные суммы направляются и на достижение целей устойчивого развития в других регионах, в том числе в Африке. За последние 15 лет мы списали задолженность африканских стран перед Россией на сумму более 20 млрд.долл.США.

Активно участвуем в программах, которые посвящены борьбе с заболеваниями по линии Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Когда была вспышка вируса Эбола в Гвинее и Сьерра-Леоне, мы создали специальные программы: в Гвинее открыли центр, который сейчас будет производить весьма эффективные вакцины на случай рецидива этой эпидемии.

Реализуются программы, которые касаются образования по линии ЮНЕСКО и окружающей среды по линии ЮНЕП, поэтому значительные суммы у нас идут на содействие целям устойчивого развития ООН.

В Азии, если брать страны АСЕАН, таких значительных программ я не припомню. Это связано с тем, что страны АСЕАН находятся на более высокой ступени развития, чем многие Ваши коллеги в Африке.

Нет пределов совершенству, и мы будем активно участвовать в дискуссии на предстоящей в этом месяце 73-й сессии ГА ООН, где будет рассматриваться, в том числе, вопрос о том, как выполняются цели устойчивого развития.

Вопрос (перевод с английского): Я из Посольства Перу в Москве. Я хотела бы узнать, каковы перспективы развития отношений России и стран Латинской Америки, являющихся членами АТЭС?

С.В.Лавров: Латинская Америка — регион, который влечет очень многих в Российской Федерации, в том числе бизнесменов и туристов. Расстояния, к сожалению, не позволяют быстрее налаживать устойчивые связи, но многое сделано.

Мы не рассматриваем Латинскую Америку как регион, состоящий из членов АТЭС и всех остальных. В Латинской Америке много субрегиональных структур, таких как Тихоокеанский альянс, МЕРКОСУР, УНАСУР, Андский пакт, КАРИКОМ и очень много субрегиональных, в том числе пересекающихся с точки зрения членов организаций.

Мы активно приветствуем то, что происходит в последние годы, имею в виду формирование Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК) и его консолидацию в качестве общелатиноамериканского объединения. Это, наверное, соответствует объективным процессам, которые происходят в мире, когда формируется подлинно полицентричная система, в которой будет несколько центров экономического развития и политического влияния. Безусловно, Латинская Америка должна быть одним из таких центров, одной из опор нового миропорядка, который может быть только многополярным, потому что ни односторонняя, ни однополярная, ни биполярная модели уже не сработают. Они доказали свою исчерпанность. В этой связи мы наладили диалог с СЕЛАК, уже состоялось несколько встреч на уровне министров иностранных дел Российской Федерации и руководящей «четверки» СЕЛАК, которые показали наличие серьезного потенциала в развитии наших отношений. Мы заинтересованы в том, чтобы заключить меморандум о стратегическом сотрудничестве и развивать устойчивые связи по тем направлениям, которые стоят на повестке дня СЕЛАК.

У нас есть хорошие связи с КАРИКОМ, Центральноамериканским интеграционным союзом, в министерской встрече которого я принимал участие. Сейчас мы обратились туда с просьбой получить статус наблюдателя.

Если говорить о тех структурах, которые ближе к Перу, МЕРКОСУР ведет переговоры с ЕАЭС о заключении соглашения, которое будет намечать пути взаимной либерализации торговли. У нас есть хорошие связи и с УНАСУР, который больше занимается политическими вопросами и вопросами обеспечения безопасности.

Есть целый ряд прикладных проектов, например, в Перу функционируют курсы по подготовке профессионалов для борьбы с наркотрафиком не только для перуанцев, но и для других стран региона. Такие же курсы мы открыли в Никарагуа. Создается целый ряд других таких же практических направлений, например, завод по производству вакцин в Никарагуа.

Так что у нас есть интерес не только наращивать политический диалог, но и укреплять практическими делами наши связи с Латинской Америкой, тем более что во многих странах есть русские общины, которые еще с позапрошлого века через своих предков «перенеслись» на Ваш прекрасный континент и сейчас составляют очень важную часть нашего общения по линии гражданских обществ.

Вопрос (перевод с английского): Вопрос о развивающемся транспортном коридоре на Дальнем Востоке. Эта территория сейчас становится очень важной в рамках развития регионального «транспортного коридора», учитывая «Северный поток», «Приморье-1», «Приморье-2» и другие логистические артерии, как, например, Транссибирская магистраль. Как Вы оцениваете текущий потенциал восстановления использовавшегося в советское время транспортного сообщения между Ченнаи и Владивостоком? Как этот коридор может быть интегрирован в АТЭС?

С.В.Лавров: Здесь нужно обращаться к профессионалам, которые, в том числе в рамках деятельности механизмов АТЭС рассматривают соответствующие проекты. Есть коридор «Север-Юг», который выводит индийские товары в Европу, и которым мы сейчас активно занимаемся вместе с нашими иранскими и азербайджанскими коллегами.

Что касается восточного направления логистических интересов Индии, то, честно скажу, что не знаю, в каком состоянии сейчас находится трасса Ченнаи-Владивосток. Если сейчас Вы говорите о ее модернизации, значит сейчас она в не очень хорошем состоянии.

Надо смотреть на всю палитру логистических проектов, которые существуют и реализуются. Вы упомянули те маршруты, которые идут через Российскую Федерацию - Транссибирскую магистраль. Как Вы знаете, у нас есть очень большой интерес развивать морские маршруты. Северный морской путь становится все более востребованным не только потому, что климат изменяется и становится более легкопроходимым, но и потому, что мы уделяем этому конкретное повышенное внимание. На упомянутом мной заседании Государственного совета 10 сентября во Владивостоке шла речь о необходимости ускорения программы строительства ледоколов, которые будут ходить по Северному морскому пути в любое время независимо от толщины льда.

Если говорить о сухопутных перспективах, которые не так напрямую касаются Индии, но затрагивают многие страны региона, то сейчас в контексте нормализации отношений между Северной и Южной Кореей, руководители Республики Корея и КНДР, которые готовят свою очередную встречу в Пхеньяне, договорились создавать условия для восстановления единства железных дорог и соединять общую корейскую железную дорогу с российскими железнодорожными маршрутами. Отмечу, что не так давно наши монгольские друзья выступили за то, чтобы сформировать сообщество железных дорог Северо-Восточной Азии с подключением Китая, Монголии, Северной и Южной Корей. Мне кажется, что в этом раскладе необходимо просто просчитать экономическую целесообразность задействования маршрута Ченнаи-Владивосток, насколько он сейчас будет рентабелен. Это тоже вопрос, который должны рассматривать специалисты.

Вопрос (перевод с английского): За время Вашей карьеры Вы были свидетелем «циклов», когда российско-американские отношения улучшались, затем ухудшались и вновь нормализовывались. У нас есть ряд вопросов, по которым наши позиции не совпадают. На Ваш взгляд, в чем заключаются «корни» проблем, мешающие нам двигаться вперед и создать более конструктивные отношения между нашими странами?

С.В.Лавров: Мне кажется, что здесь сочетание объективных и субъективных факторов. Объективные факторы заключаются в том, что формируется другой миропорядок по сравнению с тем, в котором США привыкли действовать по своему усмотрению, не встречая мало-мальски значимого противодействия. Сейчас эти времена уходят. По паритету покупательной способности Китай уже вышел на первое место среди экономик мира. Я думаю, что скоро это произойдет и по объему ВВП. Индия развивается бурными темпами, Латинская Америка тоже хочет иметь свой голос и свою идентичность. Неслучайно я упомянул о создании Сообщества стран Латинской Америки и Карибского бассейна (СЕЛАК). Это в известной степени тоже свидетельство желания латиноамериканцев иметь идентичность в дополнение к Организации американских государств, где латиноамериканцы сотрудничают с США, с Канадой. Тем не менее, им этого оказалось недостаточно в новых условиях.

Процессы, которые мы наблюдаем в Африке, тоже свидетельствуют о том, что этот континент, обладающий колоссальными ресурсами, при всех его проблемах также понимает свою значимость и уже не хочет быть просто территорией, на которой «большие» западные страны делят преимущества тех или иных полезных ископаемых. Так что Африка тоже будет выступать за свою идентичность.

Мы уже говорили об АСЕАН - это мотор АТЭС. Это страны, которые всегда продвигали объединительную, неконфронтационную повестку дня. Если сейчас выдвигается концепция (в немалой степени продвигаемая США) Индо-Тихоокеанского региона, то в АСЕАН многие страны насторожились и хотят понять, что же не устраивает США в тех процессах, которые годами назывались АТЭС под эгидой АСЕАН.

Мне кажется, что объективно можно понять страну, которая несколько веков «заказывала музыку» (это в самом хорошем смысле), в международных делах и не встречала серьезного сопротивления. Сейчас вроде бы эта монополия объективно исчезает, и уже нельзя не считаться с целым рядом крупных государств. Поэтому есть такой лозунг - «Америка №1», и он заслуживает уважения. Все американцы — большие патриоты. Я это знаю, это тоже очень достойно. Но когда этот лозунг переходит в стадию применения к практическим делам, он порой вступает в противоречие с необходимостью искать компромиссы и договариваться.

Я бы даже брал не только российско-американские отношения, хотя они, наверное, сейчас наиболее «отравленные», но в принципе отношение США к любой стране. Вашингтон вносит какое-то предложение, партнер отвечает, чтобы хотел бы немного добавить здесь, здесь по-другому сформулировать и предлагает вступить в переговоры. США в большинстве случаев в переговоры не очень вступают. Сначала объявляют санкции, потом еще санкции, потом переговоры. Так было и с Северной Кореей, и с ЕС, идет торговая война с Китаем. Сейчас еще объявили, что будут санкции против КНР в связи с тем, что в Синьцзян-Уйгурском автономном районе притесняются мусульмане.

Это уже стало постоянной манерой, когда чуть что не так — объявляются меры принудительного воздействия. Не думаю, что можно рассчитывать на долгосрочный успех такой политики.

После 90-х годов в России работало огромное количество американских, европейских советников (в каждом министерстве были советники). Под руководством экспертов Международного валютного фонда готовилась приватизация и делалось все остальное, в том числе проводились соответствующие программы. Я работал тогда в Министерстве иностранных дел, и наше руководство открыто провозглашало необходимость принять «все ценности западной демократии». Наверное, руководителям западного мира показалось, прежде всего, США, что больше ничего делать не надо, что Россия всегда будет следовать тому курсу, который устраивает Вашингтон.

Но времена изменились, мы просто стали возвращаться к своей собственной идентичности, к своей истории, к своим традициям, к ценностям, которые совсем не равны и не совпадают со многими неолиберальными ценностями, которые сейчас на Западе продвигаются и которые не зафиксированы во Всеобщей декларации прав человека. Наверное, стало вызывать недовольство, что мы начинаем быть самостоятельными. Но аномалия, происходившая с нами в 90-е годы, не должна была служить сигналом для серьезных исследователей нашей страны, что вся история закончилась, и теперь Россия будет другой. Россия всегда была одним из центров миропорядка, в решающие периоды была среди тех, кто боролся с откровенным злом. Мы с вами были союзниками во время Второй мировой войны, это было величайшее завоевание человечества — поставить заслон на пути фашизма, нацизма. Конечно, это говорит о том, что когда в мире возникали настоящие угрозы, мы всегда с большинством западных партнёров были на «правильной стороне истории», как говорится.

Сейчас у нас не меньшие угрозы: терроризм, организованная преступность, наркотрафик. Надеюсь, что все-таки возобладает понимание необходимости вместе бороться с этими угрозами, с этим злом, а не пытаться в той или иной ситуации, как, например, сейчас в Сирии, играть друг против друга, использовать эти угрозы экстремизма для достижения каких-то сиюминутных целей.

Приведу пример. В 2011 году в Ливии начались протесты, беспорядки и тогда СБ ООН объявил эмбарго на поставки оружия. Но некоторые страны, в частности, Франция, говорили публично, что поставляют оружие в Ливию, потому что надо уничтожить «диктатора» (имея в виду М.Каддафи) и победить. Потом, естественно, была агрессия со стороны НАТО - вместо обеспечения режима бесполетной зоны, который был санкционирован СБ ООН, разбомбили армию правительства. После того, как террористы из Ливии «свалили» режим М.Каддафи, они пошли в Мали. Мне звонил Министр иностранных дел Франции (в то время Л.Фабиус), просил, чтобы мы в СБ ООН поддержали просьбу Франции дать им полномочия (у французов был свой небольшой контингент в Мали) применять силу против террористов. Я ему сказал, что террористы — это вечное зло, и, конечно, мы будем поддерживать любые действия, направленные на устранение этой угрозы. Но попросил его не забывать, что террористы, которые сейчас угрожают правительству Мали и с которыми Франция хочет бороться, это те самые, кого она сама вооружила, когда их надо было использовать в Ливии для свержения М.Каддафи. Он посмеялся и сказал, что это «се ля ви». «Се ля ви» - это не политика, а пословица. Нельзя использовать двойные стандарты. Если в какой-то стране террористы могут «свалить диктатора», который кому-то не нравится, то их поддержат, а потом будут надеяться как-нибудь сохранить над террористами контроль. Так не бывает.

США еще с советских времен, когда Советский Союз был в Афганистане, поддерживали борцов против советских войск — моджахедов, и потом из них сложилась структура, которая получила название «Аль-Каида», которая немало плохого сделала для США. После оккупации Ирака, тоже под надуманным предлогом, там сформировалась, а сейчас распространился по всему миру ИГИЛ, с которым мы вместе с вами боремся в Сирии, в том же Ираке и в других местах. А после того, как состоялось нападение на Сирию со стороны экстремистов, которых поддерживали региональные и западные страны, сформировалась «Джабхат ан-Нусра» — одна из наиболее эффективных и «злобных» группировок террористов. Расчеты на то, что сначала мы используем этих плохих людей в своих конъюнктурных целях, а потом будем их контролировать, иллюзорны. Такого не будет никогда.

Я удовлетворен тем, что по проблемам сирийского кризиса у нас есть с США очень профессиональный канал общения между военными. В Сирию нас пригласило законное Правительство, США сами туда пришли, но это реальность «на земле». Мы не догматики, а прагматики. Исхожу из того, что контакты, которые сохраняются у нас по политической линии по Сирии, тоже помогут выходить на общеприемлемые понимания, прежде всего, с точки зрения самих сирийцев, как мы все обязались делать.

Это объективная сторона медали. Я немного ушел в экскурс в историю, говоря об объективных причинах отношений, которые сложились между Россией и США. А субъективное - тут все понятно. Мне кажется, к сожалению, двухпартийная система, которая существует в США, дала, видимо, сбой, как говорят многие демократы и республиканцы. Результаты выборов Демократическая партия до сих пор отказывается принимать. Всеми силами пытаются объяснить, что если бы не вмешательство России, то демократический кандидат победил бы. На этом фоне обвинения в кибернападениях, взломах аккаунтов не подкрепляются ни одним серьезным фактом. Стали раскручивать дело П.Манафорта, которого обвиняли в том, что он был чуть ли не главным исполнителем «злых» намерений Кремля по недопущению победы Х.Клинтон. В итоге после многомесячных расследований, слушаний его обвинили исключительно в том, что он был агентом украинского правительства и работал в его интересах. Российского следа там вообще не нашли. Но в общественное сознание уже внедрилась тема России как злодейки, которая всем руководит в США. Мне даже как-то неудобно за американских политиков, которые представляют свою страну такой слабой, беззащитной, что несколько десятков хакеров, о которых они упомянули, среди миллионов пользователей соцсетей, могли перевернуть ход истории в США. А вот о реальных фактах, которые всем уже известны, в том числе о том, как внутри Демократической партии Б.Сандерса не пустили путем нарушения законов США (это установленный факт), никто не говорит.

Мне кажется, субъективность во многом подпитывается ощущениями проигрыша и попытками найти виновного где угодно, только не внутри США. Двуступенчатая система, которую США применяют для выборов, не очень демократичная. По-моему, если брать голоса избирателей, граждан США, то Х.Клинтон получила намного больше, чем Д.Трамп (кажется, на полтора миллиона). Но выборщики проголосовали иначе, потому что избирательные округа нарезаны таким образом, что англосаксонские американцы гораздо лучше представлены в коллегии выборщиков, чем афро- или латиноамериканцы. В 2000 г. состязались Дж.Буш и Ал Гор. Во Флориде был пересчет голосов (там разница была в несколько тысяч, а это ничто), и потом Верховный суд остановил пересчет голосов. Ал Гор не стал возражать и смирился с этим. Вскоре после этого у меня состоялась встреча с К.Райс, и она критиковала нашу политическую систему. Я привел ей в пример этот случай и сказал, что ведь это тоже не очень справедливо, когда не дают даже пересчитать голоса и используют Верховный суд, в котором большинство было республиканцев. Она согласилась, что это несовершенная система, но попросила не лезть, это их проблемы и они знают, как с ними разбираться. Но получается, что теперь это не американское дело, а дело всего мира обвинить Россию в том, что мы якобы вмешались в этот процесс. Мне кажется, это недостойно двух наших народов. Думаю, что присутствующие здесь граждане других стран наверняка со мной согласятся, что никому не нравится, когда Россия и США находятся в состоянии такого кризиса. Все бы вздохнули с облегчением, если бы мы двигались по пути нормализации отношений на основе равноправия и поиска взаимных компромиссов, что, как мне кажется, отвечало бы тем предвыборным планам, которые анонсировал Президент США Д.Трамп, когда избирался. Он неизменно подтверждает линию на нормализацию отношений с Россией, в том числе в ходе саммита в Хельсинки. Значит, в американском истеблишменте, наверное, и в демократическом, и республиканском сегментах, есть те, кто считают, что это неправильно с точки зрения интересов США. Тогда я совсем ничего не понимаю, потому что мне казалось, что если народ на основе той системы, которая в США уважается, избрал своего лидера, то, наверное, его нужно слушаться.

Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 сентября 2018 > № 2752687 Сергей Лавров

Полная версия — платный доступ ?


Россия. ДФО > Армия, полиция. Рыба. Экология > mvd.ru, 12 сентября 2018 > № 2731897 Юрий Завьялов

Чёрные полосы «красной» путины.

Рыбопромышленный комплекс является одним из основных бюджетообразующих секторов экономики Камчатского края. Поэтому декриминализация рыбной отрасли – важнейшее направление деятельности сотрудников региональной полиции.

Особенность региона состоит в том, что все местные реки (а их здесь около полумиллиона, причём более ста из них – протяжённостью в сотню и более километров) являются местами нереста рыбы ценных лососёвых видов либо их миграционными путями. Соответственно, любой рыбный промысел на камчатских водоёмах может проводиться только при наличии лицензии. Однако в период «красной» путины на Камчатку с целью нелегально подзаработать едут граждане не только со всего Дальнего Востока, но и со всей страны и даже из ближнего зарубежья. Это, конечно, прибавляет работы правоохранительным органам, занимающимся выявлением и пресечением незаконной добычи, переработки и перевозки водных биоресурсов.

В мероприятиях по профилактике, выявлению и пресечению нарушений законодательства в сфере незаконного оборота водных биологических ресурсов принимают участие полицейские, а также представители Росгвардии, Северо-Восточного территориального управления Федерального агентства по рыболовству, Пограничного управления ФСБ России по Восточному арктическому району, Управления ФСБ, Россельхознадзора, Роспотребнадзора, Агентства по ветеринарии, других ведомств, представители общественных объединений, некоммерческих организаций и рыбопромышленных предприятий.

Нарушения в сфере незаконной добычи водных биологических ресурсов выявляются в том числе и в рамках ежегодной оперативно-профилактической операции «Путина», которая стартует в последних числах мая и длится до начала октября. Для её проведения ежегодно создаётся оперативный штаб УМВД России по Камчатскому краю, который координирует работу стационарных и мобильных групп, задействованных в охране водных биоресурсов. В составе групп работают сотрудники патрульно-постовой службы, участковые уполномоченные, сотрудники подразделений экономической безопасности и противодействия коррупции, уголовного розыска, тыла. По краю курсируют передвижные посты Госавтоинспекции.

В прошлом году в рамках операции «Путина–2017» органами дознания УМВД России по Камчатскому краю было возбуждено 204 уголовных дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 256 Уголовного кодекса Российской Федерации (Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов). Кроме того, несколько десятков граждан привлечены полицейскими к административной ответственности за нарушение правил, регламентирующих рыболовство и другие виды пользования объектами животного мира. У подозреваемых в незаконной рыбалке полицейскими изъято 115 тонн рыбы ценных лососёвых пород, 47 тонн замороженной, более 11 тонн красной икры и 6,5 тонн белорыбицы. Кроме того, злоумышленники лишились 113 плавсредств, 53 руль-моторов и 225 сетей общей длиной почти семь километров.

Анализ работы показывает, что, несмотря на общее снижение числа зарегистрированных нарушений, в процентном соотношении число уголовных дел, возбуждённых по признакам преступления, предусмотренным ст. 256 Уголовного кодекса Российской Федерации, лица по которым установлены, увеличилось, и эта тенденция сохраняется на протяжении нескольких последних лет.

Следственным управлением МВД России по Камчатскому краю завершено расследование уголовного дела, возбуждённого по факту незаконной добычи водных биологических ресурсов в отношении капитана рефрижераторного сейнера-траулера, а также в отношении директора по флоту ООО «Камчаттралфлот», заставившего подчинённого вносить в учётные документы недостоверную информацию. Сотрудниками УЭБиПК УМВД России по Камчатскому краю и Пограничного управления ФСБ России по Восточному арктическому району было установлено, что в ходе рейса в Охотском море команда сейнера вела промысел рыб донно-пищевых видов: минтай, палтус, треска, терпуг, навага. Капитан судна не только не вносил в документацию информацию о фактическом объёме улова, но и указывал, что экипажем добыты менее ценные виды рыб (например, вместо палтуса значился бычок).

Одним из нарушений действующего законодательства в сфере незаконной добычи водных биологических ресурсов является вылов рыбы в дни, когда она идёт к местам нерестилищ. Так, в сентябре 2017 года возбуждено уголовное дело в отношении четверых жителей Камчатского края, которые занимались выловом лосося в запрещённый в соответствии с действующим законодательством день. У браконьеров изъяли две лодки, 25-метровый невод, а также более полутора тонн тихоокеанского лосося. Сумма причинённого водным биологическим ресурсам ущерба составила около 350 тысяч рублей.

Нередко для добычи рыбы используются запрещённые орудия лова. Причём не только браконьерами, но и рыбопромысловыми судами. Так, например, в этом году Следственной частью Следственного управления УМВД России по Камчатскому краю окончено расследование уголовных дел, возбуждённых в отношении двух капитанов рыболовецких судов, обвиняемых в незаконной разработке водных биоресурсов и злоупотреблении полномочиями. Установлено, что в июне 2016 года рыболовные суда под их управлением осуществили незаконную добычу около 238 тонн лососёвых, используя при этом запрещённые орудия лова, аналогичные жаберным (дрифтерным) сетям. Сумма причинённого водным биологическим ресурсам исключительной экономической зоны Российской Федерации ущерба составила почти 170 миллионов рублей.

Часто незаконная добыча биоресурсов продолжается криминальной цепочкой в виде дальнейшей их незаконной переработки и реализации. Сотрудники правоохранительных органов регулярно пресекают как попытки продажи кустарной продукции, так и деятельность подпольных цехов, её изготавливающих. Так, летом прошлого года в ходе совместного рейда полицейских, инспекторов Северо-Восточного ТУ Росрыболовства, бойцов СОБР Росгвардии в Усть-Большерецком районе был закрыт действующий незаконно завод по переработке рыбной продукции. В цехе изъято более 1 тонны мороженой и около 187 килограммов свежей красной рыбы, более 50 килограммов солёной рыбы и 111 килограммов подготовленной к реализации икры. В городе Елизово полицейские пресекли деятельность двух подпольных цехов, занимавшихся вялением и копчением корюшки, камбалы, нерки и палтуса. Изъято около 700 килограммов рыбопродукции, которая по результатам исследования также признана опасной для жизни и здоровья граждан. В конце августа 2017 года сотрудники правоохранительных органов изъяли более пяти тонн подготовленной к реализации икры, заготовленной кустарным способом. В сентябре у двоих местных жителей, которые незаконно приобретали у односельчан тушки лосося и перерабатывали их в мини-цехе, оборудованном на территории частного подворья, полицейские изъяли более 700 килограммов засоленной красной икры. По результатам экспертизы и она была признана опасной для жизни и здоровья граждан, так как при её изготовлении применялся запрещённый консервант.

В декабре 2017 года в ходе рейда, организованного сотрудниками подразделений ЭБиПК и представителями Управления Россельхознадзора по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу на одном из рыбных рынков Петропавловска-Камчатского, выявлено 12 предпринимателей, допустивших нарушения ветеринарно-санитарного законодательства. У них изъято более 700 килограммов вяленой и копчёной рыбы и более 600 килограммов лососёвой икры. Среди нарушений выявлено, в частности, отсутствие документов, подтверждающих качество и законность происхождения продукции, нарушение температурного режима хранения, а также продажа товара с истекшим сроком годности.

К сожалению, приходится констатировать, что по большей части люди, родившиеся на Камчатке, не относятся к незаконной добыче биоресурсов как к браконьерству. Нередко они без достаточных оснований причисляют себя к представителям коренных малочисленных народов, имеющих привилегии в получении права на вылов красной рыбы.

Поэтому в крае проводится огромная просветительная и профилактическая работа по привлечению внимания к проблеме браконьерского промысла. Представители самых разных ведомств, общественники призывают камчатцев с экранов телевизоров, в эфире радиопередач, со страниц газет задуматься о необходимости бережного отношения к водным биологическим ресурсам, правоохранители рассказывают о задержаниях и наказании браконьеров. Для молодёжи, школьников, гостей полуострова проводятся экскурсии на рыбоводные заводы, занимающиеся разведением мальков чавычи, нерки, кеты, где специалисты рассказывают, сколько времени и сил затрачивается на восстановление популяции лосося. Уже пять лет проходит в Усть-Большерецком районе Камчатки ставший традиционным краевой фестиваль «Сохраним лососей вместе».

В целях активизации работы по выявлению и пресечению фактов незаконной добычи водных биоресурсов в последние годы всё больше внимания уделяется взаимодействию с представителями общественности.

В 2016 году была создана Ассоциация «Река Большая». Рыбопромышленники Усть-Большерецкого района объединились для борьбы с нелегальным промыслом лососёвых на второй по величине водной артерии полуострова – реке Большой. Сегодня ассоциацией, в которую входят 8 предприятий рыбопромышленной отрасли, совместно с правоохранителями проводится разъяснительная работа с населением. Организуются посты общественных инспекторов, причём немаловажно, что подавляющее большинство из них – люди приезжие, не имеющие на полуострове, где сельчане живут одной семьёй, каких-либо родственных обязательств.

Уже первый год работы даёт положительные результаты. Впервые за долгое время рыбоводные заводы «Малки» и «Озерки» смогли получить своевременно достаточное количество производителей для закладки икры в полном объёме, а в 2017 году учёные отметили рекордное для последнего десятилетия заполнение нерестилищ рек бассейна Большой лососем.

Полковник полиции Юрий ЗАВЬЯЛОВ, заместитель начальника Управления МВД России по Камчатскому краю

(Полиция России № 8, 2018 г.)

Россия. ДФО > Армия, полиция. Рыба. Экология > mvd.ru, 12 сентября 2018 > № 2731897 Юрий Завьялов


Франция. ДФО > Финансы, банки > bfm.ru, 12 сентября 2018 > № 2729342 Илья Поляков

Илья Поляков: нужно отходить от зависимости мировой системы от доллара

С председателем правления Росбанка на полях Восточного экономического форума беседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич

Что изменилось за последние годы в работе Росбанка на Дальнем Востоке? Есть ли в практике компании расчеты в нацвалютах и оправданы ли они, можно ли назвать такую практику трендом? Обо всем этом с председателем правления Росбанка Ильей Поляковым на Восточном экономическом форуме беседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич.

