Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Третья Международная конференция АТЭС по сотрудничеству в сфере высшего образования в Азиатско-Тихоокеанском регионе в четверг открывается на острове Русском во Владивостоке, сообщил РИА Новости представитель Дальневосточного федерального университета (ДВФУ).

"На площадке ДВФУ встретятся представители министерств образования экономик АТЭС и университетов APRU (Ассоциации вузов Азиатско-Тихоокеанского региона), ориентированных на развитие образовательного пространства региона. В конференции помимо российской стороны примут участие представители США, Австралии, Брунея, Японии, Китая, Южной Кореи, Филиппин, Бангладеша, Перу и Вьетнама", — сказал собеседник агентства.

По его словам, главной темой предстоящей Конференции АТЭС станет развитие сотрудничества в области образования и мобильности в АТР. Участники обсудят вопросы взаимодействия и координации образовательной политики разных стран.

"Основные дискуссии затронут перспективы повышения академической мобильности студентов, преподавателей и исследователей. Во время специальной сессии совместно с университетами APRU состоится обсуждение инициативы по созданию карт академической мобильности АТЭС, которые будут способствовать совершенствованию образовательных обменов в регионе", — добавил собеседник.

Первые две конференции проходили во Владивостоке в 2012 и 2013 годах. Результаты первой встречи были переданы главам экономик для обсуждения на деловом Саммите АТЭС и в дальнейшем нашли отражение в Декларации лидеров экономик АТЭС 2012 года. Во время второй конференции были определены цели и практические действия для каждого из приоритетных направлений, изложенных в декларации.

На море, на земле и в воздухе

Утилизация транспортных средств не ограничивается одними только автомобилями

/Rusmet.ru, Виктор Тарнавский/ Сейчас в центре внимания находится вопрос о запуске новой программы утилизации автомобилей, которая будет распространяться, прежде всего, на легковые машины. Однако хотя именно они, безусловно, являются крупнейшим потенциальным источником черного и цветного лома, запасных частей и прочих материалов, подлежащих вторичному использованию, не следует забывать и о других транспортных средствах, переработка которых может не только дать ценное сырье, но поддержать отечественную промышленность.

Отправляйте лом грузовиками!

Европейская Директива End of Life Vehicles (ELV) Directive 2000/53/ЕС, равно как и реализованные в последние годы программы по утилизации «автохлама» с выплатой субсидий на приобретение новых машин распространялись исключительно на легковые и легкие коммерческие автомобили весом до 3,5 т. Однако вне их действия оставался широкий рыночный сегмент, представленный средними и тяжелыми грузовыми машинами, автобусами, специализированной строительной и коммунальной техникой, а также сельхозтехникой.

Утилизация всех этих транспортных средств имеет свои особенности. Как правило, разборка тяжелых грузовиков и спецтехники требует применения оборудования для работы с крупноразмерными и тяжелыми деталями. При этом, рынок подержанных запасных частей, который является основным источником дохода для компаний, утилизирующих легковые машины, в данном случае более узкий и отличается меньшей ликвидностью.

На американском рынке лома утилизацией тяжелой коммерческой и специальной автотехники обычно занимаются специализированные компании, часто представляющие собой подразделения крупных металлоломных фирм. Как правило, снятые с таких машин детали и узлы, пригодные для вторичного использования, продаются через Интернет, причем, значительная доля продаж приходится на экспорт в страны «третьего мира».

В последние несколько лет в ряде стран реализовывались локальные программы стимулирования замены старой коммерческой автотехники на новую. В большинстве случаев основным мотивом здесь выступали экологические соображения. Так, в 2013 году в порту Сиэтла стартовала программа, поддержанная Puget Sound Clean Air Agency, в соответствии с которой владельцы грузовых машин, работающих на контейнерном терминале, получали субсидию в размере $20 тыс. при замене своей старой техники на новую, отвечающую стандарту 2007 года в части эмиссии парниковых и загрязняющих атмосферу газов.

В том же 2013 году правительство Гонконга выделило HK$10 млрд. на замену 88 тыс. дизельных коммерческих автомобилей и автобусов на новые машины, соответствующие европейскому экологическому нормативу Euro IV к началу 2019 года. Автовладельцам были предложены субсидии в размере от 18 до 30% от стоимости новой машины в зависимости от возраста автомобиля, отправленного на слом. Если старая техника не заменялась новой, ее владельцы получали определенную сумму наличными.

В обоих случаях участие в программах принимали локальные фирмы, занимающиеся сбором и переработкой автолома и обладающие соответствующими лицензиями на работу с тяжелой техникой. Им не причиталось каких-либо субсидий, но они получили возможность увеличить свои доходы за счет утилизации грузовиков и автобусов.

В России, где значительная доля парка коммерческой и специализированной автотехники приходится на устаревшие машины, в частности, подержанные автомобили, ввозимые из Европы с начала 90-х годов, внедрение программы по субсидированию замены этой техники на новые модели отечественного производства, безусловно, может оказать значительную поддержку национальной промышленности. Кроме того, промышленность получит еще один важный источник вторичного сырья. Тоже самое относится и к сельскохозяйственной технике, для замены которой на новую аграриям часто не хватает средств. От предоставления же субсидий на приобретение отечественных или белорусских тракторов и комбайнов выиграют не только сами сельхозпроизводители, но и машиностроители.

Судовая роль

Важным источником вторичного металла могут служить морские и речные суда. Ежегодно на слом отправляется порядка 1000 морских судов, каждое из которых содержит тысячи тонн высококачественной стали.

Правда, любое судно содержит остатки топлива и смазочных материалов, а также части, содержащие асбест и тяжелые металлы. Вследствие этого суда, в соответствии с Базельской конвенцией, относятся к токсичным отходам, переработка которых в странах ОЭСР весьма затруднена. Поэтому центр мировой отрасли по разделке морских судов на лом находится в государствах «третьего мира» ? Индии, Бангладеше и Пакистане.

Для этих государств утилизация судов представляет собой важную отрасль национальной экономики. Так, в Индии за счет этого источника удовлетворяется около 9% национальной потребности в стальной продукции, а в Бангладеше ? порядка 50%. В районе бангладешского города Читтагонг, где, в основном, осуществляется разделка, функционируют более 400 прокатных мини-предприятий, использующих в качестве сырья судовой лом ? толстолистовую сталь корпуса и элементы набора (балки и другой крупносортный фасонный прокат).

Стоимость судов для разделки на лом составляет в настоящее время около $350-400 за т дедвейта. Эти средства «отбиваются» не только продажей металла, но и вторичным использованием различного судового имущества, начиная от частей двигательных установок и заканчивая сохранившейся обстановкой кают.

В последние годы компании, осуществляющие разделку судов, и их национальные правительства подвергаются сильному давлению со стороны Европейского Союза, так как утилизация судов в Индии или Бангладеше проводится с привлечением дешевой рабочей силы и с крайне низким уровнем безопасности труда. Кроме того, в процессе разделки судов образуется большое количество опасных отходов, которые обычно никак не улавливаются и загрязняют окружающую среду. В связи с этим в марте 2012 года было принято положение, согласно которому утилизацию судов, принадлежащих компаниям из стран Евросоюза, могут осуществлять только верфи, входящие в так называемый «зеленый список». В него могут быть включены лишь те предприятия, которые могут обеспечить утилизацию опасных отходов и гарантировать отсутствие загрязнение окружающей среды.

Лидером в этом направлении сейчас является Китай, где ряд предприятий по разделке судов внесены в «зеленый список». Однако себестоимость такой утилизации существенно выше, поэтому многие судовладельцы по-прежнему предпочитают продавать отслужившие свой срок суда в государства Индостана, где их готовы скупать по более высокой цене, чем в Китае.

В России в настоящее время нет специализированной базы по утилизации гражданских морских и речных судов. Между тем, создание таких предприятий при поддержке государства может повысить экологическую безопасность, обеспечить промышленность новым источником металла, а судовладельцев ? материалами для ремонта судов. Кроме того, стимулирование замены старых речных, а в перспективе ? и морских судов новыми будет способствовать восстановлению отечественной судостроительной отрасли.

Металлолом, упавший с воздуха

Наконец, достаточно серьезной отраслью становится в последние годы и деятельность по разделке на лом старых самолетов. В 2006 году была основана некоммерческая международная ассоциация Aircraft Fleet Recycling Association (AFRA), которая считает своими основными задачами выработку и распространение рекомендаций и определение наиболее эффективных методов утилизации воздушных судов. По данным AFRA, в ближайшие 20 лет по всему миру должен завершиться срок жизни порядка 12 тыс. самолетов. При этом, современные методы позволяют утилизировать 80-85% их содержимого по массе, а специалисты AFRA полагают, что к 2016 году этот показатель будет доведен до 90%.

Утилизация старых пассажирских самолетов представляет собой непростую задачу из-за большого количества разнообразных материалов, используемых в современном авиастроении, ? алюминиевых и титановых сплавов, композитных материалов, пластиков и т.д. Тем не менее, компании, специализирующиеся на данном виде деятельности, добиваются высокого уровня их вторичного использования.

Прежде всего, многие детали, снимаемые со старых самолетов, могут быть использованы вторично. Это относится, в первую очередь, к элементам отделки салона, бортовой электронике, даже частям корпуса. В последние годы в мировой гражданской авиации получили широкое распространение компании-лоукостеры, привлекающие пассажиров минимальной стоимостью билетов. Однако для этого таким компаниям необходимо предпринимать серьезные усилия по минимизации затрат. Приобретение для своих лайнеров вторичных материалов как раз и является для них важным источником экономии. Кроме того, отдельные части старых самолетов могут быть использованы в малом судостроении, при дизайнерской отделке помещений и даже в изготовлении мебели.

Помимо этого, компании, занимающиеся утилизацией старых самолетов, реализуют содержащийся в них электронный лом, различную кабельную продукцию, а также осуществляют сортировку частей корпусов, разделяя их на алюминиевые, титановые, пластиковые и т.д. Таким образом, отслужившие свой срок воздушные суда становятся немаловажным источником высококачественного цветного лома.

В последние годы в США, Великобритании, ОАЭ на базе некоторых аэродромов создаются центры по утилизации самолетов. По некоторым оценкам, в 2013 году глобальный оборот этой отрасли составил порядка $1 млрд., но в ближайшие несколько лет эта сумма может утроиться, так как на слом будет отправляться больше самолетов.

Сейчас в России многие авиакомпании имеют парк из устаревших самолетов иностранного производства. Принятие решения о постепенной их утилизации и субсидировании их замены на новые перспективные российские модели может дать важный толчок российскому авиастроению и стимулировать создание в России отрасли по авиарециклингу.

Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека информирует, что в странах тропического и субтропического климата в течение последних лет регистрируется эпидемиологическое неблагополучие по лихорадке Денге.

Лихорадка Денге широко распространена в Юго-Восточной Азии (Таиланд, Индонезия, Китай, Малайзия, Япония, Вьетнам, Мьянма, Сингапур, Филиппины), Индии, Африке (Мозамбик, Судан, Египет), в тропическом и субтропическом поясе Северной, Центральной и Южной Америки (Мексика, Гондурас, Коста-Рика, Пуэрто-Рико, Панама, Бразилия и др.)

В 2013 году в Таиланде отмечался самый высокий за последние 20 лет подъем заболевания. Количество пострадавших составило 153000, из них погибло 132 человека.

В последние годы страны Юго-Восточной Азии пользуются особой популярностью у российских туристов.

В этой связи в последние годы в Российской Федерации стали регистрироваться завозные случаи лихорадки Денге: в 2012 году – 63 случая, в 2013 году – 170, за 8 месяцев 2014 года – 77 случаев. Заражение происходило при посещении Таиланда, Индонезии, Индии, Вьетнама, Бангладеш, Гонконга.

Основными переносчиками лихорадки Денге являются комары Aedes aegypti. В отсутствии переносчика больной человек не представляет эпидемиологической опасности.

В целях профилактики лихорадки Денге и других геморрагических лихорадок с трансмиссивным путем передачи среди российских туристов, выезжающих в Перу, Таиланд, Индонезию, Индию, Вьетнам, Бангладеш, Гонконг и другие страны тропического климата, необходимо:

· при выезде в страны тропического климата интересоваться о возможности заражения геморрагическими лихорадками с трансмиссивным путем заражения;

· использовать индивидуальные средства защиты, такие как: оконные противомоскитные сетки, пологи, одежда с длинными рукавами, обработанные инсектицидом материалы, репелленты;

· по возвращении при повышении температуры информировать врача о факте пребывания в стране с тропическим климатом.

Список глобальных проблем и угроз пополнила еще одна – растущее влияние климатических изменений на международные отношения. В частности, нехватка водных ресурсов может спровоцировать новые войны. Такова мрачная оценка новой стратегии национальной разведки США, принятой во вторник, 16 сентября, — сообщает Foreign Policy.

Стратегия национальной разведки США является своего рода отражением видения авторитетных представителей спецслужб США основных вызовов и угроз национальной безопасности Соединенных Штатов на четырехлетнюю перспективу.

Согласно этому документу, нехватка пресной воды представляет серьезную угрозу глобальной безопасности, которую американские спецслужбы, по своей важности, приравнивают к таким проблемам, как быстрый рост оружия массового поражения, терроризм, кибератаки на важные объекты инфраструктуры и т.д.

Из-за загрязнений, высыхания водоемов, роста численности населения планеты, увеличения темпов урбанизации и промышленного производства с каждым годом возрастает угроза резкого сокращения количества пресной воды в мире. Наибольшему риску подвержено население Китая, Бангладеш, Индии, Нидерландов, Пакистана, Филиппин, США и малых островных государств.

От острой нехватки воды страдают многие развивающиеся страны. На этой почве не редко возникают внутригосударственные конфликты и межгосударственные споры. За последние 50 лет имело место 37 ожесточенных межгосударственных споров из-за водных ресурсов, приведших к применению насилия. В этот же период было подписано 150 связанных с этими ресурсами договоров. Государства высоко ценят эти соглашения, поскольку они позволяют повысить уровень стабильности и предсказуемости международных отношений, — отмечает издание.

По оценкам ООН, сегодня пятая часть жителей планеты или 2,6 миллиарда человек не имеет доступа к чистой питьевой воде и 40 процентов населения — 1,6 миллиарда — лишены основных услуг в сфере санитарии. Эти люди относятся к беднейшим из бедных. Большая часть из них проживает в Китае или Индии. Тяжелая ситуация и в странах Африки к югу от Сахары. Согласно прогнозам, к 2030 году потребности в продуктах питания вырастут на 55 процентов. А это приведет к расширению потребностей в орошении, на которое сегодня приходится почти 70% всей пресной воды, используемой государством. Поэтому нехватка водных ресурсов может спровоцировать дефицит продуктов питания.

На сегодняшний день примерно 39 стран мира получают большую часть необходимой им воды из-за границы. Среди них – Азербайджан, Латвия, Словакия, Узбекистан, Украина, Хорватия, Израиль, Молдова, Румыния и Туркменистан.

Придется как-то разрешать и конфликты вокруг водных ресурсов между Турцией и Сирией, Турцией и Ираком, Ираком и Ираном. Маловероятно, что это удастся сделать мирным путем. Выходом из сложившейся ситуации может стать строительство опреснительных заводов. Сейчас их активно запускают в богатых ближневосточных странах: Катаре, Объединенных Арабских Эмиратах, Саудовской Аравии, Султанате Оман, Кувейте. В Омане такой завод соорудили израильтяне, подобное предприятие Россия предлагает построить в Эмиратах. Однако позволить себе такую роскошь могут далеко не все страны, отмечает издание.

США. Весь мир > Экология > ria.ru, 20 сентября 2014 > № 1178928

КИТАЙ СВЯЗЫВАЕТ ШОС ЭКОНОМИЧЕСКИМ ПОЯСОМ

На недавнем саммите ШОС в Душанбе Китай предложил сформировать торговый коридор для прямых поставок товаров с Востока на Запад на льготных условиях, что соответствует стратегии продвижения экономического пояса Шелкового пути. Представитель КНР, Си Цзиньпин, ранее выдвинувший концепцию экономического пояса Шелкового пути, предложил создать банк развития для активизации регионального развития и заметил, что Китай уже выделил 5 млрд. долларов для финансирования совместных проектов. В рамках саммита министры транспорта стран ШОС подписали соглашение о создании благоприятных условий для международных автомобильных перевозок для формирования сети автомобильных маршрутов коридора Европа – Западный Китай. На саммите не было принятых стратегически значимых решений, следует отметить принятие двух документов, регламентирующих прием новых членов в ШОС, в частности, в будущем это позволит принять в ШОС Индию и Пакистан. Сейчас в организацию входит шесть постоянных (Казахстан, Китай, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Россия) и пять государств имеют статус наблюдателей (Монголия, Индия, Иран, Пакистан и Афганистан), с 2012 года на стадии принятия заявки на получение статуса наблюдателя Азербайджан, Армения, Бангладеш, Белоруссия, Непал и Шри-Ланка, кроме того, статус по диалогу ШОС имеют Белоруссия, Шри-Ланка и Турция.

В арабском языке термин шейх означает родовитого взрослого мужчину, который имеет огромное состояние и пользуется большим уважением в обществе среди верующих. Только самые почитаемые и уважаемые мусульмане могут заработать это почетного звания, и обычно бывает, что шейх является мужчиной в возрасте старше 40 лет. Однако, дочери и жены шейхов часто могут тоже называться этим титулом. Мусульмане, которые зарабатывают термин шейха, часто усердно изучают религию ислама, они хорошо разбираются в учении Корана и живут в соответствии с Сунной, которая является образом жизни, обозначенная мусульманам самим пророком Мухаммедом. Человек может быть назначен также шейхом, если он завершил обучение в университете исламских исследований и может читать ученикам лекции.

Из-за больших запасов нефти и количества богатых семей на Ближнем Востоке, некоторые шейхи в регионе являются чрезвычайно богатыми — некоторые шейхи на Ближнем Востоке оцениваются, как самые богатые миллиардеры мира. В большинстве арабских стран, королевские дома используют термин шейха для обозначения богатых членов королевской семьи. Обычно в арабском мире скрывается состояние того или другого шейха, но мы составили список из самых богатых шейхов по известной информации в сети.

Ислам является второй крупнейшей религией в мире, уступая лишь христианству, и является самой быстрорастущей религией в мире. Ислам наиболее широко используется в Азии. Более 1 миллиарда человек в Азии признают себя мусульманами, большинство из этих людей живут в Индии, Пакистане, Бангладеш и Индонезии. Есть более 500 миллионов мусульман в Африке и на Ближнем Востоке.

7 самых богатых шейхов в мире

Шейх Тамим бин Хамад Аль Тани, состояние 2 миллиарда долларов.

Шейх Тамим бин Хамад Аль Тани является нынешний правителем Катара, он стал Эмира Государства Катар после его отца — шейха Хамад бен Халифа Аль Тани, который отрекся от престола в 2013 году . Это сделало Тамим бин Хамада самым молодым правящим монархом в мире.

Шейх Фейсал бен Касим аль-Тани, состояние 2,2 миллиарда долларов.

Шейх Фейсал бен Касим аль-Тани стал успешным, практически вопреки его фамилии, а не благодаря ей. Его титул Шейх не имеет отношения к политической позиции. Он является дальним родственником правящей семьи Аль Тани в Катаре.

Шейх Хамад бен Халифа Аль Тани, состояние 2,4 миллиарда долларов.

Шейх Хамад бен Халифа Аль Тани был эмиром Катара с 1995 до 2013 годы. Во время его правления страна добыла около 85 миллионов тонн природного газа, которые сделали Катар самой богатой страной в мире на душу населения. Он отрекся от престола в прошлом году, чтобы его сын стал преемником на троне. Сам же шейх Хамад пришел к власти после бескровного переворота, заняв трон своего отца.

Шейх Мохаммед бин Рашид аль-Мактум, состояние 4,5 миллиарда долларов.

Шейх Мухаммед бин Рашид Аль Мактум является вице-президентом Объединенных Арабских Эмиратов, а также является конституционным монархом Дубая. По состоянию на 2010, его инвестиционная компания Dubai Holding задолжала банкам 12 миллиардов долларов. Как наследный принц Дубая, он назвал свою яхту — третью по величине в мире — «Дубай». Он увлекается скачками и считается, что он является крупнейшим транжиром на ставках в скачках.

Шейх Мансур бин Зайед Аль Нахайян, состояние 4,9 миллиарда долларов.

Шейх Мансур бин Зайед Аль Нахайян является заместителем премьер-министра Объединенных Арабских Эмиратов и сводным братом президента страны. Шейх Мансур является председателем спортивной компании Аль Джазира, которая владеет футбольными, гандбольными, волейбольными и баскетбольными командами в Абу-Даби. Он также владеет английским футбольным клубом Манчестер Сити. Он является председателем Международной нефтяной инвестиционной компании Абу-Даби.

Шейх Мохаммед Хусейн Али Аль Амуди, состояние 14,3 миллиардов долларов.

Шейх Мохаммед Хусейн Али Аль Амуди стоит 63-м в списке самых богатых людей мира. Он живет на две страны: на Саудовскую Аравию и Эфиопию. Он также является вторым богатейшим гражданином Саудовской Аравии и самым богатым черным человеком. Его титул Шейх присвоен за его богатства и достижения, потому как он не является членом ни одной королевской семьи. Считается, что он является не только крупнейшим иностранным инвестором в Эфиопии, но также и в Швеции. Мохаммед Хусейн заработал свое богатство благодаря нефти, горнодобывающим и сельскохозяйственным активам.

Шейх Халифа бен Заид Аль Нахайян, состояние 18 миллиардов долларов.

По оценкам экспертов, личный капитал шейха Халифа бен Заид Аль Нахайян составляет около 18 миллиардов долларов. Тем не менее, семья Аль Нахайян обладает общим капиталом около 150 миллиардов долларов. Шейх Халифа является нынешним эмиром Абу-Даби и президентом Объединенных Арабских Эмиратов. Он официально занял президентское кресло с 2004 года. Но фактически исполнял обязанности президента с 1990 года, в связи с плохим состоянием здоровья отца, являясь наследным принцем. Самое высокое здание в мире, Бурдж-Халифа, названо в его честь.

Иммигранты держат итальянскую экономику на плаву

Количество предприятий малого бизнеса, которыми владеют иммигранты, с апреля по июнь 2014года выросло на 44%.

Всего в Италии жители неевропейских стран владеют 325 000 предприятий малого бизнеса, по данным палат коммерции Unioncamere и Infocamere, сообщает портал The Local.

Лидируют по количеству такой собственности марокканцы, они владеют 63 000 предприятий, а 46 000 организаций принадлежат китайцам. Албанцы являются владельцами 30 564 компаний, особенно в сфере строительства, а жители Бангладеша – 23 000 компаний, в основном в сфере туризма и коммуникаций.

Аналитики говорят о том, что предпринмателям-иммигрантам удалось воспользоваться итальянской рецессией и скупить многие предприятия по низким ценам.

Большинство таких компаний находятся во Флоренции, Милане и Прато.

Рост количества фирм, которыми владеют иммигранты, подстегивает создание новых рабочих мест. В одном только Риме 35 000 итальянцев работают в 30 000 компаниях, принадлежащих иностранцам.

В то же самое время 106 тысяч жителей Италии в 2012 году покинули страну в поисках работы в иностранных компаниях.

Италия > Миграция, виза, туризм > prian.ru, 17 сентября 2014 > № 1175965

Несмотря на политическую и экономическую нестабильность, которая имела место в Египте последние несколько лет, стране удалось достичь значительного улучшения в области поддержания здоровья женщин и детей, сообщает Iinanews.

Согласно отчету Всемирного банка в сотрудничестве с организацией "ЮНИСЕФ", Египет смог значительно сократить смертность детей в возрасте до 5 лет, от 86 смертей на 1 тыс детей в 1990 г. до 21 смертей в 2012 г. Также Египет снизил уровень смертности беременных женщин на 63%, с 120 смертельных случаев на 1 тыс женщин в 1990 г. до 45 в 2013 г. Кроме Египта похожего успеха смогли достичь и ряд других стран с низким и средним уровнем доходов: Бангладеш , Камбоджа, Китай, Эфиопия, Лаос, Непал, Перу, Руанда, Вьетнам.

В отчете также указано, что Египет достиг значительного прогресса в области реформы образования, сделав обучение доступным, особенно для обездоленных людей и девушек. Страна идет правильным путем, и к 2015 г. ей удастся достичь «Целей развития тысячелетия» (это восемь международных целей развития, которые 193 государства-члены ООН и, по меньшей мере, 23 международных организации договорились достичь к 2015-ред.)

Конструирование тела в диаспоре: ритуальные практики южноазиатского населения Великобритании

Ева Луксайте

(пер. с англ. Саши Мороз) 

Междисциплинарные исследования миграции и диаспор сосредоточивают свое внимание на том, каким образом в диаспоральных сообществах кон­струируется национальная, этническая и религиозная идентичность. Я рас­сматриваю схожую проблему в несколько ином ракурсе — как в диаспоре конструируется и тренируется тело, как оно создает и воссоздает себя. Диаспоральное состояние связано со множеством практик, так или иначе касаю­щихся того опыта, что испытывает тело. В этой статье я буду рассматривать ритуальныепрактики (домашние и публичные ритуалы, свадьбы, похороны и другие обряды перехода, а также фестивали, ритуальные танцы и т.п.) и попытаюсь показать, как тело посредством участия в них создает себя. Ис­следователи, анализирующие культуры, ритуалы и религии диаспоральных сообществ, обычно задаются вопросом, каким образом традиции приспосаб­ливаются к сменяющим друг друга обстановкам и новым географическим и социокультурным локациям (Knott 1987: 157). Я бы задала другой вопрос: как новое местоположение и новое истолкование традиции влияет на тело, воспроизводящее эту традицию? Какое тело создается посредством такой ри­туальной деятельности?

Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо совместить два различных на­правления антропологических исследований, не связанных друг с другом, — антропологию миграции и антропологию тела. Для этого я обращусь к по­нятию «технологии себя», предложенному Мишелем Фуко и подразуме­вающему способы обретения субъективности посредством собственного тела (Foucault 1982: 209). Принято считать, что ритуальные практики играют значительную роль в сохранении этнических и национальных идентичностей в диаспоре; я предполагаю, что их необходимо исследовать в том числе и как «технологии себя». Этот процесс можно рассматривать как диаспоральное «самосоздание» (self-making) — конструирование и воссоздание себя и своего тела с помощью ритуальных практик. В этой статье я анализирую процессы такого самосоздания на примере южноазиатского населения Великобритании.

Я попытаюсь теоретически и концептуально описать диаспоральный опыт как экзистенциальный и телесный, а также попробую показать, как миграция влияет на формирование индивидуальности. При этом разговор о миграции и перемещениях в пространстве, о диаспоральном опыте всегда предполагает разговор о фрагментированном субъекте и его структуре. Клаудиа Стросс утверждает, что постмодернистские субъекты ощущают себя расщепленными и полными противоречий, но такие фрагментированные личности оказы­ваются способны на частичную интеграцию посредством «эмоционально вы­дающегося жизненного опыта» (Strauss 1997: 395—396). Это означает, что процесс миграции для мигранта — разрыв, нарушение непрерывности в вос­приятии самого себя, своего тела, истории, времени и т.д. Это происходит вследствие столкновения с новыми представлениями о том, что значит быть гражданином, женщиной, матерью и т.д., — и более того, о том, что значит быть пакистанцем или тамилом. Человека определяют как мигранта, чужака, этнического другого, аутсайдера в той мере, в какой у него есть шансы стать успешным торговцем или владельцем ресторана.

С другой стороны, Томас Чордаш замечает, что ни одно из строгих опреде­лений культуры, предложенных антропологами, не включало в себя утверж­дение, что основание любой культуры нужно искать в человеческом теле. Он предлагает исходить из того, что телесность может быть важным отправным пунктом в переосмыслении природы культуры и нашего существования как культурных существ (Csordas 1990: 6). В таком случае человеческое тело ста­новится связкой между «здесь» и «там», «тогда» и «теперь», а сам процесс миграции может быть воспринят одновременно как протяженный и прерван­ный. Тело само по себе невозможно рассматривать с неизменных и универ­салистских позиций — оно изменчиво и всегда помещено в определенный со­циокультурный контекст. Другие исследователи утверждают, что телесный дискомфорт, ощущение себя не в своей тарелке может быть продуктивным: субъект миграции лишь посредством свойственного ему «заикания» может осознать реальность своего нового дома и своих новых социальных тел (Ahmed et al. 2003: 11). Иными словами, изменение социальной роли и ста­туса и новое понимание социокультурного контекста требуют переозначива­ния тела. О таком переозначивании свидетельствуют ритуалы, связанные с телом и периодически исполняемые внутри диаспоральных сообществ.

В этой статье я высказываю предположение, что ритуальные практики — подходящее поле для исследования того, как конструируется тело в диас­поре. Посредством таких практик люди «ретерриторизируют» (в терминах Жиля Делёза) свои тела и личности под воздействием новых социокультур­ных условий.

СТИРАЯ ГРАНИЦУ МЕЖДУ МИГРАЦИЕЙ И ТЕЛОМ

Антропология миграции через призму диаспоры

Я исследую антропологию миграции, используя понятие диаспоры. Стивен Вертовец дает удачное общее определение диаспоры как воображаемой связи переселенцев со своими корнями, а также с людьми того же культурного про­исхождения, живущими по всему миру (Vertovec 2004: 282). Диаспора пред­ставляет собой сложное образование, в котором постоянно воссоздаются и переструктурируются разнообразные идентичности. Понятие диаспоры дает исследователю возможность внимательно исследовать процессы, в которых опыт миграции становится частью индивидуальности, способом самоиден­тификации. Под миграцией в этом случае подразумевается не только процесс перемещения, но также и процесс самосоздания. Сама идея диаспоры дает человеку возможность воспринимать себя, свою личность и тело как часть диаспорального сообщества.

Условиями существования диаспоры можно считать практики, опыт, зна­ния, дискурсы и пространства, которые формируют двойственное и парадок­сальное осознание себя индивидами, которые, с одной стороны, воспринимают себя в контексте межнациональных противоречий, дискриминации и дискурса исключения, а с другой, отождествляют себя с более широким культурным, национальным и религиозным контекстом (Vertovec 1999). Субъективность в диаспоре — это способы категоризации идентичности (мигрант, иностранец, американский индеец, британский мусульманин из Южной Азии), наполнен­ной опытом нахождения «между». Диаспоральная субъективность связана с новым аспектом личности — диаспоральным «я», порожденным опытом миг­рации, перемещения, переселения, ощущения себя иностранцем и т.п.

Подчеркнув, что диаспоральное состояние переживается по-разному, я должна добавить, что одним из наиболее важных, но при этом почти всегда игнорируемых измерений этого состояния является тело. Почему исследо­вание тела важно для понимания всех этих транснациональных процессов и двойственных идентификаций? Ответ прост: именно тело перемещается, пе­ресекает границы, теряет собственное место, детерриторизируется, и затем снова обретает себя, ретерриторизируется. Тело — проводник опыта мигра­ции и генератор всех сопровождающих его смыслов. Свидетельством факта миграции и возникновения диаспорального субъекта может служить появле­ние так называемого «тела-без-места». В различных дискурсах возникают определенные типы тел, которые, в нашем воображении, населяют те ли иные места, и типы тел, этим местам чуждые. Более того, вследствие перемещения некоторые телесные особенности становятся видимыми или, напротив, не­заметными, значимыми или неважными: среди таких особенностей цвет кожи, одежда, язык, привычки, обычаи и т.д.