Росбанк — это, насколько я знаю, единственный крупный российский банк с иностранным участием. Вы — «дочка» Societe Generale, которая работает на Дальнем Востоке. Соответственно, у вас есть практический опыт и возможность оценить с точки зрения бизнеса, что изменилось за последние годы с тех пор, как государство так взялось за этот регион.

Илья Поляков: Как вы знаете, Дальний Восток — регион, в котором вовлечение российского правительства, президента, наверное, максимальное с точки зрения тех инициатив и элементов господдержки, которые оказываются. Мы видим, что те меры поддержки правительства, различные программы, которые Дальнему Востоку посвящены, начинают оказывать определенное позитивное воздействие на экономику региона.

В чем это выражается? В росте доходов?

Илья Поляков: Приведу конкретные цифры по конкретному сегменту: это малый и средний бизнес. Например, рост кредитования малого и среднего бизнеса с начала года по России в целом составил меньше 1% — 0,9%. По Дальнему Востоку за тот же период рост кредитования субъектов МСП был 12%. Это статистика Минэкономразвития, ассоциации «Опора». С точки зрения нашего портфеля, мы видим рост примерно на 10%.

Вы ведете зарплатные проекты на Дальнем Востоке?

Илья Поляков: Конечно.

Тогда что вы можете сказать о доходах среди клиентов?

Илья Поляков: Кредитование и зарплатные проекты нередко взаимосвязаны, потому что это те продукты, которые банки часто продают вместе, и Росбанк — опорный банк для многих компаний на Дальнем Востоке. Мы работаем с крупнейшими энергетиками, с бюджетными организациями, с компаниями других секторов. Также мы очень активно поддерживаем экспортно ориентированные компании. Здесь мы видим особую роль и добавленную стоимость, которую может принести наш банк по отношению к любому другому, учитывая, что мы крупные здесь, в регионе, мы также — часть международной группы, как вы подчеркнули, Societe Generale, у нас есть банки группы в Китае, Японии, Южной Корее. Поэтому что до любых операций, связанных с экспортом или поддержкой российских экспортеров в эти регионы, мы хорошо позиционированы, чтобы этим заниматься.

Тогда актуальный вопрос. Правительство России вполне официально провозгласило в нынешних условиях такую цель: отказ от доллара при международных расчетах. Банк ВТБ в качестве пилотной сделки показал: АЛРОСА продала алмазы в Китай без доллара — за юани в прямой паре. В вашей практике, здесь, в регионе, расчеты в национальных валютах — это есть, это может быть и оправдано ли это?

Илья Поляков: Что касается расчетов в нацвалютах, это тема, которую многие комментируют, недавно Кудрин по этому поводу высказывался, Костин много раз, президент тоже об этом сказал. Однозначно это тот путь, по которому нужно идти. Всем видно, что нужно отходить от зависимости мировой системы от доллара, диверсифицироваться. Это было ясно уже десять лет назад, но сейчас мы дошли до той точки, когда это будет происходить ускоренными темпами, учитывая те санкции или другие ограничительные меры, которые США вводят по отношению ко многим странам. Реальные сделки уже существуют, вы сказали о сделке АЛРОСЫ в юанях. Сегодня утром на этом же форуме я общался с одним клиентом, с которым мы обсудили сделку по хеджированию пары рубль-юань путем сделки форварда, тип хеджирования на один год. Поэтому это что-то, что уже реально.

С вашей помощью для всех постараюсь чуть-чуть расшифровать. Хеджирование страхования курса рубля и юаня нестабильны, волатильны по отношению к доллару или евро. Соответственно, я так понимаю, что сделка будет осуществляться в юанях и рублях без доллара. Риск падения любой из валют необходимо застраховать путем форвардного контракта в обратную сторону.

Илья Поляков: Вы очень хорошо разбираетесь.

Значит, в этой сделке будет пара юань-рубль, там не будет перехода в доллар.

Илья Поляков: Нет кросс-курса через доллар, то есть прямая сделка по паре рубль-юань, и такого рода сделки уже идут, и мы как активный игрок российского рынка и также международного активно тоже этим занимаемся, стараемся помочь российским экспортерам переходить на расчеты в национальной валюте, где это имеет смысл.

Можно к этому относиться как к серьезному и быстро набирающему силу тренду, или это все-таки пока некая дань политической конъюнктуре?

Илья Поляков: Это уже не дань политической конъюнктуре, потому что для некоторых компаний, особенно, которые находятся рядом, Россия, Китай, для той компании, о которой я говорю, логично рассчитываться не в валюте третьей страны, а рассчитываться в рублях или в юанях. Поэтому это не только политический заказ, но это также реалии экономики. Однако в чем основная проблема, почему на доллар все так завязаны? Потому что основные биржи — нефтяная биржа, многие металлы, индексы — завязаны на доллар. Поэтому сегодня, когда переходишь на другие валюты, даже для национальных расчетов для компании возникают и существуют дополнительные транзакционные издержки, когда расчеты осуществляются в национальной валюте. Этот тренд очень сложно переломить быстро. Или нужно поменять индексы с доллара на другие валюты, с теми же нефтяными очень сложно [это сделать] быстро: не одна страна решает. Это приходит постепенно и будет связано и с двусторонней торговлей, двусторонними сделками, о которых мы уже говорили. Также возможно появление каких-то индексов глобальных, которые не завязаны на доллар.

На ваш взгляд, форум, такой масштабный, можно сказать, дорогостоящий, мощный, без сомнения никто таких форумов не проводит, как мы, тем более в этом регионе, реально оказывает какое-то влияние на развитие практического бизнеса?

Илья Поляков: Такого масштаба событие не может не оказывать влияние, тот факт, что приехали пять руководителей крупнейших стран этого региона и вместе с ними — делегации, крупнейшие бизнесмены, крупнейшие министры. Поэтому эти контакты, которые существуют, и очень много встреч у всех участников этого форума, они точно не бесполезны. Потом, насколько быстро переходит в конкретные сделки, проекты, которые полезны для региона, для жителей Дальнего Востока — здесь не так быстро это осуществляется, как хотелось бы, но другого пути для развития экономики, развития контактов нет. Поэтому, мне кажется, это реально очень полезно, хотя, возможно, и дорогостояще, но точно себя окупит, и Дальний Восток набирает обороты путем продвижения со всех сторон.

Общероссийский актуальный вопрос. Во-первых, все обсуждают совет господина Орешкина, он здесь, в интервью нам, его озвучил, и это вызвало резонанс, сказал, что сейчас разумно на этих курсах доллар продать. Кто-то согласен, кто-то нет. И в пятницу, 14 сентября, мы ожидаем решение по ставке Центрального банка. В какой-то степени связанные темы. Поэтому коротко: согласны ли вы с Орешкиным насчет того, что доллар уже можно бы продать, и что вы думаете — будет ли повышаться ставка?

Илья Поляков: Острый вопрос. Здесь, наверно, нет такого человека или ответа, кто знает точно ответ, будь то министр, руководитель банка. Это комплексная рыночная ситуация, которая взаимосвязана между собой — ставка, повышение или понижение, или оставление. Но я могу сказать о нашем официальном прогнозе, тут это более корректно, и это ответит на вопрос ваш, согласен ли я или нет с вашими предыдущими спикерами. По ставке ЦБ мы ожидаем, что на этом заседании ее оставят на том же уровне — 7,25%. Было много комментариев председателя Банка России по поводу возможного развития событий. То, что изменилось, это тот тон, который был раньше: все ожидали дальнейшего снижения ставки до конца года. Если вы помните, еще месяц назад мы говорили о том, будет ли ставка в конце года 7% или даже ниже. Сейчас об этом уже никто не вспоминает, поэтому вопрос — она будет на уровне, как сегодня, или чуть повысится? На этом заседании, мы ожидаем, она останется той же. Соответственно, это, с точки зрения курса валюты, не должно сильно отразиться, поэтому на курс валюты будут в первую очередь играть фундаментальные факторы, которые всегда влияют на пару рубль-доллар, рубль-евро, это цена на нефть. В этой связи комментарий Максима Орешкина был связан с тем, что, если вы заметили, за последние несколько дней стоимость нефти сильно поднялась, она сейчас близка к 80 долларам за баррель, поэтому это явно идет в поддержку и укрепляет рубль. С другой стороны, что мешает, это вся геополитическая ситуация, которая очень непредсказуема, в том числе малопредсказуема для инвесторов. То есть насколько будет сбалансирован рост нефти с макроэкономической, геополитической нестабильностью, сложно сказать, но наш прогноз таков: рубль сейчас, и в этом я согласен с Максимом Орешкиным, недооценен фундаментально, находится на уровнях при такой нефти, где он не должен быть. С другой стороны, учитывая вот эти геополитические риски, которые будут особенно острыми в период между сегодняшним днем и серединой ноября, выборами в США в сенат и в нижнюю палату представителей, мы не ожидаем, что рубль будет сильно укрепляться в течение этого периода, опять же, несмотря на фундаментальную силу рубля и сильный платежный баланс страны. Мы ожидаем, что такие колебания вокруг текущих уровней наиболее вероятны, но это очень сложно прогнозируемая тема.

Франция. ДФО > Финансы, банки > bfm.ru, 12 сентября 2018 > № 2729342 Илья Поляков


Россия. ДФО > Таможня. Транспорт. Госбюджет, налоги, цены > customs.ru, 12 сентября 2018 > № 2727381 Тимур Максимов

Интервью заместителя руководителя ФТС России Тимура Максимова «На Дальнем Востоке открывается широкое поле для экспериментов» МИЦ «Известия».

Замруководителя ФТС - о работе свободной таможенной зоны, борьбе с контрафактом и пошлинах на онлайн-покупки.

На полях Восточного экономического форума, который проводится во Владивостоке уже в четвертый раз, корреспонденты МИЦ «Известия» поговорили с заместителем руководителя Федеральной таможенной службы Тимуром Максимовым - о борьбе с контрафактом, особенностях работы Свободного порта Владивосток и о Дальнем Востоке как площадке для больших экспериментов.

О РАЗВИТИИ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

- Расскажите, пожалуйста, о режиме свободного порта, который во Владивостоке действует уже несколько лет. В чем его суть?

- Действительно, с 2015 года на Дальнем Востоке создан особый режим, Свободный порт Владивосток, и дополнительно к нему создана так называемая территория опережающего экономического развития. Эти режимы предполагают целый ряд упрощений для участников экономической деятельности, в том числе фискальных. Резиденты Свободного порта и зон опережающего развития, например, получают определенные преимущества по ряду налогов. Дополнительно к этому у них есть возможность использовать процедуру свободной таможенной зоны, которая, опять же, предполагает полное освобождение компаний от каких бы то ни было платежей: налогов, сборов, пошлин и т.д. Но все это вообще-то не ново для мировой экономической истории, это режим порто-франко, который применялся всегда.

- По-моему, он существует еще со времен венецианского купечества.

- Цель его, собственно, в том, чтобы часть экономической активности перенести на территорию Свободного порта. На самом деле не так важно, на какой рынок, внутренний или внешний, работает промышленная база, которая создается в рамках этого режима. Важно, чтобы она работала, чтобы часть добавленной стоимости создавалась в зоне его действия. Такие условия были созданы во Владивостоке и в целом ряде муниципалитетов ДФО еще в 2015 году. По прошествии трех лет мы уже видим, что тех, кто изъявил желание работать в режиме свободного порта и территорий экономического развития, достаточно много - порядка 850 резидентов. Дальше возникает вопрос, насколько активно и часто они применяют те упрощения, которые им предоставлены. Большинство из них на самом деле применяют фискальные послабления, которые предусмотрены законодательством, и это хорошо. А вот процедурой свободной таможенной зоны пользуются единицы.

- Почему?

- Мы задавались тем же вопросом: почему при наличии таких возможностей люди ими не пользуются? Казалось бы, очень удобно создать какую-нибудь промышленную базу, предприятие, завести оборудование, начать что-то производить, потом либо пускать на внутренний рынок, либо продавать за границу. Тем более учитывая соседство с такими огромными рынками сбыта, как Китай, Япония, Южная Корея, географическое преимущество на лицо. Но по каким-то причинам участники внешнеэкономической деятельности не активно применяют эту процедуру. Первая же гипотеза, которая у нас возникла, была связана с определенными требованиями, которые выдвигались предпринимателям по обустройству зон, в которых они осуществляли свою деятельность. Мы посмотрели на эти требования, пообщались с бизнесом, поняли, что для некоторых это действительно очень серьезные финансовые затраты и не все готовы нести такие издержки, а те фискальные упрощения, которые предоставлены законодательством, их не компенсируют. Поэтому сейчас, совместно с Минвостокразвития, мы думаем над тем, как этот порог немножко снизить, чтобы больше участников получили возможность пользоваться этой процедурой.

- Для этого потребуются дополнительные внутренние шаги?

- Этот вопрос больше к Минвостокразвития, но я знаю, что у них есть целая линейка инструментов государственной поддержки предприятий, предпринимателей на Дальнем Востоке. Это в том числе финансовые инструменты, различные субсидии, льготные кредиты и т.д. То есть набор очень большой. Но я бы сказал, что еще один, не менее важный, аспект - физическая инфраструктура. Государство должно как-то помочь созданием той физической инфраструктуры, где потом компания или предприятие начинает осуществлять какую-то производственную деятельность. Это очень важный аспект, и на форуме сегодня много об этом говорили, и президент вчера об этом говорил на Госсовете. Я думаю, что подвижки будут. В последние годы были сложности с финансированием, не всё можно было реализовать в намеченные сроки, но в целом мы видим определенную положительную динамику, и этими упрощениями постепенно начинают пользоваться всё больше и больше участников.

- Всю эту систему можно считать уникальным экспериментов национального масштаба?

- Мне кажется, пока рано об этом говорить, потому что мы только в начале пути. Нужно наработать какую-то практику, потом ее тщательно проанализировать, сделать правильные выводы, посмотреть, где еще это может быть применимо. Но учитывая вектор и стратегическое значение Дальнего Востока, здесь, конечно, открывается широкое поле для разного рода экспериментов, которые при этом, как вы верно подчеркнули, не создавали бы каких-то системных рисков для государства.

О ПОШЛИНАХ НА ПОСЫЛКИ ИЗ ИНТЕРНЕТ-МАГАЗИНОВ

- Такой потребительский вопрос: ФТС предложила Минфину облагать пошлинами все покупки, сделанные россиянами онлайн в зарубежных магазинах. Зачем, с какой целью? Дополнительные средства в бюджет?

- Всё на самом деле проще: электронная торговля, и в частности трансграничная электронная торговля, - один из быстроразвивающихся сегментов рынка. Мы видим те темпы, с которыми рынок растет, и это, конечно, удивительные цифры. Ежегодно в РФ направляется порядка 400 млн отправлений. Это огромный показатель, и мы предполагаем, что дальше он будет только расти. Конечно, такие тенденции определенным образом трансформируют рынок. Поскольку это отчасти наша зона ответственности, мы посмотрели на ситуацию на рынке, чтобы понять, что происходит. И мы понимаем, что сложился дисбаланс. Любая российская интернет-компания, которая точно так же продает товары в интернет-магазинах, но только рассылая их внутри страны, сталкивается с целым рядом, не скажу ограничений, но регуляторных обременений. Потому что, продавая товары физическим лицам, организация должна оплатить все соответствующие налоги, платежи и т.д. Параллельно с этим она должна получить все разрешительные документы, потому что так или иначе любой товар проходит оценку качества и безопасности. И это все издержки для российских компаний, и финансовые, и временные.

Но есть большой пласт компаний, которые находится за границей и эти издержки не несут вообще. Таким образом, мы видим, что компании оказываются в неравных конкурентных условиях. Выстраивать какую-то долгосрочную бизнес-модель в таких условиях просто невозможно. Наоборот, мы видим, что некоторые российские интернет-компании уже меняют свою бизнес-модель. Они понимали, что им просто бессмысленно конкурировать, им проще также выйти куда-то за границу, построить там склад и оттуда дальше рассылать товары, ничего никому не платя, не получая никаких документов.

- В данном случае получается, что издержки будет нести потребитель.

- Отчасти это так, но немаловажный аспект для нас - контроль качества и безопасности продуктов. То есть потребитель, получая небольшое увеличение цены, при этом может рассчитывать на какой-то сервисный центр, работающий на внутреннем рынке, на потенциального контрагента, к которому можно обратиться в случае возникновения проблем с товаром.

- А как устроен подобный рынок за рубежом? Вы изучали? Я, кстати, думаю, что по объему покупок Россия даже не в числе лидеров.

- Да, но в разных странах разные стартовые условия. То есть и разная география, потому что островным государствам проще закрыться от этого трафика, потому что он идет одним видом транспорта. Странам, которые находятся в экономических или таможенных союзах, наоборот, очень сложно, потому что начинаются перетоки. Наше предложение заключалось в том, что нужно уровнять регуляторные условия для организации, независимо от их национальностей, будь то российские или иностранные. Это первое. Второе, прирост цены - на самом деле, по нашей оценке, был крайне несущественный. И вот говорить о том, что была бы негативная реакция потребителей из-за роста цены, наверное, не совсем правильно, потому что это, действительно совсем незначительная сумма.

- Ну, насколько я понимаю, будут еще и технологические сложности - я слабо себе представляю, как, делая заказ в интернете, я должен буду платить таможенную пошлину. Как это всё будет оформлено, даже с точки зрения техники?

- Один из аспектов нашего предложения - правовой режим должен быть один, простой и ясный. Потому что чем больше порогов, тем сложнее администрировать. Именно поэтому мы просто приравняли к коммерческой деятельности всё, что идет через границу, от юридических лиц к физическим.

- Интернет-магазин в России может заложить куда большие собственные издержки, и в итоге будет продавать тот же самый товар втридорога, совершенно не гарантируя качество.

- Это уже немного другой аспект развития конкуренции в целом на рынке интернет-продаж. Но для того, чтобы конкуренция начала расти и развиваться, для нее нужно создать условия. Пока мы их не создадим, конкурентного рынка у нас не будет. Надо думать о том, чтобы все находились в одинаковых условиях, и эти условия были понятны участникам, прогнозируемы на долгосрочный период. Тем более что ограничений по вхождению на этот рынок нет - любой может открыть интернет-магазин и начать заниматься продажами через сайт.

- И еще один момент: может ли получиться так, что процедура реализации этих товаров на территории России усложнится и тогда онлайн-продавцы просто откажутся продавать товары российским потребителям?

- Вернусь к своему предыдущему тезису. Мы исходили из того, что один правовой режим - это проще и понятнее, под него гораздо легче настроить информационные системы онлайн-магазина, таможенной службы, «Почты России», других перевозчиков, когда режим один и все понятно. Тогда большая часть потока ушла бы в автоматическую обработку, никаких проблем, заторов, ничего бы не возникало. Потому что режим один и это проще автоматизировать. Что касается возможного отказа продавца что-то продавать, на своей практике я никогда не встречал еще, чтобы продавец отказывался от денег: «Я не буду работать на этом рынке, хотя там есть спрос».

- На самом деле, я допускаю, возникновение новых сервисов, - не секрет, что подобная схема существует, - когда люди, живущие заграницей, будут покупать, а потом пересылать это в виде обычных посылок, бандеролей, спокойно обходя новый закон....

- Вполне возможно. Но все-таки мы исходим из того, что это явление не будет носить массового характера.

О БОРЬБЕ С КОНТРАФАКТОМ

- Что происходит с контрафактом?

- Контрафакт - это отдельная тема, по которой мы очень активно работаем. Она у нас в приоритете была и в этом году, и в прошлом. Это связано с тем, что в России прошли два очень крупных спортивных мероприятия. Когда Российская Федерация была выбрана страной-хозяйкой Чемпионата мира и Кубка конфедераций, мы как государство приняли обязательства по защите товарного знака ФИФА. Конечно, в этом году у нас был определенный наплыв, связанный с тем, что много туристов, большой спрос на разную продукцию с символикой ФИФА, и очевидно, что были желающие заработать на этом. Поэтому мы совместно с коллегами из силового блока, и с таможенными службами государств - членов ЕАЭС выстроили такой своеобразный периметр, и результаты говорят сами за себя: в этом году только за полгода у нас задержаний уже больше, чем за весь предыдущий год.

- Помимо символики ФИФА, какие товары самые популярные?

- Ну, здесь ничего нового я, наверное, не скажу. Это товары, как правило, легкой промышленности: майки, кепки, обувь.

- Как в целом сейчас строится борьба с подделками?

- Вы знаете, я могу сказать, что мы видим более активную деятельность на данном направлении со стороны всех контролирующих органов. У нас довольно эффективно работает система, мы первыми встречаем весь этот поток на границе, активно взаимодействуем с правообладателями. У нас, например, есть специальный электронный реестр, куда каждый правообладатель вносит свой товарный знак. В случае каких-то подозрительных ситуаций назначается проверка, при необходимости проводится экспертиза.

- Не секрет, что Китай является одним из основных поставщиков контрафакта по всему миру - есть ли здесь какие-то договоренности?

- У нас очень хороший диалог с коллегами из Китая. Они, в частности, нас поддержали в этой работе по защите знаков ФИФА. И как раз на базе взаимодействия в рамках чемпионата мира мы рассчитываем и продолжить совместную работу, потому что механизм запущен, он крутится, мне кажется, даже его сложнее остановить.

- Таможенная система в некотором смысле отражает положение дел в экономике, так же, как и налоговая, она может быть запрещающая, может быть, стимулирующая. Вот о чем сейчас, с вашей точки зрения, говорит таможня?

- Мы исповедуем следующий подход. Есть большой пласт проблем, с которыми мы боремся. Безусловно, где-то нам приходится закручивать гайки. В первую очередь это касается всевозможных серых зон, недобросовестных игроков. Параллельно с этим одна из наших ключевых задач - это развитие внешнеэкономической деятельности и внешней торговли. Поэтому, закручивая гайки в одном месте, нам обязательно нужно для добросовестных участников давать какие-то послабления, упрощения, чтобы происходил естественный переток из «серой» зоны в «белую» зону. Чтобы люди понимали, что там сложнее становится из-за того, что мы более активно работаем, а в легальном поле должно становиться легче, потому что мы определенные возможности открываем. И хочется верить, что это дает свои плоды.

У нас сейчас экономика переживает определенные позитивные моменты, то есть мы видим, что внешняя торговля растет, импорт вырос, экспорт растет. Правда, в основном сырьевой, но в целом всё равно экономическая активность восстанавливается. Естественно, это приводит к тому, что всё новые и новые компании выходят на рынок, пытаются что-то продать и как-то встроиться в глобальные процессы.

- По-прежнему, вы говорите, сырьевой экспорт - в числе лидеров. А есть какие-то подвижки с продвижением несырьевого экспорта?

- Очень много усилий государство и правительство тратит на то, чтобы, во-первых, диверсифицировать свой экспорт, во-вторых, чтобы немного изменить его структуру. Этому, конечно, сильно помогли события, связанные с падением цен на нефть, которые происходили два, три, четыре года назад. После этого государство переориентировалось, тем более что девальвация рубля создала определенные конкурентные преимущества для российских экспортеров: теперь у них намного больше возможностей для того, чтобы выходить на внешние рынки с несырьевым товаром. И мер поддержки со стороны государства для них тоже больше.

- Возвращаясь к контрафакту, хочется взглянуть на этот вопрос через призму Дальнего Востока. Создание свободного порта Владивосток как-то сыграло свою роль. Борьба в результате осложнилась?

- Не могу сказать, что здесь, на Дальнем Востоке, какая-то тяжелая ситуация с контрафактом, нет. Дело в том, что потоки контрафакта ориентируются, прежде всего, на рынок сбыта. А основные рынки сбыта в Российской Федерации - это Центральный федеральный округ, Северо-Запад, может быть, Поволжье. Так или иначе, потоки стремятся туда, а для нелегальной или полулегальной продукции очень важно, чтобы транспортное плечо было максимально коротким, чтобы минимизировать риск столкновения с государственными структурами, поэтому по большей части эти товары Дальний Восток минуют.

Россия. ДФО > Таможня. Транспорт. Госбюджет, налоги, цены > customs.ru, 12 сентября 2018 > № 2727381 Тимур Максимов


Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 12 сентября 2018 > № 2726890 Сергей Катырин

ВЭФ-2018. Сергей Катырин рассказал о том, как малому бизнесу выходить на внешние рынки.

Президент ТПП РФ принял участие в панельной сессии ВЭФ «Прорыв в АТР: инструменты акселерации экспортно ориентированных МСП».

Выступая в ходе дискуссии, он обратил внимание на несколько позиций, важных для поддержки малых компаний, желающих выходит со своей продукцией на внешние рынки. «Крупные фирмы редко нуждаются здесь в поддержке – у них есть средства, люди, представительства, серьезная юридическая поддержка. А вот малому и среднему бизнесу бывает не только непросто выйти на зарубежный рынок, но и сделать такой шаг», – подчеркнул Сергей Катырин.

Какие здесь инструменты нужны?

В частности, участие в выставках за рубежом – так о компании могут узнать потребители и партнеры. При этом важны презентации. Одной небольшой компании это сделать непросто, надо применять комплексный подход, убежден Сергей Катырин. Нужен пул предприятий, нужен российский стенд, где и будут проходить презентации.

Все это реально и понемногу уже делается. Так, ТПП РФ совместно с АО «РЭЦ» и АО «Экспоцентр» ведут подготовительную работу по проведению презентаций инвестиционного и экспортного потенциала дальневосточных регионов РФ в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. ТПП двух регионов – Приморского и Хабаровского краев – собрали солидный блок предложений, причем речь идет о проектах, ориентированных на экспорт.

Кстати, опора на систему ТПП РФ при расширении деятельности на Дальнем Востоке помогает зарубежным коллегам увереннее принимать соответствующие решения.

Если бизнес задумывается о деятельности на рынках АТР, то он должен понимать, что выбор партнера – чрезвычайно важное дело. И сегодня, хотя уже реже, чем раньше, нередко наши предприниматели без особых раздумий и анализа подписывают соглашения о сотрудничестве и поставках товаров, а потом терпят убытки и даже разоряются (фирмы-однодневки – не только наше изобретение). «Рекомендуем действовать через представительства ТПП РФ и торгпредства и вообще при проверке будущего партнера следует использовать несколько источников», – посоветовал глава Палаты.

Сложный вопрос – сертификация. Не везде наши сертификаты признаются. За рубежом же пройти процедуру сертификации продукции сложно и дорого, прежде всего для малого и среднего бизнеса. «Здесь, пока кардинально не решен вопрос о признании наших сертификатов, им нужна финансовая поддержка, а также полная информация, что, как и где это за рубежом делается», - подчеркнул Сергей Катырин.

Очень важны, убежден глава федеральной палаты, бизнес-миссии, то есть целевые поездки наших предпринимателей в страны, рынки которых им интересны. Система торгово-промышленных палат страны организует ежегодно сотни таких миссий. «Нередко именно так и принимается решение стать экспортером: приехал предприниматель, посмотрел, оценил качество, проанализировал цены, пообщался с потенциальными партнерами, вернулся и начал работать на экспорт», – отметил Сергей Катырин.

Участники дискуссии затронули другие аспекты рассматриваемой темы.

Так, в частности, генеральный директор АО «Российский экспортный центр» Андрей Слепнев сообщил, что в соответствии с национальным проектом предстоит довести долю малых и средних предприятий в общем экспорте до 10 процентов; между тем, на Дальнем Востоке уже достигнут рубеж в 20 с небольшим процентов. Это объяснимо: российский мегарегион граничит со странами АТР, являющимися его естественными партнерами. Сегодня стоит задача увеличивать количество малых и средних предприятий и ориентировать их на экспорт; малых сегодня не так и много на Дальнем Востоке, потому что спрос на внутреннем рынке в целом невелик.

Генеральный директор в России и на развивающихся рынках Европы компании eBay Илья Кретов отметил чрезвычайно развитую электронную торговлю в странах АТР. Это, убежден он, солидная ниша и для нашего бизнеса, но одна из задач – иметь склады товаров, максимально приближенные к потенциальным потребителям; еще лучше – непосредственно в их странах, а для этого следует находить надежных партнеров.

Вице-губернатор Приморского края Дмитрий Братыненко отметил важность развития приграничных сельскохозяйственных территорий. Соседи готовы массово закупать сою, которую Приморье выращивает без ГМО, и это шанс для российского бизнеса, подчеркнул он. Приморье охотно предоставит площадки, на которых совместные предприятия будут собирать разнообразную технику, используя ввезенные технологии. Эта техника в значительной степени может идти на экспорт.

Участники дискуссии сошлись во мнении, что экспортный потенциал Дальнего Востока следует развивать максимально активно, создавая для этого соответствующие условия.

Пресс-служба ТПП РФ, А.Бондарь

Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > tpprf.ru, 12 сентября 2018 > № 2726890 Сергей Катырин


Россия. ДФО > Транспорт > lgz.ru, 11 сентября 2018 > № 2731911 Владислав Иноземцев

Бросок через… пролив Окупится ли Сахалинский мост хотя бы за двести лет?

Иноземцев Владислав

Взгляд

Среди политико-экономических новостей минувшего лета выделяется объявление об очередной мегастройке (на этот раз – моста между Сахалином и материком), как о чём-то если не практически решённом, то весьма вероятном. Речь об этом зашла и на Госсовете в канун Восточного экономического форума во Владивостоке. Ранее сообщалось, что на мост и на подъездные пути государство готово потратить как минимум 540 млрд. рублей – сумму, соответствующую необходимому увеличению трансфертов в Пенсионный фонд за 3–4 года, если бы возраст выхода на пенсию оставался неизменным. Однако мост показался кому-то важнее обеспечения «заслуженного отдыха» миллионов россиян – и уже поэтому он достоин внимания.

Я не буду касаться технической реализуемости проекта – современные тех­нологии и материалы делают возможной практически любую конструкцию. Куда важнее вопрос экономический: какой эффект власти намерены получить от данного предприятия? Ведь для того, чтобы быть признанным выгодным, такой проект должен либо окупиться, либо обеспечить экономи­ческий рост в сопредельных стройке регионах, сопоставимый с затратами на него. Насколько можно судить, ни того ни другого не предвидится.

Сначала о чистой коммерции. Мост в открытом море через пролив шири­ной 8 км имеет, пожалуй, только один очевидный аналог – это Эресуннский совмещённый железнодорожный и автомобильный мост между Швецией и Данией длиной в 7,85 км, открытый в 2000 году. Стоимость его четырёхлетнего строительства составила Є2,6 млрд., а включая все подъездные сооружения – немногим более Є4 млрд. (или около 320 млрд. рублей по текущему курсу). Но при этом на мост не было потрачено ни одной шведской или датской кроны бюджетных средств, а окупиться гигантское сооружение должно уже к 2026 году. Причём некая часть доходов начиная с 2008-го направлялась на дивиденды на вложенный капитал (см.: Facts Worth Knowing about the Oresund Bridge, с. 22–24). Причины просты: это востребованность переправы (только в первой половине 2018 года по мосту проехало 3,57 млн. машин, а по железной дороге было перевезено почти 6,5 млн. пассажиров), а также высокая платёжеспособность пользователей (за проезд легкового автомобиля компания-оператор взимает плату в эквиваленте Є55–59 (4,5 тыс. рублей).

Совокупность этих факторов и определяет экономику проекта. При этом стоит отметить, что даже в Европе с её развитыми промышленностью и логистикой грузовые перевозки по Эресуннскому мосту приносят менее 10% доходов: учитывая, что до того же Стокгольма от шведской оконечности моста более 600 км, операторы полагают, что в столицу Швеции бывает проще доставить товары из крупных портов Западной Европы морем.

У России – особенная стать, и расчёты нам нипочём. Мы хотим строить ис­ключительно железнодорожный мост сопоставимой стоимости в регион, где проживают менее 500 тыс. человек, а продукция которого в основном экспортируется, причём морским транспортом. В 2017 году регион вывез товаров за рубеж на $10,6 млрд. при валовом региональном продукте в 767,8 млрд. рублей ($13,6 млрд.) Грузооборот между континентальным Дальним Востоком и Сахалином составил менее 1 млн. т, а пассажиропоток – около 900 тыс. человек, причём только 6% путешественников воспользовались паромной переправой, тогда как большинство на самолётах проследовали в центральные районы страны.

Это значит, что практически никто из путешественников не будет делать 1000-километровый крюк на поезде, чтобы добраться до Комсомольска-на-Амуре. На этом фоне даже часто критиковавшийся Крымский мост выглядит образцом эффективного хозяйствования: 3–5 миллионов человек будут пользоваться им ежегодно (кстати, планы его строительства анонсировались в качестве «моста дружбы» между Украиной и Россией ещё в 2013 году).

Сахалинский же мост не окупится даже за двести лет – и то если весь товарный и пассажирский трафик перевести на него и ни копейки не тратить на эксплуатацию и ремонт. Однако и это слишком оптимистично. Для того чтобы мост имел смысл, необходимо 880 км железных дорог как на острове, так и на континенте. В этих районах ничего не строили с 1979 года – так что ри­ски проекта остаются весьма высокими.

Не лучше обстоят дела и с развитием Дальнего Востока в свете строитель­ства нового моста. Предполагается, что он должен дать толчок освоению северной части Сахалина, так как сегодня основное население сосредоточено на юге, где в трёх городах (Южно-Сахалинске, Корсакове и Холмске) проживает 60% населения острова. Масштабная добыча нефти и газа на севере острова ведётся в основном вахтовым методом, и в ней сегодня занято не более 10 тыс. человек, что не является поводом для реализации столь значительных транспортных проектов. В континентальную часть страны газ идёт по действующему с 2011 года трубопроводу Сахалин–Хабаровск–Владивосток, а нефть и большая часть газа в сжиженном виде поставляется на экспорт прямо с месторождений по морю. Какой дополнительный импульс местной экономике способно дать соединение транспортной системы острова с континентом, не вполне понятно. Сегодня экономика Сахалина в значительно большей мере связана с Японией, чем с Центральной Россией.

Однако, судя по всему, никакие экономические соображения не могут пе­ревесить геополитической «целесообразности» проекта. Владимир Путин уже заявил, что подобная стройка станет «мероприятием планетарного мас­штаба», а сама идея долгое время связывалась с другим мегапроектом – мостом или тоннелем между Сахалином и Хоккайдо через 43-километровый пролив Лаперуза. В последние месяцы, однако, заметно отсутствие у японцев особого интереса к предприятию, а вот идея моста между материком и Сахалином жива.

Причина, на мой взгляд, кроется в отчётливо проявляющемся у российского руководства стремлении, скажем так, «пометить» границы контролируемого пространства. Если посмотреть на основные мегастройки последнего времени, нельзя не заметить, что практически все они – от Крымского моста и объектов Олимпиады в Сочи через реконструкцию Транссиба, сооружение космодрома «Восточный» и масштабного обновления Владивостока до моста на Сахалин, развития Севморпути и проектов Северного широтного хода – располагаются по границам страны и практически никак или мало встроены в какую-либо комплексную стратегию пространственного развития большинства регионов.

Возможно, такое поведение продиктовано чем-то инстинктивным – но всякий раз, к сожалению, оказывается, что задирание лапки в очередной экзотической точке обходится российским налогоплательщикам всё дороже.

Владислав Иноземцев,

доктор экономических наук

ВЭФ-2018

Когда номер готовился в печать, во Владивостоке набирал обороты Восточный экономический форум. Он, как ожидают, станет рекордным по подписанию деловых соглашений и весьма значимым для укрепления взаимовыгодного сотрудничества в регионе. Накануне Владимир Путин и прибывший на ВЭФ-2018 премьер-министр Японии Синдзо Абэ посетили российско-японский двигателестроительный завод «Мазда Соллерс Мануфэкчуринг Рус» (создан в 2011 году), где в их присутствии запустили конвейер по выпуску двигателей для автомобилей «Мазда».

Владимир Путин дал старт ещё нескольким производствам в Дальневосточном федеральном округе. Это агропромышленный комплекс «Русагро» в приморской ТОР «Михайловский». Инвестор создаёт комплекс по выпуску 82 тысяч тонн мяса свинины в год. Ещё один проект – строительство Баимского ГОК на Чукотке. Комбинат позволит вести разработку одного из крупнейших в мире месторождений меди. Уже идёт монтаж городка строителей. Внешняя инфра-структура будет обустроена здесь за счёт государственно-частного партнёрства. Третий проект –строительство в бухте Бечевинской на Камчатке терминала по перевалке СПГ с Ямала и Гыдана. Это даст региону значительные налоговые поступления и решит проблему его стабильного газоснабжения.

То есть обсуждения обсуждениями, а их на форуме будет немало – его деловая программа включает четыре основные направления, – но главное – создать в итоге условия для более интенсивного развития региона, откуда пока не остановлен отток людей в более благоприятные районы страны. Об этом накануне форума в присутствии президента шёл жёсткий разговор на Государственном совете РФ.

Россия. ДФО > Транспорт > lgz.ru, 11 сентября 2018 > № 2731911 Владислав Иноземцев


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 11 сентября 2018 > № 2729028 Андрей Тарасенко

Рабочая встреча с врио губернатора Приморского края Андреем Тарасенко.

В ходе поездки в Приморский край Владимир Путин провёл рабочую встречу с временно исполняющим обязанности губернатора региона Андреем Тарасенко.

В.Путин: Андрей Владимирович, мы про выборы говорить сейчас не будем или, может быть, в конце. Знаю, что у вас второй тур предстоит. Всё, думаю, будет в порядке.

Хотелось бы в основном поговорить о ситуации в регионе. Как Вы её оцениваете, какие видите проблемы нерешённые, решаемые, труднорешаемые, чем надо помочь?

А.Тарасенко: Сейчас была активная циклоническая деятельность. С 21–го по 6–е очень много осадков выпало. 12 муниципальных образований, 299 жилых [строений], большой ущерб, ущерб по дорожной инфраструктуре – 720 миллионов. По людям: 7,5 тысячи человек пострадало, где–то 117 миллионов выплачиваем. 34 тысячи гектаров сельскохозяйственных угодий пропало. Это где–то 680 миллионов.

Была комиссия, Юрий Петрович Трутнев организовал, сейчас поручения готовим во все министерства. Помощь нужна.

В.Путин: «Предварительный ущерб – 720 миллионов рублей». Что значит предварительный? Это по чьим оценкам?

А.Тарасенко: Это оценка МЧС.

В.Путин: А сколько хозяйств пострадало?

А.Тарасенко: Хозяйств пострадало около сорока семи.

В.Путин: Надо людям помочь.

А.Тарасенко: Всё делаю. Сейчас делаются оценки, делаем как можно быстрее, потому что зима на носу.

В.Путин (смотрит документы): Здесь четыре объекта инженерной защиты.

А.Тарасенко: Сейчас сделали проект, быстро сделали, в режиме ЧС. Почему я и говорил, что сейчас важно, пока есть такие разрешения, начать делать дамбу.

В.Путин: Но здесь гораздо больше – миллиард шестьсот девяносто.

А.Тарасенко: Деньги даёт Министерство природы со мной в софинансировании. Я уже договорился, они помогут, потому что действительно дамба нужна. На 9,5 метра поднялась вода. Не было такого десять лет.

В.Путин: Вы уже обращение в Правительство составили?

А.Тарасенко: Подготовил, да, всё сделал.

В.Путин: Отдадите мне сегодня.

А.Тарасенко: Хотел Вам показать [материалы]. 1600 мостов, беда с мостами полная. Все мосты старые, их сносит. Край, получается, отрезан, целые поселения, целые города.

В.Путин: Старенькие совсем.

А.Тарасенко: Да. Я разговаривал с «Автодором», могут ли помочь. Потому что я не потяну. Я в год 12 мостов тяну. Но 428 – такое количество. Они говорят, будет поручение – у нас есть фонд, готовы подключиться.

В.Путин: Хорошо, я посмотрю.

А в целом по экономике как?

А.Тарасенко: По экономике плюс у меня начинается. Мы сегодня с дефицита уходим в ноль, примерно идём в ноль. Профицита нет, но пока я в ноль делаю.

В.Путин: Дефицита уже нет, да?

Тот объём помощи, который краю намечен был в этом году, он поступает?

А.Тарасенко: Да, замечательно, выручает в этой части. Я делаю кабинет, к примеру, рентгеновский, всё нормально, но у меня нет врачей. У меня беда – 50 процентов врачей в больницах. Раньше было направление: люди из Питера ехали на Дальний Восток по распределению, потому что есть бюджетные места. Если бы такое сделали предложение, я здесь поддержу, всё сделаю, подъёмные дам и так далее. Но я не потяну, 1750 врачей мне надо на край. Сегодня медицинские институты готовят, но всё расписано уже на семь лет вперёд. Я нигде не могу достать. То есть если бы распределение было, ехали бы из Питера, из Москвы. Бесплатное же обучение, пять лет. Многие здесь, кто на Дальнем Востоке живёт, прибывали по распределению и оставались.

Из горного института все мечтали сюда прибыть, в Дальнегорск, потому что были оклады, квартиры, работа была, стабильность. Сейчас мне нужны шахтёры. Сейчас «Полиметалл» выходит на миллион тонн, как в советское время.

Как эти все братья Ананьевы сбежали – стали порядок здесь наводить, всё сразу же вернулось в нормальное состояние, вкладываем в капитализацию завода, поднимаемся. Сами начали даже рудную гавань приводить в порядок, такого не было.

Шаг за шагом, я думаю, что порядок наведём, сделаем.

В.Путин: В социальной сфере как у вас? Имею в виду детские сады, ясли и так далее.

А.Тарасенко: «Надо сделать средний оклад врача или преподавателя 36 тысяч». Всё это хорошо. Когда я начал разбираться, оклад – 13 тысяч. Путём набора дополнительных занятий получает потом тридцать шесть. Но это ненормально, поэтому сейчас с 1 января по Вашему указанию поднимаю полностью оклады, именно оклады, на 5–7 процентов.

В.Путин: К сезону школьному нормально подготовились?

А.Тарасенко: Да, подготовился. Во Владивостоке чуть не попал на трёхсменку, потому что не делали до меня никакие проекты, ничего не происходило.

Сегодня военный лес «поджал» город. Город не развивается, потому что сзади находится лес. Не можем микрорайоны строить, всё ужимаемся. Доходит до того, что заходят в парковые зоны, 20–этажные дома делают: заходят в парк, нарезают. Свободный порт и так далее.

В.Путин: Хорошо, это мы обсудим, Вы мне вчера ещё об этом говорили.

Сейчас поговорим поподробнее.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 11 сентября 2018 > № 2729028 Андрей Тарасенко


Россия. Весь мир. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 11 сентября 2018 > № 2728965 Владимир Путин

Встреча с представителями зарубежных деловых кругов.

На полях Восточного экономического форума Президент России провёл встречу с представителями зарубежных деловых кругов.

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Я очень рад приветствовать всех вас в России, во Владивостоке, – вас, представителей, руководителей компаний и предприятий, которые уже реализуют здесь, на Дальнем Востоке, свои проекты, а также тех, кто ещё только присматривается и собирается начать работу.

Сегодня можем поговорить в неформальной, доверительной обстановке о вопросах, которые для вас являются значимыми и которые вас интересуют, о том, как более активно продвигать экономические инициативы здесь, на этой части российской территории.

Отмечу, что наш безусловный приоритет – это поступательное комплексное развитие всего дальневосточного региона. За последние годы мы запустили здесь целый ряд механизмов для стимулирования деловой активности, включая льготные налоговые и административные режимы, сопровождение крупных проектов.

Мы предлагаем инвесторам удобные финансовые инструменты, развиваем инфраструктуру: энергетику, связь, транспорт. Конечно, здесь ещё очень-очень много нужно сделать: территория просто колоссальная, – это само собой разумеется. Мы это понимаем, отдаем себе в этом отчёт, тем не менее наращиваем пропускную способность железных дорог, мощности морских портов и, конечно, работаем над повышением качества профессионального образования в регионе, подготовкой квалифицированных кадров – словом, создаём максимально комфортные, во всяком случае стремимся к созданию максимально комфортных условий для притока капиталов на Дальний Восток России, для роста эффективности и масштаба реализуемых здесь проектов.

Объективные, естественные преимущества региона также хорошо всем известны: это выгодное географическое положение, высокая обеспеченность ресурсами.

Вместе с тем важно, чтобы зарубежные инвесторы и вообще любые инвесторы, приходящие на Дальний Восток, не находились, что называется, в плену стереотипов, а, принимая решения, ориентировались не на вчерашний день, а на будущее.

Дальний Восток сегодня открывает большие перспективы для бизнеса по самому широкому кругу и спектру вопросов. И это уже не только традиционные отрасли, такие как добыча и первичная переработка сырья, транспорт, торговля, – перспективное развитие региона мы связываем с укреплением его научно-технического и образовательного потенциала, с открытием производств, выпускающих продукцию с высокой добавленной стоимостью.

Поэтому в первую очередь будем поддерживать инициативы по созданию высокотехнологичных, наукоёмких производств, качественных, высокопроизводительных рабочих мест, проекты, которые расширяют экспортные возможности Дальнего Востока и всей Российской Федерации. И конечно, общим требованием для всех проектов является соблюдение строгих экологических стандартов, бережливое отношение к окружающей среде. Ничего нового здесь я вам не скажу, в ваших странах происходит всё то же самое.

Конкуренция за возможность работы на Дальнем Востоке растёт. И мы готовы поддерживать лучшие, наиболее проработанные проекты и крупных корпораций, и малого и среднего бизнеса. На это настроены и федеральные органы власти, и регионы Дальнего Востока России.

Очень рад вас всех видеть; пожалуйста, давайте проведём эту беседу. Она будет не такой длинной, как мне хотелось бы: имею в виду, что у меня есть ещё обязательства перед своими коллегами, есть протокольные обязательства, – думаю, вы отнесётесь к этому с пониманием.

Конечно, я понимаю, что самые-то важные партнёры для нас – это вы, те люди, которые непосредственно работают. Но поскольку я являюсь хозяином сегодняшнего мероприятия, то я должен быть вежливым по отношению к моим непосредственным гостям – лидерам государств, которые принимают участие в форуме: это и Премьер Японии, и Председатель Китайской Народной Республики, Президент Монголии и Премьер Республики Корея.

Я в вашем распоряжении, пожалуйста.

Россия. Весь мир. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 11 сентября 2018 > № 2728965 Владимир Путин


Россия. Азия. ДФО > Таможня. Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > customs.ru, 11 сентября 2018 > № 2727378 Владимир Булавин

ВЭФ-2018: «Роль таможни во многом является определяющей для развития Дальнего Востока».

Делегация Федеральной таможенной службы во главе с руководителем ФТС России Владимиром Булавиным принимает участие в IV Восточном экономическом форуме (ВЭФ) во Владивостоке.

В первый день форума Владимир Булавин выступил на сессии «Дальний Восток как центр экономического сотрудничества с АТР: диалог бизнеса и власти». «Дальний Восток имеет сочетание всех необходимых условий для динамичного роста. Роль таможни в развитии региона во многом является определяющей», – подчеркнул глава ведомства.

Владимир Булавин: «Товарооборот в зоне деятельности наших таможенных органов на Дальнем Востоке увеличился с 20 млрд дол. в 2015 г. до 25 млрд дол. по итогам 2017 г. При этом индекс таможенной стоимости увеличился с 2,5 дол. до 3,08 дол. за килограмм веса. Платежи в федеральный бюджет увеличились со 164 млрд дол. до 200 млрд дол.».

На Дальнем Востоке развиваются международные транспортные коридоры «Приморье-1» и «Приморье-2», которые обеспечивают выход бизнеса северных провинций КНР к морским портам Приморского края и далее на международные морские пути. За 2017 год по МТК «Приморье-1» и «Приморье-2» таможенники оформили 820 товарных партий общим весом более 102 тыс. тонн, перемещаемых как автомобильным, так и железнодорожным транспортом.

Владимир Булавин: «Для международных транспортных коридоров нам удалось существенным образом упростить таможенные процедуры: контрольные функции сведены к визуальному осмотру контейнеров с точки зрения сохранности пломб. Это, в конечном счете, сказывается на длительности нахождения контейнеров в пути: время оформления сократилось с 2,5 часов до 30 минут».

Владимир Булавин: «Будущее транспортных коридоров мы напрямую связываем с развитием партнерских отношений с таможенными администрациями других стран. Прежде всего это Китай, Япония, Южная Корея. Здесь есть неплохие результаты: нам в режиме эксперимента удалось провести такие процедуры как взаимное признание данных по контролю таможенной стоимости, обмен снимками инспекционно-досмотровых комплексов, синхронизацию наших систем управления рисками, взаимное признание уполномоченных экономических операторов. Все это положительно сказывается на скорости таможенного оформления».

Россия. Азия. ДФО > Таможня. Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > customs.ru, 11 сентября 2018 > № 2727378 Владимир Булавин


Россия. ДФО > Транспорт > mintrans.ru, 10 сентября 2018 > № 2745110 Евгений Дитрих

Выступление Евгения Дитриха на заседании президиума Госсовета по вопросам опережающего социально-экономического развития Дальнего Востока

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

По транспортному комплексу целый ряд вопросов, который сегодня затронут в нашем обсуждении, требует дополнительных комментариев.

Начну с авиаперевозок. Этот сектор в 2018 году был в сфере особого внимания. В 2018 году тенденция роста авиаперевозок по Российской Федерации в целом продолжились. За семь месяцев этого года перевезено 64 миллиона пассажиров, на внутренних линиях перевезено 38 миллионов.

При этом объем перевозок внутри Дальневосточного округа и в Дальневосточный округ и обратно составляет около шесть миллионов пассажиров, это 10 процентов от объема перевозок в Российской Федерации.

Рост по семи месяцам 2018 года к соответствующему периоду прошлого года составил порядка 5,5 процента, то есть люди продолжают летать, перевозки продолжают наращиваться.

В рамках программ субсидирования ежегодно перевозится порядка 1,5 миллиона пассажиров, при этом только в Дальневосточном округе в прошлом году перевезено 600 тысяч человек.

Суммарно на ДФО в прошлом году выделено четыре миллиарда рублей с небольшим или 59 процентов от общего объема всех субсидий, которые мы выделяем на авиационные перевозки. Кроме того, 500 тысяч человек в прошлом году перевезено по «плоским» тарифам «Аэрофлота».

В общем, в прошлом году в Дальневосточном округе воспользовались льготной перевозкой воздушным транспортом порядка 1 млн 117 тысяч пассажиров или 18,5 процентов от всех перевезенных пассажиров в Дальневосточном округе.

На 2018 год по всем программам на Дальневосточный округ выделено 4,2 млрд рублей или тоже 59 процентов от общей суммы всех субсидий.

Был ряд системных вопросов, которые мы по авиации с коллегами совместно рассматривали, прорабатывали и договаривались решать. Во-первых, сегодняшние объемы субсидий, которые выделяются, недостаточны. Было обращение, которое совместно с министром Александром Козловым направляли в Правительство Российской Федерации о выделении в этом году дополнительных средств на субсидирование перевозок на Дальний Восток. Это предложение было поддержано – 400 миллионов рублей было выделено дополнительно из Резервного фонда. Распоряжение Правительства о фиксации этой суммы на сегодняшний момент внесено в Правительство и находится на оформлении. 300 миллионов рублей дополнительно внесено в качестве корректировки поправки в бюджет на 2018 год.

Что касается дополнительных объемов на 2019 и последующие годы, в процессе рассмотрения Бюджетной комиссией достигнута договоренность. Антон Германович ее поддержал, в отношении того, что мы будем также представлять предложения по дополнительному финансированию, и в рамках Резервного фонда такого рода дополнительные предложения могут быть поддержаны.

В целом мы рассмотрели вопрос о расширении субсидирования дальневосточных перелетов в рамках комплексного плана модернизации транспортной инфраструктуры на 2019–2024 годы, который был подготовлен в соответствии с майским указом.

Исходя из потребностей, которые заявили регионы, в этом комплексном плане зафиксированы суммы на 2019-2024 годы по субсидированию в объеме 36 миллиардов рублей, в том числе по первой трехлетке – это 4,5, 5 и 5,5 миллиардов рублей. Об этих объемах финансирования в целом по комплексному плану мы с Министерством финансов договорились. Общие объемы, общие суммы согласованы.

Продолжим также на будущее перевозить пассажиров по «плоским» тарифам. В 2018 году Группой «Аэрофлот» запланировано перевезти более 900 тысяч пассажиров по «плоскому» тарифу. Это на 70 процентов больше, чем в 2017 году.

Нами подготовлен ряд предложений по программам государственной поддержки авиаперевозок. Эти предложения направлены на то, чтобы расширить срок по оказанию государственной поддержки и установить ее на круглогодичной основе, расширить перечень субсидируемых маршрутов, включить многодетных родителей в дополнение к лицам, которые обладают правом на воздушную перевозку по специальному тарифу.

Мы обговаривали повышение предельной ортодромии маршрутов - протяженности маршрутов - до 3 тысяч километров для Дальневосточного и Сибирского округов по сравнению с 1,5 тысячи для других федеральных округов. И установить коэффициент труднодоступности для тарифов в Дальневосточном округе и Арктической зоне, который позволит нивелировать эффект от роста цен на керосин.

Две проблемы здесь, Владимир Владимирович. Первая состоит в том, что завоз керосина на дальневосточные аэропорты оказывается дороже, чем если бы мы потребляли его в Центральной России или в Сибирском округе. Рост по сравнению с доступными районами составляет от 10 до 40 процентов. Соответственно, это оказывает существенный рост также и на услуги, и на цену билета. Поэтому надеемся, что коэффициентами труднодоступности мы сможем несколько нивелировать этот рост цен на керосин.

В целом по этому году мы проанализировали первое полугодие, рост цен на керосин составил порядка 18–20 процентов для авиакомпаний, а по году ожидается, что рост достигнет 30 с небольшим процентов. Расчет показал, что порядка 50 миллиардов рублей может составить в деньгах такой рост. Предложение по предоставлению авиакомпаниям единовременной разовой субсидии на компенсацию роста цен на керосин мы подготовили. Попросили профинансировать около 22,5 миллиардов в качестве компенсации за рост цен на керосин. Это позволит с учетом сегодняшнего определенного повышения лизинговых платежей авиакомпаниям зафиксировать цены на авиабилеты, не допустить их дальнейшего роста.

Совместно с министерством по развитию Дальнего Востока и губернаторами мы просим составить единый план по анализу спроса на авиаперевозки на Дальний Восток для того, чтобы мы понимали, в каких объемах и какое количество пассажиров мы прогнозируем на будущее. Это позволило бы нам подтянуть авиакомпании по количеству воздушных судов и расширению географии рейсов. К этой работе сейчас приступили, создали совместную рабочую группу. Эту работу продолжаем.

Должен сказать также о том, каким образом мы подходим к финансированию проектов на территории Дальнего Востока. В начале этого года была переутверждена Государственная программа развития транспортной системы до 2021 года, и сейчас мы прорабатываем ее продление до 2025 года.

В действующей программе транспортные инфраструктурные проекты на территории Дальневосточного округа финансируются в объеме 94 млрд 800 миллионов рублей, это 7,8 процента от общего объема финансирования проектной части.

В рамках комплексного плана магистральной инфраструктуры, который составит наш основной инвестиционный объем на ближайшие шесть лет, размер средств, планируемых на развитие проектов на территории Дальневосточного округа, по предварительной оценке, планируется около 362 миллиардов рублей. Это составит порядка 9,2 процента от общего предполагаемого объема финансирования комплексного плана.

И если позволите, буквально два слова в отношении автомобильных дорог, эта тема также поднималась. Мы сегодня структурировали этот национальный проект, он практически готов, паспорт проекта подготовлен Правительством, предварительно одобрен для рассмотрения на президиуме по приоритетным и национальным проектам.