Понимание тела

Согласно Мишелю Фуко (1979), тело представляет собой специфическую историчную и культурную сеть непостоянных отношений власти, где различ­ные смыслы вписаны в установки общественного контроля и сопротивления. Тело — это ключевая практическая точка приложения властного и других дискурсов. «Тело непосредственно погружено и в область политического. От­ношения власти держат его мертвой хваткой. Они захватывают его, клеймят, муштруют, пытают, принуждают к труду, заставляют участвовать в церемо­ниях, производить знаки» (Foucault 1979: 25). Более того, тела не являются данностью; они создаются посредством слов в языке и дискурсе, инвестиций власти и знания и научно-технических прорывов с целью контроля, иденти­фикации и воспроизводства. Тело нельзя полностью зафиксировать, оно не может быть застывшим и завершенным; тело всегда находится в процессе становления — оно постоянно создается и воссоздается.

Я бы хотела совместить концепцию Фуко с другими способами определе­ния тела. У Чордаша тело — это не объект, который нужно изучать в его от­ношении с культурой: оно само является субъектом культуры и составляет ее экзистенциальную основу (Csordas 1990). Тело оказывается основой куль­туры в том смысле, что культура переживается телом, а не рождается из него. Кристофер Шиллинг утверждает, что тело — незавершенный биологический и социальный феномен, который изменяется в определенных пределах вслед­ствие его принадлежности к обществу (Shilling 1993: 11). Марк Лафранс под­водит итог этим высказываниям: тело — не основа культуры, но оно создается в том числе посредством того, как мы думаем и говорим, как мы двигаемся и одеваемся, как мы любим и ненавидим (Lafrance 2007). Так, социальные и культурные процессы, проходящие через тело, по сути, становятся его про­дуктами. Наконец, Бурдьё полагает, что тело всегда структурировано социу­мом и не может считаться «прасоциальной», «пракультурной» или универ­сальной сущностью (Bourdieu 1977).

Процесс диаспорального самосоздания

Согласно Фуко, «технологии себя» — это специфические практики, с помо­щью которых субъекты конституируют сами себя; это формы знания, стра­тегии, практики, позволяющие людям приобретать опыт, понимать окружаю­щую их действительность и выносить суждения о ней, а также правильно вести себя (Foucault 1977, 1988). Фуко уточняет, что речь также идет о спо­собе, посредством которого субъекты слышат «истину» собственных мыслей и практик и, одновременно, посредством которого эта «истина» конструиру­ется в отношении к структурам власти и знания. «Технологии себя» позво­ляют индивидам, «самим или при помощи других людей, совершать опреде­ленное число операций на своих телах и душах, мыслях, поступках и способах существования, преобразуя себя ради достижения состояния счастья, чи­стоты, мудрости, совершенства или бессмертия» (Foucault 1988: 18).

Проблему конструирования идентичности в диаспорах можно рассматри­вать как проблему создания и конституирования себя. Например, Клейр Дьюер говорит о том, что принято считать, будто молодые южноазиатки в Ве­ликобритании — «все на одно лицо» (Dwyer 2000). Как в исторических, так и в современных дискурсах южноазиаток-мусульманок продолжают описы­вать, с одной стороны, как угнетенных и отчаявшихся жертв, с другой — как сексуальных фетишизированных других (Ahmad 2003: 43). Информантки Дьюер жаловались на то, что их часто воспринимают как типичных мусульманок, а не как отдельных индивидов, непохожих друг на друга. Старые и но­вые дискурсы объединяли молодых южноазиаток под общей эссенциалистской вывеской, что привело к тому, что эти женщины предпочитают более разнообразные способы конструирования собственной идентичности и ис­пользуют различные «технологии себя», чтобы стать теми, кем они хотят. У них есть множество интерпретаций того, что значит быть пакистанкой, му­сульманкой, южноазиаткой, но они осознают себя вне этих категорий.

«Технологии себя» позволяют индивиду принимать участие в собствен­ном становлении. Тем не менее Шерри Ортнер считает, что мы не изобрета­ем «технологии себя» сами, а заимствуем их из наших культур и обществ (Ortner 2005). Другими словами, техники самоопределения появляются внутри доступных дискурсов и хранятся в них. В вышеприведенном примере информантки чувствовали нехватку независимости от внешних суждений: их определили извне — как типичных мусульманок, но сами они не опреде­ляли себя таким образом. Британское общество дало им устойчивый статус, и у них не было возможности показать свою индивидуальность и исклю­чительность. Молодые южноазиатские мусульманки оказались в ситуации, когда таким образом их определяло не только общество, но и собственные родители. Автор предполагает, что родители девушек, подбирая для них оп­ределенную одежду, одновременно показывали религиозную и этническую «чистоту» своих детей и позиционировали молодых женщин как типичных мусульманок (Dwyer 2000). Таким образом, одежда приобрела сложную функцию, непосредственно связанную с идентичностью этих женщин, заста­вила их осознавать себя как субъектов (Dwyer 1999).

Мы имеем дело с процессом, в результате которого переосмысляются и преодолеваются навязанные извне позиционирование и субъективность. Мо­лодые женщины сопротивляются традиционным формам одежды и комби­нируют различные элементы гардероба, чтобы сильнее отличаться друг от друга и от той группы, принадлежность к которой им приписывает общество.

Очевидно, что в процессе конструирования идентичности, понятом как «тех­ника себя», одежда может использоваться как маркер идентичности, прак­тика, утверждающая, что телу всегда свойственен двойственный опыт, опыт одновременно субъекта и Другого, — Другого как «этнического тела». Значе­ния, приписываемые такому телу, множественны, текучи и гибки, но все они уже заданы доступными дискурсами.

Таким образом, процесс конструирования идентичности в диаспоре может быть представлен как процесс «самосоздания». Согласно Брайану Тёрнеру, все аспекты телесности, начиная с внешности, здоровья и сексуальности, пред­ставляют собой фундаментальную матрицу, материальную инфраструктуру индивидуальности и социальной идентичности (Turner 1994: 28). Таким об­разом, можно совместить имеющуюся исследовательскую литературу, посвя­щенную миграции и диаспорам, и работы, посвященные телесности, — и воз­можно, рассмотрение этих работ в перспективе друг друга может выработать некий новый и нетривиальный взгляд на проблему диаспорального тела.

ЮЖНОАЗИАТЫ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ: КУЛЬТУРНЫЙ КОНТЕКСТ

По данным переписи 2001 года, выходцы из Южной Азии составляют при­мерно 3% населения Великобритании. В целом это около двух миллионов че­ловек, из них 1 048 612 человек — мусульмане, 558 810 — индусы и 336 149 — сикхи. Среди этих людей больше всего выходцев из Индии (1 035 870 чело­век), на втором месте — выходцы из Пакистана (714 826), на третьем — из Бангладеш (280 830). Южноазиатскую диаспору называют «диаспорой куль­турного потребления» (Werbner 2002) или «диаспорой воображений» (Ghosh 1989); можно сказать, что это скорее культурная, нежели политическая или религиозная, формация. Пнина Вербнер утверждает, что южноазиатская трансидентичность мобилизовала различные национальности и верования, впитав их в себя. В фильмах и книгах, созданных представителями этой диа­споры, делается акцент на кросс-этнической чувственности, свойственной южноазитам независимо от их религиозных или национальных корней (Werbner 2002). В этом случае мы имеем дело с гетерогенной группой, пред­ставители которой обладают множеством языковых, географических, этни­ческих, религиозных, классовых и кастовых отличий, а кроме того, имеют различную миграционную историю. Поскольку южноазиаты в Великобрита­нии не образуют гомогенной группы, свойственные им ритуальные практики крайне разнообразны. Индуистский, христианский, мусульманский, парский, сикхский, джайнистский, буддистский или суфийский бэкграунд вкупе с гео­графическим и этническим разнообразием приводит к разнообразию риту­альных практик, которые интерпретируются как принадлежащие новому со­циальному контексту и снова обретают жизнь.

Несмотря на то что массовая миграция с Индийского полуострова в основ­ном характерна для конца ХХ века, перемещения выходцев из Южной Азии между Великобританией и Индостаном непосредственно связаны с британ­ским колониальным режимом. Личные истории южноазиатов, живущих в Ве­ликобритании, очень отличаются друг от друга. Некоторые приехали прямо с полуострова Индостан, кто-то — из стран промежуточного пребывания. В XIX веке британцы предлагали жителям полуострова работу, связанную с постройкой железных дорог в Восточной Африке. Многие люди, таким об­разом, оседали в тех местах и оставались там до тех пор, пока в 1922 году со­глашение между Великобританией и Африкой не было разорвано. После это­го большая часть индусов вернулась в Индию, но некоторые остались в Аф­рике или эмигрировали в Великобританию. В начале ХХ века Восточная Африка, воображаемая земля возможностей, привлекла новую волну мигран­тов из Южной Азии. Однако конфликты и этнические чистки в Африке вскоре заставили индусов оставить эту территорию и уехать в Великобрита­нию (Brah 1996: 1—2).

После Второй мировой войны несколько ключевых событий и закулисных переговоров стали причиной увеличения потока миграции с полуострова Ин­достан в Великобританию. Во-первых, нехватка рабочих в Великобритании во время экономического бума сразу после войны стимулировала волну тру­довой миграции из бывших колоний, и в особенности из Южной Азии. Во- вторых, отделение Индии в 1947 году и создание независимой Индии и Па­кистана привело к ряду вспышек насилия, вследствие которых люди покидали полуостров. После войны за освобождение государства Бангладеш в Вели­кобританию также приехали тысячи беженцев из Восточной Бенгалии. Про­возглашение независимости от Великобритании на Шри-Ланке (позже — Цейлоне) также подтолкнуло к эмиграции в Великобританию тех людей, которые хотели получить профессиональное образование. В-третьих, длитель­ная борьба правительства и «Тигров освобождения Тамил-Илама» на Шри- Ланке в 1980-х годах заставила тысячи тамилов уехать с острова и просить убежища в Великобритании.

Далее я обращусь к способам конструирования и ведения переговоров между идентичностями и субъектностями южноазиатов посредством пер- формативных и традиционных ритуальных практик, которые получили но­вую интерпретацию в изменившихся социальных условиях.

КОНСТРУИРОВАНИЕ ТЕЛА В РИТУАЛЬНЫХ ПРАКТИКАХ

Пнина Вербнер утверждает, что антропологические исследования ритуалов в подавляющем большинстве случаев изучают их в «естественном» состоянии. Она объясняет, почему важно исследовать ритуалы в контексте миграций: дело в том, что ритуалы задают критические линии, которые обеспечивают связь между «сейчас» и «теперь», «здесь» и «там». Ритуальные практики, за­мечает она в работе о пакистанской диаспоре, придают новое символическое выражение и законность фундаментальным представлениям о личности, по­ловых отношениях и природе человеческой фертильности (Werbner 1986).

Ритуальные практики в южноазиатских диаспорах по всему миру были подробно изучены антропологами и социологами. Большинство из них со­средоточивалось на том, как традиции передаются следующему поколению и какую роль они играют в конструировании диаспоральной идентичности, как во враждебной среде создаются ритуализированные пространства, как старинные обряды получают новое осмысление и начинают играть иную роль в новом контексте. Ритуальные практики южноазиатов в диаспорах, соглас­но Вербнер, активно впитывали новый опыт и перестраивались для борьбы с возникающими проблемами, расширяли сферу своего действия и видоиз­менялись согласно актуальному восприятию и пониманию (Werbner 1990: 335). В следующих частях статьи я вкратце опишу, в каких теоретических рамках можно анализировать ритуальную активность.

Для анализа диаспоральных ритуальных практик я использую теорию ритуализации Кэтрин Белл (Bell 1992), в которой центральное место занимает идея ритуализированного тела. В рамках этой теории ритуальная активность понимается не как специфические действия, встроенные в некую культурную парадигму, а скорее как социальная активность в целом, как социальный обы­чай и как стратегия действия. Эти действия связаны с особым взаимодей­ствием между социализированным телом и структурирующим его обществом (Bell 1992: 7—8). Тело становится ритуализированным в процессе его взаи­модействия с социокультурной средой. Ритуализация структурирует общест­во через заданный набор физических движений, который, в свою очередь, оставляет след этой ритуализации непосредственно на человеческом теле (ibid.: 98—99).

Влияние постструктуралистской мысли на работы Белл очевидно. Она разрабатывает и углубляет идею Фуко о том, что дискурс продуктивен: ра­бота дискурса власти производит конкретные типы субъектов посредством их тел (Foucault 1979, 1980). В примере Белл ритуализация — это акт воз­никновения ритуализированного агента вследствие взаимодействия тела и сред, структурирующих его или структурируемых им. Исследовательница показывает, что, например, акт коленопреклонения — это действие, в котором преклоняющий колено посредством самого этого действия «производит» тело, подчиняющееся ритуалу (Bell 1992: 99—100). Ритуализация создает особое социальное тело, обладающее способностью придавать социальную значимость схемам, заложенным в ритуальных действиях (ibid.: 107). Дру­гими словами, социальные правила, истины и модусы поведения, предписы­ваемые ритуалом, оказываются восприняты человеческим телом. Эта соци­альная интерпретация ритуала содержит в себе особое ритуальное знание, которое находит применение в повседневной жизни.

КОНСТРУИРОВАНИЕ ТЕЛА В ДИАСПОРЕ

Действие как знание и бытие

Я начну с одного этнографического примера, который показывает, как ин­дуистский способ познания соотносится с практикой и телесностью. Элеонор Несбитт исследует процесс передачи религиозных практик и верований де­тям индусов и сикхов, происходящих из индийского штата Пенджаб и жи­вущих в Ковентри. Автор утверждает, что ритуальное существование в боль­шей степени связано с действием, чем с рефлексией. Она показывает, что дети не знают базовых понятий своей веры и значения религиозных практик, но знают и исполняют ритуалы на телесном уровне. В описании богослужения автор подчеркивает, что большинство детей не могут назвать священные книги своей веры, не вполне понимают язык богослужения, не могут объ­яснить, почему они ходят в определенный храм, но точно знают, как нужно себя там вести. Одиннадцатилетний мальчик из секты Валмики рассказал об этом так:

Сначала мы входим, снимаем обувь и кладем на пол немного денег. Потом мы проходим в зал и садимся. Когда все заканчивается, они делают специ­альную еду от бога, и ты ее ешь, а потом ты идешь в такое место вроде кухни. Тебе дают там чего-нибудь поесть — сначала женщинам, потом детям, потом мальчикам и мужчинам (Nesbitt 1991).

Такое «телесное» знание и веру в традиции индуизма анализировали мно­гие. Ричард Бургхарт подчеркивает, что индуистские ритуалы считаются эф­фективными независимо от того, понимает ли участник их значение: един­ственное, что действительно важно, — корректное исполнение процедур. Другими словами, выполнение действий и звучание слов важнее понимания (Burghart 1987: 238). Энн Дэвид подчеркивает, что индуизм — это «ортопрак- сическая» религия, в которой корректное выполнение определенной после­довательности действий и есть вера. По ее мнению, последователь индуизма воплощает свою веру, в первую очередь, посредством тела, и это вполне осо­знается и принимается как им самим, так и его единоверцами (David 2005). Согласно Дейдре Склар, анализировавшей католическую фиесту в Тортуге, Нью-Мехико, нельзя говорить о том, что тело, исполняющее ритуал, пережи­вает религиозный опыт: напротив, оно само является этим опытом — процес­сом, а не объектом (Sklar 2001: 193). Таким образом, наиболее сильное раз­личие наблюдается не между опытом и словами или телом и мыслью, а между конвенциями знания и модусами восприятия (ibid.: 193).

Восприятие ритуального действия как знания допускает, что знание о себе и о другом также воплощено в теле. Мы узнаем о том, что из себя представ­ляет другой, по его действиям. Это не означает, что человек может выбирать, кем он хочет быть. Напротив, здесь мы имеем дело с эссенциалистским пред­ставлением о неизменности культурной идентичности, передающейся от че­ловека к человеку или посредством культурных и социальных институтов. Так или иначе, такому пониманию ритуального действия необходимо про­тивопоставить этнографическое представление о действии как о процес­се становления.

Действие как становление

Этнографическое описание танца, выполненное Энн Дэвид, обращается к той роли, которую играет традиционный ритуальный танец бхаратанатьям в кон­струировании идентичности шри-ланкийских тамилов, живущих в Лондоне. Автор утверждает, что эти танцевальные практики стали существенной частью религиозной программы диаспоральных тамильских обществ в Ве­ликобритании и некоторых других уголках мира. Бхаратанатьям испол­няется не только в тамильских храмах: по всей Великобритании существуют специальные классы для обучения этому танцу. Дэвид показывает, что об­учение бхаратанатьяму — это демонстрация возвращения к корням и гаран­тия от растворения тамильской культуры в британской. Можно сказать, что практика исполнения бхаратанатьяма в храмах и предполагаемая религиоз­ность этого танца отражают попытку утвердить тамильскую идентичность, «тамильскость», не сводящуюся исключительно к танцу (David 2008).

Этот этнографический анализ ясно показывает, что многие тамилы вос­принимают «тамильскость» через тело, «животом»: обучаться и танцевать бхаратанатьям — это «по-тамильски». Другими словами, «тамильскость» — это телесный опыт; более того, это такой тип практики, который предписы­вает телу принципы и истины «тамильскости», создает тело, о котором можно сказать, что это тело тамила. Танец бхаратанатьям как телесная ритуальная практика — это «технология себя», которая помогает тренировать тело, чтобы обрести с его помощью желаемую субъективность. Можно сказать, что боль­шую роль здесь играет сознательный выбор: тамильские девушки выбирают обучение бхаратанатьяму, чтобы выразить культурную идентичность на языке тела. Именно во время исполнения определенных движений и танца целиком эти девушки «становятся тамилками».

Однако в этом этнографическом примере опущен один важный аспект телесного опыта: Дэвид ничего не говорит о чуждости социокультурной сре­ды, окружающей этих девушек.

Действие как созидание

Согласно Анри Лефевру, пространство присваивает, обживает и структури­рует тело. Проксемика тел и пространства такова, что каждое живущее тело само по себе является пространством и в то же время производит простран­ство (Lefebvre 1991: 70). Тела не только движутся в пространстве, но и кон­ституируют его, а пространство, в свою очередь, конституирует их (Puwar 2004: 32). Диаспоральные тела создаются посредством определенных типов движений и отношений со множеством пространств.

Пнина Вербнер, изучавшая пакистанских суфиев в Великобритании, рас­сматривает случай, непосредственно демонстрирующий, как в ритуальных практиках взаимодействуют тела и пространства. Речь идет о суфийском джулусе, шествии мусульманских мужчин, которое проходит на улицах Бир­мингема, Манчестера и Лондона дважды в год. Наблюдая такую процессию в 1989 году в Бирмингеме, Вербнер рассуждает о ритуальной сакрализации городских пространств, которая может существенно изменять обжитые мес­та. Она рассматривает шествие как перформативный акт, который опреде­ляет и переопределяет принадлежность пространства к сакральному миру (Werbner 1996). Джулус предполагает шествие по жилым кварталам, сопро­вождаемое пением зикра, особой суфийской молитвы. Зикр помогает бри­танским пакистанцам очистить душу и сердце, а также сакрализовать и «исламизировать» пространства Великобритании.

В суфизме так же, как и в индуизме, практика превалирует над рефлек­сией, а получение опыта — над рациональностью (Werbner 1996). Во время шествия изменяется не только окружающее пространство, но и человеческое тело — это происходит во время пения зикра, когда человек испытывает чув­ство единения с Аллахом (Werbner 1996). Этот пример показывает, что для суфиев, которые отдают приоритет действию, вести себя как пакистанцы в Великобритании важнее, чем чувствовать себя британскими пакистанцами.

В диаспорах такая ритуальная сакрализация пространства — способ сте­реть границы между «здесь» и «там», Пакистаном и Великобританией, соз­дать воображаемую родину и установить более прочную связь с принима­ющей страной через эту воображаемую территорию. Участники шествий, ощущая временной и географический разрыв с родиной, стремятся укрепить собственную пакистанскую или суфийскую идентичность. Двойственность этой ситуации заключается в том, что если городские пространства Велико­британии оказываются частью новой пакистанской идентичности, то тела тех, кто участвует в шествии, в свою очередь, несут на себе отпечаток бри­танского пространства. С одной стороны, ритуальная сакрализация город­ских пространств помогает коллективному пакистанскому «телу-без-места» стать «территоризированным», британским. Более того, такое взаимодей­ствие пакистанских тел и британских пространств создает новые тела — тела британских пакистанцев. С другой стороны, здесь нужно обратиться к суфийскому понятию пир, обозначающему сакральное пространство: для британских мусульман-суфиев, которые следуют учению Абдуллаха аль-

Ансари, пакистанский и британский мир символически объединены посред­ством Дарбара-э-Алии Гамкол Шарифа, который в результате этого шест­вия как бы становится частью британского пространства (Werbner 1996). Вербнер предполагает, что ритуальная сакрализация пространства не прос­то исламизирует городские пространства Великобритании, но и создает новые воображаемые местообитания других; иначе говоря, мигрант созда­ет и «ретерриторизирует» свою воображаемую родину вне зависимости от того, в каких понятиях она определена — в национальных, этнических или религиозных.

Вербнер также замечает, что британские пакистанцы переопределили себя именно как мусульманскую диаспору, не связанную этническими ограниче­ниями, и вступили в контакт с мусульманами из Палестины, Боснии, Чечни и Кашмира (Werbner 2002: 12). Эти пересечения национальной, этнической и религиозной идентичности и субъектности указывают на сложность диаспорального опыта. Так, Чордаш говорит о «множественном теле» мигранта, состоящем из других тел, число которых зависит от того, насколько много характеристик этих тел он сможет распознать (Csordas (ed.) 1994: 5). Прак­тика сакрализации пространства создает это многообразие диаспоральных тел, совокупный опыт которых переживаем одним и тем же индивидом.

Вербнер предполагает, что суфийские шествия в британских городах — утверждение власти и веры, которое пересекает «онтологический барьер» и укрепляет веру, предъявляя суфийские тела глазам непосвященных (Werbner 1996). Люди вносят ислам в городское пространство, но в то же время не­сут на себе отпечаток этого пространства. Перформативный аспект этой те­лесной практики предполагает, что посыл, передаваемый как участникам, так и зрителям, одинаков: да, мы пакистанцы, да, мы мусульмане, и да, мы живем в Великобритании. С одной стороны, эта ритуальная сакрализация создает тела, отличные от других. Выбрав ритуал, который укрепляет связь британ­ских пакистанцев друг с другом и с остальными мусульманами в мире, а также с пакистанскими сообществами, суфии проводят границу между собой и другими, символически разделяют пространство на две части: сакральное пространство пакистанских суфиев и секулярное пространство британского города. С другой стороны, то, что разные тела сталкиваются друг с другом в едином пространстве, очевидно, открывает возможность для соотнесения себя с теми смыслами, которые присущи этому пространству и населяющим его телам, а также для сопротивления им.

Действие как отношение

Тело в ритуале создается не только посредством действия и отношения к об­разующим это тело и образуемым им пространствам. Тело возникает в про­цессе отношений с другими телами, физически или символически прини­мающими участие в том же ритуале.

В работе «Процесс миграции» Вербнер утверждает, что, когда пакистан­ские семьи Манчестера исполняют ритуалы, они тем самым устанавливают отношения с остальными пакистанцами, живущим рядом: это своего рода сим­волическое высказывание об их новом доме и о том, что теперь этот дом с ними навсегда (Werbner 1990: 152). Эти практики «ретерриторизируют» па­кистанские «тела-без-места», но не тем способом, о котором шла речь выше: тела пакистанцев «ретерриторизируются» за счет отношений с другими па­кистанцами — территориальность обретается телами через другие тела.

Вербнер идет дальше и делает предположение, что расширение социаль­ных сетей и отправление определенных домашних обрядов означает важную личную трансформацию, в процессе которой человек движется от определе­ния себя как части высокоспецифичной социогеографической общности (пенджабец, житель такой-то деревни, представитель такого-то семейства) к тому, чтобы стать манчестерцем, городским мусульманином или членом мировой пакистанской диаспоры — постоянным жителем, а не временным гостем (Werbner 1990: 155). Этот этнографический пример предполагает, что индивида определяют окружающие его тела и посредством этого создается новое тело, лучше соответствующее текущему социальному контексту. Таким образом индивид вступает в коллектив, который порожден ритуальными практиками, создающими особое коллективное тело.

В этой статье я не претендовала на то, чтобы исчерпывающе описать южно­азиатскую диаспору, скорее я хотела осветить несколько вопросов, связанных с теми практиками, которые существуют внутри этого диаспорального со­общества. На примере этих практик я попыталась исследовать способы соз­дания диаспоральных тел. В заключение я хотела бы еще раз остановиться на ключевых моментах статьи:

1. Вещественность тела ликвидирует разрыв между различными време­нами, пространствами, мирами и опытами. Материальность тела при этом нельзя назвать стабильной или простой: тело всегда «предъявляется», суще­ствует «на виду» и в то же время выступает проводником нашего социокуль­турного опыта, который, в свою очередь, также порождается телом. Пере­означивание собственного тела в новых социокультурных обстоятельствах в ситуации диаспоры оказывается необходимым.

2. Для изучения практик диаспорального «самосоздания» (self-making) может быть использовано понятие «технологии себя», предложенное Мише­лем Фуко. При этом конструирование идентичности в диаспоре может быть рассмотрено с точки зрения конструирования себя как части диаспоры — конструирования посредством тела. Другими словами, в повседневных ри­туальных практиках люди создают и воссоздают себя заново в зависимости от особенностей новых социокультурных сред. Для этого они совершают раз­личные манипуляции со своим телом — одеваются, танцуют, участвуют в ре­лигиозных обрядах или совершают покупки в магазине. Познавая окружаю­щую социокультурную реальность посредством собственного тела, индивид становится диаспоральным субъектом.

3. Ритуальные практики как практики самосоздания в диаспоре являются трансформативными, поскольку способствуют созданию ритуализированных тел. Можно предположить, что эти практики производят диаспоральные тела, одновременно принадлежащие нескольким социокультурным контекстам. С одной стороны, ритуальные действия укрепляют чувство причастности к национальному, региональному или религиозному сообществу, которое символически объединяет всех выполняющих обряд; с другой, эти ритуаль­ные практики неизбежно «ретерриторизируют» тела, которые их выполняют, и таким образом приписывают их к новому социокультурному контексту.

4. Различные ритуальные практики, ведущие к созданию ритуализирован­ного тела, по-разному переживаются и интерпретируются в различных рели­гиозных и этнических традициях. С одной стороны, посредством телесного опыта они помогают человеку понять, кто он такой, и понять это посредством тех действий, которые он совершает («я индус, потому что делаю то, что де­лают индусы»). С другой стороны, ритуальный процесс — это процесс ста­новления, т.е. конкретный тип диаспоральной практики, который предписы­вает участвующему в ритуале телу определенные этнические, национальные и религиозные принципы и догмы («я хочу стать тамилом, и потому я делаю то, что делают тамилы»).

При этом отношения тел и пространств очень значимы для конструиро­вания диаспорального тела. Тело вмещает в себя социокультурный контекст, который, в свою очередь, несет на себе отпечаток ритуализированных тел. По мере того как тела становятся телами британских пакистанцев и британских мусульман, окружающие их пространства становятся диаспоральными. Та­ким образом, тело обретает территориальность, но эта территориальность проистекает не из пространства, а из взаимодействия с другими телами, при котором индивид соотносит себя с коллективом, разделяющим с ним общие ритуальные практики.

5. Можно заключить, что существуют различные способы конструиро­вания диаспоральных тел и все многообразие этих тел может переживать­ся индивидом в рамках единого опыта. Сложность устройства социальной реальности в общем и диаспоральных практик британских южноазиатов в частности иллюстрируется невозможностью представить обобщенный об­раз южноазиатского диаспорального тела — процессы диаспоризации и са­мосоздания должны рассматриваться как очень сложные и зависящие от со­циокультурного контекста феномены.

Перевод с англ. Саши Мороз

ЛИТЕРАТУРА

Ahmad 2003 — Ahmad F. Still 'in Progress?' — Methodological Dilemmas, Tensions and Contradictions in Theorizing South Asian Muslim Women // South Asian Women in the Diaspora / N. Puwar, P. Raghuram (Eds.). Berg; Oxford, 2003. P. 43—67.

Ahmed et al. 2003 — Ahmed S, Castaneda C, Fortier A.-M, Sheller M. Introduction // Up rootings/Regroundings: Questions of Home and Migration / S. Ahmed (Ed.). London: Bloomsbury Academic, 2003. P. 1—23.

Bell 1992 — Bell C. Ritual Theory, Ritual Practice. New York: Oxford University Press, 1992.

Bourdieu 1977 — Bourdieu P. Outline of the Theory of Practice. Cambridge: Cambridge University Press, 1977.

Brah 1996 — Brah A. Cartographies of Diaspora: Contesting Identities. London: Routledge, 1996.

Burghart 1987 — Burghart R. Conclusion: the Perpetuation of Hinduism in an Alien Cultural Milieu // Hinduism in Great Britain: the Perpetuation of Religion in an Alien Cultural Milieu / R. Burghart (Ed.). Cambridge: Cambridge University Press, 1987. P. 157—180.

UK Census 2001 — UK Census. Office for National Statistics, 2001 // www.ons.co.uk.

Csordas 1990 — Csordas T. Embodiment as a Paradigm for Anthropology // Ethos. 1990. Vol. 18. № 1. Р. 5—47.

Csordas (ed.) 1994 — Embodiment and experience / T. Csordas (Ed.). Cambridge: Cam­bridge University Press, 1994. P. 1—27.

David 2005 — David A. Dancing for the Gods: Issues of Identity in South Asian Diaspora Groups // CRONEM Conference, 2005.

David 2008 — David A. Religious Dogma or Political Agenda? Bharatanatyam and Its Re- Emergence in British Tamil Temples // Journal for the Anthropological Study of Hu­man Movement. 2008. Vol. 14. № 3 (http://jashm.press.illinois.edu/14.4/david.html).

Dwyer 1999 — Dwyer C. Veiled Meanings: Young British Muslim Women and the Nego­tiation of Difference // Gender Place and Culture. 1999. Vol. 6. № 1. P. 5—26.

Dwyer 2000 — Dwyer C. Negotiating Diasporic Identities: Young British South Asian Mus­lim Women // Women's Studies International Forum. 2000. Vol. 23. № 4. P. 475—486.

Foucault 1977 — Foucault M. Discipline and Punish: the Birth of the Prison. London: Allen Lane, 1977.

Foucault 1979 — Foucault M. History of Sexuality: An Introduction. London: Penguin, 1979.

Foucault 1980 — Foucault M. Power/Knowledge: Selected Interviews and Other Writings. Brighton: Harvester Press, 1980.

Foucault 1982 — Foucault M. The Subject and Power // Critical Inquiry. 1982. Vol. 8. № 4. P. 777—795.