Мы зафиксировали несколько важнейших задач. Во-первых, не менее половины региональных дорог привести в нормативное состояние. И здесь для субъектов Российской Федерации Дальневосточного округа картина, наверное, довольно неплохая. Четыре субъекта сегодня уже такого показателя достигли, 50 процентов дорог в нормативном состоянии у них. Четыре субъекта имеют показатель 40 процентов дорог в нормативе и выше. Соответственно, шансы достичь целей очень высоки. По Республике Саха сегодня базовый показатель 29 процентов в нормативном состоянии. Будем интенсивно работать на то, чтобы подтянуть к 50-ти.

Два обстоятельства по этому поводу. Во-первых, мы планировали передать всем регионам часть дополнительно выделяемого акциза на цели приведения дорог в нормативное состояние с тем, чтобы не дестимулировать те регионы, которые уже вложились в дороги, не отнимать у них ту часть дополнительного финансирования, которая могла бы поступить. Три процента этого объема дополнительных акцизов будут поступать всем регионам, в том числе регионам Дальневосточного округа.

В целом по приведению дорог в нормативное состояние по Дальневосточному округу планируется сумма на шесть лет порядка 23 миллиардов рублей. Просьба, Владимир Владимирович, мы обсуждали довольно интенсивно в Правительстве с участием Администрации Президента механизм, которым мы могли бы направлять регионам эти средства. Наше предложение - Министерства транспорта - состоит в том, чтобы сконцентрировать дополнительно поступающие от акцизов средства в Федеральном дорожном фонде и по специальному распределению, по специальному механизму доводить их до регионов.

Мы такой механизм опробовали на примере приоритетного проекта «Безопасные дороги», который реализовывался в прошлом и в этом году. Те, кто в нем участвовал, в том числе и субъекты Дальневосточного округа, наверное, скажут о том, что этот механизм зарекомендовал себя неплохо. Мы составляли совместные программы по автомобильным дорогам и использовали на это федеральные и региональные средства. Просим такого же рода механизм распределения дополнительных средств через Федеральный дорожный фонд поддержать и для национального проекта. Это повысит управляемость и результативность.

И с точки зрения снижения смертности буквально два слова хотел бы сказать. Внутри национального проекта есть специальный раздел, который называется «Обеспечение безопасности дорожного движения». Он нацелен именно на мероприятия по снижению смертности не только дорожными действиями, но и профилактикой правонарушений, обучением детей, строительством вертолетных площадок неподалеку от больниц крупных центров. Мы планируем вместе с МВД снизить количество погибающих в дорожно-транспортных происшествиях. Полагаем, эти меры позволят нам достичь этого показателя.

У меня всё.

Спасибо.

Россия. ДФО > Транспорт > mintrans.ru, 10 сентября 2018 > № 2745110 Евгений Дитрих


Китай. ДФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 10 сентября 2018 > № 2726683 Иван Зуенко

Сможет ли Россия накормить Китай дальневосточной соей

Иван Зуенко

Из-за торговой войны с США Китай заинтересовался поставками сои из России. Агентство по привлечению инвестиций на Дальний Восток обещает выделить иностранным инвесторам до 1 млн гектар земли, пригодной для производства этого продукта. Но, несмотря на бодрые рапорты чиновников, потенциал России в борьбе за многомиллиардный китайский рынок сои по-прежнему весьма скромен, а вот риск породить взаимные завышенные ожидания, напротив, велик

Пятнадцатого июня президент США Дональд Трамп установил заградительные пошлины на импорт товаров из Китая. Пекин тут же ввел аналогичные меры в отношении 659 наименований американских товаров, и самым значимым среди них оказались соевые бобы. Потребление сои в Китае огромно: ее добавляют в самые разные блюда, из нее делают масло, напитки и даже сладости. Своей сои не хватает, и ежегодно только из США Китай импортировал порядка 70 млн тонн на сумму $12 млрд (для сравнения: Россия за последний год поставила в КНР 800 тысяч тонн сои).

Из-за введения 25% пошлины под вопросом оказались перспективы дальнейших поставок. Ответив Трампу и заодно обрушив мировой рынок сои, Китай занялся поиском новых источников соевых бобов. Главным из них считается другая заокеанская страна, Бразилия. Ожидается, что бразильцы займут до 50% всего китайского импорта сои. Около 5% придется на Аргентину.

А что же гораздо более близкий к Китаю российский Дальний Восток? Для производства сои здесь оптимальные климатические условия. Расстояния для вывоза продукции – смешные. Российские власти создали целый ряд преференциальных режимов и бюрократических структур, ориентированных как раз на привлечение в регион инвестиций, в том числе в сельское хозяйство.

Четырнадцатого августа руководитель одной из таких структур, Агентства по привлечению инвестиций и поддержке экспорта, Валерий Дубровский заявил, что Россия ожидает притока иностранных инвестиций (около 50% – из Китая) для освоения имеющегося 1 млн гектаров сельхозземли. Материал об этом опубликовала влиятельная китайская газета South China Morning Post. Крупная китайская госкорпорация COFCO уже подала заявку на статус резидента ТОР Михайловская в Приморском крае с проектом создания большого элеватора и склада хранения сельхозпродукции, в том числе соевых бобов.

Предполагается, что расширение российско-китайского сотрудничества в области производства сои будет одной из основных тем на переговорах представителей двух стран во время Восточного экономического форума, который пройдет 11–13 сентября и куда приедут Владимир Путин и Си Цзиньпин. Не исключено, что тема дальневосточной сои, которая вдруг превращается в важный стратегический ресурс, будет затронута в выступлениях руководителей двух стран.

Между тем, как водится, в ситуации есть нюансы. Заявления господина Дубровского вызвали у экспертов, хорошо знакомых с ситуацией в сельском хозяйстве региона, саркастическую улыбку. Несмотря на стереотипное представление о Дальнем Востоке как о бескрайних просторах пустующей земли, местные специалисты знают, что резервов для резкого увеличения сельхозпроизводства там попросту нет. Главная причина этого – отсутствие свободной площади, пригодной для растениеводства.

Свободной земли точка нет

Если смотреть на Дальний Восток из бизнес-класса самолета Москва – Владивосток, он выглядит как огромная необжитая целина. Но если поездить по полям и деревням, то легко увидеть, что большая часть площадей либо гористые, либо заболоченные, либо находятся в поймах рек и легко затапливаются при первом же тайфуне (а их на Дальнем Востоке с его муссонным климатом хватает).

Да, по бумагам неосвоенная земля есть. Но официальная статистика в данном случае может быть весьма обманчивой. По данным департамента сельского хозяйства Приморья, в крае порядка 700 тысяч гектар пашни. Из них посевная площадь составляет 450 тысяч га, еще 20–50 тысяч ежегодно находится под паром, столько же выведено из оборота в связи с банкротством или сменой собственника.

Однако и по поводу оставшихся 150–200 тысяч га обольщаться не следует. Как правило, это земля, которая никому не нужна, поскольку заниматься на ней рентабельным хозяйством практически невозможно. Это либо болотистые топи – типа той, что досталась участнику программы «Дальневосточный гектар» казаку Юрию Бугаеву, либо «мелкоконтурные участки», собрать из которых более-менее крупный земельный пул без масштабных капиталовложений невозможно.

Период «первоначального накопления земельных фондов» уже закончился. Земельные паи, доставшиеся селянам в наследство от колхозной системы, разобраны. Вся пригодная сельхозземля имеет своих хозяев, и дешево ее уже никто не продаст. Тем более никуда не уйдут крупные игроки, вложившие серьезные средства в формирование земельных пулов и создание производственно-логистической инфраструктуры.

Крупнейший из них – федеральная компания «Русагро». В 2016–2017 годах компания агрессивно зашла на местный рынок, часть земель выкупила, а часть взяла в аренду по завышенным ставкам. Собственники земли, ранее сдававшие ее по более низкой цене местной компании «Армада» (фактически «дочка» корпорации «Хуасинь» из приграничного уезда Дуннин), предпочли иметь дело с федеральным игроком. «Армада» осталась без земли и вынуждена была уйти из сельхозотрасли, продав «Русагро» имевшиеся земельные фонды, технику и складские помещения.

Между тем это был крупнейший и самый успешный представитель китайского бизнеса во всем Приморском крае. Представить, что в сложившейся ситуации у «Русагро» найдется достойный конкурент, очень сложно. Учитывая, что иностранцы не могут иметь сельхозземли в собственности, а аренда у юридических лиц крайне ненадежна, вообразить, что подобным конкурентом будет иностранная компания, еще сложнее.

Приход иностранного инвестора сопряжен с рядом трудностей. Во-первых, высокая стоимость земли: 35–38 тысяч рублей за гектар в южных районах Приморского края, 25-30 тысяч рублей в северных районах. Во-вторых, необходимость вкладываться не только в покупку земли, но и выкуп у прежних собственников всей сопутствующей инфраструктуры (техника, склады и так далее), без которых фермеры, как правило, землю не продают. В-третьих, дабы обойти ограничения в российском законодательстве, нужно будет искать российского зиц-председателя, который вопреки ожиданиям инвестора зачастую оказывается весьма деятельным и плохо контролируемым.

И самое главное: все это без особых перспектив резко увеличить производство за счет целины, поскольку этой целины попросту нет. В лучшем случае речь может идти о 50–70 тысячах га пашни в Приморском крае, о 150–200 тысячах га в Амурской области. В Хабаровском крае и Еврейской автономной области цифры значительно меньше из-за обилия болот.

Бобовое золото и соевые фьючерсы

Итак, свободной земли нет, а большая часть обрабатываемой уже сейчас отдана под сою. Например, в Приморском крае ею занято до 70% пашни. Резкий рост производства сои начался после распада СССР и был обусловлен ее исключительной прибыльностью. Постоянный спрос на соевые бобы обеспечивает Китай, а также мода на веганские продукты из сои в самой России. До падения котировок сои на Чикагской бирже стоимость соевых бобов, скажем в Октябрьском районе Приморского края, достигала 30–35 рублей за килограмм. Рентабельность производства сои начинается с четырех центнеров с гектара, притом что в среднем современные урожаи достигают 20 ц/га.

Как шутит начальник управления сельского хозяйства Смидовичского района Еврейской автономной области Михаил Святовец, «при Союзе за урожай восемь центнеров с гектара медаль давали». Сейчас общее производство сои раза в четыре больше, чем 20 лет назад. Это связано не только с совершенствованием технологий, но и с увеличением посевных площадей.

В погоне за прибылью большинство фермеров предпочитают переходить на сою даже в тех районах, где во времена СССР выращивали пшеницу или овес. Выращивать другие культуры – себе в убыток, особенно учитывая, что в дальневосточных условиях зерновые в основном идут на корм скоту.

Проблема в том, что сеять зерновые тоже необходимо, потому что без соблюдения севооборота питательные свойства земли быстро истощаются. Как говорят специалисты, «соя вытаскивает фосфор». Однако зачастую ее сажают по 20 лет подряд. Это становится возможным благодаря активному использованию удобрений.

Как говорит начальник отдела сельского хозяйства и охраны окружающей среды Пограничного района Приморского края Василий Цыбаков, если раньше нормой считалось 70 кг удобрений на гектар, то сейчас эта цифра доходит до трехсот. И это не считая активного использования гербицидов, без которых сою также не вырастишь, поскольку, в отличие от зерновых, она восприимчива к росту сорняков.

В подобном вредительском отношении к земле замечены не только китайские, но и российские фермеры (подробнее здесь). Понять их тоже можно. Без доступа к дешевым кредитам каждый новый сезон начинается с дефицита свободных средств. В это время потребители сои – как перекупщики, так и производители масла, колбасы, модного у хипстеров соевого творога – уже весной готовы предложить фермерам живые деньги под будущие поставки урожая сои по фиксированной цене (как правило, это около 20 рублей за килограмм). Устоять сложно. Севооборот откладывается на следующий год, а поле снова засеивается бобовым золотом.

Дефицит продукции на китайском рынке ожидаемо приведет к новому ажиотажу среди покупателей дальневосточной сои. Вероятнее всего, стоимость бобов уже к сбору урожая текущего года восстановится и даже начнет расти. Вот только резервов для значительного повышения производства, которое бы соответствовало аппетитам китайских потребителей, нет. И даже наоборот. Как отмечает Василий Цыбаков, «существует вероятность того, что урожайность сои упадет». Причина – в истощенности земли, которая неизбежно приведет к выведению пашни из-под сои в рамках севооборота.

Другая помеха росту производства сои – это строительство крупных мясо-молочных комплексов, ориентированных на китайский рынок. Сейчас экспорт мяса и молока из России в Китай запрещен, но прорыв в переговорах по поводу его возобновления ожидается уже в конце этого года. Вероятно, что-то конкретное будет сказано уже на ВЭФ.

Так или иначе, крупные российские инвесторы («Русагро», «Мерси Агро») уже сейчас строят сразу несколько больших предприятий. Пока что сырье для комбикормов завозится с запада России, что серьезно удорожает себестоимость мяса. Если в перспективе хотя бы часть скота предполагается обеспечить местным кормом, определенную долю пашни нужно будет отдать под зерновые, выведя ее, таким образом, из-под сои.

Слеза несбывшихся надежд

Иначе говоря, производство сои на Дальнем Востоке и так находится на своем максимуме. Резко увеличить его не удастся ни тем, кто работает там уже сейчас (главный из них – российский гигант «Русагро»), ни потенциальным китайским инвесторам.

Успешные китайские компании на этом рынке есть: например, компания «Елена» в Пограничном районе Приморского края или «Урми» в Смидовичском районе Еврейской автономной области. Они пользуются крупными площадями земли, солидным парком техники, имеют налаженные связи с местным истеблишментом.

Однако новым китайским инвесторам, которых, возможно, привлекут сладкие речи российских чиновников, придется нелегко. Свободной земли нет, все ниши в отрасли заняты, перспективы значительно увеличить производство драгоценной сои весьма сомнительны.

Говорить об этих перспективах – безответственно. Всерьез им верить – глупо. Да, риторика Агентства по привлечению инвестиций, возможно, приведет к некоторому всплеску интереса к вложениям в дальневосточный агробизнес. Будут проводиться встречи, писаться пресс-релизы, подписываться меморандумы о намерениях. Все это весьма эффективно, если задача состоит в том, чтобы показать свою бурную деятельность, оправдать свое существование в глазах руководства и, возможно, получить бонус: в виде годовой премии или карьерного повышения. Однако по сути это не работа на результат, а имитация его достижения.

Побочным эффектом станет появление у российского общества и наших партнеров завышенных ожиданий, которые заведомо не получится выполнить. А невыполненные ожидания, как правило, приводят к разочарованию. Причем с обеих сторон.

Китай. ДФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 10 сентября 2018 > № 2726683 Иван Зуенко


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 10 сентября 2018 > № 2725812 Владимир Путин

Заседание президиума Госсовета.

Под председательством Владимира Путина во Владивостоке состоялось заседание президиума Государственного совета, посвящённое мерам по реализации задач, определённых майским Указом Президента, в целях опережающего социально-экономического развития Дальнего Востока.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы, как и в прошлом году, встречаемся здесь, в столице Приморского края, чтобы обсудить вопросы социально-экономического развития Дальнего Востока. Оценим, как выполняются ранее принятые решения и какие новые ориентиры нам необходимо обозначить в совместной работе.

Не буду сейчас детально останавливаться на результатах, которых уже удалось добиться начиная с 2013 года, когда мы вплотную стали заниматься развитием Дальнего Востока.

Вы знаете, что сделано действительно немало. Хотел бы поблагодарить коллег, которые в последние годы проводили эту работу. И подчеркну: опираясь на фундамент уже достигнутого, нам необходимо двигаться дальше, сделать ещё больше.

В дальневосточных регионах выделены центры экономического роста. На реализацию планов социального развития в таких центрах до 2020 года выделяется свыше 50 миллиардов рублей из федерального бюджета. Их надо вложить с предельной эффективностью.

Основные направления на ближайшую и среднесрочную перспективу мы определили в июле на совещании с членами Правительства. Сейчас предметно рассмотрим ключевые вопросы с участием руководителей всех дальневосточных регионов.

Рассчитываю, уважаемые коллеги, что вы предельно подробно, откровенно обозначите проблемы, а также свою позицию по формированию национальных проектов, предусмотренных майским Указом. Эта работа ещё не завершена, и тем важнее обсудить именно сегодня те конкретные вопросы, которые приоритетны для дальневосточников.

Хотел бы также в целом услышать, в каком объёме предусмотрены в проектах мероприятия по опережающему развитию Дальнего Востока, запланированы ли специальные меры по ликвидации накопленных отставаний, сколько средств заложено, какими темпами будут достигаться поставленные цели, есть ли проблемы, решение которых затягивается и почему – нужно разобраться в причинах.

Мы должны сделать всё необходимое, чтобы люди на Дальнем Востоке могли реализовать себя, свои таланты, свои жизненные планы, были востребованы, получали достойную зарплату, жили в комфортных условиях, имели доступ к качественным услугам, не считали бы проблемой большие расстояния.

Уважаемые коллеги!

Наш важнейший приоритет – решение демографических проблем, стабилизация, а затем и рост численности населения Дальнего Востока.

Мы с вами знаем: миграционный отток из региона постепенно сокращается, но фактом остаётся то, что люди по–прежнему всё–таки уезжают. В прошлом году уехало на 17 тысяч больше, чем приехало.

Крайне важная и насущная для жителей Дальнего Востока задача – повышение транспортной доступности. Мы несколько лет выстраивали систему недорогих субсидируемых авиамаршрутов на Дальний Восток. Нужно и дальше предметно заниматься системной организацией доступных авиаперевозок, других пассажирских маршрутов на Дальний Восток.

Вызывает особую озабоченность, что 70 процентов уехавших – это люди трудоспособного возраста. И это на фоне экономического роста в макрорегионе и большой потребности в кадрах на Дальнем Востоке.

Вывод понятен: людей не устраивают сегодняшние условия для жизни. Дальний Восток по–прежнему отстаёт, проблем, безусловно, пока ещё много. Это низкая обеспеченность жильём, качественными услугами здравоохранения, образования, связи, нехватка современных объектов культуры и спорта, неудовлетворительная транспортная доступность, отставание в благоустройстве городов и посёлков.

С учётом планов, которые сейчас реализуются, новых индустриальных объектов ожидается, что к середине следующего десятилетия в регионе вырастет потребность в квалифицированных специалистах.

И этот вопрос надо решать, безусловно, уже сейчас, причём комплексно. Развивать систему профессионального образования, создавать преференции для тех, кто хотел бы переехать на Дальний Восток, и, разумеется, комфортные условия для всех, кто уже живёт на этой земле.

Давайте обсудим, какие дополнительные меры нужно ещё принять, в том числе для поддержки работодателей, которые создают рабочие места на Дальнем Востоке, вкладывают средства в подготовку кадров.

На что хотел бы обратить особое внимание: сейчас продолжительность жизни в Дальневосточном федеральном округе немногим более 70 лет. Это ниже, чем в среднем по России. Очень тревожный показатель – высокая смертность в трудоспособном возрасте: её уровень также выше среднероссийского.

Снижение смертности – важнейшая задача, и я прошу Минздрав, Правительство в целом действовать более решительно и результативно, особенно в вопросах развития инфраструктуры здравоохранения, лекарственного обеспечения.

Системный подход должен быть и в сфере регулирования важнейших тарифов на электроэнергию, тепло, газ, воду. Здесь нужен переход на модель долгосрочного регулирования, чтобы бизнес мог выстраивать свои инвестиционные планы, а регионы, муниципалитеты – свои бюджеты, расходы.

На что ещё обращаю ваше внимание? Сейчас коэффициент рождаемости на Дальнем Востоке, и это, безусловно, плюс, немного выше, чем в целом по стране, но этого пока недостаточно. В дальневосточных регионах нам нужно выйти на уровень устойчивого естественного демографического прироста.

Правительству уже дано поручение проработать специальные меры по поддержке рождаемости. Речь идёт о повышенных выплатах при рождении первого ребёнка, выделении средств при рождении второго ребёнка, а также о пониженной ставке ипотечного кредитования для семей с детьми.

Все эти предложения необходимо учесть при подготовке национальных проектов, реализация которых начнётся уже в следующем году.

Уважаемые коллеги!

В дальневосточных регионах выделены центры экономического роста, где будет создаваться дополнительная социальная инфраструктура. Это практически все ключевые города региона, ведущие индустриальные, научные площадки.

На реализацию планов социального развития в таких центрах до 2020 года выделяется свыше 50 миллиардов рублей из федерального бюджета. Их надо вложить с предельной эффективностью, чтобы заработали новые школы и больницы, культурные и спортивные объекты.

Стройка предстоит большая, и здесь важно максимально дебюрократизировать административные процедуры, создать стимулы для работы компаний, способных решать ответственные государственные задачи.

Опережающее развитие Дальнего Востока – это задача общенационального масштаба. Всем надо действовать активно, с полной отдачей, не затягивать, не выхолащивать содержание уже принятых решений.

Напомню также, что ближайшие зимние Олимпийские игры пройдут в 2022 году в Пекине, а летние – в Токио. Наши олимпийские команды должны успешно подготовиться к этим важнейшим стартам. Правительству вместе с регионами нужно проработать вопросы строительства и реконструкции спортивных баз в макрорегионе и представить свои предложения.

Ещё раз подчеркну: не только отдельные территории, но весь Дальний Восток должен выходить на опережающие темпы роста и в экономике, и в социальной сфере, и в демографическом развитии.

На совещании в июле предлагалось, чтобы на дальневосточные проекты направлялось до 5,5 процента от общего объёма инвестиционных расходов наших госпрограмм.

Безусловно, нужно выходить на это решение практически, нужно это делать, выйти на такой уровень, но при условии поддержки решений о создании таких объектов отраслевыми федеральными органами, а также наличия проектно-сметной документации.

И главное – готовности и способности регионов и муниципалитетов обеспечивать содержание новых объектов.

Ещё одна крайне важная и насущная для жителей Дальнего Востока задача – повышение транспортной доступности. Мы несколько лет выстраивали систему недорогих субсидируемых авиамаршрутов на Дальний Восток. Конечно, не все проблемы решили, но всё–таки многие люди уже почувствовали изменения. Нужно и дальше предметно заниматься системной организацией доступных авиаперевозок, других пассажирских маршрутов на Дальний Восток.

Такой же системный подход должен быть и в сфере регулирования важнейших тарифов на электроэнергию, тепло, газ, воду. Здесь нужен переход на модель долгосрочного регулирования, чтобы бизнес мог выстраивать свои инвестиционные планы, это всем понятно, а регионы, муниципалитеты – свои бюджеты, расходы на содержание социальных и других объектов.

Уважаемые коллеги!

Опережающее развитие Дальнего Востока – это задача общенационального масштаба, об этом я уже неоднократно говорил. Всем надо действовать активно, с полной отдачей, не затягивать, не выхолащивать содержание уже принятых решений.

Прошу сегодня проинформировать, как исполняются эти поручения не только по итогам президиума Госсовета, который состоялся год назад, но и в целом касающиеся развития Дальнего Востока.

Давайте перейдём к обсуждению.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 10 сентября 2018 > № 2725812 Владимир Путин


Китай. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 9 сентября 2018 > № 2737714 Николай Маклыгин

Николай Маклыгин: «Время следования поезда с контейнерами от госграницы до наших портов составляет менее двух суток»

Завтра во Владивостоке начнётся деловая программа Восточного экономического форума, в котором примет участие делегация ОАО «РЖД». Традиционно на этом форуме обсуждаются вопросы экономического сотрудничества со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Накануне открытия форума о развитии внешнеторговых перевозок в регионе рассказал начальник Дальневосточной железной дороги Николай Маклыгин.

– Дальневосточный бизнес традиционно работает с рынками стран Юго-Восточной Азии. Какие услуги железнодорожного транспорта востребованы у местных экспортёров?

– Дальний Восток обладает богатыми природными ресурсами, и преимущественный поток экспорта формируют уголь, лес и продукция нефтяной отрасли. Основной объём этих грузов перевозится железнодорожным транспортом.

Наиболее востребована у наших клиентов такая услуга, как движение поездов по согласованному времени отправления и прибытия. Данный сервис особенно популярен у компаний угольной промышленности. За семь месяцев текущего года по такой схеме отправлено 373 угольных маршрута, в которых перевезено более 1,4 млн тонн угля.

– По МТК «Приморье-1» в прошлом году транзитные перевозки контейнеров выросли более чем вдвое, а какова динамика в этом?

– В 2017 году объём транзитных грузов в контейнерах по МТК «Приморье-1» по сравнению с 2016-м вырос в 2,2 раза – с 3,2 тыс. до 7,2 тыс. TEU (контейнеры в 20-футовом исчислении). К сожалению, в текущем году значительно отстаём от прошлогодних показателей. За семь месяцев перевезено 2,1 тыс. TEU, тогда как за тот же период 2017 года – 4,8 тыс. TEU. Столь резкое падение, по мнению китайских партнёров, связано с ростом стоимости услуг по переработке контейнеров в приморских портах при снижении тарифов на стивидорные операции в портах Китая и Южной Кореи. Тем не менее Дальневосточная дорога продолжает проводить работу со всеми заинтересованными сторонами по привлечению дополнительных объёмов на этот международный транспортный коридор. К тому же, по заявлению китайской стороны, МТК «Приморье-1» имеет хороший потенциал для перевозки кукурузы – до 6 млн тонн ежегодно.

– Как вы оцениваете контейнерные перевозки в направлении восток – запад?

– Полагаю, обеспечение конкурентоспособности Транссиба по сравнению с морским транспортом – один из самых актуальных вопросов для «Российских железных дорог». Параметры понятны: обеспечение гарантированного вывоза продукции предприятий-грузоотправителей в срок, оптимизация оборота приватного подвижного состава, ценовой фактор. Одним из решений стала отправка с припортовых станций ДВЖД контейнерных поездов по специализированному расписанию. В прошлом году таких составов было отправлено 2,4 тыс. Основными станциями формирования контейнерных маршрутов выступают Находка-Восточная, Владивосток, Угольная, Мыс Чуркин, Гайдамак.

Думаю, транзитные перевозки будут в дальнейшем выступать локомотивом для роста грузовой базы. Условия, которые сегодня складываются на рынке транспортно-логистических услуг в АТР, мы считаем благоприятными. В пользу развития транзита свидетельствует тот факт, что действующие сухопутные маршруты из северных в южные провинции Китая имеют лимитированные пропускные способности. При этом необходима организация оптимальной цепочки перевозок различными видами транспорта, а также таможенного оформления груза. В этом году прошёл ряд встреч с грузовладельцами, представителями правительственных кругов и железнодорожных администраций Китая, в результате которых были выработаны меры по дальнейшему развитию контейнерных перевозок по МТК «Приморье-1» (Суйфэньхэ – Гродеково – порты Приморского края). Сегодня время следования поезда с контейнерами от госграницы до наших портов, с учётом прохождения государственного контроля, составляет менее двух суток.

– Какие работы ведутся по развитию международного транспортного коридора «Приморье-2» (Хуньчунь – Махалино – порты Приморского края)?

– Ещё в 2017 году были проведены тестовые отправки, а недавно состоялась полноценная мультимодальная перевозка: контейнеры, в которых находилась медная руда, пришли сначала морем из Республики Корея в порт Зарубино. Далее сформированный поезд проследовал через переход Махалино – Хуньчунь в китайскую провинцию Цзилинь. В обратном следовании контейнеры загружались зерном кукурузы. Сейчас в Зарубино формируется партия груза для отгрузки на судно, которое ориентировочно 14 сентября возьмёт курс на южный китайский порт Нинбо. Таким образом, начало железнодорожного транзита по МТК «Приморье-2» будет положено. Его перспективный объём оценивается в 100 тыс. TEU ежегодно. Эта локальная перевозка выгодна для дороги – мы привлекаем дополнительный груз, но не выводим его на грузонапряжённый транссибирский ход.