Foucault 1988 — Foucault M. Technologies of the Self: a Seminar with Michel Foucault. Amherst: University of Massachusetts Press, 1988.

Ghosh 1989 — Ghosh A. The Diaspora in Indian Culture // Public Culture. 1989. Vol. 2. № 1. P. 73—78.

Knott 1987 — Knott K. Hindu Temple Rituals in Britain: The Reinterpretation of Tradi­tion // Hinduism in Great Britain: the Perpetuation of Religion in an Alien Cultural Milieu / R. Burghart (Ed.). Cambridge: Cambridge University Press, 1987. P. 157—180.

Lafrance 2007 — Lafrance M. Embodying the Subject: Feminist Theory and Clinical Psyc­hoanalysis // Feminist Theory. 2007. Vol. 8. № 3. P. 263—278.

Lefebvre 1991 — Lefebvre H. The Production of Space. Oxford: Basil Blackwell, 1991.

Nesbitt 1991 — Nesbitt E. «My Dad's Hindu, My Mum's Side Are Sikhs»: Issues in Religious Identity // archiv.ub.uni-heidelberg.de/savifadok/volltexte/2009/234/pdf/identity. pdf.

Ortner 2005 — Ortner S.B. Subjectivity and Cultural Critique // Anthropological Theory. 2005. Vol. 5. № 1. P. 31—52.

Puwar 2004 — Puwar N. Space Invaders: Race, Gender and Bodies out of Place. Oxford: Berg, 2004.

Shilling 1993 — Shilling C. The Body and Social Theory. London: Sage Publications, 1993.

Sklar 2001 — Sklar D. Dancing with the Virgin: Body and Faith in the Fiesta of Tortugas, New Mexico. Berkeley: University of California Press, 2001.

Strauss 1997 — Strauss C. Partly Fragmented, Partly Integrated: An Anthropological Exa­mination of «Postmodern Fragmented Subjects» // Cultural Anthropology. 1997. Vol. 12. № 3. P. 395—396.

Turner 1994 — Turner B.S. The Body and Society: Explorations in Social Theory. London: Sage Publications, 1994.

Vertovec 1999 — Vertovec S. Three Meanings of «Diaspora» Exemplified among South Asian Religions // Diaspora. 1999. Vol. 7. № 2. P. 277—300.

Vertovec 2004 — Vertovec S. Religion and Diaspora // New Approaches to the Study of Religion: Textual, Comparative, Sociological, and Cognitive Approaches / P. Antes, A.W. Geertz, R.R. Warne (Eds.). Berlin: Walter de Gruyter, 2004. P. 275—304.

Werbner 1986 — Werbner P. The Virgin and the Clown: Ritual Elaboration of Pakistani Migrants' Weddings // Man. 1986. Vol. 21. P. 227—250.

Werbner 1990 — Werbner P. The Migration Process: Capital, Gifts and Offerings among British Pakistanis. New York: Berg, 1990.

Werbner 1996 — Werbner P. Stamping the Earth with the Name of Allah: Zikr and the Sacralizing of Space among British Muslims // Cultural Anthropology. 1996. Vol. 11. № 3. P. 309—338.

Werbner 2002 — Werbner P. Imagined Diasporas among Manchester Muslims: The Public Performance of Pakistani Transnational Identity Politics. Oxford: School of American Research Press, 2002.

---

© Springer Verlag, 2010. Впервые опубликовано: Asia Europe Journal. 2010. Vol. 8. № 1. Р. 11—24.

Опубликовано в журнале:

«НЛО» 2014, №3(127)

Сегодня в блогах: Яков Миркин, Николай Кащеев, Константин Сонин, Сергей Журавлев, Йордан Вейсман, Элисон Грисуолд, Елена Холодны, Тайлер Дерден, Пол Кругман, Егор Сусин, Андрей Нальгин. 

Яков Миркин:

В воздухе носится: «Санкции! Санкции! Санкции!»

То ли грачи прилетели, то ли жужжит пчелиный рой. И жизнь наша повисла на санкциях, как на помочах.

А что санкции? На короткой дорожке в полгода и даже, может быть, год санкции – это ничего при соблюдении трех условий.

Первое – сохранение основного потока поставок сырья, топлива в ЕС в обмен на поток денег.

Второе – все сокращения доступа к международному финансированию, от которого мы, действительно, очень зависим, пока балансируются международными резервами России. Сегодня это – $465 млрд. Плюс в этом году увеличилось положительное сальдо торгового баланса за счет драматического сокращения импорта. Этих денег пока хватает и на вывоз капитала, и на то, чтобы бедным нашим, крупнейшим корпорациям заместить их внешние долги.

Третье – сохранение в действии международной платежной инфраструктуры, в которую мы включены. SWIFT, Visa, Mastercard, Euroclear, Clearstream + + не замороженные на Западе активы.

При одновременном действии этих трех условий можно куковать, зимовать, воевать и пережидать. В крайнем случае, амортизатором станут падение курса рубля и вспышка инфляции.

Не стоит беспокоиться, когда хвост собаке откусывают по кусочкам. Это и есть – пока – санкции.

А вот дальше – пространство, затянутое темноватыми облаками, ибо там могут ждать (или даже уже ждут) снижение мировых цен на сырье и технологический бойкот при отключении от внешних рынков капитала. И это будут явно не теплые времена.

Николай Кащеев:

Кто виноват – поговорили. Теперь: что делать

Очень просто, рецепт давно готов. Просто? Гм... Ну, да ладно.

Всего три вещи, которые нужно признать в качестве идеологической первоосновы всей дальнейшей деятельности:

1. Экономика имеет приоритет над всем прочим. Имеем сильную экономику – имеем сильную страну, и никак иначе.

2. Для блага экономики необходим максимальный отказ от любой конфронтации... Слишком? ОК: поиск компромисса всегда имеет абсолютный приоритет над любой конфронтацией.

3. Экономика является свободной от любой идеологии. Например, никакого «социализма» в экономике нет. Есть только рынок. Вне его нет экономики. Единственная цель экономики: наиболее полное, разумное и эффективное удовлетворение потребностей конечного потребителя.

У нас есть проблема номер один: низкое качество человеческого капитала (в том числе элиты). Все остальное – производные от этого.

Низкое качество подразумевает низкую мотивацию, низкую этику, низкую квалификацию (в том числе управленческие навыки), плохое состояние здоровья (в том числе психического) плюс неэффективное территориальное распределение.

Проблемы номер два и три: незащищенность собственности и острая нехватка эффективных инвестиций – производные от номера один. Логика простая: проблемы два и три – проблемы прежде всего институциональные. Уровень институтов в наших условиях отражает уровень превалирующего человеческого капитала. Вот и все, пришли к тому же.

У нас есть единственное серьезное конкурентное преимущество: природные ресурсы.

Каков метод превращения этого преимущества – то есть потенции – в результат, в развитую экономику и хотя бы относительно развитый человеческий капитал? Принципиальный ответ, как я сказал, готов еще с XVIII века, если не ранее: через открытость. Просто нужно довести этот тезис до логического конца.

Нет инвестиций? Их не так сложно получить, если отдать контроль за ними в руки самих инвесторов в максимально возможной степени: допустите их по максимуму до уровня скважины. И они сами позаботятся о том, чтобы к ней вела дорога. Это было бы хорошо, но при одном условии: нужно просто установить четкие и неизменные правила игры на годы, как сделал Китай. Люди более всего готовы инвестировать в понятное им. Добейтесь максимальной понятности, говорите с инвесторами на одном языке. Вы это можете.

Вы даже можете запереть эти инвестиции здесь на длительное время: дайте возможность инвестору контролировать и обустраивать объект инвестиции по максимуму – это несложно. И он не будет возражать.

У вас проблемы с технологиями? Он их принесет. У вас проблемы с менеджментом? Он сначала покажет, как, потом научит. Это же все уже начиналось понемногу!

У вас проблемы с инфраструктурой? Нет хорошей рабочей силы? Вокруг болото? Если вы «запрете» инвестора здесь на 10–15 лет (как китайцы, как чилийцы: вывоз только прибыли) в обмен на возможность контролировать операции на объекте по максимуму, он построит и привезет, что нужно, и кого нужно. Потому что он УЖЕ знает, что есть косты, которые влияют в итоге на максимизацию прибыли (чего не знаете вы), а есть фокусы, за которые ему придется несладко на родине (над чем вы посмеивались). Ну, хорошо, ладно, проследите за этим. Но если ваш регион не выполнит план по иностранным инвестициям и по ВРП... пеняйте на себя ((с) КПК).

Наверно, инвестор не будет заниматься вашим человеческим капиталом массово: просто выберет лучших, одного из тысячи, и только их и усовершенствует и взлелеет. Вот тут вы и поработайте: административная-то власть у вас. У вас есть резервный фонд (на черный день), у вас есть ФНБ (для выплаты пенсий), создайте третий фонд: Национальный гуманитарный, например. Пусть он расходуется только на человеческий капитал: на повышение мотивации, например. Бесплатные поездки за границу, бесплатное обучение за границей, лечение, стажировки и т.п., просветительские СМИ, конкурсы и прочее. Не можете без квот? Валяйте, пусть будут квоты. Пусть будут независимые наблюдатели за квотами. Без злоупотреблений ничего не обойдется, пусть даже они будут максимально на пользу.

Тонкий момент, который дико пугает. Страна в массе не готова к демократии. Это вроде как нехорошо с точки зрения инвестиционного климата и проч... Создает трудности. Ничего! Нужен «особый путь»? Не вопрос: его можно легко купить у этих же инвесторов. На условиях, понятных для них, они примут вашу «китайскую» версию. За экономическую открытость и понятные правила в области экономики можно купить многое... В разумных пределах, конечно. При ритуальном противлении сторон.

Как это осуществить? Это вопрос, на который вы можете ответить себе сами. Мое дело было вбросить.

Spydell:

Роль технологий и прогресса в формировании благополучия общества

С точки зрения важности наличия высокотехнологического производства в стране следует корректно расставить приоритеты. Высокие стандарты жизни общества определяет не наличие производства в стране, а контроль над технологиями, осуществляющими это производство. Можно выделить множество стран, которые имеют хайтек и прочее технологическое производство, но при этом низкий уровень жизни: Филиппины, Малайзия, Вьетнам, Мексика, Чехия, Венгрия. Что их объединяет? Ни одна из этих стран не владеет значимыми и конкурентными на мировой арене хайтек-технологиями, а является площадкой с удобными условиями для аутсорсинга производства. Мексика обслуживает потребности в технике и оборудовании США и отчасти Южной Америки. Венгрия и Чехия работают на нужды Европы, а Филиппины, Малайзия и Вьетнам в основном занимаются производством промежуточной продукции, которая впоследствии оформляется в готовые продукты в Китае, Японии и Корее.

В этом аспекте приход в страну иностранных инвесторов не имеет ничего общества с созданием кластеров так называемого обеспеченного среднего класса. Аутсорсинг производства в страну производителя продукции (но не разработчика) обеспечивает занятость населения и некие приемлемые условия жизни, но не богатство. То есть прямые иностранные инвестиции (в виде развертывания производственных мощностей и организации выпуска продукции) в своей основе предполагают, что в месте дислокации производства издержки меньше, чем в месте генерации технологий и идей. Из этого вытекает, что никакого богатства занятых промышленных работников в зонах целевых прямых инвестиций нет и быть попросту не может, иначе прямых инвестиций не было бы. Какой смысл компаниям строить завод и платить много работникам? Они строят завод только потому, что издержки производства существенно меньше.

Поэтому, дополняя прошлые статьи про важность технологического производства, отмечу, что важно не само производство, а контроль над технологиями.

Деньги не представляют никакой ценности без обеспечения. Зимбабве и Бангладеш имеют контроль над печатным станком, но это ничего не меняет. Как были в нищете, так и остаются.

Наличие производственных мощностей важнейших аспект в устранении бедности, но недостаточный для формирования обеспеченного среднего класса.

Обеспечением богатства являются наука, технологии и прогресс. Apple занимается исследованиями и разработками с продажами и маркетингом, собирая себе всю прибыль, при этом формируя свыше сотни тысяч долларов чистого заработка в среднем на одного занятого работника за год. Однако, например, Foxconn, которые производят продукцию Apple, выплачивает своим сотрудникам в разы меньше (зачастую в десятки раз меньше), работая почти без прибыли.

Производственные мощности не проблема. Их можно построить за несколько месяцев или лет. Важность имеют технологии, на внедрение и оттачивание которых могут уходить десятилетия и рынки сбыта (возможность продукцию продать). Кто имеет эти две составляющие, тот и управляет миром.

Если посмотреть на страны, занимающие лидирующее положение в этом мире по целому спектру аспектов при высоком уровне жизни, то во всех без исключения странах развиты наука и технологии (США, Китай, Германия, Япония, Великобритания, Корея). Почему сюда я включил Китай, который формально по целому ряду признаков является развивающейся страной с уровнем жизни, далеким от высокого? Все дело в неравномерности распределения денежных и товарных потоков по стране со сверхвысоким количеством населения (свыше 1,3 млрд.). Если взять ВВП на душу населения, то может показаться очень мало. Но если взять прибрежную зону Китая от Гонконга до Пекина, где сосредоточена вся цивилизация (производство, торговля, администрирование, финансовый и бизнес регионы), то по уровню развития инфраструктуры, концентрации долларовых миллионеров, элитной недвижимости, дорогих авто и бутиков современный Китай не уступает, но вероятно уже обогнал Токио, Лондон и Нью-Йорк, если говорить про бизнес-центры Пекина и Шанхая. Города отстраивались буквально несколько лет назад, нашпигованные супер-технологиями, в отличие от Нью-Йорка, застроенного в начале XX века, и Лондона, который приобрел современный облик в начале XIX века. В принципе, это применимо к Сеулу, который также развит очень сильно. Да и бизнес-районы Тайваня ничем не уступают бизнес-районам Европы.

Есть абсолютная, близкая к 100%, корреляция между степенью развития технологий и уровнем жизни.

Но здесь отмечу, что не так много примеров, когда отданное на аутсорсинг производство приводило к формированию кластеров обеспеченного среднего класса. Речь идет не о вхождении в капитал компании, а именно о строительстве производственных мощностей. Это, безусловно, положительно влияло на экономику страны, где развертывается производство. Люди получали работу и зарплату, уровень бедности в целом снижался, но роста богатства почти не наблюдалось (по обществу, а не по отдельным личностям). Единственное исключение из правил – это Китай, который продвигал политику подражательства и перенимал технологии и опыт, развивая впоследствии свои технологии, которые изначально были подозрительно похожи на разработки конкурентов. Но сила Китая в трудолюбии, способности к обучению, инновациям и в амбициях.

Невозможно претендовать на мировое господство, не имея контроля над технологиями. Тот, кто контролирует технологии – контролирует мир.

Проблема в том, что никто и никогда просто так не делится технологиями, даже за деньги, за редкими исключениями перетасовок патентов среди свои или аффилированных компаний. Вы не сможете купить Intel, Boeing, General Electric или Daimler-Mercedes, потому что речь идет не только о денежных потоках, но и технологическом господстве и контроля над множеством мировых процессов и трендами, но и ключ к высокому уровню жизни.

Сколько времени, усилий и денег потребовалось компании Mercedes, чтобы создать вершину технологического прогресса – современный S-класс? Несколько десятилетий эволюции и прогресса, отбора и исключений, с сотнями миллиардов инвестиций.

Мировой опыт обмена патентами и технологиями показывает, что ключевые и наиболее значимые технологии не продаются, тем более не продаются между странами.

Лидерство можно развить только самому. Китай, имея под 4 трлн. ЗВР не сможет купить американские технологии в сфере IT или биотеха или немецкие технологии в сфере машиностроения.

В России есть опыт успешной кооперации с иностранными компаниями. Рено-Ниссан-АвтоВаз Объективно успешный опыт. Долгое время руководство, инженеры и конструкторы компании ВАЗ занимались, чем угодно, но только не работой и не развитием компании. Чем они могли там заниматься? Пить водку на рабочем месте, гулять и рассказывать смешные байки? Не знаю. Но результатом их креатива стало то, что производственная база в XXI веке была по уровню и развитию относится к 50-летней давности, результатом чего являлся устаревший модельный ряд и низкое качество, соответствующее образцам 1970-х годов, но никак не XXI века. С 2003 года благосостояние россиян выросло, и они не захотели ездить на том дерьме из 1970-х, который производит Автоваз, отдавая предпочтение дешевым иномаркам. Ваз упустил долю рынка даже в низшем ценовом сегменте.

Французские и японские спецы пришли и помогли наладить производство, выветрили запах нафталина из производственных цехов и теперь модели отчасти соответствуют духу времени. Но следует учитывать, что ни Рено, ни Ниссан не собираются развивать Автоваз, так как продукция Автоваз начнет конкурировать с Рено и Ниссан, чего им по понятным причинам не нужно. В этом аспекте технологический уровень будет находиться где-то внизу без возможности рывка вверх. Исправить это можно, используя опыт Китая. Китайцы научились, условно, работать с напильником и стали разрабатывать и производить сами. Деятели из Автоваза должны сделать нечто аналогичное. Перенять мировые стандарты в производстве и администрировании и начать плыть по собственному вектору.

Есть еще вот какой аспект. Известно, что в структуре экономики крупнейших стран мира доминирует сфера услуг, достигая до 75–80% от размера экономики. Но могут ли быть высокие стандарты жизни в отрыве от развитых технологий в сфере промышленного производства? Может ли страна обеспечена и успешна без науки и технологий? Анализ структуру экономики показывает (исключения из правил нескольких сырьевых колоний с незначительным количеством населения не беру – Катар, Кувейт, Норвегия), что технологии в сфере производства все же первичные.

Сфера услуг как бы обслуживает технологический прогресс. Прогрессивное здравоохранение существует не само по себе – для этого нужно высококачественное оборудование, медикаменты и квалифицированный персонал. Что, в свою очередь, развивает сферу образования. А качественное образование неразрывно связано с научно-исследовательскими институтами, опытами, экспериментами и кооперацией с бизнесом. Всякие бизнес услуги (юристы, консалтинг, научные исследования, маркетинг, администрирование и прочие виды услуг) преимущественно существует в интересах бизнеса в сфере производства. Также не стоит забывать, что работники в производственных компаниях получают деньги, которые возвращают в своей стране, формируя спрос, что в свою очередь порождает занятость и доходы для работников из сферы услуг и так по цепочке.

То есть выходит, что развитие технологии как бы предопределяют развитие сферы услуг с мультипликативным эффектом. По этой причине почти во всех странах с высоким уровнем жизни и населением свыше 15 млн. человек первичными являются технологии (а не сфера услуг, даже учитывая долю сферы услуг в 80% от ВВП). Низкая доля производства обычно связана с тем, что все наименее прибыльное производство отдано на аутсорсинг в другие страны с более низкими издержками. В этом аспекте следует учитывать, что обычно под контролем находится значительно больше активов и прибыли, чем указано в национальных счетах. Например, в национальных счетах может быть указано, что страна производит X продукции, имея Y прибыли, но реально под контролем национальных компаний может находиться 3x продукции и 5Y прибыли (условно).

Константин Сонин:

Мемориал Кидланда-Прескотта

Ольга Кувшинова правильно пишет про конец независимости ЦБ. Откровенно говоря, это ожидалось. Ольга также правильно пишет (в конце), что, снявши голову, по волосам не плачут – так и не могло быть, чтобы при прогрессирующем распаде государственной власти (Екатерина Шульман вчера хорошо написала) один институт (ЦБ, независимый в части денежной политики) вдруг оставался бы полноценно работающим... Что добавляет мрачности – понимание, что после неизбежного – пусть, возможно, и не очень скорого – краха, эти все институты (парламент, правительство, ЦБ) придется, фактически, строить заново.

Собственно, подведенные вчера Росстатом итоги ежемесячного обследования потребительских цен можно оставить почти без комментариев. Думаю, все и так уже отметили заметное обеднение магазинных полок и подорожание их содержимого. Прирост индекса потребительских цен к предыдущему месяцу с сезонными поправками ускорился с 6,0% в июле до 8,2% в августе, за 12 месяцев – с 7,4 до 7,6%. (Сравнительно низкие показатели июля – из-за эффекта ограниченного ежегодно индексирования коммунальных тарифов, хотя – я смотрю на свой счет, на местном уровне выход был найден в увеличении месяцем ранее общедомовых расходов электроэнергии и амортизационных отчислений на капитальный ремонт, который я пока ни разу не видел, чтобы где-то делали, так что ежемесячный платеж в итоге вырос ничуть не меньше, чем год назад, если не больше, ну да ладно, это к теме не относится).

При сохранении сезонно-скорректированной помесячной инфляции на уровне августа потребительские цены вырастут за 2014 год на 8,2% – чуть выше, чем по прогнозу МЭР (7–7,5%), и заметно больше цели ЦБ (5%, даже с учетом «доверительного интервала» в ±1.5%, на непредвиденные обстоятельства, которыми нынешний год оказался богат). Но, конечно, последние показатели можно экстраполировать на остающиеся четыре месяца лишь в порядке условного предположения. Опыт 2010 года, когда «санкции» на продуктовый рынок России наложило само солнце (светило, а не известная всем личность), показывает, что цены обладают определенной инерцией, и инфляция может ускоряться в течение двух-трех месяцев. Затем, когда цены приходят в равновесие с уменьшившимся предложением, их рост замедляется. К тому же данные августа не совсем показательны, поскольку сжатие предложения стало ощущаться со второй половины месяца, а индекс представляет среднемесячные цены (интересно будет взглянуть и на цифры физического объема товарооборота, они выйдут 17-го числа).

В еженедельных обследованиях последняя неделя (данные на 1 сентября) показала некоторое замедление роста цен на мясо, рыбу и всю еду животного происхождения в целом, но и сезонное удешевление плодоовощной продукции также замедлилось. Делать на этом основании выводы о сломе тенденции ускорения инфляции пока преждевременно, динамика недельных цен колеблется, к тому же число обследуемый товаров и услуг в них почти на порядок меньше, чем в помесячных (62 против 489, так фрукты представлены лишь яблоками, угодившими под санкции и дорожавшими последнюю пару недель, несмотря на сезон).

Йордан Вейсман:

В Америки больше голодающих, чем в любой развитой стране

В период экономического спада очень многие американцы оказались на грани голода. Но и на этапе выхода из кризиса эта цифра не уменьшилась, сообщило Министерство сельского хозяйства США. По данным правительства, более 14% семей обеспокоены своей «продовольственной безопасностью.

Чтобы понять, насколько плохи показатели Америки, нужно посмотреть, что происходит в других странах. К сожалению, по данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), «не существует международных сопоставимых статистических данных по продовольственной безопасности, столь же подробных, как у США». Однако есть некоторые статистика, добытая из соцопросов Pew и Gallup, проводимых во всем развитом мире. По данным Gallup, на которые ссылается ОЭСР, американцы гораздо чаще говорят, что у них нет денег на еду, чем граждане других богатых стран. В 2011 и 2012 годах 21% граждан США сообщили о том, что их бюджет столь скуден, что нечего есть, по сравнению с 8% британцев, 6% шведов и 5% немцев. В Эстонии и Венгрии высокие цены на продовольствие являются проблемой, и процент пострадавшего населения выше, чем в США, но две упомянутые страны достаточно бедны, хотя и находятся в Европе.

В США дела обстоят несколько лучше по сравнению с 2013 годом. Тогда 24% американцев ответили социологам, что плохо питаются. Для сравнения – во Франции (20%), наравне с Грецией (24%) и чуть лучше, чем в Южной Корее (26%). В Великобритании, Австралии, Канаде и Германии все намного благополучнее.

В идеальном мире мы бы имели более подробную статистику по каждой стране. Тем не менее, имеющиеся данные свидетельствуют, что в США есть большая проблема с питанием беднейших слоев общества.

Элисон Грисуолд:

Уолл-стрит идет на поправку

Часы. Зарплата. Баланс работы и личной жизни. Общая удовлетворенность. В почти всех отношениях Уолл-стрит становится немного более сносным местом для жизни, выяснилось в ходе опроса на сайте Vault.

Blackstone Group, лидирующая в управлении активами, второй год подряд держится в топе рейтинга по качеству жизни своих сотрудников. Goldman Sachs на втором месте, Morgan Stanley и JPMorgan на третьем и четвертом, соответственно. И во всей отрасли банкиры сообщили о значительно более глубоком удовлетворении от жизни, чем в среднем в два предыдущих года.

В Vault проанализировали результаты рейтинга и пришли к выводу, что крупные банки типа Goldman обратили внимание на адаптацию новых сотрудников. Эта политика под названием «защищенные выходные» – в месяц это минимум один уик-энд, когда их гарантированно не беспокоят с работы. Пока младшие банкиры, кажется, этому рады. Они ценят увеличение свободы, но опасаются, что это может сказаться на размере поступающих на их счета бонусов.

Кстати, о бонусах. Они не увеличиваются, тогда как оклады растут. В прошедшем августа ряд компаний заявили о планах по увеличению базовой оплаты труда для младшего банкиров как минимум на 20% в 2015 году. Ожидается, что оклады без учета бонусов у аналитиков в высококлассных банках составят $85 тыс. Получается, что в 2014 году положение банкиров улучшилось лишь незначительно.

Елена Холодный:

Доходы американцев снижаются

В США средний доход всех групп населения по-прежнему находится ниже уровней 2007 года – такие данные привела Survey of Consumer Finances ФРС США. По методике население делится на три группы: нижние 50%, средние 40% и самые богатые 10%.

С 2007 по 2010 годы у всех трех групп наблюдалось снижение доходов. С 2010 по 2013 годы эта тенденция сохранилась в первой группе, а у второй группы доходы стабилизировались. У верхней группы доходы росли в 2010–2013 годах, а теперь падают. Вот иллюстрация:

Отчет также выявил, что в реальном выражении средний доход рос «стабильно» с 1992 по 2007 годы, снижался с 2007 по 2010 годы и снова упал в 2010–2013 годах.

С другой стороны, реальный доход вырос более быстрыми темпами, чем средний доход с 1989 года. И с каждым годом реальный доход выше медианного дохода, которая «отражает концентрацию доходов в верхней части шкалы распределения доходов».

Тайлер Дерден:

Разве это не пузырь?

Пол Кругман:

Евро между Сциллой и Харибдой

Я обсуждал с несколькими уважаемыми людьми судьбу евро и пришел к выводу, что при анализе ситуации важнее всего баланс рисков. Это как оказаться между Сциллой и Харибдой. С одной стороны, есть риск увидеть европейские экономики, разбивающиеся о скалы долгового кризиса. С другой, Европу подстерегает опасность втягивания в вихрь дефляции.

В течение последних четырех лет в европейской политике доминировала совершенно однобокая оценка этих рисков: все боялись долговой катастрофы (90%) и не думали о вреде мер жесткой экономии. Однако нужен более сбалансированный подход, дефляция тоже очень опасна.

Как вы уже могли догадаться, у меня своя точка зрения. Теперь, когда ЕЦБ готов сделать свою работу в качестве кредитора последней инстанции, угроза кризиса долгов намного менее актуальна, чем раньше казалось. Да я уже давно говорил, что для всех стран, находящихся вне еврозоны, такой угрозы вообще нет. Между тем, я в ужасе от того, что в Европе падает инфляция. Этот процесс может покатиться по спирали вниз и стать необратимым.

Может, я ошибаюсь? Конечно. Но экономическая политика всегда предполагает балансирование рисков, и, я думаю, что следует намного больше бояться европейской депрессии, чем фискального кризиса.

Егор Сусин:

Отчаяние Драги

Хотелось сначала написать «Отчаянный Драги», но это бы не в полной мере отражало принимаемые в последнее время решения. Отчаянным он был, когда только пришел в ЕЦБ и круто изменил политику банка в 2011 году, а сейчас это больше похоже на отчаяние.

В июне ЕЦБ, признав, что ситуация развивается совсем не так как хотелось бы, понизил ставку до 0,15%, а депозитную ставку до –0,1% и заявил о запуске новых программ TLTRO в сентябре и декабре на сумму до 400 млрд. евро. Отрицательная ставка по депозитам создала риски того, что банки просто будут отказываться от избыточной ликвидности, что они в итоге и сделали:

Кредит ЕЦБ банкам сократился с 680 млрд. евро 30 мая до 498 млрд. евро на 22 августа.

Активы ЕЦБ за вычетом золота сократились с 1,87 трлн. евро до 1,68 трлн. евро.

Учитывая ситуацию в экономике еврозоны, такая реакция банков была очень вероятной. Видя низкий платежеспособный спрос на кредит и жесткое регулирование, банки просто сбросили лишнюю ликвидность, чтобы не платить ЕЦБ проценты по депозитам. Такой вариант развития событий был логичен для всех, кроме ЕЦБ. То же самое касается программы TLTRO, по которой банки скорее всего не выберут лимит в 400 млрд. евро, просто потому, что у тех кому деньги нужны (Италия, Испания и Ко) просто нет достаточного объема кредитного портфеля (ограничение 7% от портфеля), а немцам эти деньги не особо нужны. При этом в начале года им придется вернуть выданные в 2011/2012 годах кредиты LTRO (был график здесь).

С июньского заседания ЕЦБ инфляция упала до 0,3%, а экономика вернулась к стагнации (со всеми шансами выдать третью рецессию). Особо стоит отметить экономику Германии, которая показала падение на 0,2% во втором квартале, хотя даже это падение не отражает ситуации, потому как без учета роста запасов падение немецкой экономики составило бы 0,6% за квартал. Два месяца ЕЦБ взирал на результаты своего июньского решения, но в конце августа Марио Драги не выдержал и начал активно указывать на новые стимулы, хотя инструментов стимулирования объективно не так уж много. «И тут Остапа понесло…». На заседании ЕЦБ, удивив своей решительностью, вытащил все карты из рукава, снизив ставку по кредитам до 0,05% годовых, а ставку по депозитам до –0,2% годовых, одновременно анонсировав программы скупки активов. Условия программ планируется объявить после заседания ЕЦБ 2 октября:

Скупка бумаг обеспеченных активами (ABS purchase programme), но объем рынка скромен.

Третья программа покупки облигаций с покрытием (Covered Bond Purchase Programmes (CBPP3)), первые две осуществлялись в период шоков финансового рынка еврозоны.

Также ЕЦБ обещает новые нетрадиционные меры, если инфляцию не удастся вернуть в район 2%. Проблемы в том, что рынок ABS в еврозоне недоразвитый, по объемам на первый квартал текущего года рынок секъюритизации ЕС 1,4 трлн. евро, причем только 1,05 трлн. в евро (остальное в фунтах и прочих валютах), причем ABS всего на 190 млрд. евро, из которых 148 млрд. – это страны еврозоны. То есть в реальности скупать здесь нечего, если не начнется массовая секъюритизация банковского кредита. Даже если с учетом MBS объем рынка около 1 трлн. евро на данный момент – это крайне мало. Объем CBPP3 пока не известен, но первые две программы были на 60 и 40 млрд. евро (не густо).