С учётом экспорта ежегодный грузооборот погранперехода Махалино (Камышовая) – Хуньчунь, по одним оценкам, может достигнуть 8 млн тонн, по другим – возможен рост до 16 млн тонн. Для увеличения пропускной способности и расширения номенклатуры перевозимых грузов в пункте пропуска Махалино планируется создать перегрузочный комплекс с контейнерным терминалом, площадкой для тяжеловесных и тарно-штучных грузов, а также административно-хозяйственный модуль с помещениями для государственных контрольных органов.

– Ещё один транспортный коридор, который появится с Китаем, связан со строительством мостового перехода Нижнеленинское – Тунцзян. Какие у него перспективы?

– По информации компании-заказчика, после завершения объекта, летом 2019 года, инфраструктура погранперехода останется на балансе этой организации, а перевозчиками будут выступать ОАО «РЖД» и China Railway Corporation. Нам до этого времени предстоит отработать все технологические нюансы организации будущих перевозок.

В свою очередь, на дороге модернизируется участок Биробиджан – Ленинск протяжённостью 124 км, в текущем году здесь предстоит оздоровить 23 км пути. На эти цели в программе развития Восточного полигона заложено 6,1 млрд руб. Проектом предусмотрено также развитие станций Биробиджан-2, Бирофельд, Унгун, Ленинск, электрификация перегона Биробиджан-1 – Биробиджан-2, реконструкция искусственных сооружений и линий связи.

Перевозки в адрес нового погранперехода, согласно прогнозу ИЭРТа, к 2025 году достигнут 6,2 млн тонн. В основном это будет железорудный концентрат с Кимкано-Сутарского ГОКа, а также уголь для металлургического комбината, расположенного в непосредственной близости от станции Тунцзян. Мы в большом ожидании нового пункта пропуска. В этом году были сложности по передаче груза в Китай по Гродеково – с нескольких дорог шла крупная отгрузка лесной продукции на данное направление. Часть грузопотока будет переориентирована на мостовой переход.

– В целом грузооборот магистрали растёт?

– Грузооборот магистрали за семь месяцев достиг 119,8 млрд тарифных тонно-километров, что на 1,5% выше прошлогоднего уровня. Драйвером роста продолжает оставаться экспорт, следующий через морские терминалы Дальнего Востока. На ДВЖД в текущем году результат по выгрузке достиг 6700 вагонов за сутки (прежнее достижение было в 2015 году – 6530). 18 июля на дороге установлен максимальный за всю историю показатель по приёму грузовых поездов: со стороны Забайкальской магистрали по станции Архара поступило 102 состава при среднесуточном показателе 76.

Компанией запланирован для магистрали наибольший за последние годы объём летних ремонтно-путевых работ – всеми видами ремонта мы должны оздоровить 625,4 км пути, с ростом к 2017 году на 10,6%. Только на БАМе будет модернизировано 200 км пути. В таких условиях важной задачей является максимальное использование пропускных способностей магистрали между технологическими «окнами».

– Перевозки через сухопутные погранпереходы также в плюсе?

– В январе – июле через погранпереход Гродеково – Суйфэньхэ проследовало 5,8 млн тонн различных грузов, рост к прошлогоднему уровню составляет 1,7%. В 2017 году здесь достигнут максимальный объём перевозок за всю историю его существования, перевезено 10,7 млн тонн. Но увеличение показателей в 2018-м позволит установить новый рекорд. Грузооборот другого российско-китайского пункта пропуска, Махалино – Хуньчунь, также в плюсе. За семь месяцев перевозки здесь достигли 1,8 млн тонн, с ростом к прошлогоднему показателю на 1,3%.

– Вы работаете с японскими грузовладельцами?

– В этом году проводится серия тестовых перевозок продукции японских компаний по Транссибу. Результаты пробной отправки обсуждались в марте на встрече с делегацией Минтранса Японии. В августе тестовые перевозки возобновились, как сообщили представители Минтранса Японии, они будут продолжаться по март 2019 года. Японцев интересуют не только стоимость и сроки доставки, но и оценка вибрации во время перевозки, уровня влажности и температуры внутри контейнеров. Им важна возможность отслеживания местонахождения контейнеров в пути следования, процедура оформления таможенного транзита, процесс организации транспортировки тяжеловесных и сборных грузов, продуктов питания через территорию России. Японские грузоотправители – перспективные клиенты для железной дороги.

– Как вы оцениваете перспективы пассажирского сообщения между приграничными районами России и Китая?

– Дальневосточная дорога, безусловно, заинтересована в развитии пассажирского сообщения между Владивостоком и приграничными районами Китая. Сейчас будущий перевозчик ООО «Международный экспресс» при поддержке администрации Приморского края проводит с китайской стороной работу по назначению нового поезда Владивосток – Муданьцзян. ДВЖД на договорной основе предоставит этой компании услуги локомотивной тяги и доступ к инфраструктуре. Ожидается, что данный маршрут будет востребован у туристов.

Недавно китайская сторона представила предварительные наработки по проекту высокоскоростного сообщения Муданьцзян – Суйфэньхэ – Владивосток. Мы изучаем это предложение с учётом существующей практики организации движения в межгосударственном следовании. Например, изучается работа поезда Talgo с системой автоматического изменения ширины оси колёс под требуемую колею, курсирующего по маршруту Москва – Берлин.

– Один из инфраструктурных проектов, который будет представлен на ВЭФ, – создание транспортного перехода Сахалин – материк. Как к его строительству готовится дорога?

– Мы приступили к ускоренному окончанию программы по переустройству островной колеи на стандарт 1520 мм. В настоящий момент завершился первый этап – модернизировано около 53 км пути. Помимо этого, развёрнута реконструкция на 25 мостах, на 10 станциях направления Холмск – Арсентьевка – Взморье до конца года необходимо выполнить сборку 27 стрелочных переводов широкой колеи, которые заменят старые на последующем этапе, а также выполнить работы по предварительной перешивке 19,9 км станционных путей.

В следующий сезон на новых участках реконструкции (линия Арсентьевка – Христофоровка) будем сразу укладывать рельсошпальную решётку под общесетевой габарит, а на тех направлениях, где модернизация уже была (Холмск – Арсентьевка – Ноглики), будет происходить перекладка рельса с колеи 1067 мм на колею 1520 мм. Таким образом, в 2019 году на Сахалин уже сможет зайти материковый подвижной состав, в частности локомотивы серии ТЭМ18Д.

– Как в условиях роста перевозок решается кадровая задача, в первую очередь на БАМе, где сокращается население?

– На дороге работала комиссия ОАО «РЖД», изучавшая ситуацию с кадровым обеспечением БАМа.

В настоящее время формируется корпоративная программа для привлечения и закрепления трудовых ресурсов на этом стратегическом направлении. Мотивацией должны стать повышенный размер оплаты труда, развитие социальной инф­раструктуры. Безусловно, закрепление населения в зоне БАМа – совместная задача с руководством территорий. Например, с правительством Амурской области сейчас активно контактируем по повышению уровня и доступности медицины на отдалённых станциях. Вопрос этот крайне важный. Кстати, пользуясь случаем, хочу поблагодарить руководство ВСЖД за проведение поездок по Дальневосточной дороге медицинского передвижного центра «Академик Фёдор Углов». Наш поезд «Терапевт Матвей Мудров», выработавший свой ресурс, был списан в прошлом году. Спасибо, помогли соседи. Сейчас руководство компании рассматривает возможность строительства нового медицинского поезда, который будет обслуживать население по всему БАМу – от Тайшета до Совгавани.

Павел Усов

Китай. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 9 сентября 2018 > № 2737714 Николай Маклыгин


Россия. ДФО > Рыба. Экология > fish.gov.ru, 6 сентября 2018 > № 2727849 Алексей Байталюк

Отраслевая наука на рубеже столетия: долгосрочные проекты и оперативная поддержка промысла.

Взятый страной курс всестороннего развития рыбного хозяйства ставит трудные вопросы перед промышленностью. Как наращивать вылов в условиях динамики объемов главных промысловых объектов, как развивать марикультуру одновременно с прибрежным рыболовством, как научиться использовать перспективные объекты и добиться снижения себестоимости продукции из труднодоступных и сложных в переработки биоресурсов. Помочь отечественным рыбакам справиться с новыми вызовами и обеспечить инновационное развитие отрасли способна только наука.

Как применить достижения специалистов на практике и какие перспективы для рыбного хозяйства видят ученые, рассказал директор ФГБНУ «ТИНРО-Центр» Алексей Байталюк.

– Алексей Анатольевич, что из себя сейчас представляет институт? Что поменялось в работе ученых за последние годы?

– ТИНРО-Центр – одна из старейших и крупнейших научно-исследовательских организаций на Тихоокеанском бассейне. Структурно мы остаемся сетью научных учреждений с ведущим институтом во Владивостоке, филиалом в Хабаровске, отделением на Чукотке и наблюдательными и научно-исследовательскими станциями в дальневосточных регионах. В скором будущем институту исполнится 100 лет. Это почтенная дата для любой организации, это также своего рода рубеж, за которым на смену зрелости приходит мудрость. В таком «возрасте» можно объективно оценить весь путь, который прошла наука, и решать, куда ей двигаться дальше.

Справедливо сказать, что по истории ТИНРО можно отслеживать развитие рыбного хозяйства на Дальнем Востоке, его эволюции от прибрежного промысла биоресурсов к рациональному использованию ресурсов Мирового океана. Наши научные результаты широко известны в профессиональных кругах по всему миру.

Мы остаемся комплексным институтом, который занимается большим количеством направлений исследований, объединенных обшей целью – развитием рыбного хозяйства России и усилением его роли в отечественной экономике и мировом рыболовстве.

Если говорить о нововведениях, то в прошлом году по инициативе руководителя Федерального агентства по рыболовству Ильи Шестакова был проведен ряд реорганизационных мероприятий, в результате которых в ТИНРО был сконцентрирован дальневосточный научно-исследовательский рыбохозяйственный флот. Сейчас ответственность как за планирование экспедиций, так и за каждый день работы НИСов в море лежит на нас. Но эта задача нам по плечу, ведь у ТИНРО огромный опыт управления флотом. Положительный эффект от такого объединения стал заметен уже в этом году. Во-первых, в ряде районов удалось увеличить количество исследовательских судосуток в 2-3 раза, организовав полноценные комплексные исследования состояния промысловых запасов и среды обитания. Во-вторых, удалось провести работы в районах, где не было исследований уже более 10 лет и узнать, что происходит с ресурсной базой там. Таким образом, удалось наладить систему эффективного использования выделяемых науке бюджетных средств и даже усилить отдачу от их использования.

В последнее время объективно растет понимание, что рыбное хозяйство не может основываться на эксплуатации и продукции из двух-трех главных объектов. Новые возможности промысла, в том числе по малым запасам, стали привлекать внимание рыбаков. Здесь наша задача – показать перспективы приложения сил рыбохозяйственных организаций.

– И какие перспективы называют ученые? Это новые объекты, новые технологии добычи и переработки или новые районы?

– На самом деле все вышеперечисленное. Одним из примеров таких комплексных проектов является созданная по поручению Росрыболовства программа «Глубоководный пояс дальневосточных морей». Это многоступенчатая работа, которая гораздо шире всего того, что было закреплено за отраслевыми институтами в последние годы – оценки состояния биоресурсов и подготовки базовых рекомендаций для рыбаков. Мы хотим пойти дальше и предлагаем рыбакам орудия добычи, способы лова, технологии рационального использования этих объектов. В идеале – безотходные технологии, когда практически 100% сырья используется в различных целях, включая биомедицину и кормовую продукцию. Особую роль здесь играет использование мезопелагических рыб, чья численность измеряется миллионами. В перспективе, причем не самой далекой, они станут источником рыбной муки, которая является основной развития аквакультуры и важным подспорьем сельского хозяйства. В первую очередь наука должна решить вопрос как концентрировать и добывать эти объекты, всегда находящиеся в рассеянном состоянии.

Реализация этого амбициозного проекта обеспечит настоящий технический и технологический прорыв.

Конечно, есть крупные проекты по аква-и марикультуре. Открытие научно-производственного инновационного центра на острове Попова позволит продвинуться в решении проблем обеспечения мариферм жизнеспособным посадочным материалом ценных и перспективных объектов марикультуры (ламинария, морские ежи, гребешок, устрица), а также создать и усовершенствовать технологии индустриального культивирования. Этот мощный сложный технический объект станет не просто научной базой ТИНРО, а региональным центром развития марикультуры с выходом на реальных пользователей и реальные рекомендации.

Кроме того, новый центр станет своеобразной кузницей кадров для аквакультуры, эту идею поддерживает Росрыболовство и Дальрыбвтуз. Планируется, что студенты будут проходить производственную практику и при желании могут работать там после выпуска.

В целом, центр аквакультуры – это тоже довольно амбициозный проект, но на меньшее рассчитывать не стоит.

Вместе с тем, никто не снимал с нас обязательств по традиционным работам в рамках выполнения госзаказа. Это мониторинг ресурсной базы и среды обитания, оценка промысловых запасов, пищевой безопасности водных биоресурсов, разработка новых кормов для аквакультуры, в том числе и лососеводства, оценка ущербов и совершенствование нормативно-правовой базы (Правил рыболовства). В последние годы к этому добавилось развитие научно-поискового флота – ТИНРО–Центр получил дополнения в Устав, которые позволяют этим заниматься.

Работая с таким спектром задач, мы стараемся сконцентрироваться на основных направлениях. Но при этом не забываем про долгосрочные перспективы, которые обязательно «выстрелят» через несколько лет. Именно такая стратегия работы позволяет нам оставаться мощной и серьезной организацией.

В качестве примера реализации долгосрочных прогнозов можно привести развитие научного обеспечения промысла дальневосточной сардины и скумбрии. Пять лет назад мы начали уверенно говорить об этом. Однако даже три года назад на совещаниях по перспективным объектам множество рыбаков скептически отнеслось к предложениям Росрыболовства по возобновлению промысла сардины и скумбрии. Но время все расставило на места – сейчас мы видим, что накопленные учеными знания об этих ценных рыбах находят практическое применение. И в этом заслуга рыбохозяйственной науки, в свое время проделавшей большую работу, чтобы обеспечить бизнес рекомендациями к промыслу, актуализировать нормативно-техническую документацию, подготовить обоснование увеличения сроков хранения сырья, сформировать систему оперативного прогнозирования.

– Расскажите более подробно об оперативном прогнозировании, что оно из себя представляет?

Оперативное прогнозирование – комплекс работ, направленных, в первую очередь, на подготовку и распространение рекомендаций для добывающего флота, переработчиков во время путин. Оно включает в себя прогноз промысловой, синоптической и гидрологической ситуаций, сведения о концентрации скоплений и расстановки флота и других факторах, могущих оказать влияние на промысел. В целом, это сведения, которыми руководствуются капитаны и судовладельцы при организации лова. Такая оперативная поддержка складывается из очень важных элементов – сбора материалов специалистами на промышленных и научно-поисковых судах, анализа поступающих данных береговыми группами, подготовки и распространения рекомендаций.

Используя этот мультиподход, в этом году мы смогли заранее предупредить рыбаков о более ранних миграциях сардины и скумбрии в районы промысла. Более того, мы смогли определить район промысловых концентраций сардины и скумбрии, где сейчас идет их активная добыча. В этом году уже к концу июля объем вылова сардины достиг 5,5 тыс. тонн. В прошлом году на эту же дату было выловлено менее 1 тыс. тонн. Очевидно, что эти цифры демонстрируют степень доверия рыбаков к научным рекомендациям и оперативным прогнозам. В сентябре в самый ответственный момент пелагической путины ученые «подставят плечо рыбакам» – научно-исследовательское судно выйдет в море для проведения поисковых работ. Ученые возьмут на себя поиски рыбы, которые требуют от рыбаков очень значительных расходов. По факту, мы сейчас занимаемся восстановлением системы оперативного прогнозирования, которая исчезла в конце 90-х гг. Последний выход на поисковые работы состоялся в 1998 г…. Я, к слову, лично принимал участие в этом рейсе. За эти годы многое было утеряно – специалисты, которые этим занимались, навыки, поэтому последние два года мы шаг за шагом мы восстанавливали эту схему. Впереди еще много дел, но сейчас мы уверены – система оперативного прогнозирования и сопровождения путин на Дальневосточном бассейне уже работает.

– Рыбаки поддерживают эти направления? Чего еще хочет промышленность от науки сейчас?

– Безусловно, в целом рыбаки мечтают о 100% оправдываемости прогнозов и освоениях их рыбаками. Но это нереально ни в России, ни где-либо еще в мире. На состояние одной популяции влияет огромное количество природных факторов, причем степень их воздействия и взаимосвязи до сих пор полностью не установлены. Мы стараемся продвигаться в их изучении, развиваем экосистемные исследования. Но при всем этом напомню, что наш продукт – прогноз рекомендуемого или общего допустимого улова, а не состояния объектов. Поэтому от рыбаков и их желания взаимодействовать с наукой зависит большая часть реализации прогноза.

Масштабная работа велась и ведется с Ассоциацией добытчиков минтая по обоснованию MSC-сертификации промысла минтая в Охотском и Беринговом море. Результаты научных исследований, подтверждающие отсутствие угроз для состояния популяции минтая и региональных экосистемы в условиях активного промысла, легли в основу этого обоснования. Для этого специалисты провели комплексный анализ состояния запасов минтая и среды его обитания, разработали прогнозы динамики изменения его популяций и влияния промысла на состояние экосистем. К слову, такая глубокая научная работа не проводится даже в странах, придумавших систему MSC-сертификации. Также в ТИНРО-Центре были организованы обучающие курсы по подготовке научных наблюдателей для работы на добывающих судах. Подготовка научных наблюдателей – это важное направление сотрудничества науки, образования и бизнеса. На сегодняшний день минтаевый промысел в Охотском море почти полностью покрыт «сетью» наблюдателей, что позволяет нам получать полноценные представления о промысле и дополнять материалы наших экспедиционных исследований.

Есть у нас работа и с рыбаками Амура по определению пищевой ценности лососей, заходящих на нерест. К сожалению, это один из немногих примеров работы с промышленностью по этому ценному ресурсу.

– Ранее ученые неоднократно обращали внимание на проблему недостаточного финансирования науки. Изменилась ли ситуация сейчас и чем грозит дефицит средств?

– Ограниченность финансирования для нас означает менее интенсивное и углубленное расширение перспективных проектов. Основную нашу работу мы способны вести в данных условиях. В прошлом году Росрыболовство добилось увеличения финансирования на текущий год, но этой зимой мы, как и вся страна, столкнулись с удорожанием топлива. Для морского института это серьезная проблема. Эта ситуация поставила нас перед дилеммой определения приоритетных работ, поэтому мы не можем мощно развить поисковые работы сразу на всех путинах. Приходится ограничиваться только перспективными объектами. Надеемся, что эта ситуация все же изменится к лучшему.

– Помимо помощи промышленности и государства, есть ли еще возможность развития научных исследований?

– Не стоит забывать, что ТИНРО-Центр не единственный отраслевой институт на бассейне. Консолидация дальневосточных отраслевых институтов также открывает дополнительные возможности, в том числе по развитию исследований. Этого проще достичь, если применяется бассейновый подход к изучению, оценке запасов водных биоресурсов и управлению ими. Для этой и других целей была создана Ассоциация «НТО ТИНРО», в которую входят ТИНРО-Центр, КамчатНИРО, СахНИРО, МагаданНИРО. В рамках ассоциации ученым удается совместными усилиями решать вопросы проведения комплексных исследований, поддержки перспективных научных проектов, создания условий для практической реализации на отечественном и зарубежном рынках конкурентоспособной научно-технической продукции, интеграции науки и производства. Кроме того, когда наука работает в таком ключе, региональные администрации воспринимают ее как единое целое и, исходя из этого, строят взаимоотношения с ней.

– Может из-за этого ТИНРО-Центр у многих ассоциируется с Дальним Востоком в целом, а вот с Приморским краем разве что территориально. Видит ли наука перспективы в Приморском крае?

– Бассейновый принцип управления водными биоресурсами не отменяет нашей заинтересованности в развитии родного края. Очень большой комплекс работ проводится именно в водах Приморья, подзоне Приморье южнее мыса Золотой. Изучение ихтионектона позволило своевременно предсказать рост запасов минтая и трески, который мы наблюдаем сейчас, оценить объемы беспозвоночных, своевременно дать рекомендации по крабовому промыслу, предложить новые перспективные объекты (глубокозарывающиеся моллюски).

Уместно вспомнить, что ТИНРО-Центр стоял у истоков развития освоения ресурсов двустворчатых моллюсков и морских ежей в Приморье. Если раньше они были популярны только среди местных рыбаков-любителей, то теперь это широко известные ценные промысловые объекты.

В текущем году была проведена донная траловая съемка по донным рыбам и беспозвоночным, осенью будет делаться ловушечная съемка.

Кроме того, впервые после десятилетий перерывов в августе-сентябре ТИНРО-Центр будет проводить съемку по оценке состояния запасов сардины цусимской популяции – той самой сардины, которая когда-то была главным промысловым объектом в водах Приморья. Пока весь упомянутый выше промысел ведется на япономорской популяции сардин, но многие люди старшего поколения помнят активную рыбалку в 70-е гг., когда от Поворотного до Рейнике и Ольги стояли огромные посолочные чаны для сардины, на которых работало огромное количество людей. Наша стратегическая задача оценить запас сардины и понять, как скоро нас ожидает рост численности ее цусимской популяции. Во всяком случае, признаки этого ученые уже видят. Очевидно, что ее возвращение позволит обеспечить легальной работой много населенных пунктов. Это можно назвать и нашей социальной задачей, хоть наука и не должна решать социальные проблемы, но здесь мы можем выступать не только как ученые, но и как неравнодушные жители региона.

- Последний вопрос касается дефицита кадров в науке, об этой общеотраслевой проблеме не раз говорилось на различных совещаниях по рыбному хозяйству. Как с этим обстоят дела в ТИНРО сейчас?

– Как и в остальном, у нас существует комплексный подход к привлечению кадров. Немалую роль в этом играет аспирантура ТИНРО-Центра, с возможностью обучения по восьми актуальным для современной рыбной отрасли специальностям. Кроме того, мы регулярно берем на практику студентов и курсантов, начиная со второго-третьего курса, отслеживаем их профессиональное развитие и пытаемся на этих ранних этапах привить им интерес к работе в науке. По факту приток молодежи в институт есть по разным направлениям. Обеспечение молодых специалистов комфортными условиями работы с достойной зарплатой – это задача администрации института, и, на мой взгляд, мы ее решаем. Зарплата научного персонала у нас заметно увеличилась, при этом количество ставок у нас не сократилось.

Грамотные специалисты самого широкого профиля остаются главным потенциалом ТИНРО-Центра, способным обеспечить инновационное развитие рыбного хозяйства России. Мы уверены, что рано или поздно и рыбаки, и государство сумеют правильно воспользоваться им и сделать настоящий прорыв в отрасли, вернув стране статус передовой рыбной державы.

Источник: Утро России

Россия. ДФО > Рыба. Экология > fish.gov.ru, 6 сентября 2018 > № 2727849 Алексей Байталюк


Япония. Китай. США. ДФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 сентября 2018 > № 2744491

Foresight (Япония): Крупные военные учения ВС РФ. Враги — Япония, США и даже Китай

Маневры «Восток-2018» будут проходить с 11 по 15 сентября и станут крупнейшим мероприятием подготовки вооруженных сил. Раньше учения проводились против одного врага — США, а теперь целью маневров будет попытка защититься от японской или китайской агрессии? Примечательно, что Синдзо Абэ в это время будет находиться в России, пока у Курил будут ходить российские военные корабли.

Коидзуми Ю (Yu Koizumi), Foresight, Япония

Осень — сезон учений для российских войск. Учения ВС РФ делятся на два сезона: зимний, который начинается с 1 декабря, и летний, начинающийся с 1 мая. В период с августа по сентябрь обычно проводятся крупные учения по военным округам (по российской классификации — стратегические командно-штабные учения). В последние годы появилась тенденция к увеличению масштаба учений. Нередко привлекается более 100 тысяч военнослужащих.

Эти крупные учения поочередно проводятся в четырех военных округах (Западный, Южный, Центральный и Восточный), поэтому в каждом округе маневры проходят с частотой раз в четыре года. Распространена практика, в соответствии с которой в учениях принимают не только подразделения из соответствующего округа, но и соединения из других округов. В некоторых случаях привлекаются войска из союзнических стран (например, в случае Западного военного округа — из Белоруссии, Центрального — из Средней Азии и так далее).

«Восток-2018»

В 2018 году большие учения пройдут в Восточном военном округе. Этот округ — громадная военно-административная единица, простирающаяся от восточной Сибири до Дальнего Востока, включая восточную часть Арктики. В ходе прошлых маневров «Восток-2014» было мобилизовано более 150 тысяч военнослужащих (при этом неизвестно, все ли они приняли участие в учениях или же было указано общее количество военной силы в этом округе).

Большие учение этого года пройдут спустя четыре года, поэтому они называются «Восток-2018». Ожидается, что они будут проведены в период с августа по сентябрь, однако точные даты пока не обнародованы.

Учения «Восток-2018» важны для Японии прежде всего тем, что она включена в список условных противников. Во время «Восток-2014» газета «Красная звезда» сообщала, что по сценарию между условными государствами «Северная федерация» и «Ханкорея» начинается военный конфликт из-за островов.

Более того, из-за эскалации конфликта вмешивается лидирующая страна НАТО «Мидзурия». Предполагалось, что она попытается захватить территориальные воды России в Тихом океане. Реальные страны не указывались, однако очевидно, что по сценарию в российско-японский конфликт вокруг «северных территорий» вмешиваются США.

Кроме того, в ходе тех учений оборонительные отряды были направлены на Чукотский полуостров, соседствующий с Аляской, и на остров Врангеля. Примечательно, что была подчеркнута важность обороны арктических рубежей. Если региональный конфликт разовьется в войну против США, появляется необходимость обеспечить силу ядерного сдерживания для того, чтобы не началась полномасштабная ядерная война.

В этом смысле жизненно важное значение приобретает оборона Охотского моря и Северного Ледовитого океана, где несут вахту атомные подводные лодки, вооруженные баллистическими ракетами для ответного удара.

Кроме того, одновременно с этим российские войска провели крупномасштабные сухопутные учения, направив большие резервы на Дальний Восток. Их сценарий неизвестен, однако велика вероятность, что условным противником был Китай. С чисто военной точки зрения КНР до сих пор остается для России условным противником.

Участие китайских и монгольских войск

Что касается «Восток-2018», то они сохранят преемственность, но будут и некоторые изменения. Говоря о преемственности, то велика вероятность, что конфликт с Японией вокруг «северных территорий» останется важной частью сценария. Накануне «Востока-2018» Россия разместила на Итурупе истребители. Скорее всего, они примут участие в отработке обороны Южных Курил наряду с сухопутными силами, которые давно находятся на островах, и подразделениями ВМС, оснащенными противокорабельными ракетами (в 2016 году новейшие «Бастионы» были развернуты на Итурупе, а «Балы» — на Кунашире).

Что касается Арктики, то впервые в «Востоке» примет участие Северный флот, относящийся к Западному военному округу. Кроме того, сообщалось о прибытии в августе в аэропорт «Анадырь» на Чукотке стратегических бомбардировщиков ТУ-160. Я полагаю, что помимо обороны Арктики, предполагается нанесение удара по американской системе ПВО на Аляске.

При этом стоит отметить следующие изменения: сообщается, что в «Востоке-2018» примут участие китайские и монгольские войска. Ранее учения «Восток» были учениями только для российской армии. Иностранные подразделения примут участие в этих маневрах впервые.