Учитывая объемы рынка ABS, пока больше похоже на то, что ЕЦБ громко топает ногой, но реальные объемы расширения баланса обещают быть достаточно скромными... « танцует, как умеет…». Реально существенно расширить объемы стимулирования могла бы программа покупки гособлигаций (этот рынок большой), но представители ЕЦБ относятся к такому крайне негативно по политическим причинам. Все же ЕЦБ удалось добиться с июня: снижения курса евро (что тоже очень немало, учитывая некоторое ухудшение торгового баланса и текущего счета в последнее время), а также снижения ставок денежного и долгового рынка (испанцы/итальянцы уже занимают дешевле американцев). Но все это не помогло банковскому кредиту выйти из отрицательной динамики. Думается, что текущие шаги – это не последний эксперимент ЕЦБ, к февралю банкам предстоит погасить LTRO…

P.S.: Хотя текущий счет еврозоны и начал ухудшаться в последние месяцы, но он все же он составляет +227 млрд. евро за последние 12 месяцев (~2,3% от ВВП) и может улучшиться после снижения евро в последние месяцы, что не даст евро упасть слишком сильно.

Андрей Нальгин:

О валютной позиции населения в кризисных ситуациях

Данные с рынка наличной валюты Центробанк публикует, увы, с запозданием. Сейчас статистика валютообменных операций населения доступна лишь за май. Тем не менее, и она позволяет судить о том, как немалая часть россиян – по крайней мере тех, у кого достаточно средств для формирования собственных валютных резервов, – отреагировала на последние экономические и геополитические события.

Сначала – «общий срез» рынка. То есть, сальдо покупки-продажи наличных долларов и евро в сравнении с динамикой обменного курса этих валют.

Во-первых, заметно, что за последние два с половиной года не было ни одного месяца, когда граждане продавали бы валюты банкам больше, чем у них покупали. Сальдо валютообменных операций (покупка за вычетом продажи) всюду положительное.

Во-вторых, вполне очевидно, что население почти всегда реагирует на изменение тенденций на валютном рынке с некоторым запозданием. Рост чистой покупки валюты происходит чаще всего уже после того, как произошло более-менее заметное снижение курса рубля. Пожалуй, только декабрь 2013 года можно считать некоторым исключением, когда на фоне стабилизации и даже небольшого укрепления рубля к бивалютной корзине граждане увеличили, а не сократили покупку наличной валюты.

В-третьих, украинские события подстегнули спрос на иностранную валюту, и, похоже, в марте россияне закупались долларами и евро даже несколько «впрок». Спад покупательной активности на валютном рынке – косвенное тому подтверждение. А вообще, первый квартал 2014 года стал рекордным по объемам чистой покупки валюты населением. Только за март оно купило инвалюты почти столько же, сколько за все первое полугодие прошлого года. Вот что значит, рухнул привычный миропорядок...

Теперь картинка только по доллару. Он, как и прежде, остается наиболее предпочтительным инструментом для желающих перевести рубли во что-то более твердое.

С другой стороны, доверие к американской валюте несколько пошатнулось, похоже. Во всяком случае, она уже не воспринимается бесспорным защитником от геополитических рисков. В «паническом» марте 2014 года ее было куплено даже меньше, чем в периоды преимущественно экономической нестабильности (август 2012 года и январь 2014 года).

Напротив, евро набирает авторитет.

И если в марте население купило европейской валюты примерно столько же, сколько и американской, то уже с апреля покупки наличных евро больше, чем наличных долларов. Посмотрим, является ли это устойчивым трендом.

В целом же, как видим, в показатели оттока капитала российские граждане вносят свою лепту. И ее размер неуклонно растет год от года.

Вот и первая ласточка прилетела. Того и гляди обернется маленьким белым пушистым зверьком. На прошедшей неделе Совкобманк заявлял, что прекращает работу с наличной иностранной валютой в большинстве регионов...

Заместитель министра связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Рашид Исмаилов совершил рабочий визит в Турецкую Республику, где принял участие в открытии Девятого форума по вопросам управления интернетом (Internet Governance Forum). В ходе визита замминистра отметил важную роль интернета в развитии экономики России и в эффективном выстраивании взаимоотношений между гражданами и государством.

Рашид Исмаилов также встретился с помощником генерального секретаря ООН Томасом Гассом, представляющего департамент по экономическим и социальным вопросам, с заместителем министра транспорта, морских дел и коммуникаций Турецкой Республики Мустафой Фыратом, а также с заместителем генерального секретаря Международного союза электросвязи Хуолин Чжао.

На церемонии открытия форума заместитель главы Минкомсвязи отметил, что интернет-экономика в России динамично развивается: «По состоянию на конец 2013 года проникновение услуг ШПД в России составляло 55%. Количество пользователей интернета в России достигло уже 69 миллионов человек. В самой интернет-экономике занято более 1 миллиона человек, а в интернет-зависимых секторах — это те сферы, существование которых невозможно без интернета — около 7 миллионов человек».

По словам заместителя министра, сегодня Россия на принципах частно-государственного партнерства развивает инфраструктуру связи, которая позволит к 2018 году обеспечить возможность высокоскоростного доступа в интернет для 97% населения страны.

Кроме того, продолжается работа по переводу государственных органов на электронный документооборот и предоставлению открытых данных. «Все это превращает интернет не только в ключевой элемент отрасли экономики, но и в важную систему государственного управления, среду для выстраивания отношений между гражданами и государством. Мы хотим, чтобы эта среда была безопасной, стабильной и предсказуемой», — отметил Рашид Исмаилов.

Заместитель главы Минкомсвязи подчеркнул, что необходимо соблюдать баланс между защитой прав человека и обеспечением безопасности в интернете, в том числе путем введения ограничений, которые установлены Международным пактом о гражданских и политических правах. «Эффективно решать этот вопрос можно лишь при условии тесного международного сотрудничества и при ведущей роли всех государств», — сказал Рашид Исмаилов.

Заместитель министра отметил, что государство имеет право и обязано защищать персональные данные граждан, в том числе с помощью регулирования их обработки в национальных сегментах интернета. «Считаем необходимым адаптировать многостороннюю модель управления инфраструктурой интернета к современным реалиям с помощью четкого закрепления роли государств и ответственности всех заинтересованных сторон, прежде всего, из негосударственного сектора», — сказал Рашид Исмаилов.

В рамках форума также состоялась Встреча высокого уровня по вопросам управления интернетом. В ходе диалога Рашид Исмаилов отметил отраженную в Форталезской декларации позицию лидеров стран БРИКС о недопустимости использования информационно-коммуникационных ресурсов и, в частности, интернета в качестве оружия. «Страны БРИКС решительно осудили акты массовой электронной слежки и сбора данных частных лиц по всему миру, а также нарушения суверенитета государств и прав человека, прежде всего, права на неприкосновенность частной жизни», — отметил заместитель министра.

Рашид Исмаилов подчеркнул, что решать вопросы безопасности интернет-среды можно лишь при тесном международном сотрудничестве всех государств. По словам заместителя министра, Россия поддерживает курс на интернационализацию управления инфраструктурой интернета и разработку глобальной политики в этой области под эгидой таких авторитетных международных организаций, как ООН и МСЭ. «Хочу отметить готовность России обсуждать различные идеи и предложения, которые в перспективе могут помочь международному сообществу создать поистине безопасную, открытую и эффективную модель управления инфраструктурой интернета, основанную на нормах и стандартах, согласованных на международном уровне», — добавил заместитель министра.

Кроме того, состоялась рабочая встреча Рашида Исмаилова и министра информатизации Народной Республики Бангладеш Хасанула Хак Ину, в ходе которой была достигнута договоренность о подготовке проекта соглашения между правительствами двух стран о сотрудничестве в области связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, а также об активизации работ по согласованию проекта меморандума о взаимопонимании в отношении снижения тарифов на услуги международной электросвязи в роуминге между Россией и Бангладеш.

Бангладеш хочет активизировать поставки креветки в Россию

Власти Бангладеш заявили о том, что заинтересованы в развитии рыбной торговли с РФ. В частности, южноазиатская страна планируется увеличить экспорт креветки на российский рынок.

Перспективы торговых отношений в свете эмбарго, введенного Россией на поставки продовольствия из ряда стран, обсуждались на встрече главы министерства рыболовства и животноводства Бангладеш Мухаммеда Саедул Хока и посла РФ Александра Николаева.

Как сообщает корреспондент Fishnews, бангладешский министр заявил, что правительство страны работает над списком товаров, которые можно будет поставлять в Россию в связи с возросшими возможностями для рыболовства. Потенциал для промысла удалось увеличить благодаря победе в приграничном споре с Мьянмой.

Отмечено, что Бангладеш старается выполнить российские требования для ввоза креветок и надеется в будущем нарастить их экспорт на рынок РФ.

Напомним, что в начале августа Россия ввела запрет на поставки продовольствия из США, стран Евросоюза, Канады, Австралии и Норвегии. В санкционном списке оказалась, в частности, рыбная продукция. Руководство РФ сразу же заявило, что эмбарго не должно ущемлять интересы российских потребителей, привести к дефициту и росту цен. Не допустить дисбаланс власти планируют в том числе за счет расширения списка поставщиков из тех стран, на которые ограничения не распространяются.

В ежегодном рейтинге городов мира с наилучшими условиями для проживания от издания The Economist, Дубай и Абу-Даби заняли 78 и 79-е место соответственно.

В мировом рейтинге городов с наилучшими условиями для проживания индекс городов ОАЭ оказалось несколько ниже среднего.

Как сообщает Imexre.com со ссылкой на издание Arabian Business, в рейтинге комфортности проживания издания The Economist за 2014 год Дубай занял 78-е место в списке из 140 городов, получив 74 из 100 возможных баллов. Абу-Даби стал 79-м в рейтинге, получив 73 балла. Среднее количество баллов, полученных разными городами мира, составило 75.33.

В 2013 году Дубай занял 77-е место рейтинга и был назван одним из наиболее стремительно развивающихся городов мира. Мельбурн был признан наиболее комфортным для проживания городом, на втором и третьем местах рейтинга оказались Вена и Ванкувер. Последний держал пальму первенства вплоть до 2011 года, а затем переместился на 3-е место.

Городом наименее комфортным для проживания был признан Дамаск, далее в рейтинге значатся Дхака, Бангладеш и Порт Моресби в Папуа-Новой Гвинее.

Повышение индекса комфортности проживания было зарегистрировано в городах, вступивших в период относительной геополитической стабильности после недавних конфликтов. Среди подобных городов значатся Тегеран, Триполи и Амман.

Правительство Турции объявило о намерении в ближайшие несколько лет значительно увеличить объемы экспорта вооружений и военной техники. В 2014 году план по военному экспорту составляет 1,6 миллиарда долларов, однако власти постараются довести этот показатель до двух миллиардов долларов.

Наращивать зарубежные поставки военной продукции планируется за счет усиления маркетинга и расширения списка услуг, оказываемых на территории Турции. К 2023 году Анкара намерена попасть в шестерку крупнейших военных экспортеров мира, а турецкий промышленный комплекс пообещал к этому времени довести экспорт до 25 миллиардов долларов.

На протяжении последних нескольких лет Турция активно наращивает объемы военного экспорта, принимая участие в международных проектах разработки и производства как готовых вооружений и техники, так и различных компонентов к ним. Так, если, по официальным данным, в 2008 году зарубежные поставки турецкой военной продукции составили около 600 миллионов долларов, то уже в 2011 году этот показатель увеличился до 887 миллионов, а в 2013-м — достиг отметки в 1,4 миллиарда долларов. По данным Секретариата оборонной промышленности Турции, в январе-мае 2014 года военный экспорт страны уже составил 600 миллионов долларов; на 90 миллионов больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) по военному экспорту Анкары приводит более скромные данные. Так, в 2009 году Турция экспортировала военной продукции на 37 миллионов долларов, в 2010-м — на 43 миллиона, в 2011-м — на 33 миллиона, в 2012-м — на 101 миллион и в 2013-м — на 82 миллиона долларов. Эти расчеты приведены в ценах 1990 года. В пересчете на 2013 год показатели военного экспорта Турции, приведенные SIPRI, составили 65,9, 76,6, 58,8, 180 и 146,1 миллиона долларов соответственно. Следует учитывать, что стокгольмский институт для своих расчетов использует только открытые данные по стоимости реально поставленной военной продукции или услуг.

В настоящее время зарубежные поставки вооружений и военной техники составляют треть от общего объема экспорта Турции. Традиционно крупнейшим покупателем турецкой продукции военного назначения являются США. Например, в январе-мае 2014 года Вашингтон приобрел у Анкары вооружений и услуг на общую сумму в 230 миллионов долларов. Для сравнения, за аналогичный период 2013 года экспорт в США составил 194 миллиона долларов. Второе место по размеру экспорта занимают Объединенные Арабские Эмираты, третье — Италия, четвертое — Испания, а пятое — Саудовская Аравия. В общей сложности Турция поставляет свою военную продукцию и услуги в 130 стран мира.

Анкара ведет активное военно-техническое сотрудничество с несколькими странами Центральной и Юго-Восточной Азии, Европейского союза и Персидского залива. В рейтинге SIPRI крупнейших военных экспортеров 2013 года Турции досталось 20-е место между Финляндией (94 миллиона долларов в ценах 1990 года) и ЮАР (76 миллионов долларов). Наибольшим спросом на мировом рынке пользуются запчасти и двигатели к самолетам и вертолетам, бронетехника, скоростные катера, ракеты и пусковые установки для них, малокалиберное стрелковое оружие, различные электронные системы, тренажеры и программное обеспечение. Большая часть перечисленных систем производится по лицензии иностранных компаний.

Например, турецкая компания Turkish Aerospace Industries оказывает услуги по ремонту и модернизации истребителей американского производства. В частности, именно в Турции осуществляется модернизация пакистанских истребителей F-16 Fighting Falcon по лицензии американской компании Lockheed Martin. Такое сотрудничество выгодно для всех сторон: американцы получают свой процент с лицензии, Турция — доход за проделанные работы, а Пакистан избавляется от необходимости дорогостоящей транспортировки боевых самолетов в США. Кроме того, турецкие предприятия поставляют Пакистану около 2,3 тысячи наименований различных запчастей и расходников к авиационной технике.

В настоящее время в Турции в интересах национальных вооруженных сил и на экспорт производятся разведывательные беспилотные летательные аппараты Bayraktar, самоходные гаубицы T-155 Firtina и Panter калибра 155 миллиметров, бронемашины ACV-300, Pars и Kirpi, реактивные системы залпового огня T-122 Sakarya, патрульные катера типа «Килич», штурмовые винтовки Mehmetcik и различные типы боеприпасов. Часть этой военной техники стоит на вооружении Индонезии, Малайзии, Иордании, Объединенных Арабских Эмиратов, Азербайджана, Туниса, Филиппин, Пакистана, Алжира, Бангладеша, Грузии, Казахстана, Мальдив, Нигерии, Македонии, Словении и многих других стран.

Бронемашины Cobra, выпускаемые турецкой компанией Otokar, используются миротворческим контингентом ООН. Анкара также является партнером третьего уровня в программе разработки перспективного американского истребителя F-35 Lightning II. Этот уровень партнерства означает, что турецкие компании, преимущественно TAI, задействованы в производстве некоторых деталей для боевого самолета. В перспективе Турция планирует поставлять на экспорт ударные вертолеты T129 (их маркетинг ведется уже сегодня, однако разработка машин пока не завершена), ударную и разведывательную версии беспилотника ANKA, основные боевые танки Altay и учебные самолеты Hurkus.

По словам министра обороны Турции Исмета Йылмаза, план по экспорту турецкой военной продукции и связанных услуг на 2014 год составляет 1,6 миллиарда долларов, однако власти намерены довести этот показатель до двух миллиардов долларов. «Наша оборонная промышленность в ближайшее время заключит несколько контрактов со странами Южной Америки и Африки», — отметил Йылмаз в своем отчете перед парламентом. Увеличение зарубежных поставок вооружений и военной техники позволит Турции увеличить долю на мировом рынке вооружений, объем которого в 2013 году составил 1,747 триллиона долларов, сократившись на 1,9 процента по сравнению с 2012 годом.

Наращивать показатели военного экспорта планируется не только за счет увеличения предлагаемой к продаже номенклатуры вооружений и услуг, но и за счет более активного маркетинга. В настоящее время Секретариат оборонной промышленности Турции, отвечающий в том числе и за экспорт, располагает представительствами в Вашингтоне в США, Эр-Рияде в Саудовской Аравии, Брюсселе в Бельгии и Астане в Казахстане. В ближайшее время планируется открыть представительства организации в нескольких странах Южной Америки, Африки и Юго-Восточной Азии. Эти подразделения будут отвечать за продвижение турецкой продукции на локальных рынках.

Между тем, турецкая оборонная промышленность решила перевыполнить планы правительства. Так, еще в 2013 году председатель совета директоров Ассоциации производителей и экспортеров оборонной и авиакосмической продукции Латиф Арал Алиш объявил, что предприятия обязуются довести военный экспорт Турции до 25 миллиардов долларов к 2023 году. По его словам, промышленность способна обеспечить такой показатель, поскольку она активно развивается и обеспечивает ежегодный рост объемов экспорта. При этом предприятия смогут в значительной степени избавить страну от необходимости военного импорта; уже сегодня 54 процента потребности военных удовлетворяется местным производством.

В правительстве же рассчитывают вывести Турцию в шестерку крупнейших военных экспортеров мира все к тому же 2023 году. По данным SIPRI, по итогам 2013 года первое место по объему экспорта заняла Россия с 8,3 миллиарда долларов, второе — США с 6,2 миллиарда, третье — Китай с 1,8 миллиарда, четвертое — Франция с 1,5 миллиарда, пятое — Великобритания с 1,4 миллиарда, а шестое — Германия с 0,97 миллиарда долларов. В самой Турции к пятерке крупнейших экспортеров причисляют США, Россию, Германию, Францию и Великобританию. Именно с этими странами планируется конкурировать на мировом рынке вооружений и военной техники.

Привязка планов правительства и оборонно-промышленного комплекса Турции к 2023 году вполне очевидна — в этом году 29 октября будет праздноваться столетие со дня основания Турецкой республики. И именно по этой причине Анкара готова ставить перед собой такие амбициозные задачи, как многократное наращивание объемов военных поставок за рубеж. Турции, похоже, удастся значительно нарастить военный экспорт, однако достичь планки в 25 миллиардов долларов вряд ли получится (если только не имелся в виду совокупный показатель за десять лет, но и в этом случае нет гарантии воплощения планов в жизнь).

С учетом темпов роста в среднем на 40 процентов за пять лет (исходя из официальных данных по росту объемов экспорта с 2003-го по 2007-й и с 2008-го по 2012 год), к 2023 году Анкара будет поставлять на экспорт военной продукции на сумму в 3,2-3,5 миллиарда долларов. А это совсем не похоже на 25 миллиардов долларов, заявленных ассоциацией экспортеров.

Жертвами крушения пассажирского парома в Бангладеш, вероятнее всего, стали не менее 125 человек, которых не удалось обнаружить в ходе поисково-спасательной операции, передает во вторник агентство Ассошиэйтед Пресс со ссылкой на министра по делам судоходства Шаджахан Хана (Shajahan Khan).

Паром Pinak-6 затонул в понедельник на реке Падма приблизительно в 40 километрах юго-восточнее столицы Бангладеш Дакки. На борту судна находилось более 200 пассажиров, около ста из них удалось спасти.

Местная газета Prothom Alo сообщает, что из-за плохой погоды водолазам пока не удалось локализовать место крушения. Также в ходе поисковой операции спасатели используют высокотехнологичный гидролокатор бокового обзора, недавно приобретенный властями страны в Австралии.

По данным Управления внутреннего водного транспорта Бангладеш (BIWTA), причиной аварии могло стать сильное течение и перегруженность судна.

Не менее десяти человек погибли, 57 получили ранения при столкновении поезда и свадебного автобуса в Бангладеш, передает в пятницу агентство Франс Пресс со ссылкой на полицию.

ДТП произошло неподалеку от границы с Индией в городе Баробазар (Barobazar). После столкновения с автобусом поезд проехал еще 500 метров до полной остановки.

"Мы обнаружили десять тел, 57 человек госпитализированы — все они были на свадебной вечеринке. Состояние нескольких человек оценивается как критическое", — заявил представитель полиции Мизанур Рахман. По данным полиции, инцидент произошел на нерегулируемом железнодорожном переезде. Работник железной дороги, ответственный за данный участок, задержан.

Сообщается, что движение поездов из южного города Кхулна и городами на севере Бангладеш временно прекращено.

В сообщении, опубликованном во вторник государственным статистическим агентством CAPMAS, говорится, что в 2013 году количество иностранцев, работающих в Египте, сократилось на 12%: с 16713 до 14 699 чел.

Около 35% иностранных рабочих в Египте прибыли из неарабских стран Азии, по 28% приходится на долю иностранных рабочих из Европы и других арабских стран.

Самая большая доля иностранцев, работающих в Египте - около 28%, занимает высокие руководящие должности. За ними следуют техники и помощники специалистов, которые составляют около 23% от всех иностранных рабочих в стране.

В частном секторе наиболее высока доля палестинцев – около 15% или 2247 выходцев из Палестины, второе место занимают выходцы из Бангладеш (около 1900 человек).

В первом квартале 2014 года уровень безработицы в Египте оставался неизменным – 13,4%. Почти 70% безработных приходится на молодежь в возрасте от 15 до 29 лет, более 79% безработных имеют аттестат или университетский диплом.

Андрей Сатаров

Российская компания Вокорд – один из ведущих разработчиков и производителей интеллектуальных систем видеонаблюдения и аудиорегистрации, – и индийская компания TAL Secure Systems, специализирующаяся на внедрении современных IT-решений в сфере общественной безопасности, заключили соглашение о сотрудничестве, ставшее важным шагом к экспансии Вокорда на международный рынок. Такая экспансия является частью новой стратегии компании, принятой в начале этого года.

В настоящее время совместный проект компаний Вокорд и TAL Secure Systems охватывает все регионы Индии и предусматривает активное продвижение в стране интеллектуальных решений VOCORD в области обеспечения общественной и транспортной безопасности в рамках концепции «Безопасный город».

При этом уже в ближайшее время Вокорд и TAL Secure Systems расширят географию данного проекта, включив в него страны Ближневосточного региона и государств Персидского залива. Среди них: Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Кувейт, Катар, Шри-Ланка, Непал, Бангладеш и др.

На мировой арене Вокорд будет представлен, прежде всего, своими флагманскими продуктами: полнофункциональной системой контроля и мониторинга дорожного движения VOCORD Traffic; системой обзорного видеонаблюдения c функциями видеоаналитики VOCORD Tahion и интеллектуальной системой распознавания лиц VOCORD FaceControl.

Решение VOCORD Tahion с расширенным функционалом предназначено для видеонаблюдения на транспортных узлах, площадях, стадионах и в других местах массового скопления людей.

Новая версия полнофункциональной системы контроля и мониторинга дорожного движения VOCORD Traffic позволяет распознавать номера автомобилей, детектировать все виды нарушений ПДД, а также собирать статистику для управления дорожным движением.

Наконец, система распознавания лиц VOCORD FaceControl успешно применяется для распознавания лиц в местах массового пребывания людей – на вокзалах, в метро, аэропортах и др. Одним из главных достоинств системы VOCORD FaceControl является ее способность работать в некооперативном режиме (системе не требуется «сотрудничество» человека для того, чтобы верно его распознать).

По словам представителей компании TAL Secure Systems, партнерство с российской компанией Вокорд открывает широкие возможности для успешного совместного развития бизнеса и эффективного обеспечения безопасности в регионе.

В свою очередь, генеральный директор Вокорда Тимур Векилов подчеркнул, что руководители TAL Secure Systems крайне тщательно подошли к выбору российского партнера, что обусловлено, в том числе, нацеленностью компании на построение долгосрочных партнерских отношений и серьезными амбициями по развитию совместного бизнеса. Г-н Векилов также отметил, что уже в ближайшее время TAL Secure Systems намерена выделить и обучить большой штат специалистов, которые будут осуществлять продажу, установку и сервисное обслуживание продуктов, входящих в продуктовую линейку VOCORD.

На выставке в Фарнборо группа AugustaWestland сообщила о резком увеличении заказов на свои вертолеты, сообщает ainonline.com 16 июля.

Пожарная служба японского города Йокогама заказала второй двухдвигательный вертолет AW 139 с поставкой в 2015 году. Первый вертолет был получен в 2013 году.

Министерство внутренних дел Уганды заказало двухдвигательные вертолеты GrandNew и W-3A Sokol с поставкой в 2015 году.

Министерство обороны Бангладеш сделало заказ на два вертолета AW 139 с поставкой в 2015 году для оснащения ВВС.

Неназванный покупатель из Великобритании приобрел AW 139 в варианте VIP с салоном на семь пассажиров и полнофункциональной противообледенительной системой, которая повысит всепогодность применения вертолета.

Турецкая компания Helistar SA будет иметь три однодвигательных вертолета AW119K для воздушного мониторинга энергетической инфраструктуры, оснащенных инфракрасной системой слежения.

Компания AugustaWestland сообщила, что глобальный парк вертолетов типа AW 139 (на фото) превысил 650 единиц, которые всего за 10 лет эксплуатации налетали более 1 млн часов.

В январе 2008 года что-то острое — вероятно, якорь проходившего мимо корабля — разрезало два подводных кабеля в Средиземном море у берегов Египта, близ Александрии. Египет потерял 80% своей интернет-мощности. Но последствия едва ли ограничились только этой страной. Замедление было зарегистрировано по всей Азии. Саудовская Аравия потеряла 40% своей национальной сети. Даже Бангладеш, хоть и находится в 6000 километров оттуда, потерял треть подключений.

Почему всего два повреждения могут привести к таким масштабным нарушениям? Классический и самый дешевый способ провести Интернет из Южной Азии в Европу — через обширную систему подводных волоконно-оптических кабелей, идущих от южного побережья Франции через Средиземное море, в Красное море через Суэцкий канал, и, наконец, в Индийский океан и точки за его пределами. Многие из стран, пострадавших больше всего от аварии, находились на этом маршруте. Для защиты от подобных событий, лишь незначительные резервные каналы идут с востока — в Восточной Азии и Тихоокеанском регионе, Северной Америке.

Аварии с кораблями вряд ли единственные опасности, связанные с проходом волоконно-оптического кабеля через Ближний Восток. Не секрет, что из-за бомбардировок или перестрелок в одном из самых нестабильных регионов мира, могут быть сорваны массовые финансовые операции запущенные между небоскребами в Лондоне и Абу-Даби.

Экономические последствия такого отключения очевидны и разрушительны — и вредят они не только крупным банкам. Возьмите только Индию, с ее бурно развивающимся сектором виртуального аутсорсинга, который чрезвычайно зависит от надежного интернета. По некоторым данным, 60 миллионов человек в Индии пострадали от аварии 2008 года.

Джим Коуи, руководитель отдела исследований и развития в Renesys, вспоминает: «Очень неудобно объяснять фондовым рынкам и банкам, что Интернет будет отсутствовать в течение нескольких недель».

На волне аварии 2008 года компании на обоих концах Средиземноморского маршрута начали требовать резервирования или создания альтернативных сетевых соединений из Европы в Азию.

За последние пять лет, серия огромных европейских и азиатских телекоммуникационных консорциумов сделала именно это, построив четыре новых сухопутных маршрутов ВОЛС, связавших Европу с финансовыми центрами Персидского залива и быстро развивающимися экономическими системами Южной Азии.

Новые пути отображаются на карте выше, который была сделана компанией Dyn, управляющей трафиком для некоторых из самых больших сайтов в Интернете (и приобретенной Renesys в мае). Новые маршруты быстрее подводного — до 20 миллисекунд быстрее, из Персидского залива в Лондон, в большую часть времени, когда дело доходит до автоматизированных финансовых операций — а также дороже. Но провайдеры, банки и другие крупные компании с готовностью платят больше, чтобы диверсифицировать источники их интернет-услуг и гарантировать, что они будут менее уязвимыми к будущим отключениям.

Тем не менее, чтобы достичь Южной Азии из Европы по суше требуется путешествие по Ближнему Востоку, и ни одна из новых сетей не может полностью избежать регионов, в которых происходят те или иные конфликты, что в дополнение к финансовым затратам и человеческим жертвам может породить будущие отключения.

Возьмем сеть JADI, которая проходит расстояние 2500 км из Стамбула в Джидду. Менее чем через год после того, трафик через JADI стал продаваться, в Сирии вспыхнула гражданская война, и кабель, который проходит через Алеппо, испытывает хронические повреждения, нарушая работу сети.

Ставки при функционировании этих новых сетей очень высоки, угрозы — очень реальны: сирийских сетевых специалистов Коуи описывает как «героических», которые работают буквально «посреди перестрелки чтобы устранить повреждения».

Другие кабельные трассы тоже вынуждены решать подобные проблемы. Сеть представленная выше в фиолетовом цвете, согласно Коуи, пока работает, хотя он обходит Суэцкий канал через Израиль — страну, быстро вступающую в насильственный конфликт. Маршрут, который проходит через Ирак и отмечен оранжевым, по словам Коуи, испытал трудности в «координации и согласованиях» из-за отсутствия сотрудничества между автономными курдскими властями и их арабскими коллегами.

Даже так называемая EPEG (Europe-Persian Express Gateway), которая сумела избежать серьезных аварий, несмотря на то, что проходит через районы Кавказа, где были вооруженные конфликты; EPEG которую Коуи называет «самой большой историей успеха» на представленной карте, проходит через вновь неспокойный восток Украины, где уже сообщалось о возможности нарушения коммуникаций.

В конечном счете, единственный способ для корпоративных и институциональных образований уберечься от отключений в будущем, — сделать источники доступа в Интернет как можно разнообразнее. Таким образом, ни одно действие человека или природы не повлечет повторение катастрофических перебоев в 2008 году.

Или, как говорит Коуи, «Лекарство от таких ситуаций является политически нейтральным: больше кабелей».

Майами постепенно уходит под воду, но цены на недвижимость не снижаются, а строительство идет полным ходом, пишет The Guardian. Город на юге Флориды сильнее остальных испытывает на себе проблемы, вызванные изменениями климата. Особой угрозе подвержен курорт Майами-Бич, расположенный на острове.

Проблема становится особенно ощутимой весной и осенью, в период высоких морских приливов: магазины и дома затоплены, жизнь города парализована, автомобили разрушаются от коррозии. "Перемена климата здесь больше не видится угрозой будущего, — замечает эксперт по атмосфере профессор университета Майами Бен Киртман (Ben Kirtman). – Мы вынуждены ежедневно иметь с этим дело". По словам местных жителей, в последнее время в период приливов начали происходить невиданные ранее явления: соленая вода выплескивается из ливнестоков, заполняя улицы и подходя к домам.

Ситуация усугубляется почвой, на которой стоит город: вода заполняет пустоты пористого известняка, а затем поднимается вверх по водостокам и затапливает улицы. Сточные воды выталкиваются вверх, загрязняя чистую воду.

В реконструкцию дорог и другие проекты, призванные сдержать наступление океана, планируется вложить $1,5 млрд. Но ученые полагают, что это едва ли позволит долго противостоять стихии. Даже если завтра все выбросы углекислого газа прекратятся, в атмосфере останется достаточно этого вещества, которое разогревает планету и вызывает таяние льдов. Таким образом, в ближайшем будущем предотвратить исчезновение Майами вряд ли возможно — оно видится бедствием в духе Старого Завета, отмечает The Guardian.

Гарольд Уонлесс (Harold Wanless), профессор геологии из университета Майами, полагает, что к концу столетия вода поднимется на 2-3 метра, в то время как большая часть города расположена ниже этого уровня. По прогнозам геолога из Международного университета Флориды Питера Гарлема (Peter Harlem), если уровень моря поднимется на 1,8 метра, под водой исчезнут самые дорогие районы, а также крупнейший в мире круизный порт.

Опасения вызывает и атомная электростанция "Тюрки Пойнт" (Turkey Point), расположенная в 40 километрах к югу от Майами. Она находится на высоте 6 метров над уровнем моря и, по заверениям операторов, способна выдержать ураганы и высокие морские волны. Однако критики полагают, что часть оборудования – в том числе дизельные генераторы на случай чрезвычайной ситуации – защищены недостаточно.

Но, несмотря на мрачные прогнозы, население города растет, а цены на недвижимость продолжают повышаться. Вопреки предупреждениям ученых, строятся новые торговые центры и многоквартирные дома. Представители властей отказываются реагировать на предупреждения ученых, отрицая влияние человека на климат. "Я не думаю, что предложенные учеными законы смогут что-то изменить — они только разрушат нашу экономику", — цитирует The Guardian слова сенатора-республиканца от штата Флорида Марко Рубио.

По словам Гарольда Уонлесса, люди продолжают прятать голову в песок, не веря в глобальное потепление. Но Майами – это только начало, считает ученый. Как пишет The Guardian, в зоне риска расположены и другие регионы: Лондон (ежегодно юго-восточное побережье Великобритании погружается под воду на 1,5 мм), Амстердам, Новый Орлеан (почти половина города находится ниже уровня моря), Мальдивы (80% островов расположены на высоте менее метра над уровнем моря) и Бангладеш (страна расположена в речной пойме, подверженной наводнениям).

Стратегические интересы Европы и России совпадают

Данило Тюрк Экс-президент Словении профессор

Данило Тюрк (1952 г.р.), президент Республики Словения (с 2007 по 2012 г.). С 1984 г. работал в системе Организации Объединенных Наций. С 1992 по 2000 г. являлся постоянным представителем Республики Словения в ООН. В 1998-1999 гг. (когда Словения не была постоянным членом Совета Безопасности), возглавлял один из его комитетов, был Председателем Совета Безопасности ООН. С 2000 по 2005 гг. — помощник Генерального секретаря ООН по политическим вопросам. Профессор юридического факультета Люблянского университета. Автор монографии «Принцип невмешательства в международных отношениях и международном праве», фундаментальных «Основ международного права», многих статей о правах человека, о проблемах применения силы, борьбе против геноцида и др.

Экс-президент Республики Словения, профессор Данило Тюрк отвечает на вопросы Главного редактора «Вестника Европы« Виктора Ярошенко

Виктор Ярошенко: Вы много лет работали в Организации Объединенных Наций, были секретарем Совета Безопасности, пять лет (2007–2012 гг.,) —президентом Республики Словения. Вами накоплен накопили огромный опыт в международной политике, аккумулированный в Вашей фундаментальной книге «Основы международного права» (недавно изданной и у нас1). Поэтому мне хотелось бы говорить с Вами о принципиальных, сущностных вопросах. Например, как Вам видится

Данило Тюрк: Мое основное видение — это то, что либеральная идея в современном мире необходима в обоих направлениях: и в направлении Европы, и в направлении России. И эту либеральную идею необходимо уточнять и актуализировать. Посмотреть, что эта идея несет в себе. Я полагаю, что определяющим фактом является то, что Европа (при этом я имею в виду, конечно же, Евросоюз) нуждается в России, равно как и Россия нуждается в Европе. В принципе, это естественное положение вещей, ибо у Евросоюза и России существуют фундаментальные общие интересы. Конечно, у нас нет какого-то исчерпывающего определения: в чем состоят эти интересы? Я думаю, что к этому вопросу надо подойти последовательно и очень практично, не позволяя утопить в словах назревшие вопросы. Например, необходимо отменить визовый режим на поездки. Визовая проблематика является важным пробным камнем: во-первых, речь идет о степени доверия между странами и поколениями, а во-вторых, это индикатор степени понимания либеральной идеи, стремящейся обеспечить свободное развитие людей и гармонизировать человеческие отношения в мире.

И для развития этих идей надо создать хорошую базу человеческих контактов, но этого у нас нет, а если есть, то слишком мало.

Конечно, ситуация изменяется, в Словению приезжает все больше посетителей, отношения развиваются, приезжают предприниматели и туристы, но слишком мало людей из академической сферы, журналистов и представителей других профессий, чтобы можно было создать человеческую базу сотрудничества. Мне кажется, это серьезный тест, очень важный тест и, в частности, для оценки жизнедеятельности либеральной идеи, однако либеральная идея за последние 20–30 лет в Европе выродилась в экономический либерализм, причем в такой, который придает слишком большую силу капиталу, а это как раз очень плохо для распространения либеральной идеи.

В.Я.: У нас в России уже третье десятилетие идет ожесточенная идеологическая борьба с либерализмом; против него —и националисты, и коммунисты, и сторонники «особого русского пути»... Общество расколото; власть испытывает своего рода сильный когнитивный диссонанс, с одной стороны, проводя в целом довольно разумную экономическую политику, провозглашая идею всесторонней модернизации экономики и институтов, скорейшей интеграции в мировую экономику, вступая в ВТО и другие международные организации; а с другой —поддерживает консервативные, изоляционистские и попросту реакционные силы... А как с этим обстоит в Словении?

Д.Т.: Понимаете, у нас в обществе сейчас распространено представление о том, что наличествует какая-то версия либерально-экономической идеологии, которая создала своего рода плутократию. Сегодня у нас комбинация власти и денег, а это нанесло обществу, республике немалый вред. В результате финансовый капитализм деградировал, а это плохо. Я думаю, что Европе следует изменить некоторые вещи, чтобы вернуться к принципам какого-то реального человеческого измерения. Ведь речь идет о свободе человека, устойчивости его благосостояния, но этого равновесия в Европе в настоящий момент, увы, нет. Есть комбинация и концентрация финансового капитала, есть определенные экономические проблемы, требующие своего решения, но в этом процессе контакт с оригинальной либеральной идеей утрачен.

В.Я.: Может быть, негативное отношение к либеральной идее связано именно с возрастающей пропастью между богатыми и большинством населения, которое является основой формирования всех влиятельных партий...

Д.Т.: У власти в Словении много лет стояла самая сильная партия — либерально-демократическая, но в 2004 году она на выборах проиграла. Это было восемь лет назад, и после этого в стране началось разложение, которое длится до сих пор. Мы переживаем сейчас одну очень важную трансформацию, у которой есть несколько особенностей. И одной из них как раз и является разложение либерально-демократической партии. Это важный симптом состояния общества: с одной стороны, усилилось влияние консервативных сил, а с другой — у людей появилась неопределенность, неуверенность в завтрашнем дне. Возникают новые партии, но исчезают старые, и этот либерально-демократический вызов требует новых решений, изменений в конституции. Этот момент в дальнейшем развитии страны очень важен. Другая причина — это растущее недоверие к политике. У людей накопилось слишком много негативного отношения к политикам — вообще, ко всем политикам и самой политике, что и явилось последствием различных отрицательных явлений, которых не скроешь от людей. Приватизация в Словении, так же как и у вас, в России, которая привела ко многим эксцессам. И у нас существует взаимосвязь между политическими лидерами и экономическими игроками. Все это не могло не создать впечатление, что нам как обществу нанесен огромный вред, и это вызвало у людей недоверие к «политическому классу». Это вторая особенность нашего политического состояния. А третья — заключается в том, что Словения является частью Европейского Союза, а в странах этого Союза, к сожалению, углубляется недоверие к европейским институциям. Многие граждане перестали доверять европейским учреждениям — Европарламенту, Еврокомиссии.

Поэтому когда вы в России думаете о своих собственных проблемах, хорошо было бы сравнивать с теми реальными проблемами, которые существуют в Европе. Мне кажется, Словения во многих случаях может послужить для вас наглядным примером. Вот почему я и назвал эти три проблемы: разложение либерально-демократической партии у нас, недоверие людей к политике вообще и углубление недоверия к европейским институциям. Таковы наши фундаментальные характеристики, и если в России появляется недоверие к политике, стоит объективно посмотреть на процесс и сравнить ваши проблемы с европейскими.

Россия — уникальная страна, у вас есть своя история, пусть даже и нелегкая. Есть традиции, великая культура, наработан собственный политический опыт, хотя, может быть, все это не столь уж сильно отличается от Европы, как это кажется на первый взгляд.

В.Я.: На последние президентские выборы в декабре 2012 г., которые Вы проиграли, пришло всего 37 процентов избирателей; Ваш конкурент, бывший премьер Борут Пахор, за год до выборов отправленный в отставку и получивший в парламенте вотум недоверия, выборы выиграл.

Мне кажется, всюду проявляется усталость людей от «карусели» одних и тех же лиц. В связи с этим многие заговорили о кризисе сложившейся процедуры избирательной демократии. Некоторые предлагают «прямую демократию», «облачную демократию» по Интернету и т.д.

Д.Т.: Да, мы можем согласиться со всем этим... Такое незначительное число происходящих на выборы напрямую свидетельствует о недоверии людей к той политической системе, которая сложилась у нас. Это именно последствие того, что пережили люди, ибо они поняли: от их участия в выборах ничего не зависит, их голоса вовсе, не гарантируют того, что реальную власть получит тот, за кого они хотели бы проголосовать. Реальная власть находится где-то в другом месте, но отнюдь не в демократических институциях, вот это и создает недоверие. Второе — это то, что проблемы в Европейском Союзе создали совсем иную ситуацию. Европа сейчас переживает кризис легитимности, который может угрожать европейскому сообществу.

Вы знаете, мы в Словении ожидали очень многого (может быть, даже слишком многого) от Лиссабонского договора, в котором должны были быть распределены роли европейских учреждений — например, усилены функции Европарламента и Еврокомиссии. Однако сама тенденция развития проходила в обратном направлении, и сегодня Европейский парламент более маргинален, нежели когда-либо, несмотря на то что он стал обладать бóльшими полномочиями.

В.Я.: Быть депутатом в национальном парламенте престижнее, чем в Европарламенте?

Д.Т.: Да, это так, но это не обязательно хорошо.

В.Я.: Можно ли сказать, что в Европарламенте сидят люди из так называемого второго ряда национальной политики?

Д.Т.: Понимаете, Республика Словения — относительно новый член Европейского Союза, мы всего лишь десять лет в Европарламенте, сейчас у нас второй мандат, который заканчивается (один мандат длится пять лет). И, конечно, эти отношения еще не совсем развиты, а сравнения: какие политики уходят в национальные институции, а какие — в Европарламент, — еще не вполне сложились, но ясно одно: о наших европейских депутатах мало что слышно. В основном все происходит у нас дома.

Но что еще больше нас беспокоит — так это то, почему Европарламент никак не проявил себя во время кризиса? Там просто было невозможно ничего согласовать и понять, сталкивалось слишком много совершенно разных интересов. Получилось так, что в кризисной ситуации реальное принятие решений является прерогативой правительств стран объединенной Европы. Премьеры, министры очень часто встречаются на кризисных совещаниях, и эти встречи становятся все более важными, в то время как реальное значение деятельности Европарламента и Еврокомиссии снизилось. Такова характеристика кризиса и наш его опыта в кризисное время. Естественно, что подобное развитие событий усугубило недоверие к европейским институциям. Вот приведу вам пример последних дней: Европейский парламент рассматривал проблематику налоговых сокрытий, и в своих дебатах евродепутаты сожалели о том, что к их советам не прислушиваются. Конечно, в этой очень важной области все зависит от национальных властей. А Европейский парламент выполняет лишь консультативные функции. И все это весьма характерно для нынешней ситуации. Важно, чтобы в России хорошо понимали эту проблематику, понимали, что Европа — это не какой-то идеальный мир, к которому обязательно должны приспосабливаться все другие страны. У Европы — свои нелегкие проблемы, а у России — свои.

В.Я.: По поводу авторитета ЕС давно ходит шутка: «кому же в Европе позвонить?»

Д.Т.: Это еще Киссинджер спрашивал, и проблема до сих пор не решена. В принципе, в Евросоюзе создана одна такая важная институция, в Брюсселе работает много людей, — это Высокий комиссар по вопросам безопасности и внешней политики, но он не обладает столь большими полномочиями, чтобы в любое время позвонить Госсекретарю США, что может сделать министр иностранных дел России Сергей Лавров. Надо понимать, что здесь речь идет не только о формальном понимании вопроса. Более важно реальное положение вещей: европейские страны свою внешнюю политику все еще проводят сами.

В.Я.: Оживившиеся с наступлением кризиса евроскептики, говорят о неминуемом грядущем распаде Европейского Союза (во всяком случае, шенгенской зоны и зоны евро), о возврате к немецкой марке, песо, франку, драхме и т.д. Другие же, напротив, предполагают скорое возникновение мощной Европейской Федерации. Как Вам видятся тенденции развития и строительства Европы?

Д.Т.: Мне кажется, не произойдет ни того, ни другого. Во-первых, у европейских партнеров довольно много общих интересов, чтобы стремиться выжить вместе. Во-вторых, время для какого-либо иного европейского «Священного Союза» еще не наступило. Думаю, что Европа сначала должна доказать, что она способна создать свой эффективный банковский союз. Да, у нас есть общая валюта — евро, это валюта большого числа стран (не всех, но многих: 17 из 27), но при этом выявилось, что это как раз одна из слабых систем, и она не работает. Я говорю о финансовой и банковской системе, напрямую привязанной к евро. И если Европейский Союз не будет способен преодолеть эту проблему, тогда трудно будет представлять себе и политический союз.

В.Я.: Я встречался здесь с профессором И. Менцингером, который слывет в Словении экономическим диссидентом. Как я понял, он считает, что если бы страны ЕС, такие как Греция, Словения и др., имели бы собственную валюту, они могли бы проводить эмиссию, тем самым увеличивать инфляцию, но при этом регулировать экономические механизмы...

Д.Т.: Да, я с этим согласен. Вы знаете, Евросоюз создал некоторые свои институции — например, Европейский центральный банк, основной задачей которого является предотвращение инфляции, и вот этот страх перед инфляцией стал иррациональным. Вместо того чтобы решать эти проблемы средствами монетаристской политики, Центральный банк этого не делает, а переносит все бремя на бюджеты стран — членов ЕС. Понимаете, у Европейского банка есть свой мандат, но он несвободен в своих решениях. И здесь ошибка, я думаю, заключается в самой системе, что Менцингер, конечно, прав. Теперь вопрос в том, как и когда эта система изменится? Потому что если она вскоре не изменится, тогда возникает другой вопрос: на какую базу будет опираться политическая система? Трудно представлять себе будущее Европейского Союза, если он будет не в состоянии решить эти проблемы так, чтобы решение отвечало интересам всех стран — членов ЕС. В этом отношении я пессимист, но хочется верить, что за какое-то время что-то должно измениться, хотя пока ничего не происходит...

В.Я.: Многие, особенно в Германии, говорят о необходимости изменений основных финансовых бюджетных параметров стран —членов ЕС и о введении санкций за их нарушение...

Д.Т.: Если речь идет о банковском союзе, который является ключевым для ЕС, то месяц назад немецкий министр финансов сказал, что для этого придется пересмотреть европейские соглашения, а это очень длительный процесс, который может длиться годами. И все это время у нас будет нефункциональная система. Сегодня трудно быть оптимистом.

В.Я.: Конкурентность Европы по отношению к Китаю падает; и тогда возникает вопрос: могут ли в рамках свободной мировой торговли сосуществовать экономики, обремененные высокими социальными обязательствами, как в странах Европейского Союза, —и экономики стран, лишенных этих ограничений, таких как Китай и другие азиатские страны?

Д.Т.: Мне бы очень не хотелось, чтобы Европейский Союз принял на вооружение китайские стандарты. Думаю, решение заключается в том, чтобы улучшить китайские социальные стандарты. Вот решение! Сейчас сложилась ситуация, когда эксплуатация рабочей силы приобретает характер рабства. То, что случилось в Бангладеш (разрушение зданий текстильных предприятий), когда погибло более тысячи человек, — это в двадцать первом веке совершенно неприемлемо. Социальные стандарты на китайском рынке должны улучшаться, благодаря этому у них будет создан и внутренний рынок. Бóльшая часть проблем будет зависеть от того, как в Китае будет развиваться внутренний рынок. И я думаю, что на международном уровне нам необходимо настаивать на социальных и экологических стандартах производства, я имею в виду ВТО, а также договоры, которые другие государства заключают с Китаем.

ООН здесь не может играть большой роли, но посмотрите: за последние десятилетия Европа переселила свое производство в Китай. Тогда это было мотивировано прибылью, но теперь мы сталкиваемся с негативными последствиями этого, и необходимо срочно исправлять

ситуацию.

Полагаю, что нужно реиндустриализировать Европу. Конечно, Европа пока еще не деиндустриализирована, но слишком много производств было переселено в Китай. Я хорошо помню, когда еще во времена правления Билла Клинтона очень много производств было перевезено в Китай, и тогда это привело к огромным проблемам в США. Конечно, у Америки есть определенные преимущества по сравнению с Европой, у них будет более дешевая энергия, ибо будут применяться новые технологии добычи природного газа. Повысится конкурентоспособность. Я думаю, что сотрудничество Европы с Россией было бы очень важным и выгодным в интересах долгосрочной европейской конкурентоспособности, ведь Россия обладает огромными энергоресурсами. Здесь налицо уникальное совпадение стратегических интересов развития Европы и России, которое мы пока еще не смогли глубоко осознать и правильно использовать.

Мне хочется вернуться к тому, с чего мы начали: для такого сотрудничества необходима хорошая база человеческих отношений и деловых контактов, рост взаимного понимания, интереса и доверия. Чтобы провести вот такие глубокие стратегические изменения, в этот процесс необходимо включить очень много людей. И мы не должны откладывать на потом вопроса о визах. Ну, если нельзя решить визовую проблему сразу, то хотя бы по частям. Но я знаю, что и с нашей, и с российской стороны есть ограничения, т. е. это все не так просто, как кажется. И все-таки основная идея — развивать контакты на новом уровне — это уже существенно.

Уже тридцать лет в мире не существует «железного занавеса», когда людям и нельзя было свободно путешествовать. Теперь многие вещи изменились, но, судя по всему, возникли новые барьеры, и мы, политики в европейских странах, должны бы уделять этому вопросу больше внимания, и не только с гуманистической, но и со стратегической точки зрения.

Я желаю успехов «Вестнику Европы» — журналу с такой долгой интересной историей и с такой важной программой.

Организация беседы, сопровождение и письменный перевод Александра Садыкова

Примечание

1  Данило Тюрк. Основы международного права. Москва: Центр книги «Рудомино». 2013 г. 640 стр.

Опубликовано в журнале:

«Вестник Европы» 2013, №37

Словения. Россия > Внешэкономсвязи, политика > magazines.gorky.media, 3 июля 2014 > № 1116736 Данило Тюрк

Перспективы российско-иранского газового взаимодействия.

Время снятия антииранских санкций с Тегерана неминуемо приближается по мере продвижения переговоров «Шестерки» с Ираном. Очень скоро иранская столица может стать новым местом паломничества политических лоббистов со всего мира, а страну быстро наводнят зарубежные инвестиции. Сейчас западные компании, потирая руки, ждут отмашки, и скоро они ее получат. Между тем у России на протяжении многих лет была уникальная возможность, практически без всякой конкуренции, крепко осесть на самых лакомых секторах иранского рынка. Но она не воспользовалась этой возможностью. В свете последних событий вокруг Ирана, может, России все-таки удастся сесть в последний вагон уходящего поезда. Ведь если она и далее будет бездействовать, то очень скоро Запад может использовать тот же иранский фактор против самой России. Тогда наши возможные преимущества на иранском направлении в одночасье превратятся в реальные проблемы, причем серьезные и очень большие.

Ирану сейчас как воздух нужны три вещи: снятие санкций, инвестиции и новые технологии. Иранский фактор крайне важен для Европы и США не только в политическом плане. Он может стать спасительным кругом для дряхлеющих экономик этих стран, а в геополитическом плане – это супер оружие, которое Запад во главе с США собираются использовать против России во всех отношениях. Западные компании и политические лоббисты могут получить контракты на модернизацию и развитие экономики ИРИ, прежде всего в супер прибыльных секторах: энергетике, нефтегазовой сфере, нефтехимии, промышленности и т.д. К примеру, «жемчужиной» в нефтегазовой сфере может стать проект «Южный Парс» − крупнейшее газовое и газоконденсатное месторождение на шельфе Персидского залива. Зная скорость, с которой способны действовать западные и азиатские деловые круги, России, пока ее не опередили, нужно уже сейчас приступать к самой плотной проработке вопросов участия российских государственных и частных компаний в освоении емкого и перспективного иранского рынка, причем делать это при мощном лоббировании со стороны высшего политического руководства обеих государств. А «Южный Парс» мог бы стать пилотным проектом российско-иранского сотрудничества, который способствовал бы созданию газовой оси Россия – Иран. Такая ось способна задавать тон на мировом газовом рынке, может диктовать свои условия с учетом того, что Форум стран-экспортеров газа со штаб-квартирой в Дохе показал свою несостоятельность и не стал тем механизмом, через который Москва и Тегеран могли бы проводить свои газовые интересы, включая образование цен на «голубое топливо» и квотирование его экспорта.

«Южный Парс» − это северная (иранская) часть газового месторождения, которое расположено в Персидском заливе к северо-востоку от Катара. «Южный Парс» был открыт в 1990 году. «Южный Парс» относительно легкодоступное месторождение, поскольку оно находится на небольшой глубине и недалеко от берега. Как следствие − низкая себестоимость добычи. Оператором разработки является Национальная иранская нефтяная компания (NIOС). Участниками разработки являются Газпром, ENI и Total. Газ из «Южного Парса» по газопроводам отправляется в Асалуйе. «Южный Парс» занимает площадь в 3700 кв. км, оно содержит 8% мировых запасов газа и 50% суммарных запасов газа Ирана. Правительство ИРИ поделило «Южный Парс» на 28 участков (фаз). Добыча природного газа в 2012 году составила 100 млрд. куб. м . Добыча нефти составляет свыше 5,5 млн. тонн в год. Запасы «Южного Парса» оцениваются в 14,2 трлн. кубометров газа и 2,7 млрд. тонн нефти (18 млрд. баррелей).

В 2010 году экономическая зона «Северный Парс» площадью 16 тыс. га была присоединена к экономической зоне «Южный Парс» площадью 30 тыс. га. В зоне «Северный Парс» будут построены как минимум семь газоочистительных заводов, установки по очищению газа, по производству сжиженного природного газа (СПГ) и портовые причалы, предназначенные для отгрузки СПГ на экспорт. В зоне «Северный Парс» основные запасы газа находятся в районе Бордхун в шахрестане (округе) Дир на юге провинции Бушер, и газоочистные сооружения в рамках проекта по освоению газового месторождения будут строиться в шахрестанах Дир, Дешти и Тангестан. Газоочистные сооружения в рамках проекта по освоению газовых месторождений «Южного Парса» строятся и уже эксплуатируются в районе Асалуйе в шахрестане Канган в 280 км к югу от Бушера.

В марте 2013 года новым министром нефти Ирана Бижаном Зангане изданы три распоряжения, которые направлены на содействие в разработке месторождения «Южный Парс». Согласно одному из них, подрядчики в первую очередь должны закончить разработку 12, 15, 16, 17 и 18 фаз месторождения. Бижан Зангане подчеркнул, что «если морские скважины, трубопроводы и буровые установки начнут функционировать до наступления зимы, то министерство будет иметь возможность обрабатывать газ с месторождения «Южный Парс» на старых НПЗ Bidboland и Fajr-e-Jam. Но начались задержки в процессе реализации этого проекта. Ранее агентство Mehr News сообщало, что разработка проектов различных фаз «Южного Парса» Ираном либо остановилась, либо она идёт очень медленно из-за финансовых проблем. За предыдущие три года в это месторождение было инвестировано $46 млрд. По мнению чиновников Национальной иранской нефтяной компании, в 2013 году в проект должно было быть дополнительно инвестировано от $16 до $17 млрд. А в марте 2014 года тот же Бижан Намдар Зангане распорядился спроектировать и построить 8 небольших нефтеперерабатывающих заводов в особой экономической зоне (ОЭЗ) «Парс» на нефтегазовом месторождении «Южный Парс». По словам руководства ОЭЗ «Парс», проект будет реализовываться частными инвесторами. По прогнозам, строительство восьми мини-НПЗ предполагается осуществлять в течение двух лет с момента начала работ. На каждом объекте планируется перерабатывать примерно 60 тысяч баррелей газового конденсата в сутки. Заводы будут производить ряд нефтепродуктов, включая дизтопливо и бензин. Руководство ОЭЗ «Парс» недавно сообщило, что сейчас подходят к концу работы по подготовке к реализации проекта.

В 2009 году было заявлено, что ОАО «Газпром» может принять участие в строительстве предприятий по сжижению природного газа (СПГ) в Иране в рамках проекта «Южный Парс». По словам тогдашнего министра энергетики России Сергея Шматко, это предусмотрено меморандумом о взаимопонимании в нефтегазовой сфере, подписанным им с иранским коллегой Голямхоссейном Нозари в Вене, где проходила встреча ОПЕК. Создание мощностей по сжижению газа − одна из стадий разработки газового месторождения «Южный Парс». Помимо этого, в документе рассматривается возможность поставок «Газпромом» туркменского газа на север Ирана. Эти поставки будут компенсированы «Газпрому» поставками газа с южных месторождений Ирана в страны Персидского залива. Напомним, что «Газпром» с 1997 года участвовал в проекте обустройства и эксплуатации второй и третьей фаз месторождения «Южный Парс». 13 июля 2008 года между «Газпромом» и Национальной иранской нефтяной компанией был подписан меморандум о взаимопонимании.

Дело в том, что северный Иран испытывает проблемы в связи с недостаточным количеством энергоресурсов. Решить эти проблемы в одиночку, видимо, достаточно проблематично для страны, поскольку добыча газа осуществляется на юге Ирана, где находится крупнейшее газовое месторождение в мире, а доставка добытого сырья на север страны затруднена ввиду отсутствия сети газотранспортных трубопроводов. Для «Газпрома» же выступить в качестве транспортера туркменского газа нетрудно, поскольку у концерна уже есть договоренности о закупке туркменского газа. Кроме того, концерн может дополнить объем продаж Ирану газом из Азербайджана. Даже если ценовые условия сложатся таким образом, что «Газпром» не сможет зарабатывать на своповых операциях, укрепление сотрудничества с Ираном в этой сфере − это важнейший фактор, способный в дальнейшем принести концерну существенную выгоду в виде, например, возможности приобретения доли в иранских месторождениях.

Однако в нынешних условиях, когда США и их союзники по ЕС при поддержке консервативных арабских монархий Персидского залива начали борьбу за передел мирового рынка газа, чтобы уменьшить роль России в поставках «голубого топлива» в Европу и сдержать усилия Ирана по быстрому развитию своих газовых месторождений для экспорта, Москве и Тегерану необходимо пересмотреть свои подходы в вопросах газового взаимодействия, чтобы защитить свои национальные интересы и отстоять энергетическую безопасность. Как представляется, стоило бы подумать над тем, как ускорить разработку «Южного Парса» и приступить к экспорту газа с него на новые перспективные рынки, такие как Индия, которой к 2020 году понадобится экспортировать минимум 50 млрд. куб. м «голубого топлива». А ведь есть еще Пакистан, Бангладеш, Шри-Ланка и страны ЮВА с огромным населением, а также Южный Китай, где пока на газовом рынке доминируют Катар, Австралия и Индонезия, и еще рынки Японии и Кореи. В этой связи было бы целесообразным пересмотреть проект «Южного Парса», создав под него специальный международный концерн с ведущей ролью Ирана, c мощным участием российских операторов, таких как «Газпром», НОВАТЭК (имеет опыт работы по СПГ на Ямале), «Стройтрансгаз», привлечением китайской госкорпораций и тех европейских компаний, которые имеют самые передовые технологии в газовой сфере, прежде всего в плане производства СПГ. Для этого вполне подойдет французская «Тоталь», которая действует без особой оглядки на США и уже сотрудничает с НОВАТЭКом в проекте «Ямал-СПГ».

Строить мощности СПГ на побережье Персидского залива недалеко от «Южного Парса» небезопасно в плане транспортировки, так как США, опираясь на Саудовскую Аравию, всегда смогут своим флотом перекрыть проход через Ормузский пролив. Поэтому было бы целесообразно провести газопровод к району порта Чабахар на берегу Оманского залива недалеко от пакистанской границы и построить там комплекс по сжижению газа. То есть фактически на берегу Индийского океана. Отсюда очень близко до Пакистана и Индии, и прямой путь в страны ЮВА и Южный Китай, Японию и Корею. При этом есть смысл создать при корпорации свой флот газовозов для транспортировки СПГ (25-30 судов), причем построить их не в Южной Корее, а в России на вервях Объединенной судостроительной корпорации (ОСК). При наличии адекватных финансовых ресурсов проект «Южный Парс»-СПГ мощностью 25-30 млн. тонн сжиженного газа в год можно реализовать в течение 5-7 лет максимум при наличии политической воли Москвы и Тегерана.

************

Есть смысл подключить Россию к проекту трубопровода ИПИ (Иран – Пакистан − Индия), если Индия вновь присоединится к нему. Газа «Южного Парса» вполне хватит и на это, тем более если Россия компенсирует своими поставками потребности северного Ирана в энергомощностях. Таким образом, наряду с проектом российско-иранского южного коридора сотрудничество наших двух стран на «Южном Парсе» способно в корне изменить ситуацию на мировом газовом рынке, где Вашингтон навязывает свою гегемонию, и обеспечить России и Ирану ведущие позиции на нем, включая образование цены на газ и регулирование объемов и географии поставок.

Владимир Ефимов,

Специально для Iran.ru

Россия и Иран готовы к полномасштабному экономическому партнерству по всем направлениям. Это послужит серьезным импульсом для экономического развития обеих стран, укрепления их независимости от Запада. Одним из наиболее перспективных из них может стать создание "южного транспортного коридора" - от побережья Индийского океана до Волги и далее в Европу. Реализация подобного гигантского проекта откроет новые горизонты в мировой геополитике, внесет серьезные изменения в глобальную экономику, прежде всего в ее транспортную инфраструктуру.