Наибольшее значение имеет участие китайских войск. По информации китайской стороны, в «Востоке-2018» примет участие 3 200 военнослужащих, 900 единиц боевой техники, 30 самолетов и вертолетов. Китайцы будут готовиться на полигоне Цугол в Забайкальском крае, поэтому нельзя сказать, что они всего лишь небольшая часть крупных учений. Кроме того, в рамках ШОС Россия и Китай проводят маневры под названием «Морское взаимодействие». То есть совместные учения — это не редкость для двух этих стран.

Тем не менее как я отметил выше, учения «Восток» предполагают войну против США и Японии, а также против Китая. Если КНР примет участие в них в качестве союзника, это предоставит новые возможности России и Китаю на фоне их недавнего сближения.

Учет политической реакции

Необходимо разделить военную и политическую логику, чтобы понять смысл «Востока-2018» для Японии. Военная логика заключается в следующем. Угроза — это намерения противника с учетом его возможностей, однако намерения легко меняются, поэтому они не всегда ясны. Следовательно, оценка угрозы должна основываться на возможностях, которые легко просчитать.

Несмотря на то, что военное столкновение между Японией и Россией из-за «северных территорий» вряд ли вероятно (другими словами, оно маловероятно), такая возможность существует, поэтому к этому необходимо готовиться.

Поскольку «Восток-2018» спланировали и будут проводить российские войска, можно предположить, что они будут исходить именно из такой логики. Следует предполагать, что территориальный конфликт может перерасти в военный. Поскольку условный противник является союзником США, нужно быть готовым к их вмешательству, если события будут развиваться по наихудшему сценарию.

Что касается привлечения Китая, который раньше также был условным противником, то я думаю, что и сейчас руководство ВС РФ считает его одним из противников. Велика вероятность проведения других учений, в ходе которых условным противником будет Китай.

Накануне «Востока-2018» российские войска мобилизуют больше количество сухопутных сил, однако на Дальнем Востоке такое количество сухопутных сил требуется только для того, чтобы воевать с Китаем.

Между тем политическая логика намного шире: она включает и военную логику. В данном случае учения на основе военной логики с учетом японской и американской угрозы, а также вовлечением в эти маневры Китая проводятся в расчете на то, чтобы вызвать некую политическую реакцию со стороны этих трех стран.

Совместные учения с Китаем пройдут в период с 11 по 15 сентября. В то же самое время Владивосток примет Восточный экономический форум (с 11 по 13 сентября). А на 10 сентября запланирована встреча лидеров России и Японии. То, что в таких обстоятельствах политические аспекты не нарушают военную логику, говорит о возможности того, что того требует политическая логика (президент Путин может приказать отменить учения на «северных территориях» или же перенести совместные учения с Китаем на другое время).

Попробуем рассмотреть эту тему еще детальнее. Когда премьер-министр Японии Синдзо Абэ будет находиться во Владивостоке, на «северных территориях» будет вестись активная военная деятельность с привлечением истребителей. В России на материке в это время пройдут совместные российско-китайские учения.

Поскольку министерство обороны России намекает на то, что Путин может проинспектировать «Восток-2018», возможен сценарий, при котором российский лидер вместе с главой КНР Си Цзиньпином, который должен принять участие в Восточном экономическом форуме, посетят полигон Цугол и понаблюдают за действиями российских и китайских войск.

Совершенно очевидно, каким месседжем для Японии станет эта «постановка». Россия подчеркнет, что она готова оборонять «северные территории» и что они находятся под ее фактическим контролем, а также даст понять, что если Япония не пойдет на компромисс по различным вопросам, возможно дальнейшее сближение с Китаем в военной сфере.

В отличие от распространенных преставлений россияне очень гостеприимны. Нередко гостей издалека они встречают так, что это даже может смутить. Стоит приготовиться к тому, что этот прием будет шикарным, но жестким.

Япония. Китай. США. ДФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 сентября 2018 > № 2744491


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 3 сентября 2018 > № 2720040 Василий Орлов

Рабочая встреча с врио губернатора Амурской области Василием Орловым.

Временно исполняющий обязанности губернатора Амурской области Василий Орлов информировал Президента о работе по ликвидации последствий паводка в регионе, организации компенсационных выплат гражданам.

Отдельно обсуждались вопросы переселения из ветхого и аварийного жилья и развитие региональной авиации.

* * *

В.Путин: Василий Александрович, с паводком справились?

В.Орлов: Владимир Владимирович, с паводком справились. Нас в этом году стихия пощадила. Тем не менее нанесён определённый ущерб дорожному хозяйству, сельскому хозяйству. Пострадало 52 домовладения, большое количество приусадебных участков. Мы были готовы к более серьёзному развитию событий. Очень хорошо отработало Министерство по чрезвычайным ситуациям, был развёрнут поисково-спасательный отряд регионального уровня. Были готовы к эвакуации людей. К счастью, этого не потребовалось.

В отношении ущерба. Порядка 500 миллионов – это ущерб дорожному хозяйству. Примерно 1,4 миллиарда сейчас, по предварительным данным, это ущерб сельскому хозяйству. Мы с соответствующими министерствами, Правительством Российской Федерации проводим работу по компенсационным мерам.

По домовладениям и по приусадебным участкам мы справимся силами областного бюджета. Предусмотрены соответствующие резервные фонды, и мы начали выплату гражданам, тем, у кого пострадало жильё.

В.Путин: Деньги до людей дошли?

В.Орлов: Частично дошли. Там порядка 60 тысяч рублей. В том случае, если в дома поступила вода, 60 тысяч рублей мы выплачиваем: часть, 30 тысяч рублей, – это средства муниципальных бюджетов, 30 тысяч – это областной бюджет.

В.Путин: Вы это проконтролируйте, проверьте, чтобы всё это было исполнено.

В.Орлов: Конечно.

В.Путин: У вас вода уже ушла?

В.Орлов: Да, поэтому мы сейчас можем констатировать уже по факту, сколько было повреждено домовладений. В отношении сельского хозяйства, конечно, чуть позже надо ещё посмотреть на результаты. Специальные комиссии созданы, актируют ущерб, который был нанесён стихией.

В.Путин: Хорошо. Какие вопросы у Вас ещё есть?

В.Орлов: Владимир Владимирович, несколько вопросов я хотел задать.

У нас очень остро стоят две темы в Амурской области.

Вопрос первый – это вопрос, связанный с аварийным жильём. Достаточно большое количество людей не переселено до сих пор из ветхого и аварийного жилья. В том числе по Вашему поручению с 2011 года мы вели работу по переселению граждан из ветхого жилья в зоне БАМа.

Переселили примерно половину от потребности – 5 тысяч человек переселено, 95 тысяч квадратных метров, и ещё 5 тысяч нам нужно переселить, это 109 тысяч квадратных метров. Силами областного бюджета, конечно, мы не справимся с этой задачей. Просил бы Вас дать поручение Правительству посмотреть, чем нам можно помочь по этому направлению.

Вторая тема, которая очень для нас важна, – это авиационная доступность. Очень дорогие авиабилеты. Из 171 субсидированного маршрута в Российской Федерации только один приходится на Амурскую область, это маршрут Тында – Хабаровск. Есть просьба поддержать ещё несколько авиационных маршрутов, которые для нас очень важны. Это маршруты в московском направлении: Благовещенск – Екатеринбург и Благовещенск – Новосибирск, а также региональные маршруты дальневосточные, это Благовещенск – Якутск, Благовещенск – Хабаровск, Благовещенск – Владивосток и Благовещенск – Южно-Сахалинск.

В.Путин: Давайте поручим Минтрансу и Правительству проработать. Думаю, что, конечно, такие удалённые населённые пункты нуждаются в поддержке, надо посмотреть поконкретнее. Хорошо?

В.Орлов: Спасибо.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 3 сентября 2018 > № 2720040 Василий Орлов


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 31 августа 2018 > № 2718364 Андрей Тарасенко

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Приморского края Андреем Тарасенко.

Обсуждались, в частности, вопросы ликвидации последствий стихийных бедствий, а также обеспечения жильём детей-сирот.

Из стенограммы:

Д.Медведев: На совещании на Дальнем Востоке мы говорили о развитии региона в целом. Давайте сейчас поговорим о вашем крае. Начнём с более сложных вопросов, связанных со стихийными бедствиями, проблемами, которые были в этом году. Как обстоят сейчас дела? Удалось ли локализовать эти проблемы? Как чувствуют себя люди?

А.Тарасенко: Удалось локализовать все случаи аварийности. Но сегодня обрушился ураган. В результате сбросов со стороны Китая уровень воды поднялся до 9 метров. Такого не бывало. Поплыли мы очень здорово. 12 мостов смыло полностью. Полтавка – полностью в воде.

Д.Медведев: А ветер какой?

А.Тарасенко: Ветра не было.

Д.Медведев: То есть просто ливень и подъём воды? Это аномальное явление. На Дальнем Востоке стихийные бедствия случаются. Я сам многократно там бывал, видел, что и как происходит. Но явление такого масштаба – редкое. Надо предпринять все усилия – и организационные, и финансовые, – для того чтобы справиться с этой проблемой. Естественно, всё, что надо по линии Правительства, мы постараемся сделать.

А.Тарасенко: Существуют методические указания по ликвидации аварийных ситуаций. У нас есть предложение. Мы постоянно, как только закончится режим ЧС, пишем программы, экологические экспертизы проводим. Это занимает порой по 6–8 месяцев. Как только я это сделаю, наступает новая чрезвычайная ситуация.

Может, какой-то перечень создать последствий аварий, которые надо устранять? Расчистить русло, убрать дерево… Чтобы мне давали такую возможность.

Д.Медведев: Я абсолютно согласен – в том смысле, что это не должно быть какой-то бесконечной бюрократической процедурой, когда одно стихийное бедствие ликвидировано, а затем в течение длительного времени вы готовитесь к новому, и потом всё это происходит заново. Я дам поручение. Вижу, вы предлагаете Минприроды, Минсельхозу и МЧС. Хорошо.

А.Тарасенко: А то, пока посчитаем ущерб в одном месте, он уже в другом наступает.

Д.Медведев: Сделаю, хорошо. Что ещё есть сообщить?

А.Тарасенко: Нашёл способ решения проблемы с детьми-сиротами – выпустить сертификаты. У меня сегодня нет возможности из вторички покупать детям до 36 кв. м. Нет такого жилья. Мы уже всё, что возможно, выкупили. 7000 детей у нас.

Д.Медведев: Причём, я так понимаю, это дети разного возраста. Мы сегодня обсуждали вопрос детей-сирот. Часть из них – совсем молодые люди, которые только окончили школу, а другая часть – это уже очень взрослые люди.

А.Тарасенко: Да, у них уже дети есть, семьи. И что получается? Их выпустили из интернатов, у них нет прописки. Они сегодня работают без прописки. Им надо детей в школу устраивать, а я им могу дать 36 кв. м. Он говорит: «У меня же семья. Куда я с этими 36 кв. м?! Дайте мне сертификат, я докуплю лучше».

Д.Медведев: Как раз сегодня на совещании обсуждали проблему регулирования отношений, связанных с предоставлением жилья детям-сиротам. Там проблем очень много. Таких детей у нас по стране приблизительно 250 тысяч. И эта цифра растёт. Нужно просто понять, каким образом эти отношения отрегулировать, чтобы и люди не пострадали, и в то же время государство могло эту проблему решить.

Вы подготовьте свои предложения и нам пришлите. Всё равно без федерального решения не обойдётся.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 31 августа 2018 > № 2718364 Андрей Тарасенко


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 31 августа 2018 > № 2718363 Сергей Носов

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Магаданской области Сергеем Носовым.

Обсуждалась, в частности, готовность школ региона к началу нового учебного года.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Относительно недавно мы встречались в Петропавловске-Камчатском, где обсуждали проблемы и перспективы развития всего Дальнего Востока, в том числе Магаданской области. Но сегодня давайте сконцентрируемся на проблемах вашего региона.

Впереди начало нового учебного года. Как обстоят дела с подготовкой к нему, готовностью школ, педагогических коллективов?

С.Носов: Несмотря на сложности, а они бывают, все школы приняты комиссиями на 100%. Сегодня 100% школ и учебных классов соответствуют государственному стандарту, который установлен в Российской Федерации. Это первое.

Закуплены учебники в полном объёме, тетради. Для этого были выделены деньги из консолидированного бюджета, и здесь проблем на сегодняшний день нет.

По готовности персонала есть проблема: нехватка учителей по отдельным специальностям в отдалённых районах. Здесь есть решение по совмещению при преподавании. Это касается прежде всего начальных классов.

Д.Медведев: Это малокомплектные школы?

С.Носов: Малокомплектные школы. Это наша общая проблема, но находим выход. Надо сказать, что у нас в этом году впервые в Северо-Эвенске будет запущено обучение в 1–4-х классах на эвенском языке – два раза в неделю.

В целом количество учеников в этом году больше, чем в предыдущем, на 5%. Есть рост по первоклассникам, что очень важно.

Помимо подготовки школ за лето была проведена другая, очень важная, я считаю, работа для нашего региона: мы сделали три новых футбольных поля с искусственным покрытием, семь универсальных спортивных площадок, четыре площадки специально для сдачи норм ГТО.

Д.Медведев: Это очень хорошо, потому что, к сожалению, не только многие наши школы обветшали (и мы их сейчас восстанавливаем по всей стране, и у вас тоже), но и спортивные сооружения деградировали. И очень хорошо, что вводятся новые спортивные объекты, пусть даже достаточно скромного, школьного уровня. Надеюсь, дети смогут всем этим пользоваться.

С.Носов: Мы этими планами не ограничиваемся. Мы в соответствии с программой, утверждённой Правительством, намерены двигаться вперёд.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 31 августа 2018 > № 2718363 Сергей Носов


Канада. Россия. ДФО > Рыба. Экология > fish.gov.ru, 30 августа 2018 > № 2718326

Россия и Канада примут участие в масштабной экспедиции по изучению тихоокеанских лососей.

Илья Шестаков и заместитель министра рыболовства, океанов и береговой охраны Канады Кевин Стрингер обсудили вопросы международного сотрудничества по рыболовству. Встреча состоялась 28 августа на полях 23-й Конференции Министров рыболовства стран Северной Атлантики на Фарерских островах.

Стороны обратили внимание на общность большинства подходов России и Канады к регулированию рыболовства в рамках международных организаций. Наблюдается значительный прогресс в работе Комиссии по рыболовству в северной части Тихого океана (СТО), Международной комиссии по анадромным видам рыб северной части Тихого океана (НПАФК), Организация по рыболовство в Северо-Западной части Атлантического океана (НАФО).

«Мы участвуем в предстоящей масштабной морской экспедиции в северной части Тихого океана по изучению экологии тихоокеанских лососей в Северной Пацифике в зимний период, – отметил Илья Шестаков. – В экспедиции будут задействованы пять научно-исследовательских судов: три российских НИС с участием ученых из России, Канады и Республики Корея, а также по одному судну от Японии и США. Планируется подробно исследовать один из критических этапов жизни тихоокеанских лососей: зимовальный период в открытых водах северной части Тихого океана».

Россия также поддерживает решение НПАФК и НАСКО о проведение Международного года лосося. Его цель – стимулирование идей и планирование мероприятий, направленных на сохранение запасов лосося в Тихом океане, Северной Атлантике и, возможно, в Балтийском море, которые повысят мировую осведомленность о факторах, влияющих на численность лосося, об экологических и антропогенных проблемах популяций и возможных мерах для решения существующих проблем. Официальная церемония открытия Международного года лосося состоится 15 сентября этого года на полях II Международного рыбопромышленного форума в Санкт-Петербурге.

Руководитель Росрыболовства также подчеркнул эффективность взаимодействия двух стран в сфере рыболовства, в том числе объединения усилий по борьбе с незаконным, несообщаемым и нерегулируемым промыслом (ННН-промыслом). «Несмотря на вступление в силу Соглашения ФАО о Мерах государства порта как технического инструментария контроля за ННН-деятельностью, российско-канадский Меморандум имеет большое фактическое значение и особенно актуален для Тихоокеанского бассейна», – уверен Илья Шестаков.

Источник: Пресс-служба Росрыболовства

Канада. Россия. ДФО > Рыба. Экология > fish.gov.ru, 30 августа 2018 > № 2718326


Россия. ЮФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 29 августа 2018 > № 2716470 Максим Артемьев

Проклятие холодов. Почему Россия упорно не переселяется на юг

Максим Артемьев

Историк, журналист

Население США в штатах, расположенных южнее 36 параллели бурно растет. Российский «Солнечный пояс» пребывает в забвении

Утечки из Минэкономики о разработанной в его недрах «Стратегии пространственного развития» вызвали определенный переполох в СМИ. Разумеется, нелепостей в нынешнем административном устройстве Российской Федерации множество. Это касается и федеральных округов, например, Уральского без Перми, Оренбурга и Уфы или Центрального, где объединены Воронежская и Тверская области, между которыми нет ничего общего. Это касается и субъектов Федерации (притом что Россия по факту никакой «федерацией» не является), среди которых, несмотря на их сокращение числа в начале 2000-х, остаются и совсем нелепая и крохотная Еврейская автономная область без евреев, и Ненецкий и Чукотский автономные округа притом, что они обезлюдели и их население меньше даже небольшого муниципального района Москвы, и «матрешечная» Тюменская область.

Впрочем, Министерство экономики на эти проблемы и не замахивается, поскольку они являются чисто политическими. Предлагаемые ее «макрорегионы», о чем информирует «Коммерсантъ», суть всего лишь статистические единицы для удобства анализа, подобно Combined statistical area или Metropolitan statistical area в США. В Америке уже давно используют подобный неформальный подход для учета демографического потенциала, выявления экономических и прочих связей между проживающими поблизости людьми. В СССР же и по инерции в России статистика велась строго в рамках районов, городов, областей, краев, республик, не учитывая существующих реальностей. Впрочем, «макрорегионы», судя по всему, не отходят от этой традиции и лишь несколько уточняют существующие федеральные округа, нарезанные весьма произвольно.

Надо заметить, что исторически в нашей стране к любым попыткам горизонтального взаимодействия между регионами относились с подозрением. Так было и в советские времена, так продолжилось и в России. Кремль усматривал в неконтролируемой активности в этом направлении попытки местнической фронды. Недаром в путинские времена все эти «Сибирские соглашения» и прочие межрегиональные ассоциации ушли на второй-третий планы. Вся работа строилась теперь через институт полпредов, назначаемых президентом. При этом в девяностые годы ассоциации имели немалый политический вес, вызывали на отчет глав правительств, выступали как сильные лоббисты. Вспоминаю, как в Черноземье, которую возглавлял тогдашний председатель Совета Федерации Егор Строев, вступили такие области, как Смоленская и Новгородская, которые не имели ни одной сотки черноземной земли. Их привлекал именно политический вес Строева.

В сообщениях из Минэкономики говорится о предполагаемых «35–40 центрах экономического роста, которые в 2035 году должны будут обеспечивать до 65% экономического роста России». Но возможно ли такое и где вообще могут находиться точки роста? Тема эта обширна и разнообразна, поэтому хотелось бы рассмотреть только один ее аспект — рациональное размещение населения на территории страны.

Пример США

В США последние несколько десятилетий выделяется еще одна неформальная географическая зона — так называемый Солнечный пояс (Sun Belt). Он простирается от Флориды до Южной Калифорнии и его северной границей условно считается 36 параллель, то есть южнее средиземноморского побережья Турции (Антальи и Аланьи) или пресловутой Кушки, самой южной точки СССР. Там мягкие зимы, много солнечных дней и растущие экономические возможности. Немудрено, что Солнечный пояс — район США с самым быстрым приростом населения. Туда не только переезжают пенсионеры, но и переселяются люди самых разных возрастов в поисках как здорового климата, так и работы.

При этом изначально значительная часть Солнечного пояса не считалась особенно благоприятной для проживания. Отсутствие пресной воды в пустынях Дикого Запада, малярийные болота Флориды, тропические циклоны и изнуряющая жара повсюду отпугивали возможных поселенцев. Только достижения современной цивилизации, в том числе кондиционирование домов, осушение болот и прокладка акведуков, позволили изменить ситуацию в корне.

Если взглянуть на карту США, то мы увидим, что значительная часть страны, в том числе Солнечного пояса, располагается в тех же широтах и в тех же условиях гор и пустынь, как и Средняя Азия, Закавказье, Иран, Афганистан. Климат и ландшафты чрезвычайно схожи. Но только там, где в Азии царят нищета и отсталость, в Америке находятся наиболее перспективные центры развития, притягивающие людей. Так, население Невады с 1970 по 2018 год выросло в шесть раз, с 0,5 млн до 3 млн, Аризоны в четыре раза — с 1,7 млн до 7 млн. В Нью-Мексико за последние десять лет рост составил почти 12%, а в Техасе за пять лет превысил 9%. Что касается Флориды, то она вышла на третье место в США по численности населения, обогнав штат Нью-Йорк.

Ну а что в России? Есть ли у нас надежды на свой Солнечный пояс?

Солнечный пояс России

Значительная, если не большая часть населения проживает в климате, вообще не располагающем к здоровой жизни. Холодные зимы, неплодородная почва и короткое лето — это реальность для большинства россиян. Однако нынешнее расселение — лишь следствие насильственной индустриализации советского времени. Такие города-миллионеры, как Екатеринбург, Пермь, Челябинск, Омск, Новосибирск, вообще существует как бы вопреки здравому смыслу. Это же касается и моногородов, возникших в экстремальных условиях: Магнитогорска, Нижнего Тагила, Череповца, Новокузнецка, а также заполярных и приполярных Норильска, Мурманска, Магадана и городов тюменского севера.

Зачем жить в многоэтажном мегаполисе, отравленном экологически, окруженным тайгой или выжженной степью, притом что полгода там царит минусовая или близкая к ней температура?

С отпадением Средней Азии и Закавказья у России потенциальных мест для Солнечного пояса осталось совсем немного. Это примерно тысяча километров вдоль Кавказского хребта от Черного до Каспийского моря и с недавних пор Крым. Но последний в виду разного рода обстоятельств особый случай.

Потенциал российского юга доказывает пример Краснодарского края, где в постсоветский период население увеличилось почти на 10% формально и на 20% неформально, с учетом трудовых мигрантов, тогда как в большинстве регионов численность населения сократилась и порой значительно. Еще заметнее оказался рост в Дагестане, где население выросло почти на 30% за последние 20 лет. Однако между ними находятся республики с противоречивыми тенденциями. В Северной Осетии, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии численность населения топчется на месте: то растет, то уменьшается. Это же касается Ставрополья и Астраханской области, а население Калмыкии вообще резко сокращается. Устойчиво падает численность в Ростовской и Волгоградской областях. Таким образом российский Солнечный пояс демонстрирует разнонаправленные тренды.

Краснодарский край можно назвать русской Калифорнией с морским курортным и портовым побережьем и плодородной равниной. Теоретически край мог бы легко удвоить и даже утроить численность населения — до 15 млн, благо желающих жить в мягком климате у моря предостаточно. Сочи могло бы быть русским Лос-Анджелесом. Однако неразвитость инфраструктуры и общая бедность препятствуют действительно инновационному развитию края. Крым также мог бы принять на жительство до 8 млн человек, а Ялта возродить свою былую славу кинопроизводителя, став русским Голливудом. (Стоит заметить, что кино в Америке снимают не только в Калифорнии, расположенный в Солнечном поясе город Шривпорт в Луизиане также является популярным местом съемок.) И даже неурегулированный статус тому не помеха, ведь существуют же семьдесят лет с непризнанными границами Израиль или Тайвань.

Однако этого не происходит. Почему?

Депрессивный «особый путь»

Республики, вытянувшиеся вдоль Северного Кавказа, поражены не только технологически, но и социально. Коррупция, клановость, этнические и религиозные конфликты подрывают их экономический потенциал. Те районы России, которые могли бы быть пионерами роста и привлекать миллионы жителей, напротив, теряют их, являясь крупнейшими поставщиками переселенцев в глубинную Россию. Их курортно-рекреационный потенциал востребован совершенно недостаточно. А говорить про Кремниевую долину там и вовсе неуместно. По здравому размышлению, именно Кавказ должен быть могучим центром притяжения для всей России, к чему располагает сама природа. Однако в реальности все происходит наоборот, южане в поисках лучшей жизни и работы тянутся на «севера».

Вспоминаю одного знакомого советского начальника, который, выйдя на пенсию в самом начале 2000-х, продал жилье в Туле и уехал жить в район Минеральных Вод, думая гулять по горам и сочинять стихи. Однако идиллия продолжалась недолго, и спустя несколько лет он вернулся на север, проклиная свой прекраснодушный идеализм. Кавказ не стал местом для проживания пенсионеров и не будет им в обозримом будущем. Равно как не будет там развиваться сервисная экономика, если не предпринять чрезвычайных усилий. Востребован ли тот же Каспий для туризма?

Есть, правда, в России и альтернативный юг. Это Приморье, находящееся на широте Новой Англии, но больше похожее по природе и климату на северо-запад США, штаты Вашингтон и Орегон. Хабаровск, находящийся на 48-й широте, расположен между Сиэтлом и Ванкувером, а Владивосток — чуть севернее Бостона. Этот регион Америки хоть и не относится к Солнечному поясу, но тоже интенсивно развивается, достаточно вспомнить расположенные там Microsoft, Boeing и Starbucks.

Однако на нашем берегу Тихого океана все как-то депрессивно, и проведение во Владивостоке в 2012 году саммита АТЭС не особенно помогло. Бывший губернатор Приморского края Владимир Миклушевский был отправлен в отставку год назад ввиду отсутствия очевидных достижений. Если в США удаленность Сиэтла никак не сказывается на его успехах в бизнесе и не препятствует Биллу Гейтсу там жить, то у нас сетования на заброшенность Дальнего Востока и бегство населения оттуда стали давно привычными. Да, от Москвы до Владивостока далеко, но близко до Китая, Японии и Южной Кореи, мощнейших экономических центров. Но этот фактор пока никак не влияет на развитие региона. Опять-таки климат там не субтропический, но всяко лучше, чем в большей части Сибири и на севере Дальнего Востока, и вот куда следовало бы переселяться. Тем не менее население края сократилось за 25 последние лет на 18%.

Последняя поездка Владимира Путина по Сибири как бы подтверждает стрельбу по воробьям из пушки — президент который год ездит ловить рыбу или собирать грибы в Туву, но что толку?! Как обогащается от этого республика? Следует ли за главой государства поток туристов? Обещания инновационного роста за Уралом ни на чем конкретном не базируются. «Сколково» все равно учредили в Москве. Это, разумеется, не означает, что на Сибирь нужно махнуть рукой. Нет, но надо здраво и реально понимать ее демографические перспективы и неизбежное продолжение выбывания населения. И думать о том, куда оно будет переселяться, обустраивать для него новые места проживания на длительную перспективу. Вообще вести ответственную и реалистичную политику без популизма и демагогии.

В России не запущен механизм переселения (программы вывоза людей с «северов» являются несколько иными), хотя с учетом того, что мы северная страна, данный аспект крайне важен. И Сибирь, и Урал, и большая часть Поволжья, и Нечерноземье — все это районы с суровым климатом. Одно дело — приехать в тайгу поохотиться или покататься на лыжах, другое — жить там постоянно. Население неизбежно будет стремиться выбирать наилучшие условия проживания из имеющихся в России. Пока ни власть, ни общество к осознанию этого не готовы.

Процесс переселения в том же Краснодарском крае или в Белгородской области протекает во многом стихийно. Люди сами подыскивают варианты переезда на юг, покупают там вторые квартиры или дома. Но ни местная, ни центральная власть не заинтересована в создании соответствующей инфраструктуры. Крошечный Израиль, расположенный в пустыне и на холмах, принял несколько миллионов переселенцев, обеспечил их жильем, решил проблему водоснабжения. Точно так же поступили арабы в ОАЭ, Катаре, Саудовской Аравии, строя гигантские опреснительные заводы, внедряя системы кондиционирования и т. д. И сегодня в них проживает свыше 10 млн мигрантов.