По мере того, как Иран приближается к снятию финансово-экономических санкций, введенных Западом из-за его мирной ядерной программы, встает вопрос о развитии широкомасштабного сотрудничества России с Ираном по всем направлениям, прежде всего в экономической и военно-технической сферах (ВТС). Особенно перспективны области энергетики, прежде всего нефти и газа, ядерной энергетики, и, что может стать особо значимым для обеих стран, в транспортном секторе. Ведь территория Ирана – это наиболее короткий транзитный путь для России к Южной Азии и Юго-Восточной Азии (ЮВА). А Россия, в свою очередь, – это транзитная территория в этом направлении для центральной и северо-западной Европы (Германии, Польши, Чехии, Словакии, Венгрии, стран Бенилюкс, Скандинавии и Балтии). Сейчас же коммерческим грузам из вышеупомянутых районов до Индии, Пакистана, Бангладеш, Вьетнама, Малайзии, Филиппин, Индонезии, Австралии и т.д. приходится проделывать сложный и длинный, а значит и дорогой по стоимости доставки путь, равно как и не менее обременительный путь в обратном направлении. То есть вокруг Африки, либо через Средиземное море, затем Суэцкий канал (за проход по нему нужно платить высокие пошлины) и т.д. Как тут не вспомнить проект 20-летней давности так называемого южного транспортного коридора, предполагавшего соединить один из портов Султаната Оман на Аравийском море Индийского океана через Персидский залив, далее железные дороги Ирака и Ирана и Каспийское море с каспийскими портами, железнодорожными узлами и системой речных каналов в России. Это по времени сделало бы доставку грузов в 3 раза быстрее, а по стоимости – в 4 раза меньше, нежели путь из Индии, например, через Индийский океан, Красное море, Средиземное море и Черное море в Новороссийск или Туапсе, или же вокруг Африки и далее через Атлантику в Балтийское море до Санкт-Петербурга, Риги, Клайпеды, Таллинна, Стокгольма, Хельсинки и т.д. или через северные моря до норвежских портов и Мурманска.

Теперь с учетом произошедших геополитических изменений, прежде всего «арабских революций», «южный транспортный коридор» можно сократить и удешевить еще на целый порядок. Для это нужно построить весьма крупный порт непосредственно на иранском побережье Аравийского моря поближе к Пакистану, т.е. фактически непосредственно на побережье Индийского океана, связав его, кстати, с пакистанским портом Карачи, провести оттуда скоростную железную дорогу с большой пропускной способностью до иранского порта Решт на Каспии, далее – мощную паромную переправу, способную перевозить ж/д вагоны до Астрахани или другого порта России, с использованием параллельно крупных судов «река-море», а далее – ответвления железной дороги на северо-запад до ЕС и на восток до КНР и Кореи.

Таким образом, был бы создан замкнутый треугольник: ЕС – Россия, Иран – выход на Индийский океан, минуя Средиземное море и путь вокруг Африки, а также многосторонний транспортный сегмент ЕС – РФ – (ответвление на Иран и Южную Азию) − Дальний Восток до Китая и Кореи. То есть Россия и Иран стали бы самым коротким и дешевым транзитным путем из ЕС в Южную и Юго-Восточную Азию. А для экономик России и Ирана это стало бы мощнейшим импульсом экономического развития, включая транспортную инфраструктуру. Ведь для этого пришлось бы строить или расширять порты и портовое хозяйство в Иране и России, причем не только на Каспии, но и на Волге, а также прокладывать скоростные железные дороги через иранскую территорию. А это – огромные заказы для российских компаний, производящих рельсы и шпалы, семафоры и другое ж/д оборудование, оптико-волоконные системы связи вдоль ж/д путей, ремонт огромного количества локомотивов и железнодорожных вагонов самого различного профиля – от цистерн, зерновозов до тяжелых платформ и спецвагонов. Такое крупное предприятие как «Уралвагонзавод» был бы обеспечен гигантскими прибыльными заказами на долгие годы. Как впрочем и многие предприятия иранской промышленности. Большие дивиденды от этого проекта получила бы ОАО «РЖД» и иранская национальная железнодорожная компания. Было бы создано большое число новых рабочих мест не только в промышленности РФ и ИРИ, но и для эксплуатации «южного транспортного коридора». Кроме того, для обслуживания этого коридора понадобилось бы построить специальный паромный флот на Каспии и суда «река-море» на Волге, что загрузило бы Объединенную судостроительную компанию (ОСК).

О геополитическом значении подобного проекта излишне говорить, так как его реализация способствовала бы формированию своего рода транспортного, а затем и политического союза Россия – Иран – Индия, а со временем и подключение к нему Китая, стран ЮВА и АТР. Он стал бы мощным противопоставлением агрессивной части блока НАТО во главе с США, способствуя его размыву, а также своего рода противовесом военно-политическим амбициям некоторых проамериканских стран ЕС. При этом коммерческие интересы всех членов Евросоюза были бы только в выигрыше. В этой связи можно сформулировать некоторые выводы:

1. Российская внешняя политика в условиях возрастания агрессивности США и их европейских союзников, а также подожженных США и аравийскими монархиями «арабских революций» должна ориентироваться на создание многостороннего и многопланового мирового полюса: РФ – Иран – Индия − Китай. Такой полюс интегрирует структуры, принадлежащие четырем различным цивилизациям, и тем самым станет глобальным. И он сможет игнорировать волю других полюсов, прежде всего Северо-Атлантического, имеющих гегемонистские амбиции навязывания западных демократических и цивилизационных ценностей остальному миру.

2. Российская экономическая политика должна иметь экспортно ориентируемый характер. В отношениях с глобальными экономическими партнерами ее следует ориентировать на экспорт средств производства, технологий и капитала, в отношениях с геополитическими противниками – на экспорт своих ценностей.

3. И, наконец, российская геополитика станет эффективной, если будет ориентирована на обеспечение и поддержание позитивной роли «связки» между Западом и Востоком, Севером и Югом.

Для того, чтобы превратить концепцию подобного рода «мирового посредника» цивилизаций в конкретную технологию, в первую очередь необходимо резко улучшить логистику полюса РФ – Иран – Индия, причем прежде всего на транспортном и экономическом уровнях. Главный проект этого направления − «южный транспортный коридор», связывающий Южную Азию, Средний Восток, Россию, Центральную Европу и регион Балтийского моря. Такой маршрут может стать транспортной осью российско-иранского союза и структурообразующим началом для экономики целого ряда регионов. Понятно, что в рамках перспективного будущего транспортный коридор должен охватывать все инфраструктурные компоненты – собственно грузопоток, финансовые и иные потоки.

Для Ирана такой транспортный коридор крайне необходим. В результате длительной экономической изоляции его доступ к современным технологиям весьма затруднен. Западная экономическая система не заинтересована в развитии Ираном какой-либо промышленности, кроме нефтегазодобывающей. Но образовавшийся вакуум могут заполнить простаивающие сейчас российские предприятия. Кроме того, переход Ирана от экспортно-сырьевой к транспортно-перерабатывающей деятельности позволит ему обрасти новую степень экономической независимости.

Воздействие южного транспортного коридора на российские реалии гораздо масштабнее. Путем создания транспортного и юридического пространства вдоль Волго-Балтийского и Беломоро-Балтийского каналов на протяжении всей Центральной России и Урала, обеспечения военного присутствия России в ряде ключевых регионов, установления контроля над Каспийским морем российским и иранским военно-морскими флотами будет образована дополнительная ось для укрепления единства нашей страны.

Ведь проблемы российской промышленности (и в широком понимании – российской государственности) во многом − это проблемы логистики и транспортного сообщения. Россия не только имеет плотность дорожной сети на порядок меньше западноевропейской нормы, но и крайне неэффективную структуру управления и неудачную конфигурацию этой сети. Поэтому принципиально важным результатом проекта должно стать расширение Астраханского порта и возникновение как минимум двух новых транспортных узлов: в Казани, где «южный коридор» пересекается с Транссибирской магистралью, и в районе Санкт-Петербург − Петрозаводск. Первый узел изменит статус Татарстана и позволит глубже интегрировать его в структуру российской экономики, второй – даст возможность переключить часть транспортного потока из Финляндии и Северной Европы, разгрузив направление Петербург − Хельсинки и Санкт-Петербург − Балтия.

Весьма важным последствием станет возрастание загрузки предприятий среднего и тяжелого машиностроения, судостроительных и судоремонтных заводов. Речь идет о строительстве и обслуживании значительного количества судов «река-море», а также о заказах на модернизацию транспортной инфраструктуры Ирана, Прикаспийских областей России и Поволжья. На более поздних стадиях проекта возникнет проблема создания иранской промышленности.

Итак, на условной карте-схеме «южный коридор» представляет собой сложную транспортную систему, протянутую от Санкт-Петербурга через железные дороги и Волго-Балтийский канал, реку Волгу, Каспийское море и территорию Ирана к Аравийскому морю, Персидскому заливу и Индии. На севере эта дорога может быть продлена за счет Беломоро-Балтийского канала и замкнута на Северный Морской Путь. На юге она пересекается Транссибом, Волго-Донским каналом и транспортным коридором «Китай – Западная Европа». Кроме того, российское военное и экономическое присутствие на Каспийском море окажет сильное воздействие на транспортные потоки в Центральной Азии и в Закавказье.

Помимо уже существующего водного коридора Каспий − Волга в его основе будут магистральные скоростные железные дороги, связывающие Астрахань с Москвой и далее с Минском (далее – на Варшаву и Берлин), и скоростная ж/д линия Москва − Санкт-Петербург – Таллин − Рига.

Транспортная ось из Балтийского моря в Индийский океан, которая станет не только конкурентом, но и альтернативой пути через Суэц или вокруг Африки, подразумевает наличие двух «особых точек» в начале и в конце маршрута: транспортных узлов, играющих системообразующую роль соответственно для Северо-Европейского региона и для стран Среднего Востока и Южной Азии.

Проект может состоят из следующих этапов реализации:

- Создание в устье Финского залива международного порта и задействование в этих целях латвийского порта Вентспилс, замыкающих на себя все морские транспортные потоки Балтийского региона и являющихся конечными точками «южного коридора». В этих портах заключается конкретный экономический интерес стран ЕС, прежде всего Германии, Центральной Европы, Балтии и Скандинавии.

- Модернизация и прокладка новых высокоскоростных железных дорог из Северо-Западного региона РФ (Санкт-Петербург и Мурманск) и Балтии до Астрахани; использование уже существующих судов класса «река-море» на маршрутах каспийские порты Ирана – Астрахань – Волго-Балтийский канал – Санкт-Петербург − Северная и Центральная Европа, для чего имеется почти вся необходимая инфраструктура. Однако сквозное движение по этому маршруту до сих пор сдерживается геополитическими причинами.

- Создание иранской стороной (с использованием преимущественно российских технологий, с привлечением российских специалистов, с размещением заказов на российских предприятиях, расположенных по «южному коридору») адекватной поставленным задачам инфраструктуры на южном и восточном побережьях Каспийского моря и строительство скоростной ж/д магистрали от иранского берега Каспия до иранского побережья Аравийского моря.

- Строительство там крупного иранского морского порта с российским участием многоцелевого профиля. Кстати, для Тегерана будет безопаснее создать в этом районе мощности по сжижению газа с месторождения Южный Парс, нежели вывозить СПГ через Персидский залив и Ормузский пролив.

- Строительство разветвленной скоростной железнодорожной магистрали от Каспия до побережья на Аравийском море. Для этого может понадобиться привлечение иностранных инвестиций, в том числе из Индии и стран ЮВА, возможно КНР, а при необходимости, и заинтересованных стран Евросоюза. Технически же с реализацией этого участка «южного транспортного коридора» справится и Россия с ее предприятиями типа «Уралвагонозовод», специализированные локомотивостроительные заводы и предприятия по производству рельс, шпал, прокладки ж/д тоннелей и других необходимых средств для создания ж/д колеи в разных условиях местности – от равнин до гор и пустынь.

**************

Реализация такого масштабного, глобального проекта должна пройти под непосредственным руководством Президента РФ, а для этого необходимо вначале принять политическое решение об этом проекте. Для мобилизации необходимых для этого проекта ресурсов, своевременных инфраструктурных решений необходимо назначение специального куратора на уровне специального представителя Президента РФ с особыми, чрезвычайными полномочиями. Все эти вопросы, при желании, Владимир Путин может обсудить с президентом Ирана Хасаном Роухани на саммите ШОС в сентябре сего года в Таджикистане. Но начинать нужно уже сегодня, поскольку на завершение столь масштабного проекта уйдет при наличии необходимого финансирования и проведения соответствующих ТЭО 5-7 лет. Но зато с его запуском в мире сложится совершенно иная глобальная транспортная, экономическая и геополитическая конфигурация, которая серьезно укрепит роль России, Ирана и Индии в мировых делах.

Владимир Алексеев,

Специально для Iran.ru

В мае Украина поставила в известность Международную Морскую Организацию, являющуюся подразделением ООН, о том, что Украина, в связи с аннексией Крыма Россией, не может более обеспечивать надлежащий уровень безопасности судоходства и соблюдения международных обязательств, вытекающих из необходимости сохранения человеческой жизни на море, - в портах Евпатория, Керчь, Севастополь, Феодосия, Ялта. Воды и порты Крыма, согласно документам ММО, входят в зону ответственности Украины. Укрморречинспекция, тем временем, готовит акт о временном закрытии крымских портов из-за невозможности контроля за безопасностью судоходства.

ООН, как известно, не признает Крым территорией РФ, считая полуостров оккупированной территорией. Следовательно, ММО не сможет принять обязательства России в отношении безопасности судоходства в Крыму и работы портов полуострова, со всеми вытекающими последствиями. Вкратце они заключаются в том, что ММО должна будет рекомендовать судам всех стран членов ММО избегать заходы в воды Крыма и крымские порты. В отношении собственно безопасности, физического ее обеспечения, в том числе работы портов и управления движением судов, вряд ли что-то изменится, - воды и порты Крыма, конечно, опаснее не станут. Однако для всего мирового судоходства официально Крым станет опасной зоной.

Сами по себе рекомендации избегать захода судов в какие-то воды уже очень дорого стоят, и отнюдь не являются пустой формальностью. Невозможно будет, например, обеспечить надлежащее страхование судна и экипажа. Это конечно, далеко не все негативные последствия.

Начало происходить то, о чем я предупреждал ранее: не то власти Украины, не то общественное движение "Майдан иностранных дел", начали мониторинг судозаходов в порты Крыма с целью выявления нарушителей Закона Украины "Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины" и резолюции Генеральной ассамблеи ООН от 27 марта 2014 года в связи с аннексией Крыма.

Если Украина возьмется за это дело надлежащим образом, то последствия будут крайне серьезными. Суть проста - нарушителю, судовладельцу, чье судно зайдет в крымский порт без согласования захода с украинскими властями, будут грозить очень серьезные санкции, вплоть до конфискации судна. Хихикающие над закрытием портов Крыма и Законом об оккупированной территории "патриоты", как в Крыму, так и в России, совершенно не понимают, насколько реальна угроза конфискации, когда речь идет о судоходстве.

Украинские власти могут арестовать и конфисковать имущество компаний-нарушителей закона о временной оккупированной территории, которое находится на материковой части Украины - это в случае, если речь идет об обычной компании. Если у компании нет имущества на Украине, то ей, соответственно, нет и дела до украинского Закона об оккупации, она его не боится. Но в нашем случае имущество компании, это ее суда, которые работают, как минимум, в водах Европы, как максимум, по всему миру. Украине достаточно будет обеспечить признание этого закона ООН и ММО, и тогда судно нарушителя может быть арестовано в любой стране - члене ООН и ММО, а это подавляющее большинство стран. Вовсе необязательно арестовывать конкретное судно, зашедшее в крымский порт. Можно арестовать любое другое судно владельца.

Один инцидент такого рода, и все судовладельцы просто забудут о таком географическом понятии, как Крым и его порты. С точки зрения судовладельца, ему безопаснее будет отправить свое судно в зону ведения военных действий, чем в Крым. В военной зоне, случись там что с его судном, он хоть страховку получит. Если его судно или суда конфискуют за нарушение Закона об оккупированной территории, то он не получит ничего, кроме, дополнительно к конфискации, исков от грузовладельцев, чьи перевозки будут сорваны.

Суда судовладельца, нарушившего Закон об оккупации, смогут безопасно заходить в воды КНДР, Кубы, возможно, Венесуэлы. Китай призадумается, но не факт, что не арестует. Отнюдь не факт.

Для подавляющего большинства российских судовладельцев вариант работы исключительно на порты РФ, Крыма, КНДР и Кубы, насколько мне известно, категорически неприемлем. Уж не говоря о прочих. То есть, для тех в России, кто решит поработать на крымских линиях, надо будет, по образцу авиаперевозчиков, банков и операторов мобильной связи, создавать какие-то отдельные от себя структуры, понимая при этом, что суда, поставленные на эти линии, не смогут более заходить ни в какие другие страны. Судовладельцу не надо объяснять, что это значит.

Несведущей общественности, пожалуй, стоит объяснить. Это значит, что суда, которые поставят на Крым, невозможно будет нормально продать, перерегистрировать, направить в порты любой другой страны. Это значит, что суда практически полностью обесценятся. Это значит, что для работы на крымских линиях надо будет специально подбирать такие суда, которые не жалко, в расчете, максимум, на несколько лет работы. То есть какие-то древние лоханки, с трудом держащиеся на плаву. Их даже на слом нельзя будет продать, вот что смешно. Потому что разделать их на слом можно будет только в Черном море, и только в каком-то российском или крымском порту. Если погнать их в обычные для слома страны, вроде Турции, Бангладеш или Индии, то их и проданных на слом можно арестовать и конфисковать, и перепродать по гораздо более высокой, рыночной цене.

У России есть, конечно, рычаги для оказания воздействия на Украину с тем, чтобы она смотрела на нарушителей сквозь пальцы. То есть официально Украина отменить санкции уже не может - для этого ей надо признать легитимной и правомочной оккупацию Крыма. Но махнуть рукой на крымское судоходство (тем самым нарушая свой собственный закон и резолюции ООН по Крыму) она сможет, если захочет. Вернее, если Украину вынудят.

Самый главный рычаг воздействия на Украину в этом смысле - украинское судоходство в Азовском море. Россия полностью контролирует Керченский пролив, а российский ВМФ может творить в Азовском море, что ему угодно. Если Россия начнет препятствовать украинскому судоходству в Азовском море (естественно, нарушая при этом всяческие законы), то Украине придется выбирать. Теоретически она может обойтись и без азовских портов, если пойдет на принцип.

В любом случае, судьба крымских портов незавидна. Они стали изгоями. Ни суда нормальных судовладельцев туда не пойдут, ни инвесторы, конечно. Их может спасти только одно - установление между Россией и Украиной каких-то относительно нормальных связей.

Автор: Михаил Войтенко

В Бангладеш зафиксирован первый случай заражения коронавирусом ближневосточного респираторного синдрома (БВРС-КоВ, MERS-CoV), сообщает Reuters. По данным местных инфекционистов, заболевший мужчина недавно прибыл из США рейсом с пересадкой в Абу-Даби.

53-летний пациент госпитализирован. По словам представителя Института эпидемиологии, контроля и исследования заболеваний Махмудура Рахмана (Mahmudur Rahman), вероятнее всего, заражение опасной инфекцией произошло во время пересадки в Абу-Даби.

С момента первой вспышки MERS-CoV в Саудовской Аравии в 2012 году, на Ближнем Востоке, а также в США и некоторых странах Европы зарегистрировано более 800 случаев заболевания, 310 из которых закончились летальным исходом. Природный резервуар инфекции до настоящего времени не определен, по предположению эпидемиологов во многих случаях заражение происходит при контакте с верблюдами.

Всемирная организация здравоохранения продолжает мониторинг вспышек инфекции, однако международные эксперты оценивают вероятность глобальной пандемии MERS-CoV как невысокую.

Российское авиастроительное предприятие «Иркут» в течение ближайших 12 месяцев ожидает новых заказов на реактивные учебно-боевые самолеты Як-130 от ВВС России, сообщает flightglobal.com 12 июня.

Отвечая на вопросы Flightglobal в Москве президент «Иркута» Олег Демченко заявил, что ВВС России получили 35 УБС из 55 заказанных машин этого типа. Демченко сообщил, что будет подписан второй заказ «на не менее 60 самолетов» с поставкой в 2016-2020 годах.

Продолжается выпуск самолетов на экспорт. Алжир уже имеет 16 самолетов этого типа, оснащенных двигателями АИ-222 компании «Ивченко-Прогресс», Беларусь получила шесть машин. По словам Демченко, Беларусь увеличит общее количество заказа до 15-20 самолетов. Бангладеш заказала 24 Як-130, поставки должны начаться в 2015 году.

Сирия также стремится приобрести эти самолеты, но пока ни одна машина не была передана из-за сильного международного давления по причине продолжающейся гражданской войны в этой стране. «Иркут» планирует в конечном итоге выполнить сирийский контракт, но это зависит от решения правительства, говорит Демченко.

По слухам, Монголия и Вьетнам также желают приобрести Як-130. Демченко уверен в том, что Як-130 займет 40% мирового рынка сложных учебно-боевых самолетов, отметив, что это еще «скромная оценка».

Между тем компания продолжает разработку легкого турбовинтового УТС Як-152, который выиграл конкурс в начале этого года. ВВС России могут закупить около 200 самолетов этого типа. Демченко оценивает мировой рынок Як-152, в том числе для невоенных клиентов, в размере примерно 1000 машин. Первый полет прототипа ожидается в 2015 году, поставки начнутся в 2016 году.

За последние недели целый ряд компаний и государственных учреждений по всему миру объявил о планирующихся запусках сукук. 6 июня специальное юридическое лицо турецкого кредитора Aktif Yatirim Bankasi сообщило о грядущем выпуске сукук на сумму 200 млн лир (96 млн долларов).

Эмират Рас-эль-Хайма (ОАЭ) в начале июня привлек банки для организации задуманного выпуска сукук, который состоится не раньше третьего квартала текущего года.

Японский Bank of Tokyo-Mitsubishi UFJ 5 июня сообщил о планах привлечь 500 млн долларов посредством выпуска исламских бондов в нескольких валютах в Малайзии. Таким образом, Bank of Tokyo-Mitsubishi станет первым банком из Японии, вышедшим на рынок сукук.

Малазийский застройщик UEM Sunrise в начале месяца привлек CIMB и Maybank для подготовки выпуска сукук на сумму 2 млрд ринггитов (620 млн долларов).

В июне центральный банк Бангладеш дал понять, что намерен внести поправки в законодательство и позволить правительству авторизовать выпуск государственных сукук.

Также в первых числах июня малазийский Bank Islam заявил о планах привлечь 1 млрд ринггитов путем размещения сукук на сумму 300 млн ринггитов. Выпуск может состояться уже в июле.

Саудовская компания Al Othaim Real Estate and Investment, владеющая пятью торговыми центрами на территории королевства, запланировала дебютный выпуск сукук в местной валюте на сумму от 500 млн до 1 млрд риалов.

Китайская корпорация железнодорожных сооружений выиграла тендер на реализацию проекта железнодорожного и шоссейного моста через реку Падма в Бангладеш. Объем сделки превышает $1,5 млрд. Строительство моста начнется летом 2014 г. и завершится к 2019 г.

Мост через реку Падма войдет в транспортную систему, которая соединяет Китай с Юго-Восточной Азией. Это будет двухъярусное сооружение длиной 6,15 км и шириной 21,5 м.

Ранее сообщалось, что в июне 2014 г. между Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая и странами Европы открыты новые международные маршруты железнодорожных грузоперевозок. Один из маршрутов – магистраль протяженностью 7000 км, которая начинается в городе Курля, проходит через Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран и заканчивается в турецком городе Мерсин. Другой – протяженностью 7200 км, который из города Курля проходит по Казахстану к российскому Новороссийску и турецкому Мерсину.

Напомним, что Синьцзян граничит с восемью государствами. В регионе насчитывается 17 контрольно-пропускных пунктов.

Беседа Дмитрия Медведева с руководителем Государственной корпорации «Росатом» Сергеем Кириенко.

Стенограмма:

Д.Медведев: Есть чем похвастаться?

С.Кириенко: Да. Дмитрий Анатольевич, мы большую презентацию подготовили по всем вопросам деятельности отрасли. Сначала, если позволите, совсем свежие данные, уже по пяти месяцам. Идём с хорошим превышением по выработке электроэнергии, дали на 4,5 млрд кВт•ч больше электроэнергии, чем было запланировано. Особенно, помните, мы Вам докладывали, с учётом необходимости восстановить характеристики реакторов РБМК (реактор большой мощности канальный) мы большую работу проделали. Мы, честно говоря, сильно опасались, что получится меньше, если не справимся с этой задачей. С задачей справились, не только плановые показатели выполнили, но и перевыполнили.

На первом слайде представлены как раз основные итоги прошедшего года. У нас полностью переведено, Дмитрий Анатольевич, как было в Вашем поручении, на ключевые показатели эффективности (КПЭ), которые утверждаются наблюдательным советом.

Д.Медведев: То есть теперь вы по КПЭ работаете?

С.Кириенко: Исключительно по КПЭ. Собственно, четвёртый год у нас идёт выставление КПЭ. Все показатели КПЭ у нас выполнены. И к раздаче мы показали, как это в соотношении с госпрограммой утверждённой, то есть набегающий итог к 2013 году – у нас получается на 7,5% выше рост производительности труда запланированного.

Д.Медведев: Хороший рост.

С.Кириенко: Значительный. По гражданской продукции на 5% выше плана идём… Дальше как раз будет слайд, где показывается план по годам, мы идём даже выше плана, соответственно.

И по показателям федеральных целевых программ… Они тоже отдельно представлены, это связано и со сбором и обеспечением безопасного хранения радиоактивных отходов. Помните, вы нам передавали не только то, за что традиционно отвечала отрасль, но и атомный ледокольный флот, и предприятие «Радон»… То есть со строительной отрасли, науки, медицины мы обеспечиваем сбор и безопасное хранение радиоактивных отходов.

Соответственно, по этим показателям у нас тоже идёт перевыполнение, то есть интегральная оценка выполнения госпрограммы – 101,7, почти 102%, таким образом все показатели выполнены или перевыполнены.

Конечно, по пускам, Дмитрий Анатольевич, Вы правы. У нас ключевая вещь по этому году – это вот такие советские темпы. Мы в этом году выходим на три блока сдачи: у нас, получается, уже идёт этап физпуска Белоярской станции, BМ-800, реакторы на быстрых нейтронах, следующее поколение. Мы начали загрузку частот, начали загрузку топлива. Начало физпуска пришлось на декабрь. Соответственно, сейчас у нас заканчивается этап физпуска, энергопуска, и в этом году блок сдаём.

Дальше у нас Ростовский блок, 3-й Ростовский блок. Он даже с опережением идёт. Он у нас по госпрограмме на 2015 год, но сегодня можно уверенно говорить, что мы в 2014 году не только физпуск обеспечиваем, но и энергопуск. У нас расчёт – в октябре физпуск, а в декабре уже энергопуск. И рассчитываем к декабрю, под Новый год, начать этап физпуск на Нововоронежской станции.

То есть три блока в стране, соответственно, мы завершаем сейчас этап сооружения. Как минимум физпуск будет точно (ну и дальше энергопуск) по «Куданкулам» – это Индия, второй блок «Куданкулам». Ну это больше определяет заказчик – индийская сторона, но мы свою работу точно понимаем, что завершаем. Получается, три блока в стране и блок за рубежом – четыре блока в этом году завершаются строительством. Действительно, у нас по три блока в год, как в советские годы, выходило.

Д.Медведев: Хорошая история. Но другие международные проекты тоже у нас реализуются по плану?

С.Кириенко: Да, Дмитрий Анатольевич, мы как раз… Я покажу потом презентации. Всё-таки в первоначальных прогнозах, которые были, когда строилось ФЦП сначала, потом эта госпрограмма... У нас, понятно, темпы прогноза потребления электроэнергии в стране несколько меньше, чем тогда предполагалось, поэтому очевидно, что темп потребности в атомных блоках внутри страны чуть медленнее, то есть мы всё построим, просто к моменту, когда электроэнергия будет нужна. А поскольку мы весь машиностроительный комплекс, строительный комплекс развернули под полную мощность, то мы сейчас существенно наращиваем объёмы заказов за рубежом. Вот по портфелю заказов… У нас два года назад портфель заказов на 10 лет (это один из наших КПЭ) был 50 млрд долларов, по этому году мы уже поставили задачу – 98, надеемся, что выйдем на 100, то есть за три года удвоение.

И по последним контрактам. На прошлой неделе подписано новое соглашение с Казахстаном, нам доверено сооружение первой атомной станции в Казахстане, два блока. Дальше. Мы как раз перед выборами в Индии успели подписать соглашение в рамках «дорожной карты» – это третий, четвёртый блоки «Куданкулам». Приняты все решения по Финляндии, как раз на прошлой неделе состоялся отчёт финского надзора, который дал заключение, что он не видит препятствий для сооружения АЭС в Ханхикиви в Финляндии. Кстати, важно: там очень много зависит от решения органов местного самоуправления, вот этой коммуны, где будет строиться, и там довольно много было разговоров, что коммуна давала согласие на строительство атомной станции, но тогда в проекте ещё не было «Росатома», предполагалось, что это будет станция или французская, или американская, или японская. Было много разговоров о том, что, когда жителям сообщат, что это будет русская станция, может быть, они будут против. Прошло повторное голосование, голосов «за» стало больше, то есть степень поддержки…

Д.Медведев: Значит, хорошо с коммунами научились работать.

С.Кириенко: Степень поддержки стала больше. Далее. Венгрия – у нас идёт по графику подписанное соглашение. Вы подписали распоряжение Правительства о межгоскредите, соответственно, мы сейчас перешли уже в стадию коммерческих контрактов. Что важно тоже, у нас эта работа идёт совместно с Евросоюзом, с Еврокомиссией. Вот, собственно, вчера и сегодня проходит семинар в Брюсселе, в офисе Еврокомиссии проходит семинар как раз по реализации этого проекта. Для нас принципиально, что он абсолютно открытый, европейский, соответствует всем европейским нормам и правилам. В атомной энергетике важна именно такая транспарентность.

И по графику у нас идёт реализация проектов в Бангладеш, которые тогда подписывали, по Вьетнаму, продолжаются переговоры с Ираном по расширению АЭС «Бушер», поскольку первый блок успешно работает. В общем, всё это вместе как раз…

Д.Медведев: Беларусь ещё.

С.Кириенко: Белоруссия идёт с опережением графика. Сейчас мы урегулировали все спорные вопросы, которые были по условиям работы российских организаций, поскольку договорились, что они ничего не должны терять, они должны получать оплату своего труда, как если бы работали на российских объектах, с российским уровнем заработной платы.

Всё у нас сейчас идёт… Первый блок в графике, даже с опережением буквально, наверное, на месяц, а второй блок с опережением на четыре-пять месяцев идёт, то есть хорошо.

Д.Медведев: Это отрадно, что портфель заказов такой мощный. Надеюсь, это будет помогать и нашей атомной энергетике, и в целом будет создавать базу для развития госкорпорации «Росатом», а стало быть, и для решения больших экономических задач.

Спасибо.

Россия > Электроэнергетика > premier.gov.ru, 2 июня 2014 > № 1089349 Сергей Кириенко

Александр ФОМИН: планируем выйти на рынки стран, ранее закупавших вооружения в США и Европе.

В последние годы Россия подписала с иностранными партнерами целый ряд крупных контрактов в сфере поставок продукции военного назначения. О том, удастся ли в ближайшей перспективе сохранить взятые темпы, как повлияют на уровень военно-технического сотрудничества России с иностранными партнерами санкции, введенные в отношении нашей страны США и странами Евросоюза в связи с ситуацией на Украине, а также о планах выхода на новые зарубежные рынки продукции военного назначения ИТАР-ТАСС рассказал директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС России) Александр Фомин.

- Каков на сегодня объем российского портфеля экспортных заказов продукции военного назначения (ПВН)?

- В результате подписания новых долгосрочных контрактов российский портфель экспортных заказов на сегодня превысил $49 млрд, увеличившись за десять лет более чем в три раза.

- На какую сумму по состоянию на сегодняшний день Россия поставила ПВН зарубежным партнерам в текущем году?

- Экспорт российской ПВН за четыре месяца текущего года в целом соответствует плановому заданию на этот период.

- С чем связано более чем двукратное сокращение экспорта ПВН в первом квартале текущего года по сравнению с аналогичным периодом 2013 года? В какие сроки и за счет чего ситуация может выправиться?

- При сравнении показателей экспорта за первый квартал текущего года и за аналогичный период 2013 года нельзя говорить именно о сокращении экспорта российской ПВН. Динамика экспорта в течение каждого конкретного года зависит от многих факторов, таких как, например, дата вступления в силу контрактного документа, дата перечисления аванса, дата открытия аккредитива, длительность производства продукции и производственный график предприятия, готовность иностранного заказчика принять готовую продукцию и т. д.

Анализ динамики экспортных поставок за прошлые годы показывает, что их объем в первом квартале 2014 года не выходит за границы усредненного значения этой величины. В то же время показатель выполнения объема экспорта за аналогичный период 2013 года имел нехарактерно высокое значение в связи с крупной поставкой законтрактованного имущества.

- Станет ли, на ваш взгляд, годовой объем поставленной зарубежным партнерам ПВН в $15,7 млрд за 2013 год предельным показателем на ближайшую перспективу с учетом внешнеполитического фактора?

- Внешнеторговая деятельность в отношении ПВН в 2013 году осуществлялась на фоне нестабильной военно-политической ситуации в ряде государств Ближнего Востока и Северной Африки, сложной экономической ситуации в мире при сохраняющейся активности основных конкурентов российских экспортеров ПВН, прежде всего США, Германии, Франции, а также других крупных мировых экспортеров вооружения.

Несмотря на данные обстоятельства, тенденция к расширению ВТС Российской Федерации с иностранными государствами сохраняется.

Действительно, в прошлом году экспорт российских товаров и услуг по линии ВТС превысил $15,7 млрд.

Несомненно, мы учитываем в своей работе складывающуюся внешнеполитическую ситуацию, однако определяющими факторами в ориентировании на годовой объем поставленной ПВН для нас являются имеющиеся контрактные обязательства, проекты контрактов и ожидаемые результаты проработки поступивших обращений иностранных заказчиков.

Исходя из этого, объем экспорта на ближайшую перспективу прогнозируется стабильным.

- Какие контракты на поставку ПВН и соглашения ВТС, заключенные в текущем году можно назвать наиболее удачными?

- Безусловно, это соглашение о развитии военно-технического сотрудничества между Российской Федерацией и Республикой Армения и договор о военно-техническом сотрудничестве между Российской Федерацией и Республикой Казахстан.

- Какая продукция военного назначения пользуется сегодня наибольшим спросом у наших зарубежных партнеров? Как, по вашему мнению, может измениться в ближайшей перспективе география поставок российской ПВН? Какие страны могут стать новыми партнерами России по ВТС?

- Наибольшим спросом у наших зарубежных партнеров традиционно пользуется российская авиационная техника (самолеты Су-30, МиГ-29, Як-130). Доля ее в общем объеме экспорта составляет более 40%. Весомую часть занимают поставки техники ПВО. При этом на долю России приходится около трети мировых поставок средств ПВО, что, в свою очередь, составляет до 20% от общего объема экспорта российской ПВН. По своим характеристикам российские образцы техники ПВО не уступают аналогичным системам, производимым зарубежными странами, а по некоторым параметрам и превышают их.

Далее следуют военно-морская техника (ПЛ проекта 636, сторожевые корабли «Гепард», ракетные и патрульные катера различных классов) и техника сухопутных войск (зенитные ракетные системы, противотанковые ракетные комплексы, бронетанковая и легкобронированная техника, средства ближнего боя, стрелковое вооружение).

В Европейском регионе наибольшим спросом пользуются ремонт и модернизация, в том числе под стандарты НАТО, ранее поставленной техники российского (советского) производства, а также поставка запасных частей.

В регионе Африки южнее Сахары наиболее востребованы вертолетная и бронетанковая техника и боеприпасы к ней, средства ПВО, стрелковое вооружение.

На латиноамериканском рынке вооружений устойчивым спросом пользуются авиационная, вертолетная, бронетанковая техника российского производства, а также средства ПВО. В последние годы латиноамериканские заказчики проявляют интерес и к военно-морской технике - прежде всего, патрульным и десантным катерам, подводным лодкам. Российскими предприятиями проводится работа по выходу на новые рынки стран, ранее ориентированных на закупку вооружения и военной техники в США и государствах Европы.

Россия последовательно развивает ВТС не только со своими традиционными партнерами, но и расширяет свое присутствие в мире за счет выхода на новые рынки вооружений. Это важно для сохранения нашего оборонного потенциала.

- В какую сумму оценивался ежегодный объем ВТС с Украиной до 2014 года и как, по вашим данным, этот показатель может измениться по итогам текущего года?

- Ежегодный объем собственно ВТС с Украиной в последнее время незначительный и не превышает $10 млн.

Исходя из складывающейся на Украине ситуации, мы не исключаем возможности его снижения. В то же время между нашими странами существует достаточно широкая межзаводская промышленная кооперация.

- Какие экспортные контракты по линии ВТС могут пострадать из-за ситуации на Украине? В каком объеме и как быстро российский оборонно-промышленный комплекс (ОПК) способен компенсировать этот ущерб, какие из крымских предприятий ОПК могли бы подключиться к этой работе?

- Мы не исключаем, что из-за ситуации на Украине может пострадать ряд наших экспортных контрактов. Вместе с тем в течение полутора-двух лет российский ОПК способен полностью компенсировать этот ущерб. Однако хотелось бы подчеркнуть, что выполнение данных контрактных обязательств жизненно важно для украинских предприятий. Отказ от кооперации с российской стороной приведет их к неминуемому закрытию.

Что касается крымских предприятий, то они активно вливаются в систему российского ОПК. В настоящее время ведется работа по размещению на них оборонных заказов.

Введение санкций против России из-за ситуации на Украине может сказаться на производстве части авиационной, вертолетной, военно-морской техники, а также отдельных видов авиационных средств поражения.

- С какими государствами в ближайшее время предполагается создать совместные предприятии по ремонту и сервисному обслуживанию вооружения и военной техники (ВВТ) советского / российского производства? Для кого из наших партнеров будем ремонтировать и обслуживать ВВТ на территории России?

- В первую очередь это относится к развитию нашего сотрудничества с государствами - членами Организации договора о коллективной безопасности.

Комплекс мер по формированию системы послепродажного обслуживания поставляемой ПВН реализуется не только путем организации совместных предприятий по ремонту и обслуживанию российских ВВТ, но и созданием на территории иностранных заказчиков соответствующих сервисных технических центров. В октябре 2012 года на авиабазе Гонг-Кедак введен в эксплуатацию сервисный технический центр по обслуживанию и ремонту самолетов Су-30МКМ королевских ВВС Малайзии. Прорабатывается возможность организации аналогичных центров для вертолетной и бронетанковой техники в Республике Индонезии с привлечением предприятий индонезийского ОПК, а также для подводных лодок и надводных кораблей, авиатехники марки «Су» в Социалистической Республике Вьетнам.

- Когда планируется завершить поставки вертолетов для армии Афганистана в рамках контракта с США на 30 Ми-17В-5?

- Контракт планируется завершить до 31 октября 2014 года. На сегодняшний день поставлено 12 машин.

- Не так давно в СМИ появились сообщения, что иракские военные решили расторгнуть контракт с Россией на поставку 48 зенитных ракетно-пушечных комплексов «Панцирь-С1» и 36 боевых вертолетов Ми-28НЭ общей суммой $ 4 млрд. В какой стадии сейчас работа по этому соглашению и как вы оцениваете шансы на его успешное завершение?

- Эта информация не соответствует действительности. С иностранным заказчиком ведется плановая работа. Однако информация по контрактам как действующим, так и заключаемым является коммерческой тайной, и обсуждать ее некорректно.

- В каких тендерах на поставку ПВН в ближайшей перспективе планирует участвовать российская сторона?

- Намерены участвовать в ряде тендеров на поставку в страны Азиатско-Тихоокеанского региона многофункциональных истребителей, средств ПВО и вертолетной техники, подводных лодок.

- В какие страны планируются поставки Як-130 в ближайшей перспективе?

- До 2016 года Народной Республике Бангладеш в рамках предоставленного Российской Федерацией государственного кредита будет поставлено 16 УБС Як-130.

Ведутся работы по продвижению самолетов данного типа в Монголию, Вьетнам и другие страны.

ОАО "Рособоронэкспорт" совместно с ОАО "Корпорация "Иркут" проводится последовательная работа по продвижению в латиноамериканские государства УБС Як-130. Несмотря на то что иностранные партнеры подтверждают заинтересованность в закупке данного самолета, конкретные контрактные договоренности пока не достигнуты.

Беседовал Игорь Андреев

Россия > Армия, полиция > fsvts.gov.ru, 26 мая 2014 > № 1358276 Александр Фомин

Бурая гниль в картофеле из Бангладеш

В партии картофеля продовольственного (104 т), поступившей в морской порт Владивосток из Народной Республики Бангладеш, обнаружено опаснейшее карантинное для РФ заболевание – бурая гниль картофеля. Это подтверждено результатами бактериологических экспертиз, проведенных специалистами Приморского филиала ФГБУ «ВНИИКР».

По информации Управления Россельхознадзора по Приморскому краю и Сахалинской области, ввоз зараженной партии картофеля в РФ запрещен.

О заболевании: бурая гниль картофеля – широко распространенное заболевание преимущественно в странах с теплым и влажным климатом. Снижает урожайность на восприимчивых сортах картофеля до 50%. При хранении потери могут превышать 40%.

Жертвами крушения пассажирского парома на реке в центральной части Бангладеш стали 45 человек, сообщает в субботу агентство Франс Пресс.

Ранее сообщалось о 29 погибших.Глава агентства водного транспорта страны Шамсуддоха Хандакер заявил, что поисково-спасательная операция прекращается после того, как паром был поднят на поверхность и тщательно обследован спасателями.

"Мы завершили поиски внутри судна. Военные водолазы обследовали каждый уголок и каждую щель после того, как мы подняли судно со дна. Число жертв сейчас составляет 45 человек. Мы обследовали судно, и теперь меньше шансов, что мы найдем новые тела в нем", — сказал Хандакер.

При этом представитель полиции Сайфул Хасан заявил, что поисковые работы в реке Мегхна, где судно потерпело крушение, будут продолжены.

Точной информации о том, сколько пассажиров находилось на пароме в момент катастрофы, нет. Власти не публиковали полный список пассажиров. По предварительной информации, на пароме было 200 пассажиров. По словам Хандакера, приблизительно 40 пассажиров смогли добраться до берега самостоятельно либо были спасены местными рыбаками.

Паром "Мираж-4" затонул в четверг на реке Мегхна в пятидесяти километрах от столицы. В качестве предварительной версии следствие рассматривает перегруженность судна. Выжившие пассажиры обвиняют капитана в том, что он не направил паром в безопасное место, несмотря на начавшийся сильный шторм. Полиция пытается установить местонахождение членов экипажа судна. По предварительным данным, они покинули место происшествия сразу после случившегося.

Бангладешские спасатели пытаются вытащить на берег затонувший паром, на борту которого могут находиться тела 100 погибших пассажиров, сообщает в пятницу агентство Рейтер.

Паром "Мираж-4" затонул в четверг на реке Мегхна в центральной части Бангладеш. На его борту находилось порядка 200 человек. На сегодняшний день официально подтверждена информация о гибели 22 человек. Ранее сообщалось о 8 жертвах. По словам местных властей, около 40 пассажирам затонувшего парома удалось добраться до берега самостоятельно, еще 35 удалось спасти.

"Вместо того чтобы извлекать тела погибших, в настоящее время мы сосредоточены на том, чтобы вытащить паром на берег реки. Как только мы это сделаем, то получим более четкую картину произошедшего", — заявил в телефонном разговоре агентству заместитель комиссара округа Муншигандж Сайфул Хассан Бадал.

Причиной крушения, как сообщалось ранее, могли стать проливные дожди, продолжающиеся в округе Муншигандж, а также сильный ветер.

В 2012 году в результате аналогичной катастрофы в Муншигандж погибли 112 человек.

Из-за таяния ледников повышается уровень Мирового океана, и этот процесс уже не остановить, уверены ученые

Земля скоро может лишиться значительной части одного из самых важных в климатическом плане материков - Антарктиды. Калифорнийские ученые выяснили, что таяние ледников на юге планеты, которое в последнее время проходит с чудовищной скоростью и может привести к серьезным погодным изменениям, необратимо, и в течение ближайших лет уровень Мирового океана повысится почти на четыре метра.

Таяние ледников проходит по цепной реакции: из-за выбросов парниковых газов Солнце нагревает воду, которая, в свою очередь, плавит Антарктиду. Льды и снега, которые отражают солнечные излучения и замедляют нагревание Мирового океана, становится все меньше, а климат - все жарче. Изучив данные, полученные во время полевых работ на материке, со спутников и самолетов, ученые составили компьютерную модель процесса и выяснили, что темпы исчезновения Антарктиды гораздо быстрее, чем считалось ранее. По новым прогнозам, опубликованным в журнале Geophysical Research Letters, многие ледники растают уже через 200 лет.

Обратить вспять процесс таяния уже невозможно, уверены ученые. Единственный, по их словам, способ повлиять на скорость исчезновения Антарктиды - сократить количество выбросов парниковых газов: в таком случае можно будет верить в более оптимистичный прогноз и ждать максимального сокращения ледяного покрова на юге Земли через 1 тыс. лет.

Повышение уровня Мирового океана на несколько метров приведет к катастрофическим разрушениям в прибрежных городах большинства стран мира, а миллионы людей лишатся средств к существованию, предупреждают эксперты. К примеру, искать новое место жительства придется большинству населения Бангладеш. А ускорившийся процесс глобального потепления, в свою очередь, увеличит смертность: из-за таяния ледников уже спустя несколько десятилетий экстремальные холода, проливные дожди и засухи в разных регионах планеты могут стать нормой.

По прогнозам гуманитарной организацией DARA, сделанным по заказу правительств 20 развивающихся стран задолго до публикации калифорнийских ученых, к 2030 г. из-за глобального потепления погибнут более 100 миллионов человек. Учитывая ускорившиеся темпы таяния Антарктиды, этот срок может оказаться намного меньше, а число жертв глобального потепления - намного больше.

В этом году новость о том, что победителем легендарных гонок на собачьих упряжках по Аляске стал Даллас Сиви (Dallas Seavey), мигом облетела Интернет и социальные сети.

Маршрут гонок Iditarod проходит по территории, считающейся одним из последних мест на Земле, где еще нет сотовых телефонов и доступа к сети Интернет (во всяком случае, гонщикам запрещено использовать такие средства связи). Поэтому на базе Winterlake Lodge - третьем контрольном пункте на маршруте - все так, как было десятки лет назад: там гонщики могут лишь отдыхать и думать о том, как преодолеть оставшуюся часть трассы.

Отправлять SMS-сообщения и заходить в социальные сети им запрещено. Между тем дальнейший маршрут пролегает по пустынной территории в суровых арктических условиях.

И все же теперь участники этих соревнований постоянно находятся под наблюдением - по крайней мере, в Интернете. На каждые сани крепится датчик (размером с сотовый телефон), подающий сигналы о месте их нахождения системе GPS, так что за ходом гонок стало возможно следить даже в Бангладеше.

Поскольку же немало саней по ходу прохождения трассы разбивается, в этом году некоторые гонщики крепили эти датчики на себе.

Впрочем, самим участникам гонок система GPS не очень-то помогает, так как направление движения она не показывает. Зато GPS предоставляет поминутную информацию о местонахождении гонщиков любителям этих состязаний. Те могут не только отслеживать место нахождения саней на трассе, но и получать оперативную информацию о средней скорости каждого гонщика и длине пройденного им пути.

Кроме того, в этом году появилось новое мобильное приложение, с помощью которого можно просматривать всю информацию с сайта Iditarod (http://iditarod.com/) через мобильные устройства. Кроме того, можно настроить получение уведомлений о преодолении гонщиками каждого контрольного пункта.

Благодаря этому мобильному приложению и системе отслеживания GPS, те, кто болеет за выходца с Ямайки Ньютона Маршалла (Newton Marshall), в этом году получили возможность следить за его участием в гонке. Маршалл вышел на старт этой гонки уже в четвертый раз, но до финиша дошел только однажды.

Применение упомянутых технологий важно еще и потому, что на трассе постоянно находятся сотни собак. Теперь у каждой из них есть встроенный под кожу микрочип, что позволяет с помощью ручного сканера считывать уникальный номер любого животного.

По мнению главного ветеринара гонок Iditarod Стюарт Нельсона, не за горами тот день, когда можно будет получать данные от саней и собак в режиме реального времени непрерывно. А в этом году некоторые гонщики использовали камеры GoPro. Один из них, четырехкратный победитель гонок Джефф Кинг (Jeff King), разместил свое видео на YouTube - https://www.youtube.com/watch?v=dAHa-6VkUQY.

Число погибших мигрантов в результате происшествия неподалеку от острова Самос в Эгейском море, где перевернулись яхта и шлюпка, достигло 22 человек, шестеро пропали, передает в понедельник агентство Франс Пресс.

Ранее сообщалось о двух погибших. В общей сложности 65 мигрантов пытались добраться из соседней Турции на территорию Греции. По информации агентства, большинство мигрантов были уроженцами Сомали.

Береговая охрана сообщила, что 18 тел были обнаружены на палубе 10-метровой яхты, когда ее вынесло на берег, еще четыре тела найдены в море. Среди погибших четыре ребенка и беременная женщина. По данным агентства со ссылкой на местные власти, спасти удалось 36 человек. Представители береговой охраны ЕС и Греции ведут поиски пропавших, в операции задействованы два вертолета.

После строительства системы заграждений на реке Эврос на границе Греции с Турцией миграционные потоки стали идти через Эгейское море.

По оценке ряда европейских стран, в этом году в Европу собираются прибыть более 800 тысяч иммигрантов. Это в основном жители стран Ближнего Востока и Северной Африки, среди мигрантов также много выходцев из Пакистана, Бангладеш, Афганистана.

Пассажирский паром затонул в округе Патуакхали на юге Бангладеш, погибли 12 человек, передает в воскресенье агентство Синьхуа со ссылкой на местную полицию.

Инцидент произошел в субботу днем на реке Галачипа из-за сильного ветра. В момент крушения на судне находились от 50 до 60 человек.

По данным полиции, часть пассажиров сумела доплыть до берега после того, как паром стал тонуть. Судьба более 10 человек остается неизвестной.

Происшествия с участием паромов и лодок довольно часто происходят в Бангладеш, территорию которого пересекают около 250 рек. Ежегодно в подобных инцидентах гибнут десятки человек. Паромное сообщение является одним из основных видов транспорта в стране.

Сильная буря в ночь на понедельник обрушилась на округа Нетрокона и Сунамгандж на севере Бангладеш, как минимум 12 жителей погибли, около 20 человек пострадали, передают бангладешские СМИ.

Буря продолжалась около часа, в результате более тысячи человек оказались без крыши над головой.

Большинство жертв погибли при обрушении их жилищ от сильных порывов ветра.

Перед началом муссонного сезона (обычно первая неделя июня) на Бангладеш часто обрушиваются подобные бури, известные в стране как "Калбаишакли" ("Северо-западный").

С 19 по 22 мая в Тегеране проводится вторая международная выставка железнодорожного транспорта и железнодорожной промышленности, и она уже сейчас вызывает большой интерес у иранских и зарубежных компаний. На выставке будут представлены новейшая железнодорожная техника и оборудование, технологии, применяемые в отрасли, связанные с железнодорожной промышленностью производства.

Кроме того, вниманию посетителей выставки будут представлены услуги железнодорожного транспорта, в том числе городского метрополитена, железнодорожные вагоны разных типов, дизельные и электрические локомотивы и т.п. Помимо отечественных в выставке примут участие десятки зарубежных компаний из таких стран, как Германия, Турция, Китай, Малайзия, Индия, Гонконг, Италия.

Следует отметить, что в настоящее время Иран стал одним из экспортеров продукции железнодорожной промышленности. Так, за последние годы около 500 грузовых вагонов иранского производства было экспортировано на Кубу, около 1 тыс. вагонов – в Сирию, 70 пассажирских вагонов – в Бангладеш и 200 грузовых вагонов – в Судан. В ближайшее время предстоит отправка иранских вагонов в Ирак, Бангладеш и ряд африканских стран. В прошлом году впервые были экспортированы колесные тележки для пассажирских вагонов иранского производства в Китай, который сам экспортирует продукцию железнодорожной промышленности во многие страны мира.

Помимо вагонов в Иране началось производство железнодорожных локомотивов. На данный момент объем производства многих комплектующих для них вырос более чем в четыре раза по сравнению с прежними годами. Все это стало возможным благодаря усилиям отечественных специалистов, и Иран при должной поддержке со стороны правительства и меджлиса в скором времени может стать важным центром железнодорожной промышленности в регионе.

С того момента, как появились первые данные о замедлении экономического развития Китая, активно обсуждается тема переноса производств в другие страны: параллельно снижению темпов развития экономики в КНР растёт зарплата рабочих и другие издержки. Это, якобы, подталкивает производителей массово покидать Поднебесную, устремляясь в более дешёвые регионы мира.

Причины

Есть компании (и даже крупные), которые уже перенесли, начали перенос части производств или объявили о таких намерениях. Например, Samsung (Ю. Корея) планировал в конце 2013 года переместить производство из Китая во Вьетнам. Предполагается, что к 2015 году во Вьетнаме будет производиться не менее 30% смартфонов, впоследствии - до 80% телефонов Samsung. Сеть IKEA также сменила ряд китайских поставщиков, открыв производственные линии во Вьетнаме. Примеру последовали Nokia и Intel.

Конечно, нельзя сбросить со счетов ряд причин, способствующих стремлению ТНК покинуть гостеприимные китайские города. Среди основных называется повышение стоимости рабочей силы. В частности, The Boston Consulting Group (BCG) утверждает что зарплата в КНР растёт ежегодно на 15-20%. По другим данным, рост зарплаты на китайских предприятиях составляет порядка 10% в год. По подсчетам HSBC Holdings, рост «пособия по работице» у пролетариев в 20% наблюдается в Китае с 2005 года.

Правительство КНР стремится к тому, чтобы к 2015 году средняя зарплата в стране выросла на 40% по отношению к показателям 2012 года (не менее чем на $100-240 долл/мес).

Проблемы «человеческого фактора» ростом зарплаты не исчерпываются. В Китае к 2020 г. прирост трудоспособного населения станет негативным, доля жителей старше 60 лет составит ¼ населения страны, а сейчас резерв составляет 20% - остальное население, как и полагается, трудится. До 2020 г. совсем недолго, налоговая нагрузка, связанная со старением населения, растет не по годам, а по дням. Возможно, компании, опирающиеся на долговременную стратегию развития, предпочли страны с более перспективной демографической структурой.

В Китае назревает ещё ряд проблем: увеличивается цена аренды, стоимость земли, ужесточаются экологические требования, правила техники безопасности. Если такого рода издержки для компаний являются поводом сменить «прописку», то это нельзя назвать социально ответственным поведением и можно посочувствовать не Китаю, а тем странам, в которые перемещаются некоторые производства.

Экономия на цене аренды, экологичных технологиях и безопасности производств в КНР уже реалии прошлого.

Некуда бежать

В качестве страны для организации более рентабельного бизнеса обычно рассматриваются соседи КНР: Вьетнам, Индонезия, Малайзия, Таиланд, Камбоджа и так далее. В этих странах стоимость труда значительно ниже, чем в Китае. На этом существенные конкурентные преимущества, в общем, и исчерпываются. В названных странах, в сравнении с Китаем, неразвитая инфраструктура, слабо развита кластерная производственная структура, точнее, её вообще нет: крупное предприятие не может опереться на систему вспомогательных производств. Неразвита логистика — даже в Китае велики логистические издержки, но в менее развитых странах они ещё больше!

Политические системы стран-конкурентов не такие устойчивые, как китайская, законодательство на столь чёткое, во многих странах традиции превалируют над правом, налоговая система может быть запутанной и отягощаться коррупционными поборами. Не во всех странах есть все перечисленные проблемы, но в каждой из них есть какая-то часть этих проблем. Конкурировать с Китаем Вьетнам, Бангладеш, Камбоджа, Индонезия, Таиланд и Малайзия могут только в отдельных отраслях. Либо эти страны привлекают зарубежных инвесторов эксклюзивными преференциями.

Но у Китая есть преимущества, с которыми ни одна из названных стран конкурировать не может. Во-первых, несмотря на грядущие демографические проблемы, Китай имеет неограниченный резерв трудовой силы, более квалифицированной и производительной, чем в большинстве южноазиатских стран. В Китае огромный внутренний рынок, в перспективе — самый большой в мире, и китайское правительство стремится его стимулировать и развивать.

Возвращение некоторых американских компаний из Китая в США возможно, является особым случаем. По всей видимости, это часть стратегического направления реиндустриализации США. BCG представила данные, согласно которым с начала 2012 года по август 2013 года количество американских компаний, решивших вернуться на Родину, выросло с 37% до 54%. В пользу версии реиндустриализации свидетельствуют и такие показатели, как рост экспорта автомобилей из США с 2009 года по 2012 год на 80% (по данным Министерства торговли США). Частью этого «Открытия Америки 2.0» можно считать и планы Apple - уход из КНР и строительство завода в г. Меса (Аризона).

«Преимущества» Вьетнама, Индонезии, Малайзии, Таиланда, Камбоджи перед Китаем - неразвитая инфраструктура, массовая бедность населения и коррупция во властных структурах.

Один из ключевых факторов американской реиндустриализации — энергетическая революция в США, которая привела к тому, что электричество в КНР дороже американского более чем на 50%. Немаловажно и то, что рабочая сила в США хотя и дороже, но квалифицированне и производительнее, с учётом роста зарплат китайских специалистов этот фактор тотже становится значимым. Мы намеренно не рассматриваем такой значимый фактор, как разница восприятия потребителем лейблов made in China и made in USA, которые, несомненно, также имеют собственную рыночную капитализацию.

Фабрика не закроется

Но ни планы США, ни дешевизна рабочей силы, не повлияют в ближайшей перспективе на позиции Китая как мировой фабрики. Лучше всего об оценке потенциала КНР свидетельствует объём инвестиций. В 2013 году КНР привлёк $117,6 млрд. в виде прямых иностранных инвестиций (FDI), при этом объём общих инвестиций увеличился на 5,3% больше, чем в 2012 году. Объём инвестиций из стран ЕС увеличился на 18,1% и достиг $7,2 млрд., объём инвестиций из США увеличился на 7,1% до $3,4 млрд.

По итогам января — февраля 2014 года, объём FDI увеличился на 10,4% и составил $19,31 млрд. Заметим, что динамика инвестирования не отличается устойчивостью: в 2012 году она была негативной по сравнению с предыдущим годом, и, например, в январе-феврале 2014 г. инвестиции из ЕС упали на 13,82% до $1,05 млрд. Американские инвестиции в КНР выросли на 43,26% до $711 млн. Кроме того, в Китае в рассматриваемый период иностранные инвесторы открыли 2764 новых предприятия — таков ответ Китая на слухи о массовом бегстве компаний. По темпам прироста инвестиций Китай может уступать другим бурно развивающимся азиатским странам, но по объёму он традиционно занимает лидирующее место в Азии.

Евгений Новожилов

«Второе дыхание» китайской стратегии «нить жемчуга». Часть 1

Нина Лебедева, ведущий научный сотрудник ЦИИ ИВ РАН

Прошедшие с 29 января по 14 февраля 2014 г. морские манёвры небольшого отряда военных кораблей КНР в восточной части Индийского океана буквально взорвали СМИ и грубо «разбудили», по словам газеты “Australian”, тех политиков и экспертов по безопасности в США, Австралии, Индии и других государствах, которые все ещё сомневались в долгосрочных намерениях Пекина построить флот, способный проецировать силу в этой зоне и вне ее.

Эти учения были первыми для ВМС Китая в водах между Австралией и островом Ява из архипелага Индонезии и впервые с использованием проливов Сунда и Ломбок для входа и выхода из Индийского океана. Они, как и Малаккский пролив, давно были признаны США в качестве ключевых “choke points” (узких горлышек), которые могут быть стратегически важны для установления экономической блокады Поднебесной в случае возникновения американо-китайского конфликта малой или большой интенсивности.

По сути, в них не было ничего противозаконного, поскольку манёвры проводились в международных водах. Тем не менее, руководство австралийских ВВС всё же выделило один самолёт P-3 Orion для воздушного наблюдения за ходом учений.

Для Китая это был очередной, но значимый этап в реализации стратегии «нить жемчуга», нацеленной на защиту его нефтяных потоков, утверждение страны как глобальной морской державы с многообразными интересами по всему миру, на преодоление попыток США по перекрытию доступа к Китаю или его выхода в Мировой океан. Помимо этого, важная задача заключалась в необходимости минимизировать возможные угрозы в наиболее сложном и уязвимом “choke point” на стыке двух океанов, названном в 2003 г. Ху Цзиньтао «Малаккской дилеммой».

* * *

Напомним, что концепция «нить жемчуга» была выдвинута Кристофером Персоном, подполковником американских ВВС, позже пентагоновским аналитиком. В январе 2005 г. она была впервые использована в докладе для военных ведомств США, подготовленном экспертной компанией Booz-Allen Hamilton. Она конкретно продемонстрировала миру возрастание влияния Китая в Юго-Восточной и Южной Азии и Индийском океане благодаря появлению на карте таких точек в его стратегическом арсенале, как о. Хайнань, острова Лесистые (Woody Islands) недалеко от вьетнамских берегов, Читтагонг (Бангладеш), Ситтуэ и острова Коко (Мьянма), Хамбантота (Шри Ланка), Гвадар (Пакистан), архипелаг Сейшелы и др.

Поначалу китайские политики и обозреватели отнеслись к столь изящно названной концепции с долей скептицизма, видимо, потому, что она исходила от Вашингтона. Мировое научное сообщество, напротив, успешно ввелo её в оборот, и она пошла гулять по страницам журналов, газет и монографий.

Многоцелевую стратегию китайцы реализовывали поэтапно согласно разработанным планам A, B и C. Суть плана А состояла в использовании (помимо Малаккского) более отдалённых проливов Сунда и Ломбок, в прокладке с 2010 г. нефтепровода длиной в 2380 км и общей стоимостью в 2,5 млрд.долл. от портов в Бенгальском заливе в Мьянме до Куньмин, столицы провинции Юньнань, участии в возможном строительстве нефтепровода на севере Малайзии или канала через перешеек Кра. План В предполагал материальное присутствие в зоне Индийского океана — создание сети стоянок, портов, огромных хранилищ и других сооружений в ряде дружественных выше упомянутых государств, а через декаду-другую – путем размещения контингента ВМС в акватории Индийского океана.