Российские Крым, Кавказ и Южное Приморье требуют куда меньших затрат и по воде, и по другим аспектам. Необходима лишь сознательная политика государства.

Россия. ЮФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 29 августа 2018 > № 2716470 Максим Артемьев


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > kremlin.ru, 29 августа 2018 > № 2716078 Айсен Николаев

Рабочая встреча с врио Главы Республики Саха (Якутия) Айсеном Николаевым.

Временно исполняющий обязанности Главы Республики Саха (Якутия) Айсен Николаев информировал Президента о ходе подготовки в регионе к новому учебному году.

В.Путин: Айсен Сергеевич, как подготовка к новому учебному году?

А.Николаев: Подготовка идёт хорошо. Мы в принципе готовы, все школы откроются вовремя. Образованию у нас в республике всегда уделяется большое внимание, и мы благодарим за поддержку руководство страны. Сейчас, конечно же, проблема у нас одна: детей у нас в регионе с каждым годом больше. В том же Якутске, я пять лет руководил городом Якутск, было 32 тысячи школьников, а сейчас их уже 42 тысячи – за пять лет 10 тысяч.

В.Путин: У вас там, я помню, был план строительства новых учебных мест – по-моему, на 1,5 тысячи человек.

А.Николаев: Да. По городу Якутску сейчас реализуется проект государственно-частного партнёрства, он уже заканчивается, мы его начали в 2015 году. 12 социальных объектов, из них 4 большие школы, 5 крупных детских садов и 3 объекта культуры: дворец современного искусства, городской библиотечный центр и дворец детского искусства. Все объекты будут сданы в конце 2018-го – в первой половине 2019 года.

В.Путин: Непосредственно учебных мест новых?

А.Николаев: 1620 – это по минимуму, это проектная мощность. У нас, к сожалению, в Якутске даже по 43 ребенка в классе сидят, достаточно большая уплотнённость.

Владимир Владимирович, сейчас у нас появилась какая возможность: в городе Якутске есть достаточно много зданий, которые могли бы быть использованы под эти школы – например, здания негосударственных образовательных учреждений, которые сейчас закончили свою деятельность, не прошли аккредитацию, но здания абсолютно для школ готовы, они могут в принципе при минимальной реконструкции уже к концу этого года начать детей принимать. Там у нас ещё около тысячи мест может быть открыто. Три таких здания есть. Но, к сожалению, дефицит бюджета у нас в республике в этом году достаточно большой.

В.Путин: Сколько это стоит?

А.Николаев: Порядка 600 миллионов рублей. Оценки все произведены, мы проверили все – в принципе они подходят, но пока денег не хватает. Мы, конечно, просили бы Вас, если такая возможность есть, дать поручение Правительству Российской Федерации, чтобы какая-то помощь нам была оказана.

Владимир Владимирович, на самом деле проблема очень острая. Потому что, ещё раз говорю, это же хорошо – детей у нас больше и больше.

В.Путин: Ну конечно.

А.Николаев: Город растёт, развивается, и, конечно, надо, чтобы дети учились в хороших условиях.

В.Путин: Давайте посмотрим. Думаю, что Правительство будет предлагать на условиях какого-то софинансирования.

А.Николаев: Мы всегда готовы идти [на это], мы всегда софинансируем и реконструкцию возьмём на себя.

В.Путин: Хорошо, я тогда поручение Правительству дам.

А.Николаев: Спасибо, Владимир Владимирович.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > kremlin.ru, 29 августа 2018 > № 2716078 Айсен Николаев


Китай. СФО. ДФО > Леспром > carnegie.ru, 28 августа 2018 > № 2715871 Вита Спивак

Великая китайская вырубка. Что реально угрожает сибирскому лесу

Вита Спивак

Китайцы активно работают в лесной отрасли не только в России, и китайский бизнес ведет себя за рубежом совершенно по-разному: многое зависит от уровня контроля со стороны местных властей. Это очень хорошо видно на примере лесопроизводства

Один из главных российских страхов перед китайцами – это то, что они хотят вырубить весь наш сибирский лес. В последние несколько месяцев об этом написали практически все – начиная с блогеров-активистов и заканчивая крупнейшими таблоидами. В интернете эта тема обсуждается на повышенных тонах уже не первый год, жители Иркутской области и Красноярского края пишут многотысячные петиции против «захвата» китайцами сибирской тайги.

Например, они требуют ввести мораторий на вырубку и экспорт леса-кругляка из России в КНР на десять лет. Местные активисты утверждают, что после варварской вырубки не происходит новых посадок леса, на освоенных участках остаются щепки и ветки, что вызывает пожары, а российские власти на местах то ли не хотят, то ли вовсе не в силах противостоять «желтой угрозе» лесам Сибири.

Общественность возмущена и тем, что сибирский лес продается в Китай практически в необработанном виде за копейки, а китайский бизнес, по сути, выигрывает дважды, продавая потом продукты деревопереработки обратно в Россию.

Действительно, Китай – один из крупнейших поставщиков мебели на мировом рынке, а по мере роста уровня жизни там активно расширяется и внутренний рынок изделий из древесины. В итоге КНР постепенно превратилась в мирового лидера по импорту необработанного дерева: в 2017 году его объем составил $23,4 млрд, 16,6% мирового импорта. На втором месте – США с импортом $21,1 млрд, далее – Япония ($10,3 млрд). Круг поставщиков древесины в Китай постоянно расширяется, но далеко не все они бьют тревогу.

Российские поставки

По данным китайской статистики, Россия – лидер по поставкам леса в Китай. Сейчас на нее приходится 30% китайского импорта древесины и пиломатериалов, на втором месте – Новая Зеландия с долей 13,8%, далее – Канада и США (по 9,8%). Из Новой Зеландии традиционно везут в основном просто лес-кругляк, из Северной Америки – продукты переработки (целлюлозу, бумагу, древесную массу). А вот структура древесного экспорта из России в Китай интересным образом изменилась за последние 10 лет, в том числе благодаря ограничениям на экспорт леса-кругляка, за которые так ратуют активисты.

В 2007 году российское правительство ввело новые тарифы на экспорт необработанной древесины из России: они выросли с 6,5% до 20%, а годом позднее увеличились еще раз – до 25%. В некоторых случаях пошлины на необработанный лес теперь достигают 80%. Рост таможенных сборов, по замыслу российских властей, должен был подтолкнуть поток инвестиций (в первую очередь иностранных) в отечественную деревообрабатывающую промышленность. Также законодатели, разумеется, думали и о пополнении бюджета: пошлины на товарную группу «лесоматериалы необработанные» в зависимости от сорта дерева теперь в большинстве случаев составляют 15 евро за кубометр (но могут доходить и до 100 евро за кубометр).

Увеличение тарифов отразилось на торговле с Китаем уже тогда, хотя 10 лет назад китайскую угрозу российскому лесу не рассматривали как самую страшную (больше переживали за поставки в скандинавские страны). Из-за новых правил объем экспорта российской древесины в Китай после десятилетнего роста впервые стал падать в 2007 году: с $2,7 млрд до $1,9 млрд в 2009 году. Несмотря на снижение объемов поставок из России, общий объем китайского импорта дерева продолжил увеличиваться – российский лес быстро заместили поставки из Новой Зеландии.

Несмотря на новые пошлины, интерес китайского бизнеса к российской древесине не пропал. Леса в России много, да и везти недалеко. Среди российских регионов лидерами по поставкам леса в Китай являются именно граничащие с ним Сибирь и Дальний Восток (в 2016 году их доля в общем объеме лесозаготовок в РФ – 41%). Но после введения драконовских тарифов на лес-кругляк в экспорте России стали преобладать лесоматериалы, все же прошедшие минимальную обработку (сейчас их доля – 62%). В 2017 году на лес-кругляк приходилось всего 35% российских поставок дерева в Китай.

Этот сдвиг в структуре российского экспорта леса неслучаен. Пошлины на вывоз распиленной древесины из России существенно ниже – 10% (от 5 евро за кубометр). Этим и воспользовался китайский бизнес. Вместо того чтобы, как задумывали власти в РФ, инвестировать в глубокую обработку лесоматериалов северного соседа, китайские предприниматели поступили проще: они стали потихоньку перебираться в Россию и открывать собственные лесопилки.

Если в 2008 году в России было зарегистрировано 152 лесопромышленные компании с китайским участием, то сейчас их не менее 564. Чаще всего они не занимаются непосредственно вырубкой леса: они привозят свою технику и специалистов, а на низшие должности нанимают россиян. В итоге экспорт дерева из России в Китай продолжает набирать обороты, но дальше первичной обработки лесоматериалов дело не доходит.

Китайский инвестор и русский эколог

Высокопоставленные чиновники Китая и России тем не менее не теряют надежды совместно развивать деревообрабатывающую промышленность на более сложном уровне. Переговоры о проектах по глубокой обработке леса ведутся уже почти 15 лет, но не всегда приводят к реальным результатам. Один из самых заметных совместных проектов КНР и РФ в лесной индустрии – это Асиновский лесопромышленный парк в Томской области, созданный еще в 2004 году. С 2008 года этим проектом занимается корпорация «РосКитИнвест», принадлежащая Яньтайской зоне технико-экономического освоения и китайской компании AVIC Forestry.

В 2016 году Томские власти объявили, что привлекли в этот проект «нового» инвестора из КНР – Объединенную инвестиционную корпорацию провинции Хубэй, которая также оказалась держателем контрольного пакета акций AVIC Forestry. Объем инвестиций в проект Асиновского ЛПК, как говорится на сайте парка (который, к слову, до сих пор не перевели на китайский язык), превышает 30 млрд рублей, а объем перерабатываемой древесины достигнет в перспективе 4,5 млн кубометров. Некоторые мощности ЛПК уже запущены, а полноценно проект заработает к 2022 году.

Другие российско-китайские проекты в лесопромышленности пока остаются на стадии переговоров или подготовки к строительству: это лесохимический комплекс в Енисейском районе стоимостью $2 млрд, Амурский целлюлозный завод (обещанный объем инвестиций – $1 млрд), а также совместная лесная биржа РФ и КНР. Еще один проект в Томской области, Белоярский лесопромышленный комплекс, обсуждается с 2015 года. Китайские инвесторы из Xinjiang Zhongtai Group и AVIC Forestry (той же, что финансирует Асиновский ЛПК) говорили о желании поскорее начать строительство ЛПК и собирались вложить туда до 50 млрд рублей, но с 2015 года новостей о проекте нет.

А вот будущее почти завершенного Амазарского лесопромышленного комплекса, который строится в Забайкальском крае при стопроцентном участии китайских инвесторов, сейчас под вопросом из-за экологических проблем. Проект начали еще в 2005 году при поддержке правительства Читинской области, а в декабре 2017 года даже включили в приоритетную программу развития приграничных территорий Забайкальского края.

Но на завершающем этапе строительства выяснилось, что ЛПК создает серьезную угрозу для экологии региона: необходимого количества леса для переработки в регионе просто нет (объемы лесозаготовки проекта по плану достигнут 2 млн кубометров в год), а плотина на реке Амазар, построенная для обеспечения работы комплекса, перекрывает миграционные пути рыбы и нарушает жизнедеятельность водоема. Экологи стали протестовать еще в 2013 году, а спустя пять лет, во многом из-за поднявшейся шумихи, китайские инвесторы окончательно вышли из проекта, успев вложить в него $360 млн.

Китайская грамота в лесном хозяйстве

Защитники сибирских лесов объясняют интерес китайского бизнеса тем, что в самом Китае вырубка леса запрещена законодательно из-за экологических проблем. Мол, китайцы довели свои леса до полного истощения и теперь принялись за богатства России. Однако это не совсем верно.

Действительно, экстенсивная и масштабная индустриализация в Китае в последние 30–40 лет привела к тому, что многие регионы оказались на грани экологической катастрофы, а возрождение природы буквально из пепла и создание «зеленой цивилизации» – приоритет для социально-экономической политики Пекина в последние годы. Но полного запрета на вырубку лесов в Китае не существует: власти вводят серьезные ограничения на лесозаготовку (даже в зоне искусственных лесопосадок), но при наличии лицензии делать это все-таки можно.

Ограничения меняются в зависимости от региона, особенно жесткие они для естественных лесов. В некоторых местах (например, вокруг крупнейших мегаполисов – Пекина, Шанхая и Тяньцзиня, а также в заповедных территориях Тибета) вырубка природного леса практически полностью запрещена. Больше всего леса можно вырубать в Гуанси-Чжуанском АО. Это один из наименее экономически развитых регионов Китая, которого слабо коснулась индустриализация.

До 2020 года китайские власти разрешают заготовить до 5,08 млрд кубометров леса по всей стране, причем коммерческой вырубке подлежат исключительно искусственные лесопосадки (2,8 млрд кубометров). То есть сейчас китайские власти разрешают вырубать примерно 1 млрд кубометров собственных лесов в год, что в три раза больше пиковых объемов экспорта из России. Но к 2020 году Пекин планирует полностью остановить вырубку естественных лесов и сократить коммерческую лесозаготовку на 20%, что может отразиться и на масштабах экспорта дерева из России.

Что не так с российским регулированием

В 2007 году в России не только повысили пошлины на экспорт леса-кругляка, но и серьезно переработали лесное законодательство. Ответственность за сохранность российских лесов перешла от федеральных к региональным властям В результате местные чиновники готовы подписаться даже под самым сомнительным с экологической точки зрения проектом (как, например, Амазарский ЛПК), лишь бы выполнить KPI по привлечению китайских инвестиций в свой регион.

Новый Лесной кодекс фактически ликвидировал систему государственной лесной охраны, значительно уменьшилось количество профессиональных лесников. Из-за этого ослабла система контроля за лесопользованием: на местах вырубок перестали убирать щепки и опилки, которые повышают риск пожаров (пик пришелся на лето 2010 года, отголоски чувствовались даже в Москве).

Кроме того, растут масштабы нелегальной вырубки лесов. Из-за сокращения финансирования лесники все чаще закрывают глаза на черных лесорубов, чьими услугами нередко пользуются и китайские компании, вызывая особый гнев россиян. Отследить такие противозаконные вырубки (которые нарушают правила лесопользования, что ведет к обезлесиванию территорий и пожарам) практически невозможно – это часто происходит в труднодоступных регионах.

Сюда же добавляется коррупция на таможне. Очень часто незаконно срубленный лес (даже если это дерево из Красной книги) без проблем можно обелить на российской границе: документы можно купить даже на экспорт реликтового сибирского кедра. Но пока возмущение общественности обращено не столько на чиновников, сколько на головы китайских предпринимателей, которые просто используют возможности того бизнес-климата, в котором существуют.

Экологи говорят, что чуть ли не главной проблемой для России является потребительское отношение к лесу, которое закреплено законодательно. В Лесном кодексе, по словам Алексея Ярошенко из «Гринпис Россия», практически не уделяется внимание возобновлению лесных массивов, а к тайге относятся как к «месторождению бревен». Действительно, объемы лесовосстановления в России оставляют желать лучшего. В 2016 году в России работы в этом направлении прошли на территории площадью 0,78 млн гектаров, а в том же Китае площадь новых посадок составила 28 млн гектаров.

Зеленый пояс и китайский путь

Китайцы активно работают в лесной отрасли не только в России. Зная о своей плохой экологической репутации, китайские власти все чаще говорят о необходимости «зеленого развития», особенно в рамках инициативы «Пояса и Пути». Но на деле китайский бизнес ведет себя за рубежом совершенно по-разному: многое зависит от уровня контроля со стороны местных властей. Это очень хорошо прослеживается на примере лесопроизводства.

Российская ситуация схожа с положением дел в странах Африки. Китайцы очень ценят розовое дерево, а мебель из него – признак статуса для растущего среднего класса. Крупнейшие поставщики розового дерева в Китай – Замбия, Конго, Мозамбик, одни из самых бедных и коррумпированных стран даже по-африканским меркам. Китайский бизнес там ведет себя почти так же, как в России: закупщики древесины из КНР стали крупными работодателями, дерево уходит на Восток по дешевке, в необработанном виде, а местные власти получают огромные взятки за то, что закрывают глаза на вырубки лесов без лицензии.

В Африке, как и во многих регионах Сибири, на лесоповалах нет китайских рабочих, предприниматели из КНР нанимают для этого местных жителей. Африканцы, кстати, рады такому сотрудничеству: благодаря бизнесменам из Китая у них есть стабильная работа, которая оплачивается выше рынка, а в городах, тесно связанных с производством древесины, снижается преступность и даже растет уровень образования.

Пока местные власти в странах Африки и в отдельных районах России смотрят сквозь пальцы на нелегальную лесозаготовку на своей территории, в Новой Зеландии работа китайских компаний становится важной темой на региональных выборах. Это притом, что там китайские компании обязаны покупать права на вырубку лесов, которые согласовываются на уровне центральных властей. Расходы на покупку лицензии может потянуть только крупный бизнес, поэтому на территории Новой Зеландии действуют не мелкие фирмы, а крупная China Forest Group Corporation, созданная при непосредственном участии Государственного управления лесного хозяйства КНР.

В CFGP New Zealand на высших должностях работают новозеландцы, и компания активно расширяет программу образовательных грантов для местных с целью развития торговых отношений между Пекином и Веллингтоном. Власти на местах, судя по всему, жестко контролируют китайских инвесторов: например, администрация в регионе Вайрарапа подняла шумиху всего лишь из-за того, что китайский фермер, выкупив участок земли, перекрывает общественный проход в лес вопреки предписаниям новозеландской Комиссии пешей доступности (следит за соблюдением правил природных районов общественного пользования).

Основательная система лицензирования лесопроизводства в Новой Зеландии и контроль даже за мелкими нарушениями правил пользования земельными участками практически исключает возможность возникновения экологических проблем. Также активно проводятся программы лесовосстановления: в Новой Зеландии этим занимаются на правительственном уровне, что уравновешивает масштабную вырубку. Лесное хозяйство – один из приоритетов государства, и китайский бизнес (даже крупные госкорпорации) здесь играет по тем правилам, которые задают местные власти. То же самое он делает и в России.

Китай. СФО. ДФО > Леспром > carnegie.ru, 28 августа 2018 > № 2715871 Вита Спивак


Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714381

Для марифермеров Дальнего Востока создали электронный сервис.

Запущен новый механизм формирования и распределения рыбоводных участков в дальневосточных морях. Сервис предоставляется через специализированный сайт.

Предстоящий запуск сайта www.aquavostok.ru . Минвостокразвития анонсировало в июне https://fishnews.ru/news/33969  и июле https://fishnews.ru/news/34315 . Теперь ресурс для выбора рыбоводных участков открыт официально. Он включает карту свободной от ограничений морской акватории, а также сервисы для подачи в электронной форме заявлений в Росрыболовство на определение участка и организацию интернет-аукциона https://fishnews.ru/rubric/zakon-ob-akvakulture/11061 .

В пресс-релизе министерства также говорится, что опубликован перечень доступных для марикультуры зон в морях Дальневосточного бассейна. Отмечено, что в списке представлены по четыре координатных пары каждого стогектарного квадрата акватории для хозяйственной деятельности. При этом, как сообщает корреспондент Fishnews, на момент написания этой статьи предоставленная ссылка не работала https://minvr.ru/upload/iblock/419/1_-perechen-dostupnykh-morskikh-akvatoriy-dv-rybokhozyaystvennogo-basseyna-_dvrkhb_-_1_.pdf .

Согласно специальному порядку создания РВУ на Дальневосточном бассейне https://fishnews.ru/news/33569 , утвержденному постановлением Правительства РФ от 9 апреля 2018 г. № 429 http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201804110006 , Росрыболовство в течение пяти рабочих дней со дня опубликования перечня начинает прием заявлений об определении границ участков.

Предполагается, что с помощью сайта любой предприниматель может создать рыбоводный участок с помощью четырех точек. А затем направить электронное заявление в Росрыболовство на формирование границ РВУ и его выставления на торги.

Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714381


Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714379

Об электронных инструментах мониторинга рассказали рыбакам Камчатки.

Специалисты Центра системы мониторинга рыболовства и связи провели в Петропавловске-Камчатском круглый стол с рыбопромышленниками и пограничниками.

Рабочая встреча – первая из серии в регионах – была организована совместно с Союзом рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки. Круглый стол начался с обсуждения тестирования электронного промыслового журнала на судах и порядка передачи ССД, текущего состояния системы, статистики подключений и интеграции с ФГИС «Меркурий». Как сообщили Fishnews в пресс-службе ЦСМС, всех интересовал главный вопрос: когда выйдет закон об ЭПЖ и каков будет переходный период? Специалисты Центра еще раз подчеркнули, что переходный период обязательно будет, соответствующее поручение дал руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

Также рыбаков интересовал вопрос контроля своих судов в части добросовестности предоставления суточных отчетов. Представители ЦСМС напомнили, что уже создан личный кабинет. Он позволяет отслеживать принятые и обработанные ССД от судов, принадлежащих конкретным пользователям водными биоресурсами.

На встрече в очередной раз продемонстрировали существующий функционал портала Отраслевой системы мониторинга и поговорили о перспективах его развития. Сейчас на портале полным ходом тестируются модули по подготовке и передаче в электронном виде статистических и оперативных отчетов, модуль электронных разрешений, работает сквозная аутентификация на картографический и аналитический сервисы ОСМ. В режиме промышленной эксплуатации работает коммерческий модуль для заключения договоров в электронной форме по ряду тарифов ЦСМС.

Было объявлено, что при заключении договоров на новый период на ПАК «Аналитика» и модуль картографического интерфейса будет выдаваться только один логин и пароль для доступа в личный кабинет.

Специалисты Центра рассказали, что уже завершена работа по ряду функций. Это освидетельствование на соответствие требованиям МКУБ; возможность подачи сведений в ОСМ о судне и рыбопромысловой компании; оформление свидетельств соответствия ТСК в электронной форме; подача заявки на подключение к ЭПЖ; возможность формирования отчетов более высокого уровня с автоматическим заполнением данных на основе ранее переданной информации в отчетах нижнего уровня.

Проводится работа и по созданию унифицированного программного обеспечения для филиалов Центра. Сейчас тестируется модуль управления расписанием ТСК, в ближайшее время его планируют запустить в промышленную эксплуатацию.

Начальник ЦСМС Артем Вилкин призвал всех собравшихся подключаться к испытанию портала более активно. Портал находится в открытом доступе в интернете и для начала его использования в тестовом режиме необходимо подать заявку в филиал Центра.

Еще одним вопросом обсуждения стал проект нового порядка оснащения судов техническими средствами контроля. Он должен прийти на смену старому с начала 2019 г. Были отмечены некоторые особенности: возврат к ранее существовавшей норме о работе системы «Инмарсат» только в пределах 75° северной и южной широты. За этими пределами можно будет работать только на спутниковой системе «Гонец» с АИС.

В перечне устройств появится новая единица оборудования системы «Гонец» - дешевле существующей. Также было отмечено, что контролирующие органы настаивают на ограничении срока действия свидетельства ТСК календарным годом с даты выдачи.

В завершении круглого стола была затронута важная для ЦСМС тема - акционирование и объединение в рамках АО «Нацрыбресурс». Предполагается сохранить государственный контроль, но при этом получить возможность привлечения дополнительных инвестиционных средств для разработки новых инновационных систем. Также в Центре обратили внимание на перспективы работы с коммерческими проектами «при удобной и гибкой процедуре принятия решений» и возможность привлечения новых специалистов.

По мнению ЦСМС, встреча прошла плодотворно и позволила закрепить рамки дальнейшего сотрудничества с рыбацким сообществом по новым проектам. В ближайшее время круглые столы организуют в Астрахани и Владивостоке.

Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714379


США. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714377

Россия и США скоординировали позиции по промыслу.

На 29-й сессии российско-американского Межправительственного консультативного комитета по рыбному хозяйству стороны обменялись информацией по рыбным запасам, договорились о совместных научных исследованиях и борьбе с браконьерством.

Сессия российско-американского МКК завершилась в Казани. Делегации возглавляли заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов и и.о. помощника заместителя госсекретаря США по рыбному промыслу и океанам Уильям Генри Гиббонс-Флай. Заседания комитета проходят ежегодно в соответствии с межправительственным соглашением от 1988 г. о взаимных отношениях в области рыбного хозяйства.

Научное сотрудничество

Как сообщили Fishnews в пресс-службе федерального агентства, стороны рассмотрели результаты изучения запасов морских биоресурсов, в том числе поделились информацией о состоянии популяций беринговоморского минтая. США приветствовали предложение России обмениваться данными о прилове лососевых в ходе промысла минтая. На заседании также представили оценки запасов других ВБР в Беринговом море.

Было отмечено, что в последние годы успешно реализованы совместные проекты по изучению ластоногих. Стороны подчеркнули приоритетность продолжения исследований в России и на Аляске для мониторинга состояния и динамики запасов тюленей. В целом стороны подтвердили готовность к скоординированным научным работам в Беринговом море и Арктике для оценки состояния водных биоресурсов.

Представители России рассказали о запланированных исследованиях донной экосистемы и планктонных сообществ Чукотского моря на НИС «ТИНРО» в сентябре 2018 г. Соединенные Штаты представили информацию об экосистемном исследовании в Чукотском море. Оно проводилось в августе-сентябре 2017 г. для изучения воздействия снижения ледовитости на экосистему. В съемке принимали участие трое ученых из ТИНРО-Центра и ВНИРО. Специалисты США подчеркнули, что сотрудничество с российскими специалистами стало основой успеха экспедиции и пригласили их в научный рейс в 2019 г.

Борьба с браконьерством

Особо обсуждалось взаимодействие в предотвращении ННН-промысла и реализации соответствующего межправительственного соглашения. Стороны отметили высокий уровень взаимодействия в этой сфере между Погрануправлением ФСБ России по восточному арктическому району и 17-м районом Береговой охраны США.

Отдельной темой стали перспективы научного взаимодействия в контексте планируемого подписания соглашения о предотвращении ННН-промысла в центральной части Северного Ледовитого океана. Американцы сообщили, что удовлетворены положительным результатом переговоров. Российская сторона отметила, что документ практически прошел все внутренние согласования.

Также обсуждались вопросы торговли рыбой и морепродуктами в связи с инициированием США процесса сертификации иностранных промыслов в рамках реализации закона о защите морских млекопитающих. Стороны договорились продолжить консультации, в том числе организовав видеоконференцию в текущем году.

Fishnews

США. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714377


Россия. ДФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 24 августа 2018 > № 2710682 Антон Сухоруких

Экономика доставки рыбы. Взгляд перевозчика.

Каждый год с началом лососевой путины в рыбной отрасли обостряется дискуссия относительно тарифов на перевозку продукции с Дальнего Востока в центральные регионы страны. Позицию операторов железнодорожных перевозок в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» изложил коммерческий директор ООО «Дальрефтранс» Антон Сухоруких.

ТАРИФ ЗА НЕОКАЗАННУЮ УСЛУГУ

– Антон Леонидович, не могли бы вы объяснить, какие факторы влияют на стоимость перевозок рефрижераторными контейнерами по железной дороге?

– Рефконтейнер с грузом, в отличие от обычного сухого контейнера, должен быть постоянно подключен к электросети. Поскольку у нас далеко не все железные дороги электрифицированы и нет технологии прямого подключения рефконтейнера к контактной сети железной дороги, операторы используют технологию рефрижераторных сцепов. Рефсцеп – это двенадцать и более кабельных платформ под рефконтейнеры и дизель-генераторый вагон (ДГВ), соединенные между собой и присоединенные к поезду. ДГВ заправляется дизельным топливом и постоянно запитывает током платформы, на которые погружены рефконтейнеры. Рефсцепы в рейсе сопровождают механики, которые следят за работой оборудования и по необходимости производят оперативный ремонт.

В свое время, когда составлялось тарифное руководство для железнодорожных перевозок, рефконтейнеры предполагалось подключать к локомотиву. На этом основании тариф на перевозку рефконтейнера более чем в два раза превысил тариф для сухого контейнера. Тогда это выглядело нормальным, потому что РЖД необходимо было нести все расходы по энергоснабжению рефконтейнеров в пути следования и всю ответственность за непрерывность ее подачи.