По плану С Китай намеревался навести «сухопутные мосты», выстроив обходные дороги, акведуки, путепроводы, чтобы укрепить взаимосвязи своих закрытых южных провинций с приграничными странами АСЕАН и предоставить им выход к Индийскому океану. С этой целью прокладывались железные и шоссейные дороги от Куньмина и Наньнина до Ханоя, вдоль реки Иравади и т.п. В ЦА ведётся строительство ветки Каракорумского шоссе протяжённостью 750 км и трубопроводов до порта Гвадар.

Однако, по оценкам самих китайцев и их зарубежных коллег, столь масштабные планы, в том числе по решению ключевой проблемы — «Малаккской дилеммы», очевидно, не могли быть реализованы быстро. Они требовали огромных финансовых вложений, упорства в поставленных целях, и главное — преодоления факторов нестабильности и “tyranny of distance” (удалённости) районов, где воплощалось большинство намеченных проектов, хотя известны политэкономический прагматизм китайцев и их стремление минимизировать возможные риски.

С тех пор минуло десятилетие. Мир изменился. Изменилась ситуация в Индийском океане. Ныне Индийский океан это и глобальная энергетическая магистраль, и огромная “choke point” мирового масштаба! От сложных, с большими рисками, энергопотоков, идущих по индоокеанским маршрутам на восток и на запад, зависят в значительной мере экономики азиатских гигантов — Китая и Индии, а также Японии и Южной Кореи, в меньшей степени — стран Европы, наконец, США.

Закономерно возникает вопрос, а что же удалось и не удалось Пекину сделать за минувшее время, и что предстоит? Оценки возможностей Пекина в регионе то преувеличивались индийцами, которые не желали усиления Пекина у себя под носом, то преуменьшались в основном американцами. Так, аналитик Э.Эриксон считает, что Китай располагает весьма скромными средствами. По его наблюдениям, в акватории по мере надобности появлялись один-два китайских корабля, например, для эвакуации китайских граждан из охваченной кризисом Ливии в феврале 2011 г., в 2010 и 2013 гг. огромный плавучий госпиталь для проведения обследований и лечения населения индоокеанской зоны, наконец, отряд кораблей для участия в антипиратских акциях с 2008 г.

С Э.Эриксоном соглашались и ряд российских специалистов, которые считали, что создаваемый здесь китайцами инфраструктурный потенциал пока недостаточен, чтобы противостоять США и их союзникам.

Между тем, нельзя не увидеть того, что в последние годы Китай планомерно наращивает присутствие в регионе по разным направлениям. Так, китайские военные суда стали чаще использовать коммуникации океана. Несколько примеров. В конце июля 2012 г. китайский эсминец с двумя кораблями сопровождения прошли Индийский океан и через Суэц в Средиземноморье для участия в манёврах у берегов Сирии. В сентябре 2013 г. там же был замечен десантный корабль КНР. В октябре 2013 г. руководство Пекина впервые приоткрыло информацию о том, что китайские ядерные подводные лодки приступили на ротационной основе к патрулированию индоокеанской акватории. В январе 2014 г. китайский сторожевой корабль «Яньчэн» миновал Суэц, чтобы выйти в Средиземное море и принять участие в транспортировке и сопровождении химического оружия из Сирии. По оценкам экспертов, к 2015 г. Китай будет обладать флотом подводных лодок в 2 раза большим, чем США.

Что касается беспрецедентного решения Китая о командировании китайского отряда кораблей в 2008 г. к берегам Африканского Рога, то это особая тема, которая вызвала и вызывает огромное любопытство политиков, военных аналитиков и СМИ по всему миру. Все они задавались вопросами, объясняется ли подобный акт только стремлением Китая защитить свои экономические и торговые интересы? Является ли этот шаг попыткой использовать возникшую возможность для тренировок кораблей ВМС на значительном удалении от берегов Поднебесной? Или Пекин надеется продемонстрировать свою возросшую роль в качестве весомого и ответственного глобального игрока в мире и Мировом океане?

Отвечая на них, многие политологи приходят к выводу, что участие китайских кораблей в международной антипиратской кампании в Аденском заливе является пробой сил и оценкой возможностей китайского флота, новейшего оборудования, логистики и навыков команд для будущих операций в Индийском океане и «голубых водах» Мирового океана. Такой опыт наверняка пригодится Пекину в конфликтных ситуациях, скажем, вокруг Тайваня, в Южно-Китайском море, для охраны морских коммуникаций (SLOCs) и т.п.

Все это было предугадано одним из «отцов» объявленной еще в начале века морской доктрины Пекина — адмиралом, экс-главкомом ВМС, Ши Юншенем, который считал необходимым строить флот ХХI века, способный надёжно охранять прибрежную зону, обладать научным и высоко технологическим оборудованием, адекватными системами самого современного вооружения и отлично обученными кадрами, чтобы добиться присоединения Тайваня, установления контроля в ЮКМ, расширения влияния в западном районе Тихого океана и в Индийском океане.

(Продолжение следует)

Индивидуум может указывать свой пол в регистрационных документах как «не определен», установили в высшей судебной инстанции Австралии.

Проблема с формулировками возникла в связи с документами сиднейского транссексуала по имени Norrie: в регистрации рождения половая принадлежность Norrie была установлена как «мужская», однако в 1989 году Norrie была сделана операция по изменению пола. В 2010 году от Norrie поступила просьба в отдел регистрации рождений, смертей и браков штата Новый Южный Уэльс об изменении записи о половой принадлежности на «пол не определен». В Отделе регистрации в просьбе было отказано, но апелляция заявителя на это решение была удовлетворена. После чего Отдел регистрации обратился в последнюю судебную инстанцию. Решение Высшего суда, удовлетворившего просьбу Norrie , будет иметь значение не только для практики Нового Южного Уэльса, но и всех остальных штатов и территорий.

Практика идентификации половой принадлежности в Австралии.

В 2003 году, австралийцу Alex MacFarlane было дано право заменить обозначение пола в паспорте на знак “X”.

В штате Виктория разрешено определять пол как «неопределённый» , либо оставлять графу незаполненнлй.

В Департаменте Иностранных дел и торговли придерживаются аналогичной точки зрения, получателям паспорта надо только представить письмо от физиолога или психолога.

Международная практика идентификации половой принадлежности.

В ноябре 2013 года Германия стала первой европейской страной ,где разрешено не указывать пол для новорождённых.Несколько Юго-Восточных азиатских стран также юридически признают существование альтернативного пола.

В Индии и Бангладеш общины хиджра имеют право указать принадлежность к альтернативном полу. (Хиджра— одна из каст неприкасаемых , в которую входят представители «третьего пола», они одеваются и ведут себя как женщины, называют себя женским именем, но не относят себя ни к одному, ни к другому полу)

Транссексулы в Пакистане и Непале имеют право выбора пола для указания в удостоверениях личности).

В Новой Зеландии по заявлению лица в паспорте для обозначения пола может быть указан “X” .Социальная сеть Facebook в этом году позволяет своим пользователям в Америке выбрать из 56 вариантов наименования половой принадлежности, а также указать предпочтения при употреблении в их отношении родовых местоимения ( он, она, оно, они, пр.)

Бегство из Китая

Середина и конец прошлого года отметились громкими экономическими заголовками в СМИ. Все они так или иначе касались Китая, откуда якобы из-за проблем в стране – в основном, повышения зарплаты китайцам – "побежали" ведущие мировые бренды. Но только ли это является основной движущей силой перемещений?

Бег по кругу

Куда бегут? В качестве альтернатив, рассматривается — Вьетнам, Индия, Бангладеш, Пакистан, Индонезия и даже Россия.

Вот и Samsung бежит из Китая, чтобы не платить высокие зарплаты рабочим, о чем 12 декабря 2013 года сообщил РБК. Бежит ни куда-нибудь, а во Вьетнам, где пока еще рабочим платят меньше. Естественно для такого случая были просчитаны все плюсы перемещения компании. По мнению Ли Сунву, аналитика IBK Securities, со временем (видимо, пока у вьетнамцев зарплаты также не начнут повышаться или не случится чего-то выдающегося) Samsung будет производить до 80% телефонов во Вьетнаме.

Наступление этого самого "со временем" определить не сложно – примерно через два года. Дело в том, что вьетнамские власти, ко всему прочему освободят Samsung от выплаты налогов в первые четыре года, а затем на 12 лет применят в корейцам вдвое меньшую налоговую ставку, чем к обычным компаниям. Видимо, учитывая эффект от такого рекламного трюка, Ли Юнг Сун, глава корейского Trade-Investment Promotion Agency предсказывает, что в ближайшие два-три года во Вьетнам подтянутся и другие высокотехнологичные компании. Среди них Nokia и Intel, которые уже частично перенесли туда производство.

Главное – найти повод

Чтобы не быть слишком однотипным в поводах, оправдывающих возможный переезд из Китая в другие страны, информационная составляющая разных компаний имеет свои приоритеты. Так, например, южнокорейская LG упор делает на некую политическую нестабильность вокруг и внутри КНР по сравнению с Вьетнамом, а также довольно низкий уровень образования китайских рабочих. "Вьетнам является политически стабильной страной, к тому же у нее очень хорошо обученная рабочая сила", — говорится в пресс-релизе LG. Что касается политики, то в качестве примера приводится снижение на треть притока в КНР капиталов из Японии по причине обострения отношений со страной восходящего солнца. Уровень образования в КНР оценивается вообще запредельно низким – говорится, что только 28% китайцев закончили хотя бы среднюю школу.

Ну и, как говорится, последний гвоздь (хотя и датированный октябрем 2012 года) забивает информация от швейников компании Adidas, которая тогда же закрыла свой последний собственный завод в КНР. Компания переводит свои мощности в Юго-Восточную Азию, Бангладеш также по причине роста зарплаты у китайцев.

Причина причине рознь

Действительно, изменения в экономике (в ее управлении) Поднебесной произошли, что отчасти сузило коридор благоденствия западных инвесторов. Но является ли это главной причиной громких информационных компаний вокруг каждого перебежчика?

Если говорить о зарплате в Китае, то даже, казалось, полный профан не будет возражать тому факту, что Поднебесная демонстрирует большой разрыв по доходам в разных районах страны. Кто, допустим, в таком случае мешает использовать это преимущество, не покидая КНР? Никто.

Оправдывая это предположение, японская Panasonic объявила, что будет производить плазменные панели не в Шанхае, а в провинции Шаньдун, где средние зарплаты рабочих ниже. Между прочим, насколько видно, финансовое положение у Panasonic явно не блестящее. Еще в апреле 2013 года компания в своем пресс-релизе объявила о намерении убрать свои акции из котировального списка нью-йоркской фондовой биржи NYSE. Для Panasonic это дополнительные расходы.

Таким образом, можно предполагать, что не все просто с так называемым общим исходом компаний из Поднебесной. Есть, видимо, более глубинные причины, чтобы демонстрировать, будто бы Китай все меньше отвечает требованиям мировой экономики. Мол, и рабочая сила там необразованная, и старая, и вообще самый высокий в мире показатель роста экономики Китая ни что иное, как предвестник застоя где-нибудь к 2020 году.

Кажется, всему виной конец былых привилегий

То есть, информационный наскок в отношении КНР выглядел очень уж показушным. Тем более, если учесть, что сами западные коллеги Поднебесной в плане экономики выглядели, мягко сказать, бледновато. Поэтому и возникало подозрение, что ближе всего к истине об исходе из КНР все, что связано с привилегиями иностранных компаний в Китае.

Но разве можно признаться, что все проблемы западных компаний только из-за того, что их явной халтуре в КНР приходит конец? Нет. Поэтому иностранцы свели все к более понятной им формуле "Китай препятствует инвестициям". Не даром в отчете Группы Всемирного банка (World Bank) "Инвестирование без границ" за 2010 год КНР числилась среди стран с самыми большими ограничениями на иностранные инвестиции. Вслух такие же претензии выражали компании Siemens и BASF на встрече двухлетней давности с премьером Госсовета Вэнь Цзябао.

Китайцы, насколько могли оправдывались, говорили, что это не так. Мало того, по словам Чэнь Дэмина, министра торговли КНР, Поднебесная неоднократно понижала входной барьер для иностранных компаний, так как она вступила в ВТО и многие международные компании, серьезно пострадавшие в результате мирового финансового кризиса, нашли новые источники доходов в Китае.

Но иностранцы не унимались. Говорили, что для новой инновационной экономики нужна свободная конкуренция, а это, скорее всего, потребует политических реформ и свобод. Также необходимо ограничить влияние государственных гигантов, которые тесно связаны с партийной верхушкой. Когда это не помогало, они грозили. Заявляли, что откажутся лоббировать интересы КНР в своих правительствах, что, в конечном итоге приведет к ухудшению отношений Китая с США и ЕС.

Себя уже не изменить

Показательно в этом случае информационное сопровождение такого давления. В ряде СМИ тут же стали обсуждаться темы ближайшей смены торговой марки "Made in China" несколько подзабытыми "Made in USA", "Made in Germany", "Made in Japan". Апофеозом стал вывод о том, что иностранным компаниям становится невыгодно размещать производство в Китае, поэтому их руководство начинает задумываться о выборе нового места, вплоть до возврата на родину. В данном случае слово "Родина" звучит нелепо.

Объясняет это разговор Обамы, президента США со Стивеном Полом Джобсом. На вопрос первого: "Что нужно, чтобы делать iPhone в США?" Джобс ответил: "Эта работа не может вернуться". И причина тому не величина зарплаты тех же китайцев. Просто огромная производственная инфраструктура, построенная за границей и профессиональные навыки иностранных рабочих значительно опережает все, что есть в США. Поэтому бренд "Made in USA" вряд ли будет живучим вариантом. "Не нужно нас критиковать за использование китайских работников, — сказал один из руководителей Apple. — США перестали предоставлять людей с нужными нам навыками". "Apple это пример того, почему так трудно найти работу среднему классу в США сегодня", — отметил Джаред Бернштайн, бывший экономический советник Белого дома. — "И если это вершина капитализма, нам стоит побеспокоиться". Так что причины беспокойства западных брендов налицо. Только исправлять ситуацию некоторые из них пытаются старым способом – меняя не себя, а стараясь подстроить под свои интересы партнеров.

Конец иностранным инвестициям

Многое стало на свои места в августе-сентябре 2010 года после публичного разъяснения политики Поднебесной в том же стиле и на тех же принципах, которые брали за основу западные компании, утверждавшие, что КНР препятствует инвестициям. Тогда была опубликована статья "Несколько мнений Государственного совета о дальнейшей плодотворной работе в области использования иностранных инвестиций", смысл которой состоял в следующем – время безусловного приоритета иностранных инвестиций в Китай закончилось.

Но каждая медаль имеет обратную сторону. "Американский" способ поведения в таких ситуациях – некие упрощенные варианты экономической блокады, типа безусловного вывода своих производственных мощностей в другие страны – проповедует не так много компаний. Немцы, например, не сильно спешат сворачивать производство в КНР. Во-первых, жалко бросать хорошо отлаженное и оплаченное дело. А, во-вторых, расчет на то, что зарплата в Китае не будет увеличиваться вечно, к тому же, до уровня Германии КНР еще надо дорасти. Кроме того совершенно ясно, что растущий уровень благосостояния китайцев, помноженный на бездонность их внутреннего рынка - это фактически Клондайк для производителя. Таким образом, менять что-то и резко, как минимум, не выгодно.

От комфорта отказаться трудно

Да, на публику (свою публику) можно критиковать политику КНР в отношении иностранных компаний. Но когда дело заходит об экономической выгоде, эмоции и митинговость моментально исчезают. Примерно такой сценарий отыграла Дженерал Электрик (GE) – на фоне отсутствия каких-либо признаков сворачивания деятельности компании в КНР (большинство исследований которой ориентирована на китайский рынок), Джефф Иммельт, ее председатель и главный исполнительный директор разразился критикой в адрес политики Поднебесной в отношении иностранных компаний.

Google, который после громких разногласий с китайцами, чуть было не хлопнула дверью, однако, опасаясь потерять рынок, вернулась в Поднебесную. Siemens увеличила инвестиции в созданную в Китае региональную штаб-квартиру почти на $190 млн, продолжая расширять производственно-хозяйственную деятельность в области альтернативных источников энергии. Американская компания Genzyme инвестировала $99 млн для проведения исследований и разработок биотехнологических материалов и лабораторного производства. Японская компания PCR Investments Japan Corporation инвестировала $53 млн, организовав новое совместное предприятие с компанией Sinopec. Та же Nokia объявила о том, что она будет всеми силами поддерживать развитие 3G в Китае.

Игра по новым правилам, или, кто не спрятался, я не виноват

Список можно продолжить. Но лучше привести данные доклада Конференции ООН по торговле и развитию. Согласно им КНР остается наиболее привлекательной страной для ведения бизнеса. Кроме того, по информации, опубликованной китайско-американской торговой палатой более 80% американских компаний с оптимизмом относятся к сотрудничеству с КНР, 73% предприятий будет расширять инвестиции в Китай.

Все это говорит о том, что при всех минусах, которые озвучиваются в отношении китайской прописки различных компаний, ведение бизнеса в КНР можно считать комфортным, обустроенным, что ли, предыдущими инвестициями в инфраструктуру. Ну а так называемое бегство вовсе не означает, что компания подверглась жесточайшему прессингу. Причины тут бывают всякие. Хотя, судя по информации из Китая, нарваться на негативное отношение к себе можно весьма и весьма быстро, особенно если начинать корректировать под себя местные взаимоотношения и традиции.

VIMPELCOM СПИСАЛ УКРАИНУ СО СЧЕТОВ

Оператор связи Vimpelcom переоценил свои украинские и канадские активы. Из-за списаний компания получила почти 2,7 млрд долларов убытка

Еще одна российская компания пострадала от кризиса на Украине. Телекоммуникационный холдинг Vimpelcom сегодня представил отчетность за прошедший 2014 год. Из-за переоценки своих украинских активов оператор связи получил 2,7 млрд долларов убытка.

"Вклад" украинского подразделения составил 2,09 млрд долларов. Причиной списания стало ухудшение макроэкономических условий в стране.

"Плохая макроэкономическая ситуация на Украине и существенное обесценивание гривны являются индикаторами возможного обесценения основных средств и деловой репутации в отчетности по МСФО, - ранее пояснял руководитель практики по работе с компаниями нефтегазовой отрасли КПМГ в России и СНГ Антон Усов. - Присутствующим в стране компаниям реального сектора в отчетности приходится определить справедливую стоимость местных активов на дату подготовки отчетности и, производить списание их стоимости".

Еще 800 млн долларов компания списала из-за переоценки своего канадского бизнеса. Местная "дочка" компании Wind Mobile отказалась от участия в аукционе по частотам 700 МГц и "переоценивает перспективы продолжения операций в стране".

Консолидированный годовой убыток компании составил 1,4 млрд долларов. Эксперты расценивают результаты как слабые, и прогнозировали прибыль компании в размере 437 млн долларов. Для сравнения, в 2012 году Vimpelcom заработал 195 млн прибыли.

Рынок новость об убытке воспринял сдержанно. Акции компании на открытии торгов на NASDAQ снизились на 1,9%. При этом ранее оператор связи уже заявил, что финального дивиденда за 2013 год платить не будет.

Руководство объясняет слабые результаты несколькими факторами: пересмотром правил работы на рынке Италии, санкциями в отношении алжирского подразделения Djezzy, ухудшением макроэкономической ситуации в Пакистане и Бангладеше и ужесточением налоговых режимов в странах СНГ. В итоге, годовая выручка компании снизилась на 2%, до 22,54 млрд долларов. Показатель EBITDA также уменьшился на 2% и составила 9,6 млрд долларов. От падения финансовых показателей Vimpelcom не спас даже рост абонентской базы, которая в конце года выросла на 4% и достигла 220 млн пользователей.

Впрочем, наибольший вклад в рост абонентской базы внесла бизнес-единица "Африка и Азия". Vimpelcom присутствует на рынках Казахстана, Таджикистана, Узбекистана, Армении, Киргизии Грузии и ряда других стран.

Основной для компании российский рынок, где работает ОАО "Вымпелком", наоборот продемонстрировал негативные результаты. В частности, в четвертом квартале выручка российской "дочки" сократилась на 4%, до 70,66 млрд рублей. Выручка от услуг мобильной связи составила 56,25 млрд рублей, увеличившись на 2% к аналогичному периоду 2012 года. Доходы от передачи данных подскочили на 25%, до 8,8 млрд рублей.

По обоим этим показателям "Вымпелком" отстает от "Мегафона", который представил отчетность днем ранее. У другого российского оператора связи мобильная выручка в четвертом квартале увеличилась на 10,1% до 68,3 млрд рублей. Data-выручка "Мегафона" выросла на 40%, составив 14,86 млрд рублей.

Действующий лидер российского рынка по количеству абонентов группа МТС своей отчетности за 2013 года пока не представила. Однако компания также представлена на рынке Украины, и даже если ее российский бизнес покажет хорошие результаты, МТС рискует продемонстрировать списания.

Отметим, помимо Vimpelcom свои украинские активы уже пришлось переоценить ЛУКОЙЛу. Нефтяная компания списала 411 млн долларов стоимости "Карпатнефтехима". Общий объем списаний ЛУКОЙЛа в прошлом году превысил 2 млрд долларов.

Помимо нефтяных и телекоммуникационных предприятий, крупный российский бизнес владеет на Украине рядом активов в металлургическом секторе. В частности, Олег Дерипаска через "РусАЛ" с партнерами владеет "Запорожским алюминиевым комбинатом", "Мечелу" Игоря Зюзина принадлежит "Донецкий электрометаллургический завода",

Душанбе включен в ряд наихудших городов мира по показателям качества жизни. Согласно отчету консалтинговой компании Mercer, по уровню качества жизни в городах мира из 223 стран, где проводилось исследование, столица Таджикистана занимает 209 место. Таким образом, Душанбе, наряду со столицами Бангладеш, Туркменистана, Кыргызстана и Узбекистана, входит в пятерку наихудших городов по показателям качества жизни в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Данный рейтинг Mercer составляет ежегодно, он основывается на общих показателях - качество жизни, политическая стабильность, уровень преступности, размеры социальных пособий, уровень загрязнения воздуха и т.п. Таджикистан > Госбюджет, налоги, цены > ved.gov.ru, 28 февраля 2014 > № 1025032

Генеральный директор компании Иранские железные дороги (ИЖД) Мохсен Пурсейед Агаи в ходе пресс-конференции заявил, что в Иране реализуется ряд программ с целью завершения формирования на иранской территории Южного международного железнодорожного маршрута, который берет начало в Китае и ведет в Турцию и далее в Восточную Европу. Как уточнил глава ИЖД, названный маршрут связывает Китай, Мьянму, Бангладеш, Индию, Пакистан, Иран, Турцию и Болгарию.

Мохсен Пурсейед Агаи отметил, что с целью формирования этого международного железнодорожного маршрута летом 2009 года в Иране была введена в эксплуатацию железная дорога Керман – Бам – Захедан с выходом на пакистанские железные дороги, которая позволила создать железнодорожный коридор Пакистан – Иран – Турция.

Далее Мохсен Пурсейед Агаи затронул вопрос о железнодорожном маршруте «Восток – Запад» и отметил, что на этом маршруте до недавнего времени отсутствовали две участка, от Шаламче до Басры и от Эрака до Хосрави. С завершением строительства этих участков в конечном итоге будет получен выход через Ирак к Сирии и к средиземноморскому побережью.

Генеральный директор ИЖД упомянул также о новом железнодорожном маршруте Иран – Афганистан – Таджикистан – Кыргызстан – Китай. На данный момент в рамках этого маршрута ведется строительство железной дороги Хаф – Сенган – Герат.

Подводя итоги своего выступления на пресс-конференции, Мохсен Пурсейед Агаи назвал следующие проекты по формированию международных железнодорожных маршрутов на территории Ирана:

1. Строительство железной дороги Казвин – Решт – Астара.

2. Строительство железной дороги Казахстан – Туркменистан – Казахстан.

3. Соединение железнодорожных сетей Ирана и Ирака (завершение строительства железных дорог Хорремшехр – Шаламче – Басра и Керманшах – Хосрави – Ханекин – Багдад).

4. Модернизация и обустройство железнодорожной станции Серахс на границе с Туркменистаном.

Число подтвержденных жертв гибели парома на озере Хиракуд в восточном индийском штате Орисса достигло 29 человек, сообщает в понедельник местный телеканал Odisha TV.

Ранее сообщалось о 13 погибших. Из воды, как сообщает телеканал, предстоит извлечь еще как минимум три тела.

Паром, на котором находилось более 100 человек, затонул в воскресенье. По данным полиции, он пошел ко дну из-за перегруженности. Часть пассажиров смогла спастись.

Власти ведут расследование обстоятельств трагедии.

В Индии и Бангладеш часто происходят инциденты с гибелью судов и лодок, причиной часто является их перегруженность. Так, в январе этого года у принадлежащих Индии Андаманских островов затонуло туристическое судно Aqua Marine. Жертвами трагедии стали по меньшей мере 22 человека.

Паром, на котором находилось порядка 100 человек, затонул в воскресенье на озере Хиракуд в восточном индийском штате Орисса, не менее 10 человек погибли, семеро числятся пропавшими без вести, сообщает телеканал NDTV со ссылкой на источники в местных органах власти.

По данным неофициальных источников, погибли 12 человек, спасено около 80 человек.

Как сообщает полиция, паром пошел ко дну из-за перегруженности людьми. Власти ведут расследование обстоятельств трагедии.

В Индии и Бангладеш часто происходят инциденты с гибелью судов и лодок, причиной часто является их перегруженность. Так, в январе этого года у принадлежащих Индии Андаманских островов затонуло туристическое судно Aqua Marine. Жертвами трагедии стали как минимум 22 человека.

О высоких затратах на расширение Пакшской АЭС

После визита премьер-министра Венгрии В. Орбана в Москву 14 января 2014 года и подписания соглашения, направленного на строительство Россией второй очереди Пакшской АЭС венгерские СМИ продолжили публикацию критических материалов о перспективах развития атомной энергетики в стране. Газета «Непсабадшаг», в частности, разместила статью под названием «Русские расширяют «Пакш» по сверхвысокой цене», где заглавию предшествовало утверждение о том, что «Росатом разработал для Венгрии предложение «по вьетнамо-бангладешскому рецепту».

По утверждению «Непсабадшаг», «карандаш Владимира Путина рисовал весьма широко, когда ему пришлось назначить плату за расширение Пакшской АЭС». От имени венгерской стороны госсекретарь Я. Лазар назвал этот шаг «самой лучшей сделкой за последние 40 лет». Из сообщений представителей Росатома и партии «Фидес» можно было понять, что совокупная стоимость строительства второй очереди Пакшской АЭС, то есть двух новых энергоблоков общей мощностью 2400 Мвт, может обойтись в 12 млрд. евро. Росатом намерен поставлять Венгрии стандартные энергоблоки мощностью 1200 Мвт, хотя в других регионах мира российская компания возводит в основном энергоблоки мощностью 1000 Мвт или других параметров. Для удобства сравнения были взяты данные Росатома по стоимости 1 Мвт на 17 проектируемых, строящихся или недавно сданных в эксплуатацию атомных станциях в России, Турции, Финляндии, Индии, Армении, Белоруссии, Иордании, Вьетнаме и Бангладеш. Получилось, что проект Росатома по расширению второй очереди Пакшской АЭС – самый дорогой, поскольку 1 Мвт здесь может обойтись в 1,5 млрд. форинтов (около 5 млн. евро).

В отношении Воронежской АЭС Росатом сам предоставил расчёт сметной стоимости – более 2 млн. евро. Эта сумма меньше половины расходов на аналогичный венгерской проект. Найти даже приблизительные данные о сметных расходах на строительство Белоярской, Нижний-Новгородской и Ростовской АЭС, также спроектированных Росатомом, венгерской стороне не удалось. Предполагаемая стоимость 1 Мвт Балтийской АЭС в Калининградской области составит 850 млн. форинтов (около 2,8 млн. евро). В случае с Островецкой АЭС в Белоруссии, где также осуществляется проект по возведению двух энергоблоков общей мощностью 2400 Мвт, затраты получение на 1 Мвт электроэнергии составят 920 млн. форинтов (немногим более 3 млн. евро). При этом, Россия предоставляет белорусскому проекту кредит в размере 2 млрд. долларов. Камнем предкновения на переговорах Росатома с турецкой стороной стали условия строительства АЭС Аккуйу, в ходе которых было обещано построить 4 энергогенератора по 1200 Мвт в период 2019-2022 годов. В турецком проекте стоимость 1 Мвт лишь незначительно превышает показатель белорусской станции. Соглашение между Росатомом и турецким партнёром было заключено на коммерческих принципах и реализовывалось не без трудностей. Первоначальная доля собственности Росатома в размере 93% может уменьшиться до 51%, поскольку у турецких компаний есть право на приобретение акций российского инвестора. В течение первых 15 лет 70% генерируемой первыми двумя реакторами электроэнергии и 30% электроэнергии вырабатываемой на третьем и четвёртом энергоблоках турецкая оптовая электрокомпания будет покупать по фиксированной цене, а именно за 27 форинтов (9 евроцентов) за 1 Квт*час.

По результатам тендера, проведенного Иорданией, несколько месяцев назад Росатом подписал соглашение о строительстве двух энергоблоков мощностью 1000 Мвт со сроком ввода в эксплуатацию в 2019 году. Расчётные затраты для выработки 1 Мвт здесь уже составят 1,1 млрд. форинтов (около 3,7 млн. евро). Вообще, данный уровень затрат характерен для многих международных проектов Росатома (во Вьетнаме, Бангладеш, Армении) и его можно считать «золотой серединой». В совместной инвестиционной компании доля иорданского государства составляет 51%, России – 49%. Российский проект вьетнамской атомной станции с двумя энергоблоками по 1000 Мвт в полной мере схож с пакшским проектом. В Бангладеш ситуация также почти аналогичная, с той разницей, что кредитные соглашения были заключены на различные этапы осуществления проекта. От вышеназванных проектов существенно отличается финская АЭС «Ханхивики-1», проект которой часто упоминают в качестве аргумента, ведь затраты на её строительство находятся на одном уровне со второй очередью Пакшской АЭС. Хотя финская компания «Fennovoima» и Росатом пока не предоставили официальных данных по планируемым затратам, госсекретарь Венгрии Я. Лазар тем не менее заявил, что, по его сведениям, стоимость венгерского проекта ниже стоимости финского проекта. При этом, расчёты, проведённые на основе ранее опубликованных данных, показывают, что на строительство новой АЭС в Финляндии будет затрачено почти столькоже средств, что и в случае второй очереди Пакшской АЭС. Различие в подходе Росатома состоит в том, что в Венгрии кредитование будет осуществляться поступательно, для каждого этапа строительства, а в Финляндии речь идёт о сложном соглашении, которое будет выполняться на коммерческой основе. В соответствии с последним Росатом получит 34% акций компании «Fennovoima», которой владеют 67 финнских фирм. Собственники финской АЭС будут покупать у станции электроэнергию по себестоимости – за 15 форинтов (5 евроцентов) за 1 Квт*час.

Такие образом, по мнению венгерских специалистов, нашедшее отражение в статье «Непсабадшаг», в настоящее время вторая очередь Пакшской АЭС как самый дорогой инвестиционный проект Росатома «соревнуется» с проектом в Финляндии.

Газета «Непсабадшаг»