Однако после установления тарифа внезапно оказалось, что вопрос обеспечения перевозок платформами и ДГВ является зоной ответственности операторов подвижного состава. И теперь мы вынуждены оплачивать в тарифе не предоставленный нам сервис – энергоснабжение рефконтейнеров, хотя везем контейнеры на собственных платформах и запитываем от собственных ДГВ, то есть несем всю ответственность за это и все расходы.

При этом со стороны РЖД как владельца железнодорожных путей перевозка рефконтейнера ничем не отличается от перевозки обычного так называемого сухого контейнера. Этот вопрос между нами и РЖД обсуждается давно. Наша позиция: если нам не предоставили обещанный сервис – снижайте тариф. РЖД утверждает, что тарифы для них устанавливает ФАС, а сами они могут только грустно вздыхать, принимая от нас неотработанные деньги. ФАС безмолвствует.

– Какова величина переплаты?

– Более 100 тыс. рублей на каждый контейнер с учетом тарифа на прогон ДГВ. В пересчете на килограмм рыбы – порядка 5 рублей. Важно, что мы не только платим эти деньги за неоказанную услугу, но и несем дополнительные расходы по содержанию платформ и ДГВ, оплачиваем работу экипажей, топливо, лизинг, ремонт и т.д. Это то же самое, что вызвать такси и отдать деньги за поездку, но ехать следом за ним на своей машине. Не платить этот тариф мы, естественно, не можем: альтернативных железнодорожных путей нет.

– Имеются ли другие неоправданные затраты в стоимости рефперевозки?

– Да, поэтому есть организационные вопросы, в частности к Россельхознадзору. Например, по действующей инструкции они осуществляют досмотр при смене грузом транспортного средства, то есть при перегрузе мешков или коробов с рыбой, например, из фуры на судно. Это разумно: при таком перегрузе продукция контактирует с окружающей средой, меняется температурный режим, страдает качество, и нужно видеть насколько.

Но в случае перевозки груза в рефконтейнере он и является транспортным средством. Он закрыт, опломбирован, в нем поддерживается установленный температурный режим. На чем именно рефконтейнер перемещается, с какого на какой вид транспорта перегружается, с точки зрения сохранности рыбопродукции внутри него не имеет значения.

Обычный маршрут следования рефконтейнера: загрузка на рыбоперерабатывающем предприятии в контейнер и его постановка на автомобиль, к примеру, на Камчатке – досмотр; перегруз контейнера в порту Петропавловска-Камчатского на судно – досмотр; перегруз в порту Владивостока на автомобиль – досмотр; перегруз с автомобиля на железнодорожную платформу – досмотр; с железнодорожной платформы на автомобиль, доставляющий продукцию на склад получателя, – досмотр.

Каждый досмотр предполагает выставление контейнера и затем уборку его в штабель. Это платные крановые операции. Каждый раз меняется пломба, что тоже стоит денег. И все эти манипуляции добавляют к стоимости перевозки рыбопродукции еще рубль на килограмм. Помимо всего, каждый досмотр – это вскрытие контейнера и, следовательно, отрицательное воздействие на качество продукции. К тому же это дополнительная и излишняя работа для и без того весьма загруженного персонала РСХН.

Вот уже 6 рублей совершенно неоправданных затрат в тарифе, которые без труда можно убрать, приняв несколько изменений в паре ведомственных нормативных документов. А 6 рублей на килограмм – это более половины ставки на железнодорожную перевозку Москва – Владивосток в низкий сезон и более трети – в высокий. Но нет. А все претензии по поводу уровня цен на перевозку рыбопродукции предъявляют именно и только операторам подвижного состава.

РОЛЬ ГОСУДАРСТВА

– А вы можете донести свою позицию до государственных органов?

– Мы пытаемся. Федеральное агентство по рыболовству нас, похоже, слышит, а вот все остальные причастные как-то не очень. Однако ФАРу нужно решать текущие и неотложные вопросы, поэтому даже при полном понимании оправданности нашей позиции полностью согласиться с ней там вряд ли смогут. Тем не менее с Росрыболовством у нас выстраивается откровенный и конструктивный диалог. Возможно, удастся сблизить позиции и достичь результатов. Но хотелось бы большей включенности в этот разговор и представителей других причастных сторон – тех же РСХН и ФАС.

– Росрыболовство требует от операторов подвижного состава более низких ставок в период лососевой путины. Действительно, почему в другие периоды более низкие ставки возможны, а в период красной путины – нет?

– Нужно принимать во внимание неравномерность перевозок рыбы. При промысле минтая и сельди у рыбаков основной грузопоток направляется за границу, то есть при нынешних тарифах РЖД и географии поставок – мимо железной дороги. Наши железнодорожные провозные способности недозагружены более чем наполовину. Поэтому в течение примерно 8-9 месяцев мы вынуждены возить рыбу по цене значительно ниже себестоимости перевозок.

Когда начинается лососевая путина, загрузка растет, спрос превышает предложение, и мы повышаем тариф, чтобы компенсировать свои убытки и, желательно, выйти на небольшой уровень рентабельности по итогам года.

Так вот, когда мы возим рыбу себе в минус, это всем нравится. А когда в плюс, на нас обрушиваются с критикой. Мы периодически предлагаем рыбакам: давайте заключать круглогодичные договоры, по которым мы будем возить вашу рыбу по усредненным тарифам, обеспечивающим нам минимальную рентабельность. Да, этот тариф будет дороже, чем в низкий сезон, но дешевле, чем в высокий, и, по сути, одинаковый круглый год.

Были случаи, когда отдельные рыбацкие компании заключали с нами такие договоры перед началом лососевой путины, и всю путину мы возили их рыбу по усредненным тарифам, но с началом низкого сезона они уходили к конкурентам.

Мы готовы работать по усредненным тарифам – но значительными ежемесячными объемами, причем по договорам, которые заключены и начинают действовать в начале низкого сезона. Да, у нас есть клиенты, с которыми мы работаем много лет, доверяя друг другу, и имеем круглогодичные договоры. Но, к сожалению, пока это редкость: за всю 20-летнюю историю работы «Дальрефтранса» таких клиентов нашлось всего два.

А ФАР предлагает ввести подобные круглогодичные договоры в массовую практику прямо сейчас, в высокий сезон, видя в этом выход из сложившейся вследствие рекордных подходов лосося ситуации. Таким образом, фактически нам предлагают субсидировать рыбаков и трейдеров путем снижения рентабельности перевозки в высокий сезон, иначе говоря, ценой получения рефперевозчиками убытков по году. Игра в одни ворота нас не устраивает.

– Какие выходы из этой ситуации возможны, с точки зрения рефперевозчиков?

– Если говорить о ближайших и среднесрочных перспективах, то, во-первых, таким выходом видится снижение РЖД тарифов, организационное совершенствование сервиса, сокращение сроков перевозки и за счет этого увеличение доли железной дороги в общем объеме рефперевозок. Необходима и целенаправленная работа других причастных органов и организаций, того же РСХН. Это даст нам возможность увеличить оборачиваемость парка и снизить убытки.

Вторым путем представляется увеличение рыбопромышленниками количества продукции высокой степени переработки, которая будет уже иметь такую цену, что доля транспортного тарифа в ее стоимости окажется несущественной.

Если говорить о решении проблемы текущей «красной» путины, то единственным выходом является государственное субсидирование перевозок.

ПЕРСПЕКТИВЫ ТУМАННЫ

– А рефконтейнеры у нас в стране выпускают?

– В России есть компания, которая может их производить, но у нее нет заказов. И мы со своей стороны не в состоянии делать капитальные вложения в сложившихся условиях. Мы можем содержать свой парк в приличном техническом состоянии, но приобретать множество новых контейнеров не получается, и мы вынуждены эксплуатировать то, что купили в «тучные» годы.

Сегодня каждый рефконтейнер стоит порядка 1,5 млн рублей. Для того чтобы насытить потребности рынка перевозок, необходимо почти 10 тыс. рефконтейнеров. Несложно посчитать, во сколько обойдется партия, например, в 100 или в 1000 контейнеров. ДГВ, к слову, в России перестали производить в 1993 году. Некоторые заводы сегодня готовы их выпускать, но опытные образцы стоят около 60 млн рублей, а чтобы запустить ДГВ в серийное производство и снизить цену, необходимо, чтобы у перевозчиков были деньги.

А еще нужны платформы и другая техника, и все это выливается в такие суммы, которые мы просто не зарабатываем сейчас. Эту ситуацию надо как-то решать на государственном уровне. Нужно дать рефперевозчикам возможность зарабатывать деньги, достаточные для инвестирования в основные средства. Иначе рано или поздно техника придет в негодность и произойдет коллапс. Либо «убить» всех отечественных рефперевозчиков и отдать отрасль на откуп иностранцам, как это по большей части произошло с морскими контейнерными перевозками, где доминируют Maersk, CMA и прочие международные гиганты, а наши судоходные компании остаются только в роли региональных, а то и вовсе исключительно каботажных перевозчиков.

– В последнее время все чаще обсуждается тенденция к перетеканию потоков рефгрузов с железной дороги в автомобильные и морские перевозки. Это соответствует действительности?

– Да, получается так, что РЖД своими же тарифами лишает себя грузопотока. Ближайшая станция, до которой сейчас выгодно везти рыбопродукцию по железной дороге, – Новосибирск. Но уже и в Новосибирск, Омск, Томск и т.д. многие везут рыбу автотранспортом. Чем выше тарифы РЖД, тем дальше отодвигается точка рентабельности. Пройдет совсем немного времени, и, возможно, точкой рентабельности станет Москва, а со временем и на Москву рыбу из Владивостока будут возить в фурах. А железнодорожные рефперевозки попросту прекратятся.

Есть тенденция и к росту морских перевозок, причем увеличивается доля именно иностранных компаний. До настоящего времени транспортировка рыбы в рефконтейнерах из Владивостока в Петербург по морю и по железной дороге обходилась примерно одинаково, но на доставку морем уходило вдвое больше времени. Сейчас она уже несколько дороже, а если брать перевозку из Владивостока в крупные европейские хабы вроде Роттердама, Гамбурга или Бремерхафена, то ее стоимость увеличивается уже практически в два раза. А ведь доставка морем до Санкт-Петербурга осуществляется иностранными морскими перевозчиками, которые, во-первых, зарабатывают на ней в ущерб отечественным компаниям, а во-вторых, эта услуга может быть прекращена введением очередных санкций, например.

К сожалению, тарифы РЖД на рефперевозки не позволяют развивать рыбный транзит с Востока на Запад. Все планы по созданию железнодорожного «Нового шелкового пути» из Китая в Европу в части рефрижераторных грузов с такими тарифами бесперспективны.

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 24 августа 2018 > № 2710682 Антон Сухоруких


Россия. Китай. ДФО > Транспорт > mintrans.ru, 22 августа 2018 > № 2741570

Новый порядок автомобильных грузоперевозок между Россией и Китаем вступит в силу с 1 января 2019 года

С 1 января 2019 года автомобильные грузоперевозки между Россией и Китаем будут осуществляться по новому порядку. Он позволит отказаться от действующего в настоящее время маршрутного принципа, по которому доставка грузов возможна только между заранее согласованными точками и только в приграничной зоне, до 30 километров вглубь стран.

С нового года перевозчики обеих стран смогут свободно паритетно передвигаться по территориям России и Китая. Доставка грузов будет производиться без перегрузки и смены перевозчика. Основной принцип автоперевозок – «от двери до двери» – заработает в полную силу.

Это станет возможным благодаря практическому применению нового Соглашения между Правительствами России и Китая о международном автомобильном сообщении, которое подписано 8 июня этого года. Стороны уже проинформировали друг друга о завершении внутригосударственных процедур, необходимых для вступления в силу данного Соглашения.

«Новое соглашение является драйвером развития транспортного коридора между Азией и Европой и российско-китайских автомобильных перевозок. Оно будет способствовать кратному увеличению торгового оборота, развитию инфраструктуры, упрощению процедур и сокращению сроков доставки товаров», - подчеркнул заместитель министра транспорта Николай Асаул, руководитель российской делегации в рамках Рабочей группы по автомобильному транспорту и автомобильным дорогам 22-ого заседания Подкомиссии по сотрудничеству в области транспорта Комиссии по подготовке регулярных встреч глав правительств РФ и КНР.

Мероприятие прошло 20-22 августа в Санкт-Петербурге. В нем приняли участие заместитель министра транспорта КНР Дай Дунчан, представители Минтранса России и Росавтотранса, транспортных организаций и ведомств России и Китая.

Делегации высоко оценили результаты проведенного в мае этого года тестового автопробега грузового и пассажирского транспорта по маршруту Далянь – Маньчжурия – Забайкальск – Новосибирск и согласились открыть данный маршрут для нерегулярного пассажирского и грузового сообщения. При этом выгрузка и погрузка грузов может происходить в пунктах, расположенных на протяжении указанного маршрута.

При этом в течение этого года все транспортные средства, осуществляющие перевозки между Россией и Китаем, должны быть оборудованы спутниковыми навигационными системами. Для практической реализации требуется в течение сжатых сроков обеспечить внедрение цифровых технологий с использованием систем спутниковой навигации ГЛОНАСС и БЕЙДОУ. Для этих целей сторонами создаются пилотные зоны, работы по которым должны быть полностью завершены до конца 2018 года.

В связи с увеличением объемов перевозок стороны договорились произвести дополнительный обмен разрешениями. Так, российские перевозчики получат 18 тысяч бланков «С» и 500 бланков «В». Также делегации согласовали предварительный контингент разрешений на следующий год. Российским компаниям беспрепятственное передвижение обеспечат 82 тысячи разрешений на двусторонние перевозки грузов, 1000 штук – на перевозки грузов в/из третьих стран, 200 штук – на транзитные перевозки грузов, 3400 штук – на нерегулярные пассажирские перевозки (в том числе для МАПП Пограничный – Суйфэньхэ – 400 штук) и 250 штук – на регулярные пассажирские перевозки.

Россия. Китай. ДФО > Транспорт > mintrans.ru, 22 августа 2018 > № 2741570


Китай. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 августа 2018 > № 2709653 Иван Зуенко

Почему Россия и Китай провалили программу приграничного сотрудничества

Иван Зуенко

В этом году заканчивается девятилетняя программа сотрудничества приграничных регионов России и Китая. Вместо ожидавшегося прорыва в региональном сотрудничестве – почти полное отсутствие результатов. Логика стратегического партнерства двух стран требует оформления новой подобной программы, но только с учетом ошибок предыдущей

Нынешний сентябрь будет богат на знаковые годовщины. Пять лет назад в Астане председатель КНР Си Цзиньпин заявил о создании Экономического пояса Шелкового пути. Его предшественник Ху Цзиньтао за четыре года до этого, в 2009 году, вместе с тогдашним президентом России Дмитрием Медведевым подписал в Нью-Йорке Программу сотрудничества регионов Дальнего Востока и Восточной Сибири России и Северо-Востока Китая на 2009–2018 годы.

Этот документ, как считалось, должен был качественно изменить характер и динамику российско-китайского регионального сотрудничества. Кто-то видел в этом ключ к будущему прорыву в развитии Тихоокеанской России. Кто-то – будущую колонизацию восточной периферии России китайцами. Однако реальность оказалась гораздо прозаичнее: не произошло практически ничего.

Сейчас о Шелковом пути еще вспоминают, хотя уже не так восторженно. А вот о программе сотрудничества российских и китайских регионов 2009–2018 годов почти не говорят. Между тем пора бы. Программа официально была рассчитана на девять лет, и в этом году необходимо не только подводить ее итоги, но и решать, что делать дальше. Так как уровень взаимоотношения России и Китая по-прежнему остается «лучшим за всю историю», да еще и 2018–2019 годы объявлены «перекрестными годами регионального сотрудничества», все идет к тому, что будет принята новая программа.

Работа над новым документом уже началась. 21 августа в Даляне на очередном заседании Межправительственной комиссии по развитию Дальнего Востока и Байкальского региона РФ и Северо-Востока КНР его обсудили, а подписание новой программы может быть приурочено к Восточному экономическому форуму во Владивостоке (11–13 сентября) – благо в этом году впервые за всю историю ВЭФ на него пожалует Си Цзиньпин.

Самое время подумать, какие выводы можно сделать из истории реализации предыдущей программы. А для этого прежде всего нужно внимательно изучить текст документа, который должен был стать дорожной картой регионального сотрудничества, да так ею и не стал – во многом из-за того, что изначально был неудачно составлен.

Девять лет назад подписанию программы предшествовала встреча лидеров двух стран, по итогам которой Медведев и Ху заявили, что координация стратегий регионального развития «способна дать немалую отдачу для ускорения экономического развития соседних территорий». Тем самым они дали отмашку к составлению концептуального документа, который бы определял алгоритмы и цели этой координации.

Формирование самого документа происходило летом, в сезон отпусков – возможно, поэтому все делалось в спешке, без достаточной проработки и по принципу «от каждого региона – проекты в план». Причем регионы, получая запрос центра, в ответ отсылали списки стандартных предложений для крупных инвесторов, не корректируя их под цели и задачи программы и, скорее всего, имея о них крайне смутное представление.

Иначе говоря, программа с самого начала не была комплексной стратегией, в соответствии с которой две страны координировали бы развитие сопредельных регионов (как это предполагалось исходя из заявления лидеров), а распадалась на отдельные проекты, не связанные между собой.

Однако гораздо важнее то, что программа не содержала описания механизмов ее реализации. Конкретизируя до деталей предполагаемые совместные проекты (например, открытие прямого авиарейса из Петропавловска в Далянь), документ никак не регламентировал действия чиновников двух стран, называя лишь ответственных за реализацию: Министерство экономического развития РФ и Госкомитет по развитию и реформе КНР.

Анализируя содержание программы, легко заметить и другие родовые болезни. Документ был составлен чиновниками и для чиновников, однако большая часть заявленных проектов относилась к компетенции бизнеса, на который государство имело весьма ограниченные рычаги влияния.

В лучших бюрократических традициях многие пункты были составлены максимально бессодержательно, а критерии оценки реализации – размыто. Обычная формулировка выглядит так: «Продолжение изучения вопроса открытия регулярных пассажирских автомобильных перевозок по маршруту Хабаровск – Харбин». Очевидно, что все девять лет ответственные структуры «продолжали изучать вопрос».

Даже там, где пункты были сформулированы более конкретно, желаемый результат не появился (например, уже упоминавшийся авиарейс с Камчатки в Далянь так и не взлетел) или же потребует значительно большего времени, чем девять лет, отпущенные не реализацию программы.

И десятилетия мало

Если попытаться классифицировать все указанные в программе проекты, то их можно поделить на четыре большие группы. Первая – это масштабные объекты трансграничной инфраструктуры (например, мосты, железные и автомобильные дороги). Вторая – «трансграничное хозяйство», то есть погранпереходы и подъездные пути к ним. Третья – «инвестиционные проекты», под видом которых в программу были записаны различные бизнес-концепты, имевшиеся у региональных администраций по обе стороны границы в 2009 году. Наконец, к четвертой категории можно отнести «нематериальные» проекты – типа «дальнейшего расширения и углубления сотрудничества в приграничных районах в сфере высшего образования, языкового обучения, культурных обменов, спортивных обменов, научно-технического сотрудничества, а также молодежных обменов». Ими, как уже было сказано, программа особенно богата.

Даже если брать в расчет только первые три группы, выяснится, что оценить эффективность работы по ним практически невозможно. У многих из них к моменту подписания программы не было предпосылок к реализации: целесообразность некоторых вызывала вопросы у экспертов и чиновников, отсутствовал общественный и властный консенсус (так, еще в 2012 году министр по развитию Дальнего Востока Виктор Ишаев говорил, что реализация одного из флагманских проектов программы «негативно скажется на экономике Дальнего Востока»), все сложно было с финансированием.

Это привело к появлению в программе большого количества мертворожденных проектов. Реализованными же оказались, за редким исключением, те проекты, которые в том или ином виде уже существовали к 2009 году. В своем исследовании китаист Сергей Иванов приводит такую статистику: по данным Минэкономразвития, из 91 инвестпроекта на российской стороне к 2015 году «на стадии реализации» было 15 (с участием китайских инвестиций лишь 11), причем большая часть из них уже была запущена до начала реализации программы.

Например, в Приморье это были «промышленная зона Канцзи» под Уссурийском (на деле небольшое предприятие по производству картонных коробок) и так называемый Дальневосточный промышленный парк в Михайловском районе. Впрочем, тут особых иллюзий быть не должно – несмотря на то что по бумагам «парк» числится открытым, на деле его нет, а первый камень в его основание закладывали по меньшей мере трижды.

Те проекты, которые к началу программы, были на нулевой стадии, затянулись более чем на десятилетие из-за сложностей с финансированием и бюрократических проволочек. Особенно показательна история погранпереходов на российской стороне, которые вдоль всей российско-китайской границы находятся в удручающем состоянии, что, во-первых, диссонирует с роскошными китайскими «воротами в страну», а во-вторых, является реальным тормозом на пути развития трансграничной торговли и гуманитарных контактов.

Программа сотрудничества содержала указание реконструировать или модернизировать каждый из имеющихся на российско-китайской границе погранпереходов. Этим занималось созданное в 2007 году федеральное ведомство Росграница. В Приморском крае окончание работ было приурочено к саммиту АТЭС-2012. Но, как и в случае с пятизвездочными гостиницами Hyatt во Владивостоке, «что не построено к саммиту – не построено вообще». В результате пересечение границы через российский переход может занимать до шести часов. А в Забайкальске (единственном на всей границе круглосуточном пункте пропуска) в прошлом году были случаи, когда китайские туристы ночевали на полу таможенного пункта.

Непонятно, что стало с деньгами, которые были выделены на реконструкцию погранпереходов, но в 2016 году Росграницу упразднили, а ее функции передали Министерству транспорта (экс-руководитель Росграницы Дмитрий Безделов в декабре 2017 года был приговорен к девяти годам колонии за мошенничество при обустройстве границы, причем одним из эпизодов уголовного дела были и хищения в Приморье). Новая структура заново начала ревизию проектов, согласования и подготовительные работы. На данный момент завершение эпопеи запланировано на 2019–2021 годы, но верится в это с трудом.

Недоверие к заявленным срокам – это уже часть дальневосточного культурного кода. Быстро на границе ничего не делается. Возьмем, например, пресловутые мосты через Амур. История создания моста Благовещенск – Хэйхэ начинается еще в 1995 году, когда было заключено первое межгосударственное соглашение на эту тему. Четырнадцать лет спустя проект включили в программу сотрудничества. И только в 2013 году вопрос обсудили на уровне глав правительств. В марте 2016 года на паритетной основе создана российско-китайская компания для строительства и эксплуатации моста (на принципах концессии за счет займов из китайских банков), а в декабре того же года началось строительство объекта.

Создание другого моста через Амур – железнодорожного, Нижнеленинское – Тунцзян было инициировано российской компанией «Петропавловск» для вывоза своей продукции в Китай еще в 2007 году. Она же должна была инвестировать в проект, который решили осуществлять в форме государственно-частного партнерства. В 2009 году мост заявили в программе сотрудничества. Четыре года ушло на согласование проекта с китайской стороной.

В 2013 году подписали соглашение, по которому 1900 м строила китайская сторона, а 300 м – российская. Китайцы завершили свою часть в 2016 году. С российской стороны все оказалось плохо. В 2014 году компания «Петропавловск» вышла из проекта, и его реализация была передана Российскому фонду прямых инвестиций (РФПИ). В сентябре 2015 года на ВЭФ заявили, что, помимо РФПИ, в проект войдет Фонд развития Дальнего Востока. Однако очень скоро стало ясно, что фонды оттягивают оплату проекта. Пока изыскивали средства, у стройки дважды сменился подрядчик, и только в 2017 году строительство началось.

Успехи и ошибки

На примере моста Нижнеленинское – Тунцзян видно, что основная причина, по которой большинство проектов на китайской стороне реализовано, а на российской осталось на бумаге, – финансы. Впрочем, не нужно думать, что в Китае с этим все безоблачно. Там, где проекты реализуют не крупные госкорпорации с возможностью безлимитного списания долгов госбанками, а обычные местные компании, результат получается тот же. Так, построена лишь первая очередь заявленной в программе железной дороги Аршан – Шинэ-Барга – Маньчжурия. До сих пор не построены железнодорожные ветки из Хайлара в Хэйшаньтоу, из Хуньчуня в Дуннин.

Как и в России, лучше всего на китайской стороне реализовали те проекты, которые уже были запущены к сентябрю 2009 года – прежде всего, имеющие общегосударственное значение (например, скоростная автотрасса Чанчунь – Хуньчунь, являющаяся частью государственного шоссе G12). В списке перспективных инвестпроектов, который содержится в приложении к программе, китайцам также похвастаться особо нечем: Северо-Восточный Китай сам страдает от экономической рецессии и недостатка инвестиций. Причем речь идет об инвестициях из развитых прибрежных регионов КНР – российских капиталов здесь уже давно не ждут.

Таким образом, очевидно, что провал программы невозможно списать просто на нерасторопность российских чиновников или скудость местных бюджетов. Программа изначально была непроработанной, и удивление тут скорее должны вызвать отдельные успехи, а не общий провал.

К успехам тут можно отнести то, что благодаря этой программе Россия и Китай теперь обсуждают вопросы регионального сотрудничества на высшем уровне. В 2013 году появился Совет сотрудничества между регионами, а в 2016-м начала работу соответствующая межправительственная комиссия, очередное заседание которой прошло 21 августа в Даляне.

Также в России под эгидой Министерства по развитию Дальнего Востока появилась система институтов, занимающихся региональным сотрудничеством с Китаем. Госбанки и фонды создали новые финансовые инструменты для поддержки экономической интеграции. Любой крупный российско-китайский проект в регионе стал объектом пристального внимания со стороны центральных властей.

Есть у программы и конкретные результаты на земле. Вовремя построили мосты на остров Большой Уссурийский под Хабаровском (напомним, что половина острова принадлежит КНР, а половина – России). Китайский Уссурийский мост строился в 2010–2012 годах, российский мост Амурская протока – в 2011–2013 годах. Сдвинулось с мертвой точки строительство двух мостов через Амур. На высшем уровне ищут инвесторов для транспортных коридоров Приморье-1 и 2. С китайской стороны всю трансграничную инфраструктуру и подъездные пути к ней довели до состояния, близкого к идеальному.

Иначе говоря, программа сотрудничества периферийных регионов России и Китая должна существовать. Только это должна быть качественно иная программа, при составлении которой не нужно повторять ошибки предыдущей.

Во-первых, не стоит вновь нашпиговывать ее списком мелких инвестиционных проектов. Это создает иллюзию детальной проработки документа, но фактически бессмысленно, потому что чиновники в России и Китае не имеют тотального контроля над бизнесом, а подобные проекты быстро теряют актуальность. Скорее в программе должны быть прорывные инфраструктурные проекты. Опыт 2009–2018 годов показывает, что это очень хорошо стимулирует центральную и местную бюрократию, ответственную за реализацию документа.

Во-вторых, новая программа обязательно должна быть скоординирована с работой институтов развития на Дальнем Востоке: территориями опережающего развития и свободным портом Владивосток. Нужно описать конкретные механизмы экономической интеграции, которые могли бы функционировать на базе этих структур.

В-третьих, не нужно включать в программу недоработанные идеи и проекты, принятие которых потребует длительного согласования с контрольными ведомствами без гарантий на успех. Лучше, чтобы программа регионального сотрудничества содержала только те положения, с которыми согласны и бюрократия, и экспертные сообщества. Тогда не повторятся провалы нынешней программы, где хватало заведомо нереализуемых проектов. Ведь каждый провалившийся проект порождает скепсис не только в отношении всей программы, но и вообще российско-китайского регионального сотрудничества.

Китай. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 августа 2018 > № 2709653 Иван Зуенко


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